Текст книги "Вернись за мной (ЛП)"

Автор книги: Майклс Коринн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 19 страниц)

Глава 31

Коннор

Мы с Декланом идем молча, и я чувствую, как с него спадает напряжение.

Он продолжает шагать, и как бы мне ни хотелось его остановить и потребовать говорить, я знаю своего брата. Шона и Джейкоба можно подтолкнуть, Дека – нет. Он продумывает вещи в своем уме, взвешивая каждую возможность перед тем, как атаковать. Именно поэтому он успешен в своем бизнесе. Он видит поле перед тем, как играть.

Когда мы подходим к сараю, который я сломал пока чинил, он наконец останавливается.

– Она хороша.

Сначала я не уверен, что именно он имеет в виду, но потом он вернулся к дому.

– Она более, чем просто красивая.

– Так как это называется? Влюбленностью, или как?

– Ты сказал, я ответил, – бросил я ему в ответ. – У меня есть ребенок, Дек. Ребенок, мать твою. Я люблю и эту женщину, и свою дочь.

Он поднял обе руки.

– Успокойся! Я спрашиваю, потому что в последний раз, когда видел тебя, ты говорил, что пусть идет это место к черту и что его нужно сжечь. Теперь ты просишь купить часть земли на той самой ферме, куда мы поклялись не возвращаться. Я не знаю, почему, черт возьми, ты не подумал, что кто-то из нас придет посмотреть, не похитили ли тебя инопланетяне или что-то другое. Мы подумали, что она узнала, кто я такой, и требует у тебя деньги.

Я сжал кулаки и расслабил их по крайней мере трижды, прежде чем решить, что мне нужно на минутку отойти.

У меня никогда не было момента, когда я действительно хотел поднять кулаки в гневе на своих братьев. Возможно, я готов нарушить свои другие обещания, но этого никогда не сделаю. Деклан видит какой я разъяренный, поэтому он молчит, пока я это перевариваю.

Когда я достаточно успокоился, то повернулся к нему лицом.

– Ты можешь отказаться от того, чего хочешь, но это не выход. Если вы трое не захотите продать мне землю – хорошо. Возьму деньги с продажи и куплю себе другую. Вы не должны понимать меня или соглашаться со мной, но я думал, что вы по крайней мере будете уважать мое решение.

– Я его уважаю! Вот почему я, блядь, здесь! Я позвонил Шону и Джейкобу – они считают тебя сумасшедшим, но хотят, чтобы ты был счастлив. Сколько ты знаешь об Элли?

Клянусь, он намеренно пытается меня разозлить.

– Я знаю достаточно.

– Не думаю, Коннор. – Наступила небольшая тишина, и я захотел потребовать, чтобы он сказал мне, что, черт возьми, происходит, но заставил себя ждать, чтобы он начал первым. – Я приехал, потому что тебе нужно кое-что знать, и, как уже сказал, я не собирался делать это по телефону.

– Если это так важно, просто расскажи мне уже. – Я устал, а мой брат испортил все, что должно было стать хорошим вечером. У меня нет терпения слушать его чертову болтовню.

Деклан вздохнул и нехарактерным движением провел рукой по лицу.

Я видел Деклана расстроенным, злым, разочарованным и гордым, но я не знаю, как это назвать. Он выглядит почти… грустным.

– Что ты помнишь о той ночи?

Мое тело замкнулось из-за всех вещей, о которых мы говорили в прошлом. Мы никогда не вспоминали о той ночи, довольствуясь тем, что делали вид, что ничего не произошло. Тогда я понял, что, как бы там ни было, я больше никогда не увижу своего отца. Это была ночь, когда он заставил четырех парней иметь дело с тем, чего им не следовало делать. Он заставил нас прожить всю нашу жизнь, полную жалости и гнева.

Деклан пытался защитить нас троих, но не смог. Отец был уверен, что потянет на дно всех. Он хотел быть уверенным, что из-за своей вины мы защитим его, потому что мы всегда защищаем друг друга.

– Я помню все.

– Я тоже. Как бы я ни пытался забыть, я не могу.

– Почему ты вспоминаешь это, Дек?

Он вздохнул, а потом сел на тюк сена.

