Текст книги "На распутье (СИ)"
Автор книги: Надежда Карпова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 16 страниц)
Глава 16
– Ты осознаёшь, что именно ты делаешь? – Теснар с укором смотрел на сына.
– Изучаю людей, их культуру, обычаи. Ведь за этим мы здесь. Я не понимаю, чем ты недоволен, отец?
– Тем, что ты влюблён, Треон.
– Что? Нет! Мы просто занимаемся исследованиями, общаемся. Это не… – он недовольно махнул ладонью сверху вниз.
– И поэтому ты даришь ей таяр? Учишь летать? – Теснар не отреагировал на возмущения сына. Его тон не изменился.
– Если тебе не нравится, что я в обход всех разрешений выписал непривязанный…
– Да Тлаон с ним, мне не жалко один таяр. Меня тревожит твоё будущее, сын. И то, что ты не осознаёшь свои чувства, делает ситуацию в разы хуже.
– Отец, ты преувеличиваешь. Да, она интересная и забавная. На неё эстетически приятно смотреть. Особенно, когда она наклоняется… Неважно! Иногда её высказывания ошеломляют и сбивают с пути. Но она так легко понимает многие наши традиции, иногда смотрит на них с неожиданной стороны. Общаясь с ней, я и сам стал больше понимать. Но это не значит… – Треон отвернулся и сделал шаг в сторону. Отец придержал его за плечо, слегка сжав.
– Ты себя слышишь? Все разговоры только о ней. Треон, послушай меня. Я – твой отец, и ощущаю все твои эмоции по тлие. Но я старше и опытней, поэтому оценить их окрас и направленность могу. Ты – увлечён, пока не сильно, но с каждой встречей становится хуже. Ты осознаёшь, что у вас не может быть общего будущего?
– Почему это? – Треон не хотел продолжать этот разговор, но отмахнуться от отца не мог.
– Она – человек. Другое мировоззрение, убеждения, привычки, реакции. Она выросла в другой культуре. Возможно, какие-то вещи о нас она понимает, но это не гарантирует полного взаимопонимания в повседневной жизни. Недопонимание каких-то очевидных для другого вещей может причинить вам боль. У неё другая физиология и…
– Ещё не доказано, что наши расы несовместимы! – Треон возмущенно обернулся к отцу.
– Я не о том. У них на планете меньше притяжение, наше покажется ей обременительным. Она не сможет долго его выносить, это, не считая возможных культурных противоречий. Значит, жить на Тлаодане ей не суждено.
– Я могу полететь к ней.
– Уверен? Возможно, по её рассказам ты узнал положительные стороны их цивилизации, но я узнал отрицательные. Их мир недружелюбен к чужакам любого рода. Ты не сможешь там жить. И там тебе будет недоступен Тлиерин. Об этом ты подумал? Либо вам обоим придётся стать изгоями в обоих мирах (что опять отрежет тебя от Тлиерина), либо расстаться.
Треон ошеломленно смотрел на отца, об этой стороне их жизни он даже не вспомнил.
– А теперь представь, насколько болезненно это будет, когда чувства станут глубже и серьезней. Так не лучше ли не доводить до этого? А прекратить ваши встречи сейчас, когда увлечение не успело перерасти во что-то большее. В этом случае расставание перенести будет легче. Треон, ты всегда был умным у меня, прояви благоразумие и на этот раз. Подумай хорошо, к каким последствиям ваши встречи могут привести? И реши для себя: стоит ли оно того? – Теснар на краткое мгновение прижался лбом ко лбу сына в жесте поддержки и вышел из комнаты.
Треон опустился в кресло, чувствуя себя, словно все пути разбежались из-под ног, и впереди только пустота. Стало страшно.
Он действительно не осознавал, как его поступки и чувства выглядят со стороны. Откровения отца заставили посмотреть на ситуацию в другом свете. Но это ничуть не добавило понимания, что ему теперь делать. Он не мог не признавать разумность приведённых доводов, и правильнее будет послушаться отца. Но…
Всегда есть это неоднозначно "но".
