Текст книги "Мой любимый похититель (ЛП)"

Автор книги: Мелани Морлэнд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 16 страниц)

Глава 11

ДАНТЕ

Мы поехали в город, и я отвел Брианну в магазин, которым владела дочь Джии. В витрине было много модной женской одежды, и я знал, что Симона позаботится о Брианне.

Симона была рада меня видеть, и мы поприветствовали друг друга в обычной манере, чмокнув друг друга в щеки. Я заметил блеск недовольства в глазах Брианны, когда отступил назад и подумал, не ревнует ли она, видя, как я целую другую женщину. Но отложил эту информацию на потом. Я представил их, слегка замешкавшись, когда пытался придумать, как назвать Брианну. Остановился на «гостье», и Симона пожала ей руку, сказав, что ее мать говорила о том, что у меня на некоторое время остановилась подруга.

По-итальянски я сказал Симоне, чтобы она позаботилась о том, чтобы Брианна получила все, что хотела.

– Не позволяй ей смотреть на цены. Если спросит, соври и уменьши цену хотя бы вдвое или скажи, что у меня есть скидка. – Я знал, что ее магазин дорогой. – Ей нужен купальник и некоторые личные вещи. Может быть, платье или другая легкая одежда. Все, чему она улыбнется, что померяет, и что ей понравится, или, что даже бросится в глаза, – это ее. Я вернусь позже и все улажу.

– Без проблем.

Я повернулся к Брианне. Девушка смотрела через мое плечо, и я проследил за ее взглядом. На вешалке висел красивый сарафан, прозрачный и легкий, желтый и женственный.

– Примерь его, – посоветовал я ей. – Тебе понадобится несколько красивых платьев. Я собираюсь пойти и уладить кое-какие дела в галерее. Часа будет достаточно?

– Более чем.

– Обувной магазин рядом. Аптека – через дорогу. Воспользуйся картой или наличными. Кто-нибудь поможет тебе с языком.

– Я могу пойти с ней, – заверила Симона. – А вы занимайтесь своими делами.

– Встретимся здесь.

Брианна кивнула, выглядя нервной. Я наклонился и поцеловал ее, желая, чтобы она расслабилась и получила удовольствие.

– Я доверяю тебе, – прошептал я.

– Я знаю.

– Отомсти мне и потрать кучу денег, – предложил я. – Купи еще несколько сексуальных комбинезонов, которые ты так любишь. Они сводят меня с ума.

Она насмешливо хмыкнула.

– Это слишком просто.

Я рассмеялся, уходя.

* * *

Я быстро разобрался с делами, которые нужно было уладить в галерее. Это было небольшое помещение, где продавались работы среднего уровня. Не то, что большие, более элитные галереи, которыми я владел в других местах. Но это было отличное прикрытие, и мне нравилось нанимать местных жителей. Я передал своему менеджеру документы о поступивших приобретениях и проверил пополнение. Там была пара хороших картин и одна особенно изящная скульптура, которую я нашел на распродаже. За них можно будет выручить хорошую цену, и они некоторое время будут привлекательно смотреться в галерее.

Поговорил с несколькими клиентами по телефону и отправил несколько электронных писем, а затем вернулся в магазин. Меня не было дольше, чем я ожидал, и я задался вопросом, сколько денег потратила Брианна.

Но когда пришел, Симона сообщила мне, что Брианна пробыла в магазине совсем недолго и почти ничего не купила.

– Купальник и пляжную накидку. Это все.

– А как же платье?

– Она примерила его и еще одно, и они ей очень идут, но она отказалась. Отказалась от всего и ушла.

Я был в замешательстве.

– В обувной магазин?

– Она ушла одна, Данте. Уверила меня, что с ней все в порядке. Заплатила наличными за свою покупку.

– Я скоро вернусь, – пообещал я, уходя.

Выйдя на улицу, я огляделся по сторонам. Куда она могла пойти? Одно из направлений вело в менее населенный деловой район, где ходил автобус. Смятение сменилось гневом.

Она меня разыграла. У нее были наличные и кредитная карта. Я отсутствовал достаточно долго, чтобы дать ей фору. Каждый день здесь проходил автобус, направлявшийся в Неаполь. И я ломал голову, пытаясь вспомнить, был ли ее паспорт у меня или у нее.

Брианна сбежала.

