Текст книги "Огонь и Лёд в Академии магии (СИ)"

Автор книги: Н. Екимова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 14 страниц)

Глава 15

Глава 15

После обеда мы собрались у входа в академию. Я стояла, проверяя снаряжение уже в третий раз. Плащ, кристалл на перевязи, запасные артефакты, кинжал. Всё на месте. Надёжно закреплено и полностью готово к применению.

Магистр Таринн подошёл бесшумно, хлопнул меня по плечу.

– Чего застыла как статуя, Роксана? Идём, Кай уже ждёт.

Я выдохнула и послушно пошла за ним.

На плацу собралась группа. Десять адептов, почти все драконы. Я насчитала пару знакомых лиц с теоретических занятий, но имён не помнила. Они косились в мою сторону, кто с любопытством, кто с плохо скрываемым скепсисом. Одна девушка с пепельными волосами что-то шепнула соседке, и та хмыкнула.

Я сделала вид, что не заметила.

Капитан Валерон стоял в центре, спокойный, собранный, с привычным жёстким взглядом. Рядом с ним переминался с ноги на ногу Бертрам. Старик напялил полевой костюм, который делал его похожим на сморщенный гриб, и что-то ворчал себе под нос.

– Слушайте внимательно, – Кай обвёл группу взглядом. – Это ваш первый выход в нейтральную зону. Это не прогулка, не экскурсия. Там вы увидите Трещину вблизи, почувствуете её дыхание. Ваша задача – привыкнуть, не обделаться от страха и не подохнуть, – он помолчал. – Вопросы?

Вопросов не было.

– Бертрам объяснит порядок работы с артефактами, потом выступаем.

Магистр вышел вперёд и начал нудным голосом перечислять, какие артефакты на что реагируют. Как проверять заряд и что делать, если магия начнёт сбоить. Я слушала вполуха. Это я уже проходила в объёме, превышающем стандартную учебную программу.

Краем глаза заметила, что Таринн смотрит на меня.

– Не нервничай слишком сильно, Рокс, – шепнул он одними губами. – Прорвёмся.

Я кивнула.

Наконец Бертрам закончил, Кай махнул рукой, и мы двинулись к воротам.

Дорога до нейтральной зоны заняла около часа. Сначала мы шли по натоптанной тропе, потом свернули на каменистую гряду, где даже зимой не таял снег, а ветер дул так, что щипало глаза.

– Ближе к Трещине всегда так, – сказал Таринн, придерживая меня за локоть, когда я поскользнулась на льду. – Воздух горячий и холодный одновременно. Дышать тяжело, пока не привыкнешь.

Я прислушалась к себе. Дышать, и правда, было тяжеловато, но терпимо.

Группа растянулась. Впереди шёл Кай, за ним Бертрам, потом остальные. Я держалась рядом с Таринном, который то и дело поглядывал по сторонам, будто ждал подвоха.

– Вы часто здесь бываете? – спросила я.

– Достаточно. – Он усмехнулся. – В отряде Кая это часть работы. Патрули, вылазки, зачистки. Но с группой новичков – впервые. Обычно нас сразу в пекло кидают, а тут… – он покрутил рукой в воздухе, – экскурсия.

– Повезло вам, – фыркнула я.

– Повезло, – согласился Таринн. – Только вот везение это быстро заканчивается, когда Трещина начинает дышать.

Я не стала уточнять, что он имеет в виду.

Через полчаса пейзаж изменился.

Снег исчез. Вместо него под ногами была серая, потрескавшаяся земля, из которой кое-где торчали скрюченные кусты без единого листа. Воздух стал плотнее, пахло гарью и чем-то кислым. Горизонт затянуло дымкой, но не серой, а багрово-чёрной. Будто там, вдалеке, постоянно бушевал сильный лесной пожар.

– Трещина, – сказал Таринн тихо.

Я смотрела и не могла отвести взгляд.

Зрелище было жутким и завораживающим одновременно. Огромный разлом в земле, из которого поднимались клубы пара и пепла. Края его светились багровым. Словно там, глубоко внизу, текла раскалённая масса лавы, которая никогда не остывала. Гул стоял такой, что вибрировало в груди.