Треон вспомнил искреннюю улыбку Кристин, весёлый смех, краску смущения на её лице.
Её приятные формы, которые так восхитительно подчеркивает людская одежда.
Её восторг во время полёта. Как легко у них получилось синхронно выполнять все элементы.
На Тлаодане существовало поверье, что пары, легко достигающие синхронности в таяране, абсолютно совместимы и в жизни. И могут легко и гармонично дополнять друг друга во всём.
Так почему же ни с одной тлани к синхронности даже приблизиться не удалось, а с малознакомой человечкой сразу получилось?
Треон вздохнул. Легко не будет. Ему предстояло хорошо подумать обо всём. И в любом случае прекратить их встречи пока, чтобы эмоции не мешали принять решение.
***
Горы таяли в тени, из красных становились темно-бордовыми. Их контуры резко выделялись на фоне неба светящейся алой каймой. Кристин рассеянно наблюдала, как солнце прячется за горизонт. Ветер стих и едва шевелил макушки травинок на равнине с тихим шелестом. Густой травяной дух, напротив, усилился.
День подходил к концу, а Треон так и не появился. Она продолжала надеяться до обеда. Когда стало ясно, что уже можно не ждать, нахлынула обида. Но немного подумав, решила, что не имеет права дуться: он ведь ничего не обещал и не обязан приходить.
Чуть позже одолело беспокойство. Ведь отец Треона явно выказал недовольство их встречами. А если он устроил сыну головомойку и наказал? Поэтому тот не может прийти. Но уж на это Кристин никак не может повлиять. Остается ждать.
А ближе к вечеру стало совсем тоскливо. Она и не подозревала, как сильно успела привязаться к Треону. Всего день не видела, и уже так скучает.
Вздохнула и встала с разложенного таяра. Одна не рискнула сегодня летать. Не было уверенности, что при возникновении непредвиденной ситуации не запаникует, как вчера, и благополучно не самоубьется.
Сложила таяр и засунула его в рюкзачок. Не хотелось светить им перед другими людьми, если случайно на кого-то наткнется.
Внимательно огляделась в гаснущем свете и никакого движения не заметила, кроме ряби на траве от ветра. Злобного шипения и других подозрительных звуков тоже не слышно. Но после вчерашней встречи с хищником поневоле осторожничать начнёшь. Надо уже наконец-то выпросить у тети Лены информацию о местной фауне.
Кинула последний взгляд за спину и побрела вдоль опушки налево. Возвращаться обратно и тосковать одной в каюте не было никакого желания. Можно ещё погулять, пока совсем не стемнело. В эту сторону они не ходили и не летали. Возможно, наткнётся на что-то интересное.
Поначалу пейзаж ничем не отличался от тех мест, где они с Треоном летали вчера. Но скоро впереди показалась неровная полоса скальной породы. Кристин сначала не поняла, что в ней странного. Немного погодя сообразила: за этой грядой не видно горизонта, только небо. Похоже на край мира. Но этого же не может быть?
Она удивленно замедлила шаг, пытаясь сообразить, что видит. Это и помогло не быть застуканной. Когда впереди послышались обрывки фраз, она успела метнуться влево под сень леса. В просвет между деревьями заметила поднимающихся словно из-под земли людей и сразу сообразила, что впереди: обрыв.
Любопытство подзуживало узнать, что там. И как минимум разговор подслушать. Но от плохого предчувствия скрутило живот. Лучше убраться подальше. Особенно учитывая, что в этом лесочке толком не спрячешься. Деревья – пародия на мохнатые метёлки. Кустов почти нет, трава низкая – никаких зарослей. Видно здесь достаточно далеко. Легко заметить могут.
Кристин пригнулась пониже и припустила к базе, стараясь не шуметь. Когда голоса сзади стали приближаться, поняла: уйти с поля зрения не успевает. Метнулась влево, желая скрыться хотя бы за огромным развесистым кустом. На большой скорости не успела затормозить и скатилась в небольшую лощину, не замеченную сразу.
