Текст книги "Развод с Владыкой драконов: скандальная история попаданки (СИ)"

Автор книги: Натали Веспер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 13 страниц)

Натали Веспер
Развод с Владыкой драконов: скандальная история попаданки

Пролог

Большой Зал, полный самодовольных драконов, – идеальная сцена для моего громкого фиаско. Я вышла на пустынную середину под звуки всеобщего презрения.

– Внимание на меня! – мой голос перекрыл гул. Каэллан на троне поднял взгляд с выражением «опять эта муха жужжит».

– Наша невеста, кажется, потеряла дорогу к своему будуару, – сладко прошипела Вериана с места.

– Нет, дорогая свекровушка, я как раз его нашла. И собираюсь его… аннулировать. – Я с драматическим треском развернула древний свиток. – Цитирую вашу же «Хартию Основ»: если избранная отречётся при свидетеле не из вашего рода – все, пока, свободна. Статья, печать, скучные виньетки. Всё по форме.

Тишина стала звонкой. Каэллан встал, и по залу прокатилась волна… недоумения? Он выглядел так, будто его драгоценный лимузин только что угнали на его же глазах.

– Это смехотворно, – выдавил он. Но в его глазах читалась паника дракона, который вдруг увидел в договоре мелкий шрифт.

– Смешно будет, когда вы получите мой иск о возмещении морального ущерба. Леди Алисса, вы свидетель?

– О, да! – выпорхнула из толпы ракушечная фея. – Это самое восхитительное, что случалось со мной после того вина, что пело хором!

– Прекрасно. Я, Лия, отрекаюсь от уз с Каэлланом. Всё. Теперь я просто ваша незаконно удерживаемая гостья. С плохим питанием и ужасным интерьером.

Вериана поднялась. Её лицо было белее моего свадебного платья.

– Взять её. И эту дуру – тоже. За кражу исторических ценностей.

– Ой, не надо! – воскликнула я, прижимая свиток к груди. – Тут ещё есть пункт о «Проклятии Рассыпающегося Пергамента» для тех, кто мешает. Звучит как аллергия, только смертельная. Кто хочет проверить?

Стражи заколебались. Магистр Кельван в ужасе прошептал что-то о превращении костей в пыль. Этим и воспользовалась.

Швырнула свиток ближайшему стражнику – он поймал его, как гранату, – и рванула к выходу.

– Всё, договорились! Бракоразводный процесс открыт! Документы направите моему представителю!

За мной погнались. Алисса визжала от восторга. Каэллан издал звук, достойный проигравшего паровоза. А Вериана смотрела на меня взглядом, который ясно говорил: «Я тебя разберу на сувениры для будущих невесток».

Я бежала, задыхаясь от смеха и ужаса, осознавая, что только что публично плюнула в суп всей драконьей аристократии.

А ведь всё начиналось с дракона, который плохо припарковался на моей машине. И я-то думала, что самое страшное в моей жизни – это отчетность перед налоговой.

Какая наивная…

1. Тот самый понедельник

Если бы кто-то сказал мне утром, что к вечеру моя самая большая проблема сменится с «кофе-машина снова сломалась» на «гигантский ящер решил, что я – идеальная жена для его коллекции», я бы, наверное, предложила этому «кому-то» лечь отдохнуть. Или срочно урезать дозу антидепрессантов.

Потому что мой день начинался с классической, проверенной годами, симфонии раздражения.

7:00. Будильник. Не мелодичный перезвон, а звук, будто в бетономешалке тонет оркестр духовых инструментов. Я выбрала его специально. Ничто так не мотивирует встать с постели, как желание поскорее прекратить этот адский шум.

7:15. Кофеварка. Моя старая подруга и заклятый враг. Сегодня она снова решила проявить характер, издав звук, похожий на предсмертный хрип паровоза, и выплюнув в чашку нечто, что лишь отдаленно напоминало эспрессо. Больше на жидкую грязь с пенкой.

– Ладно, – пробормотала я, глядя на эту бурду. – Сегодня ты победила. Но завтра будет война.

8:00. Пробка. Бесконечная, как мысли моего босса о корпоративе. Я, Лия Морозова, юрист-трудоголик с ипотекой за городом и мечтой о тихом острове без Wi-Fi, пятый день подряд опаздывала на работу. В машине пахло чехлом от кресел, дешевым освежителем «Свежесть альпийских лугов» (на деле – запах химической катастрофы) и тонкими нотами безысходности.

– Давай, Кашкай, родной, – уговаривала я свой кроссовер, который полз со скоростью раненой черепахи. – Просто чуть-чуть. Хотя бы до следующего светофора.