Меня охватила ярость. Она была такой же, как и все остальные женщины. Я поддался на ее кажущуюся капитуляцию, а она не собиралась оставаться. Воспользовалась чертовым телефоном, который я ей дал, и нашла нужную информацию. Она все спланировала.

Разочарование накатило на меня как приливная волна. Я был уверен, что она другая. Честная.

Но она...

Мои мысли оборвались, словно я нажал на тормоза, и резко остановился.

За столиком в тени, в небольшом кафе, куда мы заходили в прошлый раз, сидела Брианна. Рядом с ней стояло несколько небольших пакетов с покупками, а перед ней – латте.

Она была здесь. Не сбежала.

Меня пронзило облегчение. Разочарование исчезло.

Но девушка была не одна. С одной стороны стоял тот самый полицейский, а рядом с ней сидел Рамон Уинтерс. Бывший клиент, необъявленный враг и человек, которого я ненавидел больше всех остальных.

Он сидел рядом с моей маленькой пчелкой.

На первый взгляд казалось, что они просто болтают, но когда подошел ближе, то увидел, как напряжены плечи Брианны. Губы сжаты. Солнцезащитные очки закрывали ее прекрасные глаза, но, даже не видя их, я знал, что девушка расстроена.

– Аморе, – позвал я.

Она быстро повернула голову и встала.

– Дорогой! – ответила она. – Я ждала тебя целую вечность!

Ее слова и то, с каким восторгом она обняла меня за шею, удивили меня, но я быстро сориентировался и поцеловал ее в шею, а затем в губы, когда она отстранилась.

– Ты так надолго оставил меня одну, что я проголодалась.

Я хихикнул и снова поцеловал ее, зная, что перед нами восторженная аудитория.

– Я был занят бумажной работой, любовь моя. – Я поднес ее руку к губам и поцеловал костяшки пальцев. – Прости меня. – Затем поднял взгляд. – Но у тебя такая очаровательная компания.

Офицер Росси улыбнулся мне.

– Я увидел, что ваша маленькая пленница сидит здесь, и подошел проверить ее. Подумал, что, возможно, она побежала к мистеру Уинтерсу за помощью. Может, вы снова ее разозлили.

Уинтерс нахмурился, переводя взгляд с офицера на меня.

– Пленница?

Брианна рассмеялась.

– Наша шутка.

– Это я в плену ее любви, – вставил я.

– О, тише, ты, – рассмеялась она и игриво шлепнула меня по груди.

Офицер Росси рассмеялся.

– Я рад, что все хорошо. – Он прикоснулся к своей шляпе. – До новых встреч.

Он ушел, а мы с Уинтерсом уставились друг на друга. Брианна осталась рядом со мной, и я обхватил ее за талию.

– Не так уж много ты сделала покупок, любовь моя, – пробормотал я, наблюдая за тем, как он смотрит на нее.

– Позже, – ответила она.

– Мы вместе пили кофе, – сказал Уинтерс. – Я увидел прекрасную леди в одиночестве и согласился присоединиться к ней.

Я почувствовал, как Брианна напряглась рядом со мной. Его слова были тщательно подобраны, чтобы расстроить меня. Я знал, что Брианна никогда бы не пригласила незнакомца выпить с ней кофе. Во всяком случае, мужчину.

Я поцеловал ее в висок.

– Может, тебе не стоит прислушиваться к голосам в собственной голове, Уинтерс. Они часто вводят в заблуждение.

Его взгляд стал еще яростнее, и Брианна потянула меня к столику, усаживаясь напротив него и похлопывая по креслу рядом с собой.

Он хмуро посмотрел на меня.

– Как дела в галерее?

– Дела идут отлично, спасибо.

Брианна посмотрела между нами.

– Данте собирается показать мне окрестности сегодня днем. Такой милый городок.

Ее слова разрядили обстановку, и он откинулся на спинку кресла.

– Вы давно здесь?

– Нет, всего несколько дней.

– Вы из Америки?

– Вообще-то из Канады. Мы познакомились, когда Данте был там, и он привез меня с собой.

– Как это мило, – сказал Уинтерс, но его тон и взгляд говорили о том, что это совсем не мило.

– О, да, – ответила Брианна, не реагируя на его тон. – Такой замечательный сюрприз. Я не могла смириться с тем, что он оставит меня. – Она схватила мою руку, сжатую на колене, поднесла ее ко рту и поцеловала костяшки пальцев так сладко, что это застало меня врасплох. Ее губы задержались, и я улыбнулся ей.

