Текст книги "Проклятье Мидаса (СИ)"

Автор книги: Михаил Француз

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 22 страниц)

Мин Хо, кстати, эту мою позицию знает – был у него уже печальный опыт. Я, тогда, его нажратое тело, ещё по студенчеству, вообще в душ одетым бросил и ледяную воду включил…

В общем, обернулся я быстро, как и обещал – действительно, и пяти минут не прошло. Чэ Вон не успела ещё толком в машине заскучать.

Чего я не ожидал, так это того, что она попросит меня проводить её до её квартиры, когда мы подъехали к её дому. Это было… даже не знаю, как к такому отнестись. Очень сложную и неоднородную гамму чувств, мыслей и эмоций это вызывает.

С другой стороны: всё вроде бы пристойно, никаких грязных намёков. Даже намёков на грязный намёк. Она сослалась на то, что тоже выпила в ресторане, у неё сейчас кружится голова, и она боится оступиться на пороге или на лестнице, если пойдёт одна. И ей надо, чтобы я просто подстраховал её на пути от машины до её квартиры. Внутри-то она уж, как-нибудь, сама со всем справится, но вот по дороге…

И не придерёшься. И не откажешь. Вполне себе нормальная и обоснованная просьба.

А то, что вечер субботы, подвыпившая девушка приглашает парня пройти с ней до её квартиры, в которой она живёт одна… Ну, по крайней мере, я от Ён Соль раньше слышал, что Чэ Вон одна свою студию снимает.

Вот, как хочешь, так и понимай.

* * *

Глава 8

* * *

Я… пошёл с ней. Не буду оправдываться или давать этому какие-то оценочные суждения. Просто, пошёл.

По пути, на лестнице, Чэ Вон действительно, несколько раз опасно покачнулась и один раз даже оступилась так, что мне пришлось её ловить и поддерживать.

Не могу сказать, игра это была с её стороны, или она действительно нехорошо себя чувствовала. Не буду гадать. Факт – оступилась, я поймал и какое-то время держал её в своих руках, прижавшейся ко мне всем её телом. Девчонка, повторюсь – симпатичная. И, официально, свободная. По крайней мере, я не слышал, чтобы она состояла с кем-то в отношениях, ни от неё сомой в ресторане, ни от Ён Соль ранее.

Да и я тоже свободен… официально. Ён Соль ведь сама ушла от меня.

К чему я об этом? К тому, что уже не важно, замышляла ли что-то Чэ Вон, собирался ли что-то сделать с ней я или нет, и в моих действиях была только альтруистическая забота о знакомой мне девушке, не более. Всё это перестало иметь значение, когда Чэ Вон, покопавшись в своей сумочке и хихикая над какой-то моей шуткой, не помню уже, какой – из головы вылетело, достала ключи и открыла дверь своей квартиры…

А там Ён Соль. В светлой домашней майке, коротких шортиках и мягких тапках на ногах.

Буквально – немая сцена.

– Ён? – вытаращилась на неё Чэ Вон. – Как ты… У тебя же рейс? Ты же сейчас должна быть в Дубае? – окончательно закопала меня с собой своим вопросом она. Слишком уж картинка вырисовывалась… однозначная. И это её вопрос, звучал буквально, как настоящее признание в преступлении… которого не было.

– Рейс отменили. Катар опять бомбят, небо закрыто. Ты же знаешь, какая там сейчас на Ближнем Востоке ситуация, – ответила на вопрос Чэ Вон та. – Здравствуй, И Ван.

– Здравствуй, Ён, – поздоровался с ней и я. – Значит, ты теперь у Чэ Вон живёшь? Не знал.

– Ну, так получилось, – чуть смутившись и не выдержав моего прямого пристального взгляда, отозвалась она.

– У нас сегодня встреча выпускников была в районе Хонгдэ, – вклинилась в наше противостояние взглядов Чэ Вон. – Я немного выпила лишнего, вот и попросила И Вана-сси проводить меня до дверей, чтобы я не упала и не разбилась на лестнице. А то у меня голова что-то… не в порядке. То ничего-ничего, а то, вдруг, всё плыть перед глазами начинает.

