Текст книги "Инициум. Том I (СИ)"

Автор книги: Михаил Ран

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 18 страниц)

Глава 4

Прошло несколько часов.

Тяжёлый, изнурительный разговор, больше напоминавший допрос под мягким, но неодолимым давлением, наконец подошёл к концу. За это время холодный ночной свет успел сместиться в сторону, уступая место первому рассвету безымянной планеты. Сквозь исполинский разлом в борту корабля Первой Империи начали пробиваться янтарно-оранжевые лучи местных светил, до этого уходивших к горизонту, окрашивая пыльный воздух мостика в тёплые, почти осязаемые тона.

Пожилой мужчина, заложив руки за спину, медленно прохаживался вдоль разбитой линии боевых постов. Его тяжёлые шаги гулким эхом отдавались в пустых коридорах корабля, а каждое новое движение выдавало колоссальную силу, скрытую под потускневшими пластинами древней брони. Он задумчиво смотрел на границу багровой саванны и сырых джунглей, где утренняя дымка лениво поднималась над влажной землёй.

– Итак… – мужчина остановился, не оборачиваясь к Ирис, и слегка наклонил голову. Короткие волосы, перечёркнутые длинными белыми прядями, колыхнулись, перекидываясь на другую сторону. – Подведём итог всему, что я услышал. Тот, кого я принял за одного из представителей Первых, на самом деле обычный гуманоид. Выходец из примитивного мира, на какой-то далекой периферии изученного космоса, о существовании которого никто не в курсе. Его зовут Алекс, а родина, как там, мир под названием Земля…? Земля.

Он повторил это слово медленно, как если бы пробовал его на вкус и одновременно пытаясь отыскать в загашниках памяти хоть какую-то зацепку.

– Странное, и какое-то слишком обычное название для колыбели разумной расы. Я прожил очень много циклов, и ещё больше провел в походах, вёл армады через сотни систем, но никогда не слышал о планете с таким именованием. Что уж говорить про наши архивы. – задумчиво потер он переносицу.

Ирис всё ещё продолжала лежать на кушетке и внимательно следила за каждым движением этого мужчины. Серебристая кожа в утренних лучах отливала мягким жемчужным светом, а тот самый синеватый румянец на щеках постепенно бледнел, сменяясь привычной собранностью бойца, живущего на доход со своего ремесла. Однако внутри неё одна за другой сталкивались слишком неприятные догадки о случившемся.

Она смотрела вокруг себя на пыль, плотным слоем покрывавшую нерабочие панели, на достаточно старую конструкцию доспеха, которую видела в хрониках, и всё сильнее убеждалась в очевидном и невероятном. Этот представитель Первых, застрял здесь безумно давно, после одного из сражений.

– Вы давно тут? Я так понимаю, что вы очень давно не были… дома. – тихо произнесла Ирис, пытаясь подбирать слова, лишь бы не спровоцировать новую волну ментального давления. Её пальцы судорожно сжали край металлической кушетки, и приняли светло белый цвет. – Я… не уверена, хотите вы это знать, или нет, но Империя жива. Её флоты по-прежнему ходят сквозь обитаемый пузырь. – немного подумав, девушка решила задать собственный вопрос. – А как вы поняли, что я с Урэньи? Мы ведь не так давно присоединились к Федерации сотни. Касательно Земли, о ней и неизвестно, Первые открыли ту совсем недавно, как оказалось…

Мужчина медленно повернулся к ней, и в его льдисто-голубых глазах отразилось только напряжение, которое спустя пару мгновений сменилось осторожным, почти задавленным облегчением.

– Империя жива. – повторил он тише, будто проверяя слова на прочность. – Урэнья… у меня оттуда был друг, как-то виделись в разломе. – получив короткий кивок, Первый снова посмотрел на рассвет. – Значит, мы не обратились в прах, как нам пророчили Таронцы. И это, безусловно, хорошо. – обратив внимание на Ирис, он спросил. – Это все, что ты знаешь?

– Да. – быстро ответила девушка. – Я давно уже не получала новостей из общей сети, потому что выполняла задание на Земле, как помните.

