Текст книги "Непутёвые ведьмы-попаданки. Дилогия (СИ)"
Автор книги: Мотя Губина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 24 страниц)
Глава 7 Как правильно варить крем
После плотного обеда наглый ворон попытался улечься спать.
Его огромное пузо еле перекатывалось по мягкой подушке, которую ему пришлось выделить в качестве кровати, а глаза сонно закатывались.
Но я была непреклонна.
– Будешь увиливать от своих прямых обязанностей – отправишься обратно в клетку, – пригрозила я.
– Не имеешь права, – лениво зевнул ворон, – согласно магическому договору, ты должна обо мне заботиться, кормить, холить, лелеять…
– Так не проблема. Лёля будет тебе три раза в день приносить тарелку с овсянкой, – оскалилась я, – на воде. Зато с искренней заботой.
– Злая ты, – перекатился на лапы ворон и с кряхтением поднялся. – Ладно, показывай, что там у тебя.
Я довольно улыбнулась, и мы всей дружной компанией отправились в лабораторию. Там я посадила Каркуша (которому пришлось принять новое имя, потому что, оказывается, именно ведьма даёт его своему фамильяру!) на стол и раскрыла книгу рецептов.
– Хм… Действительно поменялись записи. Вот в этой мази, – я задумчиво ткнула пальчиком в середину страницы, – точно не было перьев феникса. Теперь есть. И где я их достану?! Крэг уже уехал!
– С отсутствием мозгов фамильяр никак помочь не может, – зевнул ворон.
Я мстительно скинула его на пол, с мрачным удовольствием наблюдая, как он приземляется на свой пернатый зад, потому что просто не успел расправить крылья и взлететь. Как говорится, жрать меньше надо.
Но работа испариться не может, так что я принялась искать рецепт из тех ингредиентов, что у меня уже были.
– Вот! Крем для век! Так: вытяжка из листьев кусазубчика, два волчьих клыка, крапивный бульон, три бутона нераскрывшейся лилии и… Фаланга указательного пальца правой руки трёхлетнего покойника, добытая в полнолуние. Что?!
– А что ты хотела? – меланхолично уточнил Каркуш, забравшись по Лёле обратно на стол и теперь с любопытством на меня поглядывая. – Точность – это наше всё. Думала, ведьмой быть легко?
Я передёрнула плечами.
– Это же мерзость! Как это потом на глаза мазать?!
– Ты что! Эффект потрясающий!
– Не сомневаюсь, – проворчала я и пошла искать лопату. Вот так, захочешь жить – и откапывать покойников будешь. Что за сумасшедшие старухи эти ведьмы?! Почему нельзя сделать нормальный кремушек? С соком алое, например…
Если бы я была умной попаданкой, то я бы знала, как сделать нормальный увлажняющий крем. Но я была простым мерчендайзером в магазине, и крем я лишь на полках раскладывала, изредка составляя из их названий забавные предложения, и уж точно никогда не изучала состав или технологии производства. Я знала только, что тот крем, каким пользовалась я, был белый и очень дорогой. Не очень многообещающие знания… Так что идём выкапывать покойников.
Действовать решили этой же ночью.
И не потому, что ночью романтичней. Я прекрасно знала, что все фильмы ужасов так и начинаются – глупые главные герои в темноте идут на кладбище. Или покупают старый дом и решают спуститься в подвал. Тоже ночью, естественно.
Но в условиях было чётко сказано, что добывают часть неживого уже тела в полнолуние.
Вдобавок, проблема была в том, что от меня и так шарахались. А если увидят, как я посреди дня иду с лопатой наперевес на ближайшее кладбище, то сами меня на костёр и закинут, не дожидаясь решения короля.
Ну, и был ещё один момент…
Кладбище находилось на заднем дворе у Крэга. Точнее, его задний двор примыкал к кладбищу. И вряд ли он захочет заметить меня в своих владениях. Да, он уехал, но те же соседи, например, могут доложить, или его домашние зверушки… Типа дворецкого… Брр…
Прекрасное соседство! Прекрасное! Вот так – спереди полу-дохлые кусты роз, сзади – кладбище. Вышел с утра на крылечко с чашечкой кофе и наблюдаешь, как похороны проходят – чем не прекрасное начало утра?!
