Текст книги "Диагноз: Выживание 2 (СИ)"

Автор книги: Наиль Выборнов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 14 страниц)

– К вечеру выдвинетесь?

– Нет, – я качнул головой. – Прямо сейчас и пойдем. Тут недалеко, а больше шансов, что базарные будут в школе сидеть и не сунутся никуда. Должно получиться незамеченными подойти.

А еще мне не надо Бека отсюда забрать. Меня подговорить не получилось, так он кому-нибудь другому начнет на мозги капать. А этого лучше избежать.

– Принято, – он поднялся. – Ну пошли.

Он обошел меня, открыл дверь и вышел в основное помещение убежища. Люди повернулись, посмотрели на него.

– Ну что, пацаны, – он усмехнулся, по-видимому привычному среди мелких бандитов обращению. – Считайте, лишили нас дома и крова. Мы год школу держали, все под себя сделали, запасов накопили. А они пришли и одним днем все отняли. Да еще и жизней наших хотели, но не получилось. Как считаете, справедливо это?

– Да хуй там плавал! – ответил кто-то один.

– Вот именно, – согласился Сека. – Жирный многовато на себя взял. Он, пацаны, как вошь. Вошь ползает, кровь пьет, жирнее и жирнее становится, и начинает на всех брюхом давить. И вот иногда вошь такой огромной становится, что ее терпеть уже невозможно становится. А потом ее давят.

Я сперва не понял, к чему тут этот диалог о прикладной энтомологии, но Сека продолжил:

– Пацаны, они ведь не просто дом у нас забрали. Наших жен и сестер тоже. Они всех под нож пустили, совсем не по-людски поступили. Значит будет воевать.

И народ закивал. Да, когда ему надо, он умеет зажечь толпу.

Глава 24

– А ты у нас врачеватель не только тел, но и душ, да? – спросил Бек, когда мы покинули убежище и двинулись в путь.

Идти-то здесь недалеко, буквально четыре двора пройти. Другое дело, что дворы в этой части города большие, просторные. Но и укрытий хватает, что тоже хорошо. Во-первых кусты разрослись, а во-вторых – машин брошенных полно. Хотя если нарвемся на какого-нибудь снайпера армейского, нам это не поможет.

Мы шли позади, в арьергарде, пользуясь тем, что вроде бы главари. Остальные двигались впереди, прощупывая дорогу. На ней самые разные опасности могут встретиться: от людей Жирного или военных, до команды каких-нибудь беспредельщиков или бродячих собак. Всякое может произойти.

На самом деле и в спину атаковать могли, но зато это возможность нормально поговорить. Наедине.

– Не понял, – уклончиво ответил ему я. – В смысле?

– Да в каком еще смысле это может быть? – спросил Бек и продолжил. – Сека заперся ото всех, и было видно, что сидел бухал. Переживает он за Надьку. А ты зашел, поговорил с ним, причем он даже не орал на тебя, это слышно было…

– Ты под дверью подслушивал стоял что ли? – спросил я.

– Нет, но…

– Слушай, – сказал я. – Я тебя Секе не сдал. Про твои предложения и все остальное. Но ты лучше подумай сам: с нами ты или нет? А то есть у меня такое ощущение…

– Я не согласен с Секой, – сказал он. – Нам нужно иначе действовать. Если есть вариант выбраться из этой жопы – надо с вояками кооперироваться. Так что…

– А ты думаешь, я ему не про то же самое прогонял? – спросил я. – Ему приспичило, надо Надьку спасти. И я его понимаю, я за свою женщину тоже порвал бы кого угодно. Пусть у меня ее и нет. А с военными… О чем ты с ними договариваться будешь? У нас половина груза всего.

– Так это по твоей вине половина, – он хмыкнул. – Если бы ты поторопился бы…

– Если б я поторопился, то у нас вообще хрен с маслом был бы, – сказал я. – И более того, меня бы самого не было. Завалили бы. Так что хоть что-то имеется. А вторую половину найдем.

– Ага, – кивнул он. – А заодно и Жирного вздернем, и Надьку спасем. Ты что ли это делать будешь? Ты, Рама, что, в супергерои записался у нас? Черный плащ теперь, каратель преступников и спаситель невинных девиц?

– Не юродствуй, бля, – ответил я. – Я и сам не знаю, что делать. Только вот что-то надо. И цель у меня такая же, как у тебя. Из города вырваться. Все, что тут творится, у меня в печенках сидит уже, блядь.

– Надеюсь, они и Надьку тоже того… – проговорил вдруг Бек.

Я посмотрел на него, но решил промолчать. Это не здоровая хуйня, честно говоря. Нет, на самом деле всем нам было бы легче, если ее уже нет на свете. Потому что тогда мы можем сосредоточиться на основной цели. А так Сека будет упорствовать.

