![](/files/books/160/oblozhka-knigi-ostrov-solas-lp-386475.jpg)
Текст книги "Остров Солас (ЛП)"
Автор книги: Мег Тилли
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 13 страниц)
Мэгги заподозрила, что он изо всех сил старается не рассмеяться из-за фиглярства ее сестры.
– Отлично, ― сказала Мэгги. ― Я приду.
– С удовольствием? ― спросила Ева.
– Ты прогадала с призванием, ― пробормотала Мэгги. ― Тебе нужно было идти в юристы. – Ева лишь широко улыбалась ей. ― Ладно, да. С удовольствием приду.
– Как же хорошо, ― сказала Ева, хлопая в ладоши. ― Я так рада, Мэгги, что ты решила не таить обиду. Ужин в семь. О, подождите! – Женщина хлопнула себя ладонью по лбу. ― Я забыла. Завтра вечером у меня встреча.
– Мы можем встретиться в понедельник вечером, если тебе будет удобнее? ― предложил Люк.
– Ох, нет, нет, нет, ― сказала Ева, отклоняя его предложение. ― Уже обо всем договорились. Не портите веселье из-за меня. Поужинайте вдвоем, а я присоединюсь к вам как-нибудь в другой раз.
Прежде чем Мэгги успела произнести хоть слово протеста, Ева подхватила стопку коробок и исчезла в направлении их машины.
Глава 14
– Вот, ― сказала Ева, добавляя финальный штрих помадой на нижнюю губу Мэгги.
Она отклонилась назад и, прищурившись, посмотрела на свою сестренку, а затем расплылась в широкой улыбке.
– О, Мэгги, ты такая красивая! Вот…
Она слегка пожала Мэгги за плечи, а затем развернула ее лицом к зеркалу.
– Что думаешь? Тебе нравится?
– О, мой… – Мэгги смотрелась в зеркало. ― О, мой…
Поднесла руку к волосам.
– Красиво, ― произнесла Ева с тихим удовольствием в голосе. ― Я давно хотела так сделать.
– Вау, ― счастливо вздохнула Мэгги. ― Не могу поверить, что это я.
– Да, это ты, ― сказала Ева с любящей улыбкой. ― Так что лучше привыкай. А теперь иди и срази его наповал.
– Просто…
– Да, я знаю, ― произнесла Ева успокаивающим тоном.
Она достала дымчато-серый кашемировый палантин из своего чемодана и набросила его Мэгги на плечи.
– Ужин с другом.
Сестра легонько подтолкнула Мэгги к двери.
– Иди давай, Мэггз. Повеселись.
Мэгги, словно в тумане, дошла до своей машины. Шелковое чернильно-синее платье, которое Ева убедила ее надеть, вихрем клубилось вокруг ног. Кашемировый палантин ласкал ее плечи и шею. Ей было сложно примириться с тем фактом, что та, кого видела в зеркале, на самом деле, была она сама. Ева много лет пыталась уговорить ее поменять имидж. Почему она так долго сопротивлялась?
Сегодня вечером Мэгги выглядела по-другому. Чувствовала себя по-другому. Может быть, если бы она раньше согласилась поменять имидж, Брэтт не изменил бы ей и не бросил ее.
«Нет! ― твердо сказала она себе. ― Прекрати сейчас же! Это была не твоя вина. Он был придурком. Любовь есть любовь. И, если бы он любил тебя, было бы не важно, как ты выглядишь».
Мэгги открыла дверцу машины. Как сказала бы Ева «Не трать больше ни секунды своего драгоценного времени на этого козла…»
– Подожди! ― заорала Ева, мчась из коттеджа на улицу и устремляясь к машине. Что-то в ее руке развевалось за ней следом, как миниатюрный флаг из фольги. ― Вот! Я забыла засунуть это тебе в сумочку.
– Что…? ― начала было Мэгги, но к тому времени Ева оказалась уже достаточно близко, и Мэгги увидела, что это было. ― Нет! ― вскрикнула она. ― Я иду всего лишь на ужин!
Но Ева бросила их через открытое окошко и побежала обратно в дом с поднятыми руками, ладонями наружу, в жесте не-стреляй-в-гонца.
– Просто на всякий случай, ― крикнула Ева. ― Никогда не знаешь. Лучше перестраховаться, чем потом жалеть!
Она вернулась в коттедж.
– Люблю тебя. Пока. Веселись!
