Текст книги "Предвестница беды (СИ)"

Автор книги: Натали Лансон

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 16 страниц)

– Я понимаю, – сказала с твёрдостью в голосе, наклоняясь к его губам. – Я всё понимаю.

Поцеловала его снова, уже сама, инициируя контакт.

Мои пальцы дрожали, когда коснулись пуговиц его камзола.

Это было трудно.

Дрожащие пальцы не слушались, скользили по ткани, но я справилась. Одна пуговица, вторая, третья. Ткань распахнулась, открывая его грудь, покрытую шрамами, горячую и живую.

Я прижалась ладонью к смуглой коже, чувствуя, как бьётся его сердце.

Оно билось в одном ритме с моим.

– Кира, – выдохнул он, закрывая глаза. – Остановись.

– Нет! – рыкнула сама, опуская руку к завязкам его брюк.

Рейвен больше не спрашивал и не просил.

Его взгляд резко поменялся, теряя остатки разума.

Руки мага обвились вокруг меня, переворачивая ситуацию, и теперь я оказалась под ним, на мягком диване, в полумраке ниши.

Его тело накрыло меня, тяжёлое и надёжное, как щит. Он смотрел на меня сверху вниз, и в его взгляде читалось восхищение, смешанное с голодом.

– Ты – моя, – сказал он тихо, отстраняясь только для того, чтобы высвободить.

– О, Боже! – воскликнула, тут же зажмурившись.

«Спокойно. От потери девственности ещё никто не умирал! Не умирал же?!»

Когда Рей вошёл в меня, отодвинув край моих трусиков, я прикусила нижнюю губу до крови.

Было больно, что уж тут врать. Первые секунды становления женщиной мне не понравились максимально! Не помогла ни природная смазка, которой секреция выделила в достаточном количестве, ни осторожное, медленное погружение Рейвена.

– Тише-тише… Не ёрзай, малышка. Сейчас всё пройдёт.

И правда! Боль сменилась странным, тёплым чувством наполненности, особенно, когда Рей начал медленно двигаться возвратно-поступательными движениями, позволяя мне привыкнуть к его размеру и целуя мои слёзы, которые невольно выступили на глазах.

Руки Рея без остановки гладили моё тело, изучая каждый изгиб, каждую линию, словно запоминали карту моей чувственности, нажимая там, где моё дыхание прерывалось на долю секунды.

Я обхватила его ногами, притягивая ближе, чувствуя, как внутри разгорается пламя.

То, что магия принимала участие в нашем процессе соития, даже не удивляло.

Искры пробегали по коже, оставляя невидимые следы. Вспыхивали и растворялись на коже, а я смотрела только на Рейвена, оглаживала его квадратные скулы, поправляла волосы, свисавшие длинными прядями по сторонам от его лица и закрывающими взор этого дикаря, пытавшегося сейчас быть нежным любовником.

В этот момент мне казалось, что это ради любви.

Мне хотелось верить, что это ради любви.

– Рей, – простонала я, когда волна удовольствия дразняще приблизилась. – Рейвен…

– Я здесь, девочка… – сквозь стиснутые зубы прошипел он, ускоряя ритм узких бёдер.

Мы двигались в унисон, позабыв обо всём.

Существовали только мы, этот диван, запах книг и наше прерывистое дыхание.

Когда накатил финал, я почувствовала, как мир взрывается белым светом, и я лечу куда-то вверх, оставляя тело внизу.

Рейвен прижался ко мне, тяжело дыша, и я почувствовала, как его сердце колотится о мою грудь.

Мы лежали молча, слушая, как успокаивается дыхание.

Мужская рука лежала на моей талии, тяжёлая и собственническая. Я закрыла глаза, чувствуя, как нега переполняет всё моё существо.

«Не знаю, было ли нечто подобное со мной в прошлой жизни, но безумно рада, что оно пришло ко мне в этой!»

Я пошевелилась под Реем, и тишина в нише приобрела какой-то другой оттенок настроения.

Ушла мягкость, обволакивающая, словно вата.

Слышно было только наше дыхание, которое постепенно выравнивалось, и тихий треск ламп где-то за портьерой.

Запах секса, мускуса и магии смешался с запахом старых книг, создавая уникальный аромат этого незабываемого момента, делая его острым.

