Текст книги "Земля: Выживание. Том IV (СИ)"

Автор книги: Михаил Ран

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 16 страниц)

Но одна тема висела в воздухе тяжелым, свинцовым облаком. Я чувствовал это напряжение. Видел, как бегают их глаза, когда я замолкал. Как они переглядываются, словно не решаясь на что-то. И как взгляд мамы постоянно скользит к вещам у противоположной стены.

– Где Артем? – наконец решил спросить прямо, глазами прожигая Алису и Маму. От чего те быстро отводили глаза в другую сторону.

Комната мгновенно погрузилась в тишину. Радость встречи сдуло, как пепел ветром.

– Его здесь нет, Саш. – тихо сказала сестра. Ее голос стал совсем взрослым, сосредоточенным.

– Я это вижу. Где он? Мне сказали, что он куда-то там вступил.

– Тут приходили твои друзья, как они представились. – кивнула мама, глядя в собственные руки, сложенные на коленях. – Хорошие такие ребята. Девочка такая… странная немного, заикается, но глаза очень добрые. И мужчина этот, Нюхач… вроде бы. Вежливый. Они пришли недели две с половиной назад. Сказали, что ты просил нас найти, но теперь… Они не знали что с тобой стряслось. Однако, их уверенность в том, что ты жив – заражала и нас. – улыбнулась под конец женщина.

– И? – подтолкнул с долей удивления. Очень неожиданно слышать, что ребята не забыли про мою просьбу. Значит, они тоже где-то тут.

– Мы ещё встречались с ними раза четыре. – продолжила Алиса. – Ждали, переживали. Артем… так вообще, он с ума сходил. У него не получалось просто сидеть на месте. Тем более когда нам надо было устраиваться. – сестра сильно сжала ладони, да так, что было видно, как ногти оставляют глубокие следы в коже. – В общем он пошел в этот специальный отряд, который сформировало местное руководство. Что-то связанное с одаренными, как я поняла из нашего разговора.

Внутри мелькнуло нечто странное, как если бы сквозь все тело поднималась холодная волна тревоги.

– И они ушли?

– Десять дней назад. – выдохнула мама, голос ее предательски дрогнул. – Артем собрался за один вечер. Я не хотела его пускать, но эта конспирация… – было заметно, как у неё на глаза снова наворачиваются слезы. – Сашенька, я в ногах валялась! Говорила: куда ты, сынок, один пропал, теперь ты? Отца нет, еще и ты уйдешь?

При словах: «Отца нет», меня словно ледяной водой окатило. Я замер. Я так боялся задать этот вопрос, откладывал его, заслонял мыслями об Артеме, но больше тянуть было нельзя.

Посмотрел на маму. Она моментально закрыла лицо руками и беззвучно тряслась.

Пришлось перевести взгляд на Алису. Сестра сидела прямо, бледная, сжимая губы в тонкую нитку. В её глазах было видно отражение того кошмара, который им пришлось пережить.

– Где папа? – спросил глухим, чуждым голосом.

Алиса сделала глубокий вдох, как обычно делают перед прыжком в студеную воду.

– Папа не дошел, Саш. Его нет.

– Он погиб? – спросил, чувствуя, как внутри обрывается нить.

– Хуже. – прошептала сестра. Она наклонилась ко мне через стол и взяла меня за руку. Её пальцы были холодными. – Когда мы убегали… с прошлой станции, прямо на выходе на нас напали. Люди. Было темно, суматоха, крики. Папа прикрывал нас.

Она сглотнула, в горле у нее стоял ком.

– Что дальше? – схватил её руки, в надежде, что она расскажет как можно быстрее.

– Он начал меняться. – выдавила она, глядя мне прямо в глаза. В её взгляде был ужас, который навсегда поселился там. – Кожа стала синей, глаза налились кровью. Кости начали трещать и… расти. Он кричал, Саша. Кричал, чтобы мы бежали. Чтобы мы уходили… а он прикроет.

Так и не заметил, как мои ногти впивались в ладони, раздирая те до крови.

