Текст книги "Развод. Я не предам себя (СИ)"

Автор книги: Натали Лин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 16 страниц)

Глава 49

Глава 49

Максим

Возвращаюсь домой злой, как чёрт. В голове пульсирует, перед глазами всё плывёт. Суд. Её адвокат. Её спокойное лицо, когда она смотрела на меня как на пустое место. Как она отказалась от мирового соглашения. Как судья выносила решение. Как меня выводили приставы.

Вхожу в квартиру, срываю с себя куртку, кидаю на диван. Везде игрушки, детские вещи, Ликины духи. Всё раздражает. Всё чужое.

Лика выплывает из кухни, держит на руках дочку. Увидев меня, улыбается, но улыбка гаснет, когда она видит моё лицо.

– Привет, – говорит она осторожно. – Как все прошло?

Сажусь на стул, запускаю руки в волосы. Голова идёт кругом. Как ей это удалось? Она же оставила меня почти без всего. Квартиру забрала. Половину денег, которые я переводил отсудила. Долю в бизнесе отхапала. Как? Как она это сделала? Как ее адвокату удалось запустить свои клешни так глубоко?

– Дерьмово, – выдавливаю я.

– Что значит дерьмово? – Лика ставит дочку на пол, и та тут же убегает в комнату. – Что решили?

– Всё решили. Она получила квартиру. Половину того, что я переводил тебе и дочери. Но ей показалось этого мало и она отняла еще и долю в бизнесе.

– Что?! – её голос срывается. – Как это? Ты говорил, что у тебя хороший адвокат! Ты говорил, что она ничего не получит. Что ты подготовился!

– Молчи, – отмахиваюсь я. – Не лезь не в свое дело.

– Не лезь?! – она подходит ближе. – Максим, это касается и меня! Ты обещал, что мы будем жить нормально! Ты обещал, что разведёшься и всё уладишь! А теперь ты говоришь, что она забрала у тебя почти всё, что ты имел?

– Я сказал, помолчи! – я встаю, чувствуя, как закипаю.

– Не смей на меня орать! – она вскидывается, лицо краснеет. – Это ты виноват в том, что происходит! Надо было раньше начинать выводить активы! Надо было думать об этом заранее, а не когда пчела в жопу ужалила!

– Если бы не твоя мать, которая явилась к ней на работу, то я бы…, – выплёвываю я, – я бы всё сделал, как надо. Это ты не смогла её остановить вовремя! Если бы ты настояла на том, чтобы она не лезла в наши дела, то все было бы иначе!

– Я?! – Лика смотрит на меня, как на сумасшедшего. – То есть теперь я виновата в том, что ты все просрал?!

– А кто? – я подхожу к ней, чувствуя, как внутри всё кипит.

– Ты знаешь, что я с ней разговаривала. Я настаивала на том, чтобы она не лезла. Я просила её не вмешиваться. А в итоге она вмешалась! И всё пошло прахом! В этом виновата не я! А она! И ты!

– Это не так! Я не виноват! – сываюсь на нее, чувствуя, как все что я строил годами, рушится в моих собственных руках. – Ты должна была ее остановить!

– Максим, замолчи! – её голос срывается на крик. – Иначе я уйду!

– Вот и вали! – бросаю я, и только когда она замирает, понимаю, что сказал лишнее. Нервы ни к чёрту. Всё внутри разрывается от злости и бессилия, а тут еще она со своими угрозами.

Она смотрит на меня. Глаза огромные, губы дрожат.

– Значит, так да? – говорит она тихо. – Я ждала столько лет, пока ты разведёшься, чтобы услышать вот это? Чтобы услышать твоё “уходи”?

– Лика, я...

– Хорошо, – она выдыхает. – Как скажешь. Сегодня я уеду к маме. Но ты ещё пожалеешь.

– Тебе всё равно больше некуда идти, – говорю я, и в голосе слышу то, чего сам не ожидал. Не злость. Не уверенность, а страх потерять еще и ее.

Она смотрит на меня секунду, потом разворачивается и уходит в спальню. Я слышу, как открывается шкаф, как она кидает вещи в сумку. Дочка что-то лепечет, не понимая, что происходит.

Я должен встать. Должен пойти остановить её. Сказать, что я погорячился. Что не хотел. Что она мне нужна. Но тело словно парализовало. Я сижу, смотрю в одну точку и не могу пошевелиться.

Она выходит с дочкой на руках, с сумкой через плечо. Обе одетые. Они останавливаются на пороге.

