Текст книги "Диагноз: Выживание 2 (СИ)"

Автор книги: Наиль Выборнов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 14 страниц)

Глава 18

Мы поднялись наверх, в одну из квартир. Достаточно богато обставленную, кстати говоря, несмотря на то, что было видно, что практически вся мебель тут ручной работы. Доски, покрытые лаком, сучки видно, текстуру дерева. Сейчас такие штуки очень дорого стоят.

Когда мы поднялись, Бек стоял возле окна и смотрел в него, в ту же сторону, откуда мы пришли. Пытается вычислить, идут ли за нами люди Жирного? Черт его знает, может быть и так, но если там люди опытные, а они именно такие, то хрен он кого заметит.

Бык и Адик уже затащили Валеру наверх, поставили на колени, а руки связали за спиной. Скотчем связали плотным, армированным. Похоже, что здесь нашли.

Секу на лестнице пришлось поддерживать. Все-таки прилетело ему по лицу сильно, как еще перелома не было. Не в перчатках же били, голой рукой. Досталось. И сотрясение тут налицо. А в таком состоянии не по лестнице ходить надо, а лежать себе спокойно.

Я завел Секу в комнату, и он мягко снял с себя мои руки, после чего двинулся в угол и уселся на диван, раскинув руки. Потом потрогал челюсть.

– Въебать ему? – спросил Бык с готовностью.

Да, не повезло Валере. Очень сильно не повезло, что их план провалился. А если бы не мои наглость и отчаяние, то все могло бы закончиться гораздо раньше. Да уж.

Вывез за всех, получается. Твою ж мать, кто вообще мог такое предположить?

Но отношение к пленному у нас соответствующее. Именно так.

– Не надо пока, – Сека мотнул рукой. Качать головой не решился, у него и так все сейчас должно болеть. Он посмотрел на меня и снова махнул рукой. – Спрашивай, Рама.

– А почему я? – это как-то неожиданно было. Мне ведь ни разу в жизни не приходилось весь допроса.

– Потому что ты насчет муток Жирного больше всех знаешь, – ответил главарь. – Потому что только ты с ним завязки нашел. И кейс этот гребаный тоже ты притащил ему.

– Ладно… – мне оставалось только пожать плечами.

Я подошел к бандиту, встал прямо перед ним. Подумал немного, а потом хлестнул ладонью по щеке. Хорошо так, что аж голова мотнулась. Именно так же по идее полагается начинать допрос.

– Ты крыса, Рамиль, – процедил он сквозь зубы, хотя я вопроса задать еще не успел. – Сперва этих Жирному заложил, а теперь обратно переметнуться думаешь?

Я ебанул его еще раз, на этот раз по затылку. Так, что зубы щелкнули.

– Я хуй знает, что этот пидор толстый тебе наплел, – только и оставалось сказать мне. – Я никого не кидал, и не закладывал. А вот тебе придется. Знаешь почему?

– Ну и почему же? – он ухмыльнулся.

Я пизданул его еще раз и сказал:

– Потому что иначе мы тебя на ремни порежем.

– Нашлась, блядь, резалка узкоглазая, – сказал он.

Вот это было обидно. Я же не башкир, а татарин, и глаза у меня вообще ни хрена не узкие. Я собирался ударить его еще раз, но Бек резко повернулся от окна, посмотрел на Валеру и спросил:

– Что в грузе было?

– Мамка твоя, – ответил Валера. – Она такая жирная, что чтобы ее перевезти, целая фура нужна.

Я чуть не расхохотался. Надо же, блин, такое ответить. Еле сдержался, потому что Бек мне такого унижения никогда в жизни не простил бы.

– Пиздани его еще раз, – сказал Бек.

Я и двинул. Ногой живот. Чуть пониже пупка, не так, чтобы со всей силы, но нормально так. Да, знаю, что так и убить можно, но время, за которое нам нужно получить информацию, он проживет. А потом. В живых его никто оставлять все равно не собирался.

Валера закричал. Громко, очень, согнулся, упал вниз. Запахло мочой. Понятно, он в туалет хотел, но не сходил, а я его еще и ебнул. Вот и очень хорошо получилось.

Я ударил еще раз, но на этот раз не Валеру, а впечатал кроссовок в пол, возле самой его головы.