Рейвен откатился в сторону, но вставать не спешил в отличие от меня. Подставил руку под голову и молчаливо наблюдал, как я поправляю платье и причёску, как будто никто их не касался.

Его взгляд был мягким, почти нежным, таким, каким я никогда раньше его не видела. В маге как будто не осталось той стальной холодности, которой он обычно взирал на всех и всё, что его окружало. В нём было тепло. Слишком много тепла для той, кто его использовал только что вслепую.

«Но… по-другому он точно не согласился бы. Сказал бы, что что-то придумает, а у меня совсем нет времени».

– Ты в порядке? – спросил Рей тихо.

Его голос был хриплым, низким, вибрирующим где-то в груди, и этот звук отдавался во мне эхом.

– В порядке, – прошептала, стараясь улыбнуться. Улыбка вышла слабой, дрожащей. – Лучше, чем в порядке…

Рейвен улыбнулся в ответ. Это была редкая улыбка. Настоящая. Без сарказма, без маски. Она изменила его лицо, сделав моложе, человечнее.

– Я думал… – он замялся, подбирая слова. – Я думал, ты пожалеешь. Что ты сделаешь это под влиянием момента, а потом… потом возненавидишь меня за то, что я воспользовался ситуацией.

– Ты не воспользовался, – сказала я, кладя ладонь ему на грудь, чувствуя под кожей всё ещё учащённое биение сердца. – Я сама… я сама этого хотела.

Улыбка мага медленно померкла.

– Что это должно означать?

Я замерла.

«Вот он – момент горькой истины. Сейчас нужно сказать правду. Но как же страшно это сделать! Он обидится… Точно обидится!»

Я задержала дыхание и…

«Смысла тянуть с этим нет! Лучше сейчас сказать».

Зажмурилась, распахнула глаза и призналась:

– Завтра приедет целитель.

Три слова.

Всего три слова, но они упали в тишину библиотеки, как камни в воду, расходясь кругами шока и понимания.

Рейвен замер.

Его глаза расширились.

Маг медленно моргнул, словно пытаясь осмыслить услышанное.

Секунда, две – и его взгляд изменился.

Тепло, которое было в нём секунду назад, исчезло. Его сменило понимание.

Холодное, отрезвляющее понимание.

Рей посмотрел на меня, потом на диван, потом снова на меня.

– Целитель, – повторил он тихо, медленно поднимаясь и застёгиваясь. Голос стал плоским, безэмоциональным. – Для проверки.

Он не спрашивал, но я всё равно кивнула, чувствуя, как внутри всё сжимается от боли.

– Да. Ты же предполагал это, помнишь? И предлагал…

Рей отступил на шаг, словно я его ударила.

Его руки опустились вдоль тела, пальцы сжались в кулаки.

– Значит, это было… – он не закончил фразу, но я как будто услышала это жуткое продолжение: «Значит, это было нужно. Значит, это было ради спасения. Значит, я был инструментом».

– Нет! – воскликнула, делая шаг.

Рей остался стоять на месте, но его брови надменно изогнулись в насмешке.

– Что «нет»? Не было нужно?

– Я… Нет. То есть да, но… – честно говоря, я запуталась, не совсем понимая, что именно подразумевает Рейвен прямо сейчас. Он как будто закрылся от меня, и это пугало.

Маг Веридана смотрел на меня долго. Очень долго.

В его глазах отражался только стылый холод.

– Это было нужно, – сказал он наконец. И прозвучала фраза не как обвинение, а скорей, как констатация факта. – Я понимаю.

«Может, не всё так плохо? Я просто себе накрутила?»

– Но в следующий раз, – Рей, усмехаясь, накинул на плечи плащ и вернул платок на лицо. – В следующий раз просто скажи мне. Не заставляй гадать. Не заставляй меня думать, что это… что-то несуществующее, а не всего лишь стратегия.

Рей откинул портьеру и вышел.

– Это было и то, и другое, – прошептала я, но меня уже никто не слышал.

Глава 23. Пересидеть

Осмотр целителем прошёл успешно.

Старенький, весьма неказистый на вид, мужчина выписал мне кучу микстур для фертильности, которые я естественно не собиралась принимать, но клятвенно заверила, что буду.