– Я ухожу, – говорит она. – Если хочешь что-то сказать, то говори сейчас.

Я молчу. Смотрю на неё, на дочку. На розовую шапку, которая болтается у неё в руке. И не могу выдавить ни слова.

Она ждёт. Секунду. Другую. Потом разворачивается и выходит.

Дверь хлопает. Я вздрагиваю. И только тогда прихожу в себя.

Вскакиваю, бегу к двери, распахиваю. В коридоре никого. Лифт уезжает. Я стою, смотрю на закрытые двери и понимаю, что она ушла. Забрала нашу дочку. Ушла к матери.

Возвращаюсь в квартиру. Здесь пусто и тихо. На полу остались валяться детские игрушки. На столе остывает недопитый кофе. На стуле висит её халат.

Сажусь на диван, смотрю на телефон. Надо позвонить. Надо остановить. Но руки не слушаются. В голове только одна мысль: я все потерял. Сына. Жену. Деньги. Теперь и их.

Я сижу в пустой квартире, смотрю на игрушки дочки и не знаю, что делать дальше.

Глава 50

Глава 50

Алиса

Сегодня мы собираемся на футбол. Да-да, вы не ослышались. Я в этом ничего не понимаю. Кто кому пасует, что такое офсайд, почему болельщики кричат такие странные кричалки. Но когда счастливый Артём забежал в мою комнату с криками, что через неделю играет команда, за которую он болеет, и его глаза светились, я просто не могла сказать нет.

Правда, только потом я узнала, что билеты уже куплены. И Артур идёт с нами.

– Мам, ты куда так вырядилась? – Артём стоит в дверях моей спальни, оглядывает меня с ног до головы с таким видом, будто я собралась на бал.

– А что не так? – я смотрю на себя в зеркало. Свитер, джинсы, кроссовки. Вроде нормально.

– Этот цвет нельзя надевать, – он качает головой с видом эксперта.

– Почему? – искренне удивляюсь.

– Потому что это цвет противника, – объясняет он терпеливо, как маленькому ребенку. – На этот матч так нельзя. Надо другой наряд.

– Боже, – закатываю глаза и иду переодеваться. Кто бы мог подумать, что с футболом всё так сложно.

Через пять минут выхожу к нему в тёмно-синем свитере.

– А так?

– Так намного лучше, – кивает он, достаёт откуда-то шарфик. – Ещё вот это.

Он завязывает шарф с эмблемой команды на моей шее. Я оглядываю себя в зеркало. Он прав. Теперь я вылитый болельщик. Правда, за кого болеть, я не имею ни малейшего понятия. Ну и ладно. Буду повторять за Артёмом и просто наслаждаться матчем.

– Всё, я готов! – Артём уже у двери. – Мам, давай быстрее, а то мы опоздаем!

Мы выходим на улицу. Артур уже ждёт нас внизу, прислонившись к машине. Обычная чёрная иномарка, ничего пафосного. Он в джинсах, в толстовке с капюшоном, с такой же полосатой эмблемой, как у Артёма на шарфе.

– Здрасьте, дядь Артур! – выдаёт бодро Артём и протягивает ладонь. Они ударяют в ладони, словно дают пять, но как-то по-особенному, с хлопком и щелчком. Неожиданно. Обычно сдержанный Артём сейчас совсем не похож сам на себя. Он улыбается, глаза блестят, он весь в предвкушении.

– Привет, чемпион, – Артур кивает ему, открывает заднюю дверь. – Прошу.

Сажусь в салон. Здесь тепло и пахнет чем-то свежим. То ли мятой, то ли хвоей. Артём забирается рядом, пристёгивается. Артур садится за руль.

– Поехали? – оборачивается он к нам.

– Давайте! – Артём подаётся вперёд. – Я вам докажу, что моя команда лучше!

– Тогда тебе придётся постараться, – усмехается Артур, заводя двигатель.

Они начинают спорить. Что-то доказывают друг другу, вспоминают прошлые матчи, цитируют статистику. Артём размахивает руками, Артур спокойно парирует, не отвлекаясь от дороги. Я сижу, смотрю на них и не могу поверить, что мой сын снова ожил. Не так, как было раньше, когда он улыбался, но внутри оставалась пустота. А ярче. Он словно светится изнутри, когда он рядом с Артуром. Они как будто на одной волне. Словно понимают друг друга с полуслова. Спорят, доказывают, но не до пены у рта, а с уважением. Идут на уступки. Признают чужие аргументы.