– Он превратился. – констатировал я факт.

– Да. – едва слышно ответила она. – В монстра. Он кидался на противников, рычал, разрывал их на части. А потом скрылся где-то внизу самой станции.

В комнате повисла гробовая тишина. Только всхлипы мамы нарушали её.

Отец. Мой отец, который учил меня, который всегда был скалой, опорой… Превратился в сиарха. Человек, который не смог перенести возвышения.

Я почувствовал, как тьма внутри меня поднимает голову. Это была не просто ярость. Это была черная, густая ненависть. К этому миру, к случившемуся. К тому, кто вообще все это инициировал.

– Алекс… – голос Вейлы был нежным, но внезапным, как удар хлыста. – Будь осторожнее, ты можешь задеть их пси. Возьми себя в руки. Немедленно.

Я сделал глубокий вдох, заставляя энергию вернуться в основные центры. Сейчас это стоило титанических усилий.

– Значит, папы больше нет. – добавил мертвым голосом. – А Артем ушел на юг десять дней назад и от него нет вестей.

– Да. – кивнула Алиса, вытирая слезы. – Рация молчит. Мы каждый день слушаем. Тишина. Саш… я боялась, что мы потеряли всех мужчин в этой семье.

Встав со своего места, подошел к маме, опускаясь перед ней на колени и обнимая. Она вцепилась в меня, похожая на человека, который не умеет плавать и прямо сейчас тонет.

– Не всех. – жестко сказал на её заявление, глядя поверх головы в сторону сестры. – Я здесь, и я найду Артема.

– Ты пойдешь за ними? – спросила Алиса, с небольшой долей страха в глазах.

– Пойду. Но сначала мне нужно поговорить с Марковым. Узнать, что именно тут происходит.

Я чувствовал, как внутри меня формируется новая цель. Холодная и ясная. Найти брата. Найти друзей. И, если придется, найти ту тварь, в которую превратился мой отец… подарить ему покой.

– Мам, Алиса. Слушайте меня внимательно. Я сделаю все, чтобы найти Артема. Не волнуйтесь, я вытащу его хоть с того света. Но мне нужно, чтобы вы были сильными. Вы – наш тыл. Если я буду знать, что вы здесь рыдаете и опускаете руки, то у нас может ничего не получиться. – пробовал хоть немного их приободрить.

Мама подняла на меня заплаканное лицо. В её глазах, сквозь боль, проступила та самая холодная сталь.

– Саша, ты уверен? Ты же только пришел… – сказала она.

– Я вернусь. – пообещал ей. – И не один. Тем более, что я тоже, одаренный. – материализовал рядом с собой ледяные и огненные иглы, получая пару шокированных, удивленных взглядов.

За стенами комнатки гудело метро, полное людей и неизвестного. А во мне, кажется, просыпался самый страшный зверь. Имя которому месть. И надежда. Жгучая смесь, которая заставляет идти вперед, даже когда нет никаких сил.

Глава 9

– Во славу Первых, Командор! – отсалютовал один из бойцов штурмовой группы Ордена Пламени Первых. Его тяжелый доспех, покрытый сложной гравировкой, и защитными модулями, был забрызган чужой кровью и копотью. Боец резким движением стряхнул с наплечника дымящийся, оплавленный кусок чьей-то плоти, словно это была просто налипшая грязь, и встал прямо напротив.

– Во славу. – кивнул в ответ Альберт, однако его взгляд был прикован не к собеседнику.

Командор сделал короткий, почти небрежный жест рукой в сторону, как если бы отмахивался от назойливого насекомого. В тот же момент, атмосфера в коридоре станции сгустилась, задрожав от концентрации энергии. Прямо напротив, в метре над искореженным металлическим полом, зависла фигура одного из последних вражеских бойцов.

Тот хрипел, его конечности были неестественно вывернуты в разные стороны под чудовищными углами, и частично прижимались к торсу невидимым прессом. Щиты несчастного давно выдохлись, а костюм повышенной защиты трещал по швам, не выдерживая чудовищного внешнего давления.