Полежала, переводя дыхание и прислушиваясь к ощущениям: вроде обошлось без серьезных травм. Небольшие ушибы и царапины – не в счёт.
Приподняла голову, оглядев пологий скат лощины и куст на самом краю. Не самое плохое укрытие, лучше она быстро не найдёт. Есть шанс, что здесь её не заметят.
Вроде не было особой причины прятаться. Ведь ничего криминального она не делала, просто гуляла. Но в вечерних сумерках успела заметить синюю военную форму. Эти люди безотчетно вызывали страх. С ними не хотелось пересекаться. К тому же подозрение вызывало само их здесь нахождение, тем более тайно. В плане экспедиции ничего такого не заявлено, а Кристин изучила его достаточно хорошо.
Уткнулась лицом в сгиб локтя, пытаясь быстрее успокоиться, чтобы не выдать себя шумным дыханием. Скоро уже смогла различать, о чём говорят.
– …предварительные выводы?
– Некоторые теории есть, но всё ещё недостаточно данных, – в высоком голосе слышалась неуверенность.
– Значит конкретным планированием рано заниматься, – задумчиво более жестким тоном.
– Да, лучше не спешить. Время есть.
– Всё равно надо быть настороже. Не нравится мне ситуация в целом. Любые непредвиденные сюрпризы могут загубить всю идею на корню. Нужно поторопить наших умников, пусть форсируют исследования.
Кристин удивленно прислушивалась. На разговор военных было непохоже. Где приказы и послушные "есть, сэр"? Больше походило на разговор ученых или политиков.
"Что всё-таки происходит? И как много народу в этом участвует?"
Ей всё больше это не нравилось.
– Лейтенант, возьмите пару человек и осмотрите окрестности. Нам неожиданности ни к чему, – третий голос, более низкий и грубый.
– Есть, капитан. Танич налево, Дэвис направо. Вперёд.
– Принято.
Кристин в ужасе вжалась в землю. Неужели её сейчас обнаружат? Осторожно попыталась взглянуть вверх, задержав дыхание. Заметила краем глаза движение и резко повернула голову вправо. И чуть не заорала от испуга. От спазма, перехватившего горло, вышел только задушенный сип.
Стадо огромных бронированных монстров пощипывало траву, смещаясь по лощине в её сторону. Подобралось уже почти вплотную. Как она могла их сразу не заметить?
Кристин помнила объяснения Треона, что эти животные травоядны и не нападают, если их не провоцировать. Но это же огромные туши в пластинчатой броне! Если не съедят, то затопчут и не заметят.
Она лихорадочно решала, что делать. От местной фауны хотелось сразу убраться куда подальше. Но шансы сделать это незаметно от людей стремились к нулю. А им попадаться на глаза не хотелось ещё больше.
Они бродили там, где не должны были. Говорили странные вещи. И стремились сохранить свои перемещения в тайне. Всё это выглядело крайне подозрительно.
Интуиция просто вопила, что эти люди куда опаснее травоядных исполинов. И не погнушаются избавится от нежелательного свидетеля.
Не в силах принять решение, она в ужасе окаменела и зажмурилась. Спазм мышц сдавил горло и не давал издать ни звука. Кристин вжалась в землю и молила все высшие силы разом: пусть её не заметят.
Огромное копыто опустилось рядом с её бедром, земля дрогнула от удара. Морда бронированного монстра начала щипать траву справа от её лица. Ухо и щеку обдало горячим воздухом.
“Ну и вонь!”
Послышался шелест и хруст. Капля холодного пота стекла по виску Кристин. Сердце уже норовило проломить ребра. Она почувствовала, что уже не может вдохнуть, в глазах начало темнеть.
– Здесь чисто! – послышался голос совсем рядом. – Тут только эти бронированные туши. Может их очередью отогнать?
– Капрал Танич, отставить! Хотите всем выдать наше местоположение? Комплекс отсюда в пределах слышимости.
– Простите, капитан. Не подумал. Просто эти твари такие уродливые. Так и хочется пугануть.
– Оно и видно, что думать не ваша стезя. Не провоцируйте зверей. Раз всё чисто, вперёд. Вторая схема движения.
