Текст книги "Черный четверг (СИ)"

Автор книги: Наиль Выборнов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 16 страниц)

Глава 12

Пришлось заглянуть в еще пару мест, но я справился быстро. Собрал долю, поговорил с владельцами, убедился, что все идет, как надо – алкоголь течет рекой, а клиенты довольны. Бизнес идеи крутились в голове: я думал о том, что возможно, надо открыть боксерский ринг, а при нем – букмекерскую контору. Но вот ни одного выдающегося боксера этих времен, на кого можно было бы ставки делать, не вспомнил. Кроме Панчо Вильи, но он уже четыре года как умер. Роковая случайность, стоматологические проблемы. Вот тебе и отсутствие антибиотиков.

К семи вечера конверт в кармане был набит до отказа. Почти двенадцать тысяч долларов, так что я разделил деньги пополам, переложив их во второй. Один мне – второй Джо-боссу. Такова жизнь.

Рулить я устал, так что посадил Сэла за руль. Он тут же нежно провел ладонью по рулю, завел двигатель. Кадиллак заурчал ровно, мощно. Хорошая машина, а я в них разбираюсь. У Лаки был вкус к жизни, как и у меня.

– Куда сейчас, босс? – спросил он.

– На Кони-Айленд, – ответил я. – Там нас ждет Джо-босс.

Он кивнул и промолчал. Знал, что встреча с боссом – дело серьезное. Тронул машину, быстро влился в поток и поехал. Он вел аккуратно в отличие от Багси, и это хорошо – мне не нужно было попасть в аварию, да и проблемы с полицией будут лишними.

Но дорога неблизкая. Минут сорок, если пробок не будет. Мало ли, кто в аварию попал или еще что-то случилось.

Ехать нужно было в самую южную часть Бруклина, сперва через Манхэттен, потом через мост.

Сэл вел машину, а я думал. Не хватало радио, музыки, чего-нибудь, что отвлечь могло. Ну или новости послушать. Сейчас интернета нет, так что все новости узнаются либо из газет, либо по радио. Ничего, через пару лет радио уже начнут ставить в машины, и я непременно обзаведусь таким. А может и тачку сменю, там же восьмицилиндровые, мощные появятся.

Джо Массерия, он же «Джо-босс». Пока что в этой жизни я его не видел. Когда-то Лаки уважал его, и понимал, что такой человек необходим. К тому же это самый влиятельный итальянский босс Нью-Йорка. И человек с амбициями.

Но это пока что. Он стареет, толстеет, становится медлительным. И он боится, что тоже многое значит. Боится Маранцано, боится войны. А она неизбежна.

Кастелламарская война начнется уже через пару месяцев. Массерия и Маранцано сойдутся в смертельной схватке.

Но они оба проиграют. Потому что сделают роковую ошибку – недооценят меня. И я уберу их обоих.

И стану боссом всех боссов. Capo di tutti capi. Ненадолго, конечно, потому что так же, как и Лучано, понимаю, что структуру мафии надо реформировать. И делать из разрозненных кланов настоящую корпорацию. А сам встану у ее вершины, никак иначе.

Но это потом. Сейчас нужно играть роль верного капо, платить долю, кланяться, улыбаться.

Мы пересекли мост, въехали в Бруклин и поехали дальше на юг, к океану. А я продолжал думать.

С чего начнется Кастелламарская война? Я ведь отчетливо помню, что с убийства одного из боссов, но не помню, кого. Причем начнет ее Массерия. Потом будет кровь, будут жертвы, в том числе и среди мирных жителей. Мафия будет стрелять, резать, взрывать.

И мне надо не просто выжить, но и подняться на этом. Иначе никак.

Скоро мы въехали в Кони-Айленд. Летом здесь толпы народа – пляжи, аттракционы, луна-парки. Но сейчас октябрь, вторник, да еще и вечер. Пусто на улице и тихо. Я почему-то представил, что было бы, если бы шел сейчас пешком. Там ведь ветер на улице должен с океана быть, холодный, пронизывающий.

Мы выехали на Западную Пятнадцатую улицу, проехали еще несколько кварталов. А я все продолжал думать. Вот кто же мог знать, что в жизни может понадобиться такая вещь, как история итальянской организованной преступности? Нет, не представлял. Что-то в общих чертах знаю, но…

Предотвратить войну не получится. Нужно выплыть и победить. Да.

