Текст книги "Непутёвые ведьмы-попаданки. Дилогия (СИ)"
Автор книги: Мотя Губина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 15 (всего у книги 24 страниц)
Только вот сильно далеко у меня спуститься не получилось.
Где‑то уже ближе к земле мои ноги упёрлись во что‑то твёрдое, одну из ягодиц сдавила широкая чужая ладонь, а низкий мужской голос поинтересовался:
– Я не понимаю, вы действительно хотите умереть, леди? Или у вас настолько странные пристрастия, побуждающие вас вылезать из окон, в особенности ночью?
От неожиданности я разжала руки и, перекувырнувшись, свалилась на что‑то мягкое. Обладатель голоса крякнул, сложился, и вниз на каменную землю мы рухнули вместе, подняв своим падением облако пыли.
Я лежала на крепком мужском теле и понимала, что у меня дежавю.
Глава 10
Пробуждение силы
– Вы что творите?! – это было первое, что я сказала, едва подняла голову.
Я уже знала, кого увижу. Лишь один человек в этом мире был настолько наглым, бесцеремонным и проявлял такой нездоровый интерес к моей филейной части.
– Хм, я смотрю, вы всё так же рассержены, леди. Что же на этот раз вас так разозлило? – тот самый ковбой, которого я уже имела несчастье видеть в доме Дублина, лежал подо мной, а после этих слов закинул руки за голову, с удовольствием разглядывая моё лицо. И не только лицо, что уж тут скрывать.
– Я бы хотел узнать, что такая максимально благовоспитанная особа делает ночью в центральном зале для приёмов? Наверняка, у вас есть серьёзная и очень важная причина для этого, правда?
– Естественно, – фыркнула я, поднимаясь с поджарого тела и одёргивая задравшуюся юбку. – Или вы не знаете, что меня взяли сюда технич… работником по бытовой магии? – поправила сама себя. – Так что я имею доступ ко всем помещениям. Вот и подумала…
– И что же вы подумали?
– Ну как, что? – судорожно искала вариант ответа, глядя по сторонам. Неподалёку обнаружилась Аннетта, стоящая по стойке «смирно» и с испуганным взглядом. Может, она и хотела бы мне помочь, но была явно слишком напугана для этого. – Я проверяла, как тут всё устроено.
– Ночью? – уточнил он.
– Естественно, ночью. Или вы не знаете, что ведьмы – это ночные создания? – сейчас главное понять, что этот субъект делает здесь, и имеет ли он право тут находиться. А то, может, это мне нужно поднимать шум с криком: «Держите вора»? – Днём здесь так шумно…
– Здесь никогда никого не бывает. За исключением торжественных случаев.
– Ой, откуда вам знать? – отмахнулась я. – В общем, мне не подходит вариант днём осматривать помещения. Да… Так что мне не спалось, и я вышла погулять. А заодно решила посмотреть на будущий фронт работ. Мне больше интересно, что вы здесь делаете?
– Да как вам сказать… – мужчина хмыкнул, встал с пола и засунул обе руки в карманы штанов. – Итак, изначально я нашёл ботинки… – тут он насмешливо хмыкнул, – я как раз возвращался из поездки, никого не трогал, шёл в свою комнату, и в этот момент сверху, прямо с крыши – вы представляете себе? – перед моим носом пролетели два чудесных женских ботиночка, чуть не проломившие мне череп. Естественно, я захотел узнать, какой милой леди принадлежит эта обувь. Поэтому пошёл вдоль крыши, туда, где по моему мнению должна быть их обладательница. Но не учёл, что она окажется не в своей комнате и не в стороне сада, из которого ночью открывается прекрасный пейзаж и где частенько студенты устраивают свидания, а совсем в другой стороне. Так что из‑за неразумных поисков потерял довольно много времени. Но, на удачу, меня привлёк звук падающего куска черепицы, который катился по стеклянному потолку торжественного зала, оглушая звоном ночную тишину. Пришлось идти за ключами и открывать помещение. Я как раз успел вовремя, чтобы поймать вашу сорвавшуюся помощницу. Иначе, боюсь, что из девушки получилась бы знатная лепёшечка.
