Текст книги "Долг человечества (СИ)"

Автор книги: Михаил Попов

Соавторы: Артем Сластин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 21 страниц)

А мы двигались: по пересеченной местности, буреломам, вязкой земле, среди кочек, поваленных веток и булыжников с человеческий рост. Шли в обуви непривычной, в обмундировании, и пусть на Борисе была лишь тканевая мантия, Дима шел груженый лишними килограммами. Плюсом, как известно, стадо движется со скоростью самой медленной овцы. Но и это еще не все. Отдых прошлой ночью можно было назвать лишь условным: стресс, странная еда и общая усталость прошлого дня тоже никуда не девается. Мышцы лихо забиты работой молочной кислоты, и лично я бы предпочел сегодня просто отлежаться. В обычное время. А время, мать его так, чертовски необычное.

Прогноз Антона на расстояние до цели и направление оказался ошибочным. Но не его выводы оказались ложными, а то, что буквально через пол километра Варя вновь побежала. И сейчас ее следы, рваными кусками с увеличившийся на длину ее ног амплитудой, вновь были неровными. По какому-то внутреннему мановению я вместе с Антоном всматривался в след каждый раз, когда он нагибался что-то проверить, но система не оказалась ко мне так щедра, и предложение освоить профессию Следопыта я не получил. Вряд ли бы я ее взял, если получил такое предложение, но в целом от системы в последнее время… тишина какая-то.

Видимо, наши наблюдатели, если таковые вообще есть, сейчас просто потирают свои идиотские инопланетные ладошки, глядя на нашу возню. И носа не кажут.

Еще получасом позже ливанул дождь. Да такой, что любая тропическая страна, ежегодно тонущая в сезон дождей, посчитала бы такой ливень апокалипсисом. Но… мне взгрустнулось, не будет больше островов, баунти, коктейля в кокосе и девочек в крошечном бикини. Все это осталось там, где какие-то говнюки из корпорации «Дер’Ал» вместе с не менее гадскими «Партнерами» все у нас отжали. До последнего острова. До последнего «Олл инклюзив».

Наверное, мне нужно было отвлечь свои мысли, подумать о чем-то пусть и не жизнеутверждающем, но хотя бы приятном. Потому что то, что пошел дождь, означало для нас две вещи: мы быстро замерзнем, а следы начнут неумолимо быстро размываться. И тогда, как выразился Антон, «баста». Однако, это еще не все новости, как оказалось.

– Стойте. – Резко остановил всех лучник и присел, пряча лицо под капюшоном.

Мы насторожились, и тоже попытались прикинуться ветошью, кто во что горазд. Я, например, прильнул к дереву по правую руку от лучника.

– Что там? – Постарался сказать Дима шепотом, но пришлось едва ли не перекрикивать барабанящий по широкой листве дождь.

– Следы. – Неопределенно ответил лучник, ковыряясь в земле и примеряя ладонь с отрезанным пальцем к одному из углублений.

– Что «следы»? – Зашипел Дима.

– Следы! Много, мать вашу, следов! Очень! Тут целый… Много народу в общем тут было!

– Твою мать, другие инициированные! – Выругалась Катя, выдернула из ножен кинжал и к чему-то приготовилась.

– Нет, не думаю. – Размахивая капюшоном из стороны в сторону еще более неопределенно сказал Антон, чем заставил всех напрячься сильнее. – След небольшой. Размером с мою ладонь. Тридцать третий, тридцать четвертый может быть.

– Дети? – Шокированно спросила Женя.

– Нет. – Снова покачал головой лучник. – Слишком глубоко для веса ребенка. Что-то другое.

– «Что-то»? – Переспросил Борис, на котором, под воздействием влаги, по форме каждой складки прилипла мантия.

– Да. Может, какие-нибудь животные местные, с лапами, похожие на людские стопы? – Предположил вслух лучник.

– Обезьяны может быть… Какие-нибудь чертовы мутанты, закидают нас бананами и поминай как звали. – Прокомментировала Катя.