– Ах, моя маленькая Пчелка, я бы не смог тебя оставить, даже если бы попытался.

– Почему офицер Росси назвал вас пленницей?

Брианна заговорила раньше, чем я.

– О. – Она слегка рассмеялась. – Это моя вина. Данте сказал мне «нет», и я была в шоке. Он никогда мне не отказывал. Там стоял офицер, и я потребовала, чтобы он арестовал Данте за такую наглость. Сказала, чтобы он отвез его в тюрьму. – Она пожала плечами. – Как я уже сказала, это наша шутка.

– Я думал, он назвал вас заключенной.

Она отмахнулась от его слов.

– Думаю, некоторые вещи потерялись при переводе. А теперь скажите мне, мистер Уинтерс, вы женаты? Есть дети?

Он не мог солгать ей, не в моем присутствии.

– Да. На оба вопроса.

– Ах.

Одно ее слово сказало все. Ему не следовало садиться за ее стол.

– Чем вы зарабатываете на жизнь? Тоже торгуете произведениями искусства, как мой Данте?

Мой Данте.

Брианна была великолепна. Она говорила с ним так, словно он был моим коллегой, и подчеркивала отношения, которые, как она хотела, чтобы он думал, у нас были. У нее не было личного интереса к нему, она просто проявляла вежливость. Ему это не понравилось, и он встал.

– Возможно, в другой раз мы снова сможем пообщаться. А сейчас я должен вас покинуть. – Уинтерс кивнул и пошел прочь.

Брианна выдохнула с облегчением и откинулась на спинку кресла. Сняла очки и потерла глаза.

– Я не приглашала его сесть за мой стол.

– Я догадался.

– Ты выглядел готовом убить его, когда шел сюда.

Я встал.

– Мне нужен кофе.

– Можно мне свежий? Мне кажется, он трогал мою чашку.

– Я избавлюсь от нее.

Я вернулся с двумя свежими латте и пирожными. Мы потягивали кофе, греясь на солнце.

– Не очень много покупок. Симона сказала, что ты быстро ушла. – Я взглянул на несколько пакетов. – Что купила?

– Несколько туалетных принадлежностей. Пару шлепанцев. – Она сделала паузу. – Я видела, как ты вышел из магазина и направился в нашу сторону. Даже тогда ты выглядел разъяренным.

Я откинулся на спинку кресла, положив руку на подлокотник.

– Я подумал, что ты сбежала, – честно признался я.

Она покачала головой с возмущенным видом, и я пожалел о своем первом инстинкте недоверия.

– Что? Как? Пешком до Неаполя?

– Туда каждый день днем ходит автобус.

– Приятно знать, когда все же решусь на побег, – насмешливо заметила она. – Почему ты так решил?

– Подумал, что, возможно, ты все это спланировала.

– Да, потому что мы оба знаем, что я так хорошо умею планировать такие вещи, как побег или уклонение от похищения торговцем произведениями искусства, который любит сводить меня с ума. Блин блинский, ты меня раздражаешь.

Я хихикнул.

– Спрячь жало, маленькая Пчелка.

– Я сказала, что не буду убегать, значит не буду.

– Хорошо. Понял. Что ты делала?

– Побродила по городу, смотрела разные вещи.

– Почему не купила больше?

– Все так дорого, Данте. Я купила купальник в ее магазине только потому, что он мне понравился. Уверена, что смогу найти место подешевле, чтобы купить несколько вещей.

– Там были другие вещи, которые тебе понравились?

Она заколебалась.

– Были? – спросил я, уже зная ответ.

– Да.

– Допивай свой кофе.

* * *

Не обращая внимания на протесты Брианны, я погрузил сумки на заднее сиденье машины. Оба платья, которые она рассматривала и примеряла, а также одно, которое понравилось мне, были разложены по пакетам. Повседневная одежда лежала в пакетах на случай, если она захочет надеть что-то другое, кроме комбинезона, хотя мне нравились лямки, чтобы прижимать девушку к себе.

Была куплена обувь получше, чем шлепанцы. Я открыл для нее счет в кухонном магазине, и мы купили несколько нужных ей вещей, которые не пришлось бы доставлять, в том числе набор для декорирования, формы, миски и другие принадлежности для выпечки, которые она просила.