– Есть, капитан! – послышался хлесткий удар, треск сломанной ветки и удаляющиеся шаги.
Исполин от резкого звука дернулся и сдвинулся, переступив через Кристин. Земля сотряслась у левого бедра. Шумное дыхание стало тише, и дрожь повторилась слева, уже слабее. Ещё несколько ударов тяжелых копыт ниже по склону. Постепенно всплески вибрации смещались дальше и становились всё тише.
Она обмякла, растекаясь по земле безвольной амёбой. Мышцы дрожали и отказывались подчиняться. От холодной испарины пробрал озноб. Дышать всё ещё было трудно. Чудо, что сознание не потеряла.
Далеко не сразу Кристин удалось заставить себя подняться. Ноги ещё дрожали, но уже совсем стемнело, и надо было возвращаться. Неизвестно какие ещё могут вылезти хищники ночью. Она так и не удосужилась ознакомиться с отчетами исследователей об известной на сегодняшний день фауне Ланарка II. Большое упущение.
Поэтому не стала ждать, пока сможет нормально передвигаться, подняла рюкзак с таяром и, пошатываясь, побрела к комплексу.
***
В коридорах освещение уже переключили на ночной режим. Тусклый синий свет слабо разгонял темноту. В гулкой тишине звук её шагов разносился далеко. Но к счастью, по пути в комнату никто не попался. Видимо, время совсем позднее уже. Заперев дверь, Кристин первым делом залезла под горячий душ. Руки и ноги до сих пор тряслись, она никак не могла согреться. Опустилась на корточки под струями горячей воды и расплакалась, вместе со слезами давая выход отголоскам пережитого ужаса.
Когда немного успокоилась, ещё десяток минут наслаждалась горячими струями на спине, давая теплу проникнуть внутрь. Потом поднялась и тщательно вымылась, пытаясь смыть саму память о случившемся. Понимала, что это наивный самообман, но иначе вообще не уснёт.
Впрочем, сон и так приходить отказался. Она пролежала в кровати, завернувшись в кокон из одеяла, довольно долго. Согреться – согрелась, но мысли о случившемся выкинуть из головы не могла. Подскочила, выпутываясь, сгребла скинутую на пол перед душем одежду и остервенело закинула в стирку. Выпавший лингводекодер стукнулся об пол.
Кристин испуганно подхватила его и осмотрела. Снаружи вроде цел. Включила режим обучения языку. Раздались фразы на тланском с переводом. Облегченно выдохнула – работает. Видимо, замененный корпус из-под медицинского сканера оказался прочнее, чем родной. Либо, в принципе, удар посильнее нужен, чтобы повредить прибор. Значит, одной головной болью меньше. Выключила лингводекодер и положила на полку рядом с таяром. Сейчас не хотелось изучением языка заниматься. И оставаться одной тоже.
Она натянула на запястье свой рутер и нажала быстрый набор отцовского номера. Гудки шли, но папа не отвечал. Она горько усмехнулась и сбросила вызов.
Подумав, набрала Елену Витальевну. Почти сразу соединение установилось, и над экраном развернулось голографическое изображение симпатичной женщины в белом халате, с заколотыми на затылке светлыми волосами.
– Кристина? Привет, – Елена Витальевна тепло улыбнулась ей с голограммы.
– Здравствуйте, теть Лен. Я не помешала? – Кристин постаралась говорить как обычно.
– Нет, конечно. Рабочий день давно закончился. Мы с Ингой просто задержались, чтобы закончить анализ, не хотелось завтра утром на это время тратить. Но уже сворачиваемся.
– Ясно, – голос всё-таки дрогнул.
– Паршиво выглядишь, – Елена Витальевна резко посерьезнела, внимательно рассматривая её и быстро стягивая свой халат. – Что случилось? Рассказывай!
– Я не хотела бы по рутеру. Мы можем встретится?
– Конечно. Только ты ж у меня после приземления ещё не была. Быстро не найдёшь. Сейчас сама к тебе подойду. Жди!