– Важный отрезок. – Перекрикивая шум грома от зарядившей на горизонте несколько секунд назад грозы, сказал Антон. – Мы не знаем что это. Я Америку не открою, но похоже, придется драться.

– Что это значит? Ты собрался переиграть, Антох? – Спросил его Дима.

– Я просто пытаюсь донести до вас мысль, что Вари уже может и нет в живых.

– А может и есть! Пока не увижу ее живой или мертвой, не отступлюсь!

– Пу-пу-пу… – Многозначительно сказала Катя, натянув брови наверх, ко лбу.

– Тогда решайте. Повторюсь, я не знаю, что это, система не дает таких глубоких подсказок. Я даже количество сказать могу лишь приблизительно. – Заявил Антон не поднимая головы.

– А попробуй. – Сказал я, глядя на мешанину из грязи, которая стремительно заливалась водой.

– Пар двадцать ног, и есть ли тут Варины, сказать не могу. Еще минута, и след я потеряю. Решайте!

Спор вышел быстрый. Если там, на нашей относительно безопасной стоянке, мы еще попрепирались немного, потому что у каждого действительно было свое мнение на этот счет, то сейчас, проделав путь в несколько километров по следу, пусть и бесконечно сглупившей, но все же члена нашей группы, каждый решил все-таки попытаться ее отыскать.

Теперь, несмотря на то, что коленкор изменился, и поиски официально переименованы во спасение от неопознанной фигни, народ более трезво взглянул на ситуацию. Вооружился, кто чем мог, собрался с мыслями. И если мои вчерашние размышления о том, что уклониться от насилия не выйдет, были лишь размышлениями, то после всего пережитого я знал, что мои руки обагрятся кровью. И меня, черт побери, это если и страшило, то уже не так сильно.

– Быстрее! Идем или нет? – Рявкнул Антон.

– Идем! – Послужило ему ответом, нестройно, но ото всех.

Пятнадцать минут. Столько нам понадобилось, чтобы дойти до лагеря. По прошествии этих минут дождь не стих ни на йоту, и наши сапоги уже по голень проваливались в жидкую вязь, которая потеряла всякую надежность для шага.

Да, мы нашли всамоделишный лагерь с какими-то постройками. Мы заняли позицию под уклоном, в несколько градусов, может быть с десяток, и на пригорке были постройки. Спрятались мы за деревьями и камнями, едва заметили нетипичные для лесного пейзажа объекты. Постройки на опушке напоминали первобытные хибары, собранные на манер юрт, обтянутые кожей палки – каркас. Под одним из шатров, как мы решили называть эти домишки, горел большой костер. И там были эти существа…

Не мудрствуя лукаво, я прищурился, всматриваясь в одного из них, и активировал навык идентификации:

Объект: Греллин.

Тип: Стайный лесной хищник.

Уровень угрозы:???

Особенности: Замедление метаболизма.

Слабости:???

Способности:???

Для получения полной информации повысьте уровень навыка Идентификация или используйте продвинутые средства анализа.

Мда уж, не густо, но даже так это сообщение говорит о многом. Навык идентификации жизненно важно прокачивать, главное понять, как именно. Ведь зная наперед слабости и способности тех, кому противостоишь – это уже наполовину выигранная битва, а ведь она еще даже не началась.

Что мне может сказать особенность этих… Греллинов? Замедленный метаболизм? Стало быть, впадают в спячку, запасаясь жиром, как многие животные. Или же могут прикинуться мертвыми в тот момент, когда угроза их жизни становится очевидной. И так и эдак может быть, и как вероятнее я сказать не могу, слишком уж мало знаю о мире и месте, куда попал.

Мои коллеги не преминули сделать тоже самое, и сейчас активно думали. Да вот только обсудить нам увиденное не довелось, потому что раздался крик.

Вернее даже не так. Вопль. Заглушаемый дождем вопль. Сильный, истошный, полный ужаса и отчаяния. Женский.