Сэл знал, куда мы едем, потому что мы с Джо-боссом всегда встречались в одном и том же месте. Так что он остановился у небольшого здания с вывеской «Нуова Вилла Таммаро».

Любимый ресторан Джо-босса, который ему и принадлежит. Здесь он обедает почти каждый день, ест пасту, морепродукты, пьет вино. Это сицилийская кухня.

И что-то мне подсказывает, что именно в этом ресторане его жизнь и закончится. Но не сегодня, сегодня не тот день.

Сэл припарковал машину и заглушил двигатель.

– За мной, – только и оставалось сказать мне.

Я вышел, а Сэл последовал следом. Машину он естественно не закрыл, сейчас это не принято. У входа в ресторан стояли двое охранников Массерии, здоровенные парни, угрюмые, одетые в дорогие костюмы. Внешний вид личной гвардии тоже демонстрирует статус. Они узнали меня, один из них кивнул.

– Чарли, – тот, что стоял слева, толкнул дверь. – Заходи. Босс ждет.

Мне не оставалось ничего другого, кроме как войти. Пахло тут вкусно, едой, и я понял, что порядком проголодался. Траттория – это неплохо, я всю жизнь уважал итальянскую кухню, и даже умел готовить ее сам: паста маринара, букатини, но больше всего любил зити – запеканку из макарон и колбасок с огромным количеством сыра. Да, сейчас бы что-нибудь такое.

А может быть и приготовлю сам. Почему бы и не побаловать себя, как будет более подходящее время?

Ресторан был небольшой совсем, на десять столиков, не больше. Сейчас практически все были заняты. Сейчас да, через пару недель у людей не будет денег на то, чтобы пообедать в подобном месте.

Да у людей вообще денег не будет для того, чтобы покушать купить. Буквально последнее продавать будут, чтобы приобрести для себя хлеба. Об этом тоже следует подумать. Знание этого – пусть и небольшой, но козырь в рукаве, и он может помочь мне сыграть на общественном мнении. А заодно, возможно, и спасти кого-нибудь.

Но сейчас люди тут были. Ресторан хороший – белые скатерти, свечи в подсвечниках. Пахло томатным соусом, базиликом, свежей пастой и морепродуктами. Это был настоящий рай для сицилийца.

Джо Массерия выбрал отдельный столик у окна, и я двинулся к нему. Окно при этом прикрыто занавеской. Опасается покушения?

Он был толстым, даже очень. Еще не облысел, но в ближайшее лет пять, если доживет, именно это с ним случится. Ни усов, ни бороды он не носил, был гладко выбрит. Одет в дорогой костюм, который натягивался на животе. Да, пожалуй, он походил на большой воздушный шарик, на который кто-то ради шутки натянул костюм.

Рядом было двое охранников, которые следили за тем, чтобы никто не побеспокоил большого босса. Тони и Энцо, мы были знакомы. Стояли у стены со скрещенными на груди руками, корчили каменные лица. У обоих пиджаки бугрились – под ними были пистолеты.

Думаю, не ошибусь, если скажу, что за углом припаркована машина для отхода, где еще один охранник, с чем-нибудь посерьезнее.

Перед Джо стояла тарелка спагетти в томатном соусе, он жевал, не поднимая глаз. Соус был размазан по его губам.

Да. Выглядел он не авторитетно. Ну вот совсем не авторитетно. Может быть, по молодости он и был крутым парнем, но сейчас, увы, обрюзг, растолстел. Если так продолжится, то Маранцано очень быстро спишет его со счетов. Но не успеет, нет, не успеет.

Я подошел и остановился у стола.

– Босс, – поприветствовал его я.

Массерия отложил вилку и посмотрел на меня своими маленькими хитрыми глазками. Оценивающе смотрел. Он, естественно, знал про покушение, как и все остальные. И ждал, что я буду делать дальше.

– Садись, Чарли, – он дожевал и кивнул на стул напротив себя.

Мне не оставалось ничего другого, кроме как сесть. Сэл остался стоять позади меня, смотря в окно. Массерия же взял бокал вина, сделал глоток. Потом протер губы салфеткой – на ней осталось красное, густое, как кровь. А потом он снова уставился на меня.

– Слышал, на тебя напали, – сказал он медленно, вкрадчиво. – Порезали. И ты чудом выжил.