Брианна нашла велосипед, который ей понравился – ярко-красный, с корзиной, как она и просила. Его доставят завтра. Она была не в восторге от шлема, но я солгал и сказал, что таков закон, и девушка согласилась. Мне не хотелось думать о том, что она будет ездить без него по проселочным дорогам. Я также купил ей светоотражающий жилет, это тоже закон, хотя я не планировал разрешать ей ездить в темное время суток.

Пару раз мы сталкивались с офицером Росси, и он снисходительно улыбался нам, глядя на наши сцепленные руки и улыбки на наших лицах. Ему было приятно видеть нас вместе. Это придавало уверенности нашим отношениям и отгоняло любые сомнения. Он, правда, подумал, что она немного спятила с этим арестом, но вреда от этого не было.

В машине я взглянул на Брианну.

– Ты очень хорошо держалась с Уинтерсом.

– Он просто сел и начал со мной разговаривать. Наседал на меня. Он мне сразу не понравился. Я видела белую полоску там, где должно быть его обручальное кольцо. Такой мерзкий, фу.

– Он такой и есть.

На мгновение мы замолчали.

– У тебя талант.

– Украшать торты, я знаю.

– Нет, другой. Ты разрядила ситуацию с Росси. Отчитала Уинтерса, не оскорбив его. Ты удивительная.

– О. Ну, спасибо.

Мы подъехали к воротам виллы.

– Почему Уинтерс так тебя ненавидит?

Я подъехал к дому по подъездной дорожке и припарковался.

– Он думает, что я украл у него кое-что.

Мы вышли из машины.

– Почему он так думает? – спросила она.

Я протянул ей несколько пакетов и подмигнул.

– Потому что я это сделал.

Глава 12

БРИАННА

Разложив одежду, которую купил мне Данте, я провела рукой по желтому сарафану. Он был таким милым и девчачьим. Не то, что я обычно носила, но в основном потому, что комбинезоны были дешевыми, долго служили и легко стирались. Подобные вещи требовали ухода. Единственное платье, которое у меня было, то, которое надевала на свадьбу Каролины, я купила в комиссионном магазине. Большую часть одежды я приобретала в магазинах подержанных вещей. Теперь у меня была целая куча новых вещей, из которых можно было выбирать. Странно, что в моем шкафу висела одежда, которую не носил кто-то другой.

В моем шкафу.

Я покачала головой. Мне явно промыли мозги. Это не мой шкаф. Не мои вещи. Все это принадлежало Данте.

Но почему-то все это казалось моим. Данте отдал мне эти вещи безвозмездно. Настаивал на их покупке. Он даже тихонько поговорил с Симоной, выходя из магазина, и теперь я владела нижним бельем, которое могло бы оплатить мою аренду на месяц. Мои потрёпанные хлопчатобумажные трусы и простые бюстгальтеры отправились в нижний ящик, а верхний заполнили мягкое кружевное белье. Красивое и не вызывающее дискомфорта. Симона объяснила, что я носила бюстгальтер не того размера, и тот, в котором я вышла из магазина, стал для меня как вторая кожа. Когда я объяснила, что не очень люблю вычурность, она помогла мне выбрать вещи, которые были красивыми и женственными, но при этом не заставляли меня чувствовать себя замотанным куском мяса.

Я уставилась на одежду. На нижнее белье. Вспомнила о том, каким расстроенным выглядел Данте, когда он вышел из магазина. Как изменилось его лицо, когда он заметил меня в кафе. Его улыбка была полна облегчения. Мужчина выглядел таким счастливым, увидев меня. Он защищал меня, отпугивая Уинтерса. И был щедр до невозможности, настаивая на покупке всех этих вещей. Данте был для меня загадкой, которую я не могла объяснить. Каролина всегда описывала его как сурового и ворчливого.

«Я очень люблю его, а он меня, но между нами всегда есть грань», – сказала она мне однажды. – «Он не из тех, кто любит обниматься или деликатные темы. Но он всегда был и будет рядом со мной».

Его брат и невестка описывали его как замкнутого. Сам он говорил о своей холодности.

Несомненно, Данте был напряженным. Страшным, когда злился. Решительным и властным. Чрезвычайно своевольным и требовательным. Мужчина был склонен поступать так, как ему заблагорассудится, даже если это означало захват чужой жизни путем похищения.

