Текст книги "Суженый босс (ЛП)"
Автор книги: Меган Куин
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 25 страниц)
Нет держателя для ручки.
Никаких блокнотов.
Нет таблички с именем.
Никаких цветов.
Ни одного яркого пятна… нигде.
Стены приглушенного серого цвета. Полы – черные, и жалюзи на окнах – тоже черные. Несколько хромированных штрихов тут и там, но в остальном все ведомственное, без какого-либо индивидуального подхода.
Довольно удручающее зрелище.
Что ж, теперь все изменится.
– Добро пожаловать. В десять тридцать Вы должны встретиться с мистером Уэстином. Просто постучите в его дверь. До этого времени займитесь настройкой компьютера и iPad. Телефон уже готов к работе.
– Специалист информационного отдела поднимется сюда?
Ренита качает головой.
– Мистер Уэстин предоставит Вам инструкции к защищенной сети, в которой он работает. Доступ к ней есть только у него. Он не многим доверяет свою личную информацию, особенно айтишникам.
– Хорошо, но что, если у меня возникнут проблемы с настройкой компьютера?
Ренита кладет руку мне на плечо.
– Чарли, мистер Уэстин – очень умный человек. Он был лучшим в своем классе в Йельском университете. Если у его помощника возникнет проблема с компьютером, он сможет решить ее быстрее, чем кто-то из отдела информационных технологий.
– И… мне просто нужно будет попросить его о помощи?
– Да. – Она улыбается. – Он очень хороший человек.
Я уже слышала об этом.
– Хорошо, что ж, спасибо.
Еще раз похлопав меня по руке, Ренита говорит:
– У Вас все получится. Добро пожаловать в «Уэстин Энтерпрайзис».
Ренита уходит, оставляя меня наедине с моими мыслями. Я сажусь в очень удобное офисное кресло и осматриваю свой стол. Открываю верхний ящик, нахожу один блокнот – желтый, фу – и ручку с логотипом компании. Нижний ящик пуст.
Похоже, после увиденного кошмара мне придётся наведаться в свой любимый канцелярский магазин в Бруклине, потому что это рабочее место совсем не приспособлено для моих нужд и предпочтений.
Я подключаю компьютер и настраиваю его, когда дверь позади меня распахивается и ударяется о стену. От неожиданности я чуть не падаю со стула, в коридоре появляется мистер Уэстина. Он пристально смотрит на меня, а затем на часы.
– Ты опоздала на минуту.
– Что? – Спрашиваю я, с трудом поднимаясь. Смотрю на дисплей своего телефона и вижу, что он прав. Я опаздываю на минуту. – О боже, простите. Я была так поглощена выяснением, какой разъем использовать для устройства, что совершенно…
– Просто зайди в мой кабинет.
Он разворачивается на каблуках и направляется обратно.
Мммм.
Что за?
Ворчун. Но, отдавая ему должное – возможно, у него сегодня тяжелый день, – я смягчаю свое мнение, беру ручку и бумагу и направляюсь в его кабинет.
Достаточно одного взгляда на его кабинет, чтобы понять, что этот человек занимается бизнесом и ничем другим, потому что здесь нет ни одной личной детали на стене или полке. В его кабинете по бокам расположены окна с темными жалюзями. Горит только одна лампа – настольная, отбрасывающая желтоватый отблеск в очень яркое утро.
В огромном помещении очень мало мебели – письменный стол, офисный стул и два кресла перед его среднего размера столом.
И больше ничего. Его кабинет больше, чем моя квартира, и в нем четыре предмета мебели.
Что за чертовщина?
Он сидит в своем рабочем кресле и смотрит на меня снизу вверх, пока я стою в нескольких метрах от него.
Он машинально указывает на стул перед собой.
– Присаживайся.
– Хорошо, я была не уверена, хотите ли Вы, чтобы я устроилась поудобнее или нет. Как Вам удобно, чтобы я вела заметки? Сидя перед Вами? Или стоя у Вашей двери. Меня устроит любой вариант, хотя дверь довольно далеко, и из-за эха в этом огромном помещении мне может быть плохо слышно, но если Вам так удобно, тогда я совершенно…
– Сядь.
Он щелкает пару раз компьютерной мышкой, а затем начинает лихорадочно щелкать по клавиатуре.