– Помню. Жертвенные камни. – невооруженным взглядом было видно, что когда мужчина об этом говорил, внутри него все клокотало. – Но эпохи, дитя, меняются. Так что и это можно было предугадать. – казалось, что пожилой Имперец витал где-то далеко, настолько странным была линия повествования. – А все, что мог я, так это наблюдать за тем, как этот мир пожирает мой линкор. Ах-ха-ха-ха! – рассмеялся неожиданно тот, и развел руки в стороны. – Впрочем, сейчас все меняется, значит, мы ещё повоюем. Но для начала тебе необходимо восстановить силы.

Он резко повернул голову к тёмному лазу технической шахты, откуда мгновенно высунулись два огромных чутких уха Бг’лорга. Маленький пришелец всё это время сидел среди кабелей тише воды, явно надеясь не привлекать внимание хозяина.

– Бг’лорг! – позвал мужчина.

Коротышка тут же выскочил на свет, перебирая длинными конечностями и балансируя когтями на ржавом кабеле.

– Блорг-блорг… гхрр-бг! Слушаю, Хозяин!

– Спустись вниз, на ярус оранжереи, и принеси еды. Вяленого мяса степных бегунов и синих плодов, они рядом с фильтрационными блоками. Нашей гостье нужно подкрепиться.

– Гхарг! – подпрыгнуло на месте существо. – Сделать, Бг’лорг сделать!

– И не смей по дороге сожрать половину! – крикнул вдогонку ему пожилой мужчина.

Существо испуганно пискнуло, повернулось, и влажно блеснув большими глазами под массивными надбровными дугами, торопливо защёлкало.

– Кхх-вит! Бг’лорг не ест! Он нести-нести! – обиженно засопев, он побежал дальше. А представитель Первых напомнил ему в спину, что в прошлый раз до верхнего яруса дошли одни кости, после чего коротышка прижал уши и растворился в темноте коридора, оставив после себя лёгкий запах сырости.

Мужчина снова повернулся к Ирис и сделал приглашающий жест рукой.

– А нам с тобой пора пройтись, потому что я хочу показать тебе то, ради чего затеял этот долгий разговор. Вставай, если нога способна удерживать вес тела. Сейчас медицинские швы должны выдержать лёгкую прогулку, вот только бегать все ещё не советую.

Ирис осторожно спустила ноги с кушетки. Влажный металлический пол холодил босые ступни, а после первого пробного шага под кожей на левой голени натянулись те самые медицинские нити, удерживающие раздробленную кость в нужном положении. Боль пришла сразу, глухая и вязкая, но благодаря отдыху и препаратам, её получалось притуплять достаточно, чтобы идти. Опираясь ладонью о стену, девушка последовала за широкой спиной Имперца, который даже не обернулся проверить, идёт ли она следом.

Их путь пролегал через растерзанные галереи жилого и технического секторов умершего линкора. Когда-то это судно было настоящим монстром, летающим городом, способным выдерживать огонь целых небольших эскадр, а теперь напоминало лишь гигантский склеп, где среди металла медленно прорастала чужеродная жизнь.

Под ногами то и дело хрустели осыпавшиеся пластины композитной брони, переплетённые узловатыми корнями. Кое-где стены были вспороты ударами враждебных орудий, оставив на металле остекленевшие чёрные потёки, а из открытых щитов свисали гроздья мёртвых кабелей, на которых теперь паразитировали мелкие светящиеся грибы.

Воздух становился тем влажнее и тяжелее, чем дальше они спускались. В какой-то момент все пространство заполонил отчетливый аромат смазочных материалов и сырой земли. Через редкие уцелевшие обзорные зоны и рваные дыры в обшивке Ирис видела, как два биома ведут безмолвную войну за труп корабля. С одной стороны в проломы заглядывали сухие золотистые стебли саванны, когда с другой настойчиво ломились сочные листья тропических исполинов, покрытые ядовитыми шипами.

– Когда-то давным-давно мой корабль назывался «Столп Империи». Он шел во главе третьей ударной армады, разгромившей Таронцев у звезды Ольта. – тихо произнёс мужчина, нарушая затянувшееся молчание, и его голос в пустых стенах звучал непривычно мягко.

– Ольта? Неужели… – Ирис сбилась с шага и едва не наступила всей массой на повреждённую ногу. – Этого просто не может быть… Вы…

– Ты меня знаешь? – Первый остановился и посмотрел через плечо. Пальцы его правой руки медленно сжались от неожиданности, однако больше мужчина ничем себя не выдал.

– К-конечно… – продолжала удивленная девушка. – Вы ве-едь Астерион…

– Интересно… конечно. – остановился мужчина. – Это ведь было так давно, неужто до сих пор судачат?