– Не пялься долго, – Таринн тронул меня за плечо. – Глаза устанут, потом придёт головная боль. Первый раз всегда так.

Я отвернулась и моргнула. В глазах действительно защипало.

Кай поднял руку, приказывая остановиться.

– Дальше идём тихо. Бертрам, раздай защитные амулеты. Каждый получает по одному, не потерять, не ломать. Если почувствуете, что магия начинает сбоить – сразу надевайте. И не геройствуйте.

Бертрам заковылял вдоль строя, вручая каждому небольшой камень на кожаном шнурке. Мой амулет оказался тёплым на ощупь, почти горячим.

– Это нормально? – спросила я у Таринна.

– Ага, – магистр сразу же повесил свой на шею. – Он греется, когда рядом тварь или сильный магический фон. Чем ближе, тем горячее.

Я надела свой на шею и спрятала под одежду.

Только после этого мы двинулись дальше.

Земля под ногами становилась всё более странной. Местами она была твёрдой, как камень, местами проваливалась под ногами, будто под ней была пустота. Я старалась ступать осторожно, но один раз всё же оступилась. Нога ушла в какую-то ямку, и я едва не упала.

Таринн деликатно и довольно бережно подхватил меня за локоть.

– Смотри под ноги, – сказал он негромко. – Здесь полно нор. Мелкие твари роют ходы, потом их бросают, и остаются ловушки.

Я кивнула, чувствуя, как колотится сердце.

Впереди показалась небольшая возвышенность. Кай поднялся на неё, осмотрелся и махнул рукой – подходите.

Мы забрались следом.

Отсюда Трещина была видна ещё лучше. Огромная, бесконечная, она тянулась через всю равнину, уходя за горизонт. По краям её копошились какие-то тени. То ли твари, то ли просто игра света. Я не могла разобрать.

– Это нейтральная зона, – голос Кая звучал ровно, но в нём чувствовалось напряжение. – Тварей здесь немного, но они есть. Ваша задача – научиться чувствовать магию Трещины, не паниковать и работать в группе. Разбиться на пары. Бертрам и я будем ходить между вами, смотреть и поправлять.

Я покосилась на Таринна.

– Мы в паре? – спросила тихо.

– А то. – Он усмехнулся. – Кто ж тебя ещё вытянет, если что.

Мы спустились с возвышенности и разошлись по зоне. Таринн выбрал место недалеко от остальных, но с хорошим обзором.

– Давай, – сказал он, усаживаясь на камень. – Показывай, чему тебя Кай научил. Я посмотрю.

Мне хватило нескольких секунд, чтобы вытащить кристалл. Пока полностью не настрою его под себя, вставлять его в навершие магического посоха будет преждевременно.

Он отозвался сразу – тёплый, живой, будто рад был выбраться наружу. Я сосредоточилась, направляя в него магию, и через секунду передо мной вспыхнул ледяной щит. Не очень ровный, с какими-то разводами, но держался крепко.

Таринн присвистнул и почти промурлыкал:

– Неплохо для начала. А теперь попробуй ударить.

Я сменила позицию и выбросила руку вперёд. Ледяной шип ушёл в сторону ближайшего куста и рассыпался в крошку, не долетев.

– Медленно, – прокомментировал Таринн. – Концентрация пока что плывёт. Ещё раз.

Я ударила снова. На этот раз шип долетел, но воткнулся криво, почти плашмя.

– Опять мимо. – Таринн поднялся. – Смотри, как надо.

Он развёл руки, и я почувствовала, как земля под ногами дрогнула. Совсем чуть-чуть, но дрогнула. Через секунду из неё взметнулся каменный шип – ровный, острый, будто выточенный мастером.

– Поняла разницу? – спросил он. – Ты бьёшь силой, а надо – намерением. Не ломать, а создавать. Твой лёд – это не оружие, это продолжение тебя. Если ты думаешь о нём как об оружии, он будет тупым. Если как о себе – станет острым.

Я задумалась.

– Попробуй ещё, – сказал Таринн. – Только не бей в куст. Бей в меня.