– Мне нужно, чтобы ты меня выслушал, прежде чем свихнешься и будешь вести себя так, будто я сделал то, что ты бы не сделал, если бы роли поменялись местами.

– Ладно.

Я это говорю, но не имею в виду. Если он сделал что-то, чтобы поставить под угрозу мои отношения с Элли и Хэдли, моему брату не понравится результат.

– Верно. Что ж, я собираюсь все это раскрыть, а ты будешь слушать, потому что хочешь верить или нет, эта семья – это все, что меня волнует, и любой, кто ей угрожает – моя проблема. Я слишком много, блядь, работал, чтобы удержать нас четверых от тюрьмы или от превращения в дегенеративных пьяниц, как наш отец.

– Ближе к делу, Дек. Я могу добавить, что промедление – не сильная сторона моего брата. Все равно он все расскажет, так что чувак мог бы покончить с этим.

Но Деклан, похоже, борется с чем-то, из-за чего он ехал четыре часа, чтобы рассказать мне это что-то.

– После нашего разговора моя служба безопасности проверила Элли.

Теперь я хочу его убить.

– Простите?

– Господи, я сделал то, что сделал бы каждый из нас, Коннор. Я собрал информацию о ней.

Мои губы раскрылись, и я сосредоточился на дыхании через нос.

– Ты переступил черту, Деклан. Ты не имел права этого делать.

Он развел руками.

– Я не имел права? Я твой долбаный брат, который стоял за тебя, защищал тебя, бросил все, как и ты! Я не играю в игры, Коннор. Я не получаю от этого большого удовольствия. Последнее, что я хотел сделать, это прийти сюда и показать тебе это!

– Показать мне что? – Я держу свой голос ровным. Понятно, что Деклан расстроен, и это меня нервирует.

Он провел руками по волосам и покачал головой.

– Во-первых, позволь мне объяснить, что я нашел.

Я махнул ему, чтобы он продолжал.

– У меня не было никакой информации, кроме той, что она жила в Шугарлоуф и была соседкой по ферме. После некоторых раскопок они нашли Элли Уолкотт, которая была замужем за Кевином Уолкоттом, которого недавно арестовали, и у них была дочь.

Я закатываю глаза и хмыкаю.

– Я все это знаю.

– Просто заткнись и позволь мне это сказать.

– Хорошо. – Мое терпение на исходе.

– Им было трудно найти историю Элли. Она была не из того района, как я предполагал, потому что кто, блядь, переезжает в Шугарлоуф?

Так что они копнули глубже, и тогда мы открыли ее историю.

– Она какая-то наркоторговка, а ее родители погибли каким-то мерзким образом? – Я смеюсь над ним, потому что это немного мелодраматично.

Потом он протягивает конверт.

– Не совсем так, но ты не далеко убежал.

– Что ты имеешь в виду?

– В этом конверте ее свидетельство о рождении, свидетельство о браке и полицейский протокол.

Я все еще не понимаю куда он ведет.

– Какое это имеет отношение к ситуации?

Деклан ждет, его колебания почти тошнотворны.

– Открой файл, Коннор.

Я выдыхаю через нос и делаю, как он просит. Поднимаю документы, сначала вижу ее свидетельство о рождении, потом свидетельство о браке, где видно, что она вышла замуж за Кевина, а потом полицейский отчет. С той датой, которую я никогда не забуду.

Я посмотрел на него, и кровь отлила с моего лица.

– Нет.

– Ее фамилия, – произнес он, когда я читаю его еще раз.

Это должно быть правдой. Мой брат не ехал бы четыре часа, чтобы просто соврать мне. У него не было бы этого страха в глазах, если бы в протоколе не была написана единственная фамилия, которая могла уничтожить все.

– Коди.

И тогда совершенство дня исчезло.

Потому что мой отец убил родителей Элли, а я помог это скрыть.

Деклан покачал головой.

– Мне жаль.

Я схватился за волосы и застонал.

– Нет! Черт возьми! Это не может быть моей проклятой жизнью!

Боже, она никогда не поймет.

– Слушай, я знаю, что это пиздец, но ты не можешь ей сказать, Коннор. Ты должен защитить всех нас. Это касается не только тебя, это может погубить нас всех.