Я удивлённо посмотрела на Аннетту – она виновато кивнула. Значит, действительно было…
Досадливо поморщившись, я всё же заявила:
– И всё же, это не ваше дело, мистер Незнакомец.
Мужчина недоверчиво хмыкнул, рассматривая меня, словно неведомую зверушку, а ко мне бочком подобралась моя помощница.
– Госпожа, это же Крис Мальмонель!
О, какая знакомая фамилия! Я с интересом посмотрела на нахала. Мне кажется, или это неспроста? Кто он? Муж директрисы? Этой чёрствой особы? Что‑то слабо верится. По крайней мере, я на его месте, имея такую супругу, не стала бы жать зад чужой ягодицы. Хотя, кто его знает, какие в этом мире нравы? Но если не муж, то кто он тогда?
– О, так Иринда всё же наняла на работу вашу довольно эксцентричную особу, – проговорил он, рассматривая меня, не скрывая ухмылки. Явно не поверил тому, что я сказала. – Так зачем вы можете быть здесь?
Будто говоря сам с собой, развернулся и внимательно осмотрел помещение.
– Не потому ли, что здесь находится источник радужной воды? Тот, который может показать творческим людям их дальнейшее призвание? – тут он посмотрел на меня. – Я никогда не думал, что ведьмы к ним относятся. Но… почему бы нет?
– Не понимаю, о чём вы говорите, – безмятежно проговорила я, подхватывая под руку девушку и уже собираясь уходить, глазами выискивая, в какой стороне этого огромного зала находится выход.
Но далеко уйти не получилось, так как меня догнал вкрадчивый вопрос:
– У вас не получается разбудить силы?
Я резко развернулась и посмотрела на мужчину. Увидев мой взгляд, он приподнял брови и, достав руку из кармана, протянул ко мне ладонь, будто приглашая следовать за ним.
– Вам помочь?
– А вы можете? – если честно, появилось острое желание спихнуть на кого‑нибудь эту обязанность. Я не была уверена, что подобный субъект может что‑то знать о магии, тем более, о магии ведьм. Но если у него есть выход… – Может, вы нам включите источник?
На всякий случай я несколько раз хлопнула глазами, хотя не была уверена, что в темноте помещения это могло быть видно. На незнакомца падал свет, проникающий сквозь стеклянный потолок, а вот мы с Аннеттой стояли в тени от колонны, то есть, по сути, в темноте.
– Естественно, помогу, – мурлыкнул он, с кошачьей грацией делая несколько шагов на сближение. Он медленно провёл взглядом сверху донизу, а потом снова вверх вдоль моей фигуры, остановившись на глазах. – Так вы хотите стать ведьмой, леди?
И мне бы сейчас поостеречься этого вкрадчивого голоса, но мозги от жаркого взгляда мужчины предательски потекли, разум отказался работать, и я, как послушная овца, кивнула и прошептала:
– Да‑а‑а‑а…
А в следующую секунду он без предисловий выхватил из‑за пояса длинный тонкий кинжал, остриё которого сверкнуло в том же лунном свете, и, размахнувшись, ударил меня прямо в живот.
– Ах! – я ухнула, согнувшись пополам, а рядом со мной завизжала на тонкой ноте Аннетта, бросаясь с кулаками на обидчика. Мужчина от неожиданности отлетел в сторону, а я пошевелила рукой, боясь, что сейчас по пальцам потечёт горячая кровь. Но вместо этого потревожила кинжал, и он с глухим стуком упал на каменный пол.
Я смотрела на него во все глаза, а затем подняла неверящий взгляд на дерущуюся парочку. Точнее, Аннетта изо всех сил лупила мужчину по голове, а он лишь закрывал ладонями лицо и… бесстыдно хохотал.
– Это что? – я двумя пальцами подняла игрушечный кинжал. Его лезвие было сделано из блестящего картона, который от соприкосновения с моим телом безжалостно смялся. Другой рукой я на всякий случай ощупала живот, чтобы убедиться, что он абсолютно цел и невредим. – Ты совсем ненормальный?
От пережитого ужаса уже не было ни сил, ни желания обращаться уважительно к этому засранцу. Это что, шуточки для него?
Но ответить мужчина не успел, так как двери в парадный зал распахнулись, зажегся яркий ослепляющий свет, так что пришлось даже зажмуриться. А потом сухой и крайне недовольный голос леди Мальмонель произнёс:
– Я надеюсь, у вас есть оправдание вашему нахождению здесь?