Альберт медленно сжал пальцы в кулак.

Раздался влажный, отвратительный хруст, заглушивший вой сирен аварийной тревоги. Тело противника смяло, как пустую консервную банку, превратив в бесформенный ком из металла и органики. Командор разжал руку, после чего останки с глухим стуком рухнули на пол.

Альберт устало выдохнул, чувствуя, как медицинские импланты вводят корректирующую дозу лекарственных препаратов в кровь. Это помогло скинуть боевое напряжение, которое сейчас уступало место для привычной ноющей боли в висках.

Он снова был на передовой.

Несмотря на высокий ранг, на статус Командора и ответственность за собственный флот, мужчина не мог сидеть в командной рубке флагмана, когда его бойцы шли в самое пекло и гущу сражения.

Это была его сила. И одновременно было его проклятие.

За такие поступки он, как правило, частенько получал нагоняй от Листуры. В её глазах командир должен быть стратегом, двигающим фигуры на доске, а не самой фигурой.

Однако, Альберт знал, солдаты идут охотнее за тем, кто сам не боится запачкать руки в крови врага. И молчаливые, полные ненависти взгляды противников перед смертью были лучшим подтверждением его правоты.

– Командор, ближайшие секторы к командному отсеку зачищены. Какие будут приказы? – пробасил подошедший здоровяк.

Это был Верховный Ротарх Крог, командир третьего десантного полка. В своем штурмовом экзоскелете он возвышался над Альбертом на две головы, напоминая ожившую осадную башню, картины которых висят в совете. Приводы его брони тихо жужжали, представляя собой симфонию происходящей бойни.

– Все огневые точки противника в сопряженных коридорах подавлены. – продолжил доклад Крог, пока медики сновали туда-сюда между лежащих тел, проверяя среди них своих и чужих. – Раненых стабилизировали и отправили шаттлами на «Ленсу» и «Ультурру». Вместе с нашими павшими братьями. – здоровяк склонил голову, в беззвучном жесте, отдавая дань памяти погибшим. – Наши потери минимальны. Во славу Первых!

– Хорошая работа, Ротарх. – голос Альберта был сухим, лишенным привычных эмоций. Он перешагнул через дымящийся остов охранного бота и подошел к терминалу управления шлюзом. – Что по внешнему периметру?

Здоровяк, несмотря на весь грозный вид, замялся на пару мгновений, сверяясь с данными на тактическом блоке, встроенном в его шлем.

– Амбр передавал, что фиксировали возмущения полей гиперпространства. Есть движение на трассах с противоположной стороны системы. Сигнатуры неясные, но их много. Очень много.

– Принял. – Альберт нахмурился. Это не входило в первичный анализ, из-за чего задача становилась на порядок сложнее. – Что относительно пленных?

– Захвачена пара офицеров. И один технический специалист узкого профиля. Он отвечал за настройку контуров по резонансу с энергией. – ответил Крог, кивнув в сторону бокового отсека, где двойка бойцов штурмового подразделения ставили на колени связанных пленников. – Командир станции, как и ближайшее его окружение, пытались скрыться, но их сожгли ещё в самом начале.

– Отправить живых на флагман, пусть займутся допросом. Нам нужны все сведения, которые мы только сможем от них получить. Особенно интересно, откуда тут вообще взялась неучтенная станция, прямо на границах нашей территории.

– Будет исполнено, Командор. – козырнул Ротарх, что-то передавая собственным подчиненным.

Альберт с какой-то меланхолией выдохнул, сегодня все пошло через задницу. Но даже так, он не показывал этих чувств подчиненным, и просто прошел дальше, в сторону огромного панорамного обзорного окна, которое чудом уцелело во время штурма этого коридора.

Специальный материал, усиленный углеродными решетками, имел толщину, приблизительно в полметра. Он целиком был покрыт копотью от близких разрывов гранат и подрывов ботов, но даже так, сквозь него все еще можно было разглядеть бездну.

