Текст книги "Бессмертное королевство (ЛП)"

Автор книги: Мишель Роуэн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 16 страниц)

Спустя миг всё закончилось, и она упала ему на руки.

Магия кольца оттолкнула Каяна той ночью, когда Магнус выбрался из могилы. Боль Клео доказывала это.

Но последнее, что он хотел сделать – причинить ей вред.

– Ненавижу! – выдохнула она. – Я хотела эту магию, хотела быть пригодной, а теперь, получив, я её ненавижу!

– И я, – он поцеловал её в макушку, устав чувствовать себя бессильным и слабым, биться о стену в поиске решения, как её спасти.

Он знал лишь одно – он её не потеряет.

Магнус проводил Клео обратно в её покои, и когда убедился в том, что ей стало лучше и она мирно уснула, отправился на поиски принца Ашура.

Он отцыскал крешийца с Тараном во дворе дворца.

Таран снял рубашку, и Ашур осматривал белые линии, что покрывали руку и половину груди.

Больше, чем у Клео.

– И каковы варианты? – спросил Магнус, подойдя к ним. – Отрубить руку, чтобы остановить это? Уже довольно поздно, но я готов попробовать.

Таран бросил на Магнуса дикий взгляд уставших глаз.

– Ты думаешь, это смешно?

– Ни капли.

– Я хочу отравиться! – Таран вновь натянул рубашку. – Ашур знает толк в магии, и я думал, что он может помочь.

Магнус перевёл на него взгляд.

– и?

Серо-голубые глаза принца были преисполнены неуверенностью и сомнением.

– Я пытаюсь найти решение, но пока без толку.

Магнус уже знал, что Воздух душит Тарана. А линии всё ярче. И их всё больше.

Он не был экспертом в древней магии, но это был признак, что бог пытался захватить тело Тарана.

Тот только фыркнул, но без тени веселья.

– На самом деле, это забавно.

– Что? – Ашур уставился на него.

– Моя мать была из ведьм… Она знала о родичах всё – ну, по рассказам, что передавались из поколения в поколение. Она им поклонялась. Она была могуча и могла бы мне помочь.

– Где она? – спросил Ашур.

Таран переглянулся с Магнусом, прежде чем они вновь посмотрели на Ашура.

– Мертва.

Магнус знал, что это была часть правды. Таран убил мать, когда она пыталась принести его в жертву во время кровавого ритуала.

А ещё Магнус знал, что им мать Тарана не поможет, но решил не говорить об этом.

– Если б у меня была хоть половина тех ресурсов, что прежде! – Ашур заходил взад-вперёд короткими, быстрыми шагами, то и дело скрываясь в тени высокого дуба, – я бы мог тебе помочь! И Оливии, Клео… Николо. Но мои руки связаны! Если я хоть нос суну в Крешию, Амара публично казнит меня!

Магнус содрогнулся от звука её имени.

Он не поделился с Ашуром планом убить Амару. Он не был уверен в том, что это озаботит принца, но, так или иначе, лучше промолчать. А с последствиями он разберётся потом, когда Феликс и Нерисса победят.

– Не собираешься пожертвовать всем, чтобы спасти своего возлюбленного? – сухо полюбопытствовал Магнус. – Но сомневаюсь, что это истинная любовь. А если так, то ты б знал, что он был в городе, сжёг нянечку и украл младенца.

Магнус обернулся – и Ашур с силой ударил его в лицо. Но он, игнорируя боль, схватил принца, толкая его в сторону дерева.

Ашур нахмурился.

– Ты бил меня и раньше. Подумай об этом.

Таран только внимательно наблюдал за ними.

Магнус с шипением отпустил его, утирая рукой кровь, что пошла носом.

– Не слишком ли быстро высохли твои слёзы?

– Мои отношения с Николо – это только моё дело, и к тебе оно отношения не имеет, – прорычал Ашур. Его чёрные волосы теперь прядями спадали ему на лицо. – И ты понятия не имеешь, на что бы я решился, только чтобы помочь ему! Ты даже представить себе не можешь, как мне, Магнус! Но ты ошибаешься! Я не думаю о том, чтобы заполучить Николо навсегда.

– Тогда зачем же?

– Потому что я ответственен за то, что с ним случилось. Если б я не был сначала заодно с Амарой, он смог бы выбраться из этого.