Мы приезжаем на стадион. Я даже не знала, что в нашем городе есть такой огромный стадион. Толпа гудит со всех сторон. Люди в шарфах, в шапках, с флагами скандируют различные лозунги, кричалки, кто-то дудит в трубу. Я зажимаю уши руками. С непривычки шум оглушительный.

– Привыкнешь! – кричит мне Артём, смеясь.

Артур с одной стороны, Артём с другой. Рядом с ними я чувствую себя в безопасности. Но то, что здесь происходит, понемногу сводит с ума. Энергия толпы, этот гул, этот восторг. Все это затягивает.

Мы занимаем свои места на трибунах. Отсюда всё поле видно как на ладони. Зелёное, ровное, размеченное белыми линиями. Игроки выбегают, толпа взрывается.

– Смотри, мам! – Артём тычет пальцем. – Вот он, наш нападающий! Он самый лучший в лиге!

Я киваю, хотя понятия не имею, кто это. Но мне нравится смотреть, как он бежит, как бьёт по мячу, как болельщики вскакивают с мест при каждом опасном моменте.

Артём объясняет. Громко, почти кричит, чтобы перекрыть шум. Что такое угловой, что такое пенальти, почему судья показал жёлтую карточку. Я постепенно вникаю. И уже через полчаса я становлюсь той, кем никогда себя не представляла.

– Давай! Давай! Бей! – выкрикиваю я вместе со всеми, когда наш нападающий вырывается к воротам.

Артём смотрит на меня с удивлением, потом смеётся.

– Мам, ты чего?

– Болею! – кричу я в ответ. – Как ты и просил!

Он качает головой, но я вижу, что ему приятно.

Гол! Мы забиваем первый гол. Толпа взрывается. Я подпрыгиваю, хлопаю в ладоши, кричу что-то нечленораздельное. Артём рядом делает то же самое. Артур усмехается, но я вижу, что он тоже радуется. Хотя его команда проигрывает.

Второй гол. Третий. Пятый.

Игра заканчивается со счётом 5:2 в нашу пользу. Я выдыхаю, сажусь на место. Голос охрип, ладони красные от хлопков. Но внутри невероятная, почти забытая лёгкость.

– Мы победили! – Артём обнимает меня, и я чувствую его тепло, его радость. – Мам, ты видела? Видела?!

– Видела, – улыбаюсь я. – Вы были великолепны.

Мы выходим со стадиона. Артём снова спорит с Артуром.

– Я же говорил! Моя команда лучше!

– Мои просто немного уступили, – парирует Артур. – Если бы другие условия...

– Нет, – я мотаю головой. Артур поворачивается ко мне. – Команда Артёма правда лучше. А вот твоим стоит ещё подтянуть свои навыки.

– А я о чём! – выкрикивает Артём, явно довольный собой. – Мама всегда права!

– Ты лучше о себе думай. И свою игру не запори на радостях, – усмехается Артур.

– Я не запорю, – Артём становится серьёзным. – Вот увидите. Приедете ко мне на матч и увидите, как мы всех порвём.

– А ты знаешь, что слишком самоуверенные часто проигрывают? – Артур поднимает бровь.

– Только если плохо тренировались, – отвечает Артём. – А я выкладываюсь на все сто. Так что победа у нас в кармане. Могу даже поспорить, что мы победим. Вы бы видели, как мы каждый день выкладываемся на поле.

Они смотрят друг на друга. Потом Артур протягивает руку, Артём ударяет по ней.

– Договорились, – говорит Артур. – Я приеду на твою игру и надеюсь увидеть нечто, чего не видел никогда в жизни.

– Вы не пожалеете, – улыбается Артём.

Я стою рядом, смотрю на них. На моего счастливого, уверенного, живого сына. На мужчину, который за несколько недель стал для него кем-то важным. И чувствую, как внутри разливается тепло. Не то, от которого хочется плакать. А скорее то, от которого хочется жить. Дышать. Улыбаться.

– Мам, – Артём берёт меня за руку. – Спасибо, что пришла. Эта игра была супер показательной. Я столько из нее почерпнул.

– Это тебе спасибо, что позвал, – отвечаю я.

Мы идём к машине. Впереди ещё много всего. Но сейчас, в этот момент, я просто счастлива. Что есть мой снова улыбающийся сын. Что есть такие моменты. Что наша жизнь продолжается несмотря ни на что.

Глава 51

Глава 51

Алиса

Я стала разбираться в футболе. Не просто слышала где-то о нём, а именно понимаю, что и как устроено. Офсайд, угловой, пенальти, жёлтые и красные карточки. Теперь эти слова для меня не пустой звук.