– В тебя? – опешила я.

– Ага, – он отошёл на пару шагов и встал, скрестив руки на груди. – Давай. Если убьёшь – сам виноват.

Я собралась, закрыла глаза, выдохнула и ударила.

Лёд вылетел быстро, почти незаметно, и вонзился в каменный щит, который Таринн выставил в последнюю секунду. Щит треснул, но устоял.

– Уже лучше, – довольно сказал дракон. – Но в меня всё равно не попала. Ещё.

Следующий час мы тренировались. Таринн гонял меня по всем направлениям – щиты, шипы, захваты, попытки заморозить его на месте. Я выматывалась, но чувствовала, как кристалл слушается всё лучше. Моя магия теперь течёт ровнее. Ощутила, как перестаю думать и начинаю просто делать.

– Хватит, – сказал, наконец, земляной маг. – Отдохни. Иначе Кай мне голову оторвёт, если ты без сил свалишься.

Я опустилась на камень, тяжело дыша.

– Ты хорошо идёшь, – добавил он уже серьёзно. – Для человека – очень хорошо. Не останавливайся.

Хотела ответить, но в этот момент воздух изменился.

Стал плотнее. Гуще. И где-то рядом, совсем близко, раздался звук – будто мокрое мясо шлёпнулось о камень.

Таринн напрягся.

– Тихо, – сказал он одними губами. – Не двигайся.

Я замерла.

Из-за ближайшего валуна показалось нечто. Огромное, бесформенное, покрытое слизью и какой-то дрянью. Оно двигалось медленно, но неуклонно, прямо в нашу сторону.

– Тварь, – выдохнула я.

– Вижу, – отрезал Таринн. – Не дёргайся. Сейчас подойдёт ближе, и я её…

Он не договорил.

Тварь рванула к нему. Куда быстрее, чем я ожидала. Огромная туша понеслась на нас, и успела только выставить щит – на автомате, не думая. Лёд вспыхнул передо мной, и тварь врезалась в него, взвизгнув.

– Молодец! – рявкнул Таринн. – Держи!

Он ударил землёй. Из-под ног твари вырвались каменные шипы, пронзив её насквозь. Она дёрнулась и затихла.

Я стояла, не в силах пошевелиться.

– Всё, – сказал Таринн, отряхивая руки. – Готово. Ты как?

– Нормально, – выдохнула я.

– Молодец, – он хлопнул меня по плечу. – Быстро среагировала. Растёшь на глазах!

Я убрала защиту и только сейчас заметила, что руки дрожат.

– Это всегда так? – спросила тихо.

– Всегда, – кивнул Таринн. – Но потом привыкаешь.

Мы вернулись к группе. Кай уже знал – кто-то доложил, наверное. Он подошёл к нам, окинул взглядом.

– Целы?

– Ага, – Таринн мотнул головой. – Тварь зачистили. Роксана щит держала, я добил.

Кай посмотрел на меня. В его глазах мелькнуло что-то – то ли одобрение, то ли… я не поняла.

– Хорошо, – сказал он коротко. – Отдыхайте.

И ушёл.

Таринн проводил его взглядом и хмыкнул.

– А он за тебя волнуется, – сказал тихо, чтобы никто не слышал.

– С чего ты взял? – нахмурилась я.

– С того, что он обычно не подходит проверять, целы ли бойцы после мелкой стычки, – усмехнулся Таринн. – Но тебя проверил.

Я промолчала, но внутри что-то дрогнуло.

До вечера мы ещё несколько раз отрабатывали приёмы, ходили по зоне, привыкали к дыханию Трещины. Я пару раз видела тварей издалека, но близко они больше не подходили.

Когда начало темнеть, Кай дал команду возвращаться.

Дорога назад показалась короче. Может, так как я устала, может, потому что думала о другом.

О том, как впервые в жизни убила тварь. Пусть не сама, пусть Таринн добил, но мой щит держал удар. Мой лёд не подвёл.

И о том, как Кай на меня смотрел.

