Текст книги "Непутёвые ведьмы-попаданки. Дилогия (СИ)"
Автор книги: Мотя Губина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 23 (всего у книги 24 страниц)
Глава 23
Мамочка вернулась
Целую неделю я просто работала, никого не трогала. Особо ничего вокруг не менялось – Фриц и счастливая Аннетта готовились к свадьбе, с которой решили долго не тянуть, а вот вестей от Фи‑Фи всю неделю так и не было. Что меня, если честно, очень напрягало. Он же не упал где‑нибудь в дороге от голодного обморока?
Я же продолжала улучшать свои навыки, пользуясь помощью Бульби, знаниями из подсовываемых им книг и, наконец, практикой. Ну, и встречалась с Крисом Мальмонелем, с которым у нас начался конфетно‑букетный период. По крайней мере, он пронюхал, что я, как сорока, оказалась довольно падкой на подарки. Чем начал нагло пользоваться, создавая себе прекрасную репутацию и время от времени выбивая преференции.
Вот и в этот раз случилось подобное. Едва я вышла из комнаты, как мой нос уткнулся в огромный букет ромашек.
– Что это? – спросила поражённо, не в силах сдержать улыбку.
– Это взятка, – мурлыкнул мужчина, подтягивая меня ближе и осторожно целуя.
– Взятка? – я нахмурилась. Почему‑то вот сейчас появилось ощущение, что не зря он с самого утра меня у комнаты поджидал. – И что же ты хочешь, Крис Мальмонель?
– Ничего особенного, – отмахнулся он, делая вид, что говорит о сущей ерунде. Только вот глаза косил так, что было понятно: проверяет мою реакцию. – Там мама приехала. Я подумал, может быть, ты… хотела бы… пообщаться с ней? В прошлый раз у вас не очень получилось.
У меня тут же испортилось настроение, и я попыталась было отдать букет обратно.
– Крис, слушай, я ничего не имею против твоей мамы, но…
– Нет, нет, нет! – испугался он. – Послушай, честное слово, я с ней поговорил, она больше не будет!
– Ты шутишь? – упёрла я руки в бока. – Твоя мама похожа на кого угодно, только не на человека, который «больше не будет». За кого ты меня принимаешь? Хочешь, чтобы мы подрались, и тебе пришлось нас разнимать?
– Мне кажется, ты драматизируешь, – отмахнулся он. – Честное слово, если вы будете драться, я буду на твоей стороне.
– И как это будет выглядеть? – фыркнула я.
– Я буду тебя искренне поддерживать, – приложил руку к сердцу.
Я закатила глаза и вздохнула. Ну, и что ты с ним будешь делать? Заставить его не общаться с собственной матерью – это, как бы, неправильно. Соглашаться на общение – боюсь, это не будет весело.
– Это обязательно? – спросила я.
– Мне бы этого хотелось, – наконец‑то серьёзно проговорил он, посматривая на меня словно побитая собака. – Честное слово, если будет что‑то нехорошее, тогда больше ни разу об этом не заикнусь. Обещаю.
Я тяжело вздохнула. Эх, придётся отложить все сегодняшние работы. А я, между прочим, сегодня собиралась встречаться с сантехниками. Я пригласила их в академию днём, чтобы отдать приготовленную на пару с Крисом метлу, а заодно представить несколько новинок. Одна из них была похожа на очень‑очень страшный аналог робота‑пылесоса. Зато работать могла часами и была более умной земного аналога, чем я безумно гордилась. Ещё была вешалка, которая крутилась вокруг своей оси и тем самым высушивала вещи, а также нож и разделочная доска, которые практически без участия человека нарезали продукты и чистили их. В общем, я планировала развернуть свою сеть деревянных изделий и захватить мир… Но… Сначала мама…
– Хорошо… – проговорила я. – Но только давай попытаемся успеть до обеда, ведь я позвала твоих знакомых водопроводчиков.
– Ты просто чудо! – воскликнул он, смачно целуя меня в щёку.
– Я знаю, – проворчала недовольно, пока Крис тащил меня по коридорам.
Я послушно плелась за мужчиной, заранее настраиваясь на неприятную беседу. Я не буду ругаться. Вот не буду, и всё! Буду сидеть тихо как мышка, кивать в паузах и вообще спрячусь за широкой спиной Криса.