И в этот момент я поняла, что нам всё‑таки крышка.
Я уже вся сжалась, мысленно готовясь отразить словесную атаку, как леди Мальмонель повернулась к нахальному ковбою и требовательно произнесла:
– Крис, я жду объяснений!
– А почему я? – возмутился мужчина, а потом лукаво мне подмигнул, прямо на глазах у своей родственницы! Кем бы она ему ни была…
Ответ ректора не устроил. Женщина поджала губы, нахмурилась и сердито выдохнула:
– Ты опять паясничаешь? Ты подготовился к завтрашнему уроку?
– Естественно, – мужчина засунул руки в карманы и расслабленно облокотился на ближайшую стену. – Правда, я должен признаться, что сломал реквизит.
Его взгляд метнулся к кинжалу в моих руках, а я быстро спрятала его за спину, скрывая от сурового взгляда начальства. Понятия не имею, зачем этот реквизит понадобился мужчине, да ещё на занятиях со студентами, но лучше, чтобы в моих руках его никто не видел.
– Тогда я повторяю ещё раз: что здесь был за шум? Мне показалось, что кто‑то визжал.
Взгляд директрисы безошибочно метнулся к Аннетте, и девушка покрылась красными пятнами, явно желая провалиться на месте. Только я хотела встать на её защиту, взять заслуженную вину на себя и направить злость женщины в правильное русло, как снова вмешался ковбой.
– Иринда, право слово, я собирался показать этим прекрасным девушкам наш чудесный зал для парадных событий. А одна из девушек увидела мышку и раскричалась от страха. Так стоило ли ради этого тебе вскакивать с кровати? Ты же знала, что я буду неподалёку. Даже если бы я не был с ними, то всё равно обязательно пришёл бы сюда, так как это моя работа.
– Так это ты их сюда привёл?
– Конечно.
Мужчина продемонстрировал ключи на своей ладони, чем вызвал ещё один раздражённый вздох у женщины.
Так что она решила переключиться на меня. Не пожелав повернуть голову, она развернулась корпусом в мою сторону.
– Мадмуазель Елена, а вы гуляете по ночам? Я так понимаю, вы уже закончили работу над Зимним садом?
– Я в процессе.
Я сцепила руки в замок за спиной и вскинула голову, не желая оправдываться за своё поведение перед директрисой. К счастью, я не её студентка и даже не подчинённая – лишь вынужденный сотрудник.
– Замечательно. Напомните, что я дала вам лишь два месяца на обустройство в академии и неделю на работу над Зимним садом. Вы же не теряете время даром, правда?
– Разумеется, нет, – сквозь зубы прошипела я, старательно выдавливая из себя улыбку.
– Вот и славно, – тихо промолвила директриса, разворачиваясь к нам спиной и степенно выплывая на свежий воздух.
Ветер донёс до нас её сухой голос:
– Я думаю, всем здесь пора спать. Крис, если позволишь, я возьму у тебя ключ и сама закрою зал.
Мы переглянулись и послушно потопали наружу. Намёк был максимально непрозрачным.
Уже там, возле входа, я задрала голову вверх. В свете фонарей, которые сейчас горели вокруг нас в намного большем количестве, чем раньше, я рассмотрела крышу, с которой мы спускались вниз. И, если честно, мне чуть не поплохело. Если бы освещение было слабее, я бы, скорее всего, ни за что не отважилась на подобное сейчас. Ну фактически, мы спускались на верёвке с пятого до второго этажа. Сущее безумие.
– Леди, кто‑нибудь говорил вам, что вы абсолютно безумны? – словно вторя моим мыслям, пробурчал рядом голос мужчины.
Я возмущённо развернулась и гневно посмотрела на виновника моих бед.
– И это говорите вы?! Вы меня напугали до чёртиков! Неужели нельзя было по‑нормальному? И зачем всё это?
