Текст книги "Земля: Выживание. Том IV (СИ)"

Автор книги: Михаил Ран

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 16 страниц)

Глава 21

Получалось так, что это была не просто вибрация от сотен ног. Это был резонанс. Казалось, сам асфальт, бетонные стены зданий и даже спертый воздух начали дрожать в такт пульсации обода, принявшего вид диадемы над головой существа, расположившегося на кромке крыши.

Монстры не торопились бросаться в атаку с диким ревом, как это обычно бывало. Нет. Они начали движение в абсолютной тишине, шаг за шагом сжимая полукольцо. Это пугало и напрягало куда больше, чем их безумные вопли.

Дисциплинированная орда – оксюморон, ставший новой реальностью.

– Вейла… – я облизнул пересохшие губы, чувствуя вкус надвигающейся смерти. – Каковы наши шансы? Если я ударю и использую весь свой резерв? Снесу крышу к чертям вместе с этим ублюдком?

– Ноль. – безапелляционно ответила наставница. Это прозвучало так, как если бы трибунал озвучивал приговор отъявленному злодею. – Или около того. Ты смотришь на Псиарха, Алекс. Напомню, это командир, да, он среди всех порождений ещё низший, но командир. Его личный щит ты, может, пробьешь, если вывернешь себя наизнанку, но маловероятно что доживешь до этого момента. Тебя убьют раньше.

– Почему? Он стоит один. А мелочь помогут отсечь ребята. – попробовал поспорить, надеясь, что шансы на его упокоение все ж таки есть.

– И это забыл… – обреченно выдохнула девушка. – Он не один. За его спиной или в тени рядом, всегда, Алекс, всегда находятся глумеры.

Я сузил глаза, добавляя к собственному зрению энергию, что потихоньку входило в привычку, и давало максимум зрительной чувствительности. Но, как бы там ни было, либо моих способностей недостаточно, либо ещё что-то. Однако, скрывающихся противников заметить не удалось.

– У-учитель, т-там. – ткнула внезапно появившаяся Аня в сторону Псиарха пальцем. – Под н-ним.

И действительно, если присмотреться, рядом с силуэтом, и, что хуже, уже внизу, скользя по стенам, мерцали смазанные линии теней. Они никак не светились в энергетическом спектре. Так что обнаружить такое можно было в случае, когда сильно, очень сильно начинаешь всматриваться.

Эти фигуры были вырезаны из самого пространства, оставляя после себя лишь легкое искажение света, с нашей позиции похожее на марево, распространяющееся над горячим асфальтом.

Интересно, а как Ане удалось их обнаружить?

– Глумеры всегда рядом. – добавила Вейла. – А о способностях своей ученицы ты ещё успеешь подумать. Что сейчас будешь делать? – и в её голосе я уловил нотки искреннего интереса.

– Сколько их обычно рядом с Псиархом? – поинтересовался у девушки, пытаясь вспомнить, а затрагивали ли мы вообще эту тему в прошлое столкновение с ними.

– В районе пяти-шести, может быть больше, может быть меньше. Но уверена, что их не больше десяти. – дала расплывчатый ответ наставница.

Что ж, если брать по самому плохому сценарию, то у этого чудища есть около десятка тех смертоносных машин. Убить пару из них – проблема. А десять? Скорее всего, такое точно кончится моей смертью. Тем более, что остальная наша группа была измотана, да ещё и с раненными на руках.

Расклад хуже придумать было невозможно.

– Назад… – прошипел я, делая шаг к своим, не разрывая зрительного контакта с Псиархом. – Медленно отходим обратно к зданию и перемещаемся в холл.

– Там же тупик… – прохрипел Ворон. Кажется, он тоже чувствовал энергетическое давление, от чего руки мужчины, сжимающие автомат, сейчас были цвета форсунов.

– По крайней мере там есть стены. – без шуток и насмешек выдал в ответ. – На открытом месте нас гарантированно уничтожат за минуты, если не секунды. Глумеры уже здесь.

Кто такие глумеры Ворон спрашивать не стал. Ещё с самого начала заметил за ним некоторую «понятливость». А вот псиарх на крыше слегка наклонил голову, словно услышал наш диалог, явно недовольный тем, что мы ещё стоим и не склонили перед ним собственные конечности в умоляющем поклоне.