– Понятно, – ответила Ён Соль. Потом встряхнулась, словно бы просыпаясь или сбрасывая с себя какое-то наваждение. – Чего вы в дверях-то стоите, мнётесь? Проходите. Ты бы, хоть чаю гостю предложила, не чужие же люди!

– Я не пью чай, ты же знаешь, – заметил я. Хотел произнести это нейтрально, но получилось как-то… многозначительно, что ли? Не знаю. Но эмоции какие-то точно проскочили. Вроде обиды какой-то или даже упрёка…

– Такой – пьёшь, – ответила она и двинулась на кухню. А я только сейчас заметил с удивлением, что квартира-то двухкомнатная, а не студия, как была у нас. Райончик, конечно, похуже, так что недвижимость должна бы подешевле стоить, как и её аренда, но «двушка»? С каких это пор? Сам-то я, понятно, никогда раньше у Чэ Вон не был, но Ён Соль ничего подобного не рассказывала.

– И, правда, И Ван-сси, проходи, не стой в коридоре. Действительно, не чужие же люди, – сказала мне сделавшая, наконец, шаг через порог девушка. И сказала она это… с едва подавленным разочарованием, что ли?

Хм? Она, что же, и правда, на что-то сегодня со мной рассчитывала? С чего, вдруг? Я ж «лузер»! Ни денег, ни связей, ни перспектив… Блин, вообще не понимаю девушек! Они ж с Ён Соль ещё и лучшие подруги! Не стрёмно ей парней за подругой «донашивать»? Или, в этом и вся соль? Нет, не понять мне этих странных существ никогда. Даже пытаться не буду, иначе, боюсь, мозг себе вывихну.

Так что, я просто шагнул в след за ней.

* * *

«Чай», который заварила Ён Соль, я, действительно, пил. Это была смесь трав, вроде тимьяна и мелисы с сушёными ягодами барбариса и лимонника, который тут, почему-то называют «омия», или «ягода с пятью вкусами». Тот самый «чай», который заваривал дома я. И, не сказать, чтобы она была раньше от него в восторге.

А теперь вот: поди ж ты! Подсела на него, что ли? Привыкла? Или… меня ждала? Да ну – последнее точно бред. «Уходя уходи» – это её принцип. Не было это всё театральным жестом, чтобы чего-то от меня добиться. Ведь, это же бесполезно. Проблема-то была не в том, что я что-то для неё не делал, а в самом моём существовании, в том, что моё наличие отрезало ей путь к желаемой карьере.

– Мы с Ён как-то поговорили, и решили на двоих снять двухкомнатную квартиру. Мы посчитали, и это вышло дешевле, чем две однокомнатные, – когда мы уже сидели втроем на кухне. Удивительно – страны разные, а кухонные посиделки универсальны.

Тем более, теперь, когда в Сеульских квартирах кухни похожи на европейские даже больше, чем в самой Европе: маленькое пространство, на котором надо уместить кучу шкафчиков от пола до потолка, встроить бытовую технику, установить мойку, поставить стол…

Низкий стол ставят в других помещениях дома. Тот самый: с пледом и подогревом. У нас с Ён Соль тоже такой был. Мы раньше любили за ним не только трапезы проводить, но и работать-учиться вместе. Удобно, тепло, приятно… интимно, доверительно, близко.

На низком столе стали бы устраивать традиционное застолье, с кимчи, рисом, большими общими блюдами и маленькими тарелочками для каждого. Но это всё, если гость ожидаемый, приглашённый, если у хозяев было время подготовиться к его приходу. А вот так: неожиданно, под вечер, без предупреждения. Тут только чайку попить. А чай пьют на кухне… прямо домом из прошлой жизни повеяло.

– Разумно с вашей стороны, – кивнул я и отпил немного «чая» из предложенной мне кружки. Ён Соль, зара… умница такая, помня мои вкусы, ещё и быстренько приготовила тарелку с нарезанными фруктами на ней… и сушёную хурму достала. Словно бы, и не уходила она от меня. И сидим мы сейчас у себя дома, и это Чэ Вон к нам в гости заглянула, а не я к ней. Очень… двоякое ощущения. Запутанное.

