Текст книги "Диагноз: Выживание 2 (СИ)"

Автор книги: Наиль Выборнов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 14 страниц)

При оторванной руке он, конечно, не поможет, но укол может от шока спасти. И если там вовремя перемотать, то есть шанс у человека выжить.

– Вы можете на втором этаже расположиться, – проговорил Лёха. – Там, если что, кровати, матрасы, всё есть. Единственное – может быть жарковато будет. Солнце греет крышу, рубероид сами понимаете. – Да нам без проблем, лишь бы живыми остаться, – ответил Жора.

Он, кажется, немного расслабился. Я понял, что толком-то ничего и не поел. Банку этой сайры открыл, так и сидел, разговором увлёкся. Так что принялся за еду. Перекинул несколько кусочков в рот. Мясо плотное, но пересоленное.

Хотя, любые консервы пересолены – что с ними поделать. Да и рыба же: соль – это природный консервант. Без засолки такого же эффекта не добиться, никакая пастеризация не поможет, разве что в детских пюре. Хотя я не представляю, чем у них там срок годности в два года обеспечивается.

Глотнул водички, после чего снова посмотрел на Лёху.

У него на лице появилось какое-то странное задумчивое выражение, как будто ему от нас что-то нужно. Конечно, не знаю, помогать мы ему будем или нет, но выслушать можно. – Видно, что ты попросить хочешь, – сказал я. – Что такое-то? – Мне в этом районе никак оставаться нельзя, – ответил Лёха. – Я бы, если честно, на тот берег перебрался, если есть такая возможность. – И тебе типа сопровождение нужно? – усмехнулся Игорёк. – Ну, вроде того. Вы парни боевые, кровь лить не боитесь – это сразу видно. Особенно Рама.

Блять, вот насколько же человек неправ. Кровь лить я не боюсь? Да меня чуть ли не трясти начинает от одной этой мысли. Но когда доходит до дела – рука не дрогнет. Да уже и не дрогнула, как выяснилось.

И тут с улицы послышались шаги. Я тут же поднял руку – мол, все замолчали. Народ заткнулся. Преследователи или хозяева нычки объявились.

Шаги были торопливые. Я бы даже сказал, кто-то бежал. И причём немало народу. Толком различить, сколько именно, я не смог – я всё-таки не спецназовец и не профессионал. Но человек семь-восемь там точно пробежало, может, даже десяток.

И послышались крики: – Они не могли уйти далеко! Так, Газ, Швед, вы направо! Мы с остальными налево! Если что – валите их нахрен! Живыми никого не брать!

Мы с Жорой переглянулись. Я заметил, что Лёха слегка затрясся – и вряд ли от боли. Похоже, он действительно испугался. Ссыковал он этих парней.

А я? Окон тут нет, место надежное, дверь крепкая. Даже если и ворвутся, то мы продержимся. Если, конечно, гранатой нас тут всех не похоронят.

Через несколько секунд шаги стихли. Они пробежали дальше, никто даже дверь не дёрнул, никто не стал проверять. Может быть, не знают, что в этой будке не трансформатор, а квартира? Может, ещё что-то…

Ну в самом деле, кому в голову придёт грабить трансформаторную будку? Разве что на металл. А кому сейчас металл нужен? Его и так полно валяется. Разве что на укрепления всякие, но детали от трансформаторов для этого плохо подходят.

Потом Лёха посмотрел на меня, покачал головой и сказал: – Пронесло, пожалуй.– Да, видимо, пронесло, – кивнул я. – Но они вернутся.– И до утра отсюда лучше не выходить, – добавил Жора. – А утром – уж тем более, – заметил Игорек. – На вторую ночь, конечно, искать нас никто не будет, но… Ждём тогда здесь.

– Жирный как? Сколько он нам времени дал? – спросил Жора. – Вообще двое суток, – ответил я. – Ну, даже если припозднимся немного – ничего страшного. Он, скорее, подумает, что нас завалили.