Но со мной он проявлял себя с более мягкой стороны. Часто улыбался. Смеялся. Дразнился. Честно говоря, он мало что просил взамен. Мою компанию. Торты.

И мое тело.

Он не скрывал, что хочет меня. И чем дольше я находилась в его присутствии, тем больше мне хотелось ему отдаться. Я не была уверена, как долго еще смогу сопротивляться. И так ли сильно я хотела сопротивляться. Шестьдесят дней с сексуальным мужчиной, который хотел баловать меня, учить искусству любви и заваливал подарками? Это было бы прекрасным воспоминанием, о котором можно будет вспоминать, когда состарюсь и поседею. Забавная история, которой можно будет шокировать моих детей. Но нужно было убедиться, что единственное, что я потеряю из-за него, это моя девственность.

Я не была уверена, что переживу разбитое сердца.

* * *

Я вошла на кухню и удивилась, увидев, что Данте готовит. У меня была минута, чтобы поглазеть на него. Я видела его в костюме. Он каждый день носил рубашки, которые демонстрировали его широкие плечи и формы. В бассейне я ощущала стену его мышц, видела, как пульсируют его бицепсы, но в обычном хенли и джинсах, с засученными рукавами, полотенцем, перекинутым через плечо, и босиком этот мужчина был сексуальнее, чем когда-либо.

– О. А вот и ты. Ужин почти готов.

– А где Джиа? – спросила я.

Он нахмурился, попробовав кипящий на плите соус.

– Маленькая Пчелка, у меня две виллы, кондоминиумы в Лондоне, Неаполе и Торонто. Неужели ты думаешь, что во всех них я нанимаю домработниц на полный рабочий день? Это моя основная резиденция, и даже здесь Джиа работает лишь неполный день. Она и ее муж, Марио, присматривают за виллой и территорией и нанимают нужных людей для ее обслуживания.

– Понятно.

– Джиа часто готовит мне завтрак, но я вполне могу готовить сам. Мама научила меня, когда я был моложе. – Он добавил в соус немного перца. – Большую часть времени я сам за себя отвечаю.

– А. Значит, все те контейнеры с соусом в морозилке, которые мне показала Джиа... – Я замолчала.

Он прищурил глаза.

– Ты видела, да?

Я рассмеялась.

– Да. Но Джиа сказала мне, что ты сам прекрасно готовишь.

– Я предпочитаю готовить на гриле, но сейчас голоден, а паста готовится быстро. – Он опустил лапшу в кипящую воду. – Три минуты, и ужин будет готов. Ты ведь любишь креветки?

– Люблю.

– Хорошо. Я подумал, что мы поедим на патио. Предполагалось, что будет дождь, но, похоже, он обошел нас стороной. Не возражаешь, если мы поедим там?

– Чем я могу помочь?

– Вынеси вино и салат на улицу. Я принесу пасту.

– А чесночного хлеба не будет?

Он покачал головой.

– Это так по-американски. Если хочешь, у меня есть фокачча, которую Джиа испекла ранее.

– Пожалуйста.

Я вынесла поднос на улицу и поставила его на стол. Небо было хмурым, но все равно приятным. Румба лежала на теплом камне и выглядела довольной. Я наклонилась и погладил ее по животику. Она приоткрыла один глаз и перевернулась, не обращая на меня внимания. Типично.

Затем вернулась в дом и взяла у Данте фокаччу, а он последовал за мной с дымящимися тарелками. Я села, с восхищением разглядывая креветки и феттуччине. Пахло божественно.

– Лимонно-сливочный соус с белым вином, – объявил Данте. – Одно из фирменных блюд Джии. Я люблю его с креветками и свежим сыром сверху.

Я откусила кусочек, не в силах сдержать стон. Это было невероятно. Рука Данте замерла на мгновение, когда он наливал вино, затем он слегка покачал головой, как бы проясняя голову, закончил наполнять бокалы и начал есть. Мы молчали, пока жевали, хотя, я похвалила его за вкусную еду.

Мужчина закончил первым, откинувшись на спинку кресла и потягивал вино.

– То, что ты сказал в машине, о том, почему Уинтерс тебя ненавидит.

– Это долгая история. В другой раз. – Его тон не допускал возражений.

Я сгорала от любопытства, но знала, что не стоит давить на него. Поэтому попробовала затронуть его любимую тему.