Перед ним открывался вид, который захватывал дух даже у бывалых вояк.

Космос пылал.

Вокруг станции, похожей на гигантского металлического спрута, обвившего несколько крупных астероидов, кипел бой.

Флот Командора разрывал соперников с необъяснимой даже для себя жестокостью. Хищные тяжелые крейсера, украшенные эмблемами Империи на острых бортах, обменивались залпами с громоздкими платформами защиты, и остатками тяжелого ордера охранения станции.

В безвоздушном пространстве не было звуков, эта тишина делала картину еще более жуткой. Безмолвные вспышки взрывов расцветали ослепительно-белыми и оранжевыми цветами. Лучи лазеров и плазменные сгустки прочерчивали тьму, словно неоновые росчерки безумного художника.

Альберт приложил руку к холодной поверхности, активируя нейроинтерфейс связи.

– Амбр, докладывай. Мне сообщили, что есть проблемы.

Голос ответственного за операцию прозвучал в голове чисто, без помех, как если бы тот стоял рядом. – Командор. Защитники будут уничтожены в ближайшее время. Все основные батареи подавлены, остался только контур метеоритной защиты. – спустя половину вдоха, он продолжил. – Но с постов аэстов, действительно, поступает тревожная информация. Неопознанные сигнатуры идут к нам в гости. Расчетное время выхода из гипера – три малых цикла.

Альберт видел, как один из крупных кораблей противников, получив прямое попадание в отсек двигателей, потерял добрую шестую часть собственного корпуса. Беззвучная вспышка озарила обзорную палубу, на мгновение высветив жесткое лицо Альберта.

– Это подкрепление Таронцев или кого-то похуже? – спросил он.

– Мы не можем опознать. – в голосе Амбра проскользнула нотка неуверенности, что случалось с ним очень редко. – Анализ показывает наличие совокупности нескольких технологий, включая часть органических, которые используют Таронцы. Если говорить прямо, с вероятностью в девяносто процентов, это будет их флот.

Альберт сжал зубы. Хуже придумать что-то сложно. Доклад был направлен в Адмиралтейство ещё до прыжка в эту систему, но раз никакого ответа не поступило, как и не появилось поддержки, значит там были заинтересованные лица в том, чтобы он дошел позднее. В совокупности, происходящие волнения намекали на новое разжигание горнила войны.

– Слушай мою команду, Амбр. – голос Альберта был тверд, как гранитная плита, перекрывая нарастающий гул тревоги внутри станционных помещений. – Блокировать потенциальные точки выхода в реальный космос. После первого предупреждения, если неизвестные не выключат силовые установки, сразу же уничтожайте неприятеля.

– Принято, Командор. Но их очень много. Может получиться, что всю территорию контакта не охватим. – отозвался капитан периметра. На фоне его голоса слышались четкие, отрывистые команды других офицеров, расположенных на мостике «Ультурры».

Командор не стал дожидаться окончания доклада, понимая, что это скорее было размышление в слух его подчиненного. Поэтому он просто оборвал связь, продолжая двигаться вглубь захваченного комплекса.

Вокруг него суетились бойцы штурмовых подразделений, проверяя ответвления и ликвидируя остатки сопротивления. Кто-то добивал автоматических ботов, кто-то подрывал турели, а другие, прямо по ходу движения взламывали переборки.

Но Альберт не обращал на это никакого внимания, понимая, что ему ничего не угрожает, он шел сквозь хаос боя, словно ледокол. Его цель была не здесь, в помещениях, залитых охлаждающей жидкостью и кровью, а несколько дальше.

У него было чувство. Ощущение зова. Мерзкое, липкое, вызывающее тошноту на ментальном уровне. Словно тысячи голосов шептали одновременно, сливаясь в единый стон боли. Изнанка что-то хотела ему сказать, но, как всегда, делала это по-своему.

– Крог! – рявкнул Альберт, не оборачиваясь. – Возьми своих ребят, и удерживайте ближайшие проходы. Ни один противник не должен пройти в эту зону. Остальные идут за мной. Мы двигаемся в центральный сектор местного командования.

