Текст книги "Развод с Владыкой драконов: скандальная история попаданки (СИ)"

Автор книги: Натали Веспер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 13 страниц)

39. Баба Зина спасла мир

Утро после драконьего вторжения началось с того, что я обнаружила на своей кухне трёх драконов, спящих в самых неожиданных местах. Один свернулся калачиком под столом, второй – на подоконнике, поджав ноги, а третий, самый крупный, занял весь диван в гостиной и теперь храпел так, что дрожали стены.

– Как они сюда попали? – прошептала я, выглядывая из спальни.

– Бабушка Зина привела, – так же шёпотом ответил Рейн. – Сказала, что на улице холодно, а у неё тесно. И что гостей надо принимать по-человечески.

Я выглянула в окно. Двор напоминал военный лагерь после ночной попойки. Драконы в человеческом облике сидели на лавочках, грелись у костров, которые развели прямо на газоне (хорошо, что газон был уже не первой свежести), и ели шаурму. Местные жители, привыкшие к любым сюрпризам, уже вовсю торговали с ними сигаретами, зарядками для телефонов и, кажется, даже предлагали экскурсии по району за символическую плату.

– Это безумие, – констатировала я.

– Это твой мир, – напомнил Рейн. – Ты сама говорила, что здесь всё возможно.

Каэллан сидел на перевёрнутом ящике из-под овощей и мрачно жевал пирожок. Рядом с ним, на корточках, расположился полковник, тот самый, что приезжал вчера. Они о чём-то разговаривали, и, судя по жестам, обсуждали границы допустимого применения магии на территории РФ.

– Надо спускаться, – вздохнула я. – Пока они там чего не натворили.

Мы вышли во двор. При моём появлении драконы замерли, а местные жители заулыбались – я теперь была местной знаменитостью, «та самая, которая приютила ящеров».

– Лия, – Каэллан поднялся мне навстречу. – Мы поговорили с уважаемым полковником. Он объяснил мне ваши законы. Они… своеобразны.

– Это мягко сказано, – хмыкнул полковник. – Я, знаете ли, за двадцать пять лет службы всякого навидался, но чтоб драконы на газоне шаурму ели – такое впервые.

– И что вы решили? – спросила я, чувствуя подвох.

– Мы решили, – Каэллан сделал паузу, – что воевать с вами бесполезно.

– Серьёзно? – не поверила я.

– Да. Вы слишком… странные. Ваше оружие не требует магии, ваши старухи не боятся смерти, а ваша еда вызывает привыкание. – Он посмотрел на недоеденный пирожок. – Мы не можем победить мир, где пирожки вкуснее магии.

Рейн рядом со мной тихо засмеялся. Даже Вериана, стоявшая чуть поодаль, кажется, улыбнулась.

– Но есть проблема, – продолжил Каэллан. – Мы не можем остаться здесь. Наш мир погибает без нас. Мы нужны там.

– А вы не пробовали… ну, не знаю, наладить связь? – предложила я. – Обмен? Туризм, в конце концов?

– Туризм? – переспросил полковник.

– А почему нет? – пожала я плечами. – Драконы хотят посмотреть наш мир. Мы хотим… ну, не знаю, магии немного. Вместо того чтобы воевать, можно договориться. Открыть представительство. Консульство. Турфирму.

Тишина. Драконы смотрели на меня с недоумением. Полковник чесал затылок. Даже бабушка Зина, вышедшая на балкон с половником, замерла.

– Ты предлагаешь… дипломатические отношения? – медленно спросил Каэллан.

– А почему нет? – повторила я. – У вас там магия, драконы, древние знания. У нас – интернет, шаурма и бабушка Зина. Мы можем обмениваться. Учить друг друга. Вместо того чтобы убивать.

Вериана шагнула вперёд.

– Это… безумно, – сказала она. – Но в этом что-то есть. Мы веками жили изоляцией. Боялись чужаков. А они… – она обвела рукой двор, – они не чужаки. Они просто другие.

– Другие, – эхом отозвался Каэллан. – Да.

