Текст книги "Долг человечества (СИ)"

Автор книги: Михаил Попов

Соавторы: Артем Сластин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 21 страниц)

– Мне нужно пятнадцать минут. Никого сюда не впускай. Сделаешь? – Спросил я ее настойчиво.

– Да, но, что ты задумал?

– Мне нужно кое-что проверить. – Ответил я и вернулся внутрь.

Следующие пятнадцать минут растянулись в целую вечность. Да, я перебирал мертвецов. Поднимал по одному, смотрел в лицо, складывал обратно. Тех, кто не был женщиной, не трогал. Надеюсь, почившие, глядя на меня с неба, простят мне это занятие, ведь я должен был убедиться. Я должен НЕ найти ее здесь. И ее здесь не оказалось. Во славу, вопреки, черт его знает, почему.

Вернув все в первоначальное состояние, я забросал яму тряпками, накрыл деревянной решеткой, мрачно взглянул на Катю, сходил к тем кучам, что складывал ранее и перенес их внутрь мертвецкой, забив ее наполовину.

– Спасибо. – Сказал я девушке, все еще стоящей на страже входа.

– Клянусь, я не хочу знать, что ты делал. – Ее передернуло, словно съела кислый лимон.

– И не надо. Скажи всем, пусть вонючие тряпки забивают сюда. А мне нужно подышать.

– А с телами мелких что делаем?

– Если хватит места – их тоже сюда. Всяко лучше, чем они будут гнить на земле.

– Ты, часом, не решил тут остаться? – Как бы невзначай спросила девушка, совершенно не акцентируя внимания на этом вопросе.

– Я пока ничего не придумал, и как упоминал ранее, у нас демократия. Обсуждать будем вечером, но эту ночь проведем в лагере.

Несколькими часами позже, когда вся группа отчиталась о том, что местность обыскана, все что по их мнению было ценного они снесли в большой шатер, а трупы и вонючие подстилки забили в указанную Катей лачугу, мы смогли выдохнуть. Работы было много, была она тяжелая, но так лучше, чем ночевать посреди побоища.

Для сна мы приготовили четыре лачуги, решив все же сохранять определенную социальную дистанцию и не спать вповалку, но и одновременно с этим не шибко распыляли силы на подготовку индивидуальных апартаментов. Распределились так: Борис в одной лачуге с Димой, в лазарете Антон, Женя и Варя, Катя единолично решила спать сегодня одна, а я, так вышло, должен был разделить лачугу с Антоном, но тот наотрез отказался покидать Женю. А та, в свою очередь, заявила, что должна быть рядом с Варей и при ухудшении состояния воздействовать на ногу своей лечебной магией. В общем, обсуждение грядущей ночи вышло сумбурным, но кое-как распределились, и то ладно.

– Марк, у нее жар. Температура уже, как мне кажется, перевалила за тридцать девять. – Сказала Женя, когда я пришел проведать раненую ближе к сумеркам.

– Что это значит? – Спросил я и напрягся, прикрывая за собой шторку из кожи.

Девушка вытерла лоб ладонью, помедлила с ответом. Смотрела она не на меня, а на лицо Вари, искаженное болезненным румянцем. Дыхание ее было частым, поверхностным, с вырывающимися хрипами и свистом на каждом вдохе.

– Она борется. – Неоднозначно сказала Женя. – И пока проигрывает. Инфекция, как я и говорила. – Женя отодвинула край мантии, прикрывающий рану, и вид был ужасающим. Рана вспухла, вокруг бедра синевой расползались синяки и какие-то узелки из вен.

– Есть идеи? – Присел я на корточки рядом.

– Магия не помогает очистить ее организм. Зелья, которые я вливала и ей в рот и на рану, тоже не помогают. По крайней мере, никакого волшебства и чудесного исцеления не случилось, но думаю, она жива до сих пор только потому, что мы предприняли максимум, который нам доступен.

Женя, наконец, подняла на меня глаза. Они не выражали ничего, кроме усталости.

– Ты хочешь сказать… – Я зажмурился от мысли.

– Пока нет. Но, без антибиотиков широкого спектра, без хотя бы цефалоспоринов, хотя бы чего-то похожего, она умрет, не встретив рассвет. Лихорадка сожжет ее изнутри.