Я наблюдаю за ним, его брови нахмурены, челюсть напряжена, пальцы быстро бегают по клавишам, в то время как его решительные глаза следят за всем, что он пишет.
Я и раньше видела людей, погруженных в работу, но никто не сравнится с концентрацией, присущей Рэту Уэстину. Если бы я не была так очарована его полной сосредоточенностью, я могла бы быть немного оскорблена тем, что он рявкнул на меня, чтобы я вошла в его кабинет, и затем начал полностью игнорировать меня.
Спустя несколько минут он откидывается на спинку стула и смотрит на меня крутя ручку в руке.
– Ты подписала все документы?
– Да.
– И соглашение о неразглашении информации.
– Оно было неотъемлемой частью всех подписанных мною документов, – говорю я, стараясь, чтобы это прозвучало более забавно и менее язвительно.
Похоже, ему мой тон не кажется забавным. Вместо того, чтобы улыбнуться он подносит ручку к своему виску и очень медленно массирует чувствительную кожу.
– Квартира. Ты получила ключи?
– Да, мне понадобится время, чтобы переехать, но…
– Завтра приедут грузчики. Позаботься, чтобы все твои личные вещи были упакованы.
Он снова выпрямляется в кресле и возвращает внимание к своему компьютеру, несколько секунд, что-то читает, а затем снова набирает ответ. Его пальцы так быстро скользят по клавиатуре, что я втайне представляю его в образе одного из тех котят в плохо сидящей рубашке и быстро строчащих на клавиатуре, и мотают головами взад-вперед во время набора текста.
К счастью, мне удается вовремя скрыть ухмылку, которая так и норовит сорваться с моих губ от этой мысли.
Он снова откинулся в кресле и спросил:
– Твой компьютер настроен?
– Э-э, не совсем. Хотя я подключила его. – Поднимаю два больших пальца вверх. – Похоже, этим утром я пока веду счёт.
Он кривит губы, переводит взгляд на блокнот и ручку в моей руке.
– Где твой iPad?
– Там где я его оставила. На моем столе.
– Почему ты не пользуешься им?
– Я предпочитаю пользоваться ручкой и бумагой. – Я протягиваю блеклые ручку и блокнот. – Но скажу честно, я привыкла к более красочным вещам, и, боже, мои фавориты – ручки и маркеры «Paper Mate». Они бывают разных цветов, и мне нравится сочетать их друг с другом. У Вас есть такие? – Я смотрю на единственную ручку на его столе. Похоже, что нет. – Не волнуйтесь, я куплю несколько и для Вас. За свой счёт. Слышали высказывание: друзья по переписке? Мы можем придать ему совершенно новый смысл. О, знаете, что было бы здорово? Если бы для каждого дня мы использовали разный цвет, и перед каждой встречей мы бы перекрещивали свои ручки, как сабли, в знак начала встречи. Это было бы здорово. – Я делаю заметку. – Сегодня я иду за запасами. Возьму немного, а потом напишу расписание, какой цвет в какой день будем использовать. И даже не думайте, что я позволю Вам использовать только мужские цвета. О нет, мистер Уэстин, Вам придётся использовать розовый, как и всем нам.
Он ничего не говорит, просто смотрит.
– Используй iPad. Он для этого и предназначен.
Думаю, ему не понравилась идея использовать розовый цвет.
– Настрой свой компьютер. Без этого ты бесполезна для меня. Как я смогу просмотреть свое расписание и то, что мне нужно?
Бесполезна, ух ты, это… это великолепно.
Слышите сарказм?
– Ну, знаете, мы всегда можем обсудить Ваше расписание. Я могу делать заметки, а когда закончим, продолжу настраивать компьютер. У меня было мало времени на подготовку.
– Если продолжите работать на меня, мисс Кокс, у Вас не будет времени ни на что. Привыкай.
Ну разве он не милашка? Ренита говорила о том же человеке, который сидит передо мной?
Он очень хороший человек.
О да, он на самом деле, очень хороший.
Ни приветствия.
Никакого: эй, как твои дела?
Никакой корзины с фруктами в первый рабочий день – не то чтобы она мне была нужна, но это добрый жест.