Ковбой тем временем подошёл к двери небольшой оранжереи, которая служила местом отдыха для преподавателей, и движением фокусника распахнул дверь, впихивая меня внутрь.
– Девочки, я привёл к вам подружку!
Я только рот успела открыть, как Крис Мальмонель с грохотом захлопнул дверь с обратной стороны, тем самым оставляя меня наедине не только с его многоуважаемой мамочкой, но и с сестрицей, которая сидела с самым что ни на есть кислым видом…
«Я попала», – пронеслась быстрая мысль.
– Здравствуйте, – улыбнулась максимально приятно. – Простите, кажется, я ошиблась дверью, больше не отвлекаю…
Развернувшись, надавила на ручку, с силой толкнула дверь, и… и ничего.
– Вот же гадёныш, – прошипела сердито, мысленно костеря Криса на все лады.
Развернулась обратно к женщинам и оценила обстановку.
– Леди Жозефина! Как я рада вас видеть! Это вам!
Букет ромашек, который стал залогом моей глупости, перекочевал к возможно‑будущей свекрови. Она приняла его с каменным выражением лица, не сказав ни слова. Сейчас ромашки на фоне её монументальной фигуры смотрелись не просто нелепо, а до смешного по‑кукольному. Словно я огромному дровосеку вместо топора сунула в руки детскую лопатку.
– Леди Мальмонель, – обратилась к директрисе, – простите, наверное, ваш брат неправильно меня понял. У вас же наверняка есть ключи от двери, верно? Не могли бы вы…
– Села! – громко скомандовала леди Жозефина, и я от неожиданности бухнулась в стоящее рядом кресло и растерянно моргнула.
– Чай бери, – снова распорядилась она, кивая тяжёлым подбородком в сторону чайного сервиза из тонкого фарфора.
– Угу… – не скажу, что я прям испугалась… но как‑то подсжались ягодичные мышцы.
Ректор своей холодностью даже в подметки не годилась своей мамуле, которая апеллировала грубой физической силой. Быстро налив чуть подрагивающими руками чай в чашку, я поднесла её ко рту и улыбнулась.
– Хорошая сегодня погода, не правда ли?
– Мадмуазель Елена, шли бы вы… – начала было директриса, но была перебита.
– Иринда!
– Да, мама?
– Кажется, ты засиделась, – женщина эффектно закинула одну ногу на другую, по пути чуть не снеся напольную вазу. – Иди давай, тебя дела твои важные ждут.
– Но мама…
– Никаких возражений! Мне надо с этой шваброй поговорить.
Я сглотнула, а директриса подскочила и быстро начала собираться.
– Честное слово, мама, вы даже не заметите, как я быстро. Сегодня в академии проводится устный экзамен у третьего и четвертого курса факультета музыкальных искусств. Я обещала быть там. Надеюсь, мадмуазель Елена вас в достаточной мере развлечёт до моего прихода, а там…
– Иринда, иди уже, – отмахнулась родительница.
Кивнув, женщина подскочила к двери и совершенно свободно её открыла… дёрнув на себя. То есть просто дёрнув на себя, а не как я, пытаясь вывернуть дверь в обратную сторону… Так стыдно, как в этот момент, мне никогда не было…
Правда, Иринда не успела уйти далеко, так как на входе она почти так же, как я утром, уткнулась в большой букет, только красных роз. Из‑за него выглянула голова лорда Кантелана и немного смущённо улыбнулась.
– Иринда, добрый день. Я приехал к вам.
– Что… что вы… – женщина шагнула обратно в комнату, покрываясь румянцем в цвет букета. – Ричард, почему же вы не предупредили? Тут… мама…
Мужчина резко повернул голову и узрел нашу с мамочкой недружную компанию.
– О, леди Жозефина! Как я рад вас видеть! Простите, я не подготовился, но… вот… – он вытащил из большого букета одну розу и протянул женщине, которая с каменным выражением лица подхватила стебель двумя пальцами, а потом, не выразив ни единой эмоции, положила цветок к горе ромашек на своих коленях.
– Спасибо, Ричард. Я тронута.
