Текст книги "Жизнь на кончиках пальцев - 2 (СИ)"
Автор книги: Маруся Новка
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 15 страниц)
Девушка быстро вскочила:
– Мадам Марта, я приношу свои извинения за вчерашнюю непозволительную выходку.
– Извинения приняты, – учительница усаживалась на отодвинутый Леночкой стул. Добавила, чему-то улыбнувшись: – С кем не бывает, – посмотрела на Людмилу: – Мьсе Поль подаст нам завтрак сюда.
«Вот это да!» – думала Людмила, – «вот это вольности! Нам разрешат поесть на свежем воздухе?!» – но свои эмоции постаралась скрыть и только кивнула в ответ.
* * *
Тимур Халфин пробыл в отлучке на два дня больше срока, высчитанного Людмилой.
Он вернулся на виллу после обеда. Оставил небольшой саквояж на попечение Пети, а сам быстро пошел к бассейну, где, как всегда в это время, загорали Милочка и его дочь.
– Я дома, – сообщил, обращаясь сразу к обеим.
Леночка, лежащая на топчане с закрытыми глазами, взвизгнула и повисла на шее отца, слетев со своего ложа словно перышко.
Расцеловав Тимура, отчего-то всхлипнула.
– В чем дело? – спросил озабочено. – Не сошлась характером с Мартой? – усмехнулся.
– Нет, папа, мадам Марта классная, – отвернулась в сторону, не желая встречаться взглядом с отцом. – Тут другое.
– Я слушаю, – Тимур взял дочь за подбородок и повернул к себе её голову.
– Тебе Милочка обо всем расскажет, – девушка, не имея возможности вырваться из цепких пальцев, стояла с опущенными глазами. Потом, словно поняв, как выпутаться, улыбнулась и уставилась на Тимура:
– Давайте уже, целуйтесь – обнимайтесь! Можете не стесняться и не скрываться. Я уже не маленькая и все понимаю! – выскользнула из ослабевшей руки отца и уселась на свой топчан.
– Нам нужно поговорить, – Милочка, получившая всего один лёгкий поцелуй, стояла лицом к лицу с Халфиным.
– Вечером, – Тимур провел пальцами по щеке Людмилы. – Мне нужно смыть дорожную пыль и кое-что сделать перед ужином.
– Хорошо, – согласилась. – Вечером так вечером.
– Я соскучился, – в глазах Тимура бушевало жаркое пламя…
* * *
Милочка не знала, как долго ей ждать и что делать?
Может, Тимур хотел, чтобы она сама пришла в его комнату? Но ведь он запретил ей и дочери посещать правое крыло второго этажа, где поселился сам, и где жили Поль и Марта!
Подобное разделение мест проживания Людмила объяснила себе, а чуть позже и Леночке заботой Тимура об их комфорте. Задумываться о том, почему повар и учительница живут рядом с пусть временным, но все же хозяином виллы было бессмысленно. Может, Халфину приспичит супу поесть в полночь? Или повторить таблицу умножения? А тут и повар и училка под рукой!
Конечно, Милочка понимала, что думает глупости, что если Тимур Айдарович так решил – значит, тому есть причины. Но сегодня он сам сказал, что хочет увидеть её вечером! И ни словом не обмолвился о месте встречи.
– Прости, что заставил тебя ждать, – Тимур неслышно вошел в спальню и направился к стоявшей у окна Людмиле.
– Говори тише, – Милочка приложила палец к губам.
– О том, что нас могут подслушать – не беспокойся, – рассмеялся Тимур, увлекая её к постели. – В комнатах великолепная звукоизоляция, – начал снимать с любовницы лёгкие летние одёжки.
* * *
Леночка уже спала в своей комнате, когда Людмила закончила рассказывать Тимуру о событиях, произошедших совсем недавно.
– Девочка хочет, чтобы я позвонила Звездинской, – объясняла, – но я решила оставить этот вопрос на твое усмотрение.
– Правильно сделала, – Халфин прижимал к себе одной рукой Милочку, уютно устроившуюся на его плече. – Одного не понимаю, почему дочь сама не позвонила Диане?
– Вряд ли на детдомовской даче развешаны телефоны в каждой комнате, – усмехнулась Людмила.
– Я купил для Дианы мобильный телефон, – объяснил Тимур, – и велел дочери передать его подруге.
– Не думаю, что Леночка тебя послушалась, – вздохнула Людмила.
– Судя по всему – не послушалась, – покачал головой. – Но это и к лучшему. Сейчас нежелательны звонки, исходящие с виллы.
