Текст книги "Земля: Выживание. Том IV (СИ)"

Автор книги: Михаил Ран

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 16 страниц)

– Объект? – прищурился. – Ну спасибо, Артем Артемович, удружил.

Я отступил от стекла на несколько шагов. Не потому что послушался, а чтобы оценить складывающуюся обстановку. А вообще интересно, когда это Марков успел так подскочить на батуте, что стал аж целым полковником? Или это я пролежал тут пару лет?

– Вейла, милая, а сколько вообще прошло времени? – мысленно уточнил у наставницы, ожидая самое худшее, что могло случиться.

– Алекс, не переживай. – бодро отозвалась она. – Прошло всего четыре дня.

– Всего… – такая формулировка мне не очень то и нравилась, от чего по лицу пробежала тень недовольства, моментально скрывающаяся где-то далеко.

Мой взгляд упал на массивную стальную дверь в углу. Её приметил ещё в самом начале, но было ясно, что там без вариантов. Сама поверхность не имела какой-либо ручки, и гладкой, шлифованной поверхностью, с насмешкой кидала отблески мне в лицо. Рядом с ней – панель на кодовом замке и сканером отпечатков пальцев.

Игнорируя любые вопли Кошкина из динамиков, направился прямо к нему. Люблю технику и тянусь к ней. Так что кто знает, вдруг мои силы помогут взаимодействовать на новом уровне?

– Александр, не делайте глупостей! Если вы не вернетесь на свое место и попробуете использовать силу, чтобы выйти, по правилам нам придется применить газ! Не вынуждайте нас! – донесся до меня голос из динамиков.

– Газ? – я усмехнулся. – Серьезно? Вы решили травить меня? Или усыпить?

Положив ладони на холодный металл рядом с панелью, направил внутрь собственные силы, в надежде, что получится понять, как работает это устройство.

– Отставить, Кошкин! – голос Маркова прогремел из динамиков так неожиданно, что даже я вздрогнул.

Вот только руки убирать со стены не стал, только лишь повернул голову в сторону прозрачного стекла.

За прозрачной преградой, расталкивая перепуганных ученых и медиков, появился майор Артем Артемович собственной персоной. Теперь уже, как понял, полковник. Он выглядел так, будто не спал последнюю неделю. Куртка распахнута, под глазами черные круги, но взгляд все тот же, цепкий и тяжелый.

Он нажал кнопку интеркома, перехватывая управление у Кошкина.

– Алекс, отойди от двери. Это приказ.

– Артем Артемович, вы забываетесь. Я не ваш подчиненный. – тихо и с улыбкой ответил ему, глазами пытаясь поймать его взгляд. – Так что ваши приказы мне до фонаря. Просто выпустите меня, и все.

– Давай я зайду к тебе, и мы поговорим. – добавил мужчина после небольшой заминки.

– Артем Артемович! – взвизгнул профессор рядом с ним. – Вы же видите показатели⁈ Так нельзя!

– Я слышу вас, профессор. – Марков даже не посмотрел на него. – Так что, Алекс, такое подойдет?

– Ну заходите, я же не могу вам помешать. – развел руки в стороны, как бы приглашая его в мою скромную обитель.

– Кошкин, открывай. – скомандовал Марков, и направился ко входу.

Глава 23

Щелчок пневматики, установленной в двери, прозвучал как выстрел в тишине изолятора. Массивная дверь, которая еще секунду назад казалась неприступной частью стены, дрогнула и с тяжелым, натужным гулом поползла в сторону. Из открывшегося проема пахнуло не свободой, а чем-то кислым, больничным с едва уловимыми нотками запаха сигарет.

Я опустил руки, развеяв сконцентрированную в ладонях энергию. Легкая корка инея, успевшая покрыть собой ближайшее пространство, жалобно хрустнула и начала таять, оставляя на металле мокрые разводы.

– Профессор, свободны. Оставьте нас. Да, и охрану с собой заберите. – бросил Марков через плечо, шагнув внутрь комнаты, толком не проверив выполнили его поручения или нет.

За его спиной мелькнуло бледное, перекошенное от страха лицо Кошкина, который явно хотел что-то возразить. Но все, что сделал профессор, так это пролепетал какую-то бессвязную несуразицу, поправляя очки. После чего торопливо скрылся за спинами охраны, словно боялся, что я прямо сейчас решу заморозить его до состояния ледяной скульптуры. Или придумаю чего похуже.