Я смотрю на брата так, будто у него выросла вторая голова. Он не может иметь в виду, что мне нужно скрывать это от нее.

– Ты не можешь требовать этого от меня.

– Ты думаешь, мне легко?

Мне все равно.

– Я, блядь, люблю ее, Дек! Ты не можешь просить меня лгать ей.

– Ты хочешь, чтобы мы все попали в тюрьму? Ты тоже будешь там, рядом со своими братьями. – Его рука сжала мои плечи. – Мы – семья.

Мы – все, что имеем в этом мире, и должны защищать друг друга.

Я сделал шаг назад.

– Тогда зачем ты мне это все говорил? – Я закричал и толкнул его.

Деклан немного отступил, но все же устоял на месте. – Почему ты вылил это на меня, сукин сын? Как ты мог подумать, что я смогу жить своей жизнью после того, как ты мне это сказал? Разве ты не понимаешь, что это значит? Дедушка Хэдли убил ее дедушку и бабушку. Господи… Проклятье, как мне, блядь, хранить эту тайну?

Жалость наполнила глаза брата, и он вздохнул.

– Не знаю, но пока я не поговорю с Шоном и Джейкобом – не раскрывай этот секрет.

До сих пор я всегда восхищался способностью моего брата ясно мыслить. Но в данный момент он ничего не понимает. Он не может.

Элли – это не просто какая-то девчонка, от которой я готов уйти. Она мое будущее.

– Не знаю, как долго я смогу это удержать, – признал я. – Я не собираюсь ее терять, Дек. Если она поймет сама – это будет конец. Я потеряю ее и Хэдли, и мне очень жаль, я люблю тебя, Шона и Джейка, но… Я выбираю её. И если ты этого не понимаешь, то мне все равно.

Деклан сделал выбор восемь лет назад, и это стоило ему всего, что он любил.

Сидни.

– Мне нужно несколько дней. Позволь мне поговорить с ними, и… мы разберемся. Прости, брат. Да, правда. Поверь, я трижды заставил их проверить информацию, а потом вытащить протокол из полиции, потому что не хотел, чтобы это было правдой. Я знаю, ты думаешь, что мы все злимся, что ты кого-то нашел, но мы рады за тебя. Мы не хотим, чтобы ты уходил от нее. Просто… Дай мне пару дней, и тогда карты лягут на свои места.

Несколько дней лжи и притворства… Господи, помоги мне.

Глава 32 Элли

Я сижу в учительской, пытаясь сосредоточиться на работе. Сегодня мой босс собирается наблюдать за мной, а я могу думать только о Конноре.

Мне нужно собраться.

Когда я проснулась сегодня утром, они с братом уже вышли, и я пропустила кофе с Коннором на крыльце. Это стало нашим утренним ритуалом, и теперь мой день кажется неудачным, потому что все пошло не так.

Сегодня утром Хэдли будто подменили. Поднять ее было почти невозможно. Она была медленнее, чем обычно, и задавала вопросы каждые три секунды. Чудо, что я смогла сегодня вовремя прийти на работу.

Дверь открылась, и вошла миссис Саймондс.

– Готова к работе?

Нет.

– Конечно, – ответила я.

– Тебе не надо врать. Я знаю, что мои учителя боятся, когда я прихожу, но это захватывающее зрелище, Элли.

Это мой последний шанс. Если сегодняшний день пройдет хорошо, скорее всего, мне предложат постоянную должность. Я очень надеюсь, что все произойдет именно так.

Мне никогда не давали выбора. Эта работа дает мне доход, который обеспечивает необходимую мне независимость. Хотя Коннор и Кевин могут быть совсем не похожими, это не значит, что я когда-нибудь буду обязана другому мужчине.

Я хочу любить и быть равной с Коннором.

– На самом деле, я к этому готова и очень надеюсь, что результат устроит нас обоих.

Она садится за стол и берет мои руки в свои.

– За последние несколько месяцев ты действительно расцвела. Ты не только больше улыбаешься, но и твои ученики процветают. Я никогда не хотела вмешиваться в твою личную жизнь и прилагаю усилия, чтобы не делать этого ни с одним из моих учителей, но хочу, чтобы ты знала, что я почувствовала облегчение, когда ты оказалась в лучшем месте.