Постукивая ручкой по бумаге, спрашиваю:
– Вы завтракали сегодня? Вы выглядите немного раздражительным. Виновником может быть низкий уровень сахара в крови. Хотите, я попрошу что-нибудь приготовить для Вас? Знаете, лосось и бублик могут помочь. Или… Вы любите сладкое? Смею предположить, вы ценитель пончиков? – спрашиваю я с улыбкой.
– Ты всегда такая болтливая?
– Обычно болтливее. – Я откладываю свою ручку. – Так пончик или лосось с бубликом?
Глава четвертая
РЭТ
Отчаяние может сотворить с человеком смехотворные вещи.
Например, принять спонтанное решение.
Такое как, нанять нового помощника, не проводя с ним собеседования, основываясь только на рекомендации.
Я не полный идиот. Утром я позвонил Гарольду, чтобы убедиться, что она заслуживает доверия. Весельчак бесконечно рассказывал, что Чарли Кокс – прекрасный человек, и я должен быть благодарен за то, что она работает рядом со мной.
Прямо сейчас я сомневаюсь в здравомыслии Гарольда Дэнверса.
Я никогда не встречал такой болтливой девушки, и ее откровенные замечания, без всяких фильтров, мягко говоря, поражают. Она спросила меня о сахаре в крови, называет меня ворчуном – она на самом деле ничего не скрывает. Даже в свой первый рабочий день.
И все же она не настроила свой компьютер, у нее нет iPad, и пока я говорю она рассеянно чиркает на бумаге.
Она вообще осознает, что ее ручка движется?
Судя по отсутствующему взгляду, не думаю.
– Итак… что Вы хотите? – спрашивает она. – В том и в том есть дырки, в которые можно вгрызаться. При условии, что Вам нравятся дырки. – Она указывает ручкой в мою сторону. – О да, Вы любитель дырок.
Иисус.
Христос.
Знаю, она не имеет в виду ничего непристойного, как мне кажется, но все равно задаюсь вопросом, понимает ли она, что говорит?
– Я не голоден.
– Не переживайте. Я закажу и то и другое. За свой счет. В благодарность за то, что наняли меня. Позвольте я быстро напишу подруге. Все доставят в лучшем виде меньше чем через десять минут. – Она быстро набирает текст, затем поднимает очки и снова смотрит на меня. – А теперь я хочу, чтобы Вы ответили на несколько вопросов.
– Зачем?
– Зачем? – Она смеется. – Затем что я здесь, чтобы помочь Вам выполнить работу лучшим образом. – Она качает головой продолжая улыбаться. – Вы такой глупыш. О – ее глаза расширяются – это может быть забавным прозвищем. Я могу называть вас Билли для краткости (прим. пер.: Silly billy (глупыш) – Человек, который действует особым образом и не боится этого делать. Обычно это маленький, милый человек, который очень счастлив и может рассмешить вас, когда захочет. А также кто-то, с кем очень весело проводить время и кто ведет себя самым глупым образом из возможных). Вам нравится?
– Мне нравится мистер Уэстин.
Она постукивает ручкой по подбородку.
– Если задуматься то Билли звучит как-то не очень, я продолжу подыскивать Вам прозвища. Не волнуйтесь, я придумываю самые классные прозвища.
– Мистер Уэстин.
– Да, а я мисс Кокс… знаете, как много…
– Да, я в курсе, не стоит повторять.
Серьезно, что с этой девушкой? И во что я ввязался?
– О, точно, я уже рассказывала Вам на выставке о пенисах во множественном числе. Извините, когда я нервничаю то болтаю без умолку, но давайте вернемся к работе, к трудовым будням. – Она сосредоточенно смотрит на меня, готовая делать пометки. – Какой кофе Вы пьете?
Это и есть ее нелицеприятные вопросы?
– Тебе не обязательно это знать.
– Э-э, Вы спятили? Конечно же, я должна знать. Я не хочу, чтобы Вы срывались на меня. Представьте, я принесу не тот кофе, а Вы развернетесь и плеснете его в мою свежевыглаженную блузку. Я очень серьёзно отношусь к глажке. Как минимум полдня по воскресеньям я провожу за глажкой одежды и просмотром повторов сериала «Новенькая». Вы смотрели этот сериал? Кто Ваш любимый персонаж? Знаете, сначала мне нравился Шмидт, а потом…
– Достаточно.