Никто из нас не заметил, как подкралась его ментальная атака. Она пришла тихо, беззвучно, похожая на тонкую, раскаленную до бела иглу, вонзившаяся прямо в лобную долю.

С таким знакомым посылом: «Умри!».

Сейчас была возможность в полной мере ощутить на себе, как работают эти сигналы. И, черт возьми, мне такое совсем не нравилось! То, что происходило, очень уж отличалось от моего предыдущего знакомства с менталистами.

– Агх! – я пошатнулся, выставляя ментальный блок, который мы тренировали с Вейлой. Пустота изнутри спешно распространялась, поглощая собой чужую волю, однако, удар был слишком сильный, от чего у меня из носа ручьем хлынула кровь.

За моей спиной глухо застонал Артем, приходя в промежуточное состояние, между сознательным и бессознательным. Аня упала на колени рядом, зажимая уши руками и беззвучно крича.

– Огонь! – заорал Ворон своим бойцам, понимая, что никаких переговоров не планируется.

Автоматы стоящих рядом залаяли короткими, злыми очередями. Пули, способные разорвать человека пополам, устремились к фигуре на крыше. Но за метр до цели они как будто попали в толстый слой смолы, внутри которой теряли убийственную скорость, превращаясь в обычные куски металла, то и дело дождем опадающих вниз.

Псиарх лениво махнул рукой.

И вся толпа мгновенно получила пинок.

Монстры сорвались с цепи. Сотни серых тел с вкраплениями синих, и редкими белыми тушами, хлынули на нас единой волной, сметая любые преграды на своем пути.

– В укрытие! Живо! – рявкнул в сторону команды, забывая обо всём.

Я выбросил руки вперед. Воздух перед нами начал изменяться, как и все, что было рядом. Какие-то куски начали стремительно замерзать, а какие-то, наоборот, вспыхивали подобно факелам.

Стена в виде пламени и льда выросла над асфальтом. Где-то она просто походила на колья, пробивающие первые ряды нападающих, а где-то сметала их во вспышках яростного огня. Визг, хруст костей, брызги мутной жижи – все заполонило территорию.

Но тварям было плевать, они не останавливались. Они просто продолжали нестись, не замечая разлагающихся и растворяющихся трупов своих собратьев.

– Справа! – крик Вейлы внезапно ввинтился в мозг.

Я не успевал повернуться. Но чувства были быстрее, завывая с той стороны, они фиксировали какую-то вибрацию в пространстве, буквально, в метре от Шныря, того самого разведчика.

– Ложись! – крикнул ему, посылая волну сырой силы, чтобы толчком откинуть его в сторону.

Парня отшвырнуло в обратном направлении невидимой для него силой. И ровно в том месте, где секунду назад была голова, воздух рассекли несколько длинных когтей, появившихся из ниоткуда.

Глумер.

Тварь вышла из своего ускорения не больше чем на секунду. Но все, кто был рядом, успели узреть его устрашающий облик. А сейчас, на безликой голове спиным нервом ощущалась насмешка. Хоть её и не было там видно.

– Получай, сука! – Кабан, стоявший поодаль, развернул пулемет в его сторону, пытаясь исполосовать мечущуюся из стороны в сторону тень.

Пули прошили воздух, выбив искры из асфальта и каменных обломков, но глумера там уже не было. Он растворился, исчез, чтобы появиться за спиной другого бойца.

Крик был коротким… и влажным.

Ещё один мужчина средних лет из группы просто осел на землю, судорожно хватаясь за горло, из которого фонтаном била кровь. Его голова неестественно свесилась набок.

– Саня! – заорал кто-то в панике.

– Не отвлекаться! – рыкнул Ворон, стреляя по набегающим ашенитам одиночными, экономя каждый патрон. – В двери! Быстро!

Мы пятились, отстреливаясь и откидываясь способностями. Как минимум довелось заметить ещё какое-то подобие энергетических лезвий, и пару маленьких барьеров янтарного цвета.