Сестра послала Мэгги экстравагантный поцелуй и исчезла в доме, захлопнув за собой дверь.
Мэгги вздохнула. Серьезно, ее сестра была чокнутой. Мэгги ни за что не собирается заниматься горячим, умопомрачительным сексом с Люком, или, коли на то пошло, с кем-либо еще. По крайней мере, не в ближайшем будущем. Девушка покачала головой.
«Моя сестра сделала это из добрых побуждений, от нее не отвяжешься», – подумала Мэгги, открывая сумочку и засовывая туда презервативы.
***
Люк услышал шорох шин на своей гравийной дорожке, но только тогда, когда машина Мэгги завернула за поворот, и он увидел ее внутри за рулем, мужчина выдохнул, хотя не знал, что задерживал дыхание.
Она приехала.
Люк почувствовал правильность и предвкушение.
Мэгги приехала.
– Привет, ― крикнул он, когда она открыла дверцу машины.
– Привет, ― ответила девушка.
Она вышла из машины, и он почувствовал себя так, будто его ударили по голове дубинкой.
Мэгги была потрясающей. Видением. Ожившая богиня. Последние лучи заката заставили ее темно-рыжие волосы сиять ярче, чем полированная медь, создавая эффект гало вокруг ее лица.
А лицо.
Люк знал, что она красива, но все было так, словно особенная сущность, принадлежащая только Мэгги, усложнилась и умножилась со вчерашнего полудня.
– Ах… – получилось сказать у мужчины, хотя он открыл рот, чтобы произнести «Добро пожаловать. Ты выглядишь красиво».
Он закрыл рот.
– Пардон? ― сказала она, наклоняя голову. И начала идти к нему.
У нее была чертовски сексуальная походка.
Люк решил в этот момент, что его политика воздержания от женщин официально подошла к концу.
Все было так… будто она завладела им.
***
До того, как она вошла в его дом, Мэгги не знала, чего ожидать, но учитывая, что он был мужчиной, который продавал за прилавком буханки хлеба, то точно не ожидала увидеть такую роскошную резиденцию. Его дом был удивительным. Одна только гостиная оставила девушку практически без дара речи, с ее высоким потолком и большими, окнами-арками с видом на простирающийся океан. За окнами лежал полуостров Олимпик Пенинсула и горы, практически пурпурные в последних лучах заходящего солнца, раскрашивающего небо в яркие цвета.
– Как тебе удается чем-то заниматься? ― спросила она. ― Думаю, я бы просто стояла здесь и любовалась бы этими видами.
Он рассмеялся.
– Должен признать, я провожу очень много времени именно этим и занимаясь.
– Шикарно, ― сказала она. ― Просто шикарно.
Мэгги повернулась, чтобы рассмотреть остальную часть комнаты. Старинный потолок с деревянными балками, повторяющими его изгибы, глубокие, удобные диваны, их серая обивка перекликалась с цветом каменного камина у стены. Самсон, устроившийся рядом с огнем, поднял свою мохнатую голову и внимательно посмотрел на девушку. «Боже мой», – подумала она. Собака растянулась на потрясающем ковре, роскошного, глубокого красного цвета, ржаво-оранжевого цвета и золотого, он выглядел, как антикварный персидский ковер кашан. Она, в самом деле, поставила бы на это деньги. Ковры кашан были ей совсем не по карману, но она много лет мечтала о таком, так что она узнала бы его с первого взгляда.
– Тебе стоит больше узнать о своем ковре. Он может быть довольно дорогим.
– Эм-м… ― ответил он.
– Где ты его нашел?
– Неподалеку, ― сказал он, пожав плечами.
Неподалеку! Почему ей так не повезло? Мэгги хотела снять с себя всю одежду и покататься на этом красивом ковре, попытаться впитать его в свою кожу.
Но не стала этого делать, конечно же.
– Мило, ― вежливо заметила она и двинулась дальше.
***
― Очень вкусно, ― сказала Мэгги, расправляясь с последним кусочком стейка.
Она была удивлена, что смогла вообще что-то съесть, сидя напротив него, учитывая, как застенчиво себя чувствовала, когда они только сели. Но сейчас она вообще не нервничала. Что-то другое ожило в ее теле, и это точно были не нервы.
– Рад, что тебе понравилось, ― ответил Люк, подливая вино в бокал Мэгги. ― Стейк, жареная картошка и приготовленная на гриле спаржа. Ничего сложного.