В ответ он лишь усмехнулся, приподнял шляпу, которой до этого не было на его голове – возможно, она свалилась после падения, и он только сейчас водрузил её обратно (точно не знаю, но не из воздуха же она появилась?) – и проговорил:
– Прошу прощения, леди. Но советую вам ещё раз проверить наличие своих способностей. Ведь именно страх смерти побуждает ведьму пробудить свой дар. Если вы не боялись, когда спускались вниз, держа свою жизнь буквально на волоске, то вариант оставался только один: чтобы угроза была извне.
Тут он мне подмигнул.
– Доброй ночи, леди.
– Крис! – недовольно позвала директриса, уже отойдя от нас на приличное расстояние.
– Иду.
Бросив на меня последний взгляд, мужчина устремился вслед за леди Мальмонель. А я повернулась к своей помощнице и вопросительно произнесла:
– Ну, и что это было?
– О, госпожа, – прошептала Аннетта, – вы так смело с ним говорили! А ведь он…
Тут я навострила ушки, а она наклонилась к моему уху и прошептала:
– Он же один из магистров!
– Аннетта!
Девушка крупно вздрогнула, потом вжала голову в плечи и пробормотала в сторону уходящего ректора:
– Иду, леди Мальмонель…
Она посмотрела на меня виноватым взором и помчалась в сторону начальницы, оставляя меня одну.
Я же задумчиво посмотрела им вслед, туда, куда строгая женщина увела всех моих собеседников, но потом решила, что сегодня думать об этом уже поздно, и пошла в сторону, где, по моим расчётам, находилось общежитие работников академии. Пожалуй, все остальные вопросы можно решить завтра. И только на входе в комнату через дверь с простой ручкой, по которой я определяла, что иду в правильном направлении, я вдруг вспомнила слова этого Криса: «Советую вам ещё раз проверить наличие своих способностей».
Я на секунду застыла, прислушиваясь к ощущениям в организме…. Хотелось есть. И, к сожалению, больше ничего. Тогда я посмотрела на ручку от двери и приказала:
– Стань такой же, как другие!
Ожидаемо, ничего не произошло. Я вздохнула – даже ручки в этом мире меня игнорируют! Эх, а я уже размечталась, что прямо перед своим балконом поставлю шикарный фонтан! Буду выходить утром босиком на балкон с чашечкой кофе, садиться в плетёное кресло и любоваться первыми лучами солнца, играющими через струи воды… В конце концов, как я поняла, ведьмы и не такое могут…
Эх… Мечты, мечты… Но так как перед моим будущим маячило лишь восстановление Зимнего сада, причём, похоже, ручками, я не солоно хлебавши с трагическим вздохом поплелась спать
Глава 11
Фонтана не желаете?
Спала я прекрасно. Мне снилось, что я сижу на скале и слушаю журчание сотни водопадов. Их прохладная свежесть увлажняет кожу, а воздух наполнен капельками брызг…
Разбудил меня истошный крик с улицы.
– Где она? Что она натворила?
Я подскочила на кровати и испуганно заозиралась, пытаясь протереть глаза. Спать хотелось страшно, как всегда бывает, когда ложишься под самое утро. Через минуту дверь в мою комнату с размаху распахнулась, словно вечером и не была мною закрыта на замок, и я смогла лицезреть чрезвычайно злую ректоршу.
Женщина облачилась в наспех накинутый халат, серые волосы были завязаны в небрежную косу, а из‑под края халата торчали мягкие тапочки. Правда, несмотря на довольно плюшевый внешний вид, по‑домашнему уютной её бы ни один смертный не осмелился назвать. Глаза леди Мальмонель горели карающим огнем, и он вот‑вот должен был обрушиться на чью‑то голову. А когда взгляд серых глаз нашёл мою персону на кровати, то стало понятно, что сжигать собираются именно меня. Словно ведьму на костре инквизиции…
– Как вы посмели снять иллюзию со всей академии?! – прошипела она в ярости. – У меня сегодня назначен приезд проверяющих. Что мы им покажем?!
– Леди Мальмонель, прошу прощения, но я с трудом понимаю, о чём вы говорите, – я спустила ноги с кровати, понимая, что у этой женщины, фактически, есть возможность при большом желании закончить мою жизнь. Для этого достаточно поставить соответствующую печать на трудовом договоре. Так что, как бы мне ни хотелось выпроводить её из комнаты, приходилось сразу узнавать, в чём дело. – После нашей встречи вчера ночью я сразу пошла к себе и легла спать. Если за время моего сна в академии что‑то случилось, то не думаю, что это моя вина.