Одно из существ, внешне схожее с прямоходящей собакой, будь таковая в реальности, волокло Варю за волосы, а та безуспешно отпиралась. Пусть греллины и были малы, и в полный рост, насколько я могу судить, едва ли достигают роста в метр двадцать, тащил нашу подругу гад покрупнее. Судя по тому, что они были одеты в набедренные повязки поверх мокрой шерсти и были вооружены примитивным оружием, вроде моего топора, у них есть зачатки разума. А системная подсказка про то, что тип существа «стайный» так же ответила на многие вопросы. Перед нами их… главарь. Вождь? Вожак? Черт его знает.

– Это она! – Сдавленно, но отчетливо для нас сказал Дима, показывая на пригорок пальцем.

– Не торопись, ковбой! – Одернул его Антон, затаскивая обратно в укрытие за булыжником. – Ты что же это, всех нас угробить решил?

– Но нас же… нас не видно! – Пустился в спор воин.

– Нас! Слышно! Видно! Мы воняем! Шумим! Галдим и бесконечно тупим! – По пунктам, словно ударами молота, прояснил для парня ситуацию Антон.

– Понял… но они же…

Тем временем, Варю раздели, привязали посреди лагеря к какому-то столбу, вроде как, или просто дереву с обрезанными ветвями, и несмотря на ее истошные крики, слышимые даже здесь, принялись… танцевать.

Да, эти хаотичные движения перепрыгивания с ноги на ногу, воздев копье или палку вверх, улюлюканье и в случайный момент почесывания бока я могу охарактеризовать как танец, потому что одно время интересовался культурой и бытом племен, которые живут вне цивилизации и кого тщательно охраняет Юнеско.

Корубо, Хадза, все они сохранили первобытный строй общества, и человечество в их деятельность и культуру не вмешивается.

Я снова отвлекся на свои мысли, пока греллины танцевали. Мы, группа людей, которые пришли сюда спасать эту тупицу на столбе, сейчас не могли найти здравого решения, как именно поступить. Думаю, у многих на языке болтался самый простой и прямолинейный способ, но слишком уж он рискованный – существ там раза в четыре больше чем нас, посчитать точно мешает угол зрения.

А потому мы просто наблюдали. Бессильные перед тем, что будет. Силились сообразить, как выкрутиться и выйти из ситуации с наименьшими потерями. Это не было конкретными идеями, лишь образами, попытками предугадать то, что предопределено.

Ведь на размышления и обсуждения плана времени нам никто давать не собирался. И эти существа, столпившись вокруг жертвенного столба, отплясывающие свой дьявольский танец, имели свои планы. Они и заставили нас считаться.

Похоже, это было что-то ритуальное. В пользу такой версии говорит то, как повел себя самый здоровый из этих гадов. Выкрикнув что-то низким, гортанным хрипом, он подал сигнал к началу. Ближайший греллин прекратил сокращаться под несуществующую музыку, ловко нырнул в один из шатров, а явился обратно к вожаку с серпом наперевес. Кривой такой серп, явно не сельскохозяйственный. Скорее, жатва предполагалась другая.

Вожак принял орудие, и поспешил им воспользоваться. И под задорное улюлюканье принялся за работу. А открывающиеся раны, причиняя наверняка нестерпимую боль, перекрывали криком отчаяния и ужаса – гомон толпы.

Глава 9

Греллины. Я запомнил это слово. Этих существ. Ведь мои глаза сейчас тоже застилала кровь. Не потому, что я ослеплен праведным гневом, и точно не из-за жажды мести. А от того, что на месте бедняги мог оказаться кто угодно. Там могла бы быть и Ульяна!