Кажется, мужчине стало так же неуютно, как и мне, но он держался весьма хорошо. Протянув оставшийся букет Иринде, лорд обворожительно улыбнулся.
– Могу я попросить вас отпустить со мной вашу дочь? Мне бы хотелось с ней поговорить.
– Идите, я её не держу, – не меняя выражения лица, проговорила женщина.
– А, прекрасно. Большое спасибо, – тут он перевёл взгляд на меня и, к моему удивлению, поздоровался: – Мадмуазель Елена, добрый день. Очень рад видеть вас.
– Взаимно, – дежурно улыбнулась я.
Я думала, он сразу уйдёт, но, немного помявшись, он улыбнулся.
– Пожалуй, я должен вас поблагодарить, но думаю, это будет уместней сделать позже. А сейчас не отвлекаю.
На этих словах леди Жозефина посмотрела на меня с интересом, а Иринда нахмурилась. Но так как лорд совершенно не собирался утолять их любопытство, пришлось им самим додумывать, за что он хотел меня поблагодарить, но так и не поблагодарил.
Я же мысленно пожелала, чтобы это всё же наш мудрец до него долетел и поговорил…
Жених и невеста покинули помещение, оставляя меня один на один с матерью Криса…
Какое‑то время мы сидели в полной тишине. Было слышно, как пролетела над нашими головами муха. Когда насекомое приблизилось к леди Жозефине и уже было готово сесть ей на шляпку, мохнатое тельце с громким хлопком уничтожили, и поверженный противник с тихим шелестом упал на пол.
– Значит, так, – строго проговорила собеседница, раздавливая и так дохлую муху носком туфли, – я с тобой церемониться долго не буду. Ты мне не нравишься и сына моего недостойна.
Я сжала зубы и смело вскинула голову, смотря на мать Криса. Зря он заставил меня. Ничего из этого не выйдет.
Однако дальнейшие слова женщины меня удивили.
– Но, к моему большому сожалению, Крис тебя выбрал. А значит, нам придётся как‑то уживаться и смиряться с присутствием друг друга.
– Да, леди Жозефина, я тоже так думаю. И что же вы хотите предложить?
В моей голове пронеслась тысяча мыслей о том, что сейчас она потребует от меня. Может, готовить её зайчику только так, как она сама? Или называть её госпожа и не попадаться на глаза? Или может…
– Предлагаю перемирие, – протянула она мне огромную ладонь.
– Что? – я немного зависла, разглядывая чуть сбитые костяшки на пальцах и довольно грубые мозоли. Но при этом на ногтях был аккуратный маникюр. – На каких условиях, мадам?
– К чёрту условия, – выругалась она, убирая руку. – Ты будешь любить Криса, он – тебя. Делайте, что хотите, в ваши дела я лезть не буду. Но когда я приезжаю, – тут она сделала внушительную паузу, – ты будешь давать мне возможность хотя бы один час с ним поговорить наедине.
– Час? – не поверила я. – Один час и всё?
– Я не пускаю пыль в глаза и не говорю ненужные вещи, – отрезала женщина. – Мой мальчик вырос, и мне придётся это принять. Я прошу лишь час раз в одну или две недели. То, что мне осталось как его матери. И, конечно, я надеюсь, что ты не будешь препятствовать мне видеться с внуками.
Я открыла рот и… закрыла его.
– Вы серьёзно?
– Похоже, что я шучу? – она посмотрела на меня так, что даже если бы мне хотелось, я бы быстро передумала шутить. – Но имей в виду, если ты его бросишь, я тебя найду и на куски порву.
Интересно… А если он меня?
Тут, впервые за долгое время женщина проявила какую‑либо эмоцию, кроме сурового раздражения. Она удивилась. Посмотрела на меня обескураженно, а потом… усмехнулась.
– Как же плохо ты ещё знаешь моего сына… Ничего, узнаешь. Скажем так, если Крис тебя когда‑либо обидит, я перепишу на тебя собственное состояние.
– Вы так доверяете сыну?
– Я знаю его.
Последними словами женщина поставила точку и, взяв со стола чашку с чаем, сделала большой глоток.
А я откинулась на спинку стула и задумалась.