– Как у тебя дела? Как работа? – поинтересовалась Ён Соль, пододвигая ко мне ту самую тарелочку с сушёной хурмой.

– Нормально, – пожал плечами я и, соблазнившись, подцепил одну штучку из тарелки. – Всё ещё трудимся на том же объекте. Скоро заканчиваем – вышли уже почти на финишный этап.

– Я смотрю, ты часы новые купил? – спросила она: ничего-то от её зоркого взгляда не укроется! Хотя, было бы странно, если бы было иначе. В конце концов, пять лет вместе – почти жена… была.

– Да, – ответил я. – Решил себя немного побаловать. Ты же мне деньги оставила. Вот я и… копить-то теперь не на что и не к чему. Одному мне и нашей… моей съёмной студии хватит.

– Уверен? – скептически и с каким-то вызовом-претензией чуть-чуть приподняла свою изящную бровку она, после чего бросила взгляд на сидевшую с нами за тем же столом Чэ Вон.

Я… я только пожал плечами, не подтверждая, но и не опровергая того, на что она этим намекнула. Как-то меня вся эта ситуация… задевала. Трудно описать это чувство, но… азарт, некоторая обида и весёлая злость в нём точно присутствовали. Хотелось… поддеть её, что ли? Вызов бросить? Подловить? Не знаю. Но, состояние было странным.

– А у тебя, как дела? Получается что-нибудь с прослушиваниями? – задал встречный, достаточно провокационный вопрос я.

– Пока, не то, чтобы очень, – погрустнела и отвела взгляд она. – За неделю, агенту удалось договориться только о трёх. И на первых двух… условия были неприемлемыми, – гневно поджала свои прелестные губки Ён Соль. Нельзя сказать, что это выражение было таким уж заметным – «Снежная Королева» вообще скупа на яркую мимику, но меня-то не обманешь, я слишком хорошо её знаю: эмоции были настоящие. И, видимо, на тех двух неудачных прослушиваниях кто-то сумел её буквально взбесить.

И, кажется, я даже догадываюсь, чем именно: это же, всё-таки Шоубизнес. Не сложно представить, что там могли быть за «неприемлемые условия».

– А на третьем? – продолжил ковырять в «ране» я. Да – не красиво, и некий садизм в этом занятии присутствует, но… я имею право, в конце концов – она меня бросила!

– Третье состоится только в следующую пятницу, – ответила она. – Не всё происходит мгновенно в этой жизни. Ты же сам так постоянно мне говорил, – не удержалась от ответной шпильки Ён Соль.

– Пожалуй, – не стал спорить я. – А, что за прослушивание будет? Что-то интересное?

– YG Global Audition – глобальное прослушивание от YG Entertainment. Они снова запускают это шоу. Мне удалось получить место на предварительный отбор.

– О как? – отклонился на спинку своего стула я. – YG Entertainment – серьёзный игрок. Крупная компания.

– Одна из крупнейших в Корее, – с немного пока необоснованной гордостью добавила она.

– Может, стоило начать с чего-то помельче и попроще? – чуть приподнял одну свою бровь я. Хотел сказать «подешевле», но решил, что слово тут не уместно.

– Мне уже двадцать четыре, – помрачнев и упрямо сведя брови, сказала Ён Соль. – Обычный, медленный путь для меня уже невозможен. Я слишком старая для «трейни». У меня только один шанс: бить по-крупному. Сразу на самый верх. «Или пан или пропал» – как ты любишь выражаться.

– А, что, если «пропал»? – приподнял другу бровь я, одновременно с этим скрестив руки на груди. – Вернёшься?

– У меня получится, – упрямо дёрнула головой она, правда, при этом, слегка побледнела. – Я, всё равно, пробьюсь.