Меня передёрнуло от подобной перспективы. Какой же всё-таки этот некромант… Мерзкий. И интересы у него… Извращённые.
– Что ты возишься, жалкое подобие женской расы? – прошипел на ухо ворон.
Ещё одна проблема. За день я услышала столько оскорблений, сколько за всю свою сознательную жизнь не получала. И ведь ни разу не повторился, гадёныш!
– Я тебя сейчас Лёле скормлю, – пригрозила я.
Идущий следом зомби заинтересованно клацнул зубами.
– Я тебе нужен, – фыркнул птиц и пребольно ткнул меня длинным клювом в ухо, – слушайся лучше, когда старший советует!
Не выдержав, я скинула с плеча наглого всадника и пригрозила ему лопатой.
– Клянусь, пернатый, ещё хоть раз меня клюнешь, и я самолично прибью тебя лопатой, ощипаю и сварю суп, которым угощу некроманта!
Я была настолько зла, что оппонент явно струхнул. Чёрные блестящие глаза испуганно забегали, и он совсем другим, высоким и любезным голосом зачастил:
– Да ты что, Нинок, обиделась, что-ли? Я же по-дружески! Ты в этом мире одна, мало что знаешь, я готов помочь обустроиться, тем более, раз мы с тобой теперь связаны.
– Вот будешь помогать, тогда и надейся на доброе отношение. Но оскорблять себя не позволю! Либо веди себя прилично, либо проваливай на все четыре стороны! Я теперь прочитать рецепты могу, мне этого достаточно. Можешь быть свободен!
Постоянные оскорбления и нервы последних дней настолько меня вымотали, что я действительно была готова выгнать противную птицу куда подальше. Не думаю, что наша связь помешает ему жить, охотиться на голубей и вдоволь набивать своё пузо. А я уже не была уверена, что мне такой помощник нужен.
Каркуш переполошился и возбуждённо захлопал крыльями, крича на меня шёпотом, чтобы не перебудить пол-улицы.
– Нинка! Ты это брось! Мы с тобой теперь пара! Как попугайчики-неразлучники! Куда ты, туда и я! Не вздумай меня бросить!
– Тогда так, – я перекинула лопату с одной руки на другую, – в нашем тандеме главная – я. Будешь права качать, оскорблять или клеваться, дам пинка, и вылетишь наружу со свистом, понял, Каркуш?!
Ворон насупился, словно драная калоша, но, в итоге, кивнул.
– Пользуешься моей добротой, – проворчал он, – злая ты…
Тут он бросил опасливый взгляд на меня и попытался как можно быстрее бочком убраться с глаз долой. И правильно, иначе получил бы лопатой по пернатой голове.
Я только вздохнула. Перемирие явно временное. Противный характер фамильяра не так-то просто будет изменить. Но хотя бы несколько ближайших дней будет побаиваться идти на открытый конфликт.
И снова мы возобновили движение к местному кладбищу нашей разношёрстной, не очень дружной компанией.
Я несла лопату, Лёля – топор на длинной деревянной ручке, а ещё тканевый мешок с остальными ингредиентами для нашего милого кремушка. Она же тащила котелок. Как хорошо, что она – неживая, и её не надо жалеть. Несёт себе кучу вещей и прекрасно себя чувствует.
Каркушу, после того, как я его скинула с плеча, тоже пришлось несладко. Ему пришлось тащить… себя.
А это, скажу я вам, задача не из лёгких. Его огромное, неповоротливое пузо угрожающе притягивало своего обладателя к земле. Так что, после довольно долгого ковыляния на тоненьких костлявых лапках он окончательно отчаялся и, раскрыв сильные большие крылья, взмыл в воздух. Сделав круг над нашими головами, он ещё раз тяжело взмахнул крыльями и словно ужас, летящий на крыльях ночи, устремился вперёд к дому некроманта, ненадолго закрыв округлым пузом сверкающую в ночи луну.
Небесное светило действительно выглядело сегодня загадочно. Круглый, блестящий диск мерцал и переливался на фоне почти чёрного неба. Даже можно было рассмотреть кратеры на его поверхности. То ли луна в этом мире необыкновенная, то ли у меня зрение в новом теле стало лучше, но определённо настроение от прогулки получалось соответствующее.