– Сомневаюсь, – ответил Магнус. – Он – лучший друг Клео, а она вмешалась бы в это, даже если б тебя не было в Митике. Так что не считай себя таким важным.

Он знал, что был жесток, но ничего не мог с собой поделать.

– Николо когда-то влюбился в Клео, – сказал Ашур. – Может, и сейчас любит. У нас разные романтические предпочтения. У нас нет будущего. Но это не имеет значения. Я делаю это не ради своей выгоды. Я просто хочу, чтобы Николо жил так, как хочет, буду я частью этого или нет.

Магнус долго и внимательно рассматривал его.

– Пусть. Докажи.

– Как?

– Я не могу больше ждать, пока Люция вернётся. Эта ведьма или изгнанная хранительница, о которой ты раньше говорил…

– Валия, – пробормотал Ашур слово, будто проклятие.

– Ты знаешь кого-то в этом роде? – ошеломлённо воскликнул Таран. – Кого-то, кто может нам помочь?!

Магнус кивнул её.

– Так давайте найдём её.

Магнус, Ашур и Таран двинулись в деревню Вириди, но прибыли туда аж к ночи. Под светом луны горели фонари, сверкала мостовая, что вела к Серебряной Жабе.

Таверна была набита празднующими Фестиваль. В углу шумно играли музыканты, а какая-то женщина с кубком в руке объявила, что собирается спеть песню для богини под названием «Её Золотистость».

Магнус тут же пожелал заткнуть себе уши, когда она позволила себе первый визг, именуемый нотой.

– Это напоминает мне детство, – скривился Таран. – Вот потому я и стал революционером в Крешии!

Магнус заметил Бруно и взмахом подозвал его к столу.

– Все! – замахал руками Бруно. – Вы только посмотрите, кто тут сегодня есть! Принц Магнус, принц Ашур и… их друг. Я его не знаю. Давайте же выпьем за их хорошее здоровье, да?!

– Если б он был нам не нужен, я б его убил, – прошипел Магнус, когда все пьяно зазвенели бокалами.

– Он слишком восторжен, – согласился Ашур.

– Мой отец отрезал языки всем таким восторженным, когда они начинали его раздражать.

– Ни на миг в том не сомневаюсь.

– И это ж мы собирались скрываться… – Магнус оглянулся, опасаясь, что тут могли быть крешийские стражники, но не увидел никого в зелёном.

– Я – Таран, – сообщил Таран Бруно.

Бруно пожал протянутую руку и энергично затряс ею.

– Радуйся, юнец! Получай удовольствие! Добро пожаловать в Серебряную Жабу!

Люди вновь забыли о них, стоило только заиграть следующей мелодии, а ещё один доброволец принялся орать своё стихотворение о красоте богини.

– Что вы хотите выпить? – спросил Бруно. – Первый бокал за вашего отца, принц Магнус, – он сплюнул. – Я его ни капельки не уважал, но ужасно то, что с ним случилось.

– Какие сердечные соболезнования, – сухо протянул Магнус.

– Мы тут не для того, чтобы пить, – проронил Ашур. – Мы из-за Валии.

Бруно нахмурился.

– В эту ночь?

– Да. Ты должен помочь нам с ритуалом вызова, если не считаешь, что сегодня она не ответит. Может быть, она где-то там празднует?

– О, не беспокойся, это Валия праздновать не будет, – Бруно снял фартук и бросил его на стол. – Хорошо, вперёд. Для меня большая честь помочь в таком важном деле.

Спустя несколько минут Бруно выскользнул из своей подсобки с фонарём и осветил их путь, держа в руке скрученный в трубку пергамент. Магнус неотрывно следовал за ним, вдыхая вечернюю прохладу.

– Что это? – кивнул он на пергамент.

– Инструкция, Ваше Высочество, – пожал плечами Бруно. – Мне трудно многое помнить, потому я всё записываю.

Магнус смущённо покосился на Ашура.

– Надеюсь, это не пустая трата времени, – прошипел Ашур себе под нос.

– Действительно, – Магнус оглянулся через плечо на Тарана и увидел, как белые линии на обнажённой части его руки и на горле мягко светились в темноте. Это зрелище вызывало ужас. – Не думаю, что у нас осталось так уж много времени.

Магнус оставил Клео во дворце, не сказав ни слова о том, куда идёт. Одно дело, если он вернётся с хорошими новостями. А вот о разочаровании ей знать не нужно.

