Текст книги "Долг человечества (СИ)"

Автор книги: Михаил Попов

Соавторы: Артем Сластин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 21 страниц)

Глава 7

– Что за переполох? – Выглянул из убежища с разбитым видом, проснувшийся от наших криков Дима. – Нападение⁈

– Нет. – Шумно выдохнул я, как бы отпуская ситуацию.

– Разве что одна косуля попыталась охотиться на льва… – Посмеялась Катя и поспешила сблизиться с Димой, не обращая никакого внимания на мой шок.

Чувство, словно я оказался между молотом и наковальней. Катя точно слышала весь разговор, вмешалась, высказав свое едкое мнение, и поставила не только Варю, но и меня в невыгодное положение. Впрочем, ничего предосудительного я не делал, и за ситуацией в дальнейшем только наблюдал.

Произошедшее точно аукнется в будущем. Как – спрогнозировать тяжело. Но волновало сейчас даже не то, что совершила Варя, а как именно Кате удалось проскочить мимо меня, дежурящего возле входа этой ночью. Об этом я и думал, старательно отгоняя паршивые мысли из головы.

– Катя, откуда это? – Кивком я указал на добычу и спросил напрямую, дабы не бродить вокруг да около.

– Да, кстати… хороший вопрос. – Подключился Дима.

– Все вы, мужчины, привыкли считать, что девушки – это слабый пол. – Уклонилась от ответа кинжальщица.

По ее виду однозначно можно сказать, что она охотилась. Кожаная куртка с заклепками перемазана в крови, собранные в хвост волосы разбились на выбивающиеся пряди, а рукояти ножей на поясе и вовсе были покрыты толстым слоем черноты – кровь, смешанная с грязью.

– Спрошу по другому, – решил я задать вопрос так, чтобы на него нельзя было ответить уклончиво. Или, по крайней мере, было это сделать очень сложно, – как ты минула пост Димы и мой?

– Ну… – Протянула девушка и закатила глаза. – Я ведь не обязана отвечать, да? Или это арест? Если что, документов у меня с собой нет, сраные инопланетяне забрали. Трусы кстати тоже. Показать?

– Кать, хватит ёрничать. – Не поддался я на её провокации.

– Ты ведь понимаешь, что подвергла риску и себя и группу, никого о своем уходе не предупредив, и… – Начал Дима, активно при этом жестикулируя.

– Черт, я просто принесла еды. Разве так важно, как именно я это сделала? – Стала сердиться ловкачка, ответила раздраженно.

– Наверное, нет… – Замялся Дима, потупил взгляд, поняв, что правды не добьется. – Шеф, как ночь прошла?

– О, почти идеально. – Прыснула Катя, ответив вместо меня. – Я пойду к ручью, вы пока разведите костер, сделайте хоть что-то полезное.

– Чего это с ней? – Недоуменно уточнил у меня парень, даже не попытавшись девушку остановить.

– Долгая история. Что будешь делать с этой ее своенравностью? – Попытался я перевести разговор в другое русло.

– А чего это ты меня об этом спрашиваешь? – Вдруг осклабился Дима.

– Действительно. Не потому, что ты исполняешь функции лидера, и не потому, что ты ей явно небезразличен. – Пожал я плечами.

– Эх… – Обреченно выдохнул мужчина. – Вот как они это делают?

– Делают что? – Спросил я, взглянув на забрезживший на горизонте рассвет.

– Думают о таких глупостях в такое неподходящее время. Еще и ссориться умудряются. У нас тут чертов апокалипсис и голодные игры, о выживании надо думать…

Я не стал рассказывать Диме про ситуацию, возникшую за минуту до его появления. Вот уж действительно, в чем он прав – так это то, что сейчас не время и не место для подобных выкрутасов.

– Катя упомянула ручей. Ты что-то знаешь об этом? – Переключился я на другую тему.

– Нет. И кстати, мимо меня она тоже не проходила, если ты подумал, что я вру и спал на своем посту.

Мы обсудили возможные варианты сложившейся ситуации. Дима вспомнил, что когда группа делилась своими способностями, полученными после допроса от неизвестной сущности, Катя оказалась единственной, кто ничего о себе не рассказал. Мы оба, не сговариваясь, решили, что она скрыла свой навык не просто так.