Изображение на рутере погасло. Кристин облегченно выдохнула и наткнулась взглядом на таяр на полке. Чертыхнулась и бросилась прятать улики. Рассказывать о несанкционированных встречах с тланом она пока не собиралась. Подхватив с полки таяр с лингводекодером, лихорадочно огляделась, а потом быстро засунула компрометирующие вещи в шкаф под одежду, закрыла дверцу. Снова окинула взглядом свою комнату, но ничего недозволенного больше не увидела.
Скоро раздался сигнал оповещения на входной двери. Она бросилась открывать. Елена Витальевна с порога крепко обняла её, отстранилась на длину вытянутых рук и вгляделась в осунувшееся лицо:
– Вживую ещё хуже выглядишь. Рассказывай, что стряслось.
Кристин впустила её, снова заперла дверь и забралась с ногами на кровать. Тетя Лена присела рядом.
Сбивчивый рассказ о близком знакомстве с местной фауной много времени не занял. Людей она решила не упоминать. В конце концов это ведь не ложь, просто полуправда. А умолчание обманом не считается.
Кристин сама пока не понимала, что происходит, и насколько опасно болтать об этих подозрительных людях. Не хотелось нечаянно подставить близкого человека и навлечь на неё неприятности.
– И потом еле сюда добралась. И почему сразу всё о местных животных не узнала? Идиотка безголовая, – закончила самокритично. Она уткнулась лицом в колени, сдерживая новый поток слёз.
Почувствовала, что тетя Лена снова её обняла. Сразу словно тяжесть с плеч свалилась: она не одна! И Кристин всё-таки расплакалась.
– Вот дурёха, – Елена Витальевна крепче прижала её к себе, гладя по спутанным волосам. – Тебе вообще не стоило одной снаружи ходить. Мало ли что могло случиться. А всю информацию о местной флоре и фауне я не только тебе скину, но и заставлю выучить. Ещё и спрошу, как запомнила. А вообще думаю, что тебя потянуло на приключения от скуки. Если нечем заняться, пошли завтра со мной в лабораторию, найду тебе посильную работу. Зато больше не вляпаешься никуда. Согласна?
– Угу, – пробормотала Кристин, не поднимая головы.
Отказаться она не могла, тогда пришлось бы объяснять, почему. Было стыдно за свою ложь. Но о Треоне нельзя рассказывать.
К тому же, нет гарантии, что он вообще ещё хоть раз придёт. Снова ждать впустую целыми днями, а потом опять влипать в неприятности не хотелось. Лучше и впрямь полезным делом заняться.
А потом может что-то проясниться, или найдутся новые возможности.
Глава 17
Следующим утром тетя Лена в несусветную рань вытянула Кристин из кровати, заставила быстро одеться, всучила бутерброд и бутылку воды и повлекла за собой на работу.
Она очень поздно уснула вчера из-за переживаний, и сейчас не могла толком проснуться. Еле передвигала ноги, позволяя себя тащить. Зато и заниматься самоедством теперь не было времени.
– Располагайся, – указала Елена Витальевна на рабочий стол в лаборатории, заваленный лингводекодерами, включая терминал на стене перед ним. – Вчера так увлеклись анализом новых данных, что забыли рутинную работу сделать. Сейчас утром первым делом надо. Скоро все потянутся после завтрака разбирать свои приборы, а ещё ничего не готово.
Кристин подобрала со стула свалившийся лингводекодер, и присела перед терминалом, ожидая инструкций. Бутылку с бутербродом поставила на край стола, есть пока не хотелось.
– Нужно скинуть базу с каждого лингводекодера на терминал вот в эту папку. В четыре руки быстрей получиться. Приступай, – и тётя Лена показала на примере, что надо делать, после отправки файла со словарём откладывая прибор в большой ящик на полу рядом со столом. Кристин присоединилась к ней.
Работали в тишине. Кристин ещё толком не проснулась, и с непривычки получалось медленно. Елена Витальевна отработанными движениями отсеивала лингводекодеры один за другим. Горка на столе медленно, но верно уменьшалась. Когда последний прибор улетел в ящик, тетя Лена запустила программу обработки словаря.