Я работал как проклятый, атакуя и создавая собственные защитные барьеры то рядом с собой, то рядом с ребятами. Иногда получалось сбить прыгающих сиархов снопом игл, иногда удавалось подловить их заморозкой земли прямо под ногами, чтобы замедлить этот поток смерти. Но их было слишком много, а сил слишком мало.

Сам кукловод текущего представления не атаковал напрямую. Он делал хуже. Он продолжал давить ментально стоя на одном и том же месте.

Под таким воздействием, чисто по ощущению, каждая моя способность требовала теперь вдвое больше усилий. Воздух стал вязким, как кисель. Мои мысли путались, а перед глазами плыли черные круги. Я чувствовал, как он щупает мою защиту, ищет брешь, чтобы просто выключить меня словно вольфрамовую лампочку.

Мы ввалились в разбитые двери библиотеки, откуда буквально не так давно выходили наружу. Просторный холл, где минут десять назад размещались люди, был усыпан битым стеклом.

– Баррикады! – скомандовал Ворон. – Кабан, держи вход! Шнырь, окна! Верба, помогай с ранеными, затащите их за стойку!

Бойцы подтаскивали тяжелые столы из дуба, сооружая жалкое подобие укрытия.

Я стоял у входа вместе с Кабаном, дыхание было пока в норме. А вот энергетические каналы слегка потряхивало, резерв таял похлеще мороженого в знойный день.

– Вейла… – мысленно обратился к наставнице, чувствуя, как сознание начинает плыть. – Понимаю. Нагло. Но мне нужен план. Прямо сейчас. Мне очень не хочется остаться здесь навсегда, думаю, как и тебе!

– Есть одна идея. – быстро ответила девушка. Голос её был напряжен до предела, но в нем чувствовался молниеносный аналитический процесс. – Но это опять на грани безумия и слабоумия.

– Да плевать, говори же!

– Слушай внимательно, Псиарх координирует их через ментальную сеть. Это чем-то напоминает обычную паутину, где он – паук, а они – его марионетки. – начала спешные объяснения Вейла. – Мы не сможем убить самого паука, он далеко и под охраной. Однако, ты можешь порвать паутину!

– Как⁈ Быстрее, они все лезут и лезут! – постарался поторопить девушку, которую неожиданно прорвало на театральные паузы.

– Резонанс. Вспомни наши тренировки, вспомни точку. Ты пытался пробить её силой. А теперь тебе надо сделать то же самое, только вместо одной плотной и большой точки, надо будет разорвать много маленьких нитей! Создай ментальный импульс, состоящий из белого шума, который ты обычно слышишь в рации. Это позволит забить их восприятие, и, скорее всего, на какое-то время ослепит Псиарха.

– А меня это не убьет? – уточнил у неё, с некоторым скепсисом. Звучало все очень просто, но на деле…

– Алекс, я не знаю. – донесся до меня ответ. – По идее не должно, просто вместо одного точечного посыла, ты направляешь его в пространство, по кругу. Мощность плюс-минус такая же, вот только площадь другая. Как и объекты воздействия. – закончила она, тут же неожиданно продолжая. – Но у нас нет выбора, у меня нет других идей.

Я оглянулся на своих.

Аня прикрывала раненых, было видно, как её руки дрожали от усталости, то и дело, норовя, выронить пистолет и клинок. Голова брата, бессознательно, выглядывала из-за стойки, его глаза были закрыты, а пена набегала на губы маленькими волнами. Тем временем недалеко от меня, Ворон менял магазин, с лицом, на котором была маска обреченности.

– Хорошо. Что делать? – принял для себя решение.

– Собери всю пси, которая есть, и, отправь её ментальным толчком. Как мы учились. Только тебе надо направлять ту не узким лучом, а разнонаправленной сферой, веером. Я помогу сфокусировать.

Такое было для меня в новинку, все ж таки сильно сомневался, что вообще захочется такое повторять когда-либо, но сейчас главное выжить.

Вход в наше укрытие не переставали штурмовать монстры, но к общей радости, из-за узкого входа, пока удавалось блокировать их прямо на пороге. Очень хорошо, что в дело ещё не вступили форсуны, которые могли с легкостью снести стены.

Кабан, чуть поодаль от меня, поливал проход и улицу за ним свинцом, пулемет в его руках раскалился, гильзы звенели по пыльному полу.