Твою ж мать…

– Антибиотиков в магазине нет. – Констатировал я факт, проверив соответствующую вкладку. Только зелья.

– В магазине – нет. – Вдруг повторила за мной Женя, но иначе расставила акценты. – Но посмотри вокруг, мир чужой, но раз есть инфекции, значит, должны быть и средства против них?

– Предлагаешь поискать? – Спросил я, не до конца понимая, как мы изготовим лекарство в текущих условиях.

– Алкалоиды, фитонциды… – Женя провела рукой по горячему лбу Вари, посмотрела на свою ладонь, задумалась, и продолжила. – У нас есть навыки и мы же видели, что растения можно идентифицировать. Нужно проверять все, и искать свойства. Что угодно, где есть «антисептическое, противовоспалительное, жаропонижающее».

– Понял. Нужно искать. Растения, грибы, мох и лишайники, да? – Судорожно начал я вспоминать всё, что когда-то отложилось в памяти.

Как-то ведь наши предки справлялись? Перерабатывали дикорастущие сорняки в лекарственные препараты. А значит и мы сможем.

– Да. Я смогу сделать вытяжку, и надеюсь, это поможет. Но это еще не все.

– Слушаю. – Кивнул я.

– Начать надо с малого, сбить температуру, дать организму передышку. Нужна чистая вода, много воды, нужна ткань. Это то, что нужно сделать немедленно.

– Понял, добудем. Что еще?

– В идеале, можжевельник и кора ивы.

– Ничего себе набор. Что за зелье ты собралась сварить?

– Никакого зелья, это салициловая кислота. Или какой-то ее аналог. Для того, чтобы она пропотела и сбить температуру.

– Понял. Что-то еще?

– Да… – Шумно выдохнула девушка. – Местный антисептик для раны. Что-то сильное и жгучее, что выжжет гной. – И вновь опустила ладонь на лоб Вари.

– У нас есть время? Нет, я не к тому, что будем сопли жевать, но просто…

– Немножко. Воду чем скорее, тем лучше, а остальное потерпит до утра. Но потом может быть уже просто поздно, Марк, процесс пойдет по нарастающей. И, я вас умоляю, если соберетесь в лес, будьте осторожны. Я не смогу лечить всех.

Я молча кивнул, уже прокручивая в голове план. Еще немного солнечного света у нас есть, значит, нужно начинать сейчас же. Бродить в сумерках смерти подобно, а значит, надо торопиться.

Пусть это был и призрачный шанс, но он был. А еще я заметил нехорошую тенденцию от системы и всего этого испытания целиком. Сколько решений на грани добра и зла я принял за последние сутки? Не счесть. Продолжу в том же ритме, к концу, если повезет выжить, я сам себя не узнаю.

– Все плохо, да? – Из тягостных раздумий меня выдернула Катя, поджидавшая меня снаружи.

– Подслушиваешь? – Шикнул я на нее злобно.

– Конечно. – Кивнула она и улыбнулась. – Что будешь делать?

– А ты как думаешь? – Ответил вопросом на вопрос я.

– Ну, ты определенно попытаешься поступить правильно, собрать людей на поиски перечисленных растений, чтобы иметь крохотную надежду на то, что она выживет. – Кивком в сторону лачуги указала Катя.

– К чему ты клонишь? У меня нет времени выслушивать тебя сейчас. – Раздражался я все сильнее.

Катя вынула кинжал, покрутила его в пальцах, многозначительно на меня посмотрела.

– Через час-два она начнет кричать. Кричать так сильно, что приманит сюда любую живую хрень в радиусе километра. Ты хочешь рискнуть? Я – нет. – И взгляд ее был совсем немилосердным.

– У меня нет времени на эти дурацкие загадки. Говори прямо!

Катя молчала несколько томительных секунд, а потом коротко выдохнула, словно бросаясь вниз головой в омут.

– Я предлагаю её добить.

Глава 12

Первой мыслью, что пронеслась у меня в голове после предложения девушки, это: «Что ты, черт побери, такое несешь.» Но, предвосхищая будущие споры, решил ответить иначе.