Но если б она к ним присоединилась, он бы слишком отвлекался и не смог бы сосредоточиться на деле.

Они следовали за Бруно в лес, что находился близ деревни.

Бруно положил фонарь на мох, развернул пергамент и долго смотрел на него сквозь круглые стёкла очков.

– О, да, помню. Кровавая жертва, – он покосился на них. – У вас с собой есть кинжал?

– Разумеется, – Таран вытащил свой из ножен, прикреплённых к поясу, и вручил его Бруно.

– Прекрасно, он очень острый. Просто прекрасно… – Бруно покосился на сияющее горло Тарана. – Весьма любопытно. Молодой человек увлекается стихиями, или это проклятие ведьмы?

– Что-то вроде того, – Таран указал на пергамент. – Можно мне почитать?

– Конечно, – Бруно послушно отдал его ему.

Таран покосился на Ашура и Магнуса.

– Мама хранила записи о заклинаниях и магии, я уже такое читал.

– Это работает? – спросил Ашур.

Таран внимательно осмотрел лист.

– Трудно сказать.

– Кровавой жертвой… – Бруно осмотрел окрестности, – может быть и что-то медленное. Черепаха, например.

– Дай сюда, – Магнус отобрал клинок у Бруно и прижал его к ладони левой руки, надавливая, пока не ощутил жжение. – Никаких черепашьих смертей. Моя кровь подойдёт.

Бруно кивнул.

– Да, наверное.

Магнус встряхнул рукой, наблюдая за тем, как кровь стекала на землю.

– Замечательно, – кивнул Таран. – Надо размазать её по кругу…

– Радиус большой?

– Тут ни слова.

Магнус поддался указаниям, проходя по двухфутовой окружности.

– А теперь что?

– Скажи её имя. Попроси её присоединиться к нам… – он содрогнулся, отрывая взгляд от пергамента. – Вежливо.

– Замечательно, – кивнул Магнус. – Валия, мы хотим, чтобы ты здесь и сейчас присоединилась к нам, – он стиснул зубы. – Если хочешь.

– Замечательно! – улыбнулся в такт ему Бруно. – А теперь будем ждать.

– Что-то я в это не верю, – покачал головой Ашур, косясь на перевязывающего ладонь Магнуса. – Но хочется надеяться…

– Я тоже не верю. Даже если она придёт, поможет ли?

– Полагаю, – произнёс спокойный, холодный женский голос, – сначала можно было бы красиво меня попросить. Мне нравится, когда у молодых людей красивые манеры.

Магнус оглянулся и увидел красивую женщину, стоявшую в тени деревьев. На ней был длинный плащ, тёмный, как и волосы. Кожа бледнела в светел луны, подбородок был гордо вскинут, губы – ярко алели.

– Ты Валия, – выдохнул Магнус.

– Да.

– Так докажи!

– Принц Магнус, – вздохнул Бруно, – с Валией нужно говорить с уважением…

– А то что? – он не отрывал взгляд от колдуньи. – Она превратит меня в жабу?

– Сомневаюсь, что с тебя получится хорошая жаба, – Валия шагнула к ним поближе.

Ашур низко склонил голову.

– Мы польщены вашим присутствием, леди.

– Видишь? – Валия изогнула бровь и посмотрела на Магнуса. – Этот юноша знает, как вести себя рядом с Великой.

– И что ж в тебе великого, сила? – Магнус не собирался терпеть рассуждения простой ведьмы, и он сомневался в том, что она может оказаться чем-то большим.

– Всё зависит от того, какой день и какова причина.

– Или, может быть, ты просто скрываешься в тени и ждёшь, пока Бруно притащит жертву, – ухмыльнулся он. – Попросишь монетку на чары? Если так, то нет смысла продолжать разговор, его с удовольствием выслушают те идиоты, орущие песни во время фестиваля.

– Денег у меня больше, чем мне надо, – Валия шагнула к Тарану, хмуря тонкие тёмные брови. Таран оставался неподвижным, как статуя, когда она скользнула пальцем вдоль белых линий. – Хм, крайне интересно…

– Ты знаешь, что это? – спросил он.

– Возможно.

– И можешь мне помочь?

– Возможно.

Магнус громко рассмеялся, отрывая взгляд от ведьмы.

– Знаешь? И что ж это?

– Этот молодой человек одержим Родичем Воздуха, – Валия взяла Тарана за правую руку, перевернула её и увидела на ладони спиральный знак. – А он контролирует свой разум и тело. Как интересно.