А ведь правда, фантазия у меня ой какая больная.

Дверь за полковником закрылась, моментально отрезая нас от внешнего мира.

Марков, честно говоря, выглядел паршиво. Если раньше он казался мне человеком из стали, то теперь металл явно устал и был готов лопнуть. Несколько глубоких прорезей пересекали лоб, кожа приобрела землистый оттенок, а в волосах прибавилось седины. Ещё больше, чем на прошлой встречи с ним неделю назад. Но даже так, держался мужчина все так же прямо, по-военному, и руки, которые он засунул в карманы брюк, не дрожали.

Артем Артемович прошел к моей койке, где я уже успел удобно разместиться, окинул взглядом рассыпанные по полу кристаллы, хмыкнул, но ничего говорить не стал. Затем, тяжело вздохнув, оперся бедром о край кардиомонитора, привинченного к полу, и заговорил.

– Живой, значит. – констатировал тот факт, доставая из кармана пачку сигарет, но тут же вспомнив, где находится, сунул её обратно. – А ведь мы уже, грешным делом, думали, что придется тебя списывать. Или в утиль, или в лабораторию к Кошкину и нашим молодцам, но только в виде емкости наполненной формалином.

– Не дождетесь. – я закинул ноги повыше, ощущая, как кристаллы под ногами неприятно впились в кожу. – Так зачем весь этот цирк с конями, Артем Артемович? Клетка, аквариум, испуганные ученые? Я вроде не давал повода усомниться в своей лояльности к человечеству и к вам в частности. Или теперь спасение задницы ваших, как там вы говорили, одаренных, считается преступлением?

Марков молчал несколько секунд, разглядывая носки своих ботинок. Затем полез во внутренний карман куртки и достал планшет. Как уже успел понять, похоже, он был военной разработкой. Потому что сильно отличался от того, что ходило внутри гражданского рынка. В рознице таких не встретишь.

– Лояльность тут ни при чем, Александр. Мы боимся не того, что ты предашь. Мы боимся того, что ты просто не заметишь, как убьешь всех вокруг себя.

Он активировал экран и протянул планшет мне.

– Смотри. Это запись с камер наблюдения, когда тебя только привезли. Если точнее, два часа после того, как тебя приволокли и начали откачивать.

Я взял гаджет. Видео было цветным, хотя, конечно, было бы странно, будь оно черно-белым. Но даже так виднелась определенная зернистость, однако, происходящее читалось слишком отчетливо.

На койке лежало тело.

Моё тело.

Вокруг суетились врачи – двое мужчин и медсестра. Они пытались подключить какие-то датчики, поставить капельницу. Всё выглядело штатно, пока изображение вдруг не дернулось.

На экране было видно, как воздух вокруг моей койки стремительно принимал осязаемый вид. Сначала это выглядело как легкая дымка, помехи на записи. Но потом…

Медсестра, державшая мою руку, вдруг отдернула её и закричала, звука не было, но я видел, как сильно исказилось её лицо. Она схватилась за пальцы, почерневшие за долю секунды. Обморожение. Мгновенное и чертовски глубокое.

Врачи отшатнулись. А потом начался форменный звиздец, иначе и не скажешь.

От моего бессознательного тела во все стороны ударили волны энергии. И, спасибо судьбе, они не были направленными. Простые, неконтролируемые выбросы. Аппаратура жизнеобеспечения рядом с койкой взорвалась снопом искр, когда в неё влетели иглы. Пластиковые трубки капельниц расплавились и начали стекать вниз, стоило волне жара добраться до них. А от иных вибраций, в ближайших шкафах, полопались все стеклянные емкости.

Люди на видео пятились к дверям, падая, чтобы не попасть под вылетающие серпы, срубающие все на своем пути. Один из врачей завалился на спину, хватаясь рукой за плечо, которое ему распороло мутным полумесяцем.

После чего видео резко оборвалось, в момент, когда меня накрыло рвущимся янтарным барьером.

Я медленно опустил планшет. В горле встал неприятный, противный ком. Помню меня окружала тьма, помню сильную боль, помнил и голос Ани… но этого я не помнил. Совсем.

– Тот врач выжил? С людьми все в порядке? – спросил тихо, не поднимая глаз от темного экрана планшета, который сейчас мерзко обжигал пальцы.