– Да, босс, – кивнул я. – А потом пытались добить в больнице. Но я жив, как видишь.

– Кто это был? – спросил он, чуть подумав.

– Люди Маранцано, – мне оставалось только отвечать честно. – Их было четверо. Схватили меня на Третьей авеню, когда я шел от Сэмми. Порезали, выбросили на берегу океана. Думали, меня унесет прилив.

Массерия хмыкнул:

– То есть они решили устроить тебе поездку в один конец.

– Да, босс, – кивнул я.

– Но ты не умер. Выжил. Более того, парни уже начинают звать тебя Счастливчиком, – он отпил еще вина, посмотрел на меня. – Да, Лаки. Хорошее прозвище. Что ты планируешь делать дальше?

Говорили мы тихо, да и разговор наш тонул в чужих, в стуке вилок о тарелки. Да и охрана тут не просто так стояла – она обеспечивала не только безопасность, но и то, чтобы нас не услышал никто лишний.

– Одного уже нет, – ответил я. – Капуцци. Он попытался перерезать мне глотку. Рассказал все, что знал, а потом скоропостижно скончался. Так уж получилось.

Массерия кивнул:

– Правильно. А остальные?

– Ищем, – сказал я. – Люди Сигела ищут, а они не привыкли церемониться. Значит, скоро найдем.

– Хорошо, – Массерия ткнул вилкой в тарелку, намотал на нее порцию спагетти. – Маранцано ведет себя нагло. Он решил, что может убивать моих людей. На моей территории. Ты понимаешь, что это значит?

Он сунул вилку в рот, прожевал, проглотил.

– Да, босс, – только и оставалось кивнуть мне.

– Это война, Чарли, – проговорил он, глядя на меня. – Понимаешь?

– Да, босс, – повторил я. – Понимаю.

– Маранцано хочет контролировать весь Нью-Йорк, – продолжил Массерия. – Он не остановится. Будет убирать всех, кто стоит у него на пути. Меня. Тебя. Всех.

Я промолчал, потому что знал, что он прав. Война неизбежна. Возможно, у меня получится немного отсрочить ее, но то, чему суждено произойти, все равно случится. Рано или поздно.

Массерия допил вино, поставил бокал на стол. Я ожидал, что он подаст знак официанту, чтобы тот подошел и подлил еще. Но нет, этого не произошло.

– У него все равно ничего не выйдет, босс, – сказал я. – Мы сильнее. У нас больше людей, больше денег. Мы его раздавим.

– Ты прав, – он отправил еще немного спагетти в рот, прожевал, после чего посмотрел на меня. – Мы победим. Но ответь мне на один вопрос… Ты со мной, Чарли?

– Конечно, босс, – заверил я его и добавил. – Всегда.

Соврал я ему легко, потому что никакого уважения этот человек у меня не вызывал. Увы, Массерии не повезло. Я не на его стороне. Впрочим и Маранцано тоже не мой союзник. Я на своей стороне, и все сделаю по-своему.

– Хорошо, – он снова вытер губы салфеткой и добавил. – Я знал, что на тебя можно положиться. Как идут дела с бизнесом?

– Сегодня встретился с поставщиками, – сказал я. – Решили пару вопросов. На один бар наехали ирландцы, нам пришлось немного помахать кулаками… – я сделал паузу, после чего запустил руку в карман, вынул конверт, положил на стол. Потом пододвинул к нему. – Твоя доля, босс. Шесть тысяч.

Массерия взял конверт, открыл, посмотрел, что внутри. Сунул в карман, считать не стал. Если бы мы встретились в другой обстановке, то пересчитал бы, конечно, но здесь, в ресторане не стал. Несмотря на его слова, он не так чтобы мне доверял. Особенно когда дело касалось денег.

– Скажи мне вот что, Чарли, – он помахал вилкой в воздухе, после чего спросил. – Почему ты поехал собирать долю лично? Почему не послал людей.

– Хотел показать свое присутствие, – пожал плечами. – Пусть Сэл знает, что я все еще на ногах, и что готов дать ему отпор. Да и… Мне сказали, что ублюдок послал за мной еще людей, настоящих профессионалов. Вот и мне хотелось… Выманить их.

– Выманить… – босс хмыкнул. – Ведешь себя как какой-то ковбой из кино. Ты ведь ранен, Чарли. Тебе надо поберечь себя.