Да только вот, все ведь на нем держится. А если он скиснет окончательно? Или вообще вздернется? Да хуй его знает, на что он способен.

Один двор сменялся другим. Ничего особенного, никого мы не встретили: дома и дома, местами обрушившиеся, если туда прилетали снаряды. Кое-где стекол нет, повышибало взрывами. В общем-то обычная для нынешнего времени картина. Даже и разрушений нет особых, не как там, под «Леманой» или сгоревшей заправкой.

Но все равно видно, сука, что город мертвый.

– Ты предложить хочешь что-то или нет, блядь? – уже решил спросить я конкретно. – Даже если мы сейчас на Жирного забьем, что сделать не получится, как ты с военными планируешь связаться? У тебя завязки есть?

Он ничего не ответил, а я продолжил:

– Нас с большей долей вероятности кончат просто, а перед этим выпытают, где мы груз оставили. И на этом все закончится. Сам ведь понимать должен, нет разве?

– Да, но…

– Короче, – сказал я. – Смотрим по ситуации. Если получится найти завязку – сделаем. Если нет, так нет. А пока работаем по школе. Завалим этих уебков, сколько получится, и хотя бы часть груза заберем. О себе позаботимся. Логично же?

– Да, – наконец сказал он. Хотя по тону было понятно, что он просто хочет, чтобы от него отъебались.

Да что с ним не так-то в последнее время, блядь? Чего он там навыдумывал себе? Из-за того, что теплое место потеряли что ли? Так у нас не хуже есть, а там и что-нибудь новое себе сообразим.

В его словах, конечно, были буквы, но не было смысла. Потому что не будут с нами военные работать.

Скоро мы догнали своих, которые собрались под одним из подъездов. Выбрали не просто так, а потому что именно из него открывался идеальный вид на школу. Особенно если с верхотуры смотреть. А соответственно и для снайпера подходящая позиция будет.

Они тут сквозные к счастью, так что можно войти, а там вскрыть одну из квартир и посмотреть, что творится на другой стороне. Благо Адик с нами, он умеет.

– Ну что, внутрь? – спросил у меня Бык.

Именно у меня, потому что я был на этой задаче главным. Сека это отдельно отметил, пусть оно и не понравилось Беку. Ну и откровенно говоря: нас с дюжину, а шестеро из моей команды. Остальные как раз Беку подчинялись.

Ну и Тень, как звали снайпера из группы Фрая, который пошел с нами. Парень он был мрачный, да еще и в нем военное прошлое отчетливо ощущалось. Точнее даже не военное, а будто наемником он был, и плевать ему кого валить. Хоть немца, хоть ненца. Ну, в команде у них все такие.

– Да, – кивнул я. – Сперва надо только посмотреть, не оставили ли там сюрпизов каких.

– Не будут они все подъезды в округе минировать, – сказал Адик. – На это взрывчатки не хватит ни у кого.

– Я пойду, посмотрю, – проговорил Тень. – Ждите.

– Я с тобой, – сказал я. Сам не знаю, что меня дернуло так рисковать. Может быть, хотелось у профессионала поучиться.

Он бросил на меня неодобрительный взгляд, но ничего не сказал. Потому что старшинство признал еще раньше. Приоткрыл дверь, едва-едва, чуть-чуть, проверил, нет там никаких лесок, и ничего такого. Потом проскользнул внутрь. Я вошел за ним.

Он включил фонарик и внимательно смотря под ноги прошел дальше. А потом остановился посреди подъезда у пролета, который вел на первый этаж.

Наклонился, провел по чему-то пальцем, а потом движением фокусника вытащил откуда-то гранату, крепко сжимая ее ладонью в перчатках с отрезанными пальцами.

– Вот такая вот хуйня, – шепотом проговорил он.

– То есть они все-таки заминировали? – спросил я.

– Нет, – покачал головой Тень. – Это не они. Сам посмотри.

Он протянул мне гранату, но брать в руки я ее естественно не стал. А она выглядела нетипично. Я бы даже сказал, странно.

Как будто бейсбольный круглый мячик, к которому прикрутили бутылочное горлышко. Совсем не похожа на наши ребристые тушки «фенек» и на продолговатые РГД-5. А на ней еще и было написано желтой краской «M-67, FRAG».

– Че, блядь? – спросил я. – Американская что ли?

– Ага, – кивнул он. – Как видишь.

Какого хуя? Как здесь могла оказаться американская граната? Я могу такое представить, конечно, что трофейные у наших вояк оказались каким-то образом. Но все равно.

Тень вытащил из кармана какую-то проволочку, вставил в ушки и изогнул, после чего убрал в карман разгрузки. Теперь не взорвется.