У ворот Академии нас встретили холодный ветер и тишина. Группа разошлась по казармам, а я задержалась на плацу, глядя на тёмное небо.

– Роксана.

Когда обернулась на голос, увидела, что Кай стоит в паре шагов.

– Ты сегодня хорошо поработала, – сказал он. – Таринн прав – ты быстро учишься.

– Спасибо, капитан.

– Завтра продолжим, – он помолчал. – Иди отдыхай.

Я кивнула и пошла к казарме.

В голове крутилось только одно: война только начинается. Теперь я знаю, что в ней выстою.

Глава 16

Глава 16

Следующие три дня прошли как в тумане.

Утром – лекции, после обеда – тренировки, вечером – лаборатория. Кай гонял меня без жалости. Бертрам загружал теорией. Таринн подкалывал, но неизменно оказывался рядом, если я выматывалась.

Кристалл слушался всё лучше. Я уже не думала о каждом движении, не контролировала каждый выдох. Просто делала, что требовалось, и это работало.

– Прогресс есть, – сказал Кай вечером третьего дня, когда я рухнула на лавку без сил. – Завтра пойдёшь с нами в патруль.

Я подняла голову и прошептала:

– В патруль?

– В настоящий. – Он стоял надо мной, скрестив руки. – Не в нейтралку, а ближе к Трещине. Посмотришь, как работают боевые группы.

– А остальные?

– Остальные остаются. – Кай помолчал. – Готова к такому испытанию только ты.

От его слов внутри разлилось тепло, но тут же пришёл страх:

– А если не справлюсь?

– Справишься. – Он сказал это так, будто не сомневался ни секунды. – Мы с Таринном будет рядом.

Я кивнула, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле.

Утром следующего дня стояла у ворот вместе с отрядом Кая.

Таринн уже был там. Подпоясанный, с каменными пластинами на предплечьях, похожий на ожившую статую. Рядом с ним переминались с ноги на ногу ещё трое: высокая драконица с огненными волосами, которую звали Ирма, молчаливый парень по имени Лен, и Элира.

Элира.

Она взглянула на меня мельком, без интереса, и отвернулась к Каю. Тот что-то объяснял, показывая на карту.

Я старалась не смотреть в их сторону, но краем глаза всё равно замечала, как близко они стоят. Как она касается его рукава, когда хочет что-то уточнить. Как он отвечает. Спокойно, ровно, без той тёплой нотки, что появляется, когда капитан говорит со мной.

– Не смотри, – шепнул Таринн, оказываясь рядом. – Легче будет.

– Я и не смотрю, – буркнула довольно нелюбезно в ответ.

– Ага, – он усмехнулся. – Я же вижу.

Я промолчала.

Через десять минут выдвинулись.

Отряд шёл быстро, слаженно, без лишних слов. Кай вёл группу, Элира прикрывала фланг, остальные распределились по цепочке. Я держалась рядом с Таринном, стараясь не отставать и не путаться под ногами.

Земля под ногами менялась быстро. Сначала снег, потом камень, потом серая, потрескавшаяся пустошь, знакомая по прошлому выходу. А потом началось то, чего я ещё не видела.

Ландшафт будто вывернуло наизнанку. Огромные валуны торчали из земли под немыслимыми углами, между ними зияли чёрные провалы, откуда тянуло жаром и гарью. Воздух дрожал, и в этом мареве двигались тени.

– Ближе к Трещине, – коротко бросил Таринн.

Я сглотнула.

Кай поднял руку, и отряд замер. Он прислушивался к чему-то, чего я не слышала, потом махнул иначе. Мы двинулись вперёд, но теперь медленнее, осторожнее. Каждый шаг мог стать последним.

Я чувствовала, как кристалл на груди нагревается. Сначала чуть-чуть, потом сильнее.

– Близко, – сказала очень тихо.

Таринн кивнул.

Через минуту мы увидели их.

Твари. Целая стая. Они копошились у подножия скалы, что-то пожирая, и пока не замечали нас.

Кай показал знаками: обойти, в бой не вступать.

Отряд начал смещаться. Я двигалась за Таринном, стараясь ступать бесшумно, но под ногой предательски хрустнул камень.

