Текст книги "Диагноз: Выживание (СИ)"

Автор книги: Наиль Выборнов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 15 страниц)

Глава 8

– Сидим тихо, – сквозь зубы процедил Бек. – Не выходим.

У меня и в мыслях не было, если честно. Я сделал несколько шагов в его сторону и прошептал одними губами:

– Дай пистолет.

Он только помотал головой. Да что такое должно случиться, чтобы он все-таки выдал мне оружие? Летающая тарелка с неба должна спуститься, полная инопланетян, которые собирают поработить человечество? Или группа прибалтов прийти в город? Если честно, в обоих случаях оружие мне уже не понадобится. Шансов никаких не будет, разве что застреляться.

Шаги приблизились, и я услышал вскрик:

– Ебаный в рот!

Ага. Понятно. На труп наткнулись. Может быть это товарищи насильника пришли его искать? Мало ли, разделились. Одни пошли за другой добычей, а этот собирался пошариться в супермаркете, и в итоге наткнулся на девчонку?

– Он мертв? – спросил другой голос.

– А ты не видишь что ли? Из «метлы» прилетело. Пиздец… Тут кто-то есть?

Быстрые шаги. Похоже, метнулись за укрытия, испугались, что мы по ним сейчас стрелять начнем. Но нет, несколько секунд ничего не происходило, а потом первый голос снова крикнул:

– Вылезайте, бля! Все равно вам пиздец!

Потом опять тихие переговоры. Наверное решали, тут мы или нет.

Да, если уж совсем честно, мы сами нарвались. Могли ведь сделать правильные выводы и труп спрятать. Хотя бы оттащить куда-нибудь, чтобы на него наткнуться вот так вот просто было нельзя. Правда, след крови все равно выдал бы. А чья еще кровь могла тут остаться?

Но чего теперь жалеть. Раз уж попали, значит, попали.

Я выглянул из-за угла. Бык спрятался за шкафчиком, держа в руках дробовик. Укрытие так себе, даже пистолетная пуля его пробьет, не засядет. Чего уж говорить, если у них там автомат или еще что-то подобное.

– Ждем… – снова процедил сквозь зубы Бек.

– Вылезайте! – снова послышался голос.

А потом я услышал резкий звук сминающейся жести. Как будто выстрел – у кого-то под подошвой оказалась консервная банка. Совсем рядом – они заходили из-за угла. Поняли, что мы в аптеке? Или просто проверяют?

Бык выглядел абсолютно спокойным. Может он слишком тупой еще и для того, чтобы бояться?

А ведь им так просто в аптеку не войти: там рольставни. Придется пригнуться и остановиться на секунду. Хоть небольшая, но все-таки удача. Вопрос только в том, сколько их.

И тут мелькнул силуэт. Бык резко высунулся и практически не целясь, нажал на спусковой крючок. По ушам снова ударил грохот двенадцатого калибра, и на землю повалилось тело. А наш товарищ спрятался обратно и дернул за цевье. Я почему-то отчетливо услышал, как по полу покатилась вылетевшая из окошка гильза. А может быть и воображение нарисовало.

Бек рванулся в сторону прохода, вытащив из кобуры пистолет, оттолкнул меня и выстрелил дважды. А потом снова послышался грохот дробовика. И наступила абсолютная тишина.

Я ничего не видел, снова оказался в закутке между материальной и кабинетом заведующей. Несколько секунд ничего не происходило, а потом я услышал голос Быка:

– Эй, уебки! Остался там еще кто или сдохли все?!

Никто не ответил. Бек повернулся ко мне и сказал:

– Сиди тихо.

И вышел наружу. Двигался он практически бесшумно. И как научился?

Ну вот и как я должен тут сидеть? Без оружия. А если кто-нибудь подойдет, я что его, кулаками должен забить?

Кухня. Здесь есть кухня. И в ней должен быть нож. Да, кухарь, да, скорее всего тупой. Но даже он подойдет в виде оружия.

Я метнулся в сторону небольшой кухоньки, которую так можно было назвать лишь условно. Микроволновка, электрочайник на столе, пара кружек. Все. Стандартная картина для аптеки.