Я уже с предвкушением ждала грядущее приключение, представляя, будто отправляюсь на опасное шпионское задание в одном из детективов, которыми частенько зачитывалась в электричке во время поездок на дачу. Главное, не играть в этой истории роль жертвы.
Подошли к кладбищу мы, естественно, с задней стороны. Дом некроманта дружно было решено обходить десятой дорогой, так что дырку в заборе стали делать на максимальном отдалении от мрачного здания.
– Вот тут руби, – указала я зомби пальцем на некрепко держащуюся на заборе деревяшку. И еле успела отдёрнуть руку, потому как Лёля размахнулась и с грохотом вонзила тупое лезвие старого топора в рассохшиеся доски.
Мы с Каркушем дружно присели, с испугом оглядываясь по сторонам.
– Она же сейчас всех перебудит! – зашипел на меня птиц. – У тебя что, нет помощника с мозгами?!
– Можешь сам нам вход прорубить, – огрызнулась я, наблюдая за тем, как скелет, отбросив назад взметнувшиеся полы форменной юбки, снова замахивается.
Выглядела Лёля эффектно, ничего не скажешь… Развевающееся платье, кокетливая шляпка, горящие потусторонним светом глазницы и сверкающее лезвие топора на длинной ручке. Хоть сейчас на обложку журнала в раздел «ужасы».
Тр-рах!
Во все стороны полетели деревянные щепки, а зомби, войдя во вкус, ускорилась и замахала топором, словно дама своим веером. Только лезвие в воздухе свистело.
Трах-бух-треск!!!
Через пару минут в некогда крепком, пусть и старом заборе зияла огромная дыра.
Перекинув топор через плечо, Лёля походкой победителя прошла внутрь и остановилась, добродушно скаля свою челюсть.
– Мама дорогая, – поёжился Каркуш, – как представишь, что ЭТО с подобным энтузиазмом может крушить не забор, а любых врагов, превращая их в мелко нашинкованную капусту, так мурашки по перьям скачут.
– Есть такое, – признала я, пролезая следом в дыру, – так-с… Есть идеи, как будем определять свежесть трупиков?
– Читать, что-ли, не умеешь? – мимо меня через дыру проковылял Каркуш и пошёл вдоль рядов с могилками. – Так, это не то, это тоже не то…
Мне ничего не оставалось, кроме как пожать плечами и пристроиться следом. Всё равно читать в темноте я не умела. И светящийся диск луны в этом тоже не помощник.
– Так, тут копай!
Каркуш ткнул крылом в помпезную надгробную плиту. Я подошла ближе и прищурилась.
– Лорд Фэнтен Корободон. Хм… Действительно, три года назад… День в день…
Я подозрительно поглядела на луну, на ворона и, наконец, снова на могилку.
– Кхм. Ну что, давайте копать… Лёля! Заранее прошу прощения, лорд Корободон…
Следующие десять минут мы с Каркушем на приличном расстоянии с умилением смотрели на активно работающего зомби, который махал лопатой с опасной амплитудой, разбрасывая вокруг себя комья земли, и при этом продолжал улыбаться.
– Это тебе повезло – такой экземпляр у некроманта купить, – наконец, с уважением присвистнул пернатый. – У Нинаты такого не было, приходилось вручную копать. Ну, или зельями проходящих мимо мужиков опаивать. Они, правда, потом, как в себя приходили, то каждый раз пытались нас убить… Если приходили. Да… – тут он очнулся от воспоминаний, – так сколько заплатила?
Я усмехнулась.
– Сам подарил. Сказал, что ради такой красоты ему ничего не жалко.
И под ошарашенным взглядом ворона пошла вперёд, к Лёле, которая откопала крышку гроба и теперь возбужденно бегала по ней взад-вперёд, махая костлявыми руками.
Встал вопрос, вытаскивать ли деревянный ящик на поверхность или оставить в земле.
Скажу честно, я, видимо, всё же не ведьма, потому что энтузиазма у меня не то, что не было… Я откровенно боялась залезть под крышку.
– Лёля… Ты это… Сама разберись… Указательный там палец… Какая рука, Каркуш?
– Правая, – проворчал ворон, подходя ближе и заинтересованно склоняя голову.
Только начали отодвигать крышку, как мне поплохело.