– Я понял тебя, – сказал я, прочитав её настрой и ту недосказанность, которая осталась за этими словами и этой бледностью. Что уж тут непонять – река Хан большая. А возвращаться жить к тому человеку, которого ты внутренне винишь в том, что он похитил у тебя твой шанс на исполнение мечты… ну, такое себе. И ему жизнь отравишь, и сам счастлив не будешь. – Чего уж здесь не понять…

Дальше? Ну, в целом, посидели неплохо. Всё ж, привык я за эти годы к ней. Обида не обида, а… соскучиться успел. Не знаю, что, на самом деле, ко мне испытывала она, но я… в студенческие годы я был в неё влюблён чуть не без памяти. Даже не думал, что после своего перерождения на такие сильные чувства вообще способен. Со всем тем опытом, который мне передался… Что ж, его хватило как раз на то, чтобы не спустить это чувство на вздохи издалека, глупо-робкие признания и анонимные любовные письма. Я, применив всё, что знал, что понял, чему научился за две своих жизни, сумел-таки и пробиться, и завоевать, и получить взаимность… удержать, правда, оказывается, не смог. Всё ж, завоевать и удержать – это очень разные задачи. И, вторая, на порядок сложнее – история человеческих царств и империй не даст соврать.

Посидели хорошо. Поболтали, посмеялись. Обсудили знакомых. Тем более, что было что обсудить – встреча выпускников только-только закончилась. Эмоции и впечатления ещё свежи были.

Посидели хорошо… но не долго. Всё ж, и так уже час был поздний. Мы ведь и в ресторане ещё сидели, и ехали, и ещё крюк к Мин Хо делали. Так что, час, может быть, или полтора я только у них посидел. Потом домой поехал.

Остаться у них на ночь? Ну, «тройничок» мне так никто и не предложил, а остаться с какой-то одной из них, при сопящей за стенкой другой… ну, я, всё-таки, не самоубийца. Понимаю, что будет утром. Так что, нет – домой, домой, домой.

* * *

Утром было воскресенье. Пробежка, упражнения, душ, лёгкий завтрак. Потом… я не знал, что делать. В компьютер рубиться не хотелось. Ён Соль рядом не было, чтобы посвятить это время ей, как раньше делал. Пойти подцепить какую-нибудь другую красотку? Ну, это возможно и, даже, наверное, не так, чтобы уж сложно.

Это было возможно даже в отсутствии «Системы»: всё ж, женщины, что бы они сами не говорили, и, что бы не диктовало им общество, тоже хотят… во всех смыслах. Но такая «охота», она… чревата. Как минимум, различными приключениями. Многие из которых… хронические и не лечатся. Как минимум, до конца, не лечатся, что бы там не рассказывали врачи в рекламе – современная медицина не всесильна. И, лучше немного подумать до, чем много жалеть после.

«Не знаешь, чем заняться – отжимайся!» – как говорили мои «деды» в обоих жизнях. В этом отношении, армии двух таких разных стран удивительно похожи между собой.

В целом, хороший принцип. Но, в моём случае, его можно немного… нет, не изменить, а адаптировать. Не знаешь, чем заняться – как минимум, встань с дивана и, хотя бы погуляй пойди. В сидячую жопу умные мысли не приходят… эм, голову. Конечно, голову, я хотел сказать. Но «жопу» – сочнее и точнее. Ведь, когда ты долго сидишь на диване, голова в жопу превращается.

Так что, я собрался и пошёл просто гулять по улицам Сеула.

Давно так не делал, на самом деле. Что-то постоянно занят был раньше. То одно, то другое, то третье. А времени вот так вот просто пройтись, никуда не спеша, никуда не опаздывая, без особой цели, не находилось.

Я шёл по улице, глазел на дома, глазел на прохожих, глазел на витрины и вывески. Смотрел на тротуары и парки со скамейками. Всё ж, городская инфраструктура Сеула – одна из лучших в мире. Урбанистический рай… в котором не хотят размножаться и сводят счёты со своей жизнью жители. Кхм. Не будем об этом.

В какой-то момент, поймал себя на мысли, что пялюсь на здание с большим элитным фитнес центром уже почти минуту. Просто, стою и пялюсь. Мне даже потребовалась ещё минута, чтобы сообразить, почему.

А дело простое и, даже, элементарное: всю свою здешнюю жизнь я отказывал себе в походах в подобные места – слишком дорого.