Несмотря на грубость, угрозы и прямую констатацию факта, что я не нравлюсь леди Мальмонель, меня искренне поразила её честность и прямота. Не думаю, что она начнёт строить козни за моей спиной. Нет, такая скорее всё скажет в лицо, не дожидаясь своего сыночка. Что касается её угроз… Боюсь, они произвели на меня обратный эффект. Я подумала о том, что если бы у меня была такая мама… не идеальная, но готовая убить за своего ребенка, то не пришлось бы мне всю жизнь жить с бабушкой. Лучше грубая любовь, чем вежливое равнодушие и пара подарков и звонков на дни рождения…
– Договорились, мадам, – я протянула свою руку старшей леди Мальмонель, – мне подходят ваши условия. Взамен я прошу вас все претензии говорить мне лично и ничего не утаивать. Не пытаться настроить Криса против меня и не ронять мой авторитет в глазах возможных будущих детей.
– Договорились, – подтвердила она, вытерев руку от крошек печенья о скатерть и до боли сжимая мои пальцы.
Где‑то через полчаса в сад заглянул Крис. Мужчина довольно робко приоткрыл дверь и сунул в образовавшуюся щель голову.
Мы с его мамой в это время совершенно безмятежно пили чай и поедали воздушный зефир.
– Так тихо… – немного обескураженно заметил он. – Если честно, я подумал, что одна из вас убила другую и успела спрятать тело.
– Как мило, – хмыкнула леди Жозефина, одним чётким движением пальца запихивая целую зефирину себе в рот и закрывая челюсти.
– Чай будешь? – поинтересовалась я, мило улыбнувшись. Пусть мы с его мамой и договорились обо всём, но Крис не должен обольщаться на свой счёт – я ещё не простила ему то, как он запихал меня в помещение, а сам сбежал.
И по моему дружелюбному виду мужчина сразу понял намного больше, чем если бы я возмущалась вслух.
Он покаянно понурил голову, проходя внутрь, и сел напротив меня с таким умильно‑извинительным выражением лица, что у любой бы дрогнуло сердце…
Но, на его беду, мамочка не заметила романтичного настроя, потому как весьма бесцеремонно прервала наше молчаливое общение.
– Крис, я требую внука!
– Да без проблем, – легко отмахнулся он.
Я поперхнулась, а леди недоверчиво переспросила:
– Правда? И что, не будешь отнекиваться?
– А зачем? – он пожал плечами. – Иринда скоро замуж выйдет, она тебе кого хочешь родит. Мне не жалко.
– Крис! – возмутилась родительница, а я рассмеялась. – Будь серьёзным, я про тебя говорю!
– А что про меня? – продолжил он валять дурачка. – На меня надеяться не надо, мамуля, я не очень надежный.
Я еле сдержала улыбку и отвернулась.
И как раз в этот момент к нам присоединились лорд Кантелан и очень красная, смущённая директриса весьма помятого вида, с растрёпанной причёской и припухшими губами.
Крис живо повернулся ко мне и, наклонившись, прошептал:
– Я так же хочу.
– Тссс! – я отчаянно наступила ему на ногу и закрыла рот ладошкой. Не дай Бог, ректор услышит – она же со стыда сгорит!
А женщина тем временем старательно делала вид, что всё в порядке. Она села на стул, до хруста выпрямив спину, и взяла в руки чашку… мою.
– Леди Жозефина, – тем временем обратился к будущей тёще её жених, – мы сейчас пообщались с Ириндой и решили все разногласия. Простите, но я очень многого не понимал – это моя вина, что свадьбы не было так долго. Мне даже в голову не приходило, в чём может быть проблема. Но, благодаря мадмуазель Елене, мы смогли честно обо всём поговорить и прийти к общему знаменателю, – он повернулся ко мне. – Я выражаю искреннюю благодарность и сразу приношу извинения за свои слова в прошлый раз. В знании человеческих чувств вы проявили больше такта и благородства, чем я по отношению к собственной невесте. Буду рад назвать вас своей родственницей.
– Елена помогла? – присвистнул Крис, смотря на меня с искренним восторгом.
– Она?! – развернулась ко мне с искренним возмущением леди Жозефина.