А вот и и подставка для столовых приборов. Бедновато там: две вилки, две ложки и нож. Кстати, неплохой – короткий, но явно цельный с рукоятью, только то место, за которое нужно хвататься, прорезинено. Я взял его, проверил пальцем – острый. Рюзак по-прежнему был у меня в руке, и я отправил туда режик, запихав поглубже, чтобы при обыске нельзя было найти. Все, готово.

И тут я заметил, что в этой же подставке лежит длинный ключ. Вот и нашелся. Надо же, оригинально – спрятать ключ от сейфа среди столовых приборов. Вот там я искать не догадался бы точно. В карман его.

И теперь надо набрать еще. Шприцы нужны, салфетки спиртовые, бутылки с физраствором. Все это тоже пригодится.

Я вернулся в материальную, осмотрелся и увидел большой шкаф забитый шприцами, коробками с повязками пластырного типа, бинтами и прочим барахлом. Часть из этого валялась прямо на полу – было видно, что грабили. Но много осталось на местах.

Так что мне осталось только сгрести все это в рюкзак. Шприцы я вытаскивал из коробок, чтобы меньше места занимали, остального тоже покидал. Все, под завязку.

Я закинул рюкзак за спину. Не очень-то тяжело, ничего не весит. А вообще, пусть тяжелое Бык тащит, он, вон, здоровый.

– Нет тут никого, – послышался снаружи голос. – Отбой, пацаны!

Я выбрался и увидел Бека, который уже возвращался по-прежнему держа в руках пистолет. За ним шел Бык с дробовиком в руках. По-видимому шли вместе, прикрывали друг друга. Сыгранная команда что ли? Ну не зря же «политеховец» выбрал именно его.

Вынул ключ из кармана и протянул ему.

– Вот, нашел. Держи. И давайте рюкзаки, я еще сложу чего надо.

Бык стащил со спины рюкзак первым, протянул мне. Потом Бек. Вместе с «политеховцем» мы вернулись в материальную, но он пошел к сейфу. А я к шкафу с инъекциями.

Есть бутылки: и глюкоза, и хлорид натрия. Немного, но в наличии имеется. Так что я стал скидывать в рюкзак Быка одну за другой. Наполнился он достаточно быстро, так что я отложил его в сторону.

Так. Чего бы еще взять? По таблеткам пошариться?

Антибиотиков в таблетках не нашлось вообще, все выгребли. Кое-как нашел пару пачек нифуроксазида – если кого понос пробьет, первое средство. Так, что тут еще. От сердца, причем очень много всякого. Если брать, чтобы продать – надо выгребать все. А для личного пользования, так сказать.

Ну вот нитроглицерин возьму и капотен. Побольше. Первое – опасная штука, и я с ним связываться не стал бы. Не в том смысле, что взорваться можно, он инертный. Но только в некоторых ситуациях он может спасти жизнь, а в других убить. Зависит от давления. А второе – можно давление сбить. Но тоже следить надо.

Не знаю, какие там болячки у обитателей школы, надо было поспрашивать. Но в общем-то все.

Интересно, почему тут не все выгребли? Да просто очень, те, кто это делали, не разбирались в лекарствах. Вот и побоялись брать неизвестные. Антибиотики забрали, там все понятно, а вот остальное оставили.

На полке с желудочно-кишечными лекарствами тоже ничего не осталось практически. Несколько пачек фамотидина. Омез весь выгребли, придурки. Есть у нас придурки, которые его от изжоги хавают, а ведь это рецептурный препарат, и показания у него вполне себе конкретные.

Ну и еще кое-что есть. Ладно, тоже туда.

Теперь надо безрецептуру глянуть.

Я прошел через еще одну дверь и оказался за кассой. Меня аж передернуло. Если и есть что-то хорошее в этой ебучей войне – это то, что мне больше не надо стоять за кассой и общаться со всякими дегенератами. Нет, люди разные бывают, кто-то приветливый и в целом нормальный. А вот другие буквально не способны проявить уважение и относятся к фармацевтам и кассирам, как к грязи под ногами. Даже не здороваются.

Но тут мне оставалось только грустно вздохнуть. Пустые полки, совершенно, причем открытые. Выгребли вообще все. Ну тут понятно – всем же известно, что от каких болезней. Все же сами себе врачи.

Даже аскорбинки забрили же, блин.

Но место в рюкзаке Бека еще было. Я повернулся к пацанам и спросил:

– Спиртовые настойки берем?