– Нет, «Достаточно» – не персонаж, если только я не пропустила серию, с уверенностью на девяносто процентов могу сказать, что не пропустила ни одной серии. Но если бы мне пришлось угадывать, я бы сказала, что Вы фанат Уинстона, я права?
Я потираю висок.
– Я сказал, достаточно. Достаточно болтовни. Просто иди и настрой свой компьютер.
– О боже, у Вас болит голова? – Она с беспокойством смотрит на меня. – Хотите, я принесу воды? – Она оглядывает мой стол. – Я не вижу ни одной бутылки с водой. Вы пьете воду? Не волнуйтесь, я включу это в свой список дел, и буду напоминать Вам. Если собираетесь управлять миром, нам нужно убедиться, что Вы сыты и не обезвожены. – Наклонившись вперед, она шепчет: – Когда Вы писаете, моча прозрачная?
– Вон, – кричу я, указывая пальцем на дверь. – Вон, сейчас же.
Она испуганно отступает назад, прижимая к груди блокнот.
– П-простите, Вы хотите, чтобы я ушла?
– Да, ради всего святого, именно этого я и хочу. ВОН.
– О, боже. Я что-то, не так сделала? Сказала? Потому что, честно говоря, мне кажется, мы отлично начали. Если бы Вы немного расслабились, мы бы смогли наладить отличные рабочие отношения босса и помощника.
– Клянусь богом, если ты не уйдешь в ближайшие десять секунд, я попрошу
кого-нибудь выпроводить тебя. – Я снова указываю пальцем на дверь. – Забирай свои вещи и уходи.
– Хорошо, конечно, да. – Она встает и бросает на меня прощальный взгляд. – Знаете, Ваша кожа выглядит немного сухой, немного увлажнения могло бы помочь.
– Пять секунд.
Быстро выпалив «ага» она убегает, в очередной раз оставляя меня с ощущением полного фиаско.
Очередное поражение. Именно так.
Интуитивно я предположил, что она будет хорошим дополнением. Очевидно, этим утром она решила переключиться и превратиться в невыносимо громкую болтушку. К сожалению, это не то, что мне нужно, особенно с учетом того, как громко она набросилась на меня сегодня утром.
Обезвожен… Я не обезвожен, черт возьми. Я пью много воды.
Прижав ладонь ко лбу, я шумно выдохнул. Какого черта Гарольд и Лайнус решили порекомендовать Чарли «Пенис в множественном числе»? Она совсем не та помощница, на которую я рассчитывал.
Пять минут спустя сотрудник службы безопасности приносит мне пончик и бублик с маслом. Не задумываясь, я съедаю их. Не потому, что она заказала их для меня, а потому, что я депрессивный ублюдок, который никак не может найти себе достойного помощника.
Гарольд Дэнверс только что лишился моего доверия.
* * *
– Либо ты профукал сделку, либо новая помощница уже сводит тебя с ума, – говорит Роарк, садясь рядом со мной в «High Nine», нашем любимом баре. К счастью, Саттон нет в городе, и я могу свободно общаться со своим лучшим другом.
Уставившись в свой полупустой бокал пива я говорю:
– Она не продержалась и десяти минут.
– Что? – Он смеется. – Но Гарольд Дэнверс…
– Гарольд Дэнверс – лживый кусок дерьма, и я уверен, что он меня подставил.
Роарк заказывает Гиннес, и я бросаю на него взгляд, сомневаясь в его выборе, поскольку в последнее время он предпочитает пить молоко. Он пожимает плечами и говорит:
– Один стакан меня не убьет. – Когда перед ним ставят бокал, он делает крошечный глоток, пена прилипает к его щетине над губой. – Она совсем никудышная?
– Она была надоедливой. Болтала без умолку. Называла меня ворчуном.
– Ну, ты часто бываешь раздражительным, когда находишься на работе.
– Ты бы тоже постоянно злился, если бы работал с идиотами.
Я кручу стакан пива обеими руками на барной стойке.
Он смеется.
– Интересно, что бы подумали твои сотрудники, встретив тебя за пределами офиса. Они бы тебя даже не узнали. Ты совершенно другой.
– Я не смешиваю личную и рабочую жизни. Если бы они знали, что во мне живет парень из братства, они бы перестали меня уважать.
– Уважать или бояться?