Сегодня играет мой сын и я готова к этому матчу. Потому что его команда не просто где-то там в одной восьмой, а в финале. Он, как и обещал, прошёл все отборы, его команда выигрывала и проигрывала, но в итоге добралась до самого важного матча в сезоне. Я не пропустила ни одной игры. Ни дома, ни на выезде. Я всегда была рядом с ним. И не только я.

Смотрю на Артура. Он напряжён. Это чувствуется за несколько метров. Он не сводит глаз с поля, нервно постукивает ногой по полу. Он болеет за Артёма. По-настоящему. Не из вежливости, не потому, что я рядом. Он переживает.

– Давай! – выкрикивает он, и я слегка вздрагиваю. Нет, кажется, к этому я никогда не привыкну. Гул стадиона, крики болельщиков, этот накал страстей каждый раз как первый раз. Но внутри всё равно счастье.

Игра напряженная. Восемьдесят третья минута, счёт равный. Два два. Время почти вышло, остаётся несколько минут, а может, и секунд. Команды вымотаны, игроки едва передвигают ногами. Но Артём нет. Он как заведённый. Я вижу, как он бежит вперёд, как открывается, как требует мяч.

– Давай, давай! – шепчу я, сжимая край сиденья.

Пас. Ещё пас. Мяч у него. Он обходит защитника. Раз, второй. Я хватаю Артура за руку, сжимаю от волнения так, что, наверное, ему больно, но сейчас важнее другое. Мой сын. Он на поле и он уверенно движется к воротам противника.

– Давай, Тёмыч! – кричит Артур, и я слышу в его голосе то, что чувствую и сама. Надежду.

Удар!

И…. ГОЛ! В последние секунды основного времени.

Я вскакиваю, Артур притягивает меня к себе. Мы кричим, обнимаемся, подпрыгиваем, как дети. Вокруг всё взрывается. Стадион гудит, люди машут флагами, кто-то плачет от счастья.

Команда Артёма победила. Они выиграли финал. И он забил решающий гол. Он. Мой сын. Никто иной, а именно он.

Я смотрю на поле. Артём падает на колени, поднимает руки к небу. Его окружают товарищи по команде, хлопают по спине, по голове. Он ищет нас глазами. Мы машем ему. Он замечает нас, машет в ответ, что-то кричит, но слова теряются в гуле толпы.

Единственное, что я замечаю, что Артур тоже ему отвечает. Одними губами. Что-то короткое, односложное.

– Вы о чём? – кричу я ему на ухо, глядя на его профиль.

– Он сказал: “Я уделал тебя, как и обещал. И теперь ты мне должен!”– Артур усмехается, не отводя глаз от поля.

– Чего? – я удивленно поднимаю брови. – Ты о чём? Вы поспорили?

– Немного, – пожимает он плечами. – Он сказал, что если победит, то я буду обязан признать, что команда, за которую он болеет, лучше моей.

– Боже, – выдыхаю я. – Это же такая ерунда.

– Это для тебя ерунда, – Артур поворачивается ко мне, и в его глазах появляется мягкость. – А для того, кто столько лет болеет только за одну команду, это настоящий подвиг. Уступить, признать, что кто-то может быть лучше. Но уговор, как говорится дороже денег.

Он отпускает меня. Я замечаю это, как его рука соскальзывает с моей талии. Становится слегка неловко.

– Прости, – говорит он.

– Всё в порядке, – отвечаю я. – Пошли вниз. Артём сейчас выйдет.

Мы спускаемся в тишине. Неловкой, но не тяжёлой. Скорее той, когда оба чувствуют что-то, но не решаются сказать. Я иду рядом, чувствую его плечо, его дыхание. И не знаю, что делать с этим.

Мы выходим за ворота стадиона. Ждём. Через несколько минут дверь распахивается, и вылетает Артём. Мокрый, красный, счастливый. Глаза горят, улыбка до ушей.

– Признавайтесь! – кричит он, размахивая руками. – Мои лучше!

Артур улыбается. Кивает. Потом говорит это вслух, чётко, громко.

– Да. Твои лучше. Я признаю.

– Да! – Артём подпрыгивает, потом бросается к нам. Обнимает нас за шею, притягивает к себе. Мы с Артуром оказываемся в паре сантиметров друг от друга. Нос к носу, лоб ко лбу.