– Я понимаю, что если ты так говоришь, значит, тому есть причина, – Милочка решила все же настоять на разговоре со Звездинской. – Но Лена очень переживает. Сожалеет о своем поступке. Она, с её темпераментом, просто не вынесет неизвестности! Я уверена, что знай она номер Мстиславы, уже давно позвонила бы сама. И твои запреты для дочери ничего бы не изменили!
– Хорошо, – кивнул Халфин, – завтра утром с телефона, который дам тебя я.
– Почему завтра?! – Людмила не желала ничего откладывать.
– Потому что у нас уже почти полночь, – Тимур прижимал Милочку все крепче, – а в Южной Пальмире два часа ночи! И взрослым людям есть чем заняться в это время, – закрыл рот поцелуем, предотвращая возможные возражения.
Глава восьмая
(Южная Пальмира двумя неделями ранее)
Автомобиль уносил Мстиславу, Алексея Викторовича и Сергея все дальше от дачи в Люстдорфе, где осталась Диана.
Звездинская отвернулась к окну. Оставила расстояние между собой и Алексеем, словно желая избежать тактильного контакта, способного спровоцировать неконтролируемый выплеск злобы.
Время от времени она, скосив глаза, смотрела на затылок Сергея, сидевшего рядом с водителем. Ей хотелось намотать на руку волнистые волосы юноши и изо всей дури стукнуть его лицом о переднюю панель автомобиля.
Мстислава прекрасно слышала, как Истомин крикнул Диане: «Потому что я тебя люблю!». Её передернуло от этого признания, хотя она замечала, не могла не заметить, что невидимая связь между юношей и девушкой крепнет от репетиции к репетиции. И сказать, что от этого Мстя не была в восторге – ничего не сказать.
Оставалась надежда на то, что Диана после концерта уедет на дачу, а Сергей, которого Звездинская уже видела в мечтах исполнителем заглавных партий на сцене театра Южной Пальмиры, всецело отдастся выстраиванию карьеры. И при тайном содействии Мстиславы, отправится на гастроли вместе с труппой театра. Пусть даже он, будучи вдали от дома и её тела, переспит с кем-то из балерин или певиц! Это не страшно! Осенью Сереженька вернется в город и снова нырнет в её гостеприимную постельку.
А это юношеское увлечение партнершей – оно пройдет! Главное, не дать перерасти ему во что-то большее!
Оказалось, что она опоздала. Что её Сереженька успел влюбиться в девчонку!
Но ведь теперь это ничего не значит! Они родственники! Пусть даже всего лишь по материнской линии.
Да и Диана не пришла в восторг, увидев Истомина за забором дачи. Что она отвечала Сергею, Звездинской расслышать не удалось. Но девушка его не впустила! И Сереженька, словно побитый пес вернулся обратно в машину! Вернулся к ней!
Теперь нужно правильно обыграть ситуацию. И Мстислава уже знает, что нужно делать…
* * *
– Где вас высадить? – полюбопытствовал Алексей Викторович, когда машина въехала в центр города. – Я бы развез вас по домам, но на утро запланированы кое-какие дела.
– Какие могут быть дела после бессонной ночи? – пробормотала Мстислава.
– Ничего, – усмехнулся Алексей. – Выпитый кофе не даст мне уснуть как минимум до вечера.
– Я выйду здесь, – объявил Сергей. – Хочу немного пройтись.
Алексей Викторович взглянул на часы:
– Тогда у меня остаётся время, чтобы отвезти нашу Славочку домой.
Звездинская, приготовившаяся покинуть авто вместе с Истоминым, почувствовала, что не нужно сейчас противоречить любовнику. Она и так удивлялась, зная характер Алексея, его терпению, проявленному сегодня ночью. Он спокойно снес и не устроил разборку, услышав, что Сергей называет её Славочкой. Он проникся проблемами юноши настолько, что заставил её поехать в училище среди ночи, а потом еще и отправиться в городскую окраину, на эту чертову детдомовскую дачу. Нет, злить Алексея, удаляясь по улицам утреннего города под ручку с Истоминым, сейчас явно не следует!
Машина припарковалась у тротуара.
Сергей оглянулся. Встретился взглядом с Алексеем Викторовичем:
– Спасибо вам за все, – потянул на себя дверную ручку.
– Подожди! – Алексей вынул из нагрудного кармана пиджака узкий плоский футляр. Достал из него визитную карточку. Протянул Сергею: – Если возникнет необходимость и тебе понадобится помощь – позвони.
– Хорошо, – кивнул юноша и вышел из машины, которая тут же продолжила путь.