– А может, решит, что забрали и на сторону толкнули, – заметил Игорек. Или с авансом сбежали.

– Что-то мне подсказывает, что не толкнешь тот груз так просто…

– А вы, значит, с того берега, на Жирного работаете? – спросил вдруг Лёха.

Блять. Ну вот надо же было проговориться. Вот ведь Жора баран. Я смерил своего путника неодобрительным взглядом, после чего сказал:– Это не твоё дело, Лёха. Я уже сказал. Твоего интереса тут нет и быть не может.

– Ну ладно, всё, – пробормотал он.

И тут с улицы послышалось несколько выстрелов – сперва автоматная очередь, а потом раскатистый грохот дробовика.

– Ну что, – сказал я. – Джентльмены, похоже, кого-то приняли за нас.– Ладно. Да они всё равно поймут, что это не мы, – сказал Жора. – Что они каких-то левых привалили. Оружия-то этих пацанов при них нет, а стволы друг у друга все знают обычно.

Я допил остатки бульона из банки, потом кусочком лепешки собрал волокна. Прикинул – до утра мне этого хватит, а там ещё еда есть. Благо запаслись.

– Тогда, пацаны, хули, я спать пойду, – решил я. – Давайте дежурства распределим. – Я тогда первый, – сказал Жора. – Я спать не очень хочу.– Я тогда вторую смену возьму, – сразу же сказал Игорёк.– Ну, значит, мне после третьей достанется, – хмыкнул я. Без меня уже всё решили, хотя, казалось бы, я старший, я должен дежурство назначать. – А ты, Лёха, поспишь, – продолжил я. – Тебе со своими рёбрами много спать надо.

Хотя дело было не в этом. Не хватало левого человека на дежурство ставить. И так справимся.

– Может, ещё один укол перед сном? – он чуть покривился – всё-таки рёбра давали о себе знать.– Не, – покачал я головой. – Слишком много этого лекарства вредно. Да и привыкание вызывает, потом слабее начинает действовать. Так что жди.

– Что ж, – я поднялся. – Раз так…

– А по моему делу что? – спросил Леха. – Я и в пути помочь могу, местность знаю, и за сопровождение заплачу.

– Подумать надо, – ответил я. – С утра скажу.Размял суставы, подобрал рюкзак, автомат, после чего двинулся к лестнице, которая вела на второй этаж. Игорёк пошёл со мной. А Лёха снова забрался на диван, закинул на него ноги, даже не разуваясь, и закрыл глаза – по-видимому, спать собрался.

На втором этаже всё оказалось менее цивильно. Действительно, не кровати даже, а просто несколько матрасов навалено, как будто здесь ночевало человек семь-восемь. Видимо, действительно какой-то группе принадлежит это укрытие. Но не основное, запасное, на случай если пересидеть надо.

Имелся и примус к моему удивлению. Значит, можно будет с утра еду разогреть. Если немного топлива потратим, никто нам ничего не скажет.

Но это всё потом. Я раздеваться не стал – улёгся на ближайший из матрасов, понадеявшись, что там нет ни клопов, ни клещей. Растянулся во весь рост, рядом положил автомат, чтобы схватить быстро, если что, и закрыл глаза.

Глава 11

Вот что надо было просить у Жирного – не оружие, не бронежилеты, даже не еду. Просить надо было в первую очередь проводника. Потому что без него, если подумать, шансов добраться до места у нас было очень мало.

Мы пошли сами, и сперва нарвались на снайпера, потом на тех бандитов, вошли на их территорию. Но нам очень повезло, что мы встретили Лёху.

С утра я под всеобщее неодобрение разрешил ему идти с нами. Своим потом наедине пояснил, что мы не поведем его в школу. Оставим на рынке, а дальше пусть сам решает, что делать. Ну и если что, он человек ушлый, может пригодиться – всех знает, с любым договорится.

Вот и со мной в конечном итоге договорился.