Отряд бегом двинулся по широкому коридору, ведущему к их цели. Станция, которую терзали взрывы, была одной из самых старых разработок Федерации, еще тех времен, когда пузырь по размерам составлял лишь пятую часть от текущего объема. Но сейчас было заметно, что прошедшие циклы не прошли даром. Потому что она была слишком хорошо модернизирована.

Повсюду виднелись следы технологий, которые принадлежали не одному виду и не одной расе. Они варьировались от классических, универсальных, и общепринятых в их сегменте. И заканчивались Имперскими, которые тут никто не ожидал увидеть.

Толстые кабели, похожие на пульсирующие вены, прорастали сквозь металл панелей. Экраны терминалов светились не привычными синими и светлыми оттенками, а болезненным фиолетовым светом режущим глаз.

Пока Альберт шел в нужном направлении, он продолжал наблюдать за тем, что происходит снаружи. Сквозь прозрачные и панорамные окна, сделанные из какого-то причудливого материала, в глаза бил отблеск света, падающий со стороны кораблей его флотилии.

Те, выстраиваясь в походный ордер, направлялись в сторону предполагаемого выхода противника из гиперпространства. А остатки москитного флота, росчерками плазмы выжигали челноки, которые пытались сбежать из пылающего ада, не выполняя приказы о сдачи.

Командор сжал кулаки так, что рядом с пальцами заскрипел воздух от уплотнения энергии. Каждый остов Имперского корабля, проплывающий мимо, говорил о гибели членов его экипажа. И даже если не всех, а только лишь части… это все равно отзывалось в нем глухой болью. За циклы, которые он был на службе, ему так и не удалось привыкнуть равнодушно относиться к гибели своих боевых соратников.

– Держитесь, ребята. – прошептал мужчина в пустоту. – Просто дайте нам ещё немного времени.

Они добрались до массивных гермодверей, ведущих в помещение командного уровня. Электронный замок, расположенный сбоку, был расплавлен, стекая аморфными каплями пластика вниз. От чего толстая дверь с невиданным упрямством не поддавалась.

– Вскрыть. – коротко приказал Альберт.

Двойка бойцов налепила на стыках заряды повышенной мощности. Следом за чем раздался короткий взрыв и тусклая вспышка, после чего многотонные створки с грохотом рухнули в другую сторону.

Из открывшегося прохода, резким перепадом давления, вытянуло смрадные потоки дыма, перемешанного с чем-то едким. От них едва ли спасали фильтры костюмов, не без труда справляясь со своей задачей. Запах гниющей плоти, серы и биологических жидкостей, захватывал новых гостей с головой.

Альберт шагнул внутрь самым первым, моментально активируя вокруг себя барьер из энергии, замирая на одном месте. Сейчас это был не командный центр. Скорее, он выглядел как какая-то мясорубка, или животная ферма пополам со скотобойней.

Огромный зал, уходящий многогранным куполом вверх, был заставлен рядами прозрачных цилиндрических капсул. Сотни, а может и тысячи емкостей, уходящих в самый их центр.

Внутри каждой из них, в мутной, желтоватой жидкости, плавали тела. Среди них легко угадывались представители Первых, Таронцев, Кайронцев, да и других рас, включая несколько экземпляров, казалось бы давно пропавших с радаров, либо вообще вымерших.

К голове каждого из них, как и к конечностям, были подключены десятки трубок и каких-то приборов. Некоторые пропускали сквозь себя свет, от чего легко можно было заметить струящуюся внутри жидкость.

Однако, самое жуткое было далеко не в центре зала.

Там, поодаль, стояла установка, напоминающая собой какой-то древний и гигантский алтарь, окруженный сложной системой линз и кристаллов-накопителей.

В фокусе этой системы висела гроздь камней. Кровавые, с черными и фиолетовыми прожилками, они пульсировали на причудливой частоте, то и дело меняя её тональность.