– Что в грузе, бля! – заорал я.

И вот тут он, похоже, действительно испугался. И понял, что если не расскажет, то мы будем его убивать. Причем очень больно.

– Я не знаю! – сказал он.

– В смысле, бля, не знаешь? – спросил я, громко.

А потом схватил его за волосы и поднял. Волосы – это тоже очень больно, пусть и не смертельно. Увидел, что на джинсах у него расплывается темное пятно. Да, действительно обоссался, не выдержал.

И въебал еще раз. Ладонью по щеке, на этот раз с оттяжкой. Запустил руку в карман и достал складной нож.

Я не знаю, что на меня нашло, но ощущение было такое же, как когда нас чуть не положили. Ярость меня захватила, и ярость страшная. Я нажал на кнопку, лезвие выскочило, а потом схватил Валеру за затылок и подтянул к себе, приставив нож к его глазу.

– Ну? – спросил я.

– Да реально не знаю! Нам приказали вас положить, а потом груз забрать и отвезти его к военным. Жирный сказал, что это наш билет за кордон. Наружу!

Я посмотрел на Секу, тот сам, похоже, охуел от того, что я творю.

Билет за кордон. Наружу. Вот что-то такое я, честно говоря, и предполагал. Значит толстяк решил свалить. Стоп. А зачем ему тогда нас валить? Зачем вообще нас посылать, зачем ему школа?

– Ты хочешь сказать, что Жирный вам не сказал, за чем именно вы пошли? – спросил я.

– Нет! Не сказал! – завопил он.

Нож был уже в считанных сантиметрах от его глаза. Чуть-чуть потянуть его на себя, и он вошел бы в глазное яблоко. Я почему-то отчетливо услышал хруст, с которым это произошло бы.

– Ну хоть что-то он должен был сказать ведь, – проговорил я. И сам удивился, насколько спокойно звучал мой голос. Насколько он был… Мертвым. Иначе не скажешь.

– Сказал нести осторожно. Там, мол, короба, эта штука разобрана, но по двое нести можно. Отнести мы их должны были к бывшему железнодорожному мосту. Там встретиться с военными, груз передать им. А потом возвращаться.

– А про нас что? – задал я следующий вопрос.

– Тебя убивать было не велено, – сказал он. – Мол, ты на нашей стороне, и если в залупу не полезешь, то живьем взять. Еще Секу взять живым.

– Жирный хочет знать, где склад, – послышался за моей спиной голос главаря. – Поэтому и меня живьем.

– А остальных положить всех? – спросил я.

– Да, – Валера попытался, было, кивнуть, но погасил это движение. Все-таки нож совсем рядом. Он как-то сжался, будто ждал, что его сейчас снова начнут пиздить. Но не начали. Пока что нам это не надо.

– Вот ведь падла жирная, – проговорил Адик. – Вот ведь упырь, блядь.

– Ты еще кровопийцей его назови, – сказал Бек. – Всем ведь понятно было, с кем мы дела ведем. Ты мне лучше вот что скажи… Что про его билет наружу известно?

– Да не знает никто… – сказал Валера. – Но по идее он с военными договаривался о чем-то. У Рамы, вон, спросите, он же ходил в Кресты, груз у них забирал.

Бек посмотрел на меня, я кивнул. Ну да, он не в курсе этой истории. И Жора с Игорьком тоже ничего не рассказывали. Во-первых, потому что я их сам предупредил, а во-вторых, они явно не хотели светить полученными за это дело бабками.

– Да, – кивнул я. – Ходили к военным, на их блокпост. Получил защищенный контейнер, мне говорили, что у нас в школе такой же лежал. Они его открыли как-то. Эта штука оттуда?

– Да, – подтвердил бандит.

– И что еще можешь рассказать? – спросил у меня Бек.

– Да в общем-то ничего, – ответил я. – Назвал он пароль – «вода мокрая». Меня еще подъебали, хотели отзыв спросить. Ну и все, в общем-то, дали кейс, а потом мы обратно пошли.

– Кстати, дай-ка посмотреть, что у них за девайс, – проговорил Бек.