Мы поболтали еще немного, разведали обстановку, собрали несколько относительно сухих веток и хвороста и снесли все ближе к скалам, метрах в двадцати от расселины. Тогда же я и продемонстрировал Диме то, что мастерил этой ночью. Примитивный топорик, а заодно и поделился тем, как я его сделал.

Собственно, можно было бы поступить как и Катя, скрыв кое-что о том, что мне досталось от системы. Но я, будучи твердо убежденным в том, что сотрудничество повышает наши общие шансы, решил все же раскрыть карты. Да и, к тому же, все уже видели, на что я способен. Я ничем не рискую, но группа будет понимать мои возможности лучше, а значит и воспринимать более ценным. Ведь, в сущности, что еще осталось важного, кроме как вклад и личная полезность для группы? Ничего. Хищный оскал базового инстинкта выживания пусть и показался, но пока не кусает. Но это лишь вопрос времени.

– Черт, а это… Это звучит так, как будто у твоего навыка бесчисленное количество применений. – Восхитился Дима, разглядывая в руках мое изделие.

– Наверное. Я почти уверен, что столкнусь с какими-то ограничениями, но пока вот так. Да и ценность не особенно велика. Пока я делал это, Катя успела где-то раздобыть две туши тех гадов. Если она убила их сама, то в сумме заработала на десять хороших топоров.

– И то верно. Но, в любом случае, не бросай эксперименты! Что если вокруг не будет объектов для охоты? А создавать что-то всегда можно – это позволит нам продержаться на голодном пайке из магазина. Тем более, допустим, если нам пригодится капкан, ты ведь сможешь его сделать? В магазине достижений я такого не вижу.

– Думаю, смогу. – Кивнул я, мысленно представляя конструкцию примитивной ловушки. – Хотя, капкан сказано громко, но смастерить какую-то ловушку сможет любой.

– Как во Вьетнаме, яму с кольями? – Прыснул Дима.

– Вроде того. – Кивнул я и улыбнулся. – Давай за работу.

– А не опасно ли? – Вскинул воин бровь, присев на корточки возле будущего костровища.

– Жить в принципе опасно. Особенно теперь. Но что теперь делать?

Мы попытались развести костер. Попытка номер один – высечь искру – и провал. Нужен специальный камень. Кремень или пирит. Но я, будучи спецом по металлу, в камнях разбирался плохо. На невысказанный вопрос, Дима, считав мое замешательство, ответил пожиманием плечами. Нужно искать Варю и просить ее поработать зажигалкой.

– Дим, можешь позвать нашу волшебницу? – Попросил я, все еще чувствуя некое угрызение совести за произошедшее.

– Да не вопрос. – Ответил он и поднялся, шумно хрустнув коленями.

Полуминутой позднее к нашим потугам Варя присоединилась. Она казалась холодной и нелюдимой, а покрасневшие белки глаз отчетливо оповестили о ее состоянии. Дима, не будь он столь деревянным в вопросе чужих эмоций, наверняка бы это как-то прокомментировал, но воздержался. А может, я думаю про него хуже, чем он есть на самом деле, и парень все понял, оттого решил ничего не говорить?

Ее огненная вспышка с легкостью заняла сухой трут, собранный неподалеку, но сгорал он слишком быстро. Жара точечно подавалось многовато, а вот сырые ветки, собранные нами в костровище, заняться не спешили, тут сил волшебницы не хватало. Все, чего мы добились, даже смешав ветки с трутом, лишь горстки пепла и едкого дыма от сырых палок. Что-то явно мы делали не так, но как офисные хомячки, последний раз разжигавшие огонь ещё в детстве, понять не могли.

– А можешь огонь чуть добавить, а? – С надеждой в голосе уточнил Дима у Вари.

Девушка покачала головой из стороны в сторону:

– Я это не контролирую.

– Да уж… огня не развели, да и видно нас теперь из-за дыма.

– Сами пробуйте! – Вдруг взорвалась Варя, зло глянув на нас. – Сказала же, не контролирую я силу, и так делаю что могу!

– Тише, тише, попробуй не трут разжечь, а сразу палки. – Принял оборонительную позицию воин.