Он встал, чтобы убрать со стола.
Девушка колебалась, помочь ли с уборкой, но она сбросила позаимствованные у Евы туфли, когда они сели за стол ужинать. Кроме того, это был ужин-извинение, так зачем все портить?
– Было очень вкусно, ― сказала Мэгги, делая глоток вина. ― Иногда простое лучше всего.
Люк отнес грязные тарелки в глубокую раковину фермерского дома с кулинарным смесителем из полированного хрома. Раковину ее мечты.
«На самом деле, если бы я провела много часов за просмотром кухонных магазинов, за вырезанием своих любимых дизайнов, ни один из них даже не приблизился бы к этой раковине», – подумала она, отклоняясь назад на стуле. Его кухня была совершенством. Длинные участки не загроможденных поверхностей, в основном из белого мрамора с серыми прожилками. Была еще и столешница из красивого дерева. Должно быть, на ней он замешивал и формировал свой хлеб. Была также и столешница из нержавеющей стали, которая незаменима, когда имеешь дело с курицей, рыбой или чем-то еще.
«И потом, конечно, лучший кухонный аксессуар: великолепный, длинноногий, голодный мужчина», – подумала Мэгги. Она сделала еще один глоток вина и насладилась зрелищем ― тем, как он двигался, его накрахмаленной, белой рубашкой, застегнутой на все пуговицы, но с закатанными рукавами, его полинялыми джинсами, которые облегали фигуру во всех правильных местах. У мужчины была отличная задница и походка.
– Как великодушно с твоей стороны. Вообще-то хоть я и пеку потрясающий хлеб, остальные мои кулинарные навыки находятся на базовом уровне. Я пони, исполняющий всего один трюк, ― сказал он, намыливая тарелки и отправляя их в посудомоечную машину.
«О, я в этом сомневаюсь», ― подумала она, чувствуя себя слишком возбужденной для девушки, которая искала исцеления от разбитого сердца.
Он побрел к холодильнику, стараясь не наступать на левую ногу.
Потянул мышцу или это последствия какой-нибудь травмы?
– Не хочешь чизкейк? ― спросил Люк, открывая холодильник и доставая коробку. ― Вкусный. Малиновый.
– Да, ― сказала она. ― В жизни не откажусь от чизкейка.
Девушка наблюдала за тем, как он раскладывает десерт. Она находила чертовски сексуальным то, как мужчина передвигался по кухне. Мэгги сделала еще один глоток каберне, смакуя оттенки дуба и черной вишни и пряное послевкусие, которое остается во рту.
Она гадала, каким будет на вкус он.
Девушка сделала еще глоток вина. Учитывая направление ее мыслей, ей, вероятно, стоит поставить бокал на стол, но она не стала этого делать. Вино было слишком вкусным. Сложным. Шелковистым. Дорогим. Мужчине, вероятно, пришлось продать очень много хлеба, чтобы за него заплатить. Мэгги пошевелила босыми пальцами под столом и сделала еще глоток, потому что не пить это вино было бы преступлением против всего святого.
– Взбитые сливки? ― спросил он.
– Черт, да, ― ответила девушка с улыбкой.
Ей было хорошо, и она ощущала внутри тепло. Ей было весело. Ева была права. Мэгги стоит почаще выходить из дома. Ходить на свидания.
Мэгги была довольна тем, что ей удалось дойти от своей машины до его дома, не споткнувшись. Это было той еще задачей, так как размер ноги у Евы был больше, чем у Мэгги, как и ширина ее стопы. Однако замшевые туфли Евы на шпильке идеально подходили к платью, которое сестра ей одолжила. Так что они засунули туалетную бумагу в носки лодочек, а на пятках туфлей изнутри приклеили двусторонний скотч. Сработало идеально.
Когда Ева начала подбирать ей наряд, Мэгги забеспокоилась, что будет выглядеть разодетой, но, когда вышла из машины и подошла к Люку, она поняла, по выражению его лица и хищному блеску, вспыхнувшему в его глазах, что Ева была на сто процентов права.
Приятно быть красивой.
***
― Да, это было довольно неприятно, ― сказала девушка, не то чтобы Люк не слушал или ему было всего равно. Он слушал, ему было не все равно, и, если он когда-нибудь столкнется с ее бывшим, засранец пожалеет. Но, Иисусе, Люку было сложно сосредоточиться. ― Оглядываясь назад, ― продолжила она, ― я понимаю, что он оказал мне услугу. Хорошо, что его истинная натура проявилась до свадьбы, а не после.