В этот момент бабушка Зина, не выдержав, крикнула с балкона:

– Чего вы там копья ломаете? Идите чай пить, пока не остыл! И драконов своих тащите, я пирожков ещё напекла!

Каэллан посмотрел наверх, на старушку в халате и с бигудями, и вдруг улыбнулся. Впервые за всё время. По-настоящему.

– Идём, – сказал он. – Чай. Пирожки. Потом решим.

Мы поднялись в мою квартиру. На кухне было тесно, но как-то уютно. Бабушка Зина суетилась у плиты, драконы сидели на табуретках, поджав ноги (они не привыкли к такой маленькой мебели), а полковник разливал чай из большого заварочного чайника.

– Знаете, – сказал Каэллан, откусывая пирожок, – я думал, вы будете слабыми. Беспомощными. А вы… вы сильнее, чем кажется.

– Это не сила, – ответила я. – Это умение договариваться. И печь пирожки.

Он кивнул, и в его глазах впервые за всё время не было ненависти. Только усталость и, кажется, надежда.

– Что будем делать с порталами? – спросил Рейн.

– Закроем, – ответил Каэллан. – Но не навсегда. Оставим один. Контролируемый. Для… обмена.

– А Каэллан останется? – спросила я.

– Нет, – покачал он головой. – Я должен вернуться. Править. Но… я буду приходить. Проверять, как вы тут. И приносить новости.

Вериана посмотрела на него, потом на Рейна.

– А я? – спросила она.

– Оставайся, – сказал Рейн. – Если хочешь. Узнай этот мир. Поживи с нами. А потом решишь.

Вериана долго молчала. Потом кивнула.

– Хорошо. Я останусь. На время.

Бабушка Зина, услышав это, всплеснула руками.

– Ну вот и славно! А то одна я тут, скучно. Будем вместе чай пить, сериалы смотреть. Научу тебя пирожки печь, а то твои… – она покосилась на Вериану, – магические, небось, не такие вкусные.

Вериана посмотрела на неё с удивлением, потом улыбнулась.

– Буду рада научиться.

Мы сидели на кухне, пили чай, ели пирожки и обсуждали будущее. Драконы и люди. Магия и здравый смысл. Шаурма и дипломатия.

А в небе над городом медленно таяли последние порталы. Один остался – маленький, стабильный, контролируемый. Мост между мирами.

– Знаешь, – сказал Рейн, когда все разошлись и мы остались вдвоём. – Ты сделала невозможное.

– Я просто предложила поговорить, – пожала я плечами. – И напекла пирожков.

– Это и есть твоя магия, – улыбнулся он. – Твоя суперсила.

Я посмотрела в окно. Во дворе драконы и местные жители сидели у костра, пели песни и ели шаурму. Где-то вдалеке мигали огни полицейских машин, но они уже не стреляли, а просто наблюдали. Вериана с бабушкой Зиной обсуждали рецепты. Каэллан готовился к возвращению, но обещал навещать.

– Знаешь, – сказала я, – кажется, у нас получилось.

– Получилось, – согласился Рейн. – И это только начало.

Он обнял меня, и мы стояли так, глядя на наш сумасшедший, прекрасный, абсурдный мир, где драконы едят шаурму, бабушки грозят половником, а любовь побеждает даже самые ледяные сердца.

Где-то вдалеке заиграла музыка. Кто-то включил радио. Драконы, заслышав ритмы, начали пританцовывать. Местные жители хлопали в ладоши. Бабушка Зина вынесла ещё одну порцию пирожков.

– Пошли, – сказала я, беря Рейна за руку. – Отметим мир во всём мире. По-нашему.

– А как это по-вашему?

– С шаурмой, песнями и, возможно, небольшим костром. Только, пожалуйста, без магии. А то соседи вызовут МЧС.

Он рассмеялся, и мы вышли во двор, в этот сумасшедший, невозможный, но такой родной мир. Наш мир. Мир, где возможно всё. Даже дружба с драконами.

40. Спустя год

Прошёл год.

Если бы мне кто-то сказал год назад, что я буду стоять на балконе своей квартиры, пить утренний кофе и наблюдать, как драконы в человеческом облике спешат на работу в местный офис, я бы покрутила пальцем у виска. А теперь это было реальностью.