Чем она опять была недовольна, я не поняла, но решила не узнавать, вместо этого смотря в радостные, какие‑то потеплевшие глаза сестры Криса. Не сказать, что ректор превратилась в лапочку и милейшую женщину. Наверное, это всё же невозможно, но тонкая натянутая струна в ней ослабла – это точно. Она посмотрела на меня без прежней агрессии и немного сухо, но всё же искренне произнесла:
– Благодарю.
Я кивнула. Ну, что ж, если бы я могла, то выбрала бы других родственников, но у Криса только такие. Ну, значит уживёмся. В конце концов, подружками с ректором нас никто не заставляет становиться. Я не злопамятная, но ещё помню, как она собиралась меня развеять по миру.
– Замечательно, Ричард, – тем временем похвалила матушка. – Значит, эта вредина перестала воротить нос и согласна на свадьбу следующим летом?
– Нет, – огорошил он нас, – мы подумали и решили, что раз препятствий больше нет, то свадьба пройдёт через месяц в моём родовом замке.
Мне кажется, в этот момент у женщины пропал дар речи. Она села, открыв рот и глядя широко распахнутыми глазами на будущего зятя.
– Что… прямо через месяц? Иринда, это правда?!
– Да, мама, – отчаянно краснея, подтвердила она. – Лорд Кантелан сказал, что не против моей работы в академии. Он даже не думал, что дело в этом. Так что уверил меня, что для меня ничего не поменяется.
– Ну да, работай сколько хочешь, какие глупости, – отмахнулась леди Жозефина. – Всё равно скоро внука мне родишь, не до академии будет.
– Мы решили, мадам, – встрял Ричард, – что первенец у нас появится не раньше, чем через три года.
Ой, зря он это сказал… Улыбка на лице леди Мальмонель старшей в момент улетучилась, уступив место угрожающему спокойствию.
– Что ты там сказал, Ричард? Когда говоришь, у меня внук будет?
– Беги, – тихо посоветовал Крис, правда, его слова не были услышаны, потому как мужчина с энтузиазмом начал объяснять:
– Через три года, мадам. Это тот срок, при котором у Иринды будет достаточный стаж в должности ректора академии. При таком стаже её не смогут сместить с должности и просто дадут достаточный декретный отпуск, поставив взамен заместителя. Но она всё равно сможет влиять на все административные решения даже из дома. А потом мы договорились, что будем по очереди сидеть с малышом и, если нужно, наймём целый штат прислуги для помощи. Я очень рад, что Иринда предложила такой вариант. Я бы в жизни не додумался. Но это полностью решает наши проблемы.
Ректор чуть кивнула, довольно отпив от своей чашки. А Крис хмыкнул, скосив на меня глаза.
– Она сама придумала, правда?
Я подавила улыбку и отмахнулась. Пускай, что хотят говорят. Лишь бы им это помогло пережить бурю в виде обманутой в своих ожиданиях леди Жозефины.
– Да вы… да вы издеваетесь! – она осмотрела обе наши пары и с негодованием задышала, раздувая крылья носа. – Что один… – она бросила возмущённый взгляд на сына, – что другая! Когда я внука получу?!
– Мадам, а ты же ещё не совсем старая, – вдруг объявился в густой листве откормленный бочок филина, – что пристала к молодым? Надо малыша вот прям сейчас, так роди сама! Вот лорд Мальмонель обрадуется, когда ему такое счастье привалит!
В саду стало так тихо, что даже мне стало страшно. Леди Мальмонель младшая выпучила глаза, с ужасом глядя на академического мудреца, а леди Жозефина медленно, с достоинством поднялась со своего места и, молча взяв зонтик, метнула его в густую листву.
Послышался громкий «ух», потом шелест листьев, и лишь затем глухой шлепок мягкого тельца о землю.
– Убили! – испуганно воскликнула я, вскакивая с места. Какой бы ни был вредный Фи‑Фи, но я к нему очень привыкла.
Правда, мать Криса не обладала подобной сострадательностью к ближним.
– Ты ещё здесь, старый дурак?!
– От деревенщины слышу, – проворчал Фи‑Фи, тяжело поднимаясь и выглядывая из‑за кустов. – Что, ты уже отвыкла по утрам коров доить или всё ещё тянет?