– Нет, не совсем… – продолжала девушка, следуя за Первым. – То самое сражение, его часто разбирают как и в рамках истории, так и с тактической стороны… одни говорят, что вы допустили много ошибок, из-за чего одержали бессмысленную победу. – осеклась Ирис, понимая, что могла только что подписать себе приговор.

– Ха-ха! – взорвался смехом Астерион. – Вот оно как, ну-ну! Конечно, этим гилкам виднее, они же тоже там были и дрались с Таронцами насмерть, защищая пузырь! – продолжил распаляться мужчина. – Нас взяли на абордаж. – заговорил он после короткой паузы. – За звездой, прикрываясь излучением, скопился вчетверо превосходящий флот. Мы бились долго, очень долго, но каким бы я был командиром, если бы отдал флагман врагу? Да, к тому же их предводители сами участвовали в штурме, глупцы. Поэтому пришлось направить выживший корабль в нестабильный разлом, появившийся от чрезмерного использования пси-резонаторов. – сейчас фигура мужчины казалась несколько осунувшейся, но спустя миг, он вновь расправил плечи и добавил. – Рассчитывал, что нас разорвёт вместе со всеми, кто успел войти на борт.

Он перешагнул через широкий провал и протянул Ирис руку. Девушка немного помедлила, всё ещё не привыкнув к тому, насколько легко этот старик мог переломить её пополам, но всё же оперлась на широкую ладонь. Первый перетащил её на другую сторону совсем не прилагая усилий.

– Разлом выбросил нас уже внутри атмосферы, а такая махина… Мы просто не успели восстановить управление, так что корабль вошёл в горный хребет на малому ходу. Большая часть экипажа погибла сразу, остальные продержались дольше, правда, мы продолжали биться с захватчиками. В итоге кто-то умер от ран, кто-то прожил ещё десятки циклов, а потом я остался один.

В пустом коридоре эти слова прозвучали особенно тяжело. За одной из переборок лежал раздавленный шлем, возле другой из-под белого мха торчал край почерневшей пластины брони, и теперь корабль окончательно перестал казаться убежищем.

Он был кладбищем.

– А как же вы? Почему выжили? – спросила Ирис, припадая на левую ногу, но стараясь не отставать от его широкого шага.

Мужчина остановился перед покосившейся дверью, на которой всё ещё слабо бликовал красный символ блокировки. Он повернулся к наёмнице, и в его глазах отразился холодный росчерк энергии.

– Скажем так, это заслуги моего собственного Аспекта, развитого ещё давным-давно. – покачал головой тот. – К тому же после появились Бг’лорги. Эти маленькие ребята помогали совсем не сойти с ума. Я же защищал их от крупных хищников и иногда уничтожаю тех, кто все ж таки сошел с ума. Но даже так мои силы не вечны. Каждый день я трачу больше, чем могу восполнить.

Он приложил огромную ладонь к сенсорной панели, которая ещё работала, запитанная откуда-то снизу. И древний механизм внутри шлюза тяжело провернулся, выпуская струю воздуха в сторону, после чего гермодверь медленно поползла, открывая проход в просторный полутёмный сегмент, когда-то служивший исследовательской лабораторией.

Ирис сделала шаг за порог и тут же замерла, судорожно вцепившись пальцами в край дверного проёма. Помещение было огромным и круглым, с высоким куполообразным потолком, сквозь трещины в котором можно было увидеть следующие ярусы и слабые лучи света. А вот в самом центре зала, на массивной вертикальной станине из тёмного сплава, висел Алекс.

Его руки были разведены в стороны и намертво зафиксированы тяжёлыми магнитными зажимами. Толстые цепи из блокирующего сплава уходили к несущим балкам, такие же крепления удерживали лодыжки и пояс, полностью лишая возможности пошевелиться. Голова бессильно опустилась на грудь, светлые волосы слиплись от крови, пота и грязи, поэтому в полумраке казались почти серыми, а кожа приобрела мертвенный оттенок.

Но сильнее всего взгляд притягивал левый бок, чуть ниже сердца. Металлического тубуса там больше не было, вместо него осталась глубокая рваная рана с обожжёнными краями. Кровь давно запеклась на порванной одежде и удерживающих ремнях, а ткани вокруг отверстия запечатали такие же медицинские нити.