– Лезет, падла! – орал он, сбивая монстров с ног. – Жрите, твари! Вам нас не взять!

– Алекс, пора! – раздалось изнутри.

Я нырнул в себя. Глубоко. Туда, где пульсировал один из пси-центров. Зачерпнув энергию, сплетал её с самой сутью ментального формирования, наполняя то разным спектром эмоций, чтобы оно склеивалось хаотичным клубком.

Страх за брата, который с каждой секундой приближался к смерти буквально в паре метров от меня. Боль от потери дома. Ярость на этих тварей, превративших мой мир в скотобойню. Ненависть к врагу напротив, стоящему там, наверху, и считающему нас дичью.

Все эти чувства с неохотой, и сильным сопротивлением, скучивались в тугой, вибрирующий шар. И несмотря на то, что он требовал выхода, какого-то большого дискомфорта я пока не испытывал.

– Ещё! – командовала Вейла. – Мало! Нужно больше давления! Сжимай его плотнее. Сжимай сильнее!

Голова от её криков уже начинала побаливать. Да ещё и давление снаружи, от чего казалось, что череп сейчас спародирует спелый арбуз, упавший на землю.

В этот момент тень отделилась от колонны внутри холла, прямо за нашими спинами. Глумер. Он прошел мимо линии огня, проигнорировав стрелков, и метнулся к носилкам. Прямо туда, где была Аня.

– Аня, сзади! – крикнул ей, но мой голос утонул в грохоте.

Тварь занесла когти для удара. Девушка обернулась, её глаза расширились от ужаса. Она совсем не успевала защититься.

И я не успевал.

– Н-нет! – вырвалось из моих уст.

Между ней и Глумером неожиданно выросла массивная фигура. Кабан. Он бросил пулемет, у которого кончилась лента, и прыгнул наперерез врагу, закрывая собой девушку.

ХРЯСЬ!

Звук разрываемой плоти был слышен даже сквозь бой. Когти Глумера, длинные, изогнутые, вошли в широкую спину пулеметчика, пробив бронежилет насквозь и вышли из груди с другой стороны.

Кабан взревел, страшно, по-медвежьи. Кровь хлынула у него изо рта. Но он не упал. Он схватил неуловимую тварь своими ручищами, сжимая в мертвых объятиях, не давая уйти в ускорение и воспользоваться своей гибкостью.

– Попался… урод… – прохрипел он, глядя в бездонные прорези маски монстра.

Рука бойца метнулась к разгрузке. Щелчок чеки. Ещё один.

– ЛОЖИСЬ!!! – заорал он так, что каменная крошка под ногами задрожала.

Взрыв гранаты в замкнутом пространстве оглушил всех присутствующих.

А вот Глумера и Кабана разметало по холлу кровавыми ошметками. Я только и успел выставить рядом с собой барьер, чтобы тот не дал осколкам прошить мое тело на вылет.

Эта смерть стала последней каплей. Предохранители в моем мозгу сорвало.

Ментальный шар достиг критической массы. И больше контролировать его у меня не получалось. Скорее, наоборот, это он контролировал меня.

– А-А-А-А!!! – вырвалось из моей гортани.

Импульс вырвался наружу.

Мир исчез.

Исчезли звуки выстрелов, исчез запах гари после взрывов. Остался только белый, ослепляющий свет и звук. Высокий, пронзительный визг, разрывающий саму ткань реальности.

Я увидел, как в энергетических спектрах, ментальная волна, искажая воздух подобно взрыву вакуумной бомбы, вырвалась из меня во все стороны. Она прошла сквозь стены, сквозь тела монстров, сквозь само пространство.

Эффект был моментальным.

Ашениты, лезущие в окна, вдруг замерли, опадая на землю, и хаотично забились в конвульсиях, раздирая себе лица когтями, как если бы пытались выцарапать из головы этот звук. Сиархи, вместо того чтобы атаковать, набрасывались на соседей, будто именно это могло спасти их от творящегося хаоса.

Связь прервалась. По крайней мере мне казалось, что контроль над низшими исчез. Единая армия превратилась в банку с бешеными пауками.