– И то, и другое. – Я вздыхаю и машу бармену. Когда он подходит ко мне, я говорю: – Начос с сыром и соусом халапеньо, пожалуйста.
– Конечно.
Он уходит, а Роарк спрашивает:
– Значит, она не переставала болтать, и из-за этого ты ее выпроводил?
– Поверь, ты бы тоже так поступил. Не думаю, что она подходит. Мне следовало сначала провести собеседование с ней.
– Так поступают с новыми сотрудниками обычные бизнесмены, но, опять же, когда это ты был обычным? – Роарк бросает на меня взгляд и спрашивает: – Ты уверен, что это не связано с тем, что ты считаешь ее хорошенькой?
– Ты, блядь, издеваешься?
Он пожимает плечами.
– Просто решил уточнить ещё раз.
– Ты говоришь так, словно я какой-то перевозбужденный мужик, который не может удержать своё хозяйство в штанах. Ванесса была первой и единственной в этом плане, ясно? Больше такого не повторится.
Он вскидывает руки в знак капитуляции.
– Ладно, просто спросил.
Боже. Стоит лишь раз совершить ошибку, и вот какая тебя ждёт слава. Ванесса была ошибкой, причем огромной.
Я нанял ее, основываясь на ее профессионализме, но поздние вечера и ее соблазнительные и наводящие на размышления способности начали изматывать меня, пока одна затянувшаяся ночь не привела к снятию сексуального напряжения между нами.
Я очень быстро погрузился в романтические отношения с ней.
Когда мы расстались, я ясно дал понять своему ближнему кругу, что, несмотря ни на что, мы никогда не будем говорить о ней.
Никогда.
Судя по всему, Роарк не прочь вспомнить мое прошлое.
– Что теперь собираешься делать?
– Начну с нуля. Попрошу Рениту поискать кого-нибудь нового. Возможно, привлеку парочку агентов по найму. Я не могу долго справляться с этим дерьмом в одиночку.
– Понятно. – Роарк вздыхает и откидывается на спинку стула. – Итак… что ты думаешь о выборе смокинга для свадьбы?
Мы обмениваемся понимающим взглядом, прежде чем я говорю:
– Если он выберет коричневый, я буду в бешенстве.
Роарк кивает.
– Согласен. Темно-синий – крутой цвет, коричневый сделает нас похожими на маленькие кучки дерьма, стоящие у алтаря. Не могу поверить, что Джулия одобрила этот цвет.
– Я отправил ей сообщение, спрашивая о цвете смокинга, и она ответила, что предоставила Брэму полный контроль над мужской частью. Нам просто нужно соответствовать цветовой гамме свадебной церемонии.
– Я люблю твою сестру, но это была глупейшая ошибка.
Перед нами ставят начос, и мы оба тянемся к чипсами и зачерпываем ими сыр и халапеньо.
– Брэм может быть очень убедительным, и зная его, он хочет быть полностью вовлечен в процесс. Он не обычный жених, который просто ждёт у алтаря, он ходит с ней на каждую встречу и принимает участие в каждом решении. Он даже ходил с ней за платьем.
– Ты серьезно? Я думал, женихи не должны видеть это дерьмо до свадьбы.
– Он нацепил повязку на глаза и все время говорил, как она прекрасна, хотя и не видел её.
Роарк качает головой в недоумении.
– Почему мы вообще с ним дружим?
– Каждый день задаюсь этим вопросом. – Откусываю еще кусочек начос и спрашиваю: – Ну что, готовишься к очередному раунду фэнтези-футбола?
Он кивает.
– Я тренировался в межсезонье. Я собираюсь уничтожить вас, двух ублюдков.
Да, это мы еще посмотрим. Слава богу, что есть фэнтези-футбол, этот бар и начос.
Сейчас для меня это единственный способ сохранить человеческий облик.
Глава пятая
РЭТ
Сегодня утром я еле тащусь на работу. Гораздо медленнее, чем обычно.
Вот что происходит, когда увольняешь свою помощницу еще до того, как она успевает включить компьютер. Я не ложился спать до двух часов, переделывая свое расписание и отправляя электронные письма с электронной почты «исполнительного помощника», чтобы все выглядело так, будто я все успеваю.
Прошлой ночью я делал, так много поганых вещей, что на их осмысление ушли бы часы, так что давайте просто оставим это, поскольку я нахожусь в состоянии отчаяния.