Магнус вдруг осознал, что не в силах ответить.

Она знала больше, чем он ожидал.

Он прищурился. В женщине что-то было странное. На первый взгляд она казалась молодой и красивой, но её черты были слишком совершенными, кожа – безмерно безупречной и гладкой.

Если б она была изгнанной Хранительницей, а не обычной ведьмой, то это б всё объяснило…

Но её левая рука – не человеческая, нет, это была когтистая ястребиная лапа.

– Твоя рука… – выдохнул он, поняв, что видит.

– Моя рука? – Валия вытянула ладонь. – А что с нею не так?

Магнус покачал головой, видя теперь только две изящные руки с длинными, тонкими пальцами.

– Ничего, – нахмурился он. – Прошу прощения.

Валия приблизилась к нему, взяла Магнуса за руку и развязала носовой платок, которым он перемотал свою рану.

– Позволь, помогу, – она прижала ладонь к его руке. Что-то вспыхнуло, его кожу пронзила боль. Он хотел отстраниться, но оставался неподвижным – и когда она убрала руку, раны больше не было.

– Хорошо, – произнёс он, стараясь говорить спокойно. У неё было достаточно магии Земли, чтобы она лечила, как Люция. – Ты настоящая.

Валия не ответила, только вновь взяла его за руку.

– Откуда это? – она коснулась золотого кольца на его пальце.

Магнус одёрнул руку.

– Это подарок отца.

– Ценный подарок, – она подняла на него взгляд. – Многие убили бы за это кольцо. Многие за него умерли.

– Ты знаешь, что это, – прошептал он.

– Да.

– И что?

– Оно опасно. Опасно, как тот, кто создал его тысячу лет назад магией смерти.

Он обнаружил, что не в силах говорить. Между ними воцарилась тишина, прежде чем он вновь обрёл свой голос.

– Сколько тебе лет, Валия? – спросил Магнус. Бруно говорил, что несколько десятилетий не видел её, а она казалась лишь на пару лет старше Ашура.

Она улыбнулась, и её зелёные глаза сверкнули довольством.

– Такие вопросы джентльмен не задал бы леди.

– Я не джентльмен.

– Позаботься об этом колечке, принц Магнус. Не хотелось бы, чтобы его кто-то украл, да? – Валия вновь повернулась к Тарану, и взгляд её скользнул по белым линиям, что тянулись к горлу по руке. – Ты хочешь моей помощи и думаешь, что я охотно предоставлю тебе это?

– Если можешь, надеюсь, сделаешь это. И не только со мной, а и с принцессой Клейоной. У неё тоже… проблемы.

– И ещё двоим, – вмешался Ашур. – Юноша по имени Николо и бессмертная Оливия. Им повезло не так, как Тарану и Клейоне, но они всё ещё могут…

– Он прав, – прошептала Валия. – Так близко, так близко…

– Кто прав? – переспросил Магнус.

– Мой друг, что любит давать советы и просить об отвратительных услугах, – она осмотрела их. – Бруно, приятно было тебя увидеть.

Бруно низко поклонился.

– Я польщён видеть такую красоту.

Валия кивнула.

– Отведите меня к другой… к принцессе Клейоне. Хочу увидеть её.

– И тогда… – Магнус запнулся.

Она прямо посмотрела ему в глаза.

– Тогда я пойму, смогу ли я что-то сделать, или сейчас уже слишком поздно.

Глава 21

Клео

Оранос

Клео проснулась на громадной кровати и сонно потянулась к мужу.

Но никого не было.

Она привстала на локте и увидела, что простыни не были смяты.

Магнус не вернулся вечером.

Когда вчера вечером она искала его, то поняла, что пропал не он один – ещё Ашур и Таран.

Она не знала, беспокоиться ей или злиться.

Когда она думала об этом, пришла служанка, юная оранийка Ана, внимательная и Вежливая. Улыбка её не пропала и при виде паутины странных синих линий, покрывающих всю правую руку Клео.

Ана не задавала вопросов, только вежливо говорила, помогая Клео одеться в простое, но прекрасное бледно-розовое платье с золотыми шнурками на лифе.

Это было одно из платьев, к которому Клео тоже попросила сделать карман.

– Ты видела принца Магнуса утром? – спросила Клео.

– Нет, Ваше Высочество, – Аня осторожно провела щёткой по волосам Клео.