– Не вздумай. Окрасишь руки кровью, потом не отмоешься. – Покачал я головой, но зла на эту идею, почему-то, не чувствовал. Десятки трупов сваленных в яме, что-то надломили в моей душе, заставив её зачерстветь.

– Ты снова мне за мораль затирать будешь, начальник? – С ехидной ухмылкой спросила Катя, резко переменившись в лице. Видимо, ее напрягала моя возможная реакция на высказанное предложение.

– Нет. Когда о твоем деянии станет известно в группе, больше никто не рискнёт повернуться к тебе спиной, ожидая удара в неё. Нет нужды терять еще и тебя. – Я осекся. «Терять еще и тебя», это ли не значит, что мысленно с Варей я уже попрощался? Нет, нужно откинуть эти мысли и двигаться вперед.

– Я предложила это потому, что к утру уже может и некому будет меня защитить. Как и я никого не прикрою. Подумай, Марк. Мы просто растягиваем ее агонию. – Девушка подогнула ногу в колене и уперлась стопой и спиной о стену соседней хибары.

– К черту твое «подумай». Не мне решать, жить ей или нет. А проблемы будем решать по мере их поступления. – Отрезал я безоговорочно, и зашагал к большому шатру, где сейчас располагались все остальные.

Катя засеменила за мной, но больше ничего не говорила.

А ведь действительно, кто я такой, чтобы решать чью-то судьбу? Я был их начальником на Земле, здесь же пытался всеми силами отказаться от выстроившейся иерархии. Но видимо не вышло. Они продолжали заглядывать мне в рот, ожидая, что сейчас я что-нибудь скажу и спасу ситуацию. Перекладывали решение.

Вдобавок, тот расклад, что сейчас нам выпал, вряд ли можно назвать хорошим. Невольно мы теперь привязаны к сомнительному месту, потому что переход куда-либо непременно убьет Варю, да еще и подставит под удар тех, кто ее несет. Сплошные минусы. Но я даже не о правильности рассуждаю, и не о человечности, а о вагонеточном парадоксе, который вряд ли удастся разрешить легко и играючи.

В жизни, оставшейся позади, был один вымышленный персонаж, твердивший, что при выборе из большого или малого зла, он бы предпочел не выбирать вовсе. Я не знаю, выигрышная ли это стратегия, но пока буду придерживаться такого принципа. Ведь, в конечном итоге, что, как не трудный выбор сейчас стоит передо мной? Да что там, перед всей группой. Ведь не могу я решать за всех, сам постоянно твержу о демократии. Выставить вопрос на общее обсуждение? С чего начать тогда, какое настроение должно быть в моих словах, какими тезисами аппелировать, и какую позицию отстаивать самому?

Нет, к черту все это. Слышишь, система, реагируй давай, считывай мое намерение остаться человеком.

Отбросив тягостные раздумья и оставив их снаружи склада, я прошел внутрь, и за мной в проеме показалась кинжальщица со скучающим видом. Я жестом привлек внимание присутствующих, и три пары глаз устремились на меня и ассасинку.

– Слушайте, есть новости. – Начал я, прокашлявшись, ведь ком в горле никуда не делся. – Во-первых, отдых нам пока не светит, придется поработать еще. Во-вторых, мне нужны два добровольца для вылазки.

– Куда? – Напрягся Дима и поднялся с земли.

– За травами, которые могут помочь Варе. Пройдемся у опушки, зацепив буквально метров пятнадцать вокруг лагеря, заодно и разведку проведем. – Ответил я.

– Я пойду. – Чрезвычайно уверенно и даже настойчиво, без мгновения раздумий, подтвердил свое участие воин.

– А мне можно? – Спросил Борис. – Чувствую себя пятым колесом.

– Ты чего, здоровяк? – Вдруг, полностью выбив у меня почву из-под ног, к парню, сидящему у стены в позе «лотоса» подошла Катя, наклонилась к нему, обхватила грузные щеки парня ладошками и пристально взглянула к нему в глаза. – На мой взгляд ты тут единственный, кто не доставляет проблем. – И чмокнула его в лоб.