Могло бы возникнуть противоречие: а, как я тогда своё тело в такой физической форме, всё это время поддерживал? Ну, я ведь уже говорил об образовании инструктора ЛФК в прошлой жизни? Так вот: физкультурой можно заниматься и не тратясь на дорогие абонементы в фитнес центры и спортивные залы. Упражнениями с собственным весом можно заниматься и просто на улице. Достаточно найти какую-нибудь открытую спортплощадку, на которой присутствует базовый минимум: турник и брусья. Не говоря уж про бег. Там и вовсе: нужны только кроссовки и какая-нибудь свободная одежонка, которую не жалко.

Звучит классно, правда? Прямо, как песня «Бременских музыкантов» из старого ещё советского мультика: «Наш ковёр – цветочная поляна, наши стены – сосны-великаны, наша крыша – небо голубое…» зашибись, особенно зимою.

Вот и тут тот же самый смысл: на улице упражняться прикольно летом, но не зимой, не в дождь, не в морось, не в ветер. А Южная Корея, хоть и находится гораздо ближе России к экватору, климатом обладает… довольно противным. Тут высокая влажность из-за близости океанов – полуостров ведь, и из-за этого любое понижение температуры, даже такое, казалось бы, смешное, как минус четыре, минус пять градусов по Цельсию, воспринимается, как полноценные минус десять. А здесь морозы и до минус пятнадцати случаются, и сильные внезапные снегопады. Снег, правда, долго не держится. Но и того, что бывает – вполне достаточно, чтобы сделать максимально зябкой и некомфортной физкультуру на улице.

При этом, лето в Сеуле жаркое и влажное. Средняя температура держится на отметке около +29 °C. Средняя! А, значит, бывает и до тридцати пяти, тридцати восьми, и даже сорока. Ещё и примерно в середине июня начинается сезон дождей (чанма), который официально длится месяц, но полностью завершается только ближе к августу-сентябрю.

В пик сезона дождей влажность в городе резко возрастает, хотя, казалось бы, куда уж выше? Короткие тёплые ливни случаются каждый день и не приносят прохлады. Летом в Сеул приходит муссон (май–сентябрь), и среднемесячное количество осадков превышает 300 мм. За сутки иногда может выпасть более 100 мм осадков, а при прохождении тайфуна – более 250 мм. Такая вот официальная статистика, за которой прячется отвратнейшая погода: зима – толком не зима, а лето – толком не лето.

И, если в мороз ещё как-то можно приспособиться заниматься – надо только двигаться активнее, тем держать выше, такой, чтобы от тебя пар валил, то с жарой и духотой всё обстоит куда хуже: кожу с себя не сдерёшь, что б попрохладнее сделать, высокая влажность при этом, просто удушает! Дико потеешь, задыхаешься, сердце стучит либо бешено, либо натужно, либо сразу и бешено и натужно…

Так что, выполнение ежедневного моего ритуала с пробежкой и упражнениями… попахивает истинным героизмом. Или мазохизмом. Вторым сильнее. Результаты даёт классные, но процесс… брр!!

А тут… закрытый зал, с отоплением и кондиционером, со специализированными тренажёрами и классными, оборудованными мягким полом комнатами… – мечта же!

Я всю эту жизнь запрещал себе даже смотреть в эту сторону, а тут… повело и потянуло просто неудержимо! В конце концов, иметь «Систему» и не использовать её для своего удовольствия… глупо?

* * *

Глава 9

* * *

Внутри было… дорого. Да, пожалуй, именно это слово приходило на ум при взгляде на все эти современные отделочные материалы, на здоровенные панорамные окна, на лампы, на эскалатор, на турникеты, на здоровенные цветочные горшки с целыми «пальмами» в них, на стойку ресепшен, за которой, рядом с «яблочным» моноблоком стояла и профессионально улыбалась входящим посетителям девушка в отглаженной белой блузке униформы с золочёным тонким бейджиком на левой стороне груди.

Дорого, чисто, представительно, круто.