Я наклонился над Валерой, видел же, в какой из внутренних карманов он его спрятал. Запустил руку, достал, посмотрел. Да, это был коммуникатор, только не обычный смартфон, типа тех, с какими все ходят. А явно военный – противоударный, да и вообще неизвестной мне модели. Хотя я в свое время в них разбирался, потому что починкой и мелким ремонтом промышлял.

Незнакомая модель.

Я передал его Беку, он взял, нажал на кнопку и хмыкнул.

– Серьезно что ли?

– Что это? – спросил Сека, который так и продолжал сидеть на диване. Он, похоже, тоже не понял.

– Это коммуникатор, чвкшный, – сказал политеховец. – Они в их наборы снаряжения входят. И по-хорошему, это способ связаться с внешним миром.

– Не получится, – сказал Валера.

– В смысле не получится? Здесь спутниковый модуль должен стоять. Сигнал-то везде проходит…

– Не работает там спутниковый модуль, – снова перебил его человек Жирного. – Сгорел во время ЭМИ, как и все, что в городе были. Даже если этим и сбросили нормальные, то нам они ничего такого не дали, как видишь. Так что связаться с внешним миром не получится, мы уже пытались.

– Пароль какой? – спросил Бек.

– Девятнадцать тридцать шесть шестьсот двадцать девять, – выдохнул бандит.

Все, похоже, он был окончательно готов колоться. Я даже отпустил его и нож убрал, сложил и сунул в карман.

Политеховец вбил цифры, а потом погрузился в изучение. И он там явно не в игры играть будет. Хотя я сомневаюсь, что на коммуникаторах, которые выдают ЧВКшникам вообще бывают игры.

А вот спутниковые карты местности, даже если там навигационный модуль сдох вместе с модулем связи, да и… Сейчас вообще любая информация может иметь цену.

– Ну, – сказал я. – Должны были вы донести контейнеры до моста.

Железка в общем-то в ту сторону идет, насколько мне помнится. И от Крестов туда совсем недалеко. А у военных наверняка ведь есть свои способы перебраться через Великую. Катера там… Да даже если нет катеров, то надувные лодки должны иметься, а так можно и на веслах перебраться. Особенно если течения не боишься.

– Что дальше-то? – спросил я.

– А дальше, – он поежился. – Дальше остальные должны были отойти, а я остаться. Потом… Ну это… Меня как бы хлопнули бы, а груз забрали, но Жирный сказал, что я просто с ними пойду. И потом с ним связались бы по поводу того, как из города выбраться.

– Вот ведь, блядина, – сказал Адик. – Он не только нас, он еще и своих пацанов кинуть собирался.

– Кто еще в курсе по поводу того, куда груз надо было нести? – спросил я.

– Да никто, только я знал, – ответил бандит. – И пароля тоже никто не знал. А без него разговаривать даже никто не будет с ними. Просто положат.

– Да вас и так положили бы, – сказал Бек, не отрываясь от экрана. – Нужно воякам со всякой мразью связываться.

– Не положили бы, – покачал головой Валера. – У Жирного на кого-то из высоких чинов компромат есть. И если он ляжет, то его опубликуют.

– Куда? – спросил Бек. – В «Псковскую правду»?

– У Жирного есть связь с внешним миром, – тут уже вспомнил я. – У него ноутбук есть в кабинете. И там точно интернет спутниковый или что-то такое.

– Реально? – Бек на секунду оторвался от своего девайся.

– Да, – кивнул я. – Я видел. Когда в первый раз к нему заходил, по поводу продажи лекарств добазариваться. Он сразу же ноутбук закрыл и в сторону отложил. Так что связь у него есть с внешним миром, он же не пасьянсы там раскладывал.

– Вот ведь сука, – прошипел Адик.

– Так или нет? – повернулся я к Валере.

– Так, – кивнул он. – Есть у него ноутбук. И связь есть, это точно. Он там с кем-то договорился уже по поводу…

Ну в общем-то и так все ясно. Уебок собирался свалить из города. Зачем только ему нас к этому подтягивать? Ну, это понятно, для того, чтобы перебить. Но это-то зачем?

Склад подмять? И что он собирался с этим делать? Большую распродажу устроить?

Стоп. А ведь… Зачем вообще Жирный все это начал? Ну, базар, банду свою сколотил и вообще. Делает он это, чтобы денег заработать. Чтобы, значится, потом, когда война закончится, нормально с этими деньгами устроиться где-нибудь в мирной жизни.