Отыграла роль лучшей жены этого мира на все сто процентов – щебетала о желании иметь детей, о том, какой у меня муж добрый и нежный. Не забывала довольно хихикать, хотя это было больше от нервов, потому как на осмотре изъявили желание поприсутствовать и герцог, и герцогиня.

Дориан, ясное дело, тоже крутился рядом, отыгрывая роль того самого любящего мужа, пока целитель подвергал меня не самой приятной процедуре за ширмой. Её наличие особо порадовало, хотя, казалось бы, радоваться вообще нечему в осмотре.

Не знаю, как это делалось в моей прошлой жизни, но здесь меня щупали и даже взяли «мазок» стеклянной тонкой трубочкой прямо там, куда приличные посторонние люди не заглядывают!

Как итог: все мои представления о целительных белых пульсарах или даже искр, считывающих состояние здоровья, самым грубым образом не оправдались, оставшись на уровне фантазий.

Впрочем, не всё было так плохо, как я расписала.

Неприятно и унизительно – да. Но хоть не больно.

Герцог и герцогиня остались довольны вердиктом королевского врача, заявившего что я – ого-го в плане физического здоровья. Мол, «эта лошадка нарожает кучу породистых жеребят».

Слушать такое было достаточно неприятно, поэтому я в большинстве своём молчала и безразлично отводила взгляд в сторону, когда отвращение накатывало особо мощно. Лучше смотреть на узор ковра, чем на довольную физиономию герцога, который уже мысленно подсчитывал будущих внуков-наследников.

В остальном улыбка крепко продержалась на моих губах до самого конца.

Когда меня наконец отпустили, я выдохнула так, будто всплыла с глубины.

«Но расслабляться рано! – не позволяла себе расслабиться. – Осмотр – лишь стартовый выстрел в марафоне под названием «СВОБОДА». Впереди непростой забег, имя которому «Зимний сезон!» – Это была та правда, не принять которую то же самое, что признать поражение!

Месяц только кажется четырьмя-пятью неделями. На самом деле время летит так, что даже страшно порой.

Так и вышло, не успела я оглянуться! Полтора с небольшим месяца пролетели в каком-то лихорадочном тумане, словно кто-то включил перемотку вперёд.

Дни слились в единую цепочку из примерок, уроков и бесконечных наставлений. Грета, которая собственно прибыла в крепость для преподавания дворцового этикета, занялась моим образованием вплотную, превратившись в настоящего сержанта в юбке.

Благо, я была не одна. Дион муштровала меня и Аделин с одинаковым рвением.

– Спина прямее, Ваше Высочество! – цыкала она, когда я сутулилась. – И вы, мисс Аделин, не забывайте про реверанс. Большая часть придворных – не ниже по статусу графа Рембри. Как его дочери, вам придётся кланяться чуть ли не на всех углах дворца. В столице на каждый косой взгляд могут обидеться.

Мы учились держать спину, правильно держать веер, улыбаться глазами и молчать тогда, когда хочется не просто высказаться, а прямо зарядить оплеуху.

Аделин расцветала на глазах. Из забитой девочки она превращалась в уверенную юную леди, хотя во взгляде когда-никогда всё ещё читалась тень испуга разочаровать старших.

Ради неё я старалась изо всех сил, даже когда эти силы были на исходе. Уж очень достали меня снобские высказывания герцогини Элианы о том, какая она плодовитая была – понесла в первую брачную ночь… в отличие от «некоторых». Изара так же вызывала исключительно негативные эмоции своим высокомерием и ядовитым хихиканьем.

Но самым неожиданным сюрпризом этого месяца стал… Дориан.

По графику, который я обозначила, «супруг» являлся мои покои каждые два дня для выполнения супружеского долга.

И он приходил. Причём трезвый, аккуратный… тихий!

Сначала я этого не замечала, потому что, стоило Дориану переступить порог спальни, а двери закрыться за его спиной, из-за ширмы незаметно выходила Грета. Она перехватывала «управление» его телом и безупречно ковырялась в его мыслях, насылая необходимые видения.

Кстати, о них!

Я же всё-таки спросила Грету о содержимом видений!

Первым же вечером, когда леди Дион помогала мне расплести волосы, я не выдержала и задала вопрос в лоб:

– Что именно ты ему внушаешь? Почему он мне сегодня весь завтрак улыбался?