Одна из тварей дёрнула головой.

И посмотрела прямо на меня.

– Твою ж... – выдохнул Таринн.

Тварь заверещала, и стая рванула к нам.

– В круг! – рявкнул Кай.

Дальше всё смешалось.

Я успела выставить щит – ровный, крепкий, без разводов. Твари врезались в него, взвизгнули, отпрянули. Таринн ударил землёй. Из-под ног ближайших монстров вырвались шипы. Ирма полыхнула огнём, Лен работал клинками.

Элира била молниями. Чисто, мощно, без единого лишнего движения. Она не смотрела на меня, но я чувствовала её присутствие – жёсткое, давящее.

Я держала щит, пока могла. Потом перешла в атаку. Ледяные шипы уходили в стаю один за другим. Не все попадали, но те, что достигали опасной цели, брали своё.

– Отходим! – коротко приказал Кай.

Мы начали смещаться, прикрывая друг друга. Таринн держал тыл, я – его фланг. Ирма и Лен – центр. Элира и Кай – остриё.

Это было страшно, но по-своему красиво.

Через десять минут всё кончилось.

Твари валялись вокруг, дёргаясь в предсмертных судорогах. Отряд перестраивался, проверял друг друга.

– Целы? – Кай обводил взглядом.

Все одновременно кивнули.

Он посмотрел на меня.

– Роксана?

– Всё нормально, – выдохнула я.

Кай чуть заметно кивнул и отвернулся.

Таринн подошёл и по-свойски хлопнул меня по плечу.

– Молодец. С боевым крещением, Рокс. Щит держала – зверь.

– Спасибо.

– Не за что, – он усмехнулся. – А теперь идём дальше. Отдыхать будем потом.

Обратный путь я почти не запомнила. Ноги несли сами, голова была пустой и звонкой одновременно. Перед глазами всё ещё мелькали твари, молнии Элиры, ледяные шипы, каменные глыбы Таринна.

У ворот Академии отряд разошёлся. Элира прошла мимо, не взглянув. Ирма кивнула на прощание. Лен просто исчез в темноте.

Таринн задержался.

– Ты как вообще? – спросил тихо.

– Устала.

– Это нормально, – он помолчал. – Ты сегодня хорошо поработала. Правда.

– Спасибо, Таринн.

– Иди, отдыхай, – он махнул рукой и ушёл.

Я стояла одна, глядя в тёмное небо.

– Роксана.

Голос Кая. Я обернулась.

Он стоял в паре шагов, смотрел серьёзно и как-то... иначе.

– Ты справилась, – сказал он. – Я знал, что справишься.

– Спасибо, капитан.

– Кай, – поправил он тихо. – Просто Кай.

Сердце пропустило удар.

– Кай, – повторила я, пробуя имя на вкус.

Он чуть заметно улыбнулся.

– Иди. Завтра будет тяжёлый день.

И ушёл, не оборачиваясь.

Я смотрела ему вслед и думала: «Да что же со мной творится? Он дракон, пора выкинуть из головы эти глупые девчачьи бредни! Они не довели Лилию до добра. Я не имею права также оступиться по неосторожности».

Развернулась и почти бегом бросилась в казарму. Подальше от этого взгляда. От этого голоса. От себя самой.

В комнате было тихо. Тарин, видимо, уже видела десятые сны. Я рухнула на койку, уставилась в потолок и попыталась дышать ровно.

Не помогло.

Перед глазами всё ещё стоял Кай. То, как он сказал «просто Кай». Как чуть заметно улыбнулся. Как смотрел – будто я была не просто адепткой, не просто человеком, а кем-то... другим.

– Дура, – прошептала я в темноту. – Круглая дура.

Я закрыла глаза и приказала себе спать.

Но сон не шёл.

Ворочалась с боку на бок, сбивала одеяло, потом натягивала обратно. В голове мешались твари из Трещины, молнии Элиры, каменные шипы Таринна и этот взгляд. Этот проклятый взгляд золотых глаз, который прожигал насквозь даже в темноте.

Когда за окном начало сереть, я сдалась.