Борис, шокированный таким вниманием красивой девушки, залился пунцом, глаза его сузились в неге, и он промямлил слова благодарности. А Катя, видимо, довольная произведенным эффектом, как кошка отпрянула и разместилась неподалеку.

– Да. – Кивнул я Борису. – Работать будем сообща. Я тоже иду.

– А я, так понимаю, остаюсь на защите лагеря? – Спросил Антон, поднимаясь.

– Верно. Кать, у тебя с ведением документации как? – Ответил вначале лучнику, а затем обратился к Кате.

– В порядке, я же кадровичиха. – Улыбнулась она. – А что?

– Нужна ревизия вот этого вот всего. – Оглядел я огромную кучу пока непонятного барахла, которое стянули ребята со всего лагеря в этот шатер. – Нужно понимать, чем мы располагаем.

– Скучно… может, я с вами пойду? – Запротестовала она.

– Нет, самые боеспособные должны оставаться в лагере. Антон пусть занимается своей профильной работой и смотрит в оба глаза, а ты на подхвате. Давайте не спорить и разберемся с этим по-быстрому. – Отказал я, хотя и понимал, что распределение задач на первый взгляд может показаться несправедливым.

Но мне было сейчас совершенно плевать на справедливость. Работа должна быть сделана, к этому привыкли парни из моего отдела, остальным придется привыкать.

Распределив задачи, мы с Димой и Борей спустились за пределы лагеря в том месте, в котором поднимались. Выбрали именно это место неслучайно, ведь Боря предположил, что вокруг лагеря могут быть ловушки. А там мы хотя бы уверены, что никаких сюрпризов греллины не заготовили.

Из огромной кучи найденных в лагере вещей мы взяли только по одному каменному кинжалу, чтобы было проще срезать растения.

– Так, мы не ищем что-то конкретное, времени у нас на это нет. Огибаем полный круг у подножия лагеря, собираем в инвентарь вообще все травы, грибы, мох и ягоды, которые найдем. – Начал я объяснять парням план. – После нас должна оставаться пустошь. За работу!

Уточнений или споров мы избежали, ведь что может быть проще, чем нарезание растений. И работа у нас спорилась – мы, как бегуны на стадионе, выбрали определенную дорожу и разбег между каждым собирателем, принялись собирать все, что попадается на глаза, не тратя время на идентификацию каждой найденной травинки. Инвентарь превращал это занятие в нечто подобное игре. Срезал, забросил в него и дальше. Мы даже не тратили время на собирание в пучки. Анализом того, что нашли, займемся уже в лагере, причем перебирать полезное и неполезное будем все вместе.

Нашу работу затрудняли сгущающиеся сумерки, что совсем скоро непременно превратятся в темную ночь. Задача была довольно медитативной, а прикинув скорость, с которой мы продвигаемся, обернуться я планировал максимум за час. И, раз уж какой-либо мозговой деятельности при махании кинжалом у земли не требовалось, я размышлял.

Нужно внедрить правила. Например, предложить людям систему некого общака, чтобы избежать ситуации, как в первую ночь, когда Борис, бедолага, чуть не остался без еды. Допустим, половина доходов в очках достижений каждого должна быть обращена на нужды лагеря. Я пролистал категории товаров в магазине, одним глазком, чтобы понимать, в какую сторону нам вообще двигаться. Инструменты, утварь, долгохранящаяся пища, одежда, оружие… много всего. Нам нужно поддерживать баланс выживания, защиты имущества и развития.

Без контроля над ресурсами никуда. И я не сомневаюсь, что подобное правило вызовет массу споров и протеста, но думаю, мне удастся их убедить. Главное подать правильный пример.

По поводу моей специализации тоже неплохо подумать. Кто я вообще по классу? Какую истинную роль и смысл вкладывали те, кто придумал мою школу магии? Я – маг-трансмутатор, на первый взгляд обладающий функционалом поддержки. В разделах магазина новых книг с заклинаниями я не нашел, а значит, добываются они как-то иначе. Стало быть, новые навыки открываются по мере повышения уровня. Но я… черт, я вряд ли сдвинулся хотя бы на чуть-чуть в этом направлении.