Он миллионами раскидывается, за груз тот же нам заплатил без малого полтора. И что же это значит? Что у него деньги есть. Причем, очень много денег.

Но ведь бабла слишком много никогда не бывает, верно?

И вот если этот мегасклад взять, и информацию о нем продать? Хотя бы тем же самым военным? То что тогда?

Да тогда можно еще больше срубить. А потом купить себе домик на Рублевке, где войны не будет уж точно, позаботятся, заказывать туда элитных девочек и жрать черную икру ложками из банок. Пока тошнить не начнет.

Понятия не имею, какая она на вкус. Я черную икру только на картинках видел, как, подозреваю, и большинство моих соотечественников. Красная-то уже простому человеку не по карману, разве что структурированная. Из самых дешевых.

– Жирный в школу группу отправил? – спросил Сека.

– Да, – ответил бандит, чуть сжавшись.

– И что приказал делать?

– Взять бабу твою, Надюху, живьем. Чтобы ты посговорчивее был. Остальных под нож.

Я посмотрел Секе в лицо. Оно было мрачным. Мрачнее некуда. Похоже, что Надежду он все-таки любил. А на такого вида привязанностях можно кого угодно взять. Даже главаря крупной банды. Чувства – они любого мужика слабым делают.

– Кончай его, Рама, – сказал он как-то устало даже.

Что ж. Вот и настал момент, о котором он говорил. Когда придется кого-то убить, просто потому что на него показали пальцем. Причем не в бою, а вот в такой вот ситуации. Он на коленях стоит, беззащитный совсем, а я вот рядом, сильный, здоровый, по крайней мере физически, а у меня пистолет.

Но тут даже и думать нечего. Я бы и сам с большим удовольствием этого ублюдка упокоил бы.

Я вытащил Макарова из кобуры, прижал его ко лбу Валеры.

– Не на… – только и проговорил он.

Но я просто нажал на спусковой крючок. Грохнуло, бандит выпустил фонтан из головы и упал. Благо парни сдвинуться успели, чтобы мозгами никого не забрызгало.

На несколько секунд наступило молчание, после чего Бык проговорил:

– А я-то думал, ты его это. Ножом.

– Неа, – я покачал головой, сдвинул флажок предохранителя, который автоматически спустил курок, и убрал пистолет в кобуру. – Ножом я пока резать никого не готов.

– Ага, то-то ты ему перо к глазу приставил, – хмыкнул Адик. – Я так и думал, что сейчас вырежешь. Но тебя-то не впервой в людях ножом ковыряться, а?

– Что там? – Сека повернулся к Беку, который как раз погасил экран коммуникатора и убрал его в карман.

– Да ничего, – ответил политеховец. – Все данные вычищены, вообще ничего нет. Спутниковые карты есть, да, только они не актуальны, так что толку от них. Модуль связи действительно не работает, модуль навигации тоже. Короче, игрушка это, конечно, полезная…

– Пацаны, – вдруг проговорил Бык, перебив его. – А ведь это маза, а?

Если честно, я думал о том же самом. Потому что если мы вклинимся в эту схему, то у нас, возможно, получится…

– Свалить из города маза, – продолжил Бык. – Нам всего-то и надо что забрать груз этот у Жирного. А потом с военными связаться.

– Ага, – кивнул Адик. – Так они с нами и решили работать. Мы-то им никто, у нас компромата на них нет. И хрен они нас хотя бы слушать будут. Постреляют с безопасной дистанции и все.

– Так надо просто Жирного взять, – сказал Бык. – А чего нет? Принять его, допросить, выяснить все пароли, явки, шмявки, а потом вздернуть. Правда, тут один вопрос встает.

– Как все это проделать? – спросил я.

– Где веревку взять, которая его тушу выдержит, – здоровяк расхохотался в голос. Хотя нам всем было не до смеха.

А я смотрел на главаря. И он явно думал. Разрывался между тем, что надо сделать, и между тем, что хочется. Хотелось ему в школу отправиться, попытаться спасти хоть кого-то, а в первую очередь Надежду.

Но если судить о том, что сделать именно что надо. Бык, конечно, не во всем прав, но все-таки.

Если получится перехватить груз, то у военных вопросы возникнут по поводу партнерства с Жирным. И потом уже можно как-то подкатить к ним. Осторожно, чтобы просто не убили.