Я, в своей простой, дешёвой одежде, на фоне других посетителей, тут смотрелся чужеродно. Точнее, я чувствовал себя здесь чужеродно. Смотрелся-то, пожалуй, даже не так уж и плохо: спортивная подтянутая фигура, привлекательное лицо, аккуратная, по-военному короткая стрижка – всё это сразу повышало мою «стоимость» в глазах завсегдатаев подобных заведений, ведь являло собой буквально воплощение того результата, за которым они сюда, собственно, и приходят. Как то, к чему они сами стремятся. И то, что у меня уже есть то, чего они, всё ещё, за все свои деньги, не смогли приобрести, складывалось в их голове в ту сумму, которую они сами были готовы потратить, ради такого приобретения.

Дополняли мой образ крутые спортивные «смарт» часы на моей руке, которые было хорошо видно, так как сегодня я был в футболке с коротким рукавом. А те, кто ходят сюда, в моделях подобных гаджетов разбираются хорошо.

Так что, чужеродность была больше внутренним ощущением, а не внешним фактом.

И никакого пренебрежения со стороны девушки на ресепшене: приветливая улыбка, внимание, приветствие и вопрос, чем она мне может помочь.

А мой ответ… не знаю. А, что они могут предложить? Что у них есть? Какие варианты?

И началось перечисление тех самых вариантов, которых оказалось действительно много: и простая тренажёрка, и бокс, и йога, и пилатес, и отдельно растяжка, и «здоровая спина», и аэростретчинг, и «антигравити», и фэройога, и аэробика, и тхэквондо, и хапкидо, и тхеккён, и ссирым… и индивидуальные тренировки, и групповые, и абонемент, и разовые занятия, и, даже, аренда целых помещений.

Короче, есть из чего выбрать, но глаза разбегаются.

Пробеседовав с оказавшейся очень лёгкой и приятной в общении девушкой с полчаса, я, таки, остановился… на йоге.

Никогда раньше её не пробовал, ни в той, ни в этой жизни, а слышал про неё очень… разное. Бывало, что и диаметрально-противоположные мнения, причём из уст очень уважаемых мной людей. Одни из них говорили, что: фигня полная, не стоит внимания и усилий. Другие, что: штука классная, но на любителя. Третьи: толк от неё есть – одна из самых совершенных систем проработки гибкости тела, но всю их идеологию лучше сразу в топку засунуть, ведь их конечная цель – полный и окончательный уход из жизни, четвёртые говорили, что не «уход из жизни», а разрыв «колеса Сансары» и путь к «полной свободе»…

Короче, много слышал и разного. А, что это на самом деле – не пробовал никогда. Я больше на других аспектах физического развития акцент делал тогда, на боевых и около боевых. От того, кстати, так легко и удачно, уже в жизни этой, сумел вписаться в армейскую среду. Не только поэтому, конечно же, но и не в последнюю очередь. По крайней мере, здешняя армейская рукопашка мне хорошо заходила, весело и с удовольствием.

И, вот сейчас, стоя перед стойкой ресепшена, я выбирал, на самом деле, между хапкидо и йогой. Выбрал йогу.

Ну, с другой стороны, никогда не поздно будет и поменять своё решение – все фитнес клубы, фитнес центры, спортивные залы и спортивные школы Сеула в моём полном распоряжении. Теперь-то, на отношения времени тратить не надо.

Я выбрал групповое занятие. Благо, оно должно было вскоре начаться. Возник только вопрос спортивной формы для занятия, я ведь пришёл с улицы, без предварительного плана, в обычной своей «повседневке». Однако, как выяснилось – не такая уж это и проблема: здесь же, в центре, можно приобрести всё, что может потребоваться. И даже в двух вариантах: на прокат или насовсем.

Прокат одежды… тем более, спортивной одежды, той, в которой кто-то уже «умирал» на тренировке – мне такое и в страшном сне не привидится. И, плевать, что там будет уже всё постирано, отглажено и высушено – прокат, в принципе, не моя тема. Тем более, настолько личных вещей.

А вот покупка – это уже то, что надо. Всё равно ведь, для того чтобы здесь заниматься, я «Систему» использую. Так что, велика ли разница: плюс полсотни тысяч вон, минус? В сравнении со стоимостью висящего в моём шкафу костюма, это, всё равно – ничто, копейки, статистическая погрешность, не больше.