– В целом да, пару недель на койке, и все будет хорошо. – сухо ответил Марков. – У медсестры сильное переохлаждение конечностей. Жить, тоже, будет, но в строй вернется не скоро, если вообще вернется. Ей ампутировали пару фаланг.

Я сжал кулаки. Кристаллы под ногами отозвались тревожным звоном, как если бы реагировал на бурю внутри меня. Неприятно осознавать, что именно ты и стал причиной «трагедии» для тех, кто хотел вытащить твою задницу с того света.

– Вейла? – мысленно позвал наставницу. – Ты ведь это видела?

– Видела. – её голос в моей голове прозвучал необычно серьезно, без привычной язвительности и шуточек. – Это был защитный рефлекс, Алекс. Твое тело, на грани жизни и смерти. Организм перешел в режим максимальной защиты.

– И ты молчала? Ты знала, что я чуть не убил своих же людей, и молчала?

– А что я должна была тебе сказать? – холодно возмутилась девушка. – Что-то вроде: 'Кстати, пока ты валялся в коме, ты почти шлепнул деда с внучкой"? – фыркнула она, возвращаясь к своему тону. – Слушай, партнер, я была занята тем, чтобы тебя и меня не растворило в ничто. У меня не было возможности контролировать проявления энергии за пределами твоего тела, да и внутри, тоже, не всегда. Скажи спасибо, что вообще удалось очнуться…

– Спасибо. – подумал в её сторону. – Очень утешает, но могла предупредить.

Я вернул планшет Маркову, добавляя.

– Не знал, что все сложилось так. Просто не помню этого.

– Я понимаю. – кивнул полковник, убирая гаджет себе во внутренний карман. – Поэтому ты здесь, а не там. – показал он пальцем вверх. – Кошкин настоял на карантине. И, честно говоря, я с ним согласился. Твоя ученица, Аня… она единственная, кто мог к тебе подойти без ущерба и реакции со стороны… твоих сил. Она сказала, что тебе нужны эти камни. Мы выгребли крупные кристаллы под ноль, чтобы обложить тебя ими.

Он прошелся по камере, заложив руки за спину. Уверен, что он преувеличивает на счет запасов. Но… тот факт, что я ранил людей, конечно, заставил устыдиться предыдущих действий.

– Ладно. С лирикой закончили. Теперь о деле. Ты пришел в себя, вроде как, вокруг ничего не летает и никто не торопится на тот свет. Хотя Кошкин всё ещё писается кипятком при виде твоих показателей. – хмыкнул он себе в губы. – Мне нужна информация, Алекс. Четкая и по существу. – уселся мужчина прямо напротив, беспардонно отодвинув мои ноги.

– Что это было там, перед библиотекой? Ребята доложили о каких-то новых тварях. Невидимые ублюдки, с безумной скоростью, которые режут людей на ленточки. И этот… на крыше. С фиолетовой короной. Кто они?

– Глумеры. – ответил, потирая виски. Я давно принял решение немного рассказать о том, что успел узнать у Вейлы, и у меня были мысли, как сделать свое повествование стройным и логичным. Вот только голова всё ещё побаливала, напоминая об усталости. – Те, что быстрые, это как раз и есть Глумеры. Чертовски сильные гады, особенно хорошо могут прятаться в городских условиях. Можно сказать… что они не просто сливаются с пейзажем или как-то маскируются, а напрямую прячутся в тенях. Не уверен, что объяснил понятно, но извини, как есть.

Марков поморщился, как если бы у него заболел зуб. Представляю, что плещется сейчас в его голове. Раньше угроза была видимой и понятной. А сейчас не всегда видимая, и очень уж непонятная.

– Замечательно. И как их убивать? – спросил он после короткого мыслительного процесса.

– Ну тут секрета нет. – улыбнулся на его вопрос. – Думаю, что они умирают точно так же, как и любые другие. Там, в библиотеке, Кабан пожертвовал собой, чтобы подорвать несколько гранат и его… но, думаю, у одаренных получится справиться лучше, и желательно чтобы они были в команде из трёх-пяти человек против одного противника.

– А тот, последний?