А вечером, когда солнце уже село, двинулись в путь. И, что удивительно, дошли без всяких проблем. Гостиницу обошли по широкому кругу, потом миновали один из военных блокпостов, который оказался на шоссе.Да, он действительно там был: работали генераторы, светили прожекторы, бродила куча народа в форме с разнообразными шевронами. Толком я не разглядел, с какими именно, но мне показалось, что заметил оскаленный череп волка. А это уже много значило. По крайней мере то, что с этими парнями связываться определённо не стоит.

И в конечном итоге мы дошли практически до линии фронта. Дальше шли уже блиндажи в посадках, кое-где стояла техника, и высовываться туда мне вообще не хотелось. Но нам это и не нужно было – нужен был блокпост в селе Кресты.

Всё вокруг было разворочено попаданиями артиллерии. Чухна работала по этим местам очень активно. Это сейчас, спустя год, может показаться, что здесь затишье, потому что Псков, в общем-то, особого стратегического значения не представляет.

Город обошли по шоссе через Остров, который взяли буквально с ходу. А дальше, на севере, они каким-то образом умудрились атаковать через Ивангород и практически сразу вышли к Санкт-Петербургу.Да, наши взяли всю Финляндию за трое суток. Но при этом прошляпили контрнаступление у себя под носом. Вот так вот воюем, господа.

Я посмотрел на своих товарищей, которые явно не горели желанием выходить. Потом на свои руки – заметил, что на них появилась потертость между большим и указательным пальцем, от рукоятки автомата. Теперь ведь практически постоянно хожу с оружием. Не знаю почему, но заметил за собой такую привычку – двигаюсь, вцепившись ладонью в рукоятку. Палец разве что на спуск не кладу – вдоль затворной рамы. И с пистолетом так же.

Теперь нужно было выйти к военным, встретиться с ними. Вопрос только в том – идти всем вместе или одному?Разумнее было бы оставить кого-то в засаде позади, чтобы могли прикрыть, но я понимал, что нас давным-давно уже срисовали. Военные точно нас заметили, но пока не трогали.

Мы двигались практически открыто – возможно, это и сыграло свою роль. Или то, что они действительно ждали посланцев Жирного.

Немного подумав, решил, что пойдём все вместе. Взялся за автомат, отстегнул магазин, дёрнул затвор и поймал патрон. Вставил обратно в магазин – пусть лучше так. Его отправил в карман, потому что в подсумке свободных не было. Ну и хрен с ним, что торчит, в целом не мешает.

Потом закинул оружие за спину. – Делайте то же самое, – сказал я.

Парни посмотрели на меня с неодобрением, но всё-таки разрядили оружие. Все кроме Лехи, который остался безоружен. Я думал о том, чтобы отдать ему тот пистолет-пулемёт, который мы забрали с убитого гопника, но в итоге решил, что не стоит. Не настолько я ему пока доверяю, чтобы выдавать оружие.

И мы двинулись вперёд прямо по шоссе, в сторону блокпоста. На нас обратили внимание почти сразу: направили прожектор, яркий свет которого буквально выжигал сетчатку. Я остановился, вскинул руку, прикрыв глаза ладонью.

– Кто такие? – послышался голос через мегафон. Искажённый, с хрипом – явно с мембраной проблемы.– Мы от Жирного, – ответил я. – С грузом.– Жирный говорил, трое придут, – был ответ. – Кто четвёртый?– По дороге прибился, – только и смог сказать я. – Он свой, помог пройти.

Они там посовещались некоторое время, а потом послышался приказ:– Так. Ты тот, кто говорит, иди сюда. Без резких движений. Пушки оставь. Остальные стоять на месте.

Я понимал, что на нас сейчас смотрят не меньше десятка стволов, если не больше. Поэтому снял с плеча ремень автомата и положил оружие на землю. Потом проделал то же самое с пистолетом.Если уж идти – то вообще без оружия. Да мне оно всё равно не поможет. Я ведь не какой-нибудь Рэмбо хренов, чтобы попытаться справиться с целым блокпостом вооружённых, тренированных вояк, которые на фронте уже больше года.