На самом деле никакой заботы он не проявлял, вовсе даже наоборот. Плевать ему было на меня с высокой колокольни. Главное – что я приношу деньги. И серьезные, как ни крути.

– Но ты хорошо придумал лично проверить, как идут дела, – кивнул он. – Это ты хорошо придумал. То есть, все хорошо?

– Да, – подтвердил я. – Хочу немного расшириться, но не с нашими канадскими друзьями. Поддержать местных самогонщиков, пусть увеличивают производство.

На самом деле не только. Сухой закон отменят совсем скоро, и яйца складывать в одну корзину нельзя. Но сейчас это сверхприбыль.

А еще нужно сказать еще кое-о чем.

– И хочу сосредоточиться именно на этом. Проституцию и… Запрещенные вещества, хочу передать кое-кому другому. Сухой закон – это надолго, зарабатывать на нем можно много, а срок получить за алкоголь гораздо сложнее.

– Ты уверен? – босс удивился. – Это ведь огромные деньги.

– Это огромные деньги, а в перспективе огромные сроки, – сказал я. – А мне не очень хочется в тюрьму.

А еще я помню историю Лучано, и о том, как в газетах его называли королем порока. От наркотиков в перспективе мы совсем откажемся, пусть это будет и сложно. Наши партнеры из Турции, откуда везут опийный мак, этого не поймут. Может быть, будет еще одна война. Но мои позиции тогда будут достаточно сильны.

Организация тогда, скорее всего, разделится. Но большинство на самом деле недовольны темой с наркотиками. Потому что считают, что продавая их, мы подсаживаем на иглу собственных детей.

– Сомнительное решение… – покачал головой босс. – Но если ты уверен, что сможешь зарабатывать на этом, и что прибыль не упадет… Что ж, это твое право. А что твои еврейские друзья? Не могут они быть замешаны в покушении?

– Нет, босс, – я покачал головой. – Я верю им, как себе. И нам нельзя поддаваться предрассудкам. Пусть так думают старики, которые живут прошлым, как Маранцано. Времена меняются, босс, хочешь зарабатывать – нужно работать со всеми. Деньги не пахнут.

Массерия усмехнулся:

– Ты прав, Чарли. Деньги не пахнут, – он наклонился вперед. – Поэтому ты и ценный человек. Ты думаешь головой, а не задницей.

Он засмеялся – громко, хрипло, как будто отмочил шутку. Потом откинулся на спинку стула.

– Слушай, Чарли, – сказал он серьезно. – У меня есть информация. Важная.

Я насторожился:

– Какая, босс?

Массерия посмотрел на охранников, потом на меня. Понизил голос:

– Среди нас есть крыса. Один человек пытается наладить контакты с Сэлом.

Я замер. Вот оно. Капуцци тоже говорил, что у нас есть крыса. Но я не знал, кто это. Неужели Джо-босс в курсе?

– Кто? – спросил я. – Если ты знаешь, кто это, босс, то просто отдай приказ. Я решу этот вопрос.

Массерия покачал головой:

– Пока что я точно не уверен, – сказал он. – Нужно больше доказательств. Но он сидит высоко, и мои люди за ним следят. Как только мы выясним это точно, я сообщу тебе лично. Первому.

– Хорошо, босс, – кивнул я.

Я услышал, как на улице остановилась машина. Еще кто-то приехал насладиться обедом. Место популярное, но столиков тут нет, и ему придется уйти восвояси. Нехорошо.

– Босс, я отойду? – обратился к нему один из охранников. – В туалет.

– Иди, – кивнул Джо-босс. – И ты иди, Чарли.

Вот ведь ублюдок. Даже не предложил мне пообедать вместе, а просто отправил прочь, как какую-то шестерку. Да, Маранцано обнаглел, но Массерия не лучше. Жадный, высокомерный. Но пока что избавляться от него не время, он может сработать как громоотвод. И от полиции, и вообще.

И тут я услышал с улицы знакомый звук досылаемого патрона. И сразу же понял, что сейчас произойдет.

– На землю! – заорал я. – Живо!

Сам рванулся вперед, схватил Массерию за плечи и сдернул вниз, завалившись на пол. Сэл отреагировал правильно, а вот второй охранник не успел.