Я должен был победить в себе это чувство. Тошнотворную дрожь в коленях перед неминуемой дракой. Но только дать кому-то в морду в баре не тоже самое, что сейчас достать свой топор и идти в лобовую атаку против противника… пять, семь, двенадцать, двадцать? Да сколько же их тут⁈

Инстинкт самосохранения вначале шептал, но сейчас он орал громче всего остального. Громче визга женщины. Пережди, приляг прямо тут, в грязи, слейся с местностью, зажмурься и пережди. Все решится без тебя. Переждать, просто переждать. Пока идет жатва дьяволопоклонников, и там собирают урожай крови.

Мой мозг, проклятье, искал простой выход из сложной ситуации. Высокоэффективный инструмент, работающий в режиме тушения пожара. Никто к этому не был готов. И всего лишь сутки этого ада не смогли нас научить. Но если господь смилостивится, и мы это переживем, осмыслить придется многое. В том числе и провести переоценку ценностей. А сейчас человечность пора отбросить. Ведь эти твари не думают о подобных высших материях, они пускают нашей коллеге кровь и собирают ее в чаши, выщербленные грубым инструментом в древесине.

Так, замедленный метаболизм. Это постоянный эффект или контролируемый? Если первое – значит, погони не будет, быстро растратят активный запас сил. Можно воспользоваться методом золотой орды, взять наскоком, спасти Варю и бежать. Если так – то сила этих существ не в том, чтобы загнать добычу, а вот в этой звериной, методичной жестокости. В стайности. Если второе… твою мать, даже думать об этом не хочу. Под нож придется пустить весь лагерь. Но проблема не в том, что меня терзают угрызения совести от отнятия жизни, а от простого и банального вопроса – а как это сделать?

Стая. Наверняка есть иерархия, тут семи пядей во лбу быть не нужно. Убить вожака – стая дрогнет или нет? Теория, не подкрепленная ничем. Господин Дробышевский, я надеюсь, один из порталов появился прямо внутри вашего пентхауса, и сейчас вы делаете зарисовки по местной фауне. Для потомков, если таковым суждено появиться на свет.

Я оглядел группу, обливаясь потом. Мне казалось, что я размышляю целую вечность, но в действительности не прошло и нескольких секунд. Я сжимал рукоять своего топорика изо всех сил, до белых костяшек, а икроножная мышца была так сильно напряжена, что если я через мгновение не разряжу этот импульс, ее сведет судорогой.

Члены группы были не в лучшем состоянии. Дима скалил зубы на манер зверя, неприкрыто демонстрируя неистовый оскал. Но, пусть и был взведен, как пружина, так же не рвался вперед из нашего укрытия. Он наверняка осознавал, что одно неверное движение и фарш в корову обратно не провернешь.

Антон, хладнокровный логист, сейчас держал лук с натянутой тетивой, а наконечник стрелы под его руками метался из стороны в сторону, выискивая приоритетную цель для выстрела. Но, пожалуй, для человека, который никогда в жизни не стрелял из лука, его прошлые попадания в живую, движущуюся цель – больше заслуга капризной Фортуны, нежели его собственное чутье и инстинкт охотника.

Борис был тенью себя самого. Глаза на выкате, сбитое дыхание, попытка спрятать свое тучное тело и сжать его так сильно, как только возможно. Да, он тоже трусил, и пусть в прошлых стычках за ним я подобного не наблюдал, здоровяка я не осуждаю. Никто не смог бы.

Женя тихонько всхлипывала и читала молитву. Ну, как, читала. Шевелила губами, вторя одно и то же. Слов не разобрать, и вряд ли она прикладывала усилия, чтобы исторгнуть из себя звук. Сжимала свои ладони в благоговении и шептала. Что ж, буря в ее душе сейчас не меньше, чем у всех нас.

И Катя. Отвернулась от ужасающей картины, вжалась в тонкий ствол дерева спиной, запрокинула голову к кронам, сплевшихся воедино зеленым ковром, и боролась сама с собой.