– Зачем? – не понял «политеховец».

– Ну мало ли, – ответил я. – Бухать их я бы не стал, а вот для успокоения попить. Все же нервничают. Ну а если корвалол есть – там фенобарбитал, неплохо успокивает. Правда подсесть можно.

– А место еще есть?

– Есть, – ответил я и ухмыльнулся. – В твоем рюкзаке.

– Может на продажу возьмем? – предложил Бык. – Пусть нервы лечат.

– Бери, – кивнул он.

– Только во вторую аптеку идти смысла нет, – честно сказал я. – Нет, уколов на все время не хватит, но мы уже под завязку нагружены. Может быть, следующей ночью?

– А то, что нужно, есть?

– На четыре дня хватит, – прикинул я по метронидазолу.

Бек задумался. Рисковать своей шкурой и идти в следующую аптеку ему явно не хотелось. Мы и так тут провозились достаточно долго, и есть риск, что не успеем до рассвета домой. И тогда придется где-то дневать. Конечно, еда у нас есть благодаря тому мародеру, но в укрытии будет лучше.

– Не пойдем, – решил он. – Если что, в следующий раз сходим. Ночи сейчас короткие. Зимой лучше будет.

– Ага, – кивнул я. – Только холодно и снега много.

До зимы. Проживу я с бандитами до зимы? Черт знает. Это сейчас меня за врача держат, а потом наверняка в какую-нибудь разборку привлекут. А любая такая история – это риск поймать пулю или перо под ребро получить. И мне этого не хотелось бы совсем.

А еще конкуренты, военные, которые могут заявиться, если парни Секи будут уж слишком сильно борзеть.

Не хочется мне с ними жить. Одному голодно, конечно, но при этом спокойнее бывает.

– Сейчас тогда, – решил я.

Вернулся обратно, повернул ручки металлического шкафа. Закон о том, что нужно спиртовые настойки в таких хранить, отменили лет двадцать назад. Но тут не поскупились. Хотя если учесть, какая у них мебель.

Корвалол нашелся, но совсем немного. Я набросал его в рюкзак, добавил валерьянки, пустырника. Флаконы по двадцать пять миллилитров, места практически не занимают. Сейчас ведь на всем экономят.

Нашлось еще вазелиновое и касторовое масло, тоже прихватил. В качестве слабительного так себе, но может пригодиться.

На всякий случай заглянул в шкаф с инъекциями. Не зря – отыскались лидокаин и новокаин. Это нам надо.

Все. Пора валить.

Свой рюкзак за спину. Не очень тяжело. А вот остальные нагружены порядком.

Я вышел обратно в торговый зал и протянул бандитам их рюкзаки. Бек закинул свой за спину, и в нем звякнуло стекло. Он только усмехнулся.

– Э, а чего тяжелый-то такой? – спросил Бык, когда взялся за свой. – Ты чего туда нагрузил?

– Капельницы, – ответил я. – Секе капельницы нужны. Так лучше будет, чем из шприца антибиотик колоть. Много денег-то взял?

– Мелочь, – ответил он. – Тридцать тысяч.

– Значит, инкассатор перед приезжал, – пожал я плечами. – Незадолго до того, как все началось.

– Ладно, пацаны, пошли, – проговорил Бык. – А то мало ли, кто на выстрелы заявится.

Да, тут он прав. Двенадцатый калибр должно быть далеко слышно. А заинтересоваться пальбой могут очень многие.

И мы, не теряя времени, двинулись на выход.

Глава 9

В школу мы вернулись, когда солнце уже поднялось. Но в своем районе бандиты, вроде как, никого не боялись, поэтому мы не прятались и дошли спокойно. Правда, меня заставили тащить рюкзак мародера, потому что Быку нужны были обе свободные руки, чтобы держать оружие. Но противиться я не стал – лучше уж поносить лишнюю тяжесть, чем словить пулю.

А так парень защитит. То, что он убил сегодня несколько человек, меня не особо волновало. Один из них хотел изнасиловать девушку, а двое из них были его товарищами, и скорее всего, такими же мразями. Так что чего их жалеть?

Да и в целом я уже привык к смерти.