Грета хитро прищурилась, глядя на меня через зеркало.

Её ответ поверг в шок.

– Я решила сбить спесь с наследничка радикальным способом.

– И в чём же радикальность заключается?

– Я показала лорду Дориану иллюзию, – спокойно ответила женщина, вынимая шпильку из моих локонов. – Иллюзию того, как надо правильно любить свою жену.

Я напряглась. Хлопнула ресницами пару раз, изучая слишком довольный вид Греты.

– Это как же?

– Хмм… – Дион сделала губки бантиком, подбирая слова с самым хитрым видом. – Это когда жену целуют, потом облизывают всю, с ног до головы и доставляют невероятный экстаз!

Моя челюсть отпала.

Я замерла с расчёской в руке.

– Что?!

– А что? – с вызовом повторила мой же вопрос магичка. Только с другой интонацией. – Он же привык брать всё силой или покупать. А тут я поставила желание женщины превыше его хотелок. Внушила, чтобы Дориан считал, что для хорошего мужа идеал, когда его жена в восторге именно от заботы и уважения! И не надо на меня так смотреть. Может, хоть какой-то «винтик» в его голове встанет на правильное место! Ты не видела, сколько там темноты. Просто жуть. Поверь, моя шалость – песчинка добродетели в океане его мерзких фантазий.

Я слов не могла подобрать, чтобы выразить женщине всё, что у меня крутилось на языке. Эту смесь эмоций даже на составные не разобрать, чтобы что-то конкретное вычленить!

– Ты… ты просто… аааа! Грета!

– Спокойно. Дыши глубже. Ничего криминального в женском удовлетворении нет. Это вообще святая обязанность хорошего мужчина. Это мне и хотелось вложить в буйную голову молодого лорда Криоса. Я – профессионал! – менталистка пожала плечами, но в левом уголке её губ закралась мстительная ухмылка. – Видела бы ты, как он старается тебе угодить. Хотя… наверное, всё-таки хорошо, что ты не видишь. Мала ещё…

«Кто из нас ещё мал?!» – хотелось съязвить, но я промолчала. О том, что в теле молоденькой Киры ста… скажем: «пожившая душа», я никому не собиралась говорить.

Вернёмся к Дориану.

Казалось бы, проблема решена. Но неожиданным образом эксперименты магички сыграли надо мной злую шутку. Она как будто открыли ящик Пандоры. Не знаю, что это… что-то из моей прошлой жизни, однако оно необъяснимо ярко подходило под мою ситуацию, как самый достойный фразеологизм!

Сначала изменения не сильно были заметны, но чем ближе подбиралась дата поездки в столицу, тем страннее стал вести себя Дор: куда приятнее и улыбчивее. И вёл себя так муженёк не только при свидетелях и за совместными завтраками и ужинами. Дориан старался найти меня даже во время уединённых прогулок по парку или саду замковой территории, чтобы (ё-моё!) просто пройтись рядом в тишине.

Дор не лез с разговорами, не требовал внимания. Шёл рядом, умиротворённо любовался осенью и вздыхал полной грудью.

Так же с осторожностью и вниманием он проявлял себя во время «чаепитий» у соседей, куда нас приглашали всем семейством Криос. Дор придерживал дверь для меня, подавал руку, смотрел так, будто я – хрупкая ваза, которую он боится разбить.

Это сбивало с толку куда больше, чем его пьяные выходки. И конкретно стало нервировать.

«Мне только любви социопата не хватало!»

Кстати, о них!

Балтус тоже пугал своим поведением, но здесь всё было иначе.

После того разговора, когда я выгнала лорда из спальни, он упорно пытался доказать, что его любовь – не игра, что он – хороший, и, приняв его, я не ошибусь.

Балтус вылавливал меня в коридорах, шептал комплименты, которые звучали скорее как угрозы, и смотрел слишком проникновенно, осыпая клятвенными заверениями в искренней любви.

Кошмар и ужас, короче.

В такие моменты я радовалась Дориану. Только видя старшего брата рядом со мной, Балтус сохранял дистанцию. Скрипел зубами, но не приближался.

А самое смешное, при всей своей маниакальности, не братцы Криос меня больше всего беспокоили.

Рей.