Села на койке, обхватила колени руками и уставилась в стену.

Мысли текли медленно, тягуче, как патока.

Он дракон. Я человек. У него есть невеста. У меня есть сестра, которую чуть не угробила такая же любовь к дракону. У нас нет будущего. Даже настоящего нет. Есть только взгляды, случайные касания, недосказанные фразы.

И от этого всего хотелось выть.

– Рокс? – голос Тарин прозвучал с нотками искренней заботы. – Ты чего не спишь?

Я дёрнула плечом.

– Сплю.

– Ага, – подруга тут же насела на меня. – Рассказывай.

– Нечего рассказывать.

– Ну да, – Тарин помолчала. – Я же вижу, как ты на него смотришь, а он на тебя.

Я резко повернулась и проворчала:

– Он никак на меня не смотрит. Он капитан. У него есть невеста.

– Угу, – Тарин тут же наябедничала. – Только невеста эта уже неделю спит отдельно. Разговаривают они только по делу. Это на тебя он смотрит так, будто ты...

– Замолчи, – мой голос предательски дрогнул. – Пожалуйста, замолчи.

Тарин замолчала, переваривая оглушительную новость. Только я почему-то была уверена, что она никому нас с Каем не выдаст.

Мы сидели в темноте, и я чувствовала, как внутри всё дрожит. От усталости, страха и того, что его слова слишком похожи на правду.

– Ты только не наделай глупостей, – сказала она наконец. – Ладно?

– Каких глупостей?

– Не знаю, – драконица тяжело вздохнула. – Бежать куда-нибудь. Или наоборот – кидаться ему на шею. Всё это кончится плохо, если не думать головой.

– Я и не собиралась.

– Вот и славно, подруга, – Тарин заворочалась, поудобнее устраиваясь на своей койке, и коротко проронила. – Спи давай. Завтра снова тренировка.

Только сон всё не шёл. Оставалось смотреть в стену, считать удары сердца и думать об одном.

Он сказал: «Просто Кай».

И я знала, что это имя теперь будет жечь меня изнутри. Каждый день. Каждую ночь. Пока не сожжёт дотла.

А может, уже жжёт.

Я закрыла глаза и провалилась в тяжёлую темноту без сновидений.

Глава 17

Глава 17

Утро прокралось в комнату серым, болезненным светом.

Я лежала с открытыми глазами и смотрела в потолок. Голова гудела так, будто по ней ночью потопталась стая тех самых тварей из Трещины. Тело ломило, веки слипались, но сна не было ни в одном глазу.

– Ты чего? – сонно пробормотала Тарин с соседней койки. – Всю ночь ворочалась.

– Спала, – хрипло ответила я.

– Врёшь.

Я промолчала. Спорить не было сил.

Ставшая мне подругой в «Академии Валерона» драконица приподнялась на локте, всмотрелась в моё лицо и вздохнула.

– Всё из-за него?

– Нет.

– Ага. – Она фыркнула. – Я же вижу, Рокс. Ты сама не своя.

Я села, свесила ноги с койки и уставилась в пол. Деревянные половицы казались бесконечно интересными.

– Тарин, – сказала тихо. – Ты никому не расскажешь?

– О чём?

– О том, что видишь.

Она помолчала, потом ответила серьёзно:

– Никому. Обещаю.

Я кивнула и побрела приводить себя в порядок.

В общей помывочной плеснула ледяной водой в лицо и долго смотрела на своё отражение. Девушка с тёмными кругами под глазами смотрела на меня с немым вопросом: «И что ты собираешься делать?»

Я не знала.

После завтрака Кай объявил, что сегодня боевой отряд уходит в Трещину на трое суток. Я в него не вхожу – слишком зелёная для таких вылазок. Остаюсь в Академии с остальными адептами и Бертрамом.

Он сказал это ровно, глядя поверх голов. На меня даже мельком не взглянул.

– Поняла, капитан, – ответила я так же равнодушно и спокойно, хотя внутри всё сжалось от разочарования.

Кай чуть задержался, будто хотел добавить что-то ещё, но развернулся и ушёл. Таринн, проходя мимо, шепнул:

– Не кисни. Без тебя справятся.