– А давайте‑ка все выпьем чаю, – громко предложил Крис. – Дорогой Фи‑Фи, идите сюда, я вам зефир оставил.
– Во‑о‑от… Хоть дети у тебя, Жозефина, приличные получились. Не дави на них, дай ещё немного погулять молодым. Успеют тебе и внука, и внучку родить.
С глубоким вздохом женщина села обратно в кресло и усмехнулась.
– Приятно видеть, что ты ещё не помер.
– Взаимно, взаимно, дорогая.
Филин проковылял к столу и, тяжело взмахнув крыльями, уселся на спинку свободного стула.
– Про завтраки не забудь, – хмыкнул он в мою сторону. – И гамак… хочу два.
Я фыркнула. Вот даже не сомневалась, что хитрая птица попытается выбить себе какие‑то дополнительные плюшки.
Ну, а пока они с леди Жозефиной начали обмениваться любезностями и новостями, я облегчённо села и откинулась на спинку стула. Меня обитатели этой академии до нервного тика доведут!
Взгляд осмотрел окружающее пространство. Фи‑Фи клевал зефир и вёл довольно интересные разговоры со старой приятельницей, лорд Кантелан сидел в сторонке вместе со своей невестой и что‑то нашептывал ей на ухо. А потом мои глаза нашли Криса.
Ковбой с истинным наслаждением развалился на стуле и, заметив мой взгляд, широко улыбнулся и подмигнул.
– Весело, да? – спросил он.
Я покачала головой.
– Очень…
Глава 24
Проблемы позади?
Я уже подумала, что все проблемы позади…
Через час мне пришлось оставить не очень дружную семью, чтобы выйти к водопроводчикам, которые как раз приехали в академию. Крис увязался за мной.
Их начальник оказался в таком восторге и от метёлки, и от всех моих других разработок, что заявил:
– Леди, я знаю, что по договору академии вы должны работать именно здесь, но не хотите ли вместе со мной начать новое дело? Я мог бы ваши изобретения поставлять на городской рынок и иметь с этого какой‑нибудь процент. Я займусь рекламой, обеспечу вам хорошее имя, и мы сможем поднять немалые деньги.
– Дорогой мой Брайнс, – расплылась я в чарующей улыбке, – очень рада, что вы заговорили об этом первым. Потому как, наблюдая за вашей деловой хваткой, я сама думала это предложить. Но раз уж вы успели раньше меня, то мой ответ – да, я очень бы хотела работать вместе с вами на подобных условиях.
– Замечательно! – обрадовался он, потирая руки и знаками указывая своим помощникам, чтобы забирали все приготовленные изобретения.
Метлу, которая была им обещана в знак благодарности за помощь с водопроводом, мужчины взяли с особой трепетностью и быстро исчезли за воротами академии, где их дожидался рабочий экипаж.
А их начальник тем временем обратился к Крису:
– Вообще, брат, тебе очень повезло. Не будь ты первым, я бы сам даже… – тут он помялся, почесал бороду и кивнул, – хоть она и ведьма, но какая женщина!
Крис хмыкнул и, обняв меня за талию, проговорил:
– Но ты не успел, брат, так что до свидания.
В ответ мужчина рассмеялся и, кивнув мне на прощание, сказал:
– Мы не прощаемся, госпожа. Надеюсь на долгое и плодотворное сотрудничество.
– Я тоже.
Проводив их, я повернулась к Крису и попросила:
– Ну вот, теперь почти всё. Но я бы хотела ещё отдать твоей сестре стол, который она уже так долго ждёт.
– Ты его сделала? – поразился Крис. – Когда успела?
– Я никогда не забываю про свою работу, – улыбнулась я. – Тем более, что этот красавец требовал к себе особого отношения. Иначе бы я закончила раньше. Но теперь он абсолютно готов. Я его немножечко усилила, и, к счастью, ведьминские способности помогли мне срастить сломанные деревянные детали, так что теперь даже не видно мест, в которых были проблемы. Он идеален.
Может быть, я себя и хвалила, но чувствовала именно так. Мне нравилось то, что получилось, так что не видела смысла это скрывать.
Крис рассмеялся и, кивнув, пообещал привести Иринду.