Я двинулся вперёд. Было неуютно – это мягко сказано. Всё-таки, когда военные держат тебя под прицелом…А если учесть, что с военными мы всегда старались не иметь никаких дел – становится ещё тревожнее. Это ведь они недавно за нами погнались, даже пальбу открыли. Если бы не быстрые ноги – наверняка достали бы. Хотя, как говорится, быстрые ноги пизды не получат.

Ладно. Надо успокоиться. Держаться ровно, пульс – шестьдесят пять, дыхание – пятнадцать вдохов в минуту. Пусть видят, что я серьёзный человек, а не какая-нибудь шелупонь на побегушках.

Скоро я добрался до блокпоста. Там действительно было трое парней с автоматами, которые продолжали целиться в меня. Но я заметил, что на вышках их ещё больше. Они держали на прицеле моих товарищей.

Один из стоявших впереди, судя по погонам – сержант, опустил автомат и быстро охлопал меня в поисках оружия. Никто ни слова не проронил – реальные профессионалы. Из кармана вытащил складной нож, хмыкнул, после чего убрал себе в карман.

Я нахмурился. – Потом верну, если он тебе ещё нужен будет, – сказал он.

Если он мне нужен будет… – в смысле, если я вообще выйду отсюда живым. Потому что они вполне могли пристрелить меня от греха подальше, если я где-то проебусь.

– Давай, пошёл, – невежливо ткнул он меня стволом автомата между лопаток и погнал вперёд.

Я двинулся. Здесь стояли быстровозводимые стандартные военные домики из стали, бронированные. На крышах – мешки с песком, от дронов и осколков. Бетонные блоки, укрепления – всё как положено. На случай, если что-то прилетит. В окрестностях и блиндажи, скорее всего. Окоп спасет, как говорится.

Что-то похожее я уже видел по телеканалу «Звезда», где рассказывали о вооружении российской армии – о том, что военные городки и блокпосты вроде этого, как и мобильные базы, можно возвести всего за пару дней. Нужна только техника и вот эти самые детали для домиков, которые привозят в разобранном виде. Инженерные войска этим занимаются.

Наверное, это ещё из средневековья пошло – когда наши за рекордное время возвели крепость на острове, которую потом назвали Свияжском. Специально для взятия Казани. Сделали они это буквально за пару недель, построив её выше по Волге и спустив по течению плотами.

Я засмотрелся, и тут же получил тычок пламегасителем между лопаток. – Давай вперёд, быстро!

Мы дошли до места достаточно скоро. Ещё одно здание – штабное. На его пороге курил мужик. Ну как мужик – парень, на самом деле, достаточно молодой, примерно моего возраста. Но на плечах у него были майорские погоны. Молодой, да ранний, успел уже продвинуться по службе.

– Этот от Жирного пришёл, – сказал сержант.

Майор смерил меня взглядом, сделал затяжку и спросил: – Пароль?

Я подумал немного и ответил: – Вода мокрая.

Да, именно такой пароль назвал мне Жирный. Без него же вообще нельзя – иначе кто угодно мог бы прийти и забрать груз. Только вот никакой радости узнавания на лице вояки не отразилось. Он посмотрел на меня внимательнее, и спросил:

– А вторая часть пароля?– Чего? – не понял я.– Вторая часть пароля, – повторил он. – Ну, называй. Или тебя сейчас на сто метров отведут и зелёнкой намажут.

Зеленкой намажут – это в смысле расстреляют. Блядь…

Внезапно для себя я начал злиться. Не отчаяние почувствовал, а именно злость. Какого хуя? Неужели Жирный меня сдал? Срисовал, что я работаю на Секу, и решил избавиться чужими руками?

Да ну это бред какой-то. Мог приказать своим удавить тайком. Или на маршруте приняли бы. Но почему он второй части пароля не назвал?

– Да не было никакой второй части пароля! – только и оставалось сказать мне.

Майор вдруг усмехнулся, достал из кармана пачку сигарет и протянул мне: – А ты прав. Нет никакой второй части пароля. Угощайся.