Еще секунда. Защита наших ментальных установок трещала по швам от раздающихся нечеловеческих криков, смешанных с шаманским камланием и дикими, гортанными воплями чужеродных существ. Сигнал бедствия, и его необходимо отработать. Я ненавидел себя за промедление, за то, что позволил себе подумать, прежде чем делать. Но это мой способ не сойти с ума от творящегося в это мгновение кошмара.

– Ее убьют. – Просипел Дима, сдерживая рвущийся комок слез.

До меня со всей ясностью дошло, что если я сейчас на перехвачу лидерство, не поведу всех в бой, то мы так и просидим тут, пока Варю не убьют, и после этого, нам как группе – будет конец. Мы не сможем ужиться вместе, зная, что если такое случится с кем-то из нас, то остальные будут просто ждать смерти товарища. А по одиночке мы не выживем.

– Не убьют, пора действовать. – Начал я, сообразив, наконец, как именно мы этого достигнем. – Ты – я указал на Борю. – Громко орать умеешь?

Парень часто закивал, тряся смотавшимися в сосульки от влаги волосами.

– Ты должен орать. Так сильно, как только можешь. Представь, что ты огромный и страшный медведь, а те гады – твоя еда. Справишься?

Он продолжал кивать.

– Ты. – Я указал на Диму. – Возьми это. – Мгновенно открыв вкладку инвентаря, я вытащил созданный накануне щит из коры. Как только он оказался у меня в руках, я применил на него свой навык упрочнения, чтобы он выдержал больше ударов.

– И что делать? – Его зубы стучали, не попадая друг на друга.

– Придется пролить кровь, иначе мы ее не спасем. – Я продемонстрировал свой уродский топорик, но почему-то именно он внушал мне уверенность. – Антон, ты должен помочь. Поддержать нас издали. Я помню, что ты хотел уйти, но…

– Давайте действовать уже, блин! – Шикнул он и кивнул, соглашаясь.

– Катя, твой звездный час. – Козырнул я девушке, и она сдулась, как шарик, наполненный водой, в который ткнули иголкой. – Прокрадись и убей так много, как только сможешь. Но только после нас. Мы нападем первыми и внесем как можно больше суеты.

– А мне орать? – Спросил Дима, безумно пуча на меня глаза.

– Ори. И я буду. – Согласился я. – Остальные ведут себя тихо, как мышки. Так победим.

– А мне? – Подала голос Женя, заметив, что я ее пропустил.

– Просто береги себя, твои силы понадобятся. Ран будет много. ВПЕРЕД, МАТЬ ВАШУ!

– ААААААААААААА!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!! – Раздалось нестройное, полное боли, животного страха и взгляда в глаза судьбе, или смерти. Кому как виднелось перед этим шагом.

Борис растянул свою мантию так широко, как смог, стараясь сделаться визуально еще больше. Расставив руки в стороны, он двинулся наверх, на холмик, и выглядел и впрямь ужасающе. Вопль раненого зверя, громогласный и угрожающий. Мои инструкции он воспринял довольно прямолинейно, и сейчас действительно напоминал кого-то пугающего и выжившего из ума.

Реакция от лагеря греллинов последовала незамедлительная, и была она не совсем той, на которую я рассчитывал: удирать никто не спешил, но вот застать гадов врасплох и внести сумятицу вышло. Линчевание было остановлено, по рядам мелких, грязных гадов, пошел ропот.

Вслед за Борей вперед ломанулся и Дима, размахивая своей секирой и прячась за щитом. Орал он не слабее, но явно выше, что добавляло какофонии. А замыкающим на холм взбирался и я, и вопил больше для проформы – эта двоица создавала достаточный шум и мельтешение.

По левую руку от себя я заметил Катю, которая сделала быстрый шаг из своего укрытия в сторону холма и стала какой-то наполовину прозрачной, что ли. То есть ее очертания оставались видимыми, но текстура и цвет пропали, вбирая в себя цвета окружающей среды. Вот он, оказывается, ее стартовый навык ловкача, который она скрывала. Маскировка с местностью. Могу с уверенностью сказать, что не знай я ее стартовой позиции, в суматохе боя отыскать бы не сумел.