Вот как оно бывает – еще вчера крепкий средний класс, каждый с определенной степенью достатка и уровня требуемого комфорта, считали себя людьми высшего сорта, благостно воспринимая достояние человечества. Да что там, считали воду в кране и зажигалку в кармане чем-то настолько обыденным, что даже не задумывались над тем, через что исторически пришлось пройти людям, чтобы у них это было.

А сейчас у нас этого нет. И все, чего смог добиться «средний класс» в разведении костра без привычных приспособлений для пикника – резь в глазах от дыма. Но это и делает нас людьми. В ситуации, в которой мы оказались, нам был жизненно необходим огонь. И именно поэтому мы не бросали попыток.

Попытки номер два, три и далее, тоже не увенчались успехом. Слишком высокая влажность, ветки сырые насквозь, вдобавок покрытые росой, хоть выжимай. Мы посидели немного, обреченно переглянулись с парнем, думая каждый о своем, а вскоре появилась и Катя.

– Проблемы, мальчики? – Ехидно спросила она, окидывая надменным взглядом наши безуспешные потуги, проигнорировав при этом Варю.

– Ага. – На голубом глазу отозвался Дима. – Древесина какая-то негорючая.

Девушка вернулась к стоянке чистая, с влажными волосами, сейчас лежащими на ее спине длинными светлыми локонами. В руках она держала связку какой-то широколистной травы.

– Так значит ты и родник нашла? – Удивился парень, наблюдая за пришедшей.

– Ручей. Я ведь говорила. И, на правах первооткрывательницы, сама же им и воспользовалась. Вам бы тоже не помешало, а то от некоторых смердит.

Варя отчего-то восприняла это на свой счет, фыркнула и ушла к расселине, ни сказав ни слова. Либо же просто не могла находиться в обществе Кати. После произошедшего или в общем развилась такая неприязнь? Мне невдомек. Тем более, задача стоит куда более конкретная, чем разбираться в человеческих душах. Нужен огонь, нужно согреться, вычистить одежду, и действительно помыться. Еще день-два в такой обстановке, и на очередной ночевке не сможем спать от рези в глазах.

Может ли мне как-то помочь мой навык в разведении огня? Сходу на ум не пришло ничего, а изучение интерфейса в погоне за мыслью привело меня к магазину. Там были и дрова, и трут, и огниво. Но все это – местная валюта, которые я на манер Вари собираюсь называть деньгами. Больно уж долго каждый раз в голове прокручивать «очки достижений». Ведь что это, как не деньги? Но не об этом сейчас. Тратиться на столь прозаическое занятие я не видел экономического смысла. Что, совсем не придумаем, как огонь разжечь? От раздумий меня отвлек голос.

– Всем привет. – Это был Антон, широко зевающий и осматривающий окрестности. – Чем это вы тут заняты?

– Да вот, как пещерные люди, пытаемся разжечь огонь. – Ответил Дима.

Я же молча кивнул лучнику в приветствии.

– Почему «как»? – Спросила Катя. – Вполне себе пещерные.

– Действительно. – Шумно выдохнул Дима.

К попыткам подключился и Антон. Ход его мыслей был почти на сто процентов схож с нашим, и вначале он попробовал несколько камней постучать друг о друга, а затем предложил позвать Варю. Мы ему объяснили, что ее способность так же оказалась бессильной, и проблемой был именно влажный валежник. Что уж говорить о сырых ветках на деревьях, которые полны сока.

Вскоре проснулись и остальные. Первой после прочих из расселины выбралась Женя, а самым последним на свет уже вовсю греющего наши кости солнца показался и Борис. Целительница тотчас принялась выспрашивать Катю о том, отчего она такая чистая и где она помылась, а та, вопреки ожиданиям, не съязвила, а вызвалась показать дорогу до ручья. И, под веселое обсуждение бесполезных мужиков, не способных добыть огня, испарились в чаще леса. Антон не возражал.

Я закусил язык. Но не от того, что Катя оказалась права в нашей бесполезности, а главным образом из-за изменившейся обстановки. Дима сидит перед сырым костровищем и пучит в него глаза, никак не реагируя на обстановку, Антон легкомысленно отпускает жену куда-то, а у меня перед глазами все так же стоит разорванная глотка Лены. Нет, я не призывал никого рефлексировать и устраивать сорокадневный траур, а лишь думаю об осторожности. Но, судя по всему, окружающие не очень-то и разделяли мои опасения. Может, оно и к лучшему?