Ну, раз угощает – значит, проверку прошёл. Иначе меня бы встретили не сигареткой, а прикладом по хребту.

Я заметил на пачке белые и красные полосы, а в углу – серп и молот. Название – «Патриот». Ну, армейские сигареты – им разные выдают. Такие, наверное, и сбрасывают в гуманитарных грузах. Табак снова включили в армейское довольствие в двадцатых, а кто не курил, мог рассчитывать на дополнительную порцию сахара. Так что не удивительно, что им сбрасывали и курево.

Я взял. Достал из кармана зажигалку, прикурил.

– Когда как дошли? – спросил майор, по-видимому решив проявить вежливость. – Да нормально, – ответил я. Про снайпера говорить не буду, его к чёрту. А вот про гопников – почему бы и нет? – Закусились с одними. Там дальше, практически у самой переправы. – Да? – хмыкнул он, заинтересовался. – Что, ещё кто-то голову поднял? – Ага, – ответил я. – Быдло какое-то. Просто гопота. Но все с оружием. Мы съебаться успели, они каких-то левых положили. – Ну хорошо, – кивнул он. – Измайлов! – обратился к сержанту.

Тот посмотрел на своего начальника. Ему, кстати, курева никто не предложил, что характерно. Может, нет такой вредной привычки у солдата? Хотя такие сейчас остались вообще?Чего, ещё один татарин, что ли? Да сколько их тут вообще, куда ни плюнь – попадёшь в нашего. – Чего? – спросил солдат. – Не «чего», а «слушаю», – проговорил майор. По-видимому решил застроить его немного. – Послушай-ка. Завтра возьмёшь парней, человек пять. Сходите и в роговину этим уебкам настучите. Не хватало ещё, чтобы какое-нибудь быдло на нашем маршруте осело. – Есть! Слушаюсь!

Он сразу принялся записывать в блокнот. Спросили у меня адрес, я назвал примерно. Потом прикинул, и решил предупредить – все-таки эти вояки мне ничего плохого не сделали.

– Только их там человек тридцать, – сказал я. – И все с автоматами.

– Моих пятерых парней хватит, – уверенно заявил майор и спросил. – А в целом что ещё было? – Да вроде спокойно, – ответил я. – Гостиницу мы по большому кругу обошли, дворами двигались. Благо вот этот четвёртый, который к нам прибился, – он местный. Хорошо места знает. Чувак, если что, челнок. – Хм, – военный коротко усмехнулся. – Ну, это хорошо. Хотя ты смотри – мало ли. Дело у вас деликатное. – Да он не в курсе, на кого мы работаем, – сказал я. – Так что с грузом всё в порядке будет. А вообще, майор… Ночь сейчас короткая, нам обратно. Я бы хотел, если честно, к утру уже на базаре быть.

– С грузом, с грузом… Подожди, – сказал майор. Развернулся и ушёл обратно в штабное здание.Хотя «здание» – громко сказано. Палаткой это не назовёшь, вроде не брезентовое. Домик он и есть домик – просто из металлических листов.

Я затянулся еще раз и закашлялся. Во рту сразу появился неприятный привкус – сигареты крепкие, конечно. Кладут им удовольствие… Хотя после махорки, которую делали почтари, не так уж и плохо. Эти хоть с фильтром, а там – просто бумажная гильза.

Подождать пришлось минуты три. Я смотрел по сторонам. Никакой суеты – всё чинно, мирно. Народ свою работу выполняет, как будто детали какого-то механизма. Или муравьи. Ну, если бы у них не было такой организации, они вряд ли смогли бы удержать город на протяжении целого года.

Потом майор вышел. В руках у него был какой-то кейс. Он протянул его мне. Я посмотрел внимательнее – непонятная штука, металлического цвета, с черной и желтой полосой, да кодовым замком. Причём не таким, где барабаны крутить нужно, а электрическим – с разъёмом, куда, видимо, подключается коммуникатор.