Радио вещало о чём-то очень важном и политическом. Я переключила на волну, где энергичный голос утверждал, что кристаллы в твоей ауре нужно чистить каждый четверг. В понедельник это казалось не менее абсурдным, чем новости.

9:15 (на 45 минут позже желаемого). Офис. Царство стекла, хрома и фальшивых улыбок. Мой стол был завален папками по делу «Синий лёд против СтройМечты» – спор о поставках некондиционного бетона. Поэзия.

Мой босс, Дмитрий Олегович, человек, чей галстук всегда давил ему горло сильнее, чем совесть, уже маячил у моего кабинета.

– Лия, опять? – спросил он так, будто я не опоздала, а, скажем, подожгла офисный буфет.

– Обстоятельства непреодолимой силы, Дмитрий Олегович. Ихтиозавр на шоссе, – парировала я с самой невинной улыбкой.

Он фыркнул, не поняв, шучу я или нет (не понял бы в любом случае), и удалился, оставив после себя шлейф дорогого одеколона и вселенской тоски.

День понесся дальше по накатанной колее: три сухих совещания, десяток писем с кричащими заголовками «СРОЧНО!!!», сэндвич за компьютером, который на вкус был точно таким же, как и выглядел – картон с майонезом. Я составляла иск, доказывала по телефону, что наши клиенты не могли знать о кристаллизации в растворе (хотя могли, ещё как), и мечтала о том самом острове. Без Wi-Fi, но с коктейлем в шезлонге.

Единственным светлым пятном стал перекур с коллегой Машей у заднего выхода.

– Слушай, – сказала она, выпуская клуб дыма. – Ты выглядишь так, будто тебя весь день жуёт медведь. Не тот, что милый и в телевизоре, а настоящий, злой и с плохим пищеварением.

– Почти угадала. Меня жуёт дело о бетоне. И Дмитрий Олегович. По очереди.

– Надо развеяться. Поход в бар в пятницу? Там будут коктейли с глупыми названиями и, возможно, мужчины без ипотеки и дел о строительных материалах.

– Это звучит как сказка, – вздохнула я. – Но я «за». Пока моя жизнь не решит подкинуть сюжет покруче.

Как же ирония судьбы любит буквальность.

Вечер. 19:30. Я, наконец, вырвалась из стеклянных объятий офиса. Небо потемнело, зажглись фонари, и в воздухе висело предчувствие дождя. Я ехала по пустеющему загородному шоссе, уже прокручивая в голове план вечера: пижама, сериал, большое количество сыра. Ничего не предвещало…

Если не считать странной, густой тишины. Словно кто-то выключил все звуки мира. Исчез шум машин с соседней трассы, не стрекотали кузнечики в полях.

Я прибавила громкость радио – была одна сплошная помеха.

– Отлично, – пробормотала я. – Теперь ещё и апокалипсис. Как раз вовремя.

И тут огромная тень, чернее самой темной ночи, накрыла дорогу, мою машину, всё. Тень с гигантскими, кожистыми крыльями.

Я резко посмотрела вверх через лобовое стекло.

И увидела Его.

Лапу. Огромную, покрытую темно-бронзовой чешуей, с когтями, каждый из которых был размером с мою руку. Эта лапа опустилась мне на крышу с металлическим скрежетом, вдавив потолок.

Мой мозг, тренированный годами работы с юридическими клише, выдал первую, идиотскую мысль: «Непреодолимая сила. Пункт 3.2 договора».

А потом мир перевернулся. В прямом смысле. Когти сжались, раздался оглушительный треск металла, и моя машина оторвалась от земли. Я вскрикнула, вцепившись в руль, глядя, как удаляется асфальт, потом крыши домов, потом всё.

В последние секунды нормальной жизни, под вой ветра в проломленной крыше, я подумала о трех вещах:

Боже, я ещё не платила по кредиту за эту машину.

Дмитрий Олегович примет мой прогул как личное оскорбление.

И, наконец, главное: так вот как пахнет «Свежесть альпийских лугов» на высоте двухсот метров. Ужасно.

Потом всё поплыло. И началась другая история. Та, где нет кофемашин, пробок и дел о бетоне. Та, где есть драконы, которые почему-то считают, что тебе очень нужно стать их женой.

А я-то думала, что мой понедельник не может стать хуже. Наивная.

2. Пробуждение в сказке (которая сразу не понравилась)

Сознание возвращалось ко мне постепенно, нехотя, как коллега в понедельник утром. Сначала пришло ощущение: я лежала не на своей удобной ортопедической подушке, а на чём-то твёрдом, прохладном и… шелковистом. Типа каменного бархата. Пахло странно – дымом, старыми книгами и чем-то диким, пряным, чего я не могла опознать. Никаких нот «альпийских лугов». Уже хорошо.