Меня обуревала мысль, что я занимаюсь чем угодно, кроме прогрессии. Подумалось, что те, кто сразу же принял правила игры и занимались прокачкой, уже имеют солидный уровень, серьезные навыки, хорошую экипировку, сделанную не из отходов, как я, а приобрели что-то толковое. А еще, быть может, нашли какие-нибудь секреты, может даже артефакты! А я занимаюсь бестолковой ерундой, играю в собирателя, демократа, выживальщика.

Прогресс в социальном ранге – Кандидат: 18%.

Ух ты. Чтобы это могло значить? Мое решение собирать травы и распределение ролей или… мои мысли о том, что я в действительности должен делать? Если первое – то я спокоен, и делаю все правильно. Но если второе… вы что там, сволочи, мысли читаете?

– Гляньте-ка. – Вырвал меня из размышлений Борис, склонившись над каким-то цветком, похожим на нашу земную розу, только нежно-голубого цвета, да еще и испускающую легкую ауру того же цвета.

– Необычно, красиво. Рви и идем дальше. – Буркнул отчего-то недовольный Дима.

– Да постойте… Идентификация на растении не работает, говорит, мой навык слишком мал. Может, это что-то ценное? – Выдвинул предположение Борис, и явно искал поддержки.

Я обратил внимание на заминку, решил и свою идентификацию проверить. Но, как и ожидалось, мой точно такой же непрокачанный навык не позволял понять, что передо мной. Однако, делать что-то все же нужно.

– Все равно сорвем, но в компост не пустим, как прочее ненужное, а сохраним на будущее. Ведь действительно может быть что-то жутко ценное, просто мы пока не доросли до этого. Только давай аккуратней, попробуй подкопать его и достать с корнями. – запоздало вспомнил я, что у некоторых целебных трав ценились именно корни.

– Да, – кивнул Боря, – еще странно, что всего одно оно такое тут во всей округе. Мы как будто в чёртовую китайскую Уся провалились с тысячелетным корнем папоротника, цветущим в глубине леса.

– Тем более нам такое нужно. – Согласился я. – Молодец, что заметил.

– Мы уже половину круга прошли. – Добавил Дима. – Может еще что-то такое попадется.

Я неопределенно пожал плечами, но вряд ли в опустившейся тьме они мой жест разглядели. Тем не менее, минутная передышка завершена, пора пройти остатки круга.

Сбившись с мысли, я больше не пытался сконцентрироваться на идеях, а именно что высматривал что-то ценное в округе. Но удача подвернулась только здоровяку, а мы, загруженные сеном под завязку, решили возвращаться.

– Есть новости? – Спросил у меня подошедший к нашей троице Антон.

Я покачал головой.

– Собрали все вокруг, ничего и никого не видели.

– Тут тоже тихо-мирно. – Заявил лучник, поправляя свое орудие на плече.

– Как там Варя⁈ – Нетерпеливо спросил Дима у Антона, сделав шаг ближе.

– Жар не проходит… Ну, вам лучше у Жени узнать. Только не всей толпой, девушкам нужен покой. – Опустил глаза парень.

Черт, а я планировал перебирать собранные травы и растения прямо в лазарете, чтобы прямо на месте отбраковывать лишнее от полезного и предпринимать какие-то шаги. Но, пусть так, соберемся значит в соседнем шатре, там распределим. В принципе понятие инвентаря многое меняет в нашей жизни и потом всё ценное будет легко перенести в лазарет, не потеряв по пути.

Моя идея собирать все подряд не лишена смысла, ведь и просто сено может быть очень полезным, если найти ему применение. От пока ненужного компоста до закупорки щелей в стенах или подготовку лежанок для удобства и отдыха. Применений куча. Ничего бесполезного нет, кроме, может быть, дерьма. Да и то служит удобрением для роста растений.

Я скомандовал парням складировать наши находки в шатре рядом с лазаретом, а сам сходил в большой склад за Катей, чтобы оторвать ее от инвентаризации. Впрочем, отрывать не пришлось – когда я прошел внутрь, все было отсортировано по кучкам и, оценив скучающий вид кинжальщицы, можно было понять, что она закончила.