Даже Псиарх на крыше… я почувствовал это сквозь пелену боли. Он пошатнулся. Его фиолетовая аура болезненно задрожала, с каждой вибрацией затухая сильнее и сильнее. Мой «белый шум» подействовал. Он был ослеплен. Оглушен хаосом, который удалось влить в его упорядоченную сеть.

– Алекс, сейчас! – голос Вейлы звучал как сквозь толщу воды. – Уходим! В пол! Там, где был взрыв, под завалом есть выход в канализацию, который мы не заметили!

Я попытался поднять руку, но это выходило паршиво. Такое ощущение, что вместо неё поднимал легковушку, да ещё и груженую. Одновременно с тем из глаз текли слезы, смешанные с кровью.

Мир вращался.

– К-ко мне… – просипел, падая на колени. – Все… ближе…

Ворон, шатаясь, подтащил Аню, которая была в шоке, забрызганная кровью Кабана. Шнырь и Верба волокли носилки.

Я собрал остатки… пси, тянулся и к той, что была разлита в самом воздухе. Кулак, объятый тусклым, умирающим свечением, ударил в треснувшую древесину, на кончике, делая выброс сил внутрь.

– Вниз!

Пол под нами взорвался.

Старые перекрытия не выдержали направленного удара. Мы провалились в темноту подвала, сопровождаемые облаком пыли и обломков.

Удар о землю выбил из меня дух.

Где-то наверху ревели монстры, и по звукам, доносящимся до нас, они продолжили убивать друг друга. Но это было не на долго. Псиарх явно опомниться в ближайшее время.

Здесь, внизу, было темно и сыро. Попытки встать полностью провалились, ноги отказывались двигаться и слушать команд от мозга. Темнота перед глазами сгущалась, превращаясь в черный туннель. Звуки становились тише, словно кто-то выкручивал громкость на минимум.

– Учитель! – крик Ани доносился словно с другой планеты.

Я чувствовал, как меня хватают сильные руки. Ворон? Шнырь?

– Тащите его! Живо! – дошел до меня чей-то голос. – Пока твари заняты! В коллектор! Не останавливаться!

Меня волокли по какому-то коридору. Ноги бились о камни, но я почти не чувствовал боли. В голове пульсировала одна мысль: «Мы ушли. Мы смогли».

А потом свет погас окончательно.

Глава 22

Темнота была не пустой, вокруг то и дело проплывали вибрирующие сгустки энергии. На первый взгляд они были один в один похожи друг на друга. Но если присматриваться, каждый из них слегка отличался в деталях. Они проходили сквозь меня, скрываясь внутри моего тела?

Нет, тела не было… где оно? Где мое тело? Ведь сейчас я тоже больше всего походил на сгусток, поглощающий другие пучки, растворяющиеся бесследно внутри.

Так, не думая о случившемся, я и продолжал плыть, то взмывая ввысь, то снова ныряя к самому дну. Не было у меня ощущения времени, не было и ощущения пространства. С каждым толчком вперед, все больше убеждался, что мое тело вообще мне не принадлежало.

– … быстрее! Верба, держи ноги, да прекрати же ты их ронять! – голос мужчины. Глухой, искаженный, словно доносящийся до меня с противоположной стороны зеркала.

Как же его там звали, Ворон?

– Он горит, командир! – кричала в ответ женщина. В отличие от мужчины, она вот-вот была готова сорваться на визг, от чего мне очень хотелось напихать ваты в свои уши. Но ушей то не было… – Вы разве не чувствуете? От него жар идет, как от печки!

– Плевать! Главное дотащить, там помогут… там помог…

Шуршание камней под сапогами бегущих людей, плеск воды, остающийся позади. И всепоглощающий запах канализации, резкий, аммиачный, перебивающий любые приятные ароматы.

Все это перемешалось в один большой мазок кистью на холсте.

Я хотел сказать им что-то в ответ, попробовать убедить, что все в порядке. Что я просто устал, и на самом деле, что сейчас мне многократно лучше. Особенно парить в бескрайнем ничто.

Но язык… был чужим? А вообще, был ли язык? Потому что из всех ощущений, до которых у меня получалось дотянуться, и действительно испытать, единственным, пожалуй, было «теплота».