– Не ваша?! – прошипела она, а потом, словно фурия, подлетела ко мне и схватила за локоть, практически волоком таща за собой. – А это тогда что?!
Одним рывком она распахнула створки окна в спальне, ведущем на балкон.
– Мама мия… – от увиденного мой рот сам по себе открылся, а глаза стали «по пять рублей». – О‑о‑о…
– Вы ещё и издеваетесь! – вконец рассвирепела женщина.
– Да нет, я не издеваюсь, я просто… – покрутила рукой в воздухе, пытаясь найти достойное определение тому, что сейчас видели мои глаза. – Я не ожидала…
– Хотите сказать, что это не ваша работа?!
Не хочу. Уже не хочу. Потому что нарочно такое не придумаешь. Прямо перед входом в общежитие, взорвав тротуарную плитку, вырос… фонтан. Именно такой, как я и представляла, только больше. Намноооого больше. Он, словно гриб‑переросток, стоял перед самым входом, блокируя выход на улицу персоналу, и чашей тянулся к моему окну. Так, чтобы при желании я могла перелезть через бортик балкона и занырнуть в журчащую воду, словно в бассейн.
Мощная струя воды уходила прямо в небо, отражая свет солнца так, что при взгляде на падающие капли слезились глаза.
– Но я не понимаю… Как с этим… связано то, что теперь в академии нет иллюзии?
Ректор, уже успевшая частично вернуть себе самообладание, окинула меня презрительным взглядом.
– Мадемуазель Елена, вы полностью подчинили себе пространство академии. Точнее, всё то, что касается бытовой стороны её жизни. Иллюзия крепилась на отголоски прошлой бытовой магии, поддерживая видимость того, что она есть. Но сейчас старые отголоски развеялись, а коридоры нашего учебного заведения наполнились вашей силой и вашим контролем. К ним не прикрепить иллюзию!
Женщина старалась выглядеть строгой и невозмутимой, но глаза и проскальзывающие панические интонации в голосе выдавали её волнение. А я думала, её ничего не может вывести из себя!
– И что же можно сделать? – растерянно проговорила я, рассматривая собственное произведение искусства. Фонтан был красивым, но явно не к месту. И я поняла, что во мне только что в муках скончался ландшафтный дизайнер. Нет у меня таланта…
– Это ваша работа, – окинула меня ледяным взглядом директриса. – Проверяющая команда будет в Академии Искусств в полдень. До этого времени вы должны привести здесь всё в должный вид, иначе я буду вынуждена разорвать наш контракт. Честь академии для меня – превыше всего. Я не допущу, чтобы на неё упала такая тень. Успешной работы, мадемуазель.
А потом она ушла…
– Изыйди! – махнула я рукой на фонтан, чувствуя себя полной клушей.
Ожидаемо, никуда он не испарился. Я попробовала снова.
– Исчезни, растворись! Эники‑беники! Уходи!
– Какая забавная у вас магия, – мимо проплыл вчерашний ковбой.
Я вытаращилась на мужчину с голым торсом, который беззастенчиво купался в моём собственном фонтане на уровне третьего этажа над землёй!
– Вы… Вы что творите?! – горло перехватил спазм, так что я могла лишь хрипеть, пытаясь уложить в голове увиденное. – Нельзя, вылезайте!
– К вам в спальню? – оживился он, убирая руки из‑под головы и вставая на ноги. Сейчас воды в чаше было ему по грудь.
– Нет, наружу! – я возмущённо вытянула руку, пальцем указывая вниз, куда именно ковбой должен вылезти. – Идите по своим делам! Мне вчера сказали, что вы – магистр. Так вот, не подавайте плохой пример своим студентам!
– А‑а‑а, – тут же расслабился мужчина, снова ложась спиной на воду. – А я‑то думал… Да будет вам известно, что магистром я стану через час с небольшим. Будь здесь моя сестра, она бы сказала точное время, вплоть до секунд. Но даже если прикинуть примерно, у нас будет куча времени, чтобы поплавать. Так что это вы ко мне забирайтесь! Если ваше подсознание соорудило вам такой бассейн прямо перед окном, то значит, вы этого страстно желаете.