– А теперь за мной, только тихо, – сказал он и пошел наверх, выключив фонарь.

Последнее меня порядком удивило. В смысле, без фонаря по почти полной темноте шариться. Нет, свет конечно проникает, но его немного совсем, окошки узенькие. А если там еще одна растяжка будет?

Голос его не выражал вообще никаких эмоций. Часто даже в шепоте они слышатся, а этот. Как будто железный, бля. Хотя я о нем не знаю ничего практически, а на медосмотре можно было что угодно сказать.

Мне не оставалось ничего, кроме как двинуться за ним. Тень вдруг остановился, а потом присел и принялся расшнуровывать ботинки. Значит, он уверен, что там кто-то есть. Мне пришлось сделать то же самое, правда для того чтобы стащить кроссовки достаточно было упереться носком одного в пятку другого. Но на нем были берцы.

Разувшись, мы пошли следом. Он двигался вообще неслышно, но у меня так не получалось. Тремя этажами выше он жестом показал мне, мол, стой, а сам двинулся дальше. И примерно полминуты спустя, прошептал:

– Поднимайся.

Я пошел за ним, и он показал мне еще одну гранату.

– Профессионал работал, – сказал он. – Тут растяжку сорвал бы – это говно на леске повисло бы и в воздухе разорвалось. А воздушный подрыв – это с гарантией пизда всем, кто на площадке.

Меня аж пробрало. Это кто же такой интересный может быть? Неужели кто-то из «Волков» заинтересовался людьми Жирного, и за школой наблюдение устроил? Хотя…

Может быть, они и не собирались с ним дел иметь, и собирались ебнуть, после того, как груз им доставили бы? Или конкуренты тех вояк из Крестов объявились, тоже из ВС РФ или ЧВК, но не те же, что его под это дело подписали.

А может быть и те же. Решили, что Жирный груз заныкал, чтобы их пошантажировать. Мало ли.

Короче, варианты у меня в голове крутились, но мне не оставалось ничего кроме как идти следом за Тенью. Бля, звучит как прозвище индейца какого-то. «Следующий-за-Тенью».

А еще двумя этажами выше он остановился перед приоткрытой дверью и прижал палец к губам. Я прислушался. Говорили на каком-то незнакомом мне языке, явно не на русском. Хотя по окончаниями я понял, что это литовский.

– Čia Storo žmonės. Plėšikauja.

Я посмотрел на Тень, и только только усмехнулся.

Чего? Чухонский шпион? Здесь, посреди города, да еще и возле школы? И чего он тут делает вообще? Он один или как? Может быть, тут целая группа сидит?

Хотя судя по всему один. Потому что группа уже заметила бы нас, и мы были бы мертвы. Перебили бы нас диверсанты за несколько секунд, и на этом все. Конец. Мы только с такими же бандитами бодаться можем, против настоящих вояк вообще никак.

Ответа я не услышал, похоже, что он говорил по рации. Снова слова:

– Nežinau aš, ar čia tas krovinys. Greičiausiai jis jau jų bazėje.

Тень прислушался. Неужели он этот язык понимает? Ну а что, я не удивлюсь, если он действительно бывший ЧВКшник, то ему наверняка приходилось воевать по всему миру. И с такими же литовцами в том числе. Говорили, что в западных военных компаниях не так уж мало младоевропейцев. Потому что свою экономику они убили во время евроинтеграции, и чтобы заработать нормальные бабки массово шли в частники.

– Jei toks protingas, pats išlipk ir eik patikrinti.

Что-то он там объясняет. Ничего не понятно по-прежнему. И чего Тень слушает? Валить надо. Или?

Похоже, что в планах у Тени вовсе не уходить. Совсем наоборот. Он его живым брать собирается что ли? Да в смысле?

– Na ir kas, kad jie mane pažįsta? Jie ir tuos šūdžius pažinojo, bet vis tiek visus nudėjo. Koks jiems skirtumas dėl kažkokio prekeivio? Gerai. Ryšio pabaiga.

Тень ухмыльнулся и потом жестом показал, мол, за мной.

Умудрился как-то приоткрыть дверь, и неслышной же тенью вошел внутрь. Причем за оружие он не взялся. Я же не нашелся даже, что сделать: сперва взялся за автомат, потом подумал, что в квартире в замкнутом помещении он будет не очень удобным и достал пистолет. Правда и тот на предохранителе стоял, я скинуть его – это очень громкий щелчок.

Тень уже успел ворваться в помещение, а потом оттуда послышался громкий голос:

– Ну, привэтас, бахуриукэли!