А с улицы послышался звук, такой, будто кто-то с огромной скоростью набирал текст на печатной машинке. И во все стороны брызнуло оконное стекло, обрушившись прямо на нас.

Глава 13

Время будто замедлилось. Совсем как в кино. Я отчетливо видел, как во все стороны разлетаются куски стекла. Правой рукой закрывал голову, хотя несколько острых осколков все равно залетело мне за шиворот, левой прижимал Массерию в полу.

Я навалился на него всем весом. Он хрипел, пытался вырваться, но я держал его крепко.

Кто-то устроил покушение на него. Сейчас. Почему? Неужели мое появление поменяло историю? Или это и так должно было случиться, причем сейчас, но почему-то не попало в анналы истории?

Но покушение на босса – это однозначное объявление войны. Джо-босс этого так не оставит.

ТА-ТА-ТА-ТА-ТА!!!

Томпсон строчил без остановки, и это неудивительно – там ведь барабан на пятьдесят патронов. Мне никогда не приходилось стрелять из такого, хотя что-то подсказывало, что мне придется рано или поздно освоить и это оружие. Пули попадали в стены, рвали штукатурку, дерево. Столы взрывались щепками. Бокалы разлетались на осколки. Тарелки с едой падали на пол.

Тони – второй охранник Джо – поймал очередь в грудь сразу. Он то ли не понял моего крика, то ли не успел. Его толкнуло на стену, и он медленно сполз по ней, оставляя красный след на белой штукатурке.

А потом время вернуло себе нормальный бег. Я увидел, как какой-то женщине пуля попала в горло, и она упала на колени, обеими руками держась за шею и тщетно пытаясь вдохнуть. Но в итоге все-таки упала лицом вперед, и так и осталась лежать.

Еще один мужчина, респектабельный, в костюме, рухнул в сторону, повалив стол.

Люди кричали. Женщины так вообще визжали, громко, чуть ли не перекрикивая очереди автоматов. То, что там не один, было и так понятно, но сколько именно, различить я не мог. Я не спецназовец, который по выстрелам может понять, сколько оружия работает. Достаточно того, что знал, какое.

Я приподнял голову и посмотрел на Сэла. Он лежал рядом, прижавшись к полу. Был жив, более того, уже достал пистолет, который держал в руке. Такой же как у меня, Кольт.

Вот ведь идиот, мне надо сделать то же самое. Надо отстреливаться, какие еще у меня есть варианты? Я запустил руку за воротник пиджака, большим пальцем скинул хлястик кобуры, и вытащил пистолет. Взвел курок. Ношу я оружие с патроном в стволе, выстрелить из него случайно не получится в любом случае – во-первых, курок спущен, а самовзвода у Кольта нет, а во-вторых, там отдельный предохранитель на задней части рукоятки. Без правильного хвата не пальнет.

Толпа рванулась к выходу, но с улицы послышалась еще одна автоматная очередь. Двое упали, а остальные прыснули назад. Кто-то догадался перевернуть стол, спрятаться под него. Укрытие так себе, но есть шансы, что их, по крайней мере, не заметят.

Окна были полностью разбиты, занавески изорваны в клочья, холодный ветер ворвался в ресторан. Пахло не только морем, но и кровью. Сырым мясом.

А потом наступила тишина. Я услышал, как кто-то перезаряжает автомат – вот вставили новый магазин, а вот опять передернули затвор. Он еще сверху у Томпсона.

А потом шаги. Кто-то приближался. Значит, это не просто акция устрашения, они пришли за нашими головами, и теперь идут добивать. Медленно и уверенно.

Сэл тоже понял это, перекатился за опрокинутый стол. Прицелился в дверь. Массерия подо мной дышал тяжело, хрипло.

– Что происходит… – прохрипел он.

– Тихо, босс! – шикнул я. – Лежи смирно!

Пусть думают, что мы мертвы. Так у нас больше шансов дать отпор.

Только бы у них не было гранат, только бы не было гранат. Иначе забросят сейчас внутрь, и нам никуда не деться. Взрывы буквально нашпигуют нам осколками.

И тут дверь распахнулась. Ворвались двое, оба одеты в темные костюмы, у обоих автоматы Томпсона в руках. Мне показалось, что у одного ствол дымится, перегрелся, значит. Ну, неудивительно, если он пятьдесят патронов высадил одной длинной очередью.