Весь месяц я пыталась остаться с ним наедине, чтобы поговорить, и весь месяц он упорно делал вид, что не замечает этого. Нет, маг не бегал от меня, не сторонился. Он ответственно выполнял задачу рыцаря, сопровождая вверенную ему самим королём леди везде и всюду.

На прогулках сэр Эр шёл в трёх шагах сзади, на балах у соседей – стоял у колонны, сканируя зал взглядом хищника. Но вместе с этим он никогда не приближался, позволяя кружить кому-то ещё вокруг меня, будь то Грета, восторженная Аделин или кто-то из братьев Криос!

Если я делала шаг в его сторону, он незаметно отступал на шаг назад. Если я ловила его взгляд, он тут же отводил глаза к горизонту.

Это жутко начинало меня злить, потому что я прекрасно видела: хоть Рейвен и не показал тогда, в библиотеке, своей обиды, но он точно обиделся!!!

А больше всего сбивало с толку, что я тоже как будто обиделась. Он же ничего не сказал после. Просто ушёл.

А мне хотелось понять, что между нами происходит, потому что происходить как бы было не из чего! Мы толком не знали друг друга. Между нами даже приятельских отношений не появилось.

«Что за сумбур бурлит во мне?!»

Каждую ночь я лежала в кровати, вспоминая жар его рук и холод его нынешнего молчания.

«В следующий раз просто скажи мне, – эхом звучали его слова. – Не заставляй меня думать, что это… что-то несуществующее, а не всего лишь стратегия».

Я ведь хотела сказать! Хотела объяснить, что это была не только стратегия! Но он просто вышел. Бросил меня в нише. А потом выстроил стену, такую же непробиваемую, как его лоб, и запер себя за ней!

«Как вообще с таким разговаривать?!? Бесит! Одно хорошо – разбираться с последствиями нашего библиотечного адюльтера не надо. Эрик, дай Бог ему здоровья, предусмотрел все варианты. Грета в первый же день приезда в замок передала от Эрика сундучок, в котором был целый набор зелий-антидотов, спасающих почти от всех ядов. Там же обнаружилось противозачаточное. С припиской: «Десять капель, если Грета не справится».

Грета справилась… но капельки всё равно пригодились.

И вот, наконец, наступил день отъезда.

Кареты стояли у парадного подъезда, запряжённые лучшими лошадьми герцога.

Выпавший ночью снег, припорошивший землю белым ковром, хрустел под ногами, предвещая холодную дорогу.

Я стояла на крыльце, укутанная в меховую серую накидку, и смотрела на хмурое небо, пока бедные лакеи таскали один за другим сундуки – украшения и платья герцогини Элианы и Изары. В итоге выходило что-то около двадцати громоздких, неподъёмных ларцов.

Мы с Гретой обошлись пятью сундуками. На двоих.

Влезло по пять выходных платьев для каждой. По три – для дневных визитов, и по два повседневных. Зимний сезон длился ровно две недели. За это время элита умудрялась посетить огромное количество балов, но пять главных – королевских – были обязательными для всех. Остальные – в городских резиденциях приближённых короля, его советников-герцогов. Маркел Криос, как один из столпов королевского совета, тоже был обязан провести такой бал в своём особняке.

Элиана последние пару дней только о подготовке и говорила, оставив в покое обсуждение моих регул, которые опять пришли точно по расписанию, отодвигая мечты Маркела о внуке. И слава Богу! А то прям достала. Если герцог молчаливо хмурился, то эта змея не упускала возможность и обливала меня с ног до головы своим ядом, виртуозно заворачивая его в обёртку «материнской» озабоченности здоровьем своего дитяти. Хотя особого рвения становиться бабушкой я у неё не наблюдала.

«Гадина как есть!»

Я радовалась, что её мысли, наконец, заняло что-то другое.

Теперь Элиана трепала нервы своей первой помощнице – мадам Аманде. А ещё делала вид, что советуется с Изарой. Исключительно с Изарой. Меня в качестве советчицы или кого-то ещё, обязанного помогать в организации будущего бала в резиденции Криос, куда мы ещё даже не приехали, она однозначно рассматривать не собиралась.

Но, знаете, что? Баба с возу!

Мне даром это колготная суета не сдалась!