– Надо идти, – Сека поднялся на ноги. – Надо успеть груз перехватить. Возьмем его – разговор по-другому пойдет.

И только он это проговорил, как с улицы послышался взрыв гранаты.

Глава 19

– Блядь! – я повернулся к Беку.

Руки на удивление сами собой легли на цевье и рукоять автомата. Большой палец сдвинул переключатель огня вниз, на стрельбу очередями.

– Они нас нашли, – Бек посмотрел на Секу, который, похоже, драться совсем готов не был. Ну да, еще следы сотрясения заметны, да и ему сейчас отдых и покой нужны. А приходится командовать, что-то делать, да и вообще.

И похоже, что политеховец принял решение.

– Рама и Адик, вниз со мной, – приказал он. – Бык, оставайся тут. Пали внимательно, чтобы никто не поднялся. Ну, пошли!

Он ломанулся на выход из квартиры, и мне не оставалось ничего кроме как проследовать за ним. Эти стандартные ПИКовские многоэтажки. Лестница внутри, пожарная лестница снаружи, где приходится постоянно двери открывать и закрывать, коридоры, вдоль которых квартирные двери стоят. Вообще без окон подъезды, вопрос в том, как из них огонь вести.

Но мы уже выскочили на лестницу и ломанулись вниз. Всю дорогу я думал не о том, что сейчас будет первый полноценный бой, в котором мне придется поучаствовать, а о том, как бы не запутаться в ногах, не навернуться, и не сломать шею.

А снаружи уже были слышны выстрелы. Раскатистые автоматные очереди, треск потише от пистолетов-пулеметов и гулкое гроханье дробовиков. Потом – резкий, как удар хлыста, выстрел винтовочным патроном. Похоже, что это наш снайпер вступил в дело. Ну да, не зря же его наверх Фрай посадил.

Едва я оказался внизу, как остановился. Выбегать наружу из подъезда первым мне совсем не улыбалось. Я посмотрел на Адика, тот рванулся вперед, всем телом врезался в створку, распахнул ее. За ним пошел Бек, а за ним уже я.

И я увидел первого человека. Метрах в пятидесяти, они только входили во двор. Причем несколько трупов уже лежали на земле в разных позах. В глаза бросился еще один – справа, в проходе между зданиями, от него вообще мало что осталось. Похоже, что именно этот под гранату и попал. Кровь щедро заливала асфальт, смешиваясь с дорожной пылью и превращаясь в бурую жижу.

Я смотрел на все это, а руки уже вскинули автомат к плечу. Причем, я как-то рефлекторно согнул колени, наклонил голову, двинулся в сторону ближайшего укрытия – брошенной машины. Совместил целик и мушку на ближайшем из врагов.

Это были именно люди Жирного. Не то, чтобы я узнал конкретного человека, но они все были одеты примерно так. В бронежилете, кстати говоря.

Но это были не те, кого я опасался. Я почему-то боялся, что за нами пришли военные. Не знаю, почему, вроде бы как груза у нас нет, а им должно быть наплевать на Валеру.

Кстати о Валере. Меня почему-то обрадовало то, что даже если нас всех перебьют, своего старшего обратно эти уебки все равно не получат.

Мысли мелькали у меня в голове, а палец потянул спусковой крючок. Прогрохотала короткая очередь, и я отчетливо увидел, как пули попали в грудь бандита, и он завалился на спину. Но тут же завозился в асфальте, пытаясь подняться.

Я выпустил еще три короткие очереди в него, но на бегу точно прицелиться не получалось. Пули рикошетили от асфальта, выбивая из него целые облачка пыли. Удивительно, но никаких мыслей по поводу того, что я стреляю в живого человека, у меня не было. Только злился из-за того, что промахиваюсь.

Добежал до машины, спрятался за ней. Послышалось несколько выстрелов, пули пролетели у меня над головой. Услышал звук разбившегося стекла, повернулся – да, вот. А вместо этих стекол могла быть моя голова.

Снова выстрел из винтовки. Я посмотрел на автомат в своих руках. Бля, что я тут вообще делаю? Я же пиздец-боец, вояка нахуй.