– С каких пор ты стал раздавать визитки малознакомым мальчишкам? – недовольно полюбопытствовала Мстислава.
– С таких, что, как я понимаю, этот мальчишка отпрыск Сергея Васильевича Истомина? Того самого, который с недавних пор стал генподрядчиком по застройке и реставрации центра Южной Пальмиры?
– Я не имею понятия, чем занимается его отец! – фыркнула Мстислава.
– Зато я имею, – довольно усмехнулся Алексей. – И быть в курсе скандала в семействе Истоминых – мне не помешает.
– Мог бы предупредить, – продолжала ворчать Звездинская, – а то чувствовала себя дура-дурой, видя, как ты увиваешься вокруг этого юнца.
Автомобиль остановился у подъезда дома Мстиславы. Она знала, что любовник и не подумает провожать её, а потому, дождавшись пока водитель распахнет перед нею дверцу, выскользнула из машины, успев получить напоследок наставления от Алексея:
– Отдыхай, а я вечером заеду. Нужно поговорить.
Мстислава кивнула, не возражая и не спрашивая о теме предстоящего разговора. Она устала и была вымотана. Хорошо, что сегодня не нужно ехать в училище. После вчерашнего приема, который, как она знала, мог продлиться глубоко за полночь, вряд ли у кого-то возникнет желание заниматься делами.
Звездинская вошла в квартиру, быстро разделась, и юркнула в постель.
Она уснула, едва успев сомкнуть веки.
* * *
Сергей шагал по улицам утреннего города. Он не знал куда идти. А кроме как домой или к Звездинской – было некуда.
Юноша прекрасно понимал, что к Мстиславе сейчас не стоит даже «тыкаться». Она следила за собой, своим здоровьем и тем, как выглядит. Не уставала повторять, что в крепком восьмичасовом сне для каждой женщины хранится половина её красоты. Ночное бдение не добавило Мсте ни хорошего самочувствия, ни мягкости характера.
Конечно, он обязательно встретится с Мстиславой! Ведь им нужно о многом поговорить. Но не сейчас. Не сегодня. Разве что – вечером.
Идти домой тоже не хотелось. Что он скажет отцу? О чем спросит маму?
Сергей поймал себя на том, что продолжает сжимать в руке белый твердый прямоугольник. Визитную карточку, которую дал мужчина, принявший участие в его проблемах нынешней ночью. Перевернул визитку надписью к себе. Прочитал:
«Гассерт Алексей Викторович». И номер телефона.
Без указания личный это телефон или рабочий.
Без упоминания о должности владельца карточки.
«Дядька классный», – подумал Сергей, – «если бы не он, Славочка ни за что не поехала бы в училище посреди ночи. Интересно, кем они друг другу приходятся?» – усмехнулся и додумал: – «Конечно, любовники. Не стану же я тешить себя иллюзией, что у Звездинской единственный!» – положил визитку в задний карман джинсов, решив перепрятать в кейс, оставшийся дома, в котором хранились его личные бумаги.
Юноша и сам не заметил, как оказался рядом с родительским домом. Он сел на скамейку у входа в подъезд, еще пустую в эти утренние часы. Вездесущие и неугомонные пенсионерки оккупируют скамейку после обеда, когда «сделан базар», приготовлен обед, накормлено семейство и можно немного передохнуть и «почесать языки о спины» входящих и выходящих из подъезда соседей.
Сергей раскинул руки вдоль спинки скамейки, подставил лицо восходящему и начавшему припекать солнцу, прикрыл глаза.
Он не заметил когда из дома вышел отец и сел рядом с ним.
– Где ты был всю ночь? – поинтересовался Истомин-старший. – Мы волновались.
– Искал Диану, – односложно ответил сын.
– Нашел?
– Да.
– Почему не привез с собой?
– Она не захотела.
– Почему?
Сергей наконец-то открыл глаза, повернулся лицом к отцу:
– Сказала, что прожила четырнадцать лет без мамочки и не нуждается в её любви на сегодняшний день! – вспыхнул, словно загорелся какой-то идей:
– Пап, а может Диана и не сестра мне вовсе?! Может, они с мамой просто похожи?!
– Это вряд ли, – вздохнул Истомин-старший. – И здесь дело не только во внешнем сходстве. Как только я увидел на сцене Диану, меня словно отшвырнуло на много лет назад! Я видел не незнакомую балерину, а твою мать! Эльзу! Видел в движении, в танце. Ну а когда рассмотрел её личико через бинокль – сомнения исчезли.
– И все равно, – настаивал сын, – нельзя исключать возможность ошибки! Если бы Диана согласилась провести генетическую экспертизу!