– Нет! Я не могу… Дайте уйти!
Выбравшись из ямы, я подхватила пышные юбки и убежала на максимально далёкое расстояние, борясь с дурнотой. Не хочу даже знать, как это всё происходит!
Из ямы послышался хруст.
Ну и… Меня немножко вывернуло… В ближайшие кусты.
– Посмотрите, какая неженка, – прицокнул языком птиц, аккуратно обходя опороченные кусты по широкой дуге, – этот крем был коронным снадобьем у Нинаты! Эффект мгновенный! Вот сама попробуешь и поймёшь!
– Не буду я пробовать! – ужаснулась я, отползая от кустов подальше.
Потом увидела радостно идущую ко мне Лёлю и завопила:
– Не подходи ко мне! Стой там со своим… приобретением!
– Нинка, ты это… Бери себя уже в руки. Нам, вообще-то, зелье ещё варить!
– Да, ты прав… – я несколько раз вздохнула, пытаясь успокоиться, – мы точно должны варить его здесь? В смысле, на кладбище? Многие другие зелья прекрасно варились в лаборатории.
– Это – не любое «другое»! Давай, раньше начнём, раньше закончим.
Приказав зомби положить под ближайшую могилку свой трофей, мы занялись разведением огня, установкой котла и, наконец, приготовлением крема.
– Так, для начала варим крапивный бульон, – пробормотала я, практически утыкаясь носом в книгу, чтобы лучше видеть, – так... трам-пам-пам… Пятнадцать минут, мешая деревянной лопаткой точно по часовой стрелке, не меньше пяти и не больше тридцать оборотов за раз…
Сказано – сделано.
Крапива была мелко порублена и отправлена в кипящую воду. Я сначала хотела вручить лопатку Лёле, но потом поняла, что с её рвением она все тут расплескает. Да и считать, стопроцентно, не умеет.
– Каркуш, что там дальше?
– Вытяжка из цветов касазубчика. Ты её дома уже сделала, так что сразу в бульон закинем.
– Ага, а ещё?
– Два волчьих клыка и три бутона нераскрывшейся лилии. Это у меня всё с собой. Добавлять нужно строго в шахматном порядке: бутон, клык, бутон, клык, бутон, с промежутками в пять минут и размешиванием в обратном направлении.
Я чуть не застонала. Таким образом мы здесь полночи просидим.
Через полчаса мы уже были близки к цели. Большая часть ингредиентов отправлена в котёл, а варево успело приобрести белый оттенок и загустеть. Понятия не имею, как это возможно с зелёной крапивой и жиденькой водичкой, но магический мир – свои законы.
Пришло время главного блюда.
– Каркуш, – жалобно позвала я, подхалимски улыбаясь, – ты – такой мудрый ворон, такой сильный и ответственный...
– Нет! Что бы ты не попросила, но нет!
– Ну, пожалуйста, смени меня! Лёля быстро кинет пальчик в варево, ты размешаешь, он растворится, а я потом тебя сменю. Ну не могу я, понимаешь, смотреть, как ЭТО в бульоне плавает…
– Нинка! Ты забыла, что это ты – ведьма?! Нет, нет и ещё раз нет! Делай сама, иначе всё выливать придётся, а в недоделанном виде это та ещё отрава!
Я горестно вздохнула и крепко зажмурилась.
– Лёля… Кидай!
Бульк!
Последний ингредиент со шлепком ушёл под воду, а будущий крем для век активно забурлил.
– Мешай, мешай, мешай! – завопил птиц.
Я, забыв о брезгливости, со всей возможной скоростью начала бешено вращать лопаткой, размешивая густую жижу. Аж двумя руками вцепилась.
Как только поверхность стала однородной, Каркуш лапкой нажал на выемку на артефакте горелки, выключив приток огня.
Зелье последний раз булькнуло и умиротворённо застыло белой густой массой.
– Кажись, получилось, – шепотом поделился птиц.
– Ага… – я, как заворожённая, смотрела на готовое варево, не в силах оторвать взгляда.
– Крышкой закрывай, – вернул меня с небес на землю пернатый, – а то мусор на поверхность налетит, песок, листья… Будет потом королева делать одновременное скрабирование и увлажнение для век, – и он противно рассмеялся каркающим смехом.