У военных этого добра, наверное, достаточно. Да и у Жирного, возможно, есть. Хотя, может, груз этот военным и предназначается – он просто им передаст. Но странно: почему тогда вояки сами не сходили? Загадка на загадке. Как у Шерлока Холмса, блядь.

– Что внутри, знаешь? – спросил майор. – Да нет, откуда? – покачал я головой. – Я так, чисто курьер. Дали – несу. Какая мне разница, что внутри. – Ну смотри, – сказал военный. – Если потеряешь по дороге – головой ответишь. Сам понимаешь, тебя найдут.

Я хмыкнул: – Мне Жирный не враг. А вы уж тем более. Да и бабок за это обещали столько, что… Ладно, неважно.

– Ну, это ваши дела. Сколько он тебе там заплатил – меня особо не интересует. Если честно, так чем больше, тем лучше. Потому что сам толстяк на этой штуке наварит…

Майор усмехнулся. Сержант, кстати говоря, стоял, слушал, и похоже, что от него у старшего по званию особых секретов не было. Иначе бы наверняка отослал его куда-нибудь. Но нет. Он так тут и остался.

– Дал бы тебе пропуск какой-нибудь, чтобы через наших пройти мог, – выдохнул вояка. – Но не могу. О том, что ты этот груз несёшь, никто знать не должен. Понял? – Да, понял, понял я, – только и оставалось ответить мне.

Но похоже, там действительно что-то важное. И вояки торгуют с Жирным в тёмную, даже от своих. Иначе, наверняка, ведь рассказали бы, дали бы пропуск, может быть, даже кого-нибудь в помощь отправили.

В какие-то тёмные, мутные дела я влез, в общем. Честно, сейчас даже сам об этом жалеть начинаю. Потому что, мать его, влезть – легко, погнавшись за длинным рублём, за большими бабками. А вот как выписаться из этого? Как бы ни получилось, что нас расстреляют после того, как все кончится.

Жирный, конечно, делового партнёра из себя корчит… Но чувствую я, как этот самый, вояка сказал… Запах бриллиантового зелёного. То есть стрельнут мне в голову – да и всё. Хотя, естественно, зелёнкой помечать мой труп никто не станет. Выбросят в какую-нибудь яму, на поживу собакам – и на этом дело закончится.

– Я пойду тогда? – спросил я. – Иди, иди, – кивнул майор. – До утра не так долго осталось. А ты и так уже припозднился. Мы тебя вчера ждали.

– Это из-за того, что случилось, – попытался оправдаться я. – С бычьем этим закусили – пришлось пережидать целый день. Иначе бы ещё вчера добрались. – Но насчёт быдла этого – больше не волнуйся. Если тебя ещё раз сюда отправят – подходи сразу к Измайлову. Теперь вы, благо, знакомы. – Знакомы, – усмехнулся сержант. – Он ведь так и не представился. – Рамой меня зовут, – ответил я. – Не в смысле маргарина, в смысле от имени, Рамиль. – Ну тебе вроде подходит, – майор снова криво усмехнулся. – Измайлов, выведи его. И пусть идёт.

Он чётко дал понять, что разговор закончен. Ну и мне не оставалось ничего, кроме как уходить. По сторонам я уже не глазел, а всё больше смотрел на этот защищенный контейнер в своей руке. У него ручка была специальная – для переноски. Да и в целом такое штука выглядела ладной и крепкой.

Не удивлюсь, если содержимое действительно защищено. Допустим, при попытке несанкционированного доступа эта дрянь взорвётся. Или сработает какой-нибудь заряд. Термитный, например. И всё нахрен уничтожит. Как бы не получилось, что я бомбу несу.

Ладно, бомба – это, конечно, вряд ли. Но если что – разберёмся.

Мы пошли. Сержант вывел меня на улицу молча кивнул своим: мол, все нормально. Я отсюда прекрасно видел троих моих спутников – их ведь по-прежнему держали под светом прожекторов. Я двинулся к ним, подошёл, взял рюкзак и засунул туда контейнер. Закинул за спину, подобрал автомат, сунул пистолет в кобуру.