– Мне тоже. Печально, что так случилось, но сейчас я счастлива.

– Ты знаешь, что Коннор был одним из моих учеников, – сказала она с грустной улыбкой, – Он был самым милым из мальчиков Эрроувуда. Джейкоб был занозой в заднице, но Коннор всегда был добрым, даже если он не думал, что ведет себя именно так…

Нетрудно представить, каким он был тогда. Ему было всего восемнадцать лет, и мне тоже. Мы были едва взрослыми, детьми, которые вынуждены были довольно быстро повзрослеть.

– Он хороший человек.

– Грустно от того, в какой атмосфере выросли те ребята. Я знала их мать, она была такой замечательной женщиной, а их отец любил ее с непревзойденной яростью, которую я когда-либо видела раньше.

Когда она умерла, он ее потерял. Я помню, как однажды пыталась зайти к ним, но он был так пьян, что и не вспомнил своего имени, не говоря уже о моем.

Я молчу, впитывая любую информацию, которой она готова поделиться. Мы с Коннором разговариваем о вещах, но я не хочу просить его вернуться в прошлое.

– В любом случае… – Она будто вспомнила что-то. – Хотела бы я вмешаться. Мы все видели синяки, но тогда учителя не так часто сообщали о таком. По крайней мере, не в таком маленьком городе.

Поэтому мы все молчали, рассказывали друг другу о трагедии братьев Эрроувуд, и с тех пор я живу с сожалением. Это научило меня не молчать, когда я что-то вижу.

– Больше людей должны выступать за тех, кто не может говорить, – говорю я и надеюсь, что она понимает, что является частью того, что заставило меня проснуться. – Если бы не люди, которые заботились обо мне и Хэдли, я бы не сидела здесь сегодня.

Миссис Саймондс складывает руки и вздыхает.

– И это была бы потеря, от которой я бы никогда не оправилась.

Надеюсь, что сегодняшний день пройдет хорошо, Элли. Я хотела бы, чтобы мы больше разговаривали в будущем.

Ее не очень тонкий намек заставляет меня улыбнуться. Это еще одна вещь, за которую я могу быть благодарна в своей жизни.

– Я тоже.

– Увидимся позже, мне нужно выпить чашку кофе.

Как только миссис Саймондс выходит, я хватаю телефон и вижу сообщение от Сидни.

Сидни:

Привет! Я разговаривала с судьей, и твои документы о разводе сегодня подписываются! Очень скоро я должна получить копию постановления.

Моя спина ударяется о стул, и из меня вырывается воздух. Такое ощущение, что все произошло так быстро. Сидни предстала сегодня перед судом за меня, и поскольку развод был бесспорным, потому что я не хотела никаких денег Кевина, судья, видимо, подписал его.

Сегодня я стану свободной.

Я думала, что буду чувствовать себя иначе, возможно, даже немного грустно. Не потому, что я любила его и хотела, чтобы все получилось, а потому, что не смогла заставить брак работать. В каком-то уголке своего ума я верила, что буду такой же, как мои родители. Счастливой, влюбленной и желающей создать семью, поэтому думаю, что частично из-за этого я осталась, даже когда все было так плохо.

Я хотела быть похожей на них.

Но моя мать вышла замуж за мужчину, который не был похож на Кевина. Ее не мучили его гнев, кулаки и бесконечное ощущение, что она недостаточно хороша.

Иногда я думаю, осталась бы она, если бы была на моем месте. Мне нравится думать, что она бы этого не сделала.

Я посылаю Сидни сообщение.

Я:

Я шокирована, но чувствую огромное облегчение. Спасибо тебе.

Спасибо за всё.

Сидни:

Не за что. Спасибо, что доверяешь мне.

Я почти рассказала ей, что Деклан в городе, но уверена, что это будет приятной новостью. Кроме того, я не знаю, как долго он останется. В записке, которую Коннор оставил сегодня утром, объяснялось, что они имеют дело, и что он встретится со мной позже, а не они увидятся со мной позже.