Мы вновь попытались, и вновь потерпели неудачу. Антон, понимая, что огня иначе не добыть, потратил свою последнюю заначку на тюк с дровами. Сухими дровами. И дальше, кстати, все пошло как по маслу. Сухие волокна травы, мелко порванная сухая кора и огонь занялся, стремительнее нагревая камни, сложенные в костровище.

– Получилось! – Воскликнул Дима, уже час сидящий на корточках.

– Спасибо, Антон. – Поблагодарил я за вклад лучника, а тот кивнул мне, внимательно оглядел, словно не решаясь что-то сказать, но все же, что-то для себя решив, заговорил:

– Сейчас Женя вернется, и мы объявим о нашем уходе. Без обид, мужики. – Удрученно ответил на мою благодарность мужчина.

Сказать, что это неожиданно? Нет, совру, никакой неожиданности тут нет. Но все же его заявление – как снег на голову. Думаю, я где-то внутри себя все еще рассчитывал на группу, прикрытие, навыки каждого и выживание в действительно опасном месте, сплотившись. Но местная система, награды и мотивация действовать как индивидуалист прямо подстегивают к тому, чтобы держаться особняком.

– Эй, притормози, ты чего это? Я думал, ты вчера пошутил. – Вдруг всполошился Дима на заявление лучника.

– Нет. Не поймите меня неправильно, я с женой тут никого толком не знаю. – Попытался он оправдаться.

– Да брось, мы за последние сутки вместе столько пережили, сколько десять лет дружбы могут не видеть вместе!

– И тем не менее. Катя токсичный элемент, тут я думаю вы спорить не будете, дальше, – я не знаю что произошло с Варей, но на нее я бы тоже сейчас не рассчитывал, потому что она сидит в расселине и рыдает, игнорируя мои вопросы. К вам, мужики, вопросов нет, но сами прикиньте, вы бы тянули лямку со всеми или защищали свое?

Мы помолчали, слушая треск разгорающегося костра. Сухие дрова давали отличный жар, а огонь, зараза такая, имеет очень умиротворяющие свойства. Так что, не в пример жару огня, горячим дискуссиям о выборе своего нового места в новом мире мы предаваться не стали.

– Позавтракаете? – Спросил Борис, медленно и с надеждой.

– Думаю, Женя была бы не против, да и я тоже. – Кивнул лучник.

Завтрак был молчаливым и напряженным. Борис, как и обещал вчера, разделал тушу одного из стервятников на мясо и пустил его на огонь. Было не слишком вкусно, все же соли у нас не имелось, но то, что пища горячая, а также ее потенциальная калорийность, украшало момент. Варя так и не вышла из расселины. Катя и Женя вернулись от ручья, и целительница посвежела и распрямилась, словно ее угнетало отсутствие привычных благ цивилизации, а это – хоть что-то.

Девушка, ставшая свидетельницей сообщившего во всеуслышание решение мужа, села рядом с ним и молча взяла его за руку, всем своим видом показывая солидарность.

– И куда вы пойдете? – Наконец нарушил молчание Дима, откладывая обглоданную кость.

– Вдоль ручья, – ответил Антон, взглянув на жену, – рано или поздно найдем место для постоянной стоянки, укрепимся, и…

– Это опасно, старик. – Мрачно заметил я. – Сам видел, что тут творится.

– Опасно везде. Даже на Земле, два дня назад, никто не был застрахован от аварии или падающего кирпича. Но сидеть на месте и ждать… – он пожевал губами, и что-то для себя решил, – с моря погоды, это верная смерть. По крайней мере так мы будем винить только самих себя в нашей участи.

Катя, сидевшая чуть поодаль от общего круга и точившая один из своих кинжалов о камень, вдруг сказала:

– Слова не мальчика, но мужа. А сдюжишь?

– Тебе-то какое дело? Займись собой, и перестань цепляться ко всем подряд. Это просто дружеский совет. – Ответил Антон, и мне показалось, что в голос он специально добавил чуть больше яда, чем должен был.