Сам цилиндр, сделанный Кузнецами, лежал неподалёку на специальной стойке, опутанный тонкими диагностическими кабелями. Синие индикаторы то загорались, то гасли, а внутри металла временами проходила слабая дрожь. Ирис не могла понять, что это было, однако от каждого взгляда на устройство внутри всё сжималось.

– Алекс, к-командир! – позабыв об осторожности, сломанной ноге и присутствии опасного представителя Империи, Ирис рванулась вперёд, протягивая руки к висящему на цепях человеку.

Но она не успела сделать и двух шагов. Тяжёлая, твёрдая как стальная плита ладонь легла на плечо и остановила девушку с такой лёгкостью, словно та весила не больше его плаща.

– Стоять. – в голосе Первого прозвучал металл, не терпящий возражений. – Не смей приближаться к нему, если тебе всё ещё дорога жизнь.

– Пустите меня, ему же надо оказать помощь! Что вы с ним сделали и зачем заковали⁈ – Ирис яростно задёргалась в железном захвате, сама не понимая, почему вообще хочет помочь этому примитиву. А её серебристая кожа пошла яркими синими пятнами от гнева и бессилия. – Он спас меня, я обязана ему помочь!

– Я этого и не говорил. – спокойно ответил мужчина, не ослабляя хватки. – Я извлёк устройство. Интересная разработка, её обсудим потом, но оно так тянуло энергию, что ещё немного, и спасать было бы уже нечего. Заковать его пришлось потому, что разум сейчас почти не отвечает, вместо него там одни инстинкты.

Ирис мгновенно затихла, когда воспоминание о поляне, чёрных глазах без единой искры узнавания и пальцах, сжимавших её горло, ледяным душем пролилось на гнев. Она помнила и другое, ту холодную волну чистой силы, которая одним приказом отключила тело, не оставив даже возможности сопротивляться.

– Снять блокировку сейчас, это значит снова отдать тело разрушающим инстинктам. – продолжил Астерион. – В прошлый раз тебе повезло, очень повезло. Однако здесь пространства меньше, ещё пару таких выбросов и ты не переживешь, да и техника моя, старая, тоже не переживет.

– Он не хотел этого… – тихо произнесла Ирис.

– Да это я понял ещё в джунглях. Если бы разум исчез окончательно, в живых не осталось бы ни одного Бг’лорга. Этот, как ты его называла, человек, выбирал только тех, кто должен был потерять разум. А здоровых оглушал или отбрасывал, но не убивал.

– Тогда почему он напал на меня? – удивленно спросила девушка.

– Это не мудрено, ты шла за ним, кричала и пыталась приблизиться. Для любого раненого зверя этого достаточно.

– Он… он не зверь.

– Нет, сейчас именно зверь. – без раздражения ответил Первый. – Но это ещё можно исправить.

Ирис отвернулась, чтобы мужчина не увидел лица, однако прозрачная слеза всё равно скатилась по серебристой щеке и упала в пыль.

– Это всё из-за той мрази, которая вогнала устройство ему под ребра.

Пожилой Имперец ослабил хватку и убрал руку с её плеча, хотя остался достаточно близко, чтобы остановить любую новую попытку приблизиться.

– Я вижу разницу между безумием и защитным рефлексом. Именно поэтому он ещё жив.

– Ваши слова, господин Астерион, очень обнадеживают. – проговорила вкрадчиво наемница.

– О, ну это лишнее, я не нанимался тебя успокаивать. —он подошёл к стойке с цилиндром и провёл пальцами над мигающими индикаторами, после чего вновь заговорил. – Вытащить эту дрянь оказалось сложнее, чем я ожидал сначала. Основа устройства… странная, чем-то походит на тех ублюдков, но внизу метка Ордена Кузнецов. Оно умудрилось даже врасти в несколько энергетических сплетений. Однако больше всего меня заинтересовало другое. Внутри металла… находится какая-то странная структура, но с моим оборудованием не могу определить, что это такое. Ты в курсе? – обратился Первый к девушке.

– Нет, я ведь говорила. – Ирис подняла глаза на собеседника. – Сама не так давно с ним познакомилась, при не очень приятных обстоятельствах.

Мужчина горько усмехнулся, но не показал, что расстроен, словно ожидая такого ответа.

– Когда-то, будь корабль исправен, или хотя бы работай медицинский комплекс… можно было бы узнать, а так, так будем ждать, пока Алекс сам поделится с нами. – Первый сделал шаг к человеку, скрещивая руки на груди и некоторое время изучал его бледное лицо, рану и тёмные жилы, проступавшие под кожей.