– Пошли отсюда, пацаны. Нечего нам тут больше делать, – только и оставалось сказать мне. – А чё дал? – спросил Жора сразу же.

Лёха тоже заинтересовался. Я заметил, как он всё разглядеть пытался – что именно я в рюкзак кладу. – Неважно, – ответил я. – Все разговоры – потом.

Мы двинулись прочь. Метров через триста я понял, что складной ножик мне Измайлов так и не вернул. Но подумал, что это уже мелочь. За таким возвращаться, особенно когда дело на полтора миллиона, глупо. Только вот есть теперь у меня ощущение, что эти полтора мульта нам поперёк горла встанут.

Ладно. Выпутаемся. Из не таких ситуаций выпутывались.

И по-хорошему валить надо было с базара. И доложить обо всём Секе. Рассказать о связи Жирного с военными. О том, что удалось узнать.Но я не знаю… Чувство такое было, будто я – борзая собака, которая напала на след зверя. Причём крупного, не зайца. Не знаю, какого-нибудь оленя, наверное, или кабана.Было у меня ощущение, что здесь всё совершенно не так просто, как кажется. И в делах Жирного, банде Секи тоже отводилось не последнее место. Та мелкая стычка, наверное, даже ничего не значила, случайно произошло, недопонимание. Проблема явно была совсем в другом.

Когда мы отошли на километр и снова углубились в дворы, застроенные многоэтажными домами, Лёха вышел вперёд. Он по-прежнему чуть прихрамывал, но в целом держался нормально. Тем более что я укол сделал перед выходом, а лекарство часов восемь держать должно. Потом дам ещё ампулу. Доберёмся до базара и отпущу его на все четыре стороны. Может быть, даже автомат выдам.

– Так что дал-то? – спросил всё-таки Жора.

Ему было, по-видимому, очень интересно. Может быть, посоветоваться с ним? Игорёк – просто боец, да ещё и трусоват, с ним разговаривать особо не о чем. А вот Жора… Да они оба, в общем-то, в главари не рвались. Всё больше в охране держались, и всерьёз их не воспринимали.Даже на базар они до этого ни разу не ходили, и поэтому их отправили со мной. Так был меньше риск спалиться. С Беком бы поговорить или с самим Секой, вот у них головы насчёт всех этих бандитских разборок, шпионских комбинаций и прочего должны варить.

А у меня что? У меня какой в этом опыт? Тот, что я три книги про Джейсона Борна прочитал в своё время? Ну, такое себе, надо сказать.

– Защищённый контейнер дал, – ответил я. – Слышал что-нибудь о таком? – Слышал, даже видел, – ответил Жора. – Находили мы пару таких в гуманитарке в своё время. Приносили на базу. – И что? – спросил я. – Ну, ничего. Бек попробовал один вскрыть – болгаркой резали, не помогло. Крепкий он, титановый что ли. Потом замок сверлить стали – что-то сработало, дым повалил. Ну и выкинули его наши. А второй так у нас на базе валяется.

Значит, у нас на базе есть ещё один такой же защищённый контейнер. Это уже интересно. Вопрос только – что с ним делать? Явиться к Жирному, сказать, что в гуманитарке достали? Да хрен там плавал.Нет, там не оружие, не наркотики. Во-первых, он слишком мал для этого. Во-вторых, этой дури в городе и так сколько угодно – кому оно нужно?Там что-то важное. Какая-то информация. На мысль об этом наводит и ноутбук, который у Жирного работает. Рабочий ноутбук. Откуда он у него, как не от военных? Да и модель вроде такая – не какой-нибудь модный ультрабук или игровой, а что-то явно крепкое, бронированное, армейское.

– И о чём поговорили-то? – Жора всё никак не унимался, отвлекал меня от собственных мыслей.Меня это, если честно, раздражало. Подумал даже о том, чтобы заткнуть его попросту: мол, думаю, не мешай. Но потом всё-таки решил ответить.