Встретить нас вышла Надя. Я так и не понял, какие отношения у них с Секой, но оба раза, когда я ее видел, женщина была при нем. Может ебет он ее, а возможно это просто сестра или подруга. Надо бы выяснить, чтобы при случае не попасть впросак. О коллективе, в котором мне придется существовать, лучше знать как можно больше.

– Вернулись? – проговорила женщина, когда мы подошли ко входу в здание. – Чего так долго-то? Думали уже, что случилось.

– Случилось, – ответил Бык. – Троих уебков встретили. И нагрузились порядочно, так что рисковать не стали. Кстати, давай.

Он выдернул рюкзак у меня из рук. Ну ладно, это в общем-то не моя добыча. Главное, чтобы мой не отобрали – у меня там таблетки и нож лежат. А их лучше бы оставить при себе.

– Сека тебя в медпункте ждет, – обратилась женщина ко мне. – Ногу дергает что-то, да и перевязку делать надо.

– Еще бы, – только и оставалось хмыкнуть мне. – Это ж не царапина, это, блин, пулевое ранение. Болеть будет, причем долго. Пошли, пацаны, нужно разгрузиться там, у нас все-таки лекарств куча. Пусть в одном месте будут.

– Чего это ты раскомандовался? – Бык повернул голову, уставился на меня.

Да, а ведь взгляд у него действительно бычий. Когда свежей травы быки наедаются, они примерно так смотрят. Я знаю, потому что вырос в деревне. Это потом уже был Питер, а теперь Псков.

Мы вошли в здание и двинулись в сторону медпункта. Первой шла Надя, она будто вела нас. Впрочем, мы и так знали, куда идти.

Повернув голову, я посмотрел во внутренний двор. Там возились люди. И судя по тому, что рядом стоял бандит с автоматом, это рабы. А вот мое положение пока не ясно. Вроде бы и такое же, как у них, а вроде и повыше стою. Потому что могу не только ящики таскать или в земле ковыряться.

Надя открыла дверь медпункта и пропустила нас внутрь. Я снял кеды на входе, чтобы не топтать – да, на улице грязи не было, но пыль – это тоже нехорошо.

– Чего так долго? – недовольно спросил Сека. Лицо у него было искажено болью. Похоже, реально припекло. Хотя ничего удивительного, ему в постели надо лежать, а он вместо этого расхаживает. И уже без штанов, кстати, к процедуре приготовился.

– Нарвались на кое-кого, – ответил Бек. – Да и вообще, далеко же.

– А то, что надо взяли? – главарь повернулся ко мне.

– На несколько дней хватит, – ответил я. – На четыре, если конкретно. А потом придется идти еще куда-то.

– Нет, – Сека покачал головой. – Так не пойдет. Завтра соберем людей и пойдем к Жирному на рынок. У нас как раз есть, что загнать.

– Мы еще на продажу достали, – сказал Бек. – Кое-чего из лекарств. Нам не нужно, но продать можно. Так ведь, Рама?

Блин, просил же называть меня по имени. Но все равно этой кличкой погоняют. Все, пиздец, прилипла уже, теперь никуда не денешься. Придется отзываться.

– Настойки разные спиртовые, – сказал я. – Нам не нужны особо, они как антисептики не пойдут, но продать можно. И еще есть кое-что, знающие люди оценят.

– Наркота что ли? – сразу понял Сека.

– Неа, – я покачал головой. – Но от боли хорошо помогает. Если пережрать приход словить можно, но я не советую. Так и сдохнуть недолго.

– Жаль, – пожал он плечами. – Я бы сейчас от трамальчика не отказался бы.

– Что поделать, – вздохнул я.

Стащил со спины рюкзак, подошел к столу и принялся выкладывать на него упаковки. Шприцы, системы, таблетки, пачки с ампулами. Потом пошли флаконы с антибиотиками. Последнее – тонометр и ингалятор. Жаль, правда, что у нас ничего нет, разве что физраствор. Долбоящер я. Там был пульмикорт, надо было взять.

Блядь. Только сейчас дошло. Зачем мне этот небулайзер, он все равно не работает после удара ЭМИ. Те тонометры либо ещё до него разобрали, либо просто похватали, а потом уже поняли, что не работают. Хорошо хоть у меня механический есть.

Нож и свои таблетки я доставать не стал. Лучше запас иметь.

Остальные тоже подошли, стали складывать. Я же двинулся к Секе. Надо же посмотреть, что у него там с раной.