– Алекс, держись за мой голос… – шелест Вейлы. Тихий, почти неразличимый. – Не смей разжимать свою волю, держись, держись за себя! Если отпустишь, то мы растворимся…

– Я держусь… – мысленный ответ прошел крайне вяло, чем-то напоминая собой осеннюю муху, готовую в любой момент свалиться на землю.

За этим последовал очередной провал, и темнота, меняющаяся серым туманом.

Дальше время ускорило свой ход, пока за ним, следом, не пришла вибрация. Мелкая, противная дрожь, от которой стучали зубы.

Зубы?

Я чувствовал, как меня куда-то везли, а под спиной неприятно скрипели колеса каталки.

– Дорогу! Расступитесь! Тяжелый! – отскакивали рваные слова от стен в узком коридоре.

Яркий свет ударил по закрытым векам, пробиваясь даже сквозь то ничто, где находилось сознание. Красные вспышки, оставляющие после себя мечущиеся блики… раздражали.

– Пульс нитевидный! Давление… падает!…готовьте реанимационные действия!

– Не-ет! – знакомый голос. Ученица? Но почему она так зла, почему она так отчаянна? – Не в-везите его в о-общую! Это ему не пом-может!

– Девочка, отойди! Ты мешаешь! – огрызнулся безликий в ответ.

– Вы не понимаете! Е-ему не нужен адреналин, ему нужны источни-ики! К-кристаллы! Где ч-чертовы кристаллы⁈

Я чувствовал её руку на своем запястье. Тонкие, холодные пальцы сжимали мою ладонь с такой силой, что, казалось, у неё получится оставить синяки.

Но даже так, от этого было приятно внутри. Потому что её прикосновения имели больше жизни, чем вся окружающая суета. А если ещё судить по легкому покалыванию, девушка пыталась поделиться крохами собственной силы, которыми я так и не научил её пользоваться.

Получается, обманул что ли?

– Алекс… тебе надо отдохнуть… Хватит насильно держать себя в чувствах. – вернулось нежное, обволакивающие дыхание наставницы. – У тебя коллапс энергетической системы, и нестабильное ментальное тело. Спи… – голос Вейлы звучал громче, строже, в какой-то степени повелительно. Она вроде как говорила одновременно со мной, и в то же время не со мной.

– В…блок! – рявкнул кто-то властный. Ворон? Марков? Нет… не уверен. – Код «Красный». Открыть специальный бокс!

Меня перекладывали с одного места на другое, жесткая поверхность сменялась не только такой же, жесткой, но ещё и холодной платформой.

– Аня… – мне показалось, что я прошептал это вслух, но губы даже не шевельнулись.

– Я з-здесь, у-учитель… Я здесь… – её шепот был прямо у уха. Горячее дыхание. И звон. Тонкий, мелодичный звон рассыпаемых камней. – Вот так… Вокруг…

– Это безумие… Так ведь нельзя! – раздавалось с другой стороны. Сухой и надломленный голос, явно принадлежащий мужчине. Только какому-то нервному что ли.

Звуки начали удаляться.

Словно кто-то закрывал тяжелую дверь. Щелчок замков. Гул вентиляции. И снова тишина. Только теперь она гудела в ответ на мое присутствие. Таким низким, басовитым гулом, от которого вибрировали все кости в черепе.

Источник… Я чувствовал его рядом…

Вновь этот шар, летящий сквозь пустое ничто. Вновь десятки огоньков, проникающих в меня и исчезающих где-то в самой глубине. Я жадно потянулся к этому теплу, вгрызаясь в эфирную ткань, как голодный зверь в кусок кровоточащего мяса.

Время шло.

Пробуждение было похоже на возвращение из-под толщи льда.

Я резко открыл глаза, от чего в них ударил едкий белый свет, и с хриплым вдохом втянул в себя воздух. Легкие обожгло, как если бы в них проникла ледяная, острая крошка. Рядом с которой мерно выбивало ритм мое сердце, отдаваясь где-то в ребрах, и похожее на пойманную руками птицу.

– Доброе утро, Алекс. – раздался мягкий голос Вейлы. – Мы снова с тобой выжили, можно сказать, что сделали это с прибавкой. Поздравляю! – девушка явно была чем-то довольна, и, судя по всему, ждала, пока я очнусь.