– Да за кого вы меня принимаете?! – возмутилась я, от злости и бессилия затопав ногами. – Идите отсюда!
Но ни вредный мужик, ни фонтан совершенно не собирались испаряться. Вот хоть садись и рыдай, потому что больше ничего просто не оставалось. Я растерянно осмотрелась, пытаясь понять, что делать дальше. И проворонила момент, когда абсолютно мокрый брат, как оказалось, директрисы, оказался на моём балконе, буквально в паре метров от меня. А когда я его заметила, то было поздно.
– Силу не получается обуздать, да? – на какой‑то миг показалось, что в его голосе промелькнуло сочувствие.
Я вздрогнула от неожиданности и поспешно отвела взгляд от мужского тела, облепленного лишь мокрыми штанами.
– Может, вы всё же оденетесь? – проворчала недовольно.
Мужчина хмыкнул.
– А могу я вас попросить о том же? Хотелось бы дать несколько советов, но мысли при виде вашего наряда постоянно съезжают немного в другую сторону…
Я растерянно посмотрела на себя и тут же ойкнула.
На мне была лишь длинная хлопковая футболка до середины бедра. Здесь она использовалась вместо нижних рубашек в комплекте с панталонами, подвязочками и так далее. Но так как спать во всём этом великолепии было крайне неудобно, я обошлась лишь одной деталью гардероба. Как по мне – весьма прилично – пятую точку закрывает, и ладно. Но, по меркам местных нравов, на мне был даже не разврат. А изврат какой‑то.
Ойкнув, я бросилась к шкафу, откуда в спешке начала выгребать всё подряд, выискивая хоть что‑нибудь приличное.
Сзади крякнул Крис, а потом, прочистив горло, проговорил:
– Вот, знаете… Я, пожалуй, всё же снаружи подожду. Ну вас в баню…
С этим многообещающим напутствием он вышел вон, а я растерянно поглядела ему вслед. Странный он какой‑то…
Ни о каком завтраке и речи не было. Я это поняла сразу, как только оказалась в коридоре.
Если моя комната была в нормальном, обычном состоянии (возможно потому, что её перед моим приездом прибрала Аннетта), то коридор…
– Мамочки! – я неверяще посмотрела на клубы пыли и грязи, практически ровным слоем покрывающие пол и стены. С потолка свисала длинная паутина. – Как это вообще возможно? Тут же месяца три всего ведьмы не было?!
Мужчина, которому адресовался вопрос, отлип от стены и сделал несколько шагов на сближение.
– Не совсем три месяца. Маривва под конец жизни была уже довольно слаба, да и зрение подводило, поэтому коридоры убирались через раз. В аудиториях ситуация получше, но не намного. Иллюзию Иринда настроила ещё при жизни ведьмы. Она помогала поддерживать визуальный порядок в те моменты, когда женщина себя неважно чувствовала или пропускала пару помещений во время очередной уборки.
Я покачала головой… Дааа… Подобного я и представить не могла…
– Как мне взять силу под контроль?
Крис пожал плечами.
– Точно не знаю, но предполагаю, что вы должны хотя бы попробовать.
Нахмурившись, я посмотрела на кучу пыли в углу, пытаясь визуализировать в голове, как она растворяется в пространстве. Но ничего не произошло. Впрочем, это было неудивительно – ведь фонтан тоже не исчез!
– Я бегу! Госпожа ведьма, я уже бегу! – навстречу нам на всех парах нёсся Фриц.
С прошлого раза я не видела мужчину и, честно говоря, думала, что он будет меня избегать. Но, как оказалось, толстячок вроде уже и не помнил, на какой ноте мы в прошлый раз расстались. Подбежав ближе, он вытащил из‑за пазухи корзинку, накрытую полотенцем, и довольно проговорил:
– Вот, я собрал! Тут всё, что для вас нужно! О, Крис, привет!
Ковбой хмыкнул, ничуть не смущённый панибратским отношением к себе завхоза. А ещё магистр!
Я же засунула нос под полотенце.
– Колбаса?!
– И яички, и сыр, и свежий хлебушек! И даже две бутылки парного молока! – светясь от гордости, проговорил мужчина, не забывая время от времени протирать немного вспотевшую лысину и красное лицо. – Всё, что нужно для восстановления сил!