– А прошлой ночью?

– Нет. Пожалуй, ему тоже понравился фестиваль.

– Сомневаюсь. Ему что-то нужно.

– Может быть, он ищет вам подарок.

– Может быть, – кивнула Клео, хотя это было крайне подходящее занятие для Ашура и Тарана! Ну почему он её не предупредил?

Он пытался её защитить.

– Ведь я не дура, которую надо держать подальше от крутой скалы, – пробормотала она.

Ана нервно откашлялась, мягко улыбаясь.

– Конечно, нет, принцесса.

Как же Клео желала, чтобы Нерисса была рядом! Хотела увидеть взгляд на мир её подруги, когда всё рушилось.

Нерисса сказала, что у них с Феликсом важное дело, что они вернутся, как только смогут. Но когда Клео попыталась добиться конкретики, Нерисса только качала головой.

«Я делаю то, что должна», – ответила она.

Клео доверяла Нериссе, ведь та заслужила её доверие. Но всё равно – её бросили наедине с её мыслями, заботами и страхами.

– Вчера в таверне я слышала прекрасную песню, – Ана приколола волосы Клео с одной стороны – с другой она всегда оставляла их, чтобы скрыть линии.

Ну, можно подумать, этот город не пел который день!

– Да? – рассеянно спросила она. – О чём?

– О последней битвой между Клейоной и Валорией, – промолвила Ана. – Но не о мести и гневе, а о мучительной необходимости. А они любили друг друга, как сёстры.

– Какая трагическая и фантастическая песня. Я не читала ничего, что разубедило бы меня в их вражде до и после объявления войны.

– Возможно, но это так мило.

«Как и ты мила, дорогая. Ты такая красавица – понятно, что ты хочешь себя уберечь».

Клео посмотрела в своё отражение. Ана напряжённо расчёсывала её волосы.

Кто это сказал?

«Поддайся волне, – продолжил голос. Клео не знала, мужской он или женский. – Пусть они тебя поведут. Не противься. Сопротивление – это боль».

Родич Воды.

Клео метнулась рукой к горлу, к поднимающимся ввысь линиям.

– Оставь меня! – жестче, чем хотелось, приказала она Ане.

Ана не стала спорить, не сказала, что ещё не закончила, просто поклонилась и вышла.

– И ты оставь, – Клео яростно смотрела в своё отражение. – Немедленно.

«Никогда, – ответил голос. – Я выбрала тебя. Это просто. Я тебя получу».

– Ничего простого.

«То, что мы говорим, значит, что контроль так близко… У меня прежде не было смертной формы. Это будет прекрасно – увидеть этот мир, вкусить его, почувствовать запах. Я так долго без этого… Ты мне не поможешь?»

– Помогу? – Клео мотнула головой, чувствуя, как колотилось в груди сердце. – Убить меня?

«Смертная жизнь мимолётна. Семьдесят, восемьдесят лет… А я вечна, – Клео видела, как синим засияли глаза. – Иди к Каяну. Он поможет тебе сделать всё настолько безболезненно, насколько это возможно. Мой брат нетерпелив, он может гневаться и быть непредсказуемым, так что, послушавшись, ты только всем поможешь».

Клео изучала странный, отрешёный взгляд. Казалось, на неё смотрела другая.

– Никогда! Я буду сражаться до последнего вздоха, – прорычала она.

Она схватила гребень с серебряной рукоятью, который оставила Ана, и швырнула в зеркало, радуясь звону стекла.

Родич Воды не произнесла ни слова.

Клео вылетела из своих покоев, зная, что, если останется там, то просто сойдёт с ума.

Она врезалась во что-то твёрдое и тёплое. И очень высокое.

– Клео, – Магнус мягко обнял её за плечи. – Что случилось? Опять тонула?

– Нет, – она затаила дыхание. Он бы так обеспокоился, узнав правду… Она не готова. – Я просто хотела… Найти тебя. Где ты был? С Ашуром и с Тараном?

Он кивнул и помрачнел.

– Пойдём со мной.

Паника сдавила её сердце. С Тараном случилось что-то ужасное? Родич Воздуха захватил его?

– Что?

– Тебе надо кое с кем встретиться.

Он взял её за руку и повёл по коридору в сторону тронного зала.

– С кем?

– С кем-то, кто может тебе помочь.