– Да, определенно лучше, ― согласился Люк, наблюдая за тем, как ее губы сомкнулись вокруг еще одного кусочка чизкейка, намазанного взбитыми сливками. Затем она медленно вытащила вилку изо рта, полуприкрыв глаза.
Он поменял позу, нуждаясь в том, чтобы освободить место в джинсах для своего члена, который нескромно увеличился в размерах.
– М-м-м, ― протянула Мэгги, кончик розового языка высунулся наружу, чтобы слизать капельку малинового желе, которая прилипла к ее пухлой нижней губе.
Ладно, у него проблемы. Сейчас точно не было ничего скромного в том, что происходило в его штанах.
– Как хорошо, ― прошептала она.
Девушка счастливо вздохнула, открыла глаза и отклонилась назад в кресле. Она подняла руки и потянулась, как довольная кошка. Отчего, к несчастью, ее дерзкая грудь выгнулась вперед и вверх, лишь усугубляя его и без того отчаянное положение.
– Кстати, ― сказала она с полузевком, очевидно не замечая тот эффект, который на него оказывала, ― поэтому я не хочу начинать новые отношения. Не сейчас. Может быть, никогда.
Мэгги умолкла, явно проигрывая это последнее предложение в своей голове. Ее лицо покраснело, и она убрала руки на колени, из ее груди вырвался томный вздох.
– Не то чтобы ты, ― поспешно сказала она, ― искал отношений. – Ее слова чуть ли не сливались воедино, а лицо становилось все краснее и краснее. ― Я не хотела намекать, что ищешь. Или, если ищешь, что ты хочешь встречаться именно со мной. Я знаю, что мы лишь друзья. Даже не друзья ― знакомые, по правде говоря, познакомились всего на прошлой неделе. Ха-ха-ха!
Она изображала смех, но он видел в ее глазах унизительное смущение.
Люк потянулся через стол и перехватил ее руку, которая летала в воздухе под звуки смеха Ощущение правильности, когда мужчина держал ее руку в своей, парализовало каждую клеточку его тела. Он знал, что должен отпустить ее, но, похоже, что не мог заставить себя сделать это.
Однако она не пыталась забрать свою руку. Ее тоже словно парализовало, хотя глаза девушки стали казаться еще больше. Он мог утонуть в этих глазах.
– Мэгги, ― произнес он осторожно и с нежностью. ― Я на тебя не давлю. – Она напоминала ему раненое лесное создание, которое он не хотел спугнуть. ― Но, ― продолжил он, ― просто, чтобы прояснить, я совру, если скажу, что не стремлюсь построить с тобой более близкие отношения.
– М-м, – она сглотнула.
– Я понимаю, учитывая твои обстоятельства, что ты еще не готова.
– Да.
Девушка кивнула, и он увидел, как на ее лице мелькнула неуверенность и печаль.
– Не переживай, ― сказал он. ― Я никуда не денусь. Если ты хочешь иметь друга, так тому и быть. Если ты решишь, что хочешь большего, я стану твоим мужчиной.
– Спасибо, ― ответила Мэгги.
Он отпустил ее руку и наблюдал за тем, как та исчезла под столом, вернувшись на колени. И он завидовал ее руке. Это он хотел бы скользнуть под стол, поместить голову туда, где теперь покоится ее рука. На самом деле, чуть выше, чем там, где она есть.
На кухне повисло молчание.
За дверцей морозильной камеры послышался приглушенный звон, когда льдогенератор сбросил новую порцию льда, а затем послышался звук льющейся воды, когда он стал набирать новую воду.
«Угомонись, Бенсон, Это верный способ испортить все еще до того, как что-либо началось», ― подумал он, испытывая отвращение к себе.
***
В голове у Мэгги проносились мысли. Люк хотел ее? Он был заинтересован в близких отношениях с ней?
Святая Богородица.
Что теперь?
От желания у нее почти закружилась голова. Что вообще не имело смысла. Желания чего? Разочарование в постели было единственным, что девушка знала. И все же, смешанное с осторожностью и страхом, было ликование.
«Я женственна. Я привлекательна», – подумала она.