Кстати, ситуация обстоит так себе. Из-за того, что мне две ночи по городу бродить пришлось, я свой оланзапин не пил. А это может к очень нехорошим последствиям привести. Сначала тревога начнется дикая, буквально трясти начнет, а потом буду бесоебить.

Тут-то меня и пристрелят, решив, что я конченый шиз.

– Разберешь? – спросил Сека. – Что там нам, что на продажу. И то, что у нас есть тоже рассортировать бы. Шкафов-то хватает.

– Посплю сперва хотя бы пару часов, ладно? – поморщился я.

– Не волнуйся, – он вдруг улыбнулся. – И пожрем сейчас, и поспишь, Айболит. А теперь давай, посмотри, что там с ногой у меня.

Кстати, вот Айболит мне подошло бы больше. Авторитетное прозвище, мать его, сразу понятно, чем занимаюсь. А так Рамой зовут. Как будто спред из старой рекламы.

Я обработал руки санитайзером, взял флакон с антисептиком, ножницы, зажим, бинт и салфетки, сразу приготовил левомеколь. Разрезал узел и принялся разматывать бинт. Потом размочил присохшую салфетку хлоргексидином, щедро так, и снял ее. Кстати, я – идиот. Антисептики не посмотрел. А ведь они вполне могли там, где безрецептура лежать. Штука полезная, но много не унесешь.

Осмотрел рану. Воспалена по краям, красный такой круг. И салфетка тоже в гное – самодельный дренаж работает. Я взялся за карнцанг и вытащил свернутую салфетку из раны. Тоже в крови и гное.

Мне оставалось только почесать в затылке. Ну и что это значит? А хрен его знает. Но гной в любом случае будет, а его вроде немного. Принюхался к ране, чем пахнет. Мясом и гноем, но совсем немного. Но пока рано, наверное, оно так и так гноиться должно. Да и на гангрену не похоже.

– А ты прививки от столбняка делал? – спросил я у Секи.

– Ну ты нашел, что спросить, – хмыкнул он. – Я в больнице последний раз был лет десять назад.

– Этот странно, – пробормотал я. – При такой-то жизни.

Ну левомеколь заложим опять, там все-таки левомицетин, у него спектр действия широкий. Так что я щедро измазал жирной мазью салфетку, свернул и запихнул обратно в рану. Потом сделал новый дренаж из перчатки, а сверху накрыл еще одной салфеткой.

– Ну что? – спросил он.

– Да вроде ничего, – ответил я, но особой уверенности в голосе у меня слышно не было. – У тебя как с температурой? Не мерил?

– Вроде и нет, – пожал он плечами. – Сейчас.

– Я мерила, – проговорила Надя. – Тридцать семь и пять у него.

– Ладно, все не так страшно. Воспаление небольшое.

– А гной? – спросил он.

– А гной сейчас рану вычищает, – ответил я. – Это же лейкоциты, которые всякую заразу жрут. Уничтожают. Так что нормально.

Я вскрыл упаковку бинта и принялся перематывать рану. Вот бинтов у нас, много, набрали. Завязал узлом. Все, нормально. Теперь уколы.

– Хочешь, капельницу поставим? – предложил я. – Кровь почистит немного.

– Ага, а потом ссаться буду, – ответил он. – Давай как в прошлый раз, по вене. Нормально было.

– Хозяин – барин, – только и оставалось ответить мне. – Но капельницу все равно придется поставить. Метрогил.

– Позже, – махнул рукой Сека. – Время раннее, я никуда не пойду, так что успеем.

Я вытащил шприцы, размешал антибиотик, набрал. Потом обезболивающее. Наклонился, привычно захватил мышцу бедра, вколол. Потом рукой пережал руки, дождался, пока вена более-менее набухнет, и медленно ввел туда антибиотик.

– Ну все, – пожал я плечами. – В следующий раз укол еще вечером сделаем. А перевязку в то же время.

– Фух, – Сека помотал головой. – Слушай, а отпустило вроде. Реально сильная штука. Надь, помоги штаны надеть.

Мне оставалось только отойти. Я посмотрел на стол, где валялись лекарства. Много, блин, очень много, и пацаны разбираться не стали, а свалили все прямо так. Заебусь сортировать. Но надо – это теперь мое хозяйство, так что заниматься им придется мне. Лишь бы не под надзором, как этим рабам.