– Есть ли что-нибудь, что ты любишь, кроме тортов? – спросила я.

– Я люблю все сладости. Торты – мои любимые, но мне нравятся и пироги. И печенье.

– Какие виды печенья? – Я вытерла рот салфеткой. – Не думаю, что ты любишь шоколадное.

– Они ничего. Но я люблю с арахисовым маслом. Мое любимое – то, которое мама делала, когда я был маленьким. Я давно их не ел.

– Какое?

– Не помню названия. Оно было очень простое. Просто хорошее печенье. Мягкое и с хрустящей корочкой. В нем была корица.

– «Сникердудль»?

– Да! – воскликнул он, ударив по столу. – Я ел его горстями, запивая молоком. Когда был маленьким, мама постоянно хранила в морозилке тесто для выпечки.

– А. Так ты уже тогда был без ума от десертов? – Я сохраняла невозмутимое выражение лица. – Разве в старину были духовки? Они существовали в доисторические времена?

Он прищурился.

– Думаешь, это смешно?

– Да.

– Однажды, – пригрозил он. – Однажды я этого так не оставлю.

Я собрала посуду и сложила ее на поднос.

– Ты все время это повторяешь.

Он поймал меня на кухне и притянул к себе, прижавшись грудью к моей спине.

– Как только ты начнешь умолять, я покажу тебе, Пчелка. Я возьму тебя, и это будет так хорошо, что ты не вспомнишь своего имени. И каждый раз, когда будешь называть меня стариком, я буду трахать тебя снова и снова. Пока не начнешь выкрикивать мое имя. И буду продолжать, пока один из нас не потеряет сознание от истощения. – Он прикусил мочку моего уха, большими пальцами погладил соски, обхватив мою грудь ладонями. – И я очень вынослив, малышка. Очень. – Он наклонился и провел губами по моей шее.

Я застонала.

– Продолжай в том же духе, – добавил он.

– Разве это не твоя работа? – спросила я.

– Не волнуйся, детка. Это происходит каждый раз, когда ты рядом. И однажды ты доведешь меня до крайности, и я не смогу больше ждать.

Он развернул меня в своих объятиях, наши лица оказались так близко друг к другу, что дыхание смешалось.

– С каждым разом, когда ты называешь меня стариком, времени остается все меньше. Месть будет сладкой для нас обоих.

Он обхватил мое лицо ладонями и прикусил мою нижнюю губу, проводя по ней языком. Затем отстранился, освобождая меня. Я слегка пошатнулась, и он поймал меня, убедившись, что я стою ровно, прежде чем отпустить.

Наши глаза встретились.

– Скоро, – пообещал он. – Очень скоро.

* * *

Не в силах расслабиться, я рылась в шкафах, ища все необходимое. Я слышала, как Данте поднимается по ступенькам на третий этаж, и знала, что он еще какое-то время будет в своем кабинете. Джиа показала мне, как пользоваться духовкой, и я включила ее на разогрев и принялась за дело. Отмеряла и смешивала, надеясь, что правильно помню рецепт. Румба вошла в дом, покрутилась вокруг моих лодыжек, а потом отправилась обратно на улицу. Ей нравилось, что можно свободно перемещаться туда-сюда. Она оставалась на территории вокруг бассейна, бродила по траве и среди кустов, но, похоже, была довольна тем, что находилась рядом.

Я поставила первый противень с печеньем и приготовила второй. Если они получатся, я смогу сделать еще, но мне хотелось быть уверенной. Я прибралась на кухне после того, как Данте умчался. Не следовало дразнить его, но мне нравилась его реакция, когда называла его стариком. Он был совсем не старым, но его реакция на мои слова всегда была напряженной. Я задрожала, вспомнив его сексуальные угрозы. Моя реакция была физической. Мое нижнее белье стало влажным, соски затвердели, и я жаждала чего-то. Просто не знала, чего именно, хотя была уверена, что Данте знает и с радостью даст мне это.

Таймер сработал, и я достала поднос. «Сникердудли» были золотистыми, вкусно пахли и выглядели идеально. Я задвинула второй поднос и через несколько мгновений переложила печенье на тарелку, напевая себе под нос, чтобы разбавить тишину. Я уже подумывала отнести их наверх, когда услышала тяжелые шаги Данте, направляющегося в кухню.

– Что...

Он втянул воздух.

– Это что, печенье?

Я протянула тарелку.

– Да.