За последние пять с половиной лет, Брэтт постоянно указывал ей на ее недостатки, на то, что она сексуально непривлекательна. И все же. Даже зная, что она плоха в постели, у нее возникло необъяснимое желание перелезть через стол и прикоснуться к губам Люка. Она почти рассмеялась от этой мысли. Удивится ли он?
А она бы не удивилась? Мэгги за всю свою жизнь никогда не делала ничего подобного.
– Что? ― спросил он, глядя на нее этими темными, пронзительными глазами.
– О, ― сказала девушка. Должно быть, она улыбнулась. ― Я просто…
Мэгги вдруг застеснялась.
– Я хотела поблагодарить тебя. Я знаю, что ты сказал то, что сказал, не поэтому. И мне жаль, что у меня такой сложный период в жизни. Но…
Она посмотрела на него, испытывая желание, чтобы они находились ближе, и в то же самое время, будучи рада, что это не так. Потому что, если бы они были… о, мой… Она бы запустила пальцы в эти непослушные, волнистые локоны шоколадно-коричневого цвета, спадающие ему на лоб. И, может быть, провела пальцем по его уху. У него были красивые уши.
– Неважно, спасибо тебе, ― сказала она.
***
«За что? Я не знаю, за что она благодарила меня. И что мне ответить?» ― подумал он.
Он пытался решить это, когда она положила свою руку на его ладонь, лежавшую на столе.
Обе его руки лежали там.
На столе.
Ладонями вниз.
Люк пытался держать их под контролем. Он не хотел, чтобы они совершили что-нибудь глупое, например, снова схватили ее.
– Я не могу передать тебе,― продолжила Мэгги, ― как согрело мне сердце слышать, что ты желаешь меня.
Ему вдруг захотелось ударить что-нибудь. Лицо ее бывшего, если бы этот ублюдок ему попался.
– Ты красивая, умная, сексуальная женщина. Почему ты считаешь иначе?
– Просто…
Ее голос надломился. Она не станет, не сможет поднять на него взгляд. Но ему и не нужно было читать по ее глазам, так как сначала одна, потом вторая слезинка медленно скатилась вниз по ее щеке.
«Забудь, что надо держать руки на столе. Эта женщина нуждается в объятии».
Он обогнул стол.
– Иди сюда, ― сказал он, протягивая руки.
Люк хотел подхватить ее, крепко обнять, но в данный момент на это требовалось согласие.
– Просто друзья, ― сказал он.
Мэгги подняла голову и всмотрелась в его лицо глазами, наполненными слезами. Должно быть, она поняла, что он говорит правду, так как слабо улыбнулась и взяла его за руки. Как только девушка встала, он обнял ее и прижал ее голову к своей груди. Казалось, что от физического контакта, некая глубоко потаенная печаль вырвалась на свободу, так как она начала плакать всерьез.
Так он стоял там, положив подбородок на ее голову, и крепко обнимая девушку.
Они словно стали одним целым, и Мэгги оплакивала то, что произошло с ними обоими, ведь он не умел плакать.
Глава 15
Мэгги больше не плакала, но не хотела покидать уютные объятия Люка, где она пристроилась у его груди. От него вкусно пахло. Ровный ритм его сердца успокаивал. Девушка выдохнула.
– Как ты? – спросил он, его голос отдавался вибрацией в его груди.
– Хорошо, – ответила она, отпуская рубашку Люка.
Та больше не была такой накрахмаленной и чистой. Мэгги попыталась разгладить рукой складки, но они были довольно глубокими. Его тело словно окаменело. Может быть, он посмотрел вниз и тоже увидел пятна от слез и помятости. Она не знала, как он относится к такого рода вещам. Все же, иногда невозможно узнать, что кого-либо разозлит, пока вы знакомы не так долго.
– Прости, – сказала она, – я испачкала твою рубашку.
– Не переживай, – ответил он, – это всего лишь рубашка.
Люк, вроде бы, говорил то, что подразумевал.
«О», – подумала она. Ее сердце наполнила радость. Это еще одно качество, которое отличает его от Брэтта.
– Подожди секунду, – сказал он. Мужчина потянулся одной рукой ей за спину, и в ее руке тут же оказалась пара носовых платков. – Просто на всякий случай.
Тут не было никаких случаев. Ей нужно было промокнуть глаза и вытереть нос.
Она испытывала небольшое смущение, вытирая нос на его глазах, но в то же время, была благодарна за платки.