Надя тем временем помогла главарю надеть штаны, потом обувь, завязала шнурки. И подала костыль.

– Пошли в столовую, – сказал Сека. – Мы вас раньше ждали, так что остыло все уже. И печки остыли, не подогреем.

– Нормально, – ответил Бык и потер ладони друг о друга. – Мы и холодного пожрем.

Все вместе мы обулись и двинулись наружу, прошли через холл и вошли в столовую. Пахло едой. Вкусно пахло, если честно, рот слюной наполнился тут же. Да уж, если на базе бандитов и есть что-то хорошее, то это жрачка. Кормят сытно и каждый день.

Я поймал себя на мысли о том, что не так тут и плохо. Никого убивать меня не заставляют, кошмарить местное население тоже. Совсем наоборот даже – работаю, можно сказать, по профессии.

До войны не мог – комиссия не пропускала. Участковый врач сразу сказал, что бесполезно, хрен меня кто в лабораторию пустит. А с бандитами работаю. Какая-то мрачная ирония в это есть что ли.

– Вы бы воды натаскали сюда, – сказал я. – Немытыми руками есть – можно инфекцию подцепить. Не лишним было бы.

– Нет воды, – проговорила Надя. – Водопровод-то не работает. Есть коллекторы дождевой, плюс конденсат собираем по утрам, Бек там что-то нахимичил. Но скважины тут нет, понятное дело. И не пробурить. Техника не работает.

– И до Великой далеко, – сказал Сека. – Да и страшно оттуда брать, мало ли, чухна насыпет отравы какой-нибудь. Так что вода только на жрачку идет. Не набрать нигде. Зимой попроще будет – снег можно будет топить, там хоть залейся ее будет.

Ну да, справедливо. И дожди не так часто идут. Живем, значит, на конденсате. Интересно. А Бек в своем деле шарит. Зачем его в рейды отправляют тогда, если он такой ценный человек? Сидел бы на базе, мастерил всякую фигню.

Мы двинулись туда же, за стол для учителей. А вот Бык уселся за обычный. Что, знает свое место, и понимает, что никто его все равно не пригласит? А меня вроде да, хоть и раб.

Уселись. Главарь попросил Надю принести еды, и та ушла.

– Ну что скажешь, Бек? – спросил Сека у «политеховца». – Надежный парень Рама?

Тот посмотрел на меня. Я подумал, что он сейчас скажет про то, что я сделал, когда мы наткнулись на насильника. И том, что не дал Быку поймать девчонку.

Бек помолчал несколько секунд, и сказал:

– Надежный. Достойно себя вел. И дело свое знает. Вот, держи, – он запустил руку в карман и вытащил из нее несколько мятых купюр.

– О, – хмыкнул Сека. – Откуда дровишки?

– Там сейф стоял. Рама ключ нашел.

– Ладно, – проговорил главарь, а потом посмотрел на меня. – А теперь между нами, Рама. Ты скажи: если мы тебя запирать не станем, ты сбежать не попробуешь?

Этот вопрос поставил меня в тупик. Еще вчера я, наверное, дернул бы отсюда при первой же возможности. Но сейчас… Ситуацию как-то переоценил, поменялось все. Так что…

– Нет, – я мотнул головой. – Не буду я бежать.

– Ты смотри, я слову верю, – сказал он. – Реально верю. К тому же, если ты отсюда дернешь, то мы тебя ведь все равно найдем. И если попадешься – пизда тебе.

Ну вот, угрозы пошли. Кнут. Но теперь ему надо показать мне и пряник. Чтобы заинтересовать.

– Если останешься, жить неплохо будет, – бандит пожал плечами. – Едим мы сытно, никого не ссым сами, дураков лезть к нам нет. Бабы опять же. Тебе Ника понравилась? Если нет, можешь других посмотреть, выберешь сам, какая по вкусу.

– Да не буду я бежать, – выдохнул я. – Куда мне идти? Опять в подвале сидеть и крысятиной питаться, и то есть повезет? Или яблоками падучими?

– Ладно, – кивнул Сека. – Верю. Считай, ты теперь с нами. Бек, запирать его не надо, пусть ходит, где хочет. Завтра дашь ему ствол, мало ли, что на базаре может случиться.