– Готово. Теперь минут двадцать придется подождать. Можешь пока позавтракать, – Елена Витальевна отошла за свой рабочий стол.
Кристин с сомнением покосилась на бутерброд – есть всё ещё не хотелось – и с интересом уставилась на терминал.
Экран показывал прогресс работы программы, и выглядело это весьма необычно. Словно множество разноцветных клякс всевозможных оттенков вывалили в квадратный ящик. Кто-то невидимый брал отдельные кусочки этих клякс, иногда по несколько, иногда десятки, и сравнивал. При этом большинство одинаковых кусочков сливались, становясь черными и укладывались плотно кирпичиками внизу экрана. Остальные же удалялись, словно истаивая сахаром в горячей воде.
– Что означает это представление? – Кристин заинтересованно подалась вперёд, поставив локти на стол и уперев подбородок в сложенные ладони.
– Программа проверяет все новые слова, анализирует предложения, где они употреблялись, оставляет наиболее вероятное значение, записывает его в основную базу словаря. Прочие варианты удаляются, – Елена Витальевна уже успела надеть свой халат и отвлеклась от своего терминала, развернувшись на стуле.
– Но я пару раз видела, когда всего два или три куска сравнивались, и одинаковых значений не было. Программа выбрала один, а если неправильно? Как она определяет, что оставить? – Кристин тоже развернулась к тете Лене.
– У неё свои алгоритмы и критерии заложены.
– Но это же не гарантирует, что выбор правильный? А если программа ошиблась? Неужели никто не проверяет?
– На это просто не хватает времени. У нас нет отдельных людей, которые бы этим занимались. Приходится полагаться на программу, – тетя Лена отвела взгляд и нахмурилась, видимо такое положение и ей не сильно нравилось.
– Мне кажется, это неправильный подход. – Кристин снова перевела взгляд на экран терминала, прикусила губу, размышляя. – А от предыдущего словаря зависит выбор следующих значений новых слов?
– Насколько я знаю, да. Зачастую смысл нового слова выбирается, отталкиваясь от общего контекста предложений.
– Получается, если однажды программа ошиблась, несколько следующих слов она тоже может перевести неправильно. От них последуют новые ошибки, пока однажды не появится фатальная. И к какой катастрофе это может привести? Вам не кажется: что-то в корне неверно в таком подходе?! – Кристин от возмущения даже подскочила со стула.
– Возможно! Но что ты можешь предложить? – Елена Витальевна откинулась на спинку стула, сложив руки на груди.
– Не знаю, – она устало опустилась на стул и повернулась к терминалу, – но думаю, так полагаться на программу – большая ошибка. Однажды это может вылиться в большое непонимание. И кто знает, какой бедой это может закончиться?
Остаток времени провели в тишине. Кристин следила за работой программы, Елена Витальевна развернулась к своему терминалу, но сидела в раздумьях, даже не пытаясь делать вид, что работает.
Пронзительный сигнал разорвал тягостную тишину. Тетя Лена подошла к Кристин, проверила, что программа завершила обработку словаря без ошибок, и показала, как загружать обновленную базу обратно в лингводекодеры.
Работали молча. Кристин уже жалела, что завела этот разговор. Но про себя порадовалась, что свой лингводекодер ни разу сюда не приносила.
Конечно, она не могла этого сделать, не выдав, что в обход всех правил общается с Треоном. Хотя разрешения ей никто не давал. Но тем ценнее теперь казался ей свой словарь. Она была уверена, что в нем ошибок нет. Пусть это и очень самонадеянно с ее стороны – считать так.
Напряженную тишину нарушил поток сотрудников, потянувшихся после завтрака разбирать свои лингводекодеры перед новым рабочим днём.
– Доброе утро. У нас пополнение в штате? – разулыбалась низенькая шатенка, натягивая халат и разглядывая Кристин.
– Доброе. Да, Инга, я привлекла волонтера к работе, – поприветствовала её Елена Витальевна. – Это Кристина, подруга моей дочери. Ей заняться здесь нечем, и от скуки она пошла искать приключения снаружи. Поэтому я решила нагрузить её полезным делом.