– Пойдем. – Позвал я ее, не заходя в шатер полностью. – Сейчас каждые руки пригодятся.

– Да-да-да, иду. – Затараторила она. – Помыкаешь мной, как будто я твоя подчиненная. Но мне нравится.

– Губу закатай. – Бросил я. – Что насчитала?

Девушка, действительно, оттопырила обиженно нижнюю губу и состроила бровки домиком. Но, выслушав мой вопрос, с готовностью на него ответила, и по пути к месту подсчета поведала о том, что стало нашим стартовым капиталом.

Что-то Катя классифицировала как вооружение, но в сущности просто примитивные инструменты. Копья на кривых палках с заостренными камнями в виде наверший. Можно пустить на дрова, а можно на частокол. Множество, десятки костяных и каменных ножей. Полезный расходник, который мы с парнями успели оценить по достоинству. Траву и грибы режут отлично. Был серп, принадлежащий вожаку, и он выглядел добротным, но вряд ли годился кому-то из группы как оружие. А как инструмент сойдет, как минимум для зачистки древесины от коры. Был еще и топор, грубый и тяжелый, но сделанный более качественно, чем мой.

Одежда других инициированных, пять мантий, три кожаных куртки, с десяток штанов и пар сапог, и неплохой латный комплект, вроде того, во что был одет Дима. Была еще и кольчуга на коже, это некий укрепленный вариант средней брони, я такой ни у кого не видел. Может быть, это даже из магазина. И еще плащ, на который я положил глаз и которого точно не было в стартовых комплектах, больно уж он был хорош. Плотный, крепкий, с капюшоном.

Чуть больше десятка глиняных горшков средней степени паршивости. Некоторые треснуты, некоторые испорчены какой-то вонючей гарью и копотью внутри. Я старался не думать, что в них готовили, потому что от этой мысли начинало мутить. Но были и чистые, и целые, а значит, на кипячение воды или хранение сгодятся. Еще мешки – греллины, по всей видимости, шили их из желудков крупных существ, выскабливая все лишнее.

Много костей. Очень много. Можно пустить их на наконечники для стрел, чтобы у Антона был боезапас, можно на иглы, можно на инструменты или рыболовецкие крючки. Все сгодится. Кости это хорошо. Какое же облегчение я испытал, поняв, что принадлежали они животным. Хватит с меня на сегодня мертвецов.

Плошки со смолой, вроде той, что я применял для починки сапога Жени. Но тут она аккуратно собрана, все еще вязкая, с подернувшимся студнем и затвердением сверху, как будто закупорены. Клей, герметик, может факел сделать удастся. Две плошки – мало, конечно, но это точно лучше, чем ничего. А учитывая мой навык, были у меня идеи, что с этим сделать, ведь для него мне по сути нужно просто соединить вещь, придать ей некую целостность, а значит можно использовать минимум клея. Понятно, что скорее всего и прочность будет хромать, но нам сейчас важнее был объем вещей которые можно получить.

Были еще мелочи, типа тряпок, мотков веревки, нечто похожее на колышки, которыми фиксируют палатки или расклинивают топоры.

Затем Катя рассказала про «провиант», не скрывая отвращения. Сушеные грибы, непонятно чье мясо, какие-то коренья. У меня были серьезные сомнения насчет того, можно ли это есть, и кинжальщица разделяла мои мысли на этот счет. Поэтому своим решением определил – мясо выкинуть.

– Это все, не считая построек, большого котла из неизвестного мне материала и оружия других инициированных.

– Почему не считая оружия? Что с ним не так? – Напрягся я.

– Потому что пока ты с задумчивым видом шастал по лагерю, мы его уже поделили. – Ответила Катя. – Но не волнуйся, распределяли по полезности. Просто всем нужно было…

– Что?

– Что-то, чтобы порадоваться. Откинуть мысли, что мы грабим мертвецов. В беспросветном мрачняке вокруг никто не мог удержаться и не прикарманить себе что-нибудь.

– Не одобряю собственничество, но понимаю. – Выдохнул я. – Все равно, в двух словах, что там было?

– Одноручный меч для Димы, два лука, точно таких же, как у Антона, ему они и достались, книга-катализатор для целителя, ее забрал Борис, два фокусировочных кристалла, как у тебя, легкий метательный топорик и посох.