– Откуда хоть слова такие знаешь? – проворчала я.
Ну хотя, да, он же столько лет был фамильяром ведьмы, что делала кремушки для высоких господ…
Я полезла в наш тканевый мешок в поисках крышки от котелка.
Крышки не было.
– Лёля, ты не взяла крышку?! – поразилась я.
Скелет дружелюбно оскалился.
– А ты просила об этом зомби? – поинтересовался Каркуш.
Я растерялась.
– Нет, но я сказала взять средний по размеру котелок. Ведь это же логично, что если берёшь котелок, то и крышку нужно захватить, нет?
– Нина! – ворон извернулся и костлявой лапой постучал себя по макушке. – О какой логике ты говоришь? Скелеты – неживые существа. Никакой логики у них нет. Им нечем логически мыслить, они безмозглые!
Судя по виду Лёли, она обиделась.
Кокетливая шляпка уныло съехала вниз, открывая лысый затылок черепушки.
– Лёлька, ты не расстраивайся, – я, за неимением крышки, накрыла котелок нашим мешком и обвязала по кругу бечёвкой, – сам он безмозглый, а ты очень милая! И вообще, я считаю, что зомби – милейшие создания…
– Пра-авда-аа?
Тишину разрезал громогласный завывающий голос. А затем из потревоженной могилы лорда Фэнтена Корободона показалась костлявая ладонь, вцепившаяся в густую траву… Четырьмя пальцами.
– А-а-а-а-а!!! – первым пришёл в себя Каркуш, взлетая повыше и приземляясь мне на голову. – Нинка, бежим!
Я испуганно застыла на месте, не в силах оторвать взгляда от вылезающего из своего места жительства мертвеца.
Вот показалась вторая ладонь, а следом… Полу-разложившийся затылок с редкими остатками седых волос и… воткнутый в череп топор, чьё лезвие поблёскивало в свете луны.
Скелет нехорошо оскалился и клацнул зубами.
– Пале-е-е-ец! – провыл он и… вылез на поверхность, являя крайнюю степень разложенности.
– А-а-а-а-а! – не выдержала я, присоединившись к своему фамильяру.
Подхватив юбки, я бегом бросилась к выходу из кладбища, вне себя от ужаса.
Он говорит! Он живой!
– Нинка! Он догоняет! – завопил ворон, вселяя в меня панику.
Я испуганно заметалась между могилами в попытках уйти от погони.
Зловонно пахнущий труп бежал прямо за мной, подволакивая неестественно вывернутую ногу и выставив вперёд руки со скрюченными пальцами.
– Па-але-ец! Отда-а-а-ай!
– Мамочки, мамочки, мамочки! – бормотала я, петляя, как заяц, между надгробиями и обливаясь холодным потом ужаса.
В какой-то момент я пробегала мимо дерева и оттуда послышался… Раскатистый мужской хохот.
По инерции я пробежала еще несколько метров, а потом в моей голове что-то щёлкнуло, и, сделав круг около очередной могилы и рванув через ближайшие кусты, я вернулась обратно к дереву.
Пока мертвец пробирался через препятствие, мне удалось получить несколько секунд форы.
Закинув голову вверх, я разглядела на одной из веток неясный мужской силуэт и свисающую с нее ногу в чёрном лакированном ботинке!
Догадка, словно молния, пронзила моё сознание, и я, злая как тысяча чертей, со всей силы резко дёрнула за свисающую конечность.
Тяжелое мужское тело просвистело в воздухе и неаккуратно шмякнулось на землю. Послышался глухой удар, а затем грязная мужская ругань.
Не теряя времени, я вскочила мужику на грудь и воинственно вцепилась ему в шею.
– Каркуш, бей его!
Пока птиц приходил в себя, я лично начала лупить кулаками то продолжающего ругаться, то заходящегося приступами хохота некроманта по всему, до чего доставала. Мужчина уворачивался от моих ударов и закрывал лицо руками, не переставая нагло ржать. У него от смеха даже слезы на глаза выступили.
– Ах ты, гад! – закричала я, всё больше свирепея. – У меня чуть сердце не выпрыгнуло!
– Ты бы… Ты бы себя видела! – простонал Крэг, начиная икать от смеха.