В результате, после подбора размера и оплаты, вышел я из раздевалки уже не «нищебродом», а чуть ли не самым модным перцем этой качалки – дешёвых-то вещей тут не продавали. Всё только крутое, фирменное и с логотипами клуба.

Само занятие… йога, как тренировочная система, мне понравилась – приятно, мягко и, при этом, достаточно качественно нагружает тело, но вот групповое занятие…

Короче, я открыл для себя новый способ «съёма». Причём такой, что не ты снимаешь, а тебя пытаются снять: двадцать женщин возрастов от восемнадцати до пятидесяти, разных форм и размеров, в максимально обтягивающей спортивной одежде, которая скрывает меньше, чем подчёркивает… Женщин «голодных» и очень тобой интересующихся, тогда, как ты тут единственный мужик. Да ещё и мужик, той самой «ценовой категории», которая им всем тут подходит.

С одной стороны, приятно, конечно. Но с другой – отвлекает. Не даёт сосредоточиться.

Так что, после завершения тренировки, я, вместе с тренершей подошёл к ресепшену и договорился десяток индивидуальных тренировок вперёд. Для начала.

Её звали Юн Джи А. Среднего роста, миловидная, уверенная в себе, лет двадцати восьми-тридцати на вид, точнее не скажу – не спрашивал. Естественно, её фигура являла собой наглядную рекламу всего фитнес клуба в целом и её тренировок в частности. Если бы это было не так, кто бы ей позволил тут работать?

Но, самое главное, ко мне она проявляла интерес только профессиональный, как к хорошему, перспективному клиенту, и именно это мне в ней нравилось. Я предпочитаю в своей жизни не смешивать направления, как то личную жизнь с работой, или личную жизнь с тренировками. В моём понимании, это должны существовать отдельно, иначе непременно начнутся всякие совершенно лишние сложности.

Кстати, приплатив ещё немного денежек за дополнительную услугу, я смог избавить себя от заботы таскаться с купленной формой. Я её просто сдал им же, фитнес-клубу на обслуживание и хранение. У них, как я понял, либо собственная прачечная в здании имелась, либо был заключен долгосрочный договор с таковой. Как это выглядело на практике? Мне дали отдельный прозрачный пакет, в который я уложил использованную форму, его тут же, при мне запаяли специальным аппаратом, наклеили специальную бирку, на которой прописали имя клиента и время-дату приёма, после чего убрали в специальную корзину с такими же пакетами. По словам девушки с ресепшена, корзину забирают дважды в день, и к утру форма будет выстирана, высушена и готова к использованию.

Удобно, блин! Деньги, действительно, снимают массу вопросов и устраняют массу проблем!

Пообедал в небольшом семейном ресторанчике за углом – не дорого, но вкусно.

А после обеда, вернулся домой и засел за интернет – появились некоторые интересные мысли, но они требовали дополнительной информации.

Вечером позвонил своему начальнику на работу и выпросил у него выходной себе на понедельник. Сказать, что это было легко – нагло соврать. Однако же, после почти получаса уговоров, это у меня получилось. Хоть и не в полной мере: он отпустил меня только до обеда, после – надо было, всё-таки, приехать на объект и доделать хотя бы один из распределительных электрических шкафов, иначе мы уже вовсе выбьемся из всех сроков.

После звонка начальнику, я телефон не отложил, а позвонил теперь уже менеджеру Симу, договорившись с ним на ранее освобождённое время о личной встрече у них в офисе.

Потом, принялся за переделку всех своих накопившихся бытовых дел, как то: уборка, стирка, глажка, подготовка одежды на рабочую неделю, смена постельного белья и прочее, прочее, прочее. Занятия каждому знакомые, не самые интересные, но, если ими вовремя не заниматься, то грязью зарастёшь и будешь жить, как в свинарнике. Быт – штука такая, на самотёк не бросишь.

Потом был лёгкий ужин и… отбой. Режим дня – это святое!

* * *

После утреннего ритуала с пробежкой, комплексом упражнений, душем и лёгким завтраком, я экипировался в свой дорогущий костюм, завёл свой «Генезис» и поехал в офис KB Securities на назначенную встречу с менеджером Сином.