Я смотрю в его глаза. И вижу то же, что и у меня внутри. Он смотрит на меня не как на знакомую, не как на мать своего нового друга. А как на женщину. И от этого осознания кровь приливает к щекам, а сердце пропускает удар.

– Всё, мамуль, – Артём отпускает нас, не замечая ничего. – Я обратно. Сейчас награждение будет. А потом, может, сгоняем куда-нибудь отметить нашу победу?

– Обязательно, – отвечаю я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

Он скрывается за дверью, откуда выбежал. Мы остаёмся вдвоём.

Я смотрю на Артура. Он смотрит на меня.

– Кажется, и нам надо бы всё выяснить, – тихо говорит он.

Глава 52

Глава 52

Артём

Мы сидим в ресторане. Я смотрю на Артура, потом на маму. Между ними такое напряжение, что хоть ножом режь. И я прекрасно понимаю, откуда оно взялось.

Оно тянется с той самой встречи в ресторане. Еще тогда, я заметил, как он на неё смотрит. Не так, как смотрят на просто знакомую. Глубже. Он явно на неё запал, но не торопится. Боится спугнуть. Он знает, что она только развелась. И я, честно говоря, тоже не хотел бы, чтобы она связывалась с кем-то из мужчин, пока до конца не окрепнет.

Но Артур другой. Это видно издалека. И я думаю так, не потому, что мы сошлись на общих интересах. А потому что я это вижу его насквозь. Он полная противоположность отца. Он не похож на него от слова совсем.

– Я на секунду, – говорит мама, и уходит в сторону уборной, напоследок промокнув губы салфеткой.

Я наблюдаю, как Артур провожает её взглядом. Долгим, внимательным.

– И долго вы будете так на неё пялиться и молчать? – усмехаясь, начинаю я, взяв бокал с водой и делая глоток.

Артур в этот момент отпивает вино из своего бокала и чуть ли не давится, поперхнувшись. Смотрит на меня, кашляет.

– О чём ты? – его голос из уверенного превращается в хриплый.

– Думаете, я не вижу? – я откидываюсь на спинку стула. – Артур, вы меня недооцениваете. Я давно не ребёнок. Я всё вижу.

Он молчит. Потом отставляет бокал, смотрит на меня взрослым, серьёзным взглядом.

– Да забей, – говорит он тихо. – Это не важно, можешь не переживать, что я разрушу вашу жизнь. Я же понимаю, что твоей маме нелегко. Так что не тороплю ее и не лезу. Делаю ровно то, что она мне позволяет.

– А зря, – качаю я головой.

– В смысле? – он наклоняется вперед. В его глазах мелькает, что-то вроде недопонимания.

– Ей нужна поддержка, – говорю я, глядя ему прямо в глаза. – Я скоро уеду на сборы. Тренер говорит, что минимум на два месяца. Это довольно большой срок. А я не хочу оставлять маму одну. Тем более, что я не смогу ей звонить так часто, как хотелось бы. Да и одной ей точно будет не по себе.

Артур молчит. Ждёт.

– И что ты предлагаешь? – спрашивает он наконец.

Я выдерживаю паузу. Потому что слова, которые я сейчас скажу – это не просто слова. Это план. Это мое искреннее доверие к нему. И если я ошибусь, то вся вина ляжет исключительно на меня. И я буду жалеть о том, что сам же и совершил.

– Мама боится обжечься, – говорю я тихо. – И я её за это не осуждаю. Но вы мне нравитесь. Вы ей подходите, – на выдохе произношу я.

Он не перебивает меня. Смотрит так, будто от моих слов зависит что-то важное.

– Я помогу вам наладить контакт, – продолжаю я. – Найти общий язык. Я поговорю с ней, подготовлю почву для размышлений. Ну а дальше всё в ваших руках.

Он смотрит на меня долго. Потом выдыхает.

– Артем, – говорит он, и в его голосе я слышу уважение. – Ты серьёзно?

– Абсолютно.

– Зачем тебе это? – он наклоняет голову. – Ты же только что сказал, что не хочешь, чтобы она с кем-то связывалась.

– С кем попало не хочу, – поправляю я. – А с вами у нее есть шанс. Вы не такой, как отец. Вы лучше. Я это вижу. И мама, кажется, тоже, но она пока боится себе в этом признаться.

Он молчит. Я вижу, как в его глазах что-то меняется.

– Спасибо, – говорит он тихо. – Правда. Я ценю твое доверие. И тебя ценю. Ты не просто ее сын. Ты настоящий мужчина.