– Я и не собираюсь этого делать.

– Ага, – он хлопнул меня по плечу и побежал догонять отряд.

Я смотрела, как они уходят. Кай впереди, Элира рядом, Таринн, Ирма, Лен. Слаженная машина, в которой мне пока нет места.

– Адептка Валль! – голос магистра Бертрама вырвал меня из опасной задумчивости. – Идите сюда, у нас полно своей работы.

Ден потянулся бесконечной чередой дел. Артефакты, расчёты, чистка кристаллов, проверка защитных контуров. Бертрам гонял меня по полной, будто хотел вымотать так, чтобы к вечеру я не могла думать.

Почти получилось.

К вечеру мне едва удалось доползти до столовой. Проглотила ужин, не чувствуя вкуса, и побрела в казарму. Тарин всё ещё отсутствовала – то ли на свидании, то ли в библиотеке, я не вникала.

В комнате было пусто и тихо. Самое то для моего душевного состояния.

Я лежала на койке, смотрела в темноту и думала.

Глупо. Всё это глупо. Он дракон. У него есть невеста. У меня есть здравый смысл. Или был?

Пальцы сами потянулись к кристаллу. Он лежал на тумбочке, тёплый, живой, отзывающийся на любое моё движение. Уже завтра мне под руководством Главного Артефактора академии придётся самой вставлять его в боевой посох вместо того, который почти пал смертью храбрых во время моего первого знакомства с Дымящей Трещиной.

– Что ж ты делаешь со мной? – прошептала я в темноту.

Кристалл молчал. Только мягко светился в ответ.

Я закрыла глаза и провалилась в тяжёлый, глубокий сон.

Ночь прошла без сновидений.

Утро следующего дня было таким же серым и тоскливым. Лекции, тренировка с Бертрамом, обед, снова лекции, снова тренировка. Я двигалась на автомате, стараясь не думать о том, что отряд сейчас там, в Трещине, и я не знаю, живы ли они. Потом вставила по всем правилам новый камень взамен старого.

Ближе к вечеру Бертрам отпустил меня раньше.

– Иди, – буркнул он. – От тебя сейчас толку как от козла молока. Завтра продолжим.

Я вышла из лаборатории и нос к носу столкнулась с Корвином Пеплом.

– О! – он улыбнулся. – А я тебя ищу. Пойдём, покажу кое-что.

– Что?

– Увидишь.

Мы вышли за территорию Академии. Таринн вёл меня куда-то в сторону старых построек, где даже днём было безлюдно.

– Куда мы? – насторожилась я.

– Не бойся, – адепт усмехнулся. – Я не маньяк. Просто место есть одно. Хорошее. Думаю, тебе понравится.

Мы остановились у небольшого холма, поросшего чахлыми кустами. Корвин развёл руки, земля дрогнула, и в холме открылся проход.

– Заходи, – пригласил он.

Я шагнула внутрь.

Там оказалась пещера. Небольшая, но уютная. Стены мягко светились каким-то мхом, в центре журчал крошечный ручеёк, а в воздухе пахло свежестью.

– Моё убежище, – сказал Корвин, усаживаясь на камень. – Когда хочется побыть одному. Драконам иногда нужно зарыться в землю, понимаешь? Я сделал его сам с помощью своих даров. У меня есть и земляной, и огненный. Это очень редкое сочетание.

Я понимала.

– Зачем ты привёл меня сюда?

– Чтоб ты не кисла. – Он посмотрел на меня серьёзно. – Ты сама не своя последние дни. Из-за Кая, да?

Я отвернулась.

– Не твоё дело.

– Моё, – спокойно ответил Корвин. – Лоркан обидел тебя и причинил много боли твоей сестре. Он из моего клана. Я за тебя переживаю. Ещё один момент, Рокс. Если ты сейчас сломаешься, кто в бою меня прикроет?

Я усмехнулась.

– Эгоист.

– А то. – Он улыбнулся. – Но по делу. Рокс, я вижу, что между вами что-то есть. И вижу, что ты с этим борешься. Но бороться с собой – дохлый номер. Ты либо принимаешь, либо убиваешь. Середины нет.