А потом хлесткий звук удара. Я ворвался следом и увидел лежащего на полу человека без сознания с лицом, прикрытым маской и капюшоном. На полу лежала рация, военная и явно иностранного вида. По таким еще и переговоры зашифрованные, наверное, идут. Вот он и не боялся, что его кто-то услышит.

Рядом – пистолет пулемет, больше похожий на игрушку. MP5 Kurz такой называется, и у меня даже в детстве такой был, что забавно, в натуральную величину. Только у этого помимо интегрированной рукоятки была еще накручена труба глушителя. А вместо штатного целика стоял какой-то микроколлиматор на повышающей планке. В этом разобраться мне оружейных знаний хватило.

Ну в общем-то такой типичный набор диверсанта. Наверное, мне с ними дел иметь еще не приходилось. Но что-то тут было не так. Рюкзак был слишком… Знакомым. Где-то я его уже видел.

Догадка уже проскользнула у меня в мозгу. Я сделал несколько шагов вперед, пнул оружие в сторону, а потом наклонился и сорвал с парня капюшон. А следом за ним и лыжную маску.

– Да ебаный в рот, как так-то?

Это был Леха. Тот самый челнок, которого я лично притащил с противоположного берега Великой, которого отвел на базар, а после представил Секе. И они даже о дани заговорили.

Да пиздец. Он же сам у нас выспрашивал, не чухна ли мы, подозревал, типа. А еще по-русски разговаривал вообще без акцента. Так…

Он наверное сам просто русский, нет? Мало ли у них там таких осталось, кто еще на историческую родину не вернулся? Сперва вроде как проблемы были, им в статусе граждан отказывали, и еще что-то.

А теперь… А теперь русские им понадобились. Именно в качестве шпионов. И знание русского, как родного, тут как раз впору. Вот так вот.

Значит, он не просто шпион, он еще и крыса. На чухну работает, блядь, под своих же копает. Хотя какой он нам свой… Тварь ебаная.

– Вяжи его, – сказал я. Сам не знаю, зачем, больше всего мне хотелось этому уебку просто пулю в башку пустить, но что-то подсказало, что так делать не нужно. – Я пока в рюкзаке посмотрю.

Тень послушался, непонятно откуда достал веревку длинную. У него вообще руки очень ловкие, чисто фокусник. Наклонился, перевернул шпиона на живот, и принялся связывать.

Я же взялся за рюкзак. Магазины к MP-5 этому, маленькие, двадцатизарядные. Еще один – большой, барабанный, патронов на пятьдесят, наверное. Какая-то еда, уже русская, консервы самые обычные. А рядом и НАТОвский паек в такой коричневой упаковке.

Понятно, почему этот упырь так не хотел, чтобы мы его рюкзак посмотрели. А еще и послушал, остановил.

А может быть и пацаны те, которых мы с Жорой и Игорьком поубивали, просто узнали, что он шпион? Потому и пиздили? А мы их, получается, привалили, да еще ни за что. И вояк я потом на них навел.

Вот ведь блядство. Развел. Как детей развел, нахуй, как школьников. Пидорас.

Вот и пачки патронов, какие-то не русские тоже. 9×19мм QuakeMaker. Я вскрыл одну, посмотрел – красное донышко гильзы, а пуля с насечками, как будто специально чтобы раскрываться в ране.

– Экспансивные, – проговорил за моей спиной Тень, уже нормальным голосом. – И скорость пониженная, чтобы звук потише был. Вообще, кстати говоря, запрещены во всех армиях мира. Как и все экспансивные патроны.

Ну да, блядь. Знаем мы, как у нас эти конвенции Женевские и прочее соблюдается. Особенно нашими западными партнерами, чтобы их…

Гранаты, такие же круглые, еще две штуки. И последнее – коммуникатор. Чем-то похож на тот, который мы у Валеры отобрали, но при этом отличается. Западный значит, другой совсем.

Я повернулся и увидел, что Тень спеленал шпиона полностью. Руки, ноги, даже рот заклеил. Тот не очнулся еще, но лежал.

А потом до меня дошло. Это же, блядь, шанс. Самый настоящий.

Военные с нами иметь дела не будут, потому что мы – левые люди для них. А вот если притащить им настоящего чухонского шпиона целиком… Вот тогда может и разговор пойти.

– О чем они говорили-то? – спросил я у снайпера.

– О грузе, – ответил он. – И похоже о том грузе, за которым мы шли и фуру эту искали.

Так вот зачем этой твари на другой берег понадобилось. Вот же, блядь.

Нет, нам теперь этого упыря кончать нельзя. Совсем наоборот, мы будем его беречь и с ложечки кормить. А потом в качестве мостика используем. Между нами и военными мостика.

Да. Придется постараться, конечно.

Но мы постараемся.

Набережные Челны, 2025 г.