Зевнув, прислоняюсь к стене личного лифта, чтобы не упасть, и наблюдаю, как кабина поднимается все выше и выше, пока не достигает моего этажа. Отталкиваясь от стены, прижимаю портфель к боку, когда двери раздвигаются, и… мне в лицо сразу же ударило солнце.
Сплошь.
Взрывая сетчатку и превращая ее в ничто, мои глаза поражает солнечный свет, и я отшатываюсь назад, чувствуя себя вампиром, пораженным яркостью дня.
Используя руку словно плащ, закрываю глаза от света и бормочу:
– Какого хрена?
Рядом со мной жизнерадостный голос произносит:
– Доброе утро, мистер Уэстин. Обожаю солнечное сияние. По утрам оно заряжает энергией, верно?
Прищурившись, выхожу из лифта и смотрю в сторону, где стоит Чарли «Пенис во множественном числе» с розово-фиолетовым блокнотом в руках и фиолетовой ручкой, одетую в фиолетово-розовое платье, фиолетовые туфли и… очки в фиолетовой оправе. Ее волосы собраны в пучок с какой-то странной косичкой, обернутой вокруг основания пучка, макияж соответствует ее наряду.
Что, черт возьми, происходит?
И почему она здесь?
И почему складывается ощущение, что мой кабинет перенесли на поверхность солнца?
Неужели я брежу от недостатка сна, из-за того, что прошлой ночью вел себя как мой чертов помощник, отвечая на электронные письма?
– Поскольку вчера Вы так и не ответили мне, какой кофе предпочитаете, я взяла на себя смелость создать кофейный бар прямо здесь, на нашем этаже. Я не профессиональный бариста, но моя подруга Дорин – профессионал в этой области, и два года назад она провела для меня экспресс курс по приготовлению некоторых очень популярных напитков. Прошу сюда. – Она берет меня за руку, которой я не загораживаюсь от солнца, и ведет по коридору, пока мы не останавливаемся у украшенного киоска, уставленного кружками, кофе, напитками и первоклассной
эспрессо-машиной. На передней панели киоска – меню с фотографией улыбающейся Чарли с чашкой кофе. Под ее фотографией написано: пожалуйста, давайте чаевые вашему бариста с улыбкой.
Ага… это страшный сон. По-другому быть не может.
– Как видите, здесь самые разнообразные напитки, которые я умею готовить, ограниченные моими навыками и имеющимися у нас запасами. Если у Вас есть другие пожелания, пожалуйста, поделитесь, и я обязательно пройду обучение у Дорин в ближайший день или около того. И пока Вы не приняли решение, что хотите кофе из любимого заведения, уверяю Вас, кофе приготовленный мною будет не хуже, а то и лучше. Я не поскупилась. К тому же мы сэкономим деньги, время и окружающую среду, если будем готовить сами. Двигаемся дальше.
Она снова берет меня за руку и тащит по коридору. Я лишился дара речи. Растерян.
Я ведь уволил ее вчера, верно?
Именно это и произошло. Я сказал ей уйти…
Так почему же она здесь выглядит как мисс Фриззл ведет себя так, будто мы на инструктаже первокурсников? (прим. пер.: Мисс Валери Фелисити Фриззл – персонаж познавательно-приключенческого мультсериала «Волшебный школьный автобус» – кудрявая рыжеволосая, чудаковатая учительница в фиолетовом платье с планетами, с удивительной способностью впутываться в разные занятные ситуации вместе со своим классом).
Я распахиваю глаза пошире, оглядываясь по сторонам в поисках волшебного школьного автобуса на случай, если мне реально снится какой-то бредовый сон.
Но вместо того, чтобы отвести меня к большому желтому автобусу, она продолжает свою экскурсию, заставляя меня задаваться вопросом: что за хуйня?
– По моей просьбе здесь установили холодильник, кухонный остров с двумя конфорками, микроволновую печь, кухонную посуду я пока принесла из дома, потому что у меня заканчивается лимит на кредитной карте. Пока я могу обойтись тем, что есть у меня дома. Холодильник заполнен, я не знала…
– Подожди, – буркнул я, сжимая пальцами переносицу. – Ты записала все эти траты на свою личную кредитную карту?