Потом пришла боль. Везде. Особенно в районе плеч и спины – видимо, сказался стресс от внепланового полёта без сертификации авиарегулятора. Я попыталась пошевелиться и услышала тихий, металлический звон.

– Что за…

Я открыла глаза. Потолок. Высокий, сводчатый, из тёмного камца, с вырезанными в нём замысловатыми узорами, которые переливались приглушённым золотым светом. Свет исходил не от ламп, а от каких-то шаров, плывущих в воздухе у стен. Магия. Ага. Конечно. Потому что драконы – это было ещё не всё.

Я медленно, со стоном, приподнялась на локтях. И тут же всё поняла про звон. С моей правой щиколотки на тонкую серебряную цепь был надет изящный, искусной работы браслет. Цепь уходила в стену, где терялась в резном узоре. Длина давала возможность дойти до огромной кровати (на которой я и лежала, покрытая невесть откуда взявшимся меховым покрывалом), до каменного стола с кувшином и чашей и до большого витражного окна.

Я была на привязи. Как собака. Или как очень ценная, но непослушная вещь.

– Ну вот, – хрипло произнесла я сама себе. – Из статуса «юрист с ипотекой» я резко перевелась в статус «домашний питомец с элементами декора». Карьерный рост, блин.

Я доползла до окна, цепь позванивая за мной печальную песенку. Вид открывался… эпический. Огненные горы на горизонте, небо цвета меди, и внизу – не город, а что-то вроде террас, дворцов и площадей, высеченных прямо в скале. Люди… ну, или человекообразные существа – сновали внизу. Никаких машин. Много драпировок, факелов и летающих… в общем, что-то мелкое и пернатое пролетело. Я сглотнула.

Дверь в покои (огромная, деревянная, с железными накладками) открылась без стука. Вошла девушка. Необычайно красивая, с глазами миндалевидной формы и серебристыми волосами, убранными в сложную причёску. На ней было простое, но качественное платье. В руках – поднос.

Она увидела, что я бодрствую, и чуть вздрогнула, опустив глаза.

– Госпожа… вам поднести воды? Пищи? – её голос был тихим и мелодичным.

– Где я? – спросила я вместо ответа, стараясь звучать твёрдо, несмотря на ком в горле. – И что это за браслет? Новейшая система безопасности от «Дракон-хоум»?

Девушка испуганно посмотрела на цепь, будто видела её впервые.

– Это… приказ Владыки Каэллана. Пока вы не… привыкнете. Для вашей же безопасности.

– Для моей безопасности меня похитили, уронили с высоты птичьего… тьфу, драконьего полёта и приковали к стене? – я фыркнула. – Логика железная. Прямо как эта цепь.

Девушка, похоже, не знала, как реагировать на сарказм. Она молча поставила поднос на стол. На нём лежали фрукты, похожие на нечто среднее между персиком и драгоценным камнем, и кусок тёмного хлеба.

– Меня зовут Элира. Я буду прислуживать вам.

– Отлично, Элира. Первое служение: где здесь мастер по вскрытию замков? Или, на худой конец, юрист? У меня есть пара вопросов к вашему «Владыке» о правомерности моего здесь нахождения.

Элира побледнела так, что её серебристые волосы показались тёмными.

– Не говорите так громко… он может услышать.

– Пусть услышит! – я повысила голос, и цепь звонко брякнула для пущего эффекта. – У нас в моём мире это называется похищением человека, это статья! И принуждение к… к сожительству, я так понимаю, чем это всё пахнет? Тоже статья!

Тут дверь распахнулась с такой силой, что она ударилась о каменную стену. В проёме стоял Он.

В человеческом облике. Высокий, невероятно статный, в тёмных одеждах, которые скорее напоминали доспехи без лат. Волосы чернее ночи, глаза – холодного, пронзительного синего цвета, будто куски зимнего льда. Красивый. Красивый так, что аж страшно. И взгляд… этот взгляд скользнул по мне, от головы до щиколотки с цепью, и в нём не было ничего, кроме холодного обладания и лёгкого, презрительного любопытства. Как будто он смотрел на купленную им необычную вещь, которая неожиданно заговорила.

Элира мгновенно присела в глубоком реверансе и замерла.

– Ты шумишь, – произнёс он. Голос был низким, бархатным и абсолютно безжизненным. Ни капли эмоций. – Это неприемлемо.

– Привет и тебе, – парировала я, скрестив руки на груди, чувствуя, как дрожь страха пытается пробиться сквозь завесу ярости и иронии. – Каэллан, да? Можно на «ты»? А то я, как новая мебель, пока не освоилась с правилами этикета в клетке.