– Кстати, он понимает общегалактический язык?

– Тут тоже не уверена. – честно призналась Ирис. – На Земле мы говорили на его языке, но сам Алекс быстро учится. Правда я ничего не гарантирую.

Пожилой Имперец, услышав такую характеристику, недоверчиво прищурился.

– Ты уверяешь, что этот человек – выходец из неразвитого мира, который совсем недавно узнал о существовании других цивилизаций? – приложил мужчина пальцы к подбородку и хмыкнул. – Вот только его силы совсем с этим не вяжутся.

– Мне тоже показалось, что он слишком сильный для примитива… – задумчиво прошептала наемница.

– Вот о том и речь, ты, как уроженка Урэньи и сама знаешь, что пси пробуждает то, что есть внутри. Оно не может создать наследие из ничего. Когда тело во время восхождения принимает энергию Изнанки… в общем это совершенно ненормально для вида, куда только-только пришла сила.

– Я бы вообще сказала, что этот индивид плохо вписывается в слово «обычный».

– Вот, наконец-то разумная мысль. – поднял палец вверх тот. – Либо Земля совсем не та глухая планета, какой кажется на первый взгляд. Либо… либо даже не знаю. Но мне очень хочется это узнать.

Ирис открыла рот, собираясь что-то сказать, вот только ей это не дали. По лаборатории прошёл тяжёлый вибрирующий гул, от которого мелкая пыль на полу взметнулась вверх и закрутилась в крошечные смерчи. Магнитные цепи, сковывавшие конечности Алекса, внезапно зазвенели от колоссального напряжения, металл заскрежетал, покрываясь сетью ярких искр.

Голова парня резко поднялась, и светлые волосы откинулись назад, открывая бледное лицо, сведённое судорогой. Глаза оставались закрытыми, однако из полуоткрытого рта уже вырывалось низкое утробное рычание, от которого задрожали кабели на стойке с цилиндром.

– Назад! – приказал Первый, мгновенно перекрывая Ирис дорогу.

Вокруг рубцующейся раны вспухли чёрные вены, по которым прошёл золотисто-оранжевый свет, а поверх кожи протянулись тонкие нити антрацитового пламени. Энергия собиралась вокруг человека плотным слоем и давила на пространство, отчего из трещин посыпалась какая-то крошка.

Ирис почувствовала знакомое давление и у неё внутри все наполнилось прохладой. Кажется, ярость, спящая до этого момента внутри Алекса, вновь проснулась. Девушка сделала рефлекторный шаг вперёд, и этого движения оказалось достаточно. Из всех живых существ в зале именно она находилась ближе остальных к его телу.

Над правой рукой Алекса начал сгущаться воздух. Золотисто-оранжевое свечение вытянулось, вокруг него закрутились темные прожилки, формируя длинное древко и острый наконечник. Копьё вышло идеально ровным, с ослепительным плазменным ядром и чёрным пламенем по краям. От чудовищного жара пыль вокруг станины вспыхнула и моментально превратилась в пепел, пока металл под ногами стремительно темнел.

Копьё сорвалось с пугающей скоростью, Ирис попыталась отступить, но повреждённая нога подломилась, так что она успела только увидеть направленный в грудь наконечник и понять, что уклониться уже не получится.

Первый оказался перед ней раньше, чем наёмница моргнула. Один шаг, резкий разворот корпуса и раскрытая ладонь. В воздухе вспыхнул плотный щит энергии, покрытый сложной вязью каких-то рун.

Раздался сокрушительный взрыв.

Копьё врезалось в барьер и разлетелось миллионами раскалённых искр, стены древнего линкора содрогнулись, а где-то наверху с грохотом рухнула тяжёлая панель. Первый не отступил, хотя к его удивлению, ему пришлось частично компенсировать этот удар.

Спустя несколько мгновений давление исчезло так же быстро, как и появилось. Последние частицы копья рассыпались огненной пылью, и в лаборатории повисла звенящая тишина. По руке мужчины от запястья до локтя тянулись тонкие линии поглощаемой энергии.

– Впечатляет… – произнёс Астерион, глядя на стянутого цепями Алекса с опасным, почти охотничьим интересом. – У этого человека действительно интересные силы, Ирис. Надо бы его разбудить, чтобы пообщаться.