– Да так можно инфаркт получить! Дубина! Шуточки у него!
Мне не дали залепить мужчине заслуженную пощёчину и бесцеремонно сбросили в густую траву кладбища… Даже знать не желаю, что послужило для неё удобрением…
– Вообще-то, это закрытая территория, ведьма, – уже более спокойным и строгим голосом проинформировал он. – Другой вопрос, что ты здесь забыла посреди ночи в компании подозрительной запрещённой птицы, зомби и своего котла?
Я удивлённо посмотрела на ворона. Запрещённая птица?!
Каркуш с независимым видом уставился на луну, всем своим видом показывая, что он не при делах. Только чёрные пёрышки на затылке напряжённо приподнялись, придавая ему неопрятный, распушённый вид.
– Я – ведьма, как ты правильно заметил, – подогнув под себя ноги, я села ровно и с осуждением посмотрела на мужчину, – и у меня есть работа, которую, кстати сказать, ты сам для меня и организовал. Так что сегодня ночью я работала, пытаясь сделать крем для век. А вот почему ты вернулся и решил меня напугать, это совсем другой вопрос.
Крэг хмыкнул, глядя на мой недовольный, потрепанный, но уже более уверенный вид.
Присутствие некроманта поменяло представление о происходящем, так что я изо всех сил старалась успокоиться. Только сердце ещё продолжало бешено стучать от пережитого ужаса.
Постепенно происходил откат, ведя за собой равнодушно-ленивое состояние. Слишком много нервов я потеряла за последнюю ночь.
Мертвец тем временем выбрался из кустов и, скрючив пальцы, снова пошёл на меня. Но так как момент был упущен, а рядом сидел самый настоящий некромант, то я довольно флегматично его оглядела.
– Слушай, можешь убрать своего питомца подальше, – попросила я, – он воняет. Сильно. Да и выглядит не очень.
Мужчина поднял бровь.
– А зомби, что ты нарядила в платье горничной, разве выглядит лучше?
Я пожала плечами.
– Ну да. И она не пахнет.
Несколько секунд было тихо.
– Ты же его боялась?
– Да.
– А сейчас не боишься. Он просто тебе неприятен, правильно?
– Да.
– Почему?
– Так ты же здесь.
Крэг взмахом руки отправил зомби обратно закапываться в свою могилку и посмотрел на меня озадаченно.
– Зомби – порождения некромантов. Они могут разорвать человека по моему приказу. Их можно убить. Меня – практически невозможно. Я страшнее любого зомби, потому что именно я ими управляю. Как ты можешь говорить мне в лицо, что не боишься моего зомби, потому что рядом я?!
Странный вопрос.
– Но ты же не напускаешь его на меня и легко можешь остановить любой труп, так зачем мне бояться?
– Я МОГУ напустить его на тебя, – с нажимом проговорил он.
– А я могу убить бабушку в тёмном переулке, но не делаю этого. Мы же это уже обсуждали, помнишь? Ты не страшный, Крэг. Ты просто идиот, которой не умеет шутить.
После моих последних слов мужчина так опешил, что поражённо открыл рот и уставился на меня с возмущением.
Наконец он справился со своими эмоциями и поднялся, сухо проинформировав:
– Ты ничего обо мне не знаешь, не нужно делать вид, что залезла мне в душу. Завтра я приду в твой флигель и проверю, что ты там наварила. В том числе буду проверять на соответствие ингредиентов списку разрешенных веществ.
И он, развернувшись, направился к своему дому, даже не посмотрев в сторону разрытой могилки, в которую вновь закопался лорд Корободон. Скорее всего, восстанавливать целостность земли завтра придётся Жорику.
Я вздохнула. А ведь хотела спросить, как он сделал так, что зомби смог говорить…
– Ну что, товарищи, – обратилась к своим спутникам, – пошли домой.
Каркуш, притихший в обществе некроманта, встрепенулся и заковылял к ограде.
Лёля же, которая во время моего панического бегства от её собрата стояла и улыбалась, ничуть не пытаясь помочь своей хозяйке, сейчас покачнулась и, схватив котелок, широким шагом направилась к дыре в заборе.
Я снова вздохнула и, подняв лопату, поплелась на выход по дорожке, которую до сих пор подсвечивала полная луна на ночном небосклоне.