Высунулся, увидел что тот, которого я свалил на землю, лежит, раскинув руки. Рядом автомат валяется. Так вот кого снайпер принял. Ну, считай, заассистил, блядь, если терминами из компьютерных игр говорит.

Увидел как слева вверх улетела сигнальная ракета, дико визжа. Повернулся туда, выбежали двое. Я нажал на спусковой крючок. С непривычки очередь оказалась слишком длинной, ствол повело вверх, но одного я достал точно. Он упал. Второй вскинул оружие, выстрелил в мою сторону, но я успел скрыться. Пули снова свистнули над головой, пробарабанили по кузову машины, заставляя меня вздрагивать от каждого такого удара.

Но нет. Я за капотом, со стороны двигателя. И ничего со мной не случится, потому что мотор пуля точно не пробьет. А вот если бензобак… Да нет, там бронебойно-зажигательные нужны, чтобы он загорелся.

Я снова высунулся и высадил остаток магазина в ответ. Боек сухо щелкнул, патроны кончились.

Спрятавшись обратно, я вытащил магазин из автомата и сунул его в пустой карман на разгрузке. Из соседнего достал полный, вставил. Перехватил автомат левой рукой, правой дернул затвор. Высунулся снова, и увидел, как тот, что в меня стрелял, упал на спину. Кто-то его достал.

Краем глаза заметил еще несколько человек, что выбежали из прохода, повернулся. Выстрелил в первого, судя по всему, попал куда-то в ноги, потом что он опрокинулся и оглушительно заорал.

И в этот момент меня опрокинуло на спину. Несколько секунд я только разевал рот, словно выброшенная на берег рыба, и пытался вдохнуть. Не получалось. И только потом до меня дошло: в меня ж, блядь, только что попали.

Левой рукой я дотянулся до груди, пощупал бронежилет. Вот они, шарики под тканью, под пальцами перекатываются. Это что ж такое в меня прилетело? Картечь? Ебаный в рот.

Не выдержав, закашлялся. Крови во рту не было, и это, наверное хорошо. Но вдохнуть по-прежнему не получалось.

А потом у меня возникло такое ощущение, как будто меня выбило из моего тела. Уши словно заложило ватой, со всех сторон было слышны выстрелы, но больше они меня не оглушали. И я будто полетел над всем этим. Будто видел ситуацию сверху.

Руки и ноги перестали слушаться, я так и лежал на земле, смотря в удивительно голубое небо с редкими перистыми облаками. Да, погожий выдался сегодня денек. Особенно для того, чтобы убивать и умирать.

Вот и я в какой-то момент я подумал, что умираю. Попытался подняться, и меня привела в чувства боль в грудине. Это было настоящее ощущение, и оно заставило меня очнуться.

Слух вернулся к норме, я услышал, как дважды подряд где-то наверху выстрелила снайперская винтовка. А потом стрельба резко прекратилась.

Я высунулся и увидел только с полтора десятка трупов, которые валялись на земле, да еще пару, что выли и пытались ползти. Их товарищи их бросили. Они поняли, что попали в засаду, и что сделать ничего тут не получиться.

Что ж, я могу гордиться. Это все благодаря мне. И записать на свой счет как минимум пару собственноручно сделанных трупов, да остальных…

Хотя о чем я вообще?

Откуда-то слева из-за дома выбежал Фрай, а за ним еще с десяток его бойцов, его же группа. Не вся, снайпер был наверху в укрытии.

– За ними, пока не ушли! – скомандовал он. – Ты и ты – туда, ты, ты и ты – туда, остальные за мной.

И они побежали. Что ж, меня никто за собой не тащил, так что я поднялся на ноги, снова пощупать грудь. Да, верно, картечь, причем разлететься не успела, иначе убило бы. В лицо прилетело бы, да пиздец. Посмотрел на бронежилет – порван, да, по крайней мере наружный слой кевлара. Или арамида… Я понятия не имею, что там такое.

Я надавил себе на грудину, почувствовал резкую боль, и похоже, только сейчас сумел вдохнуть.

Снова закашлялся, но по крайней мере, я мог дышать. Больно. А ребра целы? Хрен его знает, я их ни разу не ломал, чтобы сразу понять – есть переломы или нет. Но вроде бы отхожу уже. Ничего, ничего.