– Так. – Не понял я. – А зачем ему целых три лука? У него же не шесть рук. Или что-то изменилось, пока мы отсутствовали?

– Ну, – слегка смутилась девушка, – У них же есть степень износа, мало ли сломается.

– Нет. – Решительно отмёл я возражения, раз уж на меня взвалили обязанность главного в группе. – Нам сейчас кровь из носу нужны дальнобойные бойцы и пусть лучше будет три лучника, один из которых хороший и два посредственных, чем всего один. С прочностью разберёмся, если что, я починю.

– Хорошо. – На удивление податливо кивнула девушка.

– Что из этого набора взяла себе ты? – С интересом спросил я.

– Метательный топорик. Я даже потренировалась слегка, пока вы травы собирали. – С хвастовством ответила девушка. – У меня неплохо получается.

– Может быть полезным. – Прикинул я. – А посох?

– Думали для тебя оставить. А то ты как бедный родственник вышел.

Я пожал плечами. Да, я пожалуй не страдаю шмотовничеством, но с экипировкой так или иначе что-то придется делать.

– И на этом спасибо. – Кивнул я. – Хорошая работа.

– И это все? Не поцелуешь ручку, не скажешь, какая я умница, что перебрала все это смердящее барахло? И даже не попросишь показать мастер-класс с топором? – Картинно удивилась девушка.

– Нет, наверное, не сегодня. День был долгий, а мы еще даже не близки к тому, чтобы его закончить.

Поговорив об итогах наших дневных сборов, мы собрались всем лагерем, включая Женю, и уселись в соседнем от лазарета шатре. Он легко вместил нас всех и еще осталось место в центре, куда я, Дима и Боря скинули весь добытый в короткой вылазке у лагеря растительный сбор.

Гора вышла внушительная. Коротко объяснив задачу, что нужно определять свойства каждого взятого в руки растения и складывать его в кучку к таким же, и если находится новое свойство – объявлять его во всеуслышание и создавать для него новую кучку. Если это мусор, сорняк, не представляющий ценности, откладывать в одну кучу. А если свойства не определяются из-за низкого навыка – убирать обратно в инвентарь, чтобы не высыхал, теряя свойства и превращаясь в солому.

И снова работа закрутилась. Она была еще более медитативной, чем сбор травы, а потому нам быстро стало скучно. Пошли задушевные разговоры, шутки и анекдоты, и все в попытке просто разрядить обстановку, спустить пар и расслабиться. Неуместно, конечно же, но это лучше, чем поехать кукухой от безнадеги. А так хоть как-то.

Свои мысли о внедрении правил я решил пока не озвучивать, сделаю это завтра, на свежую голову. Не хотелось портить людям отдых. Ну, или некое его подобие.

Кучки постепенно оформлялись. Зеленое месиво начало раскладываться на некое подобие классификации, которое обретало для нас смысл.

Первой, конечно же, отделилась самая большая куча. То, что являлось сорняком и не несло в себе каких-либо свойств. Там лежало, на мой взгляд, более восьмидесяти процентов всей зелени, и она постоянно пополнялась. Жесткие стебли, похожие на полынь, какие-то листочки с налетом, обычный лесной мох, довольно мягкая трава. Последнюю, кстати, решили отделять в особую кучку – сделать из нее места для сна.

– Свойство – утоляет голод. – Сказал Борис. – В съедобное?

– Ага, туда. – Кивнула Женя, ставшая нашим аптекарем.

Скромная кучка, основанная Борей, начала пополняться. Несколько горстей мелких, кисловатых ягод, с предостережением от переедания. Якобы, вызывает диарею, если их перебрать. Затем были клубни, похожие на картошку, но чертовски твердые. Еще туда отправились грибы-зонтики с упругой мякотью.

– О, я походу первый буду! – Воскликнул Дима. – Читаю: свойство – местноанестезирующее. Это что такое?

Аптекарь-Женя поспешила разъяснить:

– Блокируют нервные импульсы в месте, куда приложишь. Значит, у Вари будет не так сильно болеть нога. Или у тебя что-нибудь.