– Псиарх… – я на каком-то рефлексе пожевал губу, в попытках понять, как лучше объяснить, чтобы последующая история о происхождении информации выглядела логично и меня не забрали в казематы на вскрытие. – Если кратко и по существу, это один из низших командиров, который может формировать из обычных порождений – целые стаи. Пока он жив монстры будут действовать слаженно.

– Псиарх… – Марков покатал слово на языке, словно пробуя его на вкус. – Звучит паршиво. А что насчет тех, обычных? В рапорте Ворона упоминались какие-то Форсуны. Я так понимаю, что это один из видов уже известных нам.

– Форсуны… – кивнул с небольшой улыбкой, потягивая руки вверх. – Да, вы называете их «Альфы». Они тоже могут координировать атаки, но сколько монстров им будет подчиняться – не знаю. Лично встречал пять-шесть особей.

– У тебя неплохо получается пересказывать бестиарий, рада, что наши уроки не прошли даром. – хмыкнула Вейла. – Можно подумать, ты всю жизнь провел за их изучением.

Артем Артемович потер лицо ладонями. Жест усталого человека, на которого свалилось слишком много дерьма за один раз, он явно пытался прогнать злое наваждение таким жестом.

– Ясно. Значит, выживать будет ещё сложнее. Раньше мы отбивались от тупого мяса, а теперь против нас появляется чуть ли не регулярная армия.

– Именно так. – подтвердил его умозаключения. – Кстати, поздравляю с новым званием, товарищ полковник. Не расскажете, как так быстро получилось подняться? – с долей иронии спросил у него, надеясь, что он переключится на другую тему.

Полковник помолчал, глядя куда-то сквозь стену. Потом резко выдохнул и посмотрел на меня.

– Ты лучше расскажи, откуда ты все это знаешь, и что это за наименования монстров такие? Не сам же ты их придумал, верно?

– Не прокатило, Алекс. – хихикнула Вейла. – Можешь ширкануть его по горлу, я все пойму. – материализовала она перед глазами смайлик, который проводил пальцем в месте, где у людей горло.

– Давай продолжим разговор у тебя в кабинете. – погладил свой живот, который отозвался голодным урчанием. – Да и от кофе не откажусь, если у вас такое имеется.

Он шагнул к двери, набирая код на панели изнутри.

– Выходи. Но очень надеюсь, что эксцессов никаких не будет. Если начнешь морозить людей, увы, придется лично пустить тебе пулю в лоб. Без обид.

– Без обид. – усмехнулся на его попытку разрядить обстановку и вставая с кровати. Вот только в голове пронеслось недавнее предложение Вейлы. – Я бы на вашем месте сделал так же. – осмотрев себя сверху вниз, добавил. – И где мне забрать мою одежду?

По итогу, часа четыре спустя, я не очень быстрым шагом шел в сторону больничного крыла. Маркову пришлось скормить историю с пленом, и напомнить, как меня забрала парочка ушлепков иномирного происхождения. Не уверен, поверил тот или нет, но с последующими расспросами отстал.

– Ага, отстал. – съязвила Вейла влезая в мыслительный процесс. – Зато теперь тебе надо помогать с их одаренными, как они называют псиоников.

– А чем ты недовольна то? – мысленно уточнил у наставницы, переступая через какие-то коробки из которых виднелись пятые пластиковые бутылки.

– Ну так ты не обязан же, а этот жучара прям требовал. – прошипела девушка.

– Если мои советы помогут большему количеству людей выжить, то это к лучшему. Считай, что это моя гражданская ответственность.

– В твоем случае, скорее, громоздкая безответственность. – передразнила Вейла, и судя по дальнейшем звукам, нарочито специально начала громко жевать виноград.

Вот уж чего-чего, а ребячества ей не занимать.

Под такие незамысловатые шутки и передразнивания мы дошли до больничного крыла, которое встречало нас запахом хлорки, йода и человеческого страдания.

Здесь, в отличие от стерильного спецблока, жизнь била ключом, правда, жизнь эта была искалеченной. В коридорах на кушетках лежали легкораненые, медсестры сбивались с ног, разрываясь между перевязками и раздачей лекарств. Точнее того, что от них осталось. Иногда можно было увидеть, как они просто переливают жидкость из большой емкости – в малые. После чего вливают те в пациентов.