Полуденный свет наполнил тронный зал, рассыпаясь по полу витражами и отбиваясь от золотых жил в мраморных колоннах, заставляя их сверкать.

Там стояли Ашур и Таран.

Человек, о котором шла речь, стоял между ними. Красавица с ягодными губами… Клео испытала странное беспокойство.

– Принцесса Клейона Аврора Беллос, – слишком официально представил её Магнус. – а это… Валия.

– Просто Валия? – удивилась Клео.

– Да, – Валия прищурила свои зелёные глаза, словно оценивая её. – Девушка с именем богини, не так ли?

Клео не ответила.

– Мне сказали, ты можешь помочь, – вместо того промолвила она.

Валия изогнула брови.

– Я могу задать один вопрос? Из чистого любопытства?

– Попробуй.

– Ты не взяла фамилию мужа. Почему? – в ответ на удивлённый взгляд Клео Валия смягчила свой вопрос улыбкой. – Это так любопытно.

Клео не впервые спрашивали об этом. Обычно этот вопрос задавал кто-то из дворян, глядя на неё поверх кубка или тарелки.

– Я последняя в линии Беллосов, – просто ответила Клео. – И считаю, что правильно было бы почтить всех моих предшественников и не позволить роду просто так исчезнуть.

– Как любопытно, – Валия взглянула на Магнуса. – И ты позволил это?

Магнус всё ещё смотрел на Клео, и его рука покоилась у неё на спине.

– Клео сама выбрала.

Какой замечательный ответ!

– Беллос – доброе имя, – промолвила Валия. – Я хорошо знала твоего отца.

Клео содрогнулась.

– Ты?

Валия кивнула и повернулась к мраморному помосту.

– Я прямо здесь встречалась с ним. Несколько раз.

Клео схватилась за её ответ.

– А какова причина?

– Ему приснился сон, что на его дворец напали. В отличие от твоей матери, он не верил в магию, но после смерти королевы Елены думал о многом, чтобы укрепить своё царствование и получить больше возможностей, что помогли б ему, – она поднялась на вершину помоста и положила ладонь на заднюю часть золотого трона, глядя на него так, словно там сидел сейчас король Корвин. – Он убедил меня помочь ему. Я воспользовалась своей магией, поставила печать на врата этого дворца, чтобы обезопасить всех. Думаю, что он сделал это ради безопасности тебя и твоей сестры.

Клео вспомнила, как магия держала ворота. Магия, которую пробила Люция, вызвав взрыв в центре кровавой битвы – это стоило сотен жизней.

– Просто невозможно, – Магнус покачал головой. – Мой отец отыскал волшебницу, что наложила это заклинание. И когда она оказалась ему не нужна, он… – он заколебался. – Он её… прогнал.

– Убил, собственно говоря, – поправила его Валия, – ну, или убил ту женщину, которую считал за это ответственной. А после отправил её отрубленную голову в коробке королю Корвину. Но твой отец ошибся. Его жертва, вне всяких сомнений, была ведьмой, но вот только не той.

Клео зачарованно слушала всё это.

– Если это правда, то почему ты не помогла отцу, когда он больше всего в этом нуждался? Если ты настолько сильна, что сумела наложить такое заклинание, почему ты не помогла ему, когда на дворец напали, а он умирал на моих руках?

Валия молчала, и Клео пыталась отыскать хоть какой-то след сожаления в её взгляде, но встретила только твёрдость.

– Потому что это была его судьба, – наконец-то ответила она, а после посмотрела на левую руку Клео. – Может быть, и твоя предрешена.

Клео хотелось сопротивляться. Топнуть ногой и потребовать, чтобы эту ведьму навеки вышвырнули из этого дворца, но она заставила себя успокоиться.

Каждый раз, когда она думала о том, как с нею говорил Родич Воды – молчавший сейчас, к счастью, – по её коже распространялся смертельный холод.

Она не позволяла себе бояться того, что ещё не произошло.

Она ещё всё контролирует. Она будет сражаться.

– Замечательно, – Клео гордо вскинула подбородок. – Прошлого не изменить. Но можешь ли ты помочь сейчас?

– Отличный вопрос… Позволь-ка мне оценить.

Валия спустилась с помоста и потянулась к Клео. Клео позволила это только потому, что не хотела сопротивляться той, что могла ей помочь.

Валия рассматривала линии, что тянулись от символа воды на левой ладони, потом смахнула волосы с её шеи и посмотрела на её бледную кожу.