– Да, конечно. Я не собиралась тратить деньги компании. Так что, как я уже сказала, я не знала…
– Это же для компании, зачем ты тратишь свои личные деньги?
Почему я вообще спрашиваю? Ее уволили. Ее не должно быть здесь.
– Ну, поскольку я это не согласовывала, то решила, что угощение за мой счет, я просто оплачу всё частями. На самом деле это не так уж и важно. А теперь, пожалуйста, позвольте мне закончить экскурсию. У нас впереди насыщенный день.
Шокированный позволяю Чарли показать мне остальную часть нашего этажа, где она устроила комнату для медитации с двумя ковриками для йоги, журчащим фонтаном и успокаивающей музыкой. По всему помещению расставлены цветы, жалюзи на всех окнах открыты, а ее рабочий стол пестрит ручками, блокнотами, папками с файлами и настенными календарями. Выглядит это так, будто мы находимся на выставке канцелярских принадлежностей. Её стол переставлен, к нему приставлен еще один стол, образуя мега-стол, он выглядит весьма солидно, не просто как дополнение возле моего кабинета.
Когда, черт возьми, она успела все это сделать?
Она вообще спала?
Я в замешательстве.
Она направляется в мой кабинет и распахивает дверь. Свет снова заливает помещение, и мне приходится несколько раз моргнуть, чтобы глаза привыкли. Нервничая из-за того, что она сделала с моим кабинетом, я нерешительно вхожу и оглядываюсь по сторонам.
Ничего не изменилось. Все то же самое, за исключением одной вещи…
– Что это?
Я указываю на пятифутовое дерево в горшке рядом с моим столом.
– Это драконово дерево, или сэр Драгомир из Уэстинвиля. Так я его назвала. Он выглядит колючим, как и Вы, но он замечательно дополняет пространство и циркулирует воздух. Пока это все, что я могу себе позволить, но подождите, скоро я приобрету для него сородичей. Растения дарят ощущение покоя в офисе, что необходимо при такой ответственной работе. Я могу помочь Вам разместить его в другом месте, но не беспокойтесь, его высота не превысит трех метров, так что у нас достаточно места под потолком. Разве он не великолепен? Он словно уговаривал меня в питомнике, и я не могла уйти без…
– Сколько ты потратила? – спрашиваю я сквозь стиснутые зубы.
Не знаю, стоит ли спрашивать именно это. Может, достаточно было бы спросить, какого хрена…
Она небрежно машет рукой и начинает суетиться за моим столом, включив для меня компьютер и поставив на стол чашку кофе и черничный кекс.
– Неважно. Важно то, что мы позаботились о том, чтобы Вы были накормлены, напоены кофе и приняли участие в утренних встречах. Я поговорила с Ренитой, и она познакомила меня Вашим расписанием, видимо, она единственный человек, имеющий к нему доступ. Так что она любезно помогла мне. Мы готовы к работе, босс. – Она хлопает в ладоши. – Я отлучусь, позволю Вам освоиться, но вернусь через десять минут, чтобы обсудить все планы на сегодняшний день. Хлопоты, хлопоты, хлопоты.
Улыбнувшись, она уходит и тихо закрывает за собой дверь, оставляя меня в недоумении размышлять о том, что за хрень… с Сэром Драгомиром из Уэстинвиля.
* * *
– Офис мистера Скотта, чем могу помочь?
– Лайнус, это Рэт. Мне нужно поговорить с Брэмом, немедленно. Прямо сейчас, блядь. Он не отвечает на звонки, но я знаю, что он в своем офисе, потому что он прислал мне электронное письмо.
– Он на совещании, мистер Уэстин.
– Лайнус, это высшая степень боевой готовности. Помоги мне.
Он делает паузу, а затем со вздохом говорит:
– Хорошо, но я делаю это только ради Вас. Секундочку.
Я постукиваю по столу ногой, подпрыгивающей вверх-вниз. Десять минут, у меня есть десять минут, чтобы решить, что делать с офисным апокалипсисом, который случился сегодня утром.
– Надеюсь, это что-то важное, – говорит Брэм, подходя к телефону.
– Чем ты на самом деле занимался? У тебя не бывает встреч так рано.
– Джулия здесь…
Я резко выпрямляюсь.
– Только не говори, что занимаешься грязными делишками с моей сестрой в своем офисе.