Мимо моей головы просвистела стрела. Антон принялся за дело. Но, судя по тому, что усвистел снаряд куда-то выше, выстрел был пристрелочный. Мне пришлось поверить в чутье этого мужика, и что он начнет попадать.

Столкновение неизбежно, и главной силой нашего наступательного отряда был именно Дима. Ведь Борис просто страшный, а у владельца секиры еще и аргументы есть, вполне острые. Впрочем, наш великан разжился камнем, и именно им сейчас и размахивал.

Шмяк! Брошенный невпопад булыжник впечатался в тупую собачью морду греллина, и тот, впитав инерцию, сделал двойное сальто назад. И сдох – с проломленным черепом особо не поживёшь.

– МОЧИ ГАДОВ! – Орал Дима, подхлестываемый теперь не только страхом, но и адреналином. К нему тотчас сбежались трое мелких, вооруженных невпопад дубинками и каменными кинжалами. Он принялся теснить их щитом, и из-за укрытия поддавал секирой, больше толкая, нежели серьезно раня, потому как – всё не мог размахнуться.

Первая кровь за лекарем, именно его бросок камня ознаменовал начало. Но и остальные осаждающие стоянку включились. Катя, Дима, Антон тоже попал.

И я. Уместно ли будет сказать, что бить этих существ сверху вниз рубящей кромкой заостренного камня, привязанного к палке, было весьма удобно? Целью я был не самой заметной, а оттого к моей фигуре стянулась малая часть греллинов. Я маневрировал. Длина моих рук и ног позволяла мне находиться в относительной безопасности, и атаковать наскоками, задержав дыхание перед рывком. Так мне было отчего-то, спокойнее, как внутренний рубильник к действу. Думаю, если бы враги были ростом с нас, я бы не решился поднять всех в атаку. А так, считай мелкотню бьём. Мы ведь сильнее каждого один на один и всё что нам надо, разбить схватку, разделяя врагов.

Мы большие счастливчики, что эти существа не овладели более сложным арсеналом колюще-режущего инструментария, чем мои потуги мастерового. Луков, пращ и прочего дальнобойного у них не нашлось.

Но вот и мое время пришло. Я не рэмбо и не терминатор, строго выполняющий функцию по нанесению урона. Так что бой, в том виде, в каком я воспринимал его на подступах, видеть я перестал, полностью сконцентрировавшись на том, как бы самому выжить, при этом не слишком растягивая удовольствие.

Обходят с двух сторон. Применять упрочнение нельзя, сломается укрепление на щите. Я пятился назад, удерживая древко топорика так крепко, как мог. Греллин слева кидался вперед, яростно скаля псовью пасть, размахивая перед собой кинжалом. Отступал еще, не выпуская из виду существо справа. Конечно, они старались меня загнать, и я держал в голове, что у меня есть еще несколько метров, пока склон не станет покатым.

– Н-Н-Н-А! – Услышал чавкающий звук и возглас Димы, но самого действа не видел.

На меня напал левый, я тут же ушел вправо, и постарался догнать продолжающего по инерции движение греллина топором в спину, но неудобно: руки пусть и длиннее, но из правой позиции бить по левому противнику неудобно, так что лишь чиркнул гада по плечу.

Тотчас, словно из ниоткуда, возник второй, и попытался меня пырнуть. Изогнулся в животе, выводя спину назад, а рука сама двинулась сверху вниз. Звук ломающегося черепа вибрацией отдал мне в руку и был пойман внутренним ухом. Мерзость. Бурая, неестественно густая кровь обильно потекла из раскрытой черепушки. Один готов.

Но твари не страдали моральными дилеммами от потери союзников, и нападали с тем же остервенением, что и до. Разве что азарта прибавляли, а что еще хуже – учились. Я заметил, что уклоняться и обманывать мне становится все труднее, и мои движения отлично читаются.