– И что бы это изменило? – горько усмехнулся отец.
– Мы бы знали точно! – не унимался Сергей. – И потом, я не верю, что мама могла бросить её! Только не моя мама! Случилось что-то страшное! Может, Диану похитили?
– Не говори глупости, – нахмурился Истомин-старший. – Случилось то, что случилось. И в произошедшем виновата не только твоя мать, но и я.
– Вы должны мне обо всем рассказать! – Сергей встал со скамейки. – Идем домой! – поинтересовался: – Как там мама?
– Надеюсь, уже проснулась и встала, – вздохнул Сергей Васильевич, стараясь не встречаться с недоумевающим взглядом сына, не понимающего, как можно было спать после вчерашнего вечера.
* * *
Эльза, уже одетая и подкрашенная, бросилась к сыну:
– Сереженька, ну как можно было заставить нас так волноваться?! Где ты пропадал всю ночь?!
– Потом, мама, – Сергей разжал руки, обхватившие его шею. – Я хочу услышать все от вас.
– Что – всё? – переспросила Эльза, опустив глаза.
– Все – это значит все! – Сергей не желал облегчить разговор. – И с самого начала! Почему Диана оказалась в детском доме? Почему я ничего не знал о том, что у меня может быть сестра?
– Нужно позавтракать и проводить папу, – бормотала Эльза, собираясь отправиться в кухню. – Папе пора на работу. А потом я тебе сама обо всем расскажу.
– Ну уж нет! – Истомин-старший вовсе не собирался доверить жене исповедь перед сыном. – Расскажем вместе!
– А как же работа? – лепетала Эльза.
– Не убежит, – ответил Сергей Васильевич, доставая телефон и нажимая кнопку быстрого набора: – Меня сегодня не будет, – сообщил собеседнику. – Текущие вопросы решайте по мере поступления. Все, что завязано на моем личном участии – отложить назавтра, – посмотрел на жену:
– Вот теперь можем, для начала, позавтракать и выпить кофе. Ну а потом, расскажем сыну о том, что ему давно пора было знать.
* * *
– Как вы могли?! – Сергей сидел за столом, обхватив голову руками. – Как вы могли так поступить с ребенком?!
– Ну, мы же тебе обо всем рассказали, – лепетала Эльза, – это стечение обстоятельств и недопонимание между двумя людьми.
– Ты забыла уточнить, мама, между двумя взрослыми людьми! – Сергей не собирался никого жалеть и не щадил ни чьи чувства. – А расплачиваться за ваше, – горько усмехнулся, – недопонимание пришлось Диане, – тотчас поправил себя, – или какой-то другой девочке, если вдруг окажется, что Диана просто очень похожа на тебя!
– Да! – встрепенулась Эльза, – Ведь ты, Сергей, – посмотрела на мужа, – мог и ошибиться! И эта девушка вовсе не моя дочь!
– Какая разница? – сын не понимал, почему Эльза так хватается за каждую соломинку, лишь бы не признать то, что когда-то родила и бросила именно эту девочку. – Сестра мне Диана или нет, это вовсе не отменяет того, как ты поступила! – перевел взгляд на отца. Добавил: – Как вы поступили!
– Да, – Истомин-старший хотел положить ладонь на руку сына, но остерегся, – наш поступок и объяснения, почему так случилось, не оправдывают ни меня, ни твою мать. Но даже если бы мы очень захотели, исправить прошлое невозможно! Зато можно попытаться изменить будущее.
– Но как?! – Сергей надеялся, что отец что-то придумает. – Диана сказала, что не хочет меня видеть! Ни меня, ни тебя, – перевёл взгляд на Эльзу, – мама.
– Но обо мне-то она ничего не говорила? – усмехнулся Сергей Васильевич. – Значит, встретиться и поговорить с девушкой предстоит именно мне.
– Когда?! – встрепенулся Сергей.
Истомин-старший о чем-то задумался, словно вспоминал перечень дел и встреч ему предстоящих:
– Думаю, послезавтра.
– Почему послезавтра? – не хотел медлить ни минуты сын. – Поезжай сейчас!
– Диане нужно побыть одной, – Сергей Васильевич не собирался идти на поводу у сына, потому что хорошо понимал, как будет лучше. – Ей нужно успокоиться. Принять сложившуюся ситуацию. Подумать. Двух дней, я надеюсь, на это хватить. И послезавтра – воскресенье. Я могу посвятить нашей семейной проблеме весь день без ущерба для работы.
– А что делать мне эти два дня? – уточнил, решив довериться отцу.