Нас они не заметили. Первый осмотрелся, увидел опрокинутые столы, перешагнул через тело ни в чем не повинного человека, который лежал на полу. Я заметил на его лице усмешку.

Второй повернулся в нашу сторону, я увидел, как его рот открылся для крика и нажал на спуск.

Пуля попала ему в плечо, и он выронил из рук оружие. Резко развернулся, собираясь бежать. Первый повернулся, и тут в дело вступил Сэл.

Он выстрелил трижды, и гангстер завалился на пол. Я же пальнул еще дважды, в спину того, что еще оставался на ногах.

С улицы послышались крики, топот. Я услышал щелчок открывающейся двери машины. Сам не знаю почему, подскочил с земли и побежал. Тот, которого застрелил Сэл, был уже мертв, смотрел в потолок невидящим взглядом. Второй двигался и даже пытался ползти.

Я выстрелил ему в голову, в затылок, и он упал лицом вниз. И больше не дергался.

А я же сунул пистолет в кобуру и подхватил с пола Томми-Ган, взялся за рукоятки. Блин, а тяжелый он, как ни крути, даже потяжелее нашего Калашникова будет по ощущениям. Наверное, это из-за патронов в барабане, их же там целых пятьдесят.

Какой-то азарт гнал меня вперед. Мне приходилось раньше участвовать в разборках, в девяностых еще, и тогда я наоборот вел себя осторожно, привык больше действовать чужими руками. Но теперь наоборот. Может быть, это играла горячая итальянская кровь, которая текла в моих венах. Может быть, еще что-то.

И я увидел, как по улице уезжает машина, черный седан Форд Модель А. Я тут же вскинул пистолет-пулемет, прицелился и нажал на спуск. Оружие неожиданно сильно подбросило вверх и большая часть пуль ушла в молоко. Я выстрелил еще и еще, но машина уже скрылась за поворотом.

Все. Ушли. Очередное покушение провалилось, но на этот раз уже не только на меня, но и на босса.

Я двинулся обратно, переступил через трупы. Двое посетителей, двое киллеров. Там дальше – еще двое и Тони. Остальные живы, лежат на полу, прячутся под столами.

Надо бы их разогнать. Нам не нужны свидетели.

– Выметайтесь все! – заорал я, а для того, чтобы подкрепить свои слова, высадил короткую очередь в потолок. Меня тут же осыпало штукатуркой, но я не обратил на это внимания. Не стекло же. – Ну, выметайтесь!

Люди с криками сорвались наружу, побежали. Я же двинулся обратно. Массерия медленно поднимался на ноги, он был бледным как смерть, и его губы дрожали.

– Все, они ушли, – проговорил я. – Все спокойно. Но нам надо уезжать, босс.

– Ты… – проговорил он, посмотрев на меня. – Ты спас мне жизнь, Чарли.

– Это моя работа, босс, – ответил я.

Массерия выдохнул, посмотрел на мертвых киллеров, потом на разбитое окно. Ветер трепал изорванные пулями занавески.

– Люди Маранцано? – спросил он.

– А кто это еще может быть, – ответил я.

И тут из двери туалета вышел Энцо. Я резко вскинул пистолет-пулемет, наставил на него. Охранник босса замер, поднял руки.

– Эй, эй, Чарли! – проговорил он. – Это я!

Подозрительно. Очень подозрительно, он ведь ушел за минуту до того, как все случилось. Как только услышал, как подъехала машина. Это не просто так… Это не просто так.

– Мадонна! – Энцо оглядел разгром, побледнел. – Что здесь случилось…

– Идиот! – тут же сорвался на него босс. – Идиот! Какого черта! Нас тут чуть не убили!

Он орал и брызжал слюной. Все, страх ушел, теперь осталась только злость. Как бы он не натворил дел. Сейчас возьмет и отправит меня убирать Маранцано. Только вот его найти надо сперва, ага.

– Я слышал стрельбу, спрятался… – проговорил Энцо. – Думал, меня убьют!

Лицо у него было испуганное, он весь дрожал. Сильно. Но что-то подсказывало мне, что он испугался не стрельбы, а кое-чего другого. Того, что мы остались живы.

– Нет, – я покачал головой. – Он не идиот.

И двинулся к нему.

– Чего? – не понял Энцо.