Когда Мэгги закончила, он протянул руку.
– Давай, – сказал Люк.
Черт, нет! Она не положит ему в руку эти использованные предметы.
– Я это сделаю, – сказала Мэгги. – Где урна?
– Под раковиной.
Она выбросила использованные носовые платки, хоть это и значило, что ей пришлось покинуть его теплые объятия.
– Хочешь чаю или кофе? – спросил он.
Мужчина выглядел таким милым в этой заплаканной рубашке и с взъерошенными волосами.
– Нет, спасибо, – ответила она. – Я лучше пойду.
Затем подошла к столу и сунула под него ногу, пошарила вокруг, пока не коснулась одной туфли, а затем другой. Она достала их из-под стола ногой, поставила и надела.
Они ощущались свободнее, чем она помнила.
Люк посмотрел вниз с озадаченной улыбкой.
– Э-э-э… Думаю, ты кое-что уронила, – сказал он, показывая под стол.
Мэгги посмотрела вниз. О, Иисусе. На нее смотрели два комка смятой туалетной бумаги, которые они с сестрой засунули в туфли Евы. И выглядели совершенно непригодными.
– О, мой Бог, – сказала она, хватая их с пола.
Затем бросилась к своей сумочке, лежащей на столе, чтобы засунуть в нее туалетную бумагу. Но без туалетной бумаги, засунутой в туфли, они были слишком свободными. Девушка покачнулась на каблуках, сделала один шаг и запнулась.
Ей удалось зацепиться за ручку сумочки на своем пути вниз и забросить туалетную бумагу внутрь.
К несчастью, когда она засунула туда туалетную бумагу, оттуда вылетела лента презервативов в золотой обертке.
– О, нет!
Мэгги в ужасе наблюдала, как презервативы взмыли в воздух.
Когда ее тело жестко приземлилось на пол, и из ее легких вышибло дух, у нее вырвался совсем не элегантный утробный звук. Не важно. Она не сидела на месте, а перевернулась на живот и попыталась поймать презервативы, но проклятая вещь ускользнула из рук, проскользив по полированному деревянному полу до финального места прибытия…
У носков потертых, чертовски сексуальных ботинок Люка.
Дерьмо.
Он опустил взгляд на блестящие золотые квадратики, лежащие у его ног. Мужчина не мог их не увидеть. Это была длинная лента презервативов.
– Хм-м, – произнес он. – Я хорош. Но… хм-м…
Мужчина умолк и прочистил горло. Он пытался не усмехнуться.
– Десять раз за одну ночь может быть… э-э-э… немного за пределами моих возможностей, – он посмотрел на Мэгги, распластавшуюся на полу, – но я готов попробовать.
– Убейте меня, – простонала Мэгги, перекатываясь на спину и плотно зажмуривая глаза.
Глава 16
Мэгги больше не видела Люка, но чувствовала, что он смотрит на нее с улыбкой на лице. Было ясно, что образ искушенной, умудренной опытом женщины, которую она пыталась изобразить, провалился с треском. Теперь ей надо перейти в режим решения проблем. Она может: а – снова использовать неприглядные комки туалетной бумаги, которые засунула в свою сумочку. Б – отправиться в туалетную комнату Люка, взять другую туалетную бумагу и набить носки туфель Евы, чтобы они не падали с ее ног. Или в – просто сделать вид, что она свободолюбивое дитя цветов и отправиться к машине босиком.
Она приняла административное решение выбрать вариант «В» и отнести туфли Евы в машину.
– Может, ты наденешь туфли, – сказал Люк, когда они добрались до входной двери.
– О, нет, – весело заверила его Мэгги. – В душе я сельская девчонка. Люблю ходить босиком, ощущать почву под ногами.
– Да, но… – он поднял руку, уперев ее в дверь.
«Глупые мужчины, всегда думают, что могут мной командовать», – с возмущением подумала Мэгги и, схватившись за дверную ручку, потянула дверь.
– Перестань прислоняться к двери, Люк. Кыш! Я и не знала, что ты такой зануда. Тебе нужно относиться ко всему проще.
Он вздохнул. Отошел, и дверь распахнулась.
Мэгги вышла наружу, высоко задрав нос и с пылающими щеками. Вышла на широкое деревянное крыльцо, вниз по ступенькам и на…
– Ой! Что за…
– Гравий, – сухо заметил Люк. – Я пытался предупредить тебя…
Проклятье. Мэгги удалось беззаботно пожать плечами.