Люди проносились мимо, превращаясь в стремительные росчерки. А вот на самом входе, мне встретился один из тех, кто реанимировал мое тело. Да, впечатление у него я оставил так себе. Потому что первым его действием было отпрыгнуть в сторону, резко хватаясь за область сердца.

– Я в норме. – показал ему на свою голову, мол, сейчас рассудок при мне и убивать никого не планирую.

Мужик только кивнул, но к его чести, кричать не стал, хотя было видно, что ему очень хочется. Но лишь сдержанно кивком ответил мне, и по стеночке скрылся в одном из переходов к местным «палатам».

Порадовало, что не кинулся на меня с обвинениями, как и порадовало, что далеко по чужим умам, тот инцидент не распространился. Потому я пошел дальше, вглубь, к палатам для тяжело раненных. Здесь было гораздо тише, а местами так вообще стояла охрана, которой я предъявлял свой жетон, он же и пропуск, полученный от Маркова. Хрен знает, какие у него привилегии, спрашивать не стал.

Нужная мне палата была в конце коридора, дверь внутрь слегка приоткрыта, буквально на пару сантиметров.

Я вошел.

В небольшой комнате на четыре койки было занято две их них. На одной, весь перебинтованный, с подвешенной ногой, лежал Нюхач. Мой компаньон спал, или был в забытьи, его грудь каждые несколько секунд поднималась с хриплым свистом. Как я понял из рассказов, досталось ему сильно.

На соседней койке, полусидя, расположился мой брат Артем.

Он выглядел лучше, чем в первую нашу встречу, но хуже, чем хотелось бы мне. Левая рука на перевязи, на лице зарубцевавшиеся порезы от осколков. И зашитая бровь, которую посекло после взрыва гранаты. Он пытался одной рукой почистить яблоко складным ножом, но получалось это из рук вон плохо.

Увидев меня, парень замер. Нож звякнул, падая на пол в замедленной съемке.

– Саша… брат… – выдохнул он. В его глазах мелькнуло что-то такое… похожее на смесь облегчения и неверия.

– Привет, герой. – улыбнулся ему, чувствуя, как внутри разливается тепло, настоящее, и такое долгожданное. – Яблоко помочь почистить? Или ты решил вырезать из него скульптуру?

Артем сделал попытку встать, но поморщился и грузно упал обратно.

– Лежи уже. – подошел, поднимая упавший нож, и вытирая его о рукав кофты. – Тебе сейчас бегать вредно.

Я сел на табурет рядом, подхватывая из его здоровой руки яблоко, и ловко начал срезать кожуру тонкой лентой.

– Я думал, мы думали… мама волновалась, отец всегда подбадривал. – тихо сказал брат, глядя, как я начал нарезать дольками фрукт. – Ты с матушкой виделся? С Алисой? Мне говорили, что это ты спас нас. Но сам был похож на труп… – затараторил один из близнецов, да так, что я даже не успел начать отвечать на вопросы.

– Сам же знаешь, много кто и что говорить может. – протянул ему дольку. – А с матушкой и Алисой… – протянул немного. – С ними увиделся в первую очередь, как только попал на станцию. – закинув одну дольку себе в рот, удивился, а откуда тут вообще взялись яблоки? Но виду не подал, продолжая. – Как отец… ушел с миром? – поднял волнующую меня тему.

Артем слабо улыбнулся, и заговорил.

– Да… Но знаешь, я… я хочу верить, что он жив… мы не видели тело. Пусть и в новой форме. Пока валялся тут, всё вспоминал. Как он нас на рыбалку возил. Помнишь? – сменил тему брат. – Когда лодку перевернули. Ты тогда тоже чуть не утонул, зацепился за корягу. Он меня вытащил, отшлепал, а потом обнял так, что ребра трещали.

– Помню. – кивнул я. Картинка из прошлого всплыла перед глазами. Солнце, река, запах тины и сильные руки отца. – Он всегда был сильным.

– Марков заходил. – Артем пожевал яблоко, его лицо стало серьезным. – Рассказал, что ты скоро зайдешь. Выразил ещё благодарность, и добавил, что должны дать мне звание официально принимая на службу.

Такой поворот мне не очень понравился, что, судя по всему, отлично отразилось на моем лице. Видимо брат что-то почувствовал, и вскинул вопросительно брови.

– Не знаю, Артем, что сказать. Честно, не знаю. – откинулся спиной на холодную стену. – Между нами… я бы не доверял кому-то кроме семьи. – намекая на потенциальную возможность, что в любой момент его могут предать.