Хватало того, что я постоянно была вынуждена придумывать любые причины, чтобы избавиться от общества её неадекватных сынков, одному из которых вдруг понравилось быть нежным и любящим, а другому… чёрт ногу сломит, что вообще от меня было нужно! Но… явно не любви.

Каждый раз, слушая виртуозные словесные ухищрения Балтуса, мне приходилось постоянно напоминать себе, что парень – тот ещё притворщик и лгун!

О, даааа… У меня были доказательства на руках – в прямом смысле этого слова. Я умудрилась «коснуться» участка его кожи в один одну из назойливых встреч, и оценить в полной мере, к какому будущему катится этот грешник.

Настоящий маньяк, повёрнутый на садизме! В одном из узлов он успешно добился своего! Отравил Грету и Рейвена, принудил меня к… Фу! Даже не хочу вспоминать! Из-за того видения я до сих пор не могла спокойно дышать, когда Балтус приближался, чтобы «выразить своё почтение» или «пожелать приятного дня».

Мерзопакостный извращенец – социопат! Пусть в местной религии не было Рая, но уж подобие Ада существовало.

Так вот!

Я всеми фибрами души желала, чтобы гадёныш оказался там!

А ещё… в какой-то момент решила для себя, что не позволю Криосам остаться у власти и дальше принижать людей, живущих на их землях! Пока не знала: как, но точно, уходя, я собиралась свергнуть этих недолюдей в пучину их же собственной грязи. Хотела целенаправленно раскрыть глаза на похотливую Изару, на её высокомерную и злую мать, не гнушающуюся ударить слугу даже за мельчайший проступок; на Балтуса, который опасно тихо мечтал утянуть меня в свои подвалы Боли и там «любить» своей больной любовью; и даже на герцога, который с виду казался достойным лордом, а на деле же собственнолично позволял всему этому происходить! То, что Маркел не в курсе «слабостей» членов своей семья, я не верила ни на грамм!

Дориан… пока мой «муженёк» вызывал своим поведением у меня двоякие чувства: раздражение и… непонимание. Его привязанность была немного иной, чем у Балтуса. Если младшенький натуральным образом злился на то, что его брат в очередной раз обошёл его – отхватил образованную и довольно успешную (я же принцесса!) жену, хотя изначально она была всего лишь «городской сумасшедшей», то что мотивировало Дора я пока не понимала. Влюбился? Возможно, конечно, поверить в этот бред – в горячечном бреду, например. Но скорей улыбаться и ухаживать за своей женой мужчину толкало иное – простейшая новизна – та эмоция, за которой гонятся дети богатеньких родителей, никогда не знавшие отказа. Я была просто интересной игрушкой – новенькой, яркой и необычной. Игрушкой, не перестающей удивлять Дориана.

– Всё готово, Ваше Высочество, – тихо сказал знакомый голос за спиной.

Я вздрогнула.

Рей.

Страж стоял там, где и должен был стоять. Вежливо. На положенной правилами дистанции.

– Спасибо, сэр Эр, – ответила, не оборачиваясь.

Стиснула челюсти, чтобы не сорваться. Так хотелось схватить мага за рукава плаща и встряхнуть его, как следует, но… нельзя. Я запуталась в своих мыслях и эмоциях, он тоже там себе что-то накрутил…

«Надо просто переждать… пока удавка не затянется максимально сильно, и кто-то из нас не сорвётся. Но первой вываливать всё своё нутро я точно не собираюсь!»

– Займите своё место. Дорога будет долгой.

Он не добавил ничего лишнего.

Развернулся, вскочил на коня и застыл, удерживая животное на месте нетерпеливо бить копытом.

Я села в карету. Так как меня сопровождала не просто служанка, а гувернантка принца, да и дочь графа Рембри являлась моей подопечной, я ехала с ними. Герцог и герцогиня – в своей карете, а их дети – в третьей, переругиваясь и шипя друг на друга, как стая гусей.

Мне такой расклад нравился. Особенно, если учесть, что путь в столицу должен был занять два дня пути с одной остановкой на ночлег – на постоялом дворе торгового тракта. Два дня в компании Дориана я бы точно не вывезла!

– Поехали, – скомандовал кучер.

Карета дрогнула и покатилась вперёд, увозя нас навстречу зиме и судьбе.

20.03. 2026