– И что ты предлагаешь? – мой голос дрогнул. – Принять? Чтобы потом Элира меня испепелила? Чтобы он сам меня бросил, когда наиграется?

– А ты думаешь, он наиграется? – Корвин покачал головой. – Я знаю Кая давно. С раннего детства. Он не из тех, кто играет. Если Кай на тебя так смотрит, значит, всё серьёзно.

Я благоразумно промолчала.

Мы сидели в тишине, слушая, как журчит ручей.

– Знаешь, – сказала я наконец. – Я боюсь.

– Чего?

– Всего. Его. Себя. Элиры. Того, что будет, если... – я запнулась.

– Если что?

– Если я позволю себе поверить, что он достоин моей любви и доверия?

Дракон поднялся, подошёл и сел рядом.

– Слушай, – сказал он тихо. – Я не умею давать советы про любовь. Я вообще в этом не разбираюсь. Но одно знаю точно: если ты будешь всё время бояться, то пропустишь что-то важное. Менять что-то потом будет поздно.

– Откуда ты знаешь?

– Видел. – Он помолчал. – Мой старший брат тоже всё боялся. Боялся признаться, боялся сделать шаг. А когда решился, было уже поздно. Та, кого он любил, погибла в Трещине. Он до сих пор себя винит, что не открыл ей своих чувств.

Я посмотрела на него. Впервые поняла, что не все Пеплы такие же беспринципные чудовища без совести и сердце, как Лоркан.

– Прости, – сказала я. – Я не знала.

– А откуда тебе знать? – Он усмехнулся. – Я не рассказываю обычно. Но тебе... тебе можно.

Мы замолчали.

Я думала о его словах. О Кае. О том, что будет завтра, когда отряд вернётся.

– Спасибо, Корвин, – сказала я тихо.

– За что?

– За то, что привёл сюда, за дружескую поддержку и за то, что рассказал.

– Обращайся. – Он поднялся и протянул руку. – Пошли, а то скоро совсем стемнеет.

Мы вышли из пещеры, и адепт Пепел закрыл проход. Холм снова стал просто возвышением.

– Никому не говори, – попросил он.

– Обещаю

Мы вернулись в Академию, когда уже зажгли магические огни. Тарин, увидев меня, подозрительно прищурилась.

– Ты где была?

– Гуляла.

– С Корвином?

– С ним.

Она хмыкнула, но ничего не сказала.

Ночью я лежала и смотрела в потолок. Мысли крутились вокруг одного: завтра вернётся отряд. Я снова увижу Кая.

Так до сих пор и не знаю, что мне теперь со всем этим делать.

Утро встретило меня нервной дрожью.

Лекции тянулись бесконечно. Я смотрела на дверь каждые пять минут, ловила на себе понимающие взгляды Тарин и злилась на себя за эту дурацкую надежду.

Отряд вернулся после обеда.

Я выскочила на плац, когда они входили в ворота. Грязные, уставшие, но живые. Кай шёл первым, и, увидев меня, чуть заметно кивнул.

Элира смотрела сквозь меня.

Таринн подмигнул мне и сразу ушёл в казарму.

А я стояла и смотрела, как Кай проходит мимо. Он остановился на секунду, встретился со мной взглядом, и в его глазах мелькнуло что-то тёплое.

– Вернулись, – сказал он тихо.

– Слава богам, все, – ответила я и поймала на себе удивлённый взгляд Элиры.

Он хотел ещё что-то добавить, но сзади окликнул Бертрам. Кай развернулся и ушёл, оставив меня стоять на плацу с бешено колотящимся сердцем.

– Рокс, – Тарин тронула меня за плечо. – Идём. Нечего тут мёрзнуть.

Я кивнула и пошла за ней.

Но внутри всё пело.

Он вернулся. Кай жив. Он смотрел на меня так, будто я была для него чем-то важным. Остальное уже было не так важно.

– Дура, – прошептала я себе под нос. – Круглая дура.

Но улыбку спрятать так и не смогла.