– Пф-ф. – Скривилась Катя. – Дим, может, и мы тоже? Разобьемся на парочки, и каждый своей дорогой?

– Не глупи! – Взбеленился воин, напружинился. – Ладно, я понял причину Антона и Жени, но ты-то куда⁈ И что еще за «парочки»?

– Какой же ты остолоп… – Выдохнула девушка и поднялась с замшелого камня, убирая заточенный клинок в ножны.

– Хватит вам уже. – Воззвал к совести Борис. – Собачитесь не переставая, совсем из ума выжили.

– Что, толстячок, тебе подружки не досталось? Ну, с Марком договоритесь об очередности. – Пожала Катя плечами. – Кстати, где она?

– Варя? Там. – Показал пальцем на расселину Дима, а Боря отмолчался, восприняв сказанное девушкой как-то по своему.

Я же нагревался все сильнее от ее поведения. Откуда у нее это желание злить каждого вокруг себя?

– Действительно, хватит. – Сказал Антон поднимаясь и перехватывая лук на плече поудобнее. – Мы решение приняли, и споры ничего не изменят. Мы уходим. Жень?

– Да. Ребят, берегите себя, надеюсь, мы все выживем к концу этого дурацкого испытания. – Улыбнулась целительница и поднялась вслед за мужем.

А я, кажется, впервые услышал от нее настолько длинную фразу.

В этот момент из расселины, наконец, вышла Варя. Она была бледной, бледнее обычного, с глазами, опухшими от слез, но смотрела на всех с… вызовом?

– Это из-за меня? – Тихо, но четко спросила она.

Все замерли, и даже от Кати не послышалось какого-то очередного едкого подкола.

– Что? – Не понял Антон.

– Если вы решили покинуть группу из-за меня, то лучше я уйду. – Она перевела взгляд на меня, и в нем читалось какое-то отчаяние, а затем, сдвинув брови, вперилась взглядом в Антона.

– Нет, ты чего, мы просто не хотим, чтобы… – Лучник смутился от такого обвинения.

– Хватит! Что, рассказала всем, да? – Зло перевела она взгляд на Катю.

– Потише, ты о чем это? – Недоуменно взглянула на говорящую кинжальщица.

– Выставила меня какой-то… проституткой, воровкой, черт… я так больше не могу! – Сорвалась Варя на крик.

Антон полушепотом спросил у ближайших:

– О чем это она?..

– Я вас ненавижу! Всех! Идите вы к черту! – Выкрикнула она в сердцах и, совершенно неожиданно для всех, сорвалась бегом в чащу.

– Что?.. – Недоуменно хлопал веками воин.

– Подожди, ты куда! – Прозвучало ей вслед от Антона, но в диком лесу фигура убегающей девушки затерялась чрезвычайно быстро.

Глава 8

Времени исчезающе мало, но мало для чего? Относительно чего? Мы все еще не переучены и мыслим старыми категориями. Человек попал в беду – значит, надо его спасать. Оттого и включается внутренний тревожный таймер до чего-то, что может стать непоправимым. Но в нашей текущей ситуации смело и слепо бросаться на амбразуру – значит и самому сгинуть довольно быстро. Жестко? Определенно. Потому нужна сделка с совестью. И судя по разговору, эту сделку внутри себя каждый пытается заключить сам. Отчаянно торгуясь.

– Дура! Тупица! Какого хрена она делает! – Вне себя Дима метался из стороны в сторону, заломив руки и явно нервничая. Снова нештатная ситуация и снова растерялся?

Антон, получасом ранее объявивший о своем уходе, сейчас стоял с Женей в сторонке, словно оплеванный. Полагаю, его моральная дилемма сейчас сильнее, чем у прочих: он, де факто, уже не часть группы, и соотносит произошедшее со своими собственными планами и интересами. И вот спасение утопающей, вернее убегающей, в его планы совсем не входит. Но червячок человечности грызет его, заставляя сейчас фигурально говоря – грызть ногти.

– Тош… Милый, мы должны… – Обращается к нему полушепотом Женя, но звуки в воцарившейся тишине хорошо расходятся, оттого я, стоящий неподалеку, расслышал. Что ж, это его голос разума сейчас говорит, по случайности носящее имя «Женя».