Его тонкие губы чуть дрогнули. Не в улыбке. Скорее, как у человека, который увидел, как насекомое пытается его укусить.

– Ты здесь не мебель. Ты моя жена. Привыкай.

От этих слов у меня в животе всё сжалось в ледяной ком.

– Жена? На каком основании? Я не подписывала контракт. Меня не спрашивали. Это даже не брак по расчёту, это брак по-похищению! Я требую… развода!

Он сделал шаг вперёд. Он был настолько выше меня, что мне пришлось запрокинуть голову. От него исходила физическая аура власти и угрозы.

– Требуй. Здесь нет твоих судов. Нет твоих «статей». Есть моя воля. И она такова: ты теперь здесь. Ты – моя. Всё остальное… детали.

Он посмотрел на Элиру, не удостоив меня больше взглядом.

– Обеспечь ей всё необходимое. И научи молчать. А то научу я.

И развернувшись, он вышел, оставив после себя тяжёлую, гнетущую тишину и запах морозного воздуха и стали.

Я стояла, трясясь от бессильной злости, глядя на захлопнувшуюся дверь. Элира подняла на меня полные жалости глаза.

– Госпожа… лучше не гневить его. Он…

– Что он? Может превратиться в дракона и съесть меня? – я грустно усмехнулась. – Уже было. В смысле, превращение. И знаешь что, Элира?

Я повернулась к окну, к чужому, невероятному миру, и звонко дернула цепь.

– Если он думает, что я буду тихой, удобной женушкой, которую можно держать на цепи… он меня сильно недооценил. У меня была ипотека. И босс-самодур. Это, поверь, лучшая школа выживания.

Внутри всё кричало от ужаса. Но я решила слушать только свой внутренний сарказм. Пока он был моим главным оружием. И пока я не придумала, как сломать эту дурацкую цепь. Или, на худой конец, где тут в этом драконьем мире находится аналог отдела ЗАГС.

3. Экскурсия в кошмар наших дней

Моим новым «домом» оказался не просто замок. Это была цитадель надменности, высеченная в самой горе. Каждый камень здесь, казалось, говорил: «Смотри и трепещи, жалкий человечишка». А я смотрела и не трепещала. Я злилась. И планировала.

Цепь с щиколотки, к счастью, сняли на второй день. Видимо, Каэллан решил, что вид покорной женщины в роскошных покоях более приятен глазу, чем зрелище прикованного юриста, строчащего на стенах обвинительные заключения углём от камина. Или просто посчитал, что сбежать отсюда невозможно. Что, честно говоря, было похоже на правду.

Элира, моя тень-служанка, появилась на рассвете с охапкой тканей цвета заката и морской волны.

– Владыка приказал подготовить вас. Сегодня вы увидите замок. И… начнёте готовиться к церемонии.

– Церемонии чего? Награждения «Лучшему похитителю года»? – спросила я, с тоской глядя на своё отражение в полированном зеркале. Я была бледной, с синяками под глазами, но злость придавала им некое подобие блеска.

Элира проигнорировала реплику, как опытный психолог игнорирует бред пациента.

– Это платья для вас, госпожа. Нужно выбрать.

Я ткнула пальцем в самое невзрачное – серо-синее, с длинными рукавами и минимумом вышивки. Оно напоминало мой старый офисный костюм. В нём я чувствовала себя хоть немного собой. Не «невестой», а Лией, которую занесло куда не надо.

Одевшись и отказавшись от предложения заплести волосы в «драконий узел невесты» (звучало болезненно), я вышла в коридор. Там меня уже ждал не Каэллан, к счастью, а пожилой мужчина с лицом, похожим на высушенную рельефную карту, и в одеждах, напоминающих мундир.

– Я Хельдон, управитель цитадели Владыки Каэллана, – отбарабанил он без единой улыбки. – Мне поручено ознакомить вас с владениями.

«Экскурсия по тюрьме», – мысленно поправила я его.

И началось.

Пункт первый: Большой Зал.

Помещение размером с авиационный ангар. Пол из чёрного мрамора, колонны, уходящие в потолок, на котором была изображена фреска: огромный дракон, поражающий… что-то. Мне было не важно.

– Здесь проходят торжественные приёмы и церемонии, – голос Хельдона гулко отдавался под сводами.

– А где тут стоит стол для подписания бракоразводных соглашений? – спросила я, оглядываясь. – Или у вас это как-то иначе оформляется? Устный отказ при свидетелях?

Хельдон сделал вид, что не расслышал. Он был мастером этого дела.