Я сказала Хэдли, что он здесь, на случай, если она увидит какого-то очень высокого парня, похожего на Коннора.

Я: Ты замечательная подруга, Сид.

И вдруг я не почувствовала себя такой же.

Последнее, чего я хочу, это чтобы она была застигнута врасплох, поэтому, возможно, я должна по крайней мере предупредить ее, что она может столкнуться с ним. Когда я начинаю печатать текстовое сообщение, раздается звонок, и я должна вернуться в свой класс.

– Черт, – говорю я, глядя на телефон. Если я отправлю сообщение сейчас, то не смогу ответить на ее неизбежные вопросы, что, вероятно, заставит ее сходить с ума в течение следующего часа.

Я просто скажу ей позже.

Сейчас у меня работа.

________________

– Я получила работу! – прокричала я, когда вошла в дверь, и увидела Коннора, Хэдли и Деклана в гостиной.

– Правда? – спросил он с улыбкой, которая не дошла до глаз.

Я киваю.

– Да. Миссис Саймондс сказала, что я справилась, а потом предложила мне работу на полный рабочий день! Это означает преимущества и отпуск. Я так взволнована!

Хэдли подбегает и обнимает меня за ноги.

– Ты молодец, мам!

– Поздравляю, – говорит Коннор, а затем целует меня в щеку, прежде чем быстро отступить.

Я не знаю, почему он такой странный, но предполагаю, что это потому, что здесь сидит его брат.

– Этот день полон многих замечательных новостей.

– Что еще случилось?

Я поднимаю палец и прошу его дать мне минуту. Для этой части мне не нужна Хэдли. Несмотря на то, насколько прекрасно она все воспринимает, я бы лучше не сообщала об этом так. Она знает, что я расстаюсь с мужчиной, которого она всегда называла своим отцом, но ей не нужно знать все подробности.

Я смотрю на Хэдли.

– Ты сделала все домашнее задание?

– Да.

– И сделала свои дела?

– Да.

Конечно, в тот день, когда она на вершине своей жизни – это день, когда мне нужно, чтобы ей было чем-то заняться на минуту или две.

Я жду от Коннора небольшой помощи.

Он кладет руку ей на плечи.

– Почему бы тебе не показать моему брату домик на дереве? Ее глаза расширяются, и она возвращает свою улыбку к Деклану.

– Ты хочешь его увидеть?

Он смотрит на Коннора и пытается соответствовать ее энтузиазму, но это выглядит почти болезненно.

– Ух, конечно.

Очевидно, он не тот парень, который любит такие забавы, и если бы я не хотела рассказать Коннору о своих новостях, то пошла бы вслед за Хэдли и Декланом в домик на дереве, чтобы просто посмотреть, как мужчина лезет туда в своем дорогом костюме.

Коннор улыбается.

– О, тебе это понравится, Дек. Ты снова сможешь залезть на дерево.

Надеюсь, ты не упадешь.

– Отлично. Звучит очень весело.

– Не подгоняй его, Хэдли. Он старый, и ему, вероятно, будет трудно быстро двигаться, – смеясь, говорит Коннор.

Деклан пристально смотрит на него.

– Я покажу тебе старика.

– Можешь попробовать, но ты можешь сломать бедро. Если поранишься, я не приду тебе помогать.

В его голосе есть дразнящая нотка, но присутствует и скрытое течение чего-то другого. Будто он зол на него, чего я не понимаю.

Деклан был очень добрым с тех пор, как приехал. Я надеюсь скоро встретить остальных его братьев, и что однажды они примут Хэдли и меня. Она их племянница.

Меня трясет от этой мысли.

Она обзавелась целой семьей. Если раньше у нее были только мы с Кевином, то теперь у нее есть Коннор и вся его семья.

– Мы не надолго, но, опять же, тебе все-равно не нужно так много времени, – говорит Деклан, хлопая его по спине. – Ты всегда был слишком быстрым парнем.

Теперь я не могу сдержаться и смеюсь.

– Видишь? – Голос Деклана танцует от радости. – Даже Элли это знает.

– О, нет. Я ничего не говорила, – быстро защищаюсь я.

– Хэдли, устрой там чаепитие. Деклан любит разговаривать с куклами и играть с ними.