– Да ни о чём не поговорили, – ответил я. – Покурили. Он, кстати, про то бычье спрашивал, у которых мы Леху отбили. Пообещал людей отправить. Пятерых. – Ну, пизда им значит, – челнок даже с довольным видом даже руки потёр. – Туда ему и дорога. Район чище будет.

– Ну вот то и дело, – сказал я. – Район чище будет. Но пятерых на три десятка – это, конечно, круто.

– Так мы считай пятерых завалили, – сказал вдруг Игорёк.

Он-то как раз ни единого выстрела не сделал. Там вся работа моя была, но я предпочёл об этом промолчать. Не хотелось мне вспоминать о том, что сегодня ночью я отправил на тот свет ещё троих.

Мысли всё никак не давали покоя. Было ощущение, что ещё чуть-чуть – и доберусь до сути. Может быть, рискнуть, ва-банк пойти? Дождаться кого-нибудь из людей Жирного – как они выйдут с базара – прихватить, отволочь в руины и допросить с пристрастием.

А что? Я же врач. Я же знаю, как резать, и как мучить правильно. Ну, в том плане, что ход нервов знаю. Могу, наверное, там сталью «пощекотать», пусть до этого ни разу и не делал.

Ооо, братан… До каких мыслей мы дошли? Значит, недавно отказывался себя убийцей считать, а теперь уже людей пытать собираешься?

Ну, похоже, ты совсем в бандита превращаешься, Рамиль. Да. И кличка эта дурацкая уже прилипла, представляешь? Рама, бля.

Да нет. Такое маловероятно провернуть. Они ведь большими толпами ходят, да и вообще… А украсть кого-то с базара самого – это однозначно навлечь на себя гнев Жирного. Если узнает, что против его людей кто-то залупнулся – он нас на том свете достанет.

Да, единственный вариант тогда будет – из города валить.

А это… Провернуть пока маловероятно.

Стоп. Из города валить.

А вот эта мысль пришла мне в голову только сейчас. Нет, не в том плане, чтобы самому съебаться – хотя это было бы тоже неплохо – а в том, что Жирный ведёт свои дела с военными именно для того, чтобы уйти. Получить билет на ту сторону? Есть такая вероятность? Не знаю.

Если бы военные могли, они бы, наверное, сами давно покинули пределы осаждённого города. Почему не могут? Не могут на прорыв пойти? Что, они штурмовать разучились, что ли? Да нет, однозначно не разучились. Значит, они что-то охраняют. Что-то очень важное. То, что сдавать нельзя любой ценой.

И получается, что и помощь нам сбрасывают именно из-за этого. Ну, точнее, не нам – а военным. На гражданских-то все давным-давно забили.

Да. Интересную схему придумал Жирный. Базар устроил для того, чтобы заработать.

А что, если он уже заработал достаточно? Вон, какими суммами разбрасывается. Полтора миллиона за лекарства. Миллион двести за простую доставку. Это значит, что что-то очень важное должно быть в этом грузе. Что-то чрезвычайно важное.

Так что, может быть, он соскочить захотел?

Поговорить с ним об этом напрямую, что ли? Зачем – не знаю. А сказать, что тоже подвязаться хочу. Что мне тоже здесь надоело.

Но тогда… Банда Секи здесь при чём?

Чёрт ногу сломит – что-то не сходится. Хотя одно с другим, может быть, и вообще не связано. Жирный может захотеть свалить, а ещё они хотят подмять под себя школу. И то, на чем банда Секи там сидит. Я так понял, – склады на самом деле какие-то или ещё что-то, что захватить удалось.

Но пока что на базаре я ещё покручусь. Послушаю, попытаюсь выяснить, как дела идут. О чём там говорят. Уже выяснил немало. А потом – да, назад в школу. Только вот не учиться.

Ладно, в общем-то это не так важно.

– Пошли, пацаны, быстрее, – решил я. – Чем раньше доберёмся, тем лучше.

И мы ускорили шаг.