– Точно! – хлопнул себя по лбу ковбой. – Ты же кучу сил ночью потратила, чтобы под контроль всё взять и купальню себе организовать!
Тут он хмыкнул, ничуть не смущённый тем, что снова перескочил на «ты». Хотя… Судя по тому, какой взгляд мужчина кинул на Фрица, создавалось впечатление… Да нет, вряд ли он это делает на показ!
И всё же я покрылась красными пятнами, словно меня уличили в чём‑то неприличном. А он как ни в чём не бывало продолжал:
– Ничего удивительного, что сейчас резерв на нуле.
Завхоз посмотрел на него недоуменно.
– А ты что, ей сразу не сказал, что силы надо едой и сном восстанавливать? И не магичить ночью? И она этого не знает?
– Ты думаешь, я помню такие нюансы?
– Так ты же магистр!
– И что? Магии‑то у меня нет!
С этими словами ковбой вырвал из рук растерявшегося Фрица корзину с припасами и подхватил меня под руку, увлекая за собой по коридору. Я же смотрела на него во все глаза.
– Вы – магистр без магии?
– Ну да.
– Но ведь это Академия Магических Искусств! Я думала, здесь все – маги!
– Я умею делать то, что не умеет ни один маг! – самодовольно проговорил мужчина, буквально вытаскивая меня на улицу из одной из дверей.
Вслед за нами семенил завхоз, явно не желающий оставлять нас наедине, за что я ему была очень благодарна.
– И что же?
– Я даю старым вещам новую жизнь! Чиню, восстанавливаю, вновь наполняю силой. Многие артефакты требуют лишь немагического вмешательства, так как очень чувствительны к любого рода воздействиям. Я один из немногих, кто может с ними работать, прекрасно разбираясь в их природе, но при этом не вступая в конфликт с их силой.
Я затормозила пятками по земле. Он… что делает? Описание работы было безумно похоже на мою профессию. А ведь я уже почти смирилась с тем, что в этом мире реставрация мебели никому не нужна!
– А из какого материала артефакты? – стараясь скрыть дрожь в голосе, проговорила я, почти преданно рассматривая вихрастую макушку.
А ковбой, словно не замечая остановки, продолжал тащить меня вперёд, рассуждая сам с собой:
– В основном – драгоценные металлы, но, бывает, попадаются глиняные, тканевые или же стеклянные экземпляры.
– А… а дерево?
Мужчина обернулся и поморщился.
– Не, дерево слишком капризное, я его сразу на помойку отправляю.
– Что?! – в моей душе поднялась такая волна недовольства, что захотелось что‑нибудь сломать!
И в этот момент сбоку с громким звоном разлетелся на осколки фонарь! Словно его великан широкими ладонями прихлопнул.
Я взвизгнула и запрыгнула на спину мужчине, а в меня врезался завхоз, который явно собирался спрятаться за моим фигуристым телом.
– А ну, слезьте с меня! – скомандовал нам обоим мужчина, передёргивая плечами и как‑то незаметно сбрасывая меня на землю.
Я плюхнулась на тротуар прямо на попу, а завхоз успел вовремя отскочить в сторону, так что хотя бы следом не упал. О том, чтобы поддержать девушку, и речи не шло.
– А что это было? – я заозиралась, боязливо посматривая на ещё один фонарь с другого боку от нас. А вдруг он тоже рванёт?
– Что это было… что это было… – пропел ковбой, подхватывая меня под мышки и ставя обратно на ноги.
При этом он умудрился каким‑то неведомым образом пожмякать мою задницу. Но прежде, чем я успела возмутиться его аморальным поведением, успел ответить:
– Мне кажется, всё дело в одном‑единственном человеке.
– И в ком же?
Он кинул такой взгляд, что я возмутилась.
– Это не я!
В ответ мне лишь снисходительно хмыкнули.
– Насколько я знаю, всё, что мы здесь видим, и всё, что может хоть как‑то относиться к хозяйственной части, сейчас подчиняется именно твоим приказам. Даже мысленным.
Я смотрела на эту нахальную улыбку и не могла поверить. Да он шутит! Быть такого не может, чтобы всё это сделала я! Я же… я не хотела! То есть я, конечно, думала, что было бы неплохо что‑нибудь разбить… но не в прямом же смысле слова!