– Ясно. Этого добра у нас хватает, поделимся. Лискер Инга Олеговна, приятно познакомиться.
– Взаимно, – Кристин пожала протянутую руку.
Пока Инга с Еленой увлеклись обсуждением работы, она доделала последние лингводекодеры. Потом прихватила свой бутерброд с водой и пересела в уголок позавтракать наконец, наблюдая за суетой начинающегося рабочего дня.
***
Голо-проектор на всю зону отдыха развертывал иллюзию пейзажей Тартиса, столицы Тлаодана. Четкая и яркая картинка создавала эффект присутствия. Звуки городской суеты вокруг придавали картине реальности. Только привычные запахи отсутствовали, нарушая идиллию. Но даже вид родного дома в пригороде не мог отвлечь Треона от тяжелых размышлений. Едва ли он мог вспомнить что-то из увиденного, всё внимание поглощали мысли о такой чужой и одновременно такой близкой человечке. Время шло, а решение так и не приходило.
Треон по-прежнему не видел своего пути.
Вариант, предложенный отцом – больше не встречаться с Кристин – выглядел разумным. Но всё внутри него восставало против. Чувства, интуиция говорили – это неправильный выбор.
Но если проигнорировать совет отца и продолжить встречаться… возможные непредсказуемые последствия Треона немного пугали. И как разрешить эти противоречия, он не знал.
Другие пути тоже не находились.
В то, что возможно видеться с Кристин, и не увлечься ей ещё больше – Треон не верил. Не мог контролировать свои чувства рядом с ней.
Свет мигнул. Воспроизведение иллюзорных видов началось сначала.
Он решительно встал и выключил проекцию. Толку от неё нет, отвлечься от мыслей не помогает. Лучше прогуляться. Треон несколько дней вообще на улице не был.
Удаляться от комплекса не стал, сначала прошёл по посадочному полю, между малыми летунами. Плавные скругленные обводы вытянутых кораблей зеркально блестели на солнце, отражая и искажая окружающие предметы.
Потом медленно двинулся вдоль комплекса по дорожке, рассеянно блуждая взглядом по окрестностям, но едва ли замечая что-то вокруг.
За поворотом нос к носу столкнулся с Кристин. Первым порывом было малодушно сбежать, но Треон не успел.
– Наконец-то! – она стремительно подлетела к нему, вцепилась в руку и быстро огляделась.
Треон уже приготовился к претензиям (Листа бы не упустила случая), но прозвучавший вопрос его удивил:
– Ты летал к обрыву налево от леса? С людской стороны комплекса?
– Нет? – ошарашенный Треон не понимал, чего ему ожидать.
– Вот и хорошо! Не суйся туда, прошу! Там может быть опасно. Я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось, – Кристин потянулась второй рукой к его лицу. Спохватилась, отдернула своевольную конечность и, покраснев, отпустила его.
– В общем, будь осторожен. Я беспокоюсь за тебя, – снова огляделась и, облегченно выдохнув, быстро зашагала обратно.
Треон видел, насколько она напряжена. Что с ней случилось? Его поразил этот короткий разговор. И приятно удивило, что она не стала обвинять его за прекращение их встреч без объяснения причин. Он ещё помнил, как Листа любила всеми способами показывать, как он не прав.
Но сказанное ею невольно встревожило. Что там такого за этим обрывом? Кристин явно напугана. Для этого должна быть причина. Он подумал и отправился в свою комнату кое-что забрать.
Треон не обо всех функциях таяра рассказал Кристин.
На Тлаодане чаще всего используются узкопрофильные разновидности.
Для таярана – спортивная модификация, с увеличенной скоростью и маневренностью, и системой подстраховки. Но всё лишнее убрано.
Для войск – с энергетическим щитом и режимом невидимости.
У Треона же – универсальные вариант. Он редко используется, потому что из-за большого числа встроенных функций их общая эффективность ниже, чем в узкопрофильных версиях. Но для задуманного их должно хватить.