– Ладно, – я отмахиваюсь, чтобы не показывать, как приятно мне это слышать. – Не раскисайте. Ещё ничего не решено.

– Но ты поможешь?

– Сказал же, что помогу. Но при одном условии, – я становлюсь серьезней.

– И что за условие?

– Вы никогда. Ни при каких обстоятельствах. Не позволите ей заплакать.

– Я и не…

– Я серьезно, – мой голос становится опасным. – Я не позволю, чтобы кто-то еще заставил маму плакать. Она заслуживает счастья.

– Обещаю. Я сделаю все, что в моих силах. И если она скажет мне нет, то я не буду на нее давить.

Я киваю. Мы смотрим друг на друга. И я чувствую, что с этого момента между нами не просто дружба или общий интерес. Между нами что-то большее. Доверие.

Мама возвращается. Садится за стол, смотрит на нас с подозрением.

– О чём шептались? – она переводит взгляд с меня на Артура, с Артура на меня. – Выглядите как шпионы.

– Да так, – улыбаюсь я, стараясь, чтобы голос звучал беззаботно. – Есть у нас тут некоторые мыслишки.

Она не верит. Я это вижу. Но больше не расспрашивает. Только качает головой и берёт бокал.

А у меня в голове уже крутится план. План по спасению мамы и возвращению её веры в людей. В мужчин. В себя.

Эпилог

Эпилог

Пять лет спустя

Алиса

Я выхожу на террасу нашего загородного дома, чтобы перевести дыхание. Смотрю на сад, который мы с Артуром разбили прошлой весной. Розы уже распустились. Их аромат витает в воздухе сладким облаком.

Где-то вдалеке лает соседская собака. Солнце садится за горизонт, окрашивая небо в розово-золотые тона. Я вдыхаю этот вечерний воздух и чувствую, что я счастлива. Всё так, как и должно быть.

Мы построили этот дом вместе. Я вложила часть своих денег. Тех самых, что отсудила у Максима за его многолетние измены. Артур вложил остальное. Мы все по-честному, оформили юридически, чтобы не было потом проблем.

И да, мы не женаты. Я так и не согласилась на этот шаг. Не потому, что не доверяю ему, а потому, что штамп в паспорте перестал для меня что-то значить. Мы живём гражданским браком, и всех всё устраивает.

Сегодня день рождения сына. Ему исполняется двадцать. Теперь он взрослый, самостоятельный, с усами, которые он отрастил назло всем тренерам.

С нами он больше не живёт. Снимает квартиру в городе, ближе к институту и тренировкам. Но сегодня обещал приехать к нам не просто отметить свой день, а с каким-то сюрпризом.

Я возвращаюсь в дом. Принимаюсь накрывать на стол. Артур помогает. Расставляет тарелки, раскладывает приборы, поправляет салфетки. Я мельтешу, как угорелая: то салат переставлю, то закуску поправлю, то бокалы протру. Хочу, чтобы всё было идеально. Чтобы Артём чувствовал, что здесь его ждут. Что именно здесь его дом.

– Успокойся, – Артур обнимает меня за плечи. – Всё будет хорошо. Он уже взрослый и не заметит, если салат будет стоять не на том месте.

– Заметит, – качаю я головой. – Он всё замечает. Как ты.

– Я замечаю только тебя, – шепчет он мне на ухо, и я улыбаюсь.

Когда стол накрыт, а гости ещё не приехали, раздаётся звонок в дверь. Я выдыхаю, поправляю волосы и иду открывать.

На пороге стоит Артём. Возмужавший, плечистый, с лёгкой щетиной. И держит за руку девушку.

Я замираю. Артур подходит сзади, кладёт руку мне на плечо. Я чувствую, как он напрягается. Его пальцы сжимаются сильнее.

– Чего замерли? – Артём проходит внутрь, тянет за собой девушку. – Проходи, не стесняйся.

Девушка немного смущается, улыбается. Ей на вид лет девятнадцать. Скромная, в простом платье, волосы собраны в хвост.

– Здравствуйте, – тихо говорит она.

Артур отходит от шока первым. Выдыхает, протягивает руку.

– Это…, – он смотрит на Артёма.

– Да ладно вам так напрягаться, – Артём улыбается, но я вижу, что и ему неловко. – Мы ж не о беременности пришли заявлять.

– А о чём? – мой голос звучит хрипло.

Я смотрю на сына, на его серьёзное выражение лица и боюсь услышать то, что он собрался жениться. Не потому, что я не буду за него рада. А потому что мне кажется, это слишком рано. Ему всего двадцать. Его девушка совсем юная. Им нужно больше времени, чтобы понять подходт ли они друг другу.