– Это по всей руке? – спросила она.

Клео кивнула.

– Знаки Тарана дальше.

Таран молчал, стоя прямо, словно солдат.

Ашур наблюдал за Клео и Валией, задумываясь буквально над каждым произнесённым ею словом.

– И каков вердикт? – спросил Ашур. – Ты можешь помочь.

Валия вынула из складок своего чёрного одеяния сверкающий обсидиановый кинжал, казалось, выточенный из того же камня, что и Родич.

– И что ты собираешься этим делать? – спросил Магнус.

– Мне нужна кровь, – промолвила Валия.

– Ты не ранишь Клео! – прорычал он.

– Но я должна, – ответила Валия. – Кровь принцессы поможет понять мне, смогу ли я ей помочь.

– Нам нужна Люция, – обратилась к Магнусу Клео.

– Согласен, – напрягся он. – Но Люции тут нет, и мы понятия не имеем, когда она вернётся.

– Люция, – повторила Валия. – Принцесса Люция Дамора, предсказанная волшебница. Да, она бы очень помогла, не так ли? Мне было бы приятно повстречаться с нею лично. Те рассказы, что я слышала о её последних путешествиях, кажутся весьма интересными.

Клео не нравилась эта женщина. Её вид, её выправка, её слова. Ей не нравилось, что Валия знала её отца и повернулась к нему спиной, когда могла помочь во время той роковой битвы, а сейчас даже не испытывала раскаяния или ответственности за его смерть.

Валия была высокомерна и самоуверенна, и Клео отталкивало это.

Но Магнус был прав. Люции тут не было. Потому ей придётся проглотить гордость и надеяться на то, что ведьма поможет.

– Я буду первым, – Таран встал между Клео и ведьмой. Он закатил рукав рубашки и протянул ей правую руку. – Режь меня, если тебе это поможет.

– А где лунный камень? – спросила Валия. – Он бы очень помог.

Магнус и Клео обеспокоенно переглянулись. Ведьма знала о Родичах куда больше, чем все остальные.

– У меня его нет. Я отдал его принцессе Люции, когда она попросила об этом, и только она знает, где он сейчас.

– Вижу, – Валия взглянула на Клео. – А аквамарин?

– Так же, – солгала Клео. – У Люции всё.

Её хрустальный шар был там же, где и всегда, в кармане платья, в бархатном мешочке, чтобы Клео не вынуждена была прикасаться к нему.

– Замечательно. Что ж, постараемся обойтись так, – кивнула Валия и, глядя на Клео, Магнуса и Ашура, скользнула кончиком своего клинка по отмеченной коже Тарана. Это был не прямой разрез – она крутила лезвие, словно пыталась начертить символы на его плоти.

Таран не дрогнул, когда выступила кровь.

Валия провела рукой по его коже и посмотрела на кровь на ладони.

– В твоей жизни был выбор, что причинил тебе боль, – промолвила она. – То, что ты сделал со своей матерью, тебя преследует по сей день.

– Что?! – прорычал Таран. – Какая разница?

– Твоя кровь – это то, чем ты есть. В ней твоё прошлое, настоящее и будущее. Это не просто гадание, дорогой… – Валия посмотрела на кровь Тарана вновь. – Я вижу, как ты ревновал к брату, такому правильному… когда ты узнал об убийстве, ты захотел отомстить не только из-за любви к нему, а потому, что чувствовал себя виноватым, отвернувшись от него. Это правда?

Таран побледнел, а круги под его глазами стали ещё темнее.

– Правда.

Магнус прочистил горло.

– Может быть, стоит перейти к проблемам? Не стоит жить в прошлом.

– Ты слышишь голос внутри себя? – спросила Валия Тарана, проигнорировав принца. – Того, что просит тебя отпустить?

Клео задрожала.

– Да, – кивнул Таран. – Я слышу его и сейчас. Он хочет, чтобы я отправился к Каяну. Говорит, что приведёт меня туда, если я позволю. Но я не хочу. Я лучше умру, чем дам демону забрать моё тело и жизнь. Я хочу…

Он задрожал, и его руки метнулись к горлу в попытке прекратить удушье.

– Он задыхается! – воскликнул Ашур. – Прекрати это, Валия! Что бы ты с ним ни делала, останови это сейчас же!

– Я ничего с ним не делаю, – Валия покачала головой. – Я даже не смогу. Ему уже слишком поздно… Им всем слишком поздно.