Он встретил меня сразу у входа, проводил внутрь, привёл в отдельный переговорный кабинет, обставленный примерно так же, как и тот первый кабинет в здании банка, где мы с ним встречались впервые.

Такие же диванчики, такой же уют и неброская роскошь в деталях. Здесь, правда, ещё журнальный столик из толстого стекла в кругу, очерченном диванчиками стоял.

Менеджер Сим позволил мне первому выбрать место, проявив уважение, уселся сам и подал мне папку с бумагами.

– Здесь общие сведенья о YG Entertainment, как вы и просили, господин Ким. Всё, что мы успели собрать за то время, что вы нам дали. К сожалению, рабочий день только начался, поэтому, сведений немного, – отчитался и повинился, и повиноватил сразу в одной своей фразе он.

– Ничего страшного, – ответил ему я, беря в руки папку. – Сейчас мне хватит и этого. А позже у вас будет время на то, чтобы рассмотреть их уже конкретно, в соответствии с моей задачей.

– Хорошо, – кивнул менеджер Сим в своей слегка меланхоличной манере. – В общих чертах: YG Entertainment – это большая серьёзная компания, работающая в сфере развлечений и медиа. Одна из крупнейших в Хангук. Кроме того, представлена и на международном уровне. Имеет множество дочерних компаний и даже общий проект с Universal Music Group – международным гигантом, одной из «большой тройки», – начал излагать он, параллельно с тем, как я просматривал бумажный отчёт. В папке было несколько листов, довольно много подробностей, чисел, графиков, диаграмм, фамилий, названий компаний, названий групп, имён артистов. Всё это быстро охватить было затруднительно, поэтому такая краткая выжимка, какую озвучивал он, очень помогала ориентироваться в представленных на бумаге данных. – Занимается разработкой и продвижением артистов, дистрибуцией музыки, производством контента и управлением различными бизнес-направлениями. Среди ключевых направлений можно выделить: поиск и развитие талантов; запись и выпуск музыкальных альбомов; организация концертов и мероприятий; производство музыкального контента; управление дочерними компаниями в сфере моды, гольфа, косметики и других отраслей. Рыночная капитализация, на данный момент, по официальным данным, достигает 1,77 трлн вон…

– Один и семь триллиона… – задумчиво повторил я главное для себя. – Серьёзная сумма… А, какова структура акционерного капитала?

– Частные инвесторы: около 22,95%, крупные институциональные инвесторы: отечественные – 14,99%, иностранные – 13,92%, Национальная пенсионная служба: 4,91%, собственные акции компании, так называемый «казначейский пакет» – 0,77%, физические лица и другие компании – 42,45%. Из них: Ян Хён Сук – владелец 19,33% акций…

– Фри-флоат у них какой? – уточнил я, продолжая просматривать бумаги.

– Что-то около сорока одного процента, – ответил менеджер Сим. – Но цифра не точная. Реально купить можно гораздо меньше.

– Понятно, – отложил я папку и откинулся на спинку дивана. Один и семь триллиона вон… даже, почти один и восемь – это много. Это очень много. Это больше миллиарда долларов. Даже один процент от миллиарда – это десять миллионов. В долларах. В вонах – почти 18 миллиардов. Для серьёзного влияния на компанию требуется не менее 25 процентов. Двадцать пять процентов – это что-то около 450-ти миллиардов вон.

Учитывая, что на данный момент, у меня на счету примерно 9,2 миллиарда, превратить их за неделю в 450 будет не просто. Ещё сложнее: влить эти 450 миллиардов в акции одной единственной компании. Если делать это быстро, то это действие неминуемо приведёт к взрывному росту цены акций, что, в свою очередь, обязательно привлечёт внимание комиссии по ценным бумагам по подозрению в манипулировании рынком. А это серьёзно – это может привести, как минимум, к крупным штрафам, как максимум – арестам счетов и пересмотру лицензии брокера.

Так что, это не вариант. И, как быть? Я думал довольно долго. Минут пять, наверное, просто сидел молча на этом диване и ворочал извилинами. Менеджер Сим не мешал, не торопил и не отвлекал. Потом я отлип спиной от дивана и с интересом посмотрел на моего собеседника.