От мыслей, роившихся в голове, пухла голова. А мужчина развёл руками.
– Зато мы знаем, что силы потихоньку возвращаются.
– Нашёл, чему радоваться, Крис! – завхоз посмотрел на меня, как на исчадие преисподней, и, недовольно прицокнув, прошёл вперёд, обходя стёкла и выискивая чистую поляну, чтобы устроить пикник. – Госпожа ведьма, вы уж тут не сильно размусоливайте, а то мы не успеем подготовиться к приезду проверяющих.
Я лишь вздохнула. От того, что они мне сейчас нажимали на больную мозоль, совершенно не становилось легче. Я всё так же боялась этих проверяющих, всё так же не знала, как буду справляться собственными силами. Зато теперь становилось понятно, что мне даже нельзя злиться! И это… неимоверно злило.
– Кстати сказать, – вдруг вспомнил Фриц, – госпожа ведьма, а помните, что вы мне предлагали на вас жениться?
Роющийся в этот момент в корзине Крис от удивления выронил бутылку с молоком, расплескав содержимое по земле. Молоко растеклось белой кляксой и медленно начало впитываться в почву. И тот взгляд, которым он посмотрел на завхоза, говорил о не очень добрых намерениях.
– Повтори, – потребовал он, яростно сверкая глазами. – Я же уже сказал, что я первый в очереди! Какое «замуж»? Какой «жениться»? Ведьма мне нужна! И вообще, пусть в академии живёт, чтобы под присмотром быть! А то, смотрите‑ка…
– Да успокойтесь вы! – потребовала я. – Фриц мне всё равно отказал.
– И ты этим хвалишься?!
– Нет, я просто говорю как есть.
– А не надо, чтобы так было! Наняли на работу – веди себя прилично!
– Ага, спешу и падаю! Я не просила об этой работе, так что вот захочу – и буду себя вести крайне неприлично!
От возмущения у мужика аж кубики на голом прессе заходили – ведь он так и не удосужился надеть рубашку – возмущая мою и без того возмущённую нервную систему. Туда‑сюда, туда‑сюда.
Он взял в руки булочку из корзины и уже хотел сказать что‑то весьма едкое, как в нашу перепалку вмешался завхоз:
– Я хотел сказать… Госпожа ведьма, вы можете радоваться! Потому что я нашёл для вас мужа!
Булочка, которая в этот момент уже неслась ко рту ковбоя, издала тихий «жмяк», когда её безжалостно смяли в кулаке мужчины.
– Это ещё кто? – прогремел он не хуже старого трактора.
Завхоз икнул и, резко спав с лица, проблеял:
– Мой кузен. Да ты не волнуйся, Крис, он хороший малый. Вдовый, правда, да выпивает иногда. Но когда не пьяный, то совсем не буйный!
Я только рот открыла от подобной характеристики «хорошего малого». Нет, меня, конечно, тянули обязательства академии, и я даже думала, что мне любой муж подойдёт, лишь бы вырваться, но что‑то сейчас засомневалась… Но договорить мне было не суждено, потому что магистр‑реставратор, которого я сама про себя охарактеризовала просто как «трудовик», без лишних разговоров запульнул скомканную булочку в лицо заведующего хозяйственной частью.
– Ах ты так! – рассердился тот и, засучив рукава, полез с кулаками на эту гору мышц. – Вот я тебе! Вот! Вот! – орал он, лупя загорелую грудь ковбоя пухлыми ручонками.
– Послушайте! – встряла я в их перепалку, схватив мужичка поперёк талии и пытаясь оторвать от оппонента. – Вы мне совсем не помогаете! Что вы за цирк устроили?!
– Он на меня напал! – возмущённо заявил Фриц, ненадолго оторвавшись от своего увлекательного занятия.
Крис воспользовался моментом и крепким щелбаном отправил в полёт незадачливого коллегу. Я только в сторону отпрыгнуть успела.
– Да вы издеваетесь! – заявила мужчинам. – Я не собираюсь выходить замуж за пьяницу и вдовца. Я, конечно, ничего не имею против них, но, боюсь, всё же от такого мужа я смогу избавиться потом лишь с помощью преступления!