Словно из ниоткуда появился Бек, посмотрел на меня с немым вопросом во взгляде.

– Все… кхе… Нормально, – сказал я. – Броник спас.

Он кивнул, после чего махнул рукой, мол, идем за мной. Я и пошел, ничего не оставалось. Двинулись мы мимо трупов. Кое-кого я узнавал, ведь не ранее как час назад я сам шел с ними в одном строю. Но увы, им не повезло. Или это нам не повезло. Так или иначе, пришлось повернуть друг против друга оружие.

Я ничего по этому поводу не чувствовал. Собакам собачья смерть. Они бы нас расстреляли там у грузовика, вообще не задумываясь ни о чем. А тут получилось так, что мы их приняли… И засадили. Хорошо так засадили.

Бек прошел мимо одного трупа. Мужик, почему-то в шапке-ушанке, несмотря на лето, валялся на спине, раскинув руки в сторону. Возле правой на земле валялся пистолет-пулемет. Совсем старый – ППС он назывался или ППД… Хотя ППД вроде на ППШ похож, а этот угловатый такой весь и со складным прикладом.

И где взяли? Музей ограбили? Хотя черт знает, не удивлюсь, если тут на складах где-то хранилось. Или у коллекционеров.

Второй, третий – всех достали. У одного, вон, в голове отверстие аккуратное, но большое, палец можно просунуть. А с другой стороны – дыра. Снайпер попал. Точно между глаз отработал.

И тут один из парней захрипел, дернулся. Бек резко остановился, повернулся к нему, подошел, наклонился. Махнул мне рукой, мол, иди сюда.

Мужик в бронежилете армейском, но броник изорван при этом пулевыми попаданиями. Не там, где пластина, спереди, а сбоку, где только пакет. Не повезло, неудачно залетело, иначе, может быть, на ногах и устоял.

Крови… Крови особо нет. Но бледный.

– Помоги перевернуть, – сказал Бек. – Только проверь перед этим, вдруг он гранату под собой зажал.

Однако. Такое мне даже в голову не приходило. А ведь придется привыкать, если я и дальше планирую долго и счастливо бандитствовать. Ну или хоть как-то выживать. Какие у меня варианты?

Бек чуть потянул его на себя, а я пошарился по рукам, прошелся ладонями по телу. Гранаты не было. После чего мы общими усилиями перевернули парня на спину, после чего тот посмотрел на нас и просипел:

– Вот вы… Суки…

– От суки слышу, – спокойно ответил политеховец. – Мы, значит, с вами за добычей пошли, помогли эту фуру найти, а вы нас пострелять всех планировали. Запел ваш Валера, все рассказал. Но это не так важно. Жить хочешь?

– Чего? – не понял он.

– Того, – ответил Бек, кивнул на меня. – Это врач. Очень хороший врач, Жирный про него тоже в курсе, не зря же он его живым сказал притащить. Расскажешь, что я знать хочу – он тебе поможет.

Я повернулся к Беку, посмотрел на него. Подозреваю, что глаза у меня в тот момент были огромными. Я бы даже сказал, с пятирублевые монеты, если бы железо уже давным давно не вышло б из обращения. Хотя я их еще помню.

Как я ему помочь должен? Живот прострелен, без операции. Ну часов семь-восемь жизни, а в сознании часа полтора-два – максимум. Но Бек только кивнул, мол, все нормально.

Бандит посмотрел на меня, прищурил глаза, будто пытался узнать. И только потом спросил:

– Это Рамиль что ли?

– Да, это Рама, – ответил политеховец.

– И что, хочешь сказать, он реально помочь сможет?

– Сможет, конечно, – соврал Бек. – Он сто раз уже так делал. Секу с того света вытащил.

Очевидно, что если бы бандит был в нормальном состоянии, то он никогда бы ему не поверил. Но сейчас он мало того, что был в шоке, так еще и… Надежда умирает последней. Вот и то, что нес политеховец совпало с тем, что до этого он обо мне слышал.

Ну и с образом крутого пацана. Это ведь я прогнул их и заставил нас отпустить.

– Ну так что, сделка? Ты нам рассказываешь все, а он потом тебе помогает. Согласен?