А я уже оказался совсем рядом и ударил его прикладом в живот. Как оружие мне Томпсон не понравился совсем, слишком тяжелый, и слишком сильная отдача. А вот для того чтобы ударить прикладом – в самый раз.

Энцо отбросило к стене, и он согнулся. А я сразу же наставил на него ствол.

– Ты ушел в туалет, как только услышал машину! – закричал я.

– Это случайность! – закричал Энцо. – Просто совпадение!

– Совпадений не бывает, – ответил я. – Рассказывай или получишь полный магазин в живот. Умирать будешь долго и мучительно.

– Но…

– Говори! – прорычал я.

Тут сыграло многое: и мое перекошенное лицо, которое из-за повреждений нервов стало еще более жутким, и оружие нацеленное в него, и угроза.

– Ты – крыса! – проговорил я. – Это ты слил Маранцано, что я буду здесь, – а потом поправился. – Что босс будет здесь!

– Нет, не я! – он затряс головой. – Я верен Джо-боссу! Я уже десять лет с ним!

– Десять лет, а потом продался! – сказал я. – Даю тебе последний шанс! Говори!

Массерия, тяжело дыша, подошел ближе, встал рядом. Лицо у него было каменным. Да, вот теперь он похож на босса мафии, а не просто на какого-то толстяка-барыгу.

– Говори, Энцо, – холодно сказал он.

– Это все случайность! – проговорил Энцо. – Они не должны были стрелять по ресторану! Нет!

– А куда они должны были стрелять? – спросил я.

– Джо-босс им не нужен был! – ответил парень. – Они должны были дождаться, когда ты выйдешь и расстрелять на выходе! Так они говорили!

Однако. Так вот в чем дело. Маранцано никак не оставит попытки добраться до меня. Ну да, он же говорил, что теперь отправит на дело настоящих профессионалов. И у них вполне получилось бы, если б не мой острый слух. И не то, что я успел отреагировать.

– План был в этом! Они не говорили, что попытаются убить Джо-босса! Только тебя, Чарли!

– Вот спасибо, – Массерия плюнул на пол.

– Это ты сказал им, где я буду? – вдруг до меня дошло. – В четверг, когда меня взяли на Третьей авеню. Ты сказал им, что я выйду из дома Сэмми Фишера.

Он был в курсе, потому что об этом знал сам Джо-босс. Я должен был встретиться с ним через час после этого, но времени было полно, и решил прогуляться. Вот они там меня и взяли. Следили на машине, скорее всего, а потом остановили и сунули в тачку.

– Да… – ответил Энцо и совсем поник.

– Чего ему от меня надо? – спросил я. – Почему он так упрямо пытается меня убить?

– Я не знаю, – он покачал головой. – Я честно не знаю! Он мне не докладывал!

Хотя, кажется, я знаю в чем дело. Массерия постарел, потолстел и обрюзг. Я же нет. И меня Сэл боится гораздо сильнее, что его. Поэтому пытается избавиться от меня всеми способами.

Но зачем они тогда стали стрелять по ресторану? Решили проявить инициативу? Или кто-то из киллеров вел свою игру? Если бы они действовали бы по первоначальному плану, у них бы все получилось. Я не ожидал засады, и снаружи меня никто не охранял.

– Убей его, Чарли, – коротко бросил Джо-босс.

– С превеликим удовольствием.

– Не на… – прохрипел Энцо, но я уже нажал на спусковой крючок.

Одиночный выстрел отсечь мне не удалось, да я и в принципе не понимал, как на этом автомате так делать. Вылетели сразу три пули, разворотили верхнюю часть черепа Энцо, и он рухнул на пол. Ну, тут контрольный в голову уже не нужен, и без того все понятно.

Я запустил руку в карман, вытащил чистый носовой платок, и принялся протирать рукоять и цевье Томпсона. Конечно, отпечатки так просто не снять, это нужна ровная поверхность, и чтобы пальцы лежали ровно, но даже если один останется – это риск. Большой и ненужный. Мои отпечатки ведь все равно есть в базе, уж если я сидел.

Массерия выдохнул, провел рукой по лицу:

– Спасибо, Чарли. Ты хороший парень. Надежный.

– Надо уходить, босс, – ответил я. – Сейчас нагрянет полиция.