***
Треон медленно скользил к обрыву на таяре. Солнце клонилось к горизонту за правым плечом. Режим невидимости немного искажал восприятие, но не настолько, чтобы не различать окружающее.
Непривычно было не видеть своё тело, только размытые цветные завихрения. Он знал, что на большем расстоянии не заметно и этого, главное близко ни к кому не подлетать.
Помнится, Марвир с Нестаном в детстве любили свои шалости прикрывать невидимостью, пока правда не всплыла, и от отцов не влетело. На Тлаодане применение невидимости с целью нарушения личного пространства и причинения вреда строго запрещено.
Треон волновался впервые использовать невидимость в таком рискованном деле. Но чутье подсказывало, что правду узнать необходимо.
Под таяром земля резко закончилась, обрываясь в пропасть. До горизонта простиралась большая равнина, справа переходящая в холмы ближе к скалистым пикам.
На первый взгляд он ничего необычного не заметил, но потом уловил движение краем глаза. Повернул голову в сторону гор и затормозил, ошеломленно разглядывая поразительную картину.
В тени обрыва прятались постройки, окруженные внушительным забором. Густые сумерки под скалой и косые лучи заходящего солнца над ней мешали рассмотреть больше.
Треон плавно начал снижаться, разворачиваясь к холмам и прижимаясь ближе к скале, пока не скрылся в той же тени. Затормозил над постройками, привыкая к полумраку. Вгляделся, пытаясь оценить, что видит.
Бронированные купола с узкими прорезями смотровых щелей. Маскировочное полотно, накинутое на технику во дворе. Цепь камер по периметру забора с лазерной сеткой между ними. Несколько групп людей в броне и с оружием, пересекающих территорию.
“А если камеры инфракрасные? Невидимость в этом случае не поможет.” – пришла внезапная мысль.
Треон стремительно поднялся вверх и скрылся за кромкой обрыва, уходя из поля зрения. Невидимость-невидимостью, но рисковать зря опрометчиво. Увиденного уже более чем достаточно. Боевое назначение очевидно. Но зачем? Он не понимал людей.
Треон быстро удалялся от обрыва, периодически оглядываясь. Преследования не видно, тревоги тоже не слышно. Повезло на этот раз, его не заметили.
Кристин предупреждала его, чтобы он не летал в эту сторону. Говорила про опасность. Она что-то знает о них? Надо спросить.
Он посмотрел на заходящее за горами солнце. Пока доберется, уже будет поздний вечер. Сегодня вряд ли получится встретиться с Кристин. Значит, он найдёт её завтра. И попытается убедить рассказать, что ей известно. Шёпот Тлаона говорил, что это важно. Тревожное ощущение нарастало.
Треон свернул к комплексу с твёрдо принятым решением. Никакие сомнения его больше не терзали. Есть вещи важнее собственных страхов.
***
Решить оказалось легко, выполнить задуманное намного сложнее.
С утра Треон ждал Кристин на опушке леса напротив общего выхода из комплекса, но она так и не появилась. Что логично, в последние дни у неё не осталось причин сюда приходить.
После обеда пришлось придумывать другие варианты.
Пока он ел, услышал, как группа искателей за соседним столом обсуждала, что у человеческих ученых появилась новая молодая помощница. Она на удивление хорошо понимает тлане, лучше, чем другие люди. Треон сразу подумал про Кристин.
После трапезы он вернулся в каюту, зашёл в общий информаторий и просмотрел план исследований. Сегодня во второй половине дня планировался обмен знаний искателей и ученых в синей лаборатории на тланской половине комплекса.
Шанс, что Кристин там окажется невелик, но нужно проверить все варианты. Если её там не будет, придумает что-то ещё.
Добрался Треон быстро. Расположение помещений он помнил, искать долго не пришлось. Даже придумал причину, зачем ему нужно присутствовать. Но это не пригодилось.
В лаборатории оказалась неожиданно много народа: и людей, и тланов. Он просто присоединился к ним и тихо вдоль стены пробрался поближе. Прислушался.