– Погоди ты… давай послушаем остальных. – Отнекивается Антон, не желая принять решение здесь и сейчас.

А ведь время бежало неумолимо. Варя то, в отличие от нас не топталась нерешительно на месте, а бежала через лес.

Уже две увиденные мною смерти за последние сутки четко давали понять, чем закончится промедление. Но я, будучи человеком в первую очередь полагающимся на логику, тоже не спешил геройствовать. Наверняка найдутся более целеустремленные дураки.

– Так, слушайте все! – Вот и нашелся. – Это наша общая вина, что Варя сорвалась. Мы должны помочь ей, отыскать и вернуть обратно, а потом мягко социализировать! – Загалдел Дима, а в унисон ему трещали догорающие поленья в костре.

– Ты сейчас серьезно? – Через губу спросила его Катя, и я подметил, что в глазах ее нет того озорного блеска, что был раньше.

– Да, как будто это вообще нужно обсуждать! Ноги в руки и за Варей, пока ее не схарчили! – Упрямо твердит свое воин, потрясая топором.

– А я думала ты умнее. Сейчас своим приказом, босс, ты ставишь под угрозу всю группу ради крысы и той, кто не думает ни о ком, кроме себя. Ты действительно готов пойти на риск? Себе ответь, мне не надо.

Сколько же яда она выделяет, стоит раскрыть ей рот. Но… я не могу сказать, что я с Катей не согласен. Памятуя о том, каким именно способом Варя решила заполучить мое расположение и обзавестись защитой, я испытывал к ее способам общаться некоторую неприязнь. Тем более ее ранние поступки… В любом случае, легкого выбора не предвидится.

– Вот не надо сейчас устраивать сцены! Мы – люди, а значит, мы должны помогать друг-другу! – Пытался воззвать парень к морали и совести. – Кем мы будем, если сейчас отвернемся от подруги, которая тяжелее прочих переживает то, что с нами случилось? Что с нами станет?

– Да, с нами случилось дерьмо. Система инициации. Отбор. Естественный отбор. – Меланхолично заговорила Катя, но громче, чем нужно, чтобы донести мысль. Скорее она сейчас убеждала. – В следующий раз у нее случится истерика в бою, и что тогда? Подставит вот лично тебя под удар, и что будем делать?

– Да как ты не понимаешь! – Сплюнул и выругался воин. – Это… это ж эта сраная загадка про вагонетку. Я не могу бездействовать, зная, что она не продержится там хоть сколько нибудь, пока мы тут стоим и рассуждаем о полезности такого решения!

Борис, самый молчаливый из нас, сделал шаг вперед и заявил:

– Она – полезная. Это единственный заклинатель, способный изучать стихийные умения. Ее огонь может нам пригодиться. – Высказался он.

– Охрененно полезная! Пока Антон, – кинжальщица козырнула ему, – не потратил свои очки, чтобы у вас появились дрова, вы бы там до сих пор мучались!

– И я думаю, что она еще может показать себя. Очнитесь, мы ведь люди! – Уже всхлипывая, вставила свое мнение Женя.

– К черту. – Шумно выдохнула Катя. – Если вы решили, что лезть в пекло ради сумасшедшей – хорошая идея, то флаг вам в руки. Антош, котик, ты тут самый здравомыслящий, вам случайно в вашу милую парочку третий не нужен? Я умелая. Пригожусь. – Хищно улыбнулась девушка, выставив фигурку в облегающей коже напоказ.

Меня передернула эта неприкрытая игра на публику. Понятно, что она драконит теперь Женю, исходя из каких-то своих собственных побуждений, но вот то, как отреагировал Антон, меня порадовало:

– Нет. Как только все решения будут приняты, мы уйдем вдвоем.

Женя промолчала, лишь взгляд изменился. Теперь глядела на Катю исподлобья, чувствуя неприкрытую злость. Не понимает Женя, что над ней просто глумятся. И вновь я решил не встревать, не мое это дело.

– Я не возьму этот грех на душу. – Вдруг как-то обреченно сообщил Дима, опустив топор. – Если вы не хотите ей помочь, значит, так тому и быть, пойду сам. Шеф, поможешь? – Обратился он ко мне, но ответить я не успел.