Кстати, я и забыл о боли в боку, как, похоже, и Дима о своей ране на животе. Все-таки мы очень легко отделались, а своевременное лечение и удача не занести инфекцию, сделали свое дело. Но находка, без сомнений, полезная.

В кучку, основанную Димой, отправлялись листья мясистого растения, от сока которых немели пальцы. Были еще листочки с иголками, от которых шел резкий хвойный запах, а в свойствах значилось «Стимуляция кровотока». Что бы это ни значило.

Наконец, Женя, выискивающая в куче перед нами новинки, наткнулась на то, что мы и искали. Стебли, горькие на вкус, а в их характеристиках значилось то, что они действуют как жаропонижающее и противовоспалительное. И, к нашему счастью, этих стеблей мы нарубили много.

Но была еще одна кучка. Зловещая, и мы пока не знали, что с ней делать. Грибы с нейротоксинами, колючие стручки, вызывающие волдыри, цветы, похожие на ромашки, но только с красными семенами внутри бутона, вызывающие анафилактический шок. Промелькнули смелые мысли варить яды для лучника, но пока это совсем не приоритетная задача. Хотя и интересная. Нам для выживания всё сгодится. А ещё, можно делать яд и подсыпать в еду противникам с помощью Кати.

Синий цветок, найденный Борисом, оказался не одинок. Эта кучка с неизвестными свойствами. Всего получилось три предмета: вторым оказался похожий на крошечный кактус суккулент с прозрачными, наполненными жидкостью листьями, а вот над третьим мы долго ломали голову. На каменном кинжале была черная маслянистая плесень, которую на одном из поваленных полых деревьев нашел Дима. Он соскоблил ее, попытался собрать листочком и тут же сильно обжегся. Свойство было неопределено, но мы своими глазами видели, что действует она как кислота, прожигая даже нож, на котором оставались остатки.

Перебор трав позволил мне лично и всем присутствующим получить небольшое улучшение от системы:

Прогресс в развитии личного навыка: Идентификация. 1%

Идентификация: 3% из 100%

Что бы это ни значило, мы разобрались, как его прокачивать. А чем больше уровень нужных нам навыков – тем лучше.

Когда последний стебель был отложен в свою кучку, в шатре повисла усталая тишина. Неизвестно, сколько времени это заняло, но все были голодны и вымотаны – день действительно оказался чертовски долгим.

– Кать, принесешь найденные тобой горшки, чтобы рассортировать полезные растения? – Попросил я, поднимаясь на ноги, чтобы размяться.

– Да, схожу. – Согласилась девушка.

Попросил я ее лишь только потому, что ей одной ведомо, как и куда она складывала.

– Спасибо. Жень, что дальше? Тут есть то, что может нам помочь?

– Да, а то я могу еще походить. – Вызвался Дима.

– Этого хватит. Теперь вода. Кто-нибудь нашел поблизости источник?

Мы покачали головами.

– Значит, магазин. Я истратила все на зелья, что досталось в последнем бою.

– Я куплю! – Откликнулся воин и тотчас погрузился в системное меню, видимое только ему.

Не успел кто-либо возразить, в его руках стали появляться кувшины, восстанавливающиеся из кубической спрессованной формы. Он купил сразу три, каждый объемом был около литра.

– Спасибо, Дим. – Мягко кивнула ему целительница, которая теперь на все сто процентов исполняла свою роль, магическими и немагическими средствами. – Всем спасибо, благодаря вашим трудам у Вари будет шанс.

– Какая-то помощь от нас нужна, милая? – Подошел к ней сзади Антон и принялся разминать ее плечи. Девушка расслабилась, прикрыла глаза, но сохраняла фокус на мысли.

– Пока нет. Я подумаю над тем, как сделать нужные лекарства из того, что нам доступно. Есть множество сложностей, но вам детали знать необязательно, нужна только изобретательность.

– Например? – Спросил я.

– У тебя тут случайно перегонного куба нет? – Спросила она, млея под руками мужа.

– Самогонка… – Протянула вернувшаяся Катя и, мне показалось, стала причмокивать.

– Кому что. – Укоризненно покачал головой Дима.