Массерия кивнул:

– Да, да… Пойдем…

Из-за стойки выбежал владелец ресторана. Я не знал, как его звали, только был в курсе, что Джо-босс неплохо так вложился в его бизнес, и что он не бедствовал. Увидев разгром, разбитую мебель и трупы на полу, он резко остановился, побледнел, схватился за голову.

– Мадонна… – пробормотал он, а потом посмотрел на Массерию. – Джо? Ты в порядке?

– Я в порядке, – кивнул Джо-босс. – Джерардо, вызови полицию. Скажешь, что не знаешь, кто напал, и на кого. Незнакомые люди, случилась перестрелка, а ты спрятался на кухне. Ничего не видел. Просто бандиты. Понял?

– Да, да, конечно, – закивал тот.

– Я возмещу тебе ущерб, – проговорил Массерия. – Месяц ремонта, и снова сможешь пустить посетителей.

– Если сюда кто-нибудь придет после такого… – пробормотал хозяин ресторана.

– За такими букатини, как у тебя, обязательно придут, – хмыкнул босс. – Даже моя мать не готовила лучше. Пойдем, Чарли, надо торопиться.

Мы вышли на улицу, хрустя валяющимися повсюду гильзами. Было холодно, дул пронизывающий ветер с океана, пробирал до самых костей. Надо уже надевать пальто, самое время. А заодно под ним еще и спрятать можно будет оружие.

Мой Кадиллак стоял где припарковали, его нападавшие не тронули. Я, тем не менее, на всякий случай осмотрел колеса, проверил, нет ли бомбы под днищем. Как ни крути, но эти могли все, что угодно придумать. Может у них был запасной план?

Но нет, не было у них никакого запасного плана. Все чисто. Так что мы сели в машину: я за руль, Сэл рядом, на переднее пассажирское, а Массерия сзади.

Двигатель завелся с первого раза, заурчал мерно – машина ухоженная, Лучано, очевидно, ее любил, да и мне она тоже нравится. Да и стоит она в десятки раз дороже, чем какой-нибудь Форд.

Воткнув передачу, я тронул машину с места и выехал на улицу. Не торопясь, спокойно, будто ничего не случилось. Буду гнать – это вызовет вопросы у полиции, могут остановить. А у нас двоих незарегистрированное оружие по карманам, из которого еще и убивали людей. Нужно будет избавиться от него, но позже, не сейчас.

Пока оно может пригодиться. Потому что я не удивлюсь, если где-нибудь за углом стоит тот самый Форд, а в нем еще двое парней с Томми-ганами.

Я проехал квартал, потом второй. Навстречу промчались полицейские машины, но нас не остановили. Торопятся на место перестрелки. Скоро оцепят все, вызовут коронера, а потом будут опрашивать посетителей.

Но те будут молчать. Потому что прекрасно знают, что если станут свидетельствовать, то мы об этом узнаем. И к ним заявятся парни в черных костюмах, и в лучшем случае посоветуют забыть обо всем за пару сотен баксов. А если это не поможет, то могут сделать что угодно: от нанесения тяжких телесных повреждений, до того, чтобы вывезти труп с грузом к Гудзону.

Нет, они ничего не скажут. Никому не нужны такие проблемы, дураков нет.

Все, можно выдохнуть. Я поехал в сторону северного Бруклина.

– Куда едем-то, босс? – спросил я.

– Домой, – тихо ответил Массерия. – Домой. В Маленькую Италию, на Мотт-стрит.

Значит, Джо-босс решил скрыться у себя в районе. Это правильно. Мне следовало бы сделать то же самое, только вот я собирался продолжать лезть на рожон. Уже третье покушение провалилось, хотя оно было подготовлено лучше всего. Если бы эти придурки не решили бы убить заодно и Массерию, то я сейчас был бы мертв.

– Значит, эти парни приходили за тобой? – спросил Джо-босс.

– Да, – ответил я. – По крайней мере, эта крыса так сказала.

– Ублюдок, гребаный ублюдок! – Массерия вдруг принялся ругаться последними словами. – Я убью его, нет, честное слово, убью. Он на кого руку поднял вообще?

Он выругался еще несколько раз, после чего откинулся на сиденье, промокнул лоб тряпкой и проговорил:

– Крысы, Чарли. Кругом одни крысы. Про некоторых я знаю, но от Энцо я этого вообще не ожидал. Десять лет, Чарли, десять лет… Кто ж мог предположить, что так получится?