– Хорошо! – говорит она со всей радостью, на которую только способна.

Они вдвоем выходят из дома, и прежде чем я успеваю сказать хоть слово, Коннор хватает меня на руки и дарит мне самый горячий и сильный поцелуй, который только у нас был. Обычно он не настолько агрессивен, но кажется, будто им руководит что-то другое.

Я держусь за него и отдаю всю себя, вливаясь в него. Вчера вечером у меня были планы на что-то очень похожее. Я хотела отдать ему себя – по крайней мере столько, сколько могла.

Его рот теплый и мягкий, и я хочу еще. Мои губы раскрываются, и мы оба двигаемся одновременно. Моя спина прижата к стене, а его сильное тело упирается в меня – я попала в ловушку наилучшим образом.

Мои пальцы движутся вверх по его рукам к шее, и он усиливает поцелуй. Его руки бегут вниз по моему телу, а затем подхватывают мои бедра, поднимая меня с пола.

Инстинктивно я обвиваю ногами его талию, пока он несет меня.

– Коннор, – говорю я, затаив дыхание.

– Боже, ты сводишь меня с ума. Я так хочу тебя.

– Ты мне нужен.

И это правда. Он мне нужен, и мне нужны мы, и мне все равно, что все не так, как я планировала. Ничего в моей жизни так не происходит. Если бы так было, я бы вообще не оказалась в объятиях этого мужчины, что было бы грехом.

– Элли, – прошептал он, а потом повернулся ко мне. – Мой прекрасный ангел.

Мы непрерывно целуемся – каждый отдает себя полностью и мои губы пухнут под этим приступом. Я хочу, чтобы это продолжалось вечно. Проходят минуты, и я клянусь, что сейчас хочу сорвать с себя одежду и взять его.

Я даже не знаю, дышу ли я, поскольку в этом мире существует только Коннор и его идеальный рот на моих губах.

Он толкает меня выше по стене, используя свои бедра как рычаг, чтобы удержать меня, а затем его руки ложатся на мою грудь. Я стону, голова запрокидывается назад, когда он касается меня.

Я знаю, что должна была что-то ему сказать, но не могу вспомнить что.

Что-то грандиозное.

Что-то о…

– Я разведена, – говорю я эти слова, зная, что мне нужно произнести их, пока помню свое имя.

Его руки останавливаются, и он смотрит на меня.

– Ты….

– Разведена. С сегодняшнего дня.

– Это значит… – Он делает паузу.

– Это означает, что мы с тобой, ну, я надеюсь… что то, что мы здесь делали, может быть чем-то, что мы делаем, когда не пытаемся украсть несколько минут.

Он смотрит на нашу ситуацию сверху вниз и ругается.

– Твою мать!

– Эй, – быстро говорю я, касаясь его щеки. – Что-то не так?

– Это не то, как… Господи, Элли, прости. Секунду назад я был как сумасшедший.

Он медленно ставит мои ноги на пол, а потом обхватывает мое лицо своими теплыми ладонями, которые мне очень нравились на моей груди мгновение назад.

– Я так же сильно хотела тебя.

– Есть вещи, о которых мы должны поговорить, и я на минуту потерял рассудок.

– Все хорошо, – успокаиваю я его. – Обещаю, у нас будет много времени, чтобы поговорить.

Его глаза сияют чем-то, что я не очень понимаю.

– Просто… Я не хочу делать это сейчас или здесь. Не тогда, когда Хэдли и Деклан смогут вернуться. Нам с тобой нужно время.

Я киваю.

– Я согласна. Нам есть о чем поговорить.

– Да. Он выдыхает слово.

– Хорошо, когда твой брат уезжает?

Он смотрит за дверь и проводит пальцами по волосам.

– Сегодня вечером. Он должен вернуться в Нью-Йорк. Это дает мне некоторое облегчение от чувства вины за то, что я не позвонила Сидни, когда вышла с работы, чтобы сообщить о его присутствии.

– Хорошо, может, я могу попросить Сид взять Хэдли к себе завтра?

Я планирую оставить Коннора только себе.

Его улыбка не касается его глаз.

– Тогда завтра.

– Завтра.