Наш район из обычного спального превратился в… как бы это назвать? Межмировой культурный центр? Туристическую Мекку? Местные уже привыкли к тому, что по утрам мимо ларька с шаурмой проходят существа неземной красоты, обсуждая магические квантовые переходы и цены на коммуналку.

Первый год был… насыщенным.

Каэллан сдержал слово. Порталы закрыли все, кроме одного – маленького, контролируемого, с таможней и паспортным контролем. Да, у драконов теперь были паспорта. С фотографиями, пропиской и даже графой «особые приметы» (у некоторых там значилось «может превращаться в огнедышащее чудовище, но обещает не делать этого в общественных местах»).

Вериана осталась. Сначала на время, потом насовсем. Бабушка Зина взяла шефство над ледяной драконихой, и результат превзошёл все ожидания. Теперь Вериану сложно было узнать – она носила вязаные кофты, ходила на скандинавскую ходьбу и пекла пирожки лучше самой бабы Зины. Говорят, даже научилась материться, когда подгорало тесто.

Каэллан наведывался раз в месяц. Привозил новости из своего мира, магические артефакты для изучения местными учёными и, конечно, гостинцы. В прошлый раз притащил ящик драконьих яблок (те самые золотые, из-за которых всё началось). Местные распробовали и теперь требуют наладить регулярные поставки.

Рейн… Рейн был счастлив. Он освоился в нашем мире быстрее всех. Работал консультантом по межмировым отношениям (должность звучала пафосно, а на деле он помогал драконам не пугаться лифтов и объяснял людям, почему драконам нельзя давать сдачу в магических кристаллах). По вечерам мы сидели на кухне, пили чай и обсуждали, как же нам повезло.

А сегодня был особенный день. Годовщина. Нет, не нашей встречи – той самой битвы, которая едва не уничтожила два мира, а вместо этого объединила их.

Во дворе накрывали столы. Бабушка Зина командовала парадом, раздавая указания драконам, которые послушно таскали скамейки и раскладывали салфетки. Вериана колдовала над огромным котлом с пловом (она освоила и это). Местные жители несли кто что – соленья, самогон, домашние торты. Драконы притащили светящиеся шары и магическую музыку, которая играла без розеток, но в пределах разумного, чтобы не вызывать нареканий от соседей.

– Ну что, готова? – Рейн подошёл сзади и обнял меня за плечи.

– К чему? – усмехнулась я. – К тому, что мой двор сейчас взорвётся танцующими драконами и подвыпившими бабушками?

– К новому году. К новой жизни. Ко всему.

Я повернулась к нему. За этот год он почти не изменился – всё такой же красивый, с теми же тёплыми глазами, в которых больше не было тени. Только счастье. Чистое, настоящее, заработанное с таким трудом.

– Знаешь, о чём я жалею? – спросила я.

– О чём?

– Что не записала тот момент, когда твоя мать впервые попробовала шаурму. Это был бы шедевр для интернета.

– Ты неисправима, – рассмеялся он.

Внизу грянула музыка. Драконы и люди начали водить хоровод. К ним присоединилась бабушка Зина, размахивая половником как дирижёрской палочкой. Вериана, отложив плов, засмеялась и тоже пошла в круг. Даже Каэллан, прилетевший накануне, стоял в сторонке и, кажется, едва заметно пританцовывал.

– Пошли, – сказала я, беря Рейна за руку. – Наш народ заждался.

Мы спустились во двор, и нас встретили радостными криками. Кто-то сунул мне в руку пластиковый стаканчик с чем-то крепким, кто-то – тарелку с пловом. Драконы и люди перемешались в пёстром, шумном, абсурдном хороводе.

А я смотрела на всё это и думала о том, как всё начиналось. С дракона, который испортил мне машину. С ипотеки, которая казалась главной проблемой в жизни. С попытки развестись, которая превратилась в самое невероятное приключение.

– О чём задумалась? – спросил Рейн, прижимая меня к себе.