Однако. А он мне действительно доверяет уже. Наверное, потому что я в его ноге ковыряюсь и уколы ставлю два раза в день. А я ведь его отравить мог бы при желании.

Да чем угодно. Парацетамолом, например, причем так, что он ни о чем не догадается. А потом токсическое поражение печени и пиздец.

Или кеторолом. Сперва боль в животе, потом будет блевать кровью, давление наебнется, и в конце-концов сдохнет от почечной недостаточно. А потом бежать.

Только вот я этого делать не стану. Незачем мне оно.

Надя тем временем принесла несколько тарелок и ложек, расставила их на столе, а потом ушла. Я повернулся и увидел как Бык ждет. Наверное, ему тоже еды должны принести.

А ест он отдельно. Это интересно. Меня, типа, в отдельную касту вывели уже.

Сека первым схватил ложку и принялся за еду. Ел он степенно. Я поковырялся в тарелке. Гречка с тушенкой, в общем-то нормально. Так что можно съесть.

Сейчас бы наесться, потом сожрать свои пять миллиграммов оланзапина и лечь спать. И до самой ночи так. Но увы, не дадут. Дел еще полно, надо лекарства рассортировать. Да и по школе прогуляться интересно, посмотреть, как народ живет. С утра она на муравейник похожа на самом деле.

– Только ключ пусть мне отдадут, – сказал я, когда съел несколько ложек.

– Это зачем? – заинтересовался Сека.

– Чтобы личное пространство было, – хмыкнул я. – Ну а что? Ночевать хочется одному, честно говоря, и чтобы никто не лез. Хоть какая-то каморка чтобы была. Так спокойнее.

– Еще что-то? – серьезно спросил главарь.

– В библиотеку бы сходил, – пожал я плечами. – Серьезной литературы там нет, конечно, но хоть что-то почитать. Ты не представляешь, как я по книгам соскучился. Почти все, что у нас были, зимой сожгли.

– Думаешь у нас иначе что ли? – проговорил Бек. – Я сам по чтиву скучаю. Но ничего не осталось. Мы даже шкафы на растопку пустили.

– Бля, жалко, – проговорил я. – Как-то не подумал.

– Не, я не о том, – сказал Сека. – Ты гулять-то по школе можешь сколько угодно, только в личные комнаты не входи. Я про то, что ты хочешь в первую очередь. Могу Нику к тебе отправить, например. Понравилась же вроде.

– Неа, – я мотнул головой. – Спать хочу пиздец. Но за предложение спасибо.

– Смотри, обращайся, – пожал он плечами.

Что-то он слишком добрый. Не понимаю я. Не верю в то, что этот отморозок проникся благодарностью за то, что я его лечу. И подозреваю, что если дело дойдет до гангрены, я умру раньше его, это однозначно.

Хотя… Может реально ценит? Сколько банд могут похвастаться, что у них свой врач есть? Да ни одной, подозреваю. А обслуживать в городской больнице их никто не будет, они чисто на военных работают. Ну и кого-то из гражданских могут принять, но только беременных, скажем.

А он ведь может привести кого-нибудь из другой банды. И если я его вылечу, то авторитет Секи поднимется до небес. А медицина у них будет зависеть от нас. Это тоже элемент влияния, как ни крути.

О себе он заботится и о своей банде.

Только вот… Что будет со мной в итоге? Если я доживу до конца войны. Если блокаду снимут? Тогда ведь зачищать будут от банд город. Или что, они все сдадут оружие и притворятся мирными овцами?

Не знаю. Но шансов дожить так у меня реально больше.

Некоторое время мы ели. Когда закончили, Надя принесла чай на подносе. Да, это в самый раз – пить после сухой гречки хочется страшно. Так что чашку чая я опрокинул в себя залпом.

– Надо бы медосмотр провести, – сказал Бек. – Пусть посмотрит всех, мало ли у кого что.

– Бля, нормальная идея, – покивал Сека. Посмотрел на меня. – Сделаешь?

– Сначала с лекарствами разберусь, – ответил я. – Потом нам на рынок идти. А потом можно будет. Ладно.

Я поднялся, вытер губы тыльной стороной ладони:

– Пошел я спать, пацаны.

– Давай, – кивнул «политеховец». – Добрых снов.