Отвечать ей не торопился, всё ещё пытаясь сфокусировать собственное зрение, чтобы понять, а где я вообще нахожусь. Картинка перед глазами плыла, двоилась, и распадалась на отдельные пиксели. Я моргнул раз, другой, прогоняя мутную пелену, и поднялся на локтях, принимая сидячее положение.

Первый и бесспорный факт – мы не в больничной палате. По крайней мере, не в обычной.

Комната была небольшой, квадратной. Стены обшиты белыми панелями, на стыках которых мягко светились какие-то индикаторы. Потолок высокий, по углам усеянный камерами наблюдения и какими-то странными приблудами, похожими на душевые лейки, только смотрели они на меня черными глазками объективов.

Но главное было не это.

Вокруг моей койки, простой, сбитой на армейский манер, но с фиксаторами для рук и ног, к счастью, расстегнутыми, были рассыпаны кристаллы и другие пси-камни. А поодаль стояла различная аппаратура. И, если я правильно помнил, аппарат искусственной вентиляции легких, рядом с которым разместился кардиомонитор.

Но основное внимание было приковано к добыче с монстров.

Фиолетовые, мутно-белые, синие. Вдалеке виднелся даже кристалл глумера, которого мне удалось убить до встречи с ребятами. Они лежали хаотичным кругом, создавая слишком причудливую картину для больничного помещения. Вот только почему-то я не чувствовал в них энергии, каждая эта емкость была полностью пуста, и можно было заметить, как те пошли легкой паутиной трещин.

– Вейла? Где мы? – прохрипел в пустоту.

– Ам… ммм… – неопределенно выдохнула та. – Дома? Нас принесли на базу, обратно, Алекс.

– Аня… Артем… все хорошо? Что с псиархом? – пытался разузнать о последних событиях, до момента полной потери сознания. – Откуда тут вообще все это? Последнее… помню как упали вниз… тащили…

Я попытался спустить ноги с кровати, одновременно с этим сдергивая с себя различные датчики. Вот только тело отозвалось протестующим скрипом суставов, мышцы ныли так, будто меня пропустили через мясорубку, а потом собрали заново, перепутав часть деталей местами.

Но я был жив.

Сразу после того, как ноги коснулись холодной поверхности, я предпринял попытку собрать энергию. И та не подвела. Вновь, как верный пёс, отозвалась изнутри пси-центров. Вот только… только резерв почему-то был наполовину пуст. С этим ещё стоило разобраться. Но раз сами центры работали как надо, ровно пульсируя без каких-либо сбоев, их наполнение – просто вопрос времени.

– В этот раз ты был очень близок к смерти, напарник… – внезапно отозвалась Вейла. – Как говорили местные врачи… клиническая смерть. А вкупе с тем, что они не сталкивались с нормальным лечением псиоников… – сухо, с долей обиды, добавила наставница. – В общем, если бы не твоя ученица, которая закатила целую истерику, чтобы тут оставили камни и кристаллы, быть тебе сейчас хладным трупом. И мне вместе с тобой, тоже.

– Прости. – мысленно обратился к девушке. – Я снова сделал глупость, да? Но ты ведь сама предложила…

– Знаю. – перебила меня она с хмыком. – Но в конце… зачем ты сжал энергию внутри каналов, Алекс? Это было плохой идеей. Достаточно было просто сделать выброс… – вздохнула устало она. – Именно это нас чуть и не убило.

– Но я же спас нас… – буркнул, в попытке оправдаться.

– Да, вот только ты чуть не убил себя. А это, извини, но очень уж большая цена. – рубанула в ответ моя личная шиза.

Я оттолкнулся руками от поверхности своего ложе, и полностью выпрямился во весь рост. Очень захотелось потянуться, что тут же решил и сделать. А тем временем, легкое дуновение ветерка, освежало мои голые ноги.

Голые ноги? Что за хрень?

Как оказалось, на мне была типичная больничная пижама. Широкие штаны и рубашка на завязках. Моих вещей рядом не было. Ни обуви, ни моей одежды, ни разгрузки. И, что хуже всего, я не видел своего крутого хранилища, с которым все собирался разобраться.