– Уродец мелкий, мать твою, а ну, иди сюда, решил ко мне лезть? – Услышал я крик Димы, и невольно бросил взгляд в сторону голоса. Он буквально танцевал с вожаком, они примерялись к ударам, но схлестнуться не спешили, а мелкие прихлебатели обступили парня кругом, создавая некое подобие арены.

Оставшийся «мой» противник нагнулся, собирад в кожистые лапы с тремя пальцами ком грязи и швырнул в меня, еще и так сильно! Ляпух прилетед в лицо, еще с камнями собрал, гадина. Цена отвлечения! Утираю рукавом закрытые грязью глаза и пропустил жгучий, нестерпимо болючий удар доисторического клинка в бок. Вошел он неглубоко, но рана скверная. С остервенением отмахивался топором, и наконец попал, вырубив гада обухом – развернуть режущей кромкой было несподручно.

Жжется, жжется! А вдруг они владеют ядами? Все, Марк, кирдык тебе? Стоп, отставить панику, это просто безмозглые монстры, пусть и умеют пользоваться примитивными орудиями труда, откуда у них познания в химии. Коснулся мелкой рукояти вражеского ножика, который все еще торчал в моем боку сантиметров на пять, и вспомнил опыт из фильмов. Выдергивать нож нельзя, иначе истеку кровью.

Но, черт подери, одно дело осознавать и совсем другое, выполнять. Мол, и с заточкой в боку нормально драться! Конечно же я его сразу выдернул, потому что жжется! Пусть кровь течет, но я хотя бы смогу двигаться, не загибаясь от боли. Особенно учитывая количество адреналина в моей крови на текущий момент.

Арена перестала формироваться, твари в количестве, навскидку, штук пятнадцати, обступили воина, и в кругу он остался с вожаком. На нас, нападающих, ноль внимания. Только орут и улюлюкают, устремив взгляды на своего главаря.

Я вновь осознал, что не знаю, что делать. Нет, мы неплохо справились, трупы сволочей виднелись тут и там, но текущий расклад выглядит прескверно. Пока думал, с силой зажимал правый бок, и между пальцев скользко уже не от дождя и грязи.

Варя жива, но истекает кровью из раскрытой продольной раны на бедре, которую оставил вожак. И ещё несколько мелких порезов, с виду неопасных. Дима в окружении, и его вот-вот разорвут. Боря застыл, как каменное изваяние, и взглядом ищет дрын или камень. Но он, по крайней мере, цел. Катю не видно, как и Антона, они остались вне поля моего зрения. А мой топорик… черт, на нем же не было упрочнения, а его базовый запас прочности чертовски мал. Последний удар обухом заставил лопнуть мою самодельную веревку, и сейчас даже взмах этим орудием приведет его в негодность.

Твою мать!

Самый здоровый из греллинов, в кругу с Димой, пророкотал что-то гортанное, явно обматерив человека напротив. Я понял это на уровне ощущений, а подтверждением осмысленности выкрика стало системное уведомление, так не вовремя вылезшее прямо посреди моих раздумий.

Прогресс в развитии личного навыка: Лингвистика. 1%

Лингвистика: 1% из 100%

Значит ли это, что твари разумны, и с ними можно вести переговоры? Хрена лысого, я что, парламентарий какой-то? Нет уж, они первые пустили кровь.

– А ну, народ, мясом их! Боря, тушку хватай и бросай нахрен в толпу! – Скомандовал я и тоже наклонился к телу. Боль прошила бок, но я, стиснув зубы, ее переборол.

– Э, я же тут! – Отзывается Дима и в растерянности осматривается.

Ошибка, придурок! Не зевай!

Боря подхватил ближайшего почившего греллина, и с натугой бросил тельце с двух рук из-за головы, прямо в толпу, окружившую нашего воина. Я подключился, повторив сделанное Борисом, раскрутил одного из мертвых гадов за ногу и швырнул туда же, куда придется. Эти тупые сволочи точно такого не ожидают, это заставит их отвлечься. А если нет – то я тогда и не знаю, как вызволять нашего бравого солдата.