– Убирайся! – прорычал Магнус. – Ты уже достаточно сделала. Просто уходи и не возвращайся.

– Мне кажется, я могу помочь и иначе, – спокойно ответила Валия.

– Нам не нужна твоя помощь! Прочь!

Клео бросилась к Тарану. Его лицо синело, а белые линии тянулись по челюсти и щекам.

– Посмотри на меня, – в отчаяньи прошептала она. – Пожалуйста, посмотри на меня! Всё хорошо. Просто дыши!

Таран смотрел ей в глаза, и в его карем взгляде плескались боль и страх – прежде чем он вывернулся из её рук, падая. Ашур подхватил его, прежде чем он рухнул на мраморный пол. Он прижал пальцы к его артерии, потом – поднёс к носу.

– Без сознания, но дышит, – произнёс Ашур.

– Это всё вина ведьмы, – мрачно промолвил Магнус.

Клео оглянулась, увидев, что Валия исчезла из тронного зала. Она испытала странное облегчение. И ещё большее облегчение от того, что Таран жив.

Она сосредоточила внимание на Магнусе.

– Ты должен сказать, что случилось в прошлую ночь. Всего этого можно было избежать!

Он сжал зубы.

– Я пытался защитить тебя.

– Ты думаешь, что сможешь защитить меня от этого? – она убрала волосы, обнажая горло. – Ты не сможешь. Валия уже сказала, что слишком поздно.

– Не поздно. Я в это не верю.

Она не хотела с ним спорить, не хотела говорить ничего, о чём потом будет жалеть.

– Ашур, пожалуйста, позаботься о Таране. Я… Мне нужно уйти отсюда, отдохнуть. Я возьму Энцо с собой.

– Куда ты? – спросил Магнус, бросившись к выходу.

Она не была уверена.

Куда-то, где нет всего этого. Куда-то, где она будет думать о счастливых временах, о которых успела забыть.

Куда-то, где можно восстановить силы и сосредоточиться.

– На фестиваль, – сказала она.

Глава 22

Магнус

Оранос

Магнус сразу же последовал за нею.

Он наблюдал за Клео и Энцо, прячась за чёрным капюшоном плаща, что скрывал его личность от ротозеев в лабиринте улиц, переполненном людьми в разгар праздника. Яркое солнце выхватывало красочные лозунги фестиваля и листовки, разбросанные вокруг зданий.

Магнус подумал, что первой Клейоне нравилось всё это безумство так же сильно, как и гражданам созданной ею страны. Валория, говорили, была куда спокойнее. Она ценила молчание вместо разгула, спокойствие и задумчивость вместо пьяного разврата.

Потому лимерийцы и испытывали превосходство над своими южными соседями.

Но Магнус знал, что далеко не каждый предан закону. Он видел и в Лимеросе таверну, где тайно подавали вино всем, кто того просил, и, само собой, она такая была не одна. Да и большинство золота, что заработал её отец, ну, до той поры, как всё оно не ушло на слишком дорогую войну с Ораносом, было плодом штрафов, которые взымали за несоблюдение двухдневного еженедельного молчания.

Честно говоря, Магнус уж не помнил, когда в последний раз молчал столько времени. Разве что в могиле.

Он наблюдал за тем, как Клео и Энцо миновали лавку за лавкой – всех пекарей, ювелиров, портных и сапожников. Клео не крылась, только за парой белых шелковых перчаток прятала знак родича. Она приветствовала каждого, кто подходил к ней с тёплой улыбкой, позволяла им поклониться или опуститься в реверансе, прежде чем брала их за руки и говорила что-то столь любезное, что они просто сияли от счастья.

Оранийцы любили свою золотую принцессу.

И Магнус, чувствуя, как до боли сжимается горло, подумал, что она полностью заслужила эту их любовь.

За короткие минуты Клео успела поговорить с десятками людей, а Магнус всё скрывался в тени. Он заметил, как она указала Энцо на какое-то конкретное здание. Энцо отрицательно качал головой, но Клео упорствовала, пока стражник не кивнул, заботливо открывая перед нею дверь.

Магнус посмотрел на вывеску.

«Зверь».

Он не узнал при плохом освещении это место, но прекрасно знал о существовании этой таверны. И лучше было оставаться снаружи, где его точно никто не узнает, и можно будет наблюдать издалека.