– Дим, скажи, а ты в курсе, чем Марк с Варей занимались, пока ты сладко дрых после дежурства? – Спросила Катя, и взгляд у нее был недобрый.

Это становится плохой традицией, что поперек меня отвечает Катя.

– Нет? – Сконфуженно ответил Дима, не понимая, к чему она.

– Тем, чем предлагала тебе заняться я, когда ты заступил в дозор. Сексом, имбецил ты протеиновый.

Мне внезапно сделалось не по себе, но не от заявления во всеуслышание, а от откровенной лжи.

– Не было такого. – Заявил я. – Я не спал с ней.

– Ну да, приди я с охоты на пять минут позже, мне бы пришлось ее с тебя снимать. – Хихикнула Катя.

– Какого хрена это ты сейчас решила сказать⁈ – Рассвирепел Дима, но зыркнул он злобно почему-то на меня.

– Ну, оки-доки, теперь я все поняла. – Хлопнула Катя в ладоши как-то обрадованно. – Прости пожалуйста, Марк, я хотела лишь узнать, с какого перепугу наш бравый защитник так возбудился, стоило этой козочке свалить.

– Ты… – Просипел, едва сдерживаясь, Дима. – Я ничего не…

– Забей, мы спасать эту тупицу идем или нет? – Перехватила девушка кинжалы и встала в пол оборота к чаще леса.

– Это правильно! – Заявила Женя. – Хватит уже спорить!

– Боги, дайте знак, что я не совершу самую большую ошибку в своей жизни… – Взмолился Антон и покрепче схватил лук. – Давайте найдем Варю. Мы поможем, но потом, как и было договорено, группу мы покинем.

– Уважаю твое решение. – Кивнул лучнику Дима, а взгляд его слегка разгладился.

– Катя. – Подошел я к ней и схватил под локоть. Она не сопротивлялась, а даже как будто поддалась. Наклонился к ней ближе, к уху. – Я человек не мстительный, ссоры не ищу, но и ты, будь любезна, не позволяй себе в мой адрес ничего подобного. Скажи прямо сейчас, что эта выходка была последней.

– Л-ладно, не горячись ты так, я же извинилась… – Судя по всему, мой тон был красноречивее тех слов, что я подобрал. Фраза так или иначе вышла куцей, ведь удалив оттуда мат, я срезал больше половины того, что хотел сказать.

– Давайте быстрее, пока мы тут стояли и спорили, кучу времени потеряли! Тушите костер, соберите что нужно и по следу. Антон, видишь что-то? Следы, может?..

Началась суета и беготня. В общем и целом, решение было принято, и мой внутренний человек перестал яростно бить в набат. Да, так лучше. Хотя бы попытаться сделать что-то, чтобы спасти. Насилия и смертей уже хватит, так мне кажется. Должно быть что-то, что делает нас людьми. И пусть она и правда поступила очень… неумно, если выражаться мягко, то бросить ее на смерть только из-за этого – не по-людски.

Кто-то выкрикнул подсказку, что на стволе дерева нужно оставить насечку, и желательно делать такую каждый небольшой отрезок пути. На два случая: если заблудимся мы, и если Варя таки сумеет выйти на тропу, совладать со своими эмоциями и решит вернуться. Так она хотя бы сможет переждать в относительно безопасной расселине.

В поисковой операции мой класс и навык вновь оказались бесполезными, а лучник опять блистал: ему удавалось поддерживать наше направление по следу, и пусть времени на изучение отметин в сырой земле нужно было много, он относительно четко говорил, куда волшебница побежала. А еще, на второй час пути, огорошил нас информацией о том, что система предложила ему профессию «Следопыт», и он решил ее взять, раз других предложений не поступало.

Не совсем понимаю, зачем он нам об этом сообщил, ведь формально себя он причастным к группе больше не считает. Наверное, именно поэтому и сообщил – информация для нас, отныне, бесполезная, а ему просто захотелось похвастаться. Что ж, мы его поздравили с этим новым этапом его жизни. Был логист, стал следопыт. Яблоко от яблони. Экстраполировал свой навык к чему-то более низменному, к земле.