– Да выдыхайте вы, – смеётся он. – Я приехал познакомить вас со своей девушкой. Пока что с девушкой, но совсем скоро….

– С девушкой? – переспрашиваю я, и внутри всё расслабляется.

– Да, с девушкой, – он подмигивает.

Артур выдыхает, убирает руку с моего плеча. Я делаю шаг вперёд, протягиваю руку девушке.

– Алиса, – представляюсь. – Очень приятно.

– Ира, – она пожимает мою ладонь. – Артём много о вас рассказывал. Вы замечательная.

– Это он замечательный, – улыбаюсь я. – Проходите, садитесь. Если Артём ничего не перепутал, то его гости начнут подходить с минуты на минуту.

– Эй! Я ничего никогда не путаю, мам!

Я смотрю на него, смеюсь. Мой мальчик. Он стал таким взрослым, но все еще остался моим сыном.

Через полчаса дом наполняется гостями. Друзья Артёма всё прибывают. Их шумные, весёлые голоса наполняют наш дом. Кто-то ходит с напитками, кто-то с нарезанным тортом. А кто-то и вовсе притащил огромного плюшевого медведя. Девушка Артёма смеётся, закрывая лицо руками, глядя на это плюшевое недоразумение. Мы все хохочем, потому что медведь выше Артёма, и он никак не может понять, куда его деть.

– Да держи ты его уже! – выкрикивает его друг.

– Да держу я, как могу!

– Тогда поставь куда-нибудь! Дай хоть тебя поздравить.

– Сам же припер его! Погоди. Мам, я у кровати его поставлю! – кричит он, пытаясь удержать игрушку в дверях. – Вон сколько места!

– Поставь, – смеюсь я, глядя на эту нелепую картину, как он пытается тащить медведя по полу.

– А девушку свою на кровать положишь? – кричит кто-то из друзей.

– А вот это уже личное! – Артём отбивается. – Не смей про нее говорить! – его голос обретает сталь.

Я смотрю на них и улыбаюсь. Вокруг шум, гам. Кто-то рассказывает анекдот, кто-то спорит о футболе, Ира обсуждает с подругами какие-то свои девичьи штуки.

Я молча выхожу на террасу, оставляя молодежь веселиться. Смотрю на сад. Уже темно. Видно только звёзды на тёмном небе и далёкие огни города.

– Мам, – слышу за спиной. Оборачиваюсь. Артём выходит ко мне, руки в карманах, а сам он смотрит куда-то в сторону.

– Ты как? – спрашиваю я. – Устал?

– Нет, я в порядке, – он пожимает плечами. – Увидел, что ты вышла и решил присоедениться. А ты как?

– Я тоже в полном порядке.

Он мнётся. Я вижу, что он хочет что-то сказать, но не решается.

– У вас всё серьёзно? – спрашиваю я, кивая в сторону гостиной, где ждёт его девушка.

– Вроде как да, – он вздыхает. – Но мы не спешим. Надо сначала институт закончить, с футболом определиться… Да и Ире всего девятнадцать. Она сама еще не знает чего хочет от жизни. Не хочу быть для нее обузой со своими постоянными разъездами.

– Правильно делаете, – киваю я. – Не торопитесь, чтобы потом не жалеть.

– Мам, – он мнётся. Потом протягивает мне конверт. – Это... от него. Я подумал, что стоит отдать это тебе.

Я беру. Не спрашиваю, от кого. Я и так это знаю. Осторожно открываю, достаю открытку. На лицевой стороне банальное: “С днём рождения, сын”. А внутри послание. Для меня.

“Алиса. Я знаю, что уже поздно, да и, наверное, глупо говорить о прошлом, но я понял, что потерял тебя. Теперь понял. И это произошло не потому что ты ушла, а потому что я не смог тебя удержать. Потому что я совершил ошибку. Я был дураком. Эгоистом. Слепым. Ты заслуживаешь счастья. Я желаю тебе его. Честно. Без обид. Без злости. Просто будь счастлива. Максим”.

Я смотрю на эти строчки. Внутри ничего не ёкает. Нет боли, нет злости, нет даже жалости. Только тишина.

– Я и так счастлива, – говорю я и убираю открытку обратно в конверт.