Взгляд уперся в единственную стену, которая примечательно отличалась от остальных. Это было сплошное, толстое стекло во всю ширину комнаты. Сто процентов бронированное. Как-никак, но ощущение структуры материала приходило даже без глубокого сканирования.

Увы, но с полученным откликом не получалось гарантированно выяснить, какой же именно материал там использовался. Однако, тот был очень уж многослойным и армированным. Такое вполне сможет выдержать выстрел из гранатомета. Значит ломать его мы не будем. По крайней мере не сразу.

За стеклом было движение.

Я подошел ближе, шатаясь от слабости, и прижался лбом к прохладной поверхности.

Там, в маленькой комнате, ещё меньше чем моля палата, и прозванной мной как «Операторская», за множеством мониторов сидели люди. Двое в белых халатах, а один в военной форме. Они что-то оживленно обсуждали, тыкая пальцами в экраны, на которых прыгали графики и в меня.

– Эй! – я ударил ладонью по стеклу. Звук получился глухим, плотным. – Какого хрена⁈

Люди за стеклом вздрогнули. Один из «белых халатов», сухой старичок в очках, испуганно отшатнулся, уронив себе под ноги планшет. Военный же, наоборот, положил руку на кобуру.

– Выпустите меня! – рявкнул в их сторону, чувствуя, как внутри закипает раздражение. – Я вам что, подопытный кролик что ли?

Где Марков? Где Ворон? Где моя семья? Почему я в клетке?

В динамиках под потолком что-то щелкнуло, раздался противный писк обратной связи.

– Алексан… кхм… Александр. – голос был дрожащим и неуверенным. Говорил тот самый пожилой мужчина. – Пожалуйста… отойдите от стекла. Соблюдайте дистанцию.

– Кто ты такой? – я не сдвинулся со своего места, сверля собеседника взглядом. И нарочито показательно стал концентрировать крохи силы рядом с ладонью, которая прислонялась к самому стеклу. Вокруг моего запястья закружились вихри воздуха, формируясь в иглы и опадающие вниз снежинки. – Откройте мне дверь. Сейчас же.

– Я… я профессор Кошкин. Руководитель медицинской службы и отдела по изучению… кхм… не важно. – он поправил очки, которые сползли на нос. – Мы не можем открыть дверь, но не волнуйтесь… Протокол безопасности. Вы потенциально представляете угрозу для убежища…– бессвязно лепетал тот.

– Угрозу⁈ – я не удержался, прерывая его поток сознания и рассмеялся что было сил. Этот смех вышел лающим, злым, как у голодного волка. – Тот факт, что я спас ваших людей, и помог им вернуться живыми да ещё и с информацией… Теперь я угроза?

– Алекс, успокойся. – предостерегла Вейла. – Ты ещё не до конца восстановился. Да и вообще, ещё чуть-чуть, и тот старик точно помрет от инфаркта.

Я моргнул, переключаясь на энергетическое зрение. Это далось с трудом, как если бы часть каналов принимала энергию без охоты и впервые. Голову прострелило болью, но картинка все равно продолжила упрямо складываться в единое целое.

Прислушавшись к сфере, которая привычно уже раскинулась в стороны, до меня донеслись отголоски эмоций присутствующих. Люди за стеклом действительно боялись, можно сказать, что они были в панике.

Скорее всего, из-за рассказов выживших, для них я не был человеком. А наоборот, был тем самым монстром, которого они видели через призму толстого и бронированного стекла.

– Послушайте, профессор. – я попытался говорить спокойнее, но выходило это крайне плохо. – Мне плевать на ваши протоколы. Плевать на ваши правила и вас. У меня там семья, раненный брат и ученица. Я хочу их увидеть, и, если вы сейчас же не откроете эту чертову дверь… мне придется проверить на прочность стекло, стены, лично вас! – к концу моего монолога, кажется, тому прибавилось седины на голове. – И поверьте, никакие протоколы вам не помогут.

Кошкин не ожидал прямых угроз, от чего побледнел еще сильнее, чем до нашей беседы. Он судорожно нажал какую-то кнопку на пульте, и пытался что-то найти рядом с собой.

– Вы-ызывайте полковника Маркова! Срочно! Объект… то есть, пациент пришел в сознание и проявляет агрессию по отношению к персоналу!