* * *

ДАНТЕ

Я не мог работать, как ни старался. Ни одно из сообщений не было важным, а письма не были срочными. Даже сообщение о предмете, который я пытался приобрести в поместье, меня не заинтересовало.

Мой интерес был где-то в этом доме, просто вне пределов моей досягаемости.

Брианна забралась мне под кожу и не выходила оттуда. Она вторгалась в мои мысли, проскальзывала в мои сны, вплеталась в каждый аспект моего мира.

И она была внизу, занимаясь бог знает чем, в моем доме. Мне было неприятно, что я удрал от нее, оставив на грязной кухне, но у меня не было выбора. Если бы я не заставил себя уйти, то взял бы ее прямо тогда. Я чувствовал, как девушка реагирует на меня. Твердые пики ее сосков, когда я обхватил ее грудь. Как она выгибала спину, чтобы быть ближе к моим прикосновениям. А когда я целовал ее шею, с ее губ сорвался тихий, полный желания стон. Мне нужно было уйти. Оставить ее.

Но я не мог сосредоточиться на делах. Чувствовал ее запах на своих руках. Аромат ее волос, запах ее кожи все еще стоял у меня в носу. Ее смех эхом отдавался в моей голове. Дразнящие слова и то, как искрились ее глаза, когда она их произносила. Никто не говорил со мной так, как она. Ни одна женщина. Брианна была уникальна.

Наконец сдавшись, я встал. Мне нужно было найти ее и узнать, чем она занимается.

Но когда открыл дверь, меня поразил другой запах. Сладкий, с привкусом сахара и корицы. И я услышал как она напевает. Снова вдохнул, и у меня потекли слюнки.

Моя маленькая пчелка пекла.

Я помчался по ступенькам на кухню.

– Что...

И остановился при виде тарелки, которую держала Брианна. Еще один вдох – и я понял.

– Это что, печенье?

Она едва успела ответить «да», как я схватил одно и откусил. Мягкое, с хрустящей корочкой. Насыщенное и плотное. Корица, сахар и идеальное печенье – все в одном. Я застонал от вкуса. Прожевал и проглотил. Потянулся за еще одним.

Брианна отставила тарелку, пока я поглощал следующий кусочек совершенства, и поставила передо мной стакан молока. Я сбился со счета, сколько печенья съел и открыл глаза, чтобы посмотреть на Брианну. Она выглядела потрясенной, и я понял, что съел много печенья. Наверное, больше, чем думал.

– Скажи, что на тарелке была дюжина.

– Шестнадцать.

Я съел все. За раз.

– Это было впечатляюще, – пробормотала она.

– Это было потрясающе.

Таймер сработал, и она вытащила из духовки еще один противень.

– Надеюсь, этого хватит до завтра.

Я взял еще одно и откусил.

– Ты словно вернула меня в детство, – сказал я ей. – Спасибо.

Она взяла одно, изучая его, затем откусила, медленно пережевывая.

– В следующий раз на тридцать секунд меньше. Нужно привыкнуть к твоей духовке.

– Для меня они идеальны.

Брианна улыбнулась.

– Хорошо. Я могу потренироваться, пока не привезут ингредиенты для тортов.

– Да. Конечно, можешь.

Я наблюдал, как она аккуратно складывает печенье в контейнер, моет противень и ставит его обратно в духовку сушиться. Остальная часть кухни была безупречна чистой.

Девушка улыбнулась мне.

– Не ешь их все, Данте. Тебя стошнит.

– Даже не мечтаю об этом.

Она прошла мимо меня.

– Я иду спать.

Я поймал ее за руку.

– Спасибо, маленькая Пчелка. Я серьезно. Они замечательные.

– Они считаются одним из шестидесяти?

У меня кольнуло в груди от ее вопроса, но я кивнул.

– Да, если хочешь.

На ее лице появилось странное выражение.

– Спокойной ночи, Данте.

Я притянул ее к себе и поцеловал в лоб.

– Спокойной ночи, маленькая Пчелка.

Я смотрел, как она уходит, испытывая странное уныние. Печенье больше не привлекало меня, и я закрыл крышку контейнера и запер двери во внутренний дворик. Заметил, что тучи сгущаются, и подумал, не пойдет ли ночью дождь.

Нам нужна была хорошая гроза, чтобы очистить воздух.

И я не был уверен, что говорю о погоде.