– Он тоже, – говорит Артём. – Вроде. Иногда он пишет мне вот такие письма. Что у него всё нормально. Работа, квартира, хобби какое-то, но я не отвечаю. Читаю и выбрасываю, но тут он написал тебе и я решил, что должен отдать его.

– Ты мог его выбросить. Я бы не расстроилась, – складываю конверт попалам и протягиваю ему. Он выбрасывает его в урну.

– Знаешь, а мне даже как-то обидно, – говорит он, глядя куда-то перед собой.

– Почему обидно? – смотрю на сына.

– Он столько гадостей нам сделал, – Артём кривится. – А сейчас живёт и ни о чём не думает. Лучше бы его судьба наказала. Да так, чтобы пожестче. Чтобы он навсегда запомнил, что натворил.

– Ты не знаешь всей правды, – качаю я головой. – То, что он пишет, что у него все хорошо, совершенно не значит, что так и есть. Но честно говоря... мне всё равно. Накажет его жизнь или нет – это не в моей власти. Главное, что у нас с тобой всё хорошо.

– Но ты же не думаешь, что он заслуживает прощения? – Артём смотрит на меня.

– Нет, – отвечаю честно. – Но я не судья. Если жизнь распорядится так, что он получит по заслугам, то так и должно было случиться. Если нет, то пусть так. Я не буду знать ни о том, ни о другом исходе. Я не хочу этого знать. Мне всё равно. Я просто хочу быть счастлива. И я уже счастлива. Благодаря тебе.

– О чём ты? – он отводит глаза в сторону.

– Об Артуре, – улыбаюсь я. – Он мне всё рассказал. Как ты ему помогал. Откуда он узнавал про то, что я люблю, чего боюсь, о чём мечтаю. Как он всегда угадывал со свиданиями и подарками. А я ведь ещё удивлялась тогда, откуда он всё это знает. Как ему всегда с точностью удаётся попасть в самую цель. Мои любимые цветы, блюда, рестораны...

– Ну тут я только немного ему помог, – он пожимает плечами, но я вижу, что он не договаривает мне всей правды. Он помогал ему и не мало. Не потому что он хотел, чтобы я поскорее сошлась с Артуром и забыла отца, а потому что он хотел, чтобы я была счастлива. Чтобы я улыбалась. Чтобы я снова стала собой. – Он практически все делал сам. Я лишь давал ему подсказки и советы, а дальше это его заслуга.

– Да-да, – смеюсь я. – Немного.

– Ну ладно! – сдаётся он. – Может чуть больше, чем планировал, но всё равно Артур принимал решения сам. Я лишь направлял его в нужную сторону и давал советы.

В этот момент в доме снова раздается звонок. Громкий, настойчивый. Артём напрягается.

– А это ещё кто? – спрашивает он.

– Догадайся, – загадочно улыбаюсь я.

И через секунду из дома раздаётся крик, от которого, кажется, дрожат стёкла.

– Именинник! Ты где?!

– О боже, – Артём закатывает глаза. – Мам, не говори, что тётя Катя приехала.

– Приехала, – киваю я. – И не одна.

– Да ладно?!

Мы возвращаемся в дом. Катя стоит посреди комнаты с огромным блестящим пакетом в одной руке, с бокалом сока в другой. Ее живот уже заметно округлился, на лице сияющая улыбка.

– А вот и ты! – она делает шаг к Артёму. – Иди, подергаю за уши!

– Мам, ну скажи ей, что это уже не актуально! – Артём отступает. – Мне же не пять лет!

– Ой, да ладно тебе! – Катя смеётся, но не трогает его. – Не буду я за уши тебя дёргать. Алиса, ну что с подарком, пора? Я, как видишь, уже готова!

Она смотрит на меня. Её глаза сияют. Андрей стоит рядом с ней, держит её за руку. Аня, их дочка, уже сидит на руках у Артура и таращит глаза на собравшихся гостей.

Я смотрю на Катин живот, на малышку, на счастливое лицо подруги. И киваю.

– Пора.

– Мам, вы о чём? – Артём напрягается.

– Тёмыч, а че у нас еще салют будет? – выкрикивает кто-то из-за стола.

– Да я сам пока не в курсе. Мам?

Я киваю на Артура. Он встаёт напротив него. Опускает малышку, достает из кармана чёрную повязку на глаза. Я вижу, как глаза Артёма бегают по друзьям, по его девушке, по Кате, по Андрею, по мне. Кто-то улыбается, кто-то нетерпеливо переминается с ноги на ногу. Его девушка прижимает ладони к щекам. Она уже догадалась, что его ждет сюрприз, но молчит.