– Во имя Первых, что это такое… – выдохнул кто-то из бойцов за спиной Альберта. – Командор?

Тот медленно подошел к центральному терминалу.

О том что попало им на вид, ему приходилось только слышать и изучать в академии. Вот только… те данные, которые им показывали давным-давно, были слишком поразительно похожи на объект, расположенный сейчас прямо перед глазами.

Его пальцы быстро пробежались по голографической панели, вырывая из системы зашифрованные данные. Декодирование, конечно, займет время. Но даже так, Альберт догадывался о чем тут пойдет речь.

– Эта технология… – голос Командора звучал глухо, словно из подземелья. – Скорее всего речь идет о жертвенных камнях. – мужчина вывел данные на центральную сферу. – Команде техников, приказ: собрать все информационные накопители, и немедленно приступить к декодированию. – добавил он в конце.

Тем временем, на сфере мелькали какие-то цифры.

Коэффициент конверсии девяносто восемь процентов. Стабильность структуры пси-камня – восемьдесят семь процентов, статус удовлетворительный. Энергоемкость одного объекта класса «тридцать три» – достаточна для питания установки в течение одного большого цикла.

Альберт почувствовал как к горлу подкатывает едкая желчь. Вот почему прорыв давался им тяжелее, чем прогнозировали аналитические службы. Не было у них никакого технологического прорыва о котором шла речь последние циклы. Только лишь необычные, но запретные разработки давно минувших эпох.

Вот только не совсем ясно, откуда вообще у Таронцев данные об этих разработках, если они никогда не принимали активного участия в жизни пузыря. И в том конфликте.

Как-никак, но они жили крайне закрыто, за исключением особей, отвечающих за контакты с другими цивилизациями. А сейчас получалось, что для своих целей те использовали самый дешевый и самый страшный ресурс во вселенной – жизнь.

– Они превращают живых существ в энергию. – прорычал Альберт, в голосе которого чувствовался звон металла. Пси-поле вокруг мужчины сгустилось, заставляя ближайшее пространство искрить. – Чертовы монстры, надо было их спалить ещё в прошлый раз. А эти… – мелькнул его взгляд на один из лежащих трупов, принадлежащего к Первым. – Как они посмели примкнуть к врагу? Мало того, предатели, так ещё…

Неизвестно, собирался ли Командор добавить что-то к своей мысли, но в тот момент станция содрогнулась от мощного удара. С потолка посыпалась пыль и куски обшивки. Свет несколько раз мигнул, моментально переходя в аварийный режим, заливая всю округу кровавым сиянием.

– Командор! – очень своевременно зазвучал голос Амбра в шлеме. – Часть противника прорвалась с левого фланга. У вас не больше пары фаз до проникновения их десантных частей.

Альберт не ответил, лихорадочно думая, как доставить все это оборудование в Империю в виде доказательств. Единственное, что у них сейчас получалось, так это перенести данные и информационные блоки. Но даже с учетом этого, Сенат может просто не поверить в масштаб угрозы. И произошедшее просто спишут на мелкий пограничный конфликт.

– К-командор, установка активирована дистанционно! – крикнул один из техников, подрагивающим голосом.

Гроздь камней, возвышающаяся в самом центре, начала светиться ярче. Трубки, идущие к капсулам, запульсировали, перекачивая субстанцию. Тела внутри хаотично задергались.

– Они пытаются перегрузить систему. – понял Альберт. – Хотят взорвать здесь всё, чтобы замести следы. – Уходим! Бегом!

Но в этот момент одна из стен отсека, выходящая во внешний коридор, взорвалась внутрь. Металл брызнул расплавленными каплями.

В пролом шагнули фигуры. Это были гротескные гибриды, трехметровые существа, закованные в подобие био-брони, которая была частью их тел. Вместо рук у них были вживленные вибро-резаки, рядом с которыми можно было увидеть кинетические метатели. А вот лица скрывали гладкие маски без глаз.

– Защищать Командора! – взревел заместитель Ротарха, одновременно с этим открывая огонь из тяжелого вооружения по противнику.