– Нет, этим мы занимаемся в ее офисе. Сейчас мы обсуждаем свадебные дела.
– Вы не можете заниматься этим дома?
– Ты тратишь время на бессодержательные вопросы. Ты собираешься сказать, почему позвонил мне в панике?
Он прав… к сожалению.
Посмотрев в сторону своей двери, словно она прозрачная, я тихо говорю:
– Она вернулась.
– Что значит, «она вернулась»?
Прошлой ночью я написал Брэму, сообщая, что случилось с Чарли, по его словам, это одна из лучших вещей, которые он когда-либо слышал, он разозлился на меня за то, что я отослал ее. Он сказал, что мне нужен кто-то вроде нее.
– Помощница, она вернулась.
– Подожди… что? – Он смеется. – После того, как ты ее уволил? Она вернулась?
– Она не только вернулась, но и оделась как мисс Фриззл из «Волшебного школьного автобуса».
– Мисс Фриззл всегда меня возбуждала, обожаю эту дерзкую рыжую девчонку.
– Ты можешь не начинать, сейчас? – Я начинаю злиться. – Что, черт возьми, мне делать? Она преобразила весь мой офис.
– Что ты имеешь в виду?
– На меня пялится гребаный фикус.
– Ты имеешь в виду растение?
– Да… технически это какой-то драконий куст, я не уверен. Знаю только, что она назвала его сэр Драгомир из Уэстинвиля, и у меня от страха чуть яйца не отвалились. Я думаю, она сумасшедшая. На меня смотрит гребаный фикус.
– Притормози. Это гребаное растение, чувак.
– Нет. Это не обычное растение.
– Ну же, Уэстин. У меня есть вещи…
– Свет льется из каждого окна, в коридоре стоит какой-то гребаный кофейный киоск, кухня… чертова комната для медитаций. И я молчу про ее рабочее пространство – прошлой ночью радуга устроила оргию с десятью единорогами, и ее потомство разбросано по всему рабочему столу. Она вернется через – Я смотрю на свои часы, – семь минут, чтобы обсудить мой плотный график. Чувак, я не давал ей расписания. Что, если она выделила мне час на обед, чтобы заняться каким-нибудь вудуистским дерьмом?
В трубке тишина, а затем:
– Знаешь, звучит волшебно, может, мне стоит позвонить и записаться к ней на прием?
– Господи, чувак, я серьезно. Что, блядь, мне делать? Она ведет себя как ни в чем не бывало.
– Ладно, что именно произошло? Потому что, если у нее все еще есть ключ-карта и служебный пропуск, то, похоже, ее не уволили. Что ты ей сказал? Ты на самом деле сказал ей, что она уволена?
– Да… имею в виду… – Я думаю об этом. Так ли это? Я сказал это вслух или только подумал? – Думаю, я сказал. – Брэм громко смеется. – Черт. – Я провожу рукой по лицу. – Теперь не могу вспомнить. Я точно сказал ей убираться, и она ушла на целый день.
– Да, готовить помещение для сэра Драгомира. Значит, ты ее не уволил.
– Блядь. – Я откидываюсь на спинку кресла, уставившись на дурацкое колючее дерево. – Что мне делать? Уволить ее сейчас?
– Конечно, если хочешь выглядеть неблагодарным придурком, лишенным здравого смысла. Она явно хочет сделать так, чтобы тебе было комфортно. Почему бы не дать ей шанс?
– Потому что она…
Красивая.
Умная.
Забавная.
Странная.
Надоедливая…
– Потому что она не подходит для этой работы.
– Похоже, она оказалась полезнее, чем ты думал. Дай ей шанс и будь милым. Она явно стремится облегчить тебе жизнь.
– Я не собираюсь быть милым.
– Почему? Потому что боишься, что она увидит, что ты хороший парень?
– Я не настолько самовлюблен. Я не могу быть милым, когда не знаю ее потенциала.
– Дай угадаю, ты собираешься подвергнуть ее испытанию?
– У меня нет выбора, – говорю я, переворачивая один из листочков Драгомира. – Если она хочет работать на меня, то я позабочусь о том, что она знает, что влечет за собой эта работа.
– Боже, – выдохнул Брэм. – Только пообещай мне одну вещь, и я говорю серьезно.