– Я знаю, что это гравий, – сказала она. – Я шла в этом направлении. Хотела закалить ноги.
«Я только что это сказала? – подумала Мэгги и с отвращением покачала головой. – Так держать, Харрис. Супер-соблазнительный образ ты ему оставляешь, твои вскоре-закаленные, ноги в мозолях!»
Девушка стиснула зубы и начала осторожно пробираться по гравийной дорожке к своей машине. Люк медленно шел рядом с ней. Он выглядел растерянным? Озадаченным? Так, будто хочет убежать без оглядки? Кто, черт возьми, знает? На улице стояла непроглядная темень.
«Добрые жители острова Солас имеют что-то против наружного освещения?» – подумала она угрюмо. От острых осколков камней под ее стопами они заболели, замерзли и, вероятно, стали грязными.
Мэгги вздохнула. Ее глаза и нос, должно быть, покраснели из-за слез. Платье, скорее всего, помялось от ее акробатических трюков на полу. Как не похоже на роскошную богиню, появившуюся на пороге всего два часа назад…
Люк вдруг застыл, усиленно прислушиваясь. Затем пришел в действие. Схватил что-то с земли, рывком дернул девушку за дальнюю сторону ее машины и закрыл своим телом. В его руке находился большой камень.
– Иисусе, Люк. Что ты делаешь?
– Подожди.
Прошла секунда, а затем она услышала это, звук массивного тела, пробирающегося сквозь кусты. Ох, черт. Медведь.
Вдруг его тело расслабилось.
– Прости, – сказал он, отходя назад. Он бросил камень в сторону от подъездной дорожки и засунул руки в карманы. – Ложная тревога. Всего лишь олень.
Мэгги выпрямилась. За плечом Люка она увидела большого оленя, перебирающегося через дорогу, затем он исчез в густом лесу позади.
– Ты же говорил мне, – она повернулась лицом к нему, уперев руки в боки, – что на острове нет медведей.
– Нет.
– Так почему ты стал изображать из себя мачо?
Он пожал плечами, похоже, испытывая смущение.
– Да. Я слишком бурно отреагировал. Прости за это. Кугуар (прим.: одно из названий пумы) задрал овцу на прошлой неделе на ферме Мика Декера, и я…
– Кугуар? На этом острове есть кугуары!
Она понимала, что ее голос стал немного визгливым, но ничего не могла с этим поделать.
– Когда прошлой ночью я переживала, что на меня мог напасть медведь, ты забыл упомянуть о кугуарах.
– Обычно их нет. Должно быть, кугуар приплыл с большой земли…
– И ты не считаешь, что тот факт, что по острову рыскает кугуар, заслуживает моего внимания?
– Я не хотел напугать тебя…
– Поверь мне, я напугана.
Глава 17
– Как все прошло? – спросила Ева. Она выглядела уютно устроившейся, сидя, скрестив ноги, на диване. Чашка чая стояла на боковом столике, а в камине горел небольшой огонь.
– Ты знала, что на этом острове есть кугуар?
– Я бы не стала из-за этого переживать, – сказала ответила сестра. – Обычно они не нападают на людей.
– Я бы предпочла, чтобы ты использовала в этом предложении слово «никогда».
Мэгги плюхнулась рядом с ней.
– Над чем работаешь? – спросила она, бросив взгляд на лэптоп Евы.
– Эй, я в отпуске. Никакой работы. Всего лишь валяю дурака, смотрю сколько стоит арендовать недвижимость здесь на Соласе. Вполне нормальные цены. Мы сможем снять дом с двумя спальнями за сумму меньше, чем ту, что я плачу за аренду дома.
– Ева, – сказала Мэгги, – переезд сюда маловероятен. Ты же знаешь это, так?
– Знаю, – с широкой улыбкой ответила Ева, отмахиваясь от тревог Мэгги, словно они были надоедливыми, но безобидными комарами. – Я лишь веселюсь, строя воздушные замки в небе.
Она подвинулась ближе и наклонила экран, чтобы Мэгги могла лучше видеть.
– Удовлетворив свое любопытство по поводу недвижимости, я выложила несколько фото с нами в «Инстаграме», – сестра пролистала страницу вниз. – Видишь, вот мы за нашим прилавком на рынке. Мило, да? А вот ты носишься со своей готовкой.