– Пусть сперва от боли что-нибудь вколет, – попросил бандит. – А то… Вроде бы и не болит, а печет что-то, сука…

Ну да, у него сейчас брюшная полость постепенно кровью и дерьмом наполняется. Так что ощущения не из приятных, брюшина раздражается, а там… Укол синт-морфина поможет, но мне не очень хотелось бы тратить ценные лекарства на этого смертника.

– Уколи его, – кивнул Бек. – Иначе он сейчас орать начнет во всю глотку.

Ну да. Он приказал это с таким расчетом, чтобы тот поверил, что мы в действительности его спасать будем. Так что почему бы и нет.

Я стащил со спины рюкзак, положил его на землю, открыл, достал собственноручно собранную аптечку. Вытащил из нее инъекторницу, достал нужный – темно-синий такой. Зубами сорвал колпачок и воткнул парню в бедро, прямо через одежду. Практически не целясь.

От укола бандит вздрогнул, но уже секунд через сорок его лицо расслабилось. Ну а что, именно так современные лекарства и работают. Это не старая фигня, которая еще и привыкание вызывала, это новые технологии. Военные.

– Спрашивай, – проговорил бандит.

– Груз, – сказал Бек, и это в общем-то единственное, что его интересовало. Ежу было понятно, что груз надо вернуть. А тупому ежу ясно, что сделать это надо немедленно, пока его никуда не уволокли. – Где он?

– С Жирным связались, – проговорил парень уже практически нормальным голосом. Боль-то прошла. – Он сказал груз никуда не тащить, и что за ним группа придет. И еще сказал обязательно Валеру вернуть, иначе…

– Почему сразу за нами не пошли? – задал следующий вопрос политеховец. – Вас долго не было.

– Решали, что делать, – ответил бандит. – Спорили.

Ну да, бандитская вольница – это не воинское подразделение. Не удивлюсь если…

– В грузе что было? – ну да, и этот мой вопрос Бек уже озвучил.

– Не знаю, – покачал головой парень. – Мы попытались вскрыть, но там контейнеры защищенные военные, не получилось ничего. И устройство вы утащили, оно с Валерой было, – он посмотрел на Бека, его глаза расширились и он повторил. – Реально не знаю.

Ну тут я не удивлен. Бандиты оставшись без главаря действительно решили посмотреть, за что они вообще воевать собрались. Это правильно.

– А груз сейчас где?

– Да там же, только из фуры вытащили. С ним пятеро осталось.

– Когда подкрепление вызвали?

– Минут пятнадцать назад.

– Понял, спасибо, – сказал Бек, поднялся и выстрелил бандиту в голову.

Тот отреагировать не успел. Я же наоборот от выстрела вздрогнул, настолько он мне показался неожиданным. Посмотрел сперва на парня – он тоже ничего не понял, даже удивления на лице нет. Безжизненное лицо, как оно обычно бывает у тех, кого синт-морфином колют, им все строго поровну становятся. Сам знаю, пробовал в свое время, когда операцию на сломанной руке делали.

Легко ушел, без боли и мгновенно. Если уж выбирать между этим и тем, чтобы медленно и мучительно загнуться от перитонита.

– Короче, Рама, – проговорил Бек. – Сейчас берешь человек пять и идешь за грузом. Оттащишь его в гаражный кооператив, по дороге видел. С тобой пойдет Адик, он знает, куда потом идти. Постарайтесь груз накрыть чем-нибудь, завалить, чтобы его не нашел никто. Но людей оставлять не надо – точно вычислят. Договорится Жирный с военными, они проверят все тепловизором, и найдут.

– Понял, – сказал я, а сам внутренне сжался как-то.

Мне только что доверили ответственное задание, которое надо выполнить любой ценой. Потому что от этого груза зависят наши жизни. Более того, Бык прав, это в действительности возможность покинуть город, и снова оказаться на большой земле, на неоккупированной территории.

Спокойной жизни нам не дадут, конечно, но все равно.

– Мы потом на склад пойдем? – спросил я.

– Да, – Бек кивнул. – Сека сейчас, сам видишь, командовать не может, он еле ходит. Так что, будем считать, что я – старший. Фрай мог бы поспорить, но… Не будет.

Интересно, какие у них взаимоотношения. Фрай же всегда сам по себе держался. Но ладно. Мне сейчас не до того, мне задача посложнее предстоит. Которую сделать надо без вариантов.