Я же решила подождать их сразу в мастерской. Придя туда, я обошла стол ректора по кругу, радуясь, что всё получилось. Отполированная гладкая поверхность сияла новеньким лаком, а в раненом боку не была нарушена ни одна прожилка. Дерево просто срослось на месте повреждений так, словно ничего не было.
Снаружи послышались шаги, я уже радостно развернулась, но улыбка быстро угасла, уступив место испугу.
– Что вам нужно?
Сердце испуганно забилось, а глаза неотрывно смотрели на вошедшего в мастерскую мистера Лорентино и его спутницу – фею Латирель.
Если на Земле помощница мужчины, который представился мне руководителем агентства «МирПро», предстала в виде девушки, то здесь, в мире Шанталь, она выглядела в точь‑в‑точь как фея Лин: маленькая, с крыльями и довольно хитрыми глазками. А вот мужчина не изменился. С нашей последней встречи он лишь добавил снобизма во взгляд, которым оглядел меня с головы до ног, и сухо улыбнулся.
– Елена Дмитриевна Соколова, здравствуйте. Я вижу, вы вполне освоились, – его взгляд с интересом прошёлся по стенам мастерской и остановился на столе директрисы. – Я очень рад, что вы поняли – наше агентство никогда не ошибается. Но, к большому сожалению, должен сообщить, что этот мир больше в ваших услугах не нуждается. По просьбе вашего работодателя вы будете отправлены обратно на Землю.
Я сделала шаг назад и испуганно переспросила:
– В смысле, на Землю? Мне сказали, что там моё тело уже погибло и похоронено.
Мужчина тонко улыбнулся.
– Мадмуазель, нет ничего невозможного для нашего агентства. Мы достанем из‑под земли оболочку, быстро приведём в порядок и заново подселим в неё вашу душу. У всех причастных сотрём память, и будете вы жить в вашем мире так, как будто ничего и не было. Обычно мы не берёмся за такие заказы, но при должной оплате… – тут он усмехнулся и пошевелил пальцами, на которых были нанизаны толстые золотые перстни. – У вас очень щедрый работодатель, мадмуазель.
Мои глаза испуганно забегали по помещению, но так как выход перегораживала эта парочка, я уже даже подумала вылезать через окно.
– Вы не понимаете, – пытаясь как можно дольше оттянуть момент истины, проговорила я в надежде, что Крис вот‑вот придёт обратно. – Я хотела уйти, правда, и я не очень была довольна тем, как всё получилось, – договор опять же этот. Но сейчас… я бы хотела остаться в мире Шанталь. Мне не нужны ваши услуги.
– А у нас есть заказчик, – усмехнулся он. – Мы выполняем волю заказчика, мадмуазель, а не вашу. Вас приказано доставить обратно. А я никогда не нарушаю своего слова.
В этот момент в проёме показалась бледная леди Мальмонель. Она посмотрела на меня и пробормотала:
– Елена, не подумайте, пожалуйста, ничего плохого… Я хотела вам рассказать… Это было до того момента, как…
Договорить ей не дали, так как мистер Лорентино развернулся и радушно проговорил:
– Дорогая леди Мальмонель, мы с радостью получили ваше сообщение, а также оплату. Так как вы недовольны предоставленным вам товаром, мы его забираем. Не извольте беспокоиться.
– Подождите! – женщина вытянула руку. – Да, я вам писала. Да, я просила забрать обратно ведьму, которую вы прислали, потому что узнала, что её насильно отправили к нам, опоив зельем фей. Я не считаю, что это – приемлемый путь, и не хотела, чтобы в моей академии был работник, который нанят таким нечестным способом. Но…
Тут она обратилась ко мне:
– Я ничего не говорила вам, Елена, потому что не знала, получится ли у меня договориться о вашем возвращении. Давать ложную надежду не хотелось. Но сразу, как узнала, что вас сюда привезли насильно, я подала жалобу королю. Потом мы достаточно долго судились с агентством «МирПро». К сожалению, у них очень грамотные юристы, и найти брешь в вашем договоре у нас не вышло. Но мистер Лорентино согласился помочь за скромную плату…
– Неприлично большую, – хмыкнул мужчина.