– Технически, это не наш прилавок. А Люка. Он просто делится им.
– П-ф-ф… пустые слова, – сказала Ева, отмахиваясь от нее. – И посмотри, эти фото находятся в интернете меньше часа, а мы уже набрали тридцать два лайка и шесть комментариев.
– Вау, – произнесла Мэгги. – Как много.
– Да, – согласилась Ева. – Люди любят остров Солас, и они без ума от субботнего рынка. Я не знаю большинство из этих людей, но хештеги «островсолас» и «субботнийрынок» вдохновляют написать самых неожиданных людей. Смотри, вот парень, который живет в Амстердаме, он оставил комментарий. Удивительно, да? Мир так тесен. Эм-м… А еще он довольно мил.
Ева закрыла лэптоп и поставила его на кофейный столик перед ними.
– Что ж, хватит о моих успехах, – сказала она, поворачиваясь лицом к сестренке. – Как прошел вечер? Что на нем было надето? Как выглядит его дом? – Мэгги пожала плечами. – Твой новый образ сбил его с ног?
– Ну, – сухо произнесла Мэгги, – кое-кто свалился с ног, но это был не он.
– О, – произнесла Ева, хлопнув в ладоши. – Так Люк тебе нравится! Я очень рада. Знаешь, когда мы были на рынке, я поняла, что вы отличная пара. Отчетливо увидела это. Будто вы уже были парочкой. А химия? О, Боже мой. Искры так и летали!
– Эй, эй, эй, – сказала Мэгги, поднимая руку. – Когда я сказала «свалился с ног», я имела в виду себя. Буквально.
– Что?
Ева выглядела растерянной.
– Я упала, – коротко ответила Ева.
– Ты упала?
– Да. Прямо на лицо. Старое доброе падение на живот со скольжением, как бывает, когда пытаешься попасть в «дом» (прим.: бейсбольный термин), – сказала Мэгги, выуживая из сумки презервативы и позволяя им повиснуть на ее пальцах. – Однако я выяснила, что он умеет быстро считать.
– О, – тихо произнесла Ева. – Так у него неплохо с арифметикой. Хорошо. Вы оба любите числа. Это у вас общее.
– Он даже быстрее меня. Он бросил всего один короткий взгляд на них и сразу же сообразил, что их там десять. Не девять. Десять.
Мэгги вздохнула, затем засунула презервативы обратно в свою сумочку.
– Мне жаль, Мэггз.
– Нет, не жалей, – сказала Мэгги, протягивая руку и хлопая сестру по руке. – Вообще-то, я нахожу это довольно милым то, что ты заботишься обо мне. Брэтт единственный парень, с которым я спала, и мы были моногамной парой…
– Нет, милая, – сказала Ева, ее глаза погрустнели. – Не были.
У Мэгги ушло несколько секунд, чтобы принять эту правду.
– Вау. Да. Ты права. Я лишь так думала.
Она откинулась на диван.
– То есть, я узнала о Кристал, но только после того, как мы с Брэттом расстались. Я была такой слепой. У него была интрижка в моем офисе, прямо под моим носом. Кто знает, кого еще он трахал? Насколько я знаю, он мог перетрахать весь наш женский коллектив.
Мэгги вскочила с дивана.
– Иисусе! Если он не надевал презервативы, я могла подхватить кучу венерических заболеваний!
Она поежилась, замахав руками так, будто пыталась смахнуть с себя грязь.
– Фу! Что мне делать? Что мне делать? Я чувствую себя такой грязной.
Ева встала и обняла свою сестренку.
– Мы сходим завтра в клинику, и они возьмут у тебя анализы.
– Хорошо, – сказала Мэгги, делая глубокий вдох и выдыхая. – Ты права. Нет смысла переживать заранее.
– Прежде чем я забыла, – сказала Ева, – к теме об ублюдках, пока тебя не было, звонила его секретарша.
– Зачем?
– Он хочет знать наш адрес. Брэтту нужно тебе что-то отправить. Когда зазвонил телефон, я ужасно перепугалась. Забыла, что в коттедже есть телефон. Кстати, зачем ты дала ему наш номер? Это же отпуск, – пожала плечами Ева.
– Я и не давала, – ответила Мэгги, ее внутренности скрутило узлом. – Должно быть, он спросил его у кого-нибудь в офисе.