– Сам-то ты не очень следуешь своему совету. – раздалось от Вейлы. Но я только на неё шикнул, после чего та скрылась.

– Но ты ведь доверяешь. – тихо сказал брат, и стрельнул глазами в сторону Нюхача. А ещё, явно, намекнул на Аню.

– Знаешь, ничего не хочу сказать, но ситуации, все ж таки, разные. – покачал головой. Не думал, что у него могут быть такие обиды. – Как-нибудь расскажу, что довелось увидеть. – поежился я от воспоминаний.

– Ты тоже не все зна… – начал Артем, но в этот момент соседняя койка скрипнула. Нюхач открыл один глаз, когда второй был скрыт под повязкой.

– О, начальство прибыло. – прохрипел он. – А я смотрю, слышу, смертью потянуло. Думал костлявая уже добралась, а это ты.

– И тебе привет, Нюхач. – усмехнулся на его выходку, но даже испытал радость от того, что именно сейчас он прервал брата. Мне совсем не по душе, к чему он клонил. – Как сам?

– Бывало и лучше. Но, учитывая, что меня… пару раз чуть не сожрал бледный ублюдок… а потом я чуть не провалился в преисподнюю… грех жаловаться. Спасибо, Алекс. Если бы не ты, как понял… мы бы там и остались. Вместе с Кабаном.

При упоминании Кабана повисла пауза. Тяжелая и чертовски скорбная.

– Он был хорошим мужиком. – сказал Артем. – Настоящим бойцом.

– Мы за него выпьем. – пообещал ребятам. – Как поправитесь. Обязательно выпьем. И не спирта медицинского… Я найду что-то более интересное.

– Ловлю на слове. – Нюхач снова закрыл глаз. – А теперь, с вашего позволения, я бы поспал.

Я встал.

– Выздоравливайте. Нам еще воевать.

– Саша. – окликнул меня брат, когда я уже был у двери. – Извини, и будь осторожен.

– Все в порядке, брат. – я серьезно посмотрел на него. – И ты меня прости, что не уберег.

С некоторым облегчением в голове вышел в коридор.

Там, прислонившись к стене и скрестив руки на груди, меня ждала Аня.

Она выглядела уставшей, но собранной. Волосы стянуты в тугой хвост, одежда чистая, подогнанная по фигуре. На поясе висел пистолет, чем-то напоминающий… даже не знаю что. В них разбирался не так хорошо, чтобы по одному виду выцепить модель. А за спиной тот самый меч, который нам довелось найти.

Увидев меня, она выпрямилась, и в её глазах вспыхнул тот самый огонек, который мне безумно нравилось наблюдать. Огонек той, кто готов идти за учителем хоть в адское пекло.

– Ты как? – спросил у неё, подходя ближе.

– Н-нормально. – она повела плечами. – А в-вы как?

Девушка неловко протянула мне небольшой мешочек в котором отлично чувствовалась странная тяжесть. А когда открыл, обнаружил внутри пару камней.

Это было странно, они не имели сейчас для меня практической пользы. Но… она все равно проявляла заботу, и делала это очень «по-своему».

– Помнишь, я обещал тебя потренировать? – неожиданно задал вопрос ученице.

– У-угу. —кивнула та. – Но у нас так и не в-вышло.

– Тогда идем. – махнул ей рукой. – Я кое о чем договорился, это будет тебе интересно.

– Тренировка? – переспросила девушка, приподнимая брови, но губы тронула улыбка. – С-сейчас? Вы же только с койки.

– Самое время. – я хлопнул её по плечу, направляясь к лестнице. – В бою никто не будет спрашивать справку от врача. Идем.

Ученица двинулась следом, чеканя шаг, и даже учитель не видел её счастливой улыбки, озаряющей лицо.

Мир вокруг всё ещё был дерьмовым, полным монстров и тайн. Но мы были живы. И пока мы живы – мы будем грызть этот мир зубами, чтобы вырвать своё право на существование.

– Кстати… – заметила Вейла, пока мы спускались по лестнице. – Нюхач с твоим братом правы. Коньяк бы сейчас не помешал. Для восстановления баланса, так сказать.

– Заткнись, алкоголичка ты квантовая. – беззлобно ответил ей я.