– Всё же, заплатив, я добилась того, что мистер Лорентино пообещал отправить вас обратно на Землю. Это было до того, как я узнала, что вы с Крисом начали общаться! Поверьте мне! Сейчас бы мне не хотелось, чтобы вы уезжали. Да и тогда тоже… Я просто хотела, чтобы всё было правильно.
Я настолько опешила, что лишь глазами моргала. А как же… как же её угрозы? Поверить невозможно, что строгая ректор, которая обещала меня развеять делала это лишь для того, чтобы меня «простимулировать», а сама тем временем искала для меня пути отхода! Немыслимо!
Но сейчас было главное не это.
– Я… наверное, я бы хотела остаться.
– Сожалею, – проговорила помощница мужчины, подлетая ко мне ближе и разворачивая перед носом длинный светящийся свиток. – Но постановление вступило в силу, а значит, не терпит отлагательств. Мы работаем с Мировым Пространством, и здесь нет слова «передумала», мадмуазель, – говоря это, фея выглядела как угодно, но не сочувствующе. И я наконец‑то поняла, почему их расу считают не эмоциональной.
Во взгляде, брошенном на меня леди Мальмонель, я прочла и вину, и сожаление, и даже испуг.
Но самое главное – я поняла, что передумала уезжать. Зачем мне возвращаться на Землю, стирать память моим близким и знакомым? Тем более, что родственников у меня там не осталось.
А здесь появилась хорошая, пускай и не очень нормальная – но семья. У меня здесь появились силы, развился дар, я нашла своё место. Но самое главное – я не хотела уезжать от Криса.
Теперь же меня ставили перед фактом, что всё, что я строила здесь, разрушится, и мне нужно исчезнуть без следа и забыть всё как страшный сон. На глазах выступили злые слёзы.
– Итак, – проговорил мистер Лорентино, – пожалуйста, Елена, приготовьтесь. Сейчас я открою портал и…
– И ты выйдешь вон отсюда! – прогремел бас старшей леди Мальмонель.
Женщина твёрдым шагом вошла в мою мастерскую, где тут же стало очень мало места. Мать Криса тяжёлым взглядом посмотрела на непрошенных гостей и проговорила:
– Что, негодяй, забыл, как я в прошлый раз разбила тебе нос? Или хочешь повторения?
Владелец «МирПро» побледнел и сделал шаг назад.
– Жозефина?
– Для тебя – леди Мальмонель, червь, – презрительно выплюнула она. – Давай мы не будем портить отношения, Лорентино. Или мне придётся намекнуть супругу о том, чтобы твою жульническую фирму проверили на соответствие законодательству и завтра же прислали налоговую проверку! Не боишься, что они могут найти что‑нибудь интересное?
Фея взвилась в воздух и уже было хотела броситься наутёк, но была поймана за крыло клювом Фи‑Фи. Филин грозно встряхнул помощницу мужчины и, переложив её в лапу, внушительно проговорил:
– Пошли вон из нашей академии.
У мужчины заиграли желваки на лице, и он, посмотрев на меня, процедил:
– Что ж, мадмуазель, на этот раз вам повезло. Простите за беспокойство. Сделайте вид, что ничего не видели.
С этими словами он щёлкнул пальцами, и договор перед моим носом рассыпался на части. А владелец «МирПро» изящно поклонился и, забрав фею из лап Фи‑Фи, с достоинством проговорил:
– Я удаляюсь, дамы. Прошу прощения за беспокойство.
Потом его взгляд нашёл леди Мальмонель, и он усмехнулся:
– Но так как услуга была готова к исполнению, надеюсь, вы не будете против того, что оплату я заберу.
Директриса поджала губы, но кивнула. Возле моего рабочего стола открылся портал, куда шагнул мужчина вместе со своей помощницей, растворившись без следа. А мы остались одни в тесном помещении.
– Скатертью дорожка, – пожелал филин, горделиво выпячивая грудку.
Я глубоко вздохнула, не веря, что всё закончилось.
– Спасибо, – искренне сказала, повернувшись к будущей свекрови.
– Живи долго и счастливо, швабра, – хмыкнула она. – Мой зайчик этого заслуживает.
В мастерскую зашёл Крис, доедая на ходу пирожок. Он с интересом осмотрел всю нашу компанию и проговорил:
– Что я пропустил?