– О том, что жизнь – удивительная штука, – ответила я. – Иногда, чтобы найти своё место, нужно пройти через порталы, драконов, свекровь-ледышку и бабушку с половником.

– И шаурму, – добавил он. – Не забывай про шаурму.

– И про шаурму, – согласилась я.

В небе над нами, совсем высоко, едва заметно мерцал портал – маленький, стабильный, как напоминание о том, что чудеса возможны. Что миры могут дружить. Что даже самые ледяные сердца можно растопить теплом и пирожками.

А внизу, во дворе обычной пятиэтажки в спальном районе, драконы и люди праздновали жизнь. Вместе. Потому что вместе – всегда лучше. Даже если ты юрист с ипотекой в прошлом, а твой парень умеет превращаться в огнедышащее чудовище.

– Я люблю тебя, – сказал Рейн.

– Я – тоже, – ответила я. – И весь этот сумасшедший мир. Со всеми его драконами, бабушками и, конечно, шаурмой.

Мы пошли в круг, и музыка заиграла громче. Кто-то запустил фейерверки – магические, конечно, потому что обычные в нашем районе уже разучились удивлять.

Где-то вдалеке, за домами, садилось солнце. Багровое, как драконья чешуя. Тёплое, как бабушкины пирожки. И такое родное, как никогда раньше.

Потому что теперь это был не просто мир. Это был дом.

КОНЕЦ (почти)

ЭПИЛОГ

ДВА ГОДА СПУСТЯ

– Мама, а почему дядя дракон такой большой?

– Потому что он дракон, милая. А ты почему такой маленький?

– Я не маленький, я расту!

– Расти, расти. Только обещай, что когда вырастешь, не будешь похищать девушек с парковок.

– А что такое парковка?

– Это где машины стоят. И где я однажды встретила твоего папу.

Рейн, стоящий на балконе с чашкой кофе, усмехнулся. Внизу во дворе бабушка Зина (которой, кажется, было уже лет сто, но она не сдавалась) гоняла драконов за то, что они опять затоптали газон. Вериана сидела на лавочке с вязанием и что-то объясняла молодой драконихе про убавление петель.

Каэллан прилетел на выходные и теперь о чём-то спорил с местным участковым. Судя по жестам, обсуждали правила парковки для летающих объектов. Участковый, кажется, проигрывал, но держался молодцом.

– Пап, а можно я полечу?

– Нет. Сначала суп, потом полёты.

– А мама говорит, что суп – это неважно, главное – шаурма.

– Мама у нас экстремистка, – вздохнул Рейн. – Слушай меня.

Я вышла на балкон, неся тарелку с пирожками.

– Кто экстремистка?

– Ты. Развращаешь ребёнка шаурмой.

– Шаурма – святое, – заявила я, протягивая ему пирожок. – Ешь давай.

Мы смотрели вниз, на наш сумасшедший двор, на нашу невероятную семью, на этот мир, который стал общим для людей и драконов.

– Никогда бы не подумал, – тихо сказал Рейн.

– О чём?

– Что однажды я буду стоять здесь, с тобой, с нашим сыном, и смотреть, как моя мать учит дракониху вязать носки.

– Жизнь полна сюрпризов, – философски заметила я. – Главное – чтобы они были приятными.

– Это точно. – Он поцеловал меня в висок. – Спасибо, что не дала мне сдаться.

– Сдаваться было некогда. То ипотека, то драконы, то бабушка с половником.

– И всё-таки мы справились.

– Мы справились, – согласилась я. – Вместе.

Внизу бабушка Зина заорала, что плов готов, и все, включая драконов, рванули к столу. Наш сын взвизгнул и побежал вниз по лестнице, забыв про полёты и суп.

– Догоняй, – сказала я, беря Рейна за руку. – А то без нас съедят.

Мы спустились в этот вечный праздник жизни, в этот абсурдный, прекрасный, невозможный мир. Наш мир. Мир, где возможно всё. Потому что есть любовь, есть пирожки и есть шаурма.

А это, как известно, – главные ингредиенты счастья.

КОНЕЦ (НАСТОЯЩИЙ)