Пункт второй: Галерея Предков.

Бесконечный ряд портретов и статуй хмурых мужчин и женщин с пронзительными глазами. Все смотрели свысока. Даже с полотен.

– Род Владыки Каэллана восходит к первым Правителям Огня, – с гордостью произнёс Хельдон.

– Замечательная родословная, – кивнула я. – А в роду были случаи, скажем, похищения? Или все браки были добровольными? Просто для статистики.

Управитель кашлянул и ускорил шаг.

Пункт третий: Библиотека.

Вот здесь мне стало интересно по-настоящему. Полки до потолка, свитки, книги в кожаном переплёте, странные приборы на столах. Пахло знанием. Я невольно потянулась к ближайшему фолианту.

– Доступ в библиотеку для супруги Владыки будет ограничен, – тут же парировал Хельдон. – Во избежание… беспорядка в мыслях.

Я отдернула руку, будто обожглась. «Ага, – подумала я. – Значит, здесь может быть что-то полезное. Что-то вроде «Законов драконьего права для начинающих» или «Как расторгнуть магический брак за 10 дней».

Пункт четвёртый: Внутренний сад.

Не сад. Ботанический сад агрессии. Здесь росли растения, которые, казалось, вот-вот кого-нибудь укусят. Цветы напомиали раскрытые пасти, листья были с шипами. В центре бил фонтан с чёрной водой.

– У нас тут мило, – пробормотала я. – Прямо как в моих кошмарах после переедания острой пищи.

Именно тут мы его и встретили.

Он вышел из-за гигантского сизого куста с шипами, похожими на кинжалы. Тот же рост. Те же черты. Те же чёрные волосы. Та же безупречная, ледяная красота. Каэллан.

Моё сердце ёкнуло, но на этот раз не только от страха. От злости, которая накопилась за экскурсию.

– Ну что, осмотрела своё будущее владение? – спросил он. Его голос звучал… чуть мягче, чем в тот раз в покоях. Менее рубленый. Но всё так же холодно.

– Владение? – я подняла бровь. – Я осмотрела место своего будущего заточения. Оценка «удовлетворительно»: крепкие стены, устрашающий декор, библиотека под замком. Для тюрьмы высшей лиги сойдёт.

Он слегка нахмурился. Не со злости, а будто что-то обдумывая.

– Тебе придётся сменить тон. И научиться уважению.

– Уважение заслуживают, – парировала я. – А не похищают посреди шоссе, портя при этом абсолютно новую машину. Кстати, вы возместите ущерб? И моральный вред?

В его глазах мелькнуло что-то… неуловимое. Не ярость, а скорее удивлённое любопытство. Он сделал шаг ко мне. Я не отступила, хотя всё внутри сжалось.

– Ты странная, – произнёс он задумчиво. – Они обычно плачут. Или пытаются бежать сразу.

– Я уже пробовала мысленно. Не вышло. Поэтому пока что я выбираю стратегию морального изнурения захватчика, – заявила я. – У вас есть шанс избежать многолетней психологической травмы. Отпустите меня. И мы забудем этот неловкий инцидент.

Он рассмеялся. Звук был неожиданно… приятным. Глуховатым, беззлобным. Совсем не таким, как в тронном зале.

– Забудем? – он покачал головой, и тень улыбки тронула его губы. – О, нет. Ты куда интереснее, чем я предполагал. Приготовься. Через три дня здесь, в Большом Зале, будет наша свадьба.

Он повернулся и ушёл, оставив меня в оцепенении. Не от его слов. От его смеха. От этого взгляда, в котором было меньше льда и больше… чего-то другого.

Хельдон кашлянул.

– Владыка прав. Вам следует начать готовиться. Портные, ювелиры, учитель церемониала…

Я медленно повернулась к нему, ещё не оправившись от странного чувства.

– Хельдон, – сказала я тихо. – А у Владыки… он всегда такой?

– Какой, госпожа?

– Непредсказуемый. То ледяная глыба, то… – я не договорила.

Управитель нахмурился, его лицо-карта стало ещё суровее.

– Владыка Каэллан всегда верен себе. И своим решениям. Не обманывайтесь.

Но семя сомнения было уже посеяно. Почему сегодня он показался мне… другим? Менее устрашающим? И почему от этого стало только страшнее?

Экскурсия продолжилась, но я почти ничего не слышала. В голове крутилась одна мысль: три дня. У меня есть всего три дня, чтобы понять, как сбежать из этой каменной глыбы. Или, на худой конец, узнать, где тут у них хранится самый острый нож. На случай, если вместо «да» на церемонии мне захочется сказать что-то более решительное