– АНТОН!!! – Крикнул я, перекрикивая дождь и вопли.

Моя команда забросать греллинов их же телами оказалась палкой о двух концах. Дима, зазвевавшись, получил мощную зуботычину и страшную, тяжелую рану по животу серпом. Инструмент от силы удара сломался, увязнув в искореженном металле латного нагрудника. Но цели этот план, пусть и не без огрехов, но достиг.

Стрела. Всего одна, но ее оказалось достаточно. Лучник попал куда целился.

– Как в тыкву сраную! – Безумно засмеялся Дима, глядя на торчащее древко из клыкастой башки вождя и не обращая внимания на боль от раны.

– Добивайте их! – Вновь кричу я, бросаясь к следующему телу для броска.

Воин, вобравший в себя какое-то умопомрачительное количество уверенности, перехватил секиру за самый краешек древка и раскрутился, как чертова мясорубка! С криками и проклятиями он крутился и переставлял ноги, аки балерина или фигурист на льду, стараясь задеть мелких, но те, увидев, что случилось с головой их босса, дали в рассыпную.

Что ж, и тут я оказался прав. Убить вожака оказалось главнее.

– Никому не дайте уйти! – Кричит из укрытия Антон и поддерживает нашу авантюрную свалку быстрым огнем, пусть и не всегда результативным.

Катя, мрачный холодный жнец, оказалась самой кровожадной. Она подкрадывалась к существам в своей маскировке, наносила удар и передвигалась к следующему. Те, кто пустился наутек, в занимаемой ею зоне были убиты. Несколько тварей проскользнули мимо Бори, но то лишь потому, что ему особо нечем было их останавливать, а хватать уродцев голыми руками он не решался, и это логично. Однако, ему никто не говорил, но одного из мертвых греллинов он приспособил в качестве дубины, и махал уже им. Ему удалось подрубить ноги двоих убегающих их же собратом, и теперь гады ползли. С ними в итоге разобрался воин, закончив свое безумное вращение.

Мимо меня проскользнул всего один, но и то, его настиг выстрел Антона. Их ломанулось сразу четверо, и я банально не успел. Так что, совокупно из этого лагеря сбежали всего несколько существ. Плохо, но не критично. Плохо из-за потенциальной опасности того, что гады приведут сородичей из других лагерей, если таковые есть. Это лишь предположение, не подкрепленное ничем, кроме излишней осторожности. Но шансы явно не нулевые.

– Туда их! Туда! Боря, что ты за чудовище, отпусти ногу этого придурка! – Восклицает Дима, едва стоило драке стихнуть. Его грудь вздымалась часто и мощно, а из живота на штаны сочилась кровь, но ему было будто плевать.

Великан, выходящий из боевого исступления, наблюдал то, что осталось от его снаряда. Одна оторванная в бедре нога. Он выбросил ее, скорчился в омерзении и стошнил. Но, стоило ему прочистить желудок, он нюни не развел, а тотчас принялся помогать воину с его раной.

На холм взобрались Женя и Антон, заполошенные, не менее нервные, оглядывающиеся по сторонам. Девушка кинулась ко мне, разглядев, как я зажимаю окровавленный бок уже полностью красной ладонью, и тихо прошептала.

– Боже, что же вы тут устроили… – Ее ладони озарились магическим сиянием желтоватого цвета и потянулись ко мне.

А после мы, горстка тупиц, услышали возмущенный, полный горести и негодования возглас:

– Эй вы, уроды, я же помру тут! Снимите меня отсюда! – Это был голос Вари, живой и даже довольно бодрый, учитывая, в какую передрягу она попала.

* * *

от авторов: будем очень благодарны комментариям и всяким лайкам. А то право дело, создаётся впечатление, что пишем в пустоту) Обратная связь чертовски важна)