Но, даже не смотря на то, что шли мы с точным пониманием куда, поиски затягивались. На исходе третьего часа мы взяли небольшую паузу, ведь двигаться по пересеченной местности не приучены, ноги от непривычной обуви быстро сбиваются, да и, ко всему прочему, нужно сохранять осторожность. Ведь спикировать какая-нибудь летающая тварь может так же бесшумно, как тогда, когда погибла Лена.

– Пить хочется… – Жалобно сказал Дима, опираясь предплечьем на ствол дерева.

Я был уверен, что Катя тотчас предложит парню попить из своей фляжки. Был бы уверен, если бы не стал частью некоей проверки с утра. И сейчас кое-что соотносилось со смыслом оной – Катя молчала и держалась особняком, не стремясь в первый ряд, и воды не предлагала.

– Вот, возьми. – Предложил свою флягу Борис. – Передай потом следующему.

– Спасибо, здоровяк. – Кивнул ему воин, хлопнул того по плечу и сделал щедрый глоток.

Мой стаканчик, болтающийся в инвентаре, имел еще одну важную характеристику – он мог быть наполнен, и свою полноту поддерживал и тогда, когда из инвентаря я его вынимал. Сейчас я в руке держал собственное изделие, до краев полное воды, которую мы уже проверили, и диарея никого не разобрала. Козленочком тоже никто не стал, испив из копытца. Так что жажду утолил и я, но порция была слишком мала, чтобы делиться. Не чета крутым платным флягам из магазина достижений.

Борины запасы живительной влаги быстро иссякли, и индивидуалистка Катя предложила попить только Антону, которому не досталось: свою порцию он уступил Жене.

Тот флягу принял, отчего у Жени вновь изменилось выражение лица. Но предъявить за флирт простую попытку помочь было трудно, потому она молчала.

– Как думаешь, где она? – Спросил я у Антона, присев рядом с ним на корточки, чтобы взглянуть на грязный ляпух в земле, для меня выглядящий как бесформенное нечто. Но Антон гордо называл это «следы».

– Смотри, здесь она уже не бежала. Шаг вдавлен глубже, брызг рядом нет, глянь, листва рядом чистая. Если не бежит, значит или выбилась из сил, или чувствует себя в безопасности.

– Я бы не был уверен насчет второго. – Высказался Дима.

– Я тоже. – Поддержал мнение Антон. – Но то, что края следа еще не обвалились и не сгладились, говорит о многом.

– И о чем же? – Спросила его Катя, уперев ножку в ствол и облокотившись на него спиной.

– Она рядом. До километра. – Ответил он не задумываясь.

– Весьма точное наблюдение. – Со скепсисом заявила Катя.

– Я прокачиваю профессию. Это же так называется? Прокачка? – Вдруг ни с того ни с сего спросил Антон.

– Ага, как в игре. – Закрыл вопрос Дима.

– Ну вот. Я теперь могу идентифицировать своим системным взглядом эту вмятину, и она подсвечивается как след и примерное направление. Я уже на три процента поднял это ремесло, это много? – Окинул он взглядом присутствующих. Уверен, искал не ответа, а понимания, кто так же овладел профессией.

И я кое-что подметил. Катя закусила губу и отвела взгляд. Отвечать решил сам:

– Я немного со своей профессией поигрался, но поднял за ночь тоже всего до трех процентов. Так что, думаю, у тебя очень хороший темп.

– Спасибо. – Улыбнулся лучник каким-то своим мыслям и распрямился. – Передышку можно считать оконченной? Жень, ты как?

– Все хорошо, я готова идти. – Улыбнулась и с готовностью кивнула целительница.

– Борь? – Спросил его Дима.

– Да. Тяжеловато, но я иду.

– Замечательно. Тогда – ходу, нечего тут стоять, мы близко.

– А меня ты даже не спросил… Ну-ну… – Не понимай я междустрочный смысл слов Кати, сказал бы, что она обижена, а сейчас просто подливает масла в огонь.

Но парень проигнорировал ее провокацию, и мы пошли дальше.

Скорость ходьбы взрослого человека варьируется где-то между четырьмя-шестью километрами в час, и если двигаться по верхней границе – это очень быстрый шаг. По асфальту или треку, и в удобной обуви, без какой-либо нагрузки.