– Сегодняшний день почти прошел, – Истомин старший посмотрел на часы. – Уже три пополудни. И будет лучше, если ты прямо сейчас ляжешь спать.
– А завтра?
– А завтра поезжай в училище! Насколько мне помнится, именно с завтрашнего дня вас начнут распределять по театрам, – еще сомневаясь, уточнил: – Надеюсь, с переездом в Северную Пальмиру ты торопиться не станешь?
– Не стану, – Сергей встал из-за стола и направился в свою комнату.
На Эльзу, привычно подставившую щечку для сыновьего поцелуя, он просто не обратил внимания.
* * *
Мстислава Звездинская проспала весь день.
Она выскользнула из постели и побежала в ванную. Нужно привести себя в порядок к моменту приезда Алексея. Нужно продумать предстоящий разговор с любовником. Нужно постараться преподнести ему свои планы на счет Сергея Истомина в наилучшем виде. И сделать это так, чтобы облеченного немалой властью чиновника не возникло желания этим планам воспрепятствовать.
Даже не посмотрев в зеркало, Мстислава встала под струю прохладной воды душа.
«Ну вот» – думала, выйдя из душевой кабинки, – «совсем другое дело!» – и наконец-то взглянула на свое отражение. Недовольно скривилась, поняв, что «дело» осталось все тем же. Из овала зеркала на неё смотрела сорокапятилетняя усталая женщина, которая провела бессонную беспокойную ночь.
«Чертов мальчишка!» – злилась на Сергея, – «Откуда ему знать, как необходим мне отдых?! Юность глупа и эгоистична! Но нельзя ни в коей мере дать понять и почувствовать ему, что меня беспокоит вот эта разница в возрасте».
Мстислава нанесла на лицо и шею вытягивающую маску на основе грязи Мертвого моря, вернулась в комнату, села в кресло, откинулась на спинку. Она знала, что нужно дать маске высохнуть и необходимо избегать малейшей мимики.
Через полчаса, смыв маску и наложив на лицо толстый слой крема из той же линии, перебралась на кухню. Нужно выпить большую чашку чая, дабы восполнить потерю влаги, и что-то съесть. Что-то легкое и не очень питательное. Возможно, Алексей поведет её в ресторан. А если нет – тарелочка клубники вполне достаточна для ужина.
Звездинская брала ягоды за зеленый «хвостик» и одну за другой отправляла в рот, жмурясь от едва заметной кислинки и наслаждаясь слегка терпким вкусом ягодной мякоти.
«Прекрасно», – думала, отодвигая тарелку, – «ужин закончен. Нужно снять салфеткой остатки крема с лица и одеться», – посмотрела на часы, показывающие семь вечера, – «Алексей может приехать с минуты на минуту», – быстро вернулась в ванную, чтобы закончить косметические процедуры.
Ждать любовника Мстиславе пришлось до половины девятого. Она начала злиться и несколько раз хотела набрать номер Алексея, но отчего-то не стала этого делать. Словно понимала, что сейчас не время для выявления недовольства. Наконец, раздался телефонный звонок, и Славочка схватила трубку.
– Я буду через пять минут, – сообщил Алексей, – выходи.
– Сейчас, – ответила Звездинская, подумала: «Вот ведь жлоб самонадеянный! А если бы я не была одета? Мне что, нужно в пижаме или спортивном костюме бежать к тебе?» – но все это было из разряда «накручиваний самой себя». Славочка прекрасно понимала, что никогда и ни за что не выскажет Гассерту никаких претензий.
Слишком многим она была обязана любовнику. Слишком многое их связывает. И от его доброжелательности и снисходительности сейчас зависит выполнение плана Мсти на счет совместной семейной жизни с Сереженькой Истоминым. Затянуть юношу в ЗАГС, стать его женой и полноправной обладательницей его тела и души – от этой идеи Звездинская отказываться не собиралась.
– Почему ты не поднялся ко мне? – любопытствовала Славочка, капризно надув губки и усаживаясь в авто. – Я так устала и неважно себя чувствую.
– А по внешнему виду этого не скажешь, – усмехнулся Алексей.
– Это генетика, – Мстя, задумавшая в это лето, отправив Истомина на гастроли, сделать круговую подтяжку, в секреты своей красоты посвящать кого-либо не собиралась. – Так куда мы едем? – заинтересовалась конечным пунктом маршрута.
– Поужинаем в ресторане, – снизошел до объяснения Гассерт. – Заодно поговорим.
Алексей Викторович не стал рассказывать любовнице о том, что задействовал особо доверенных лиц, дабы навести справки о семье Истоминых.
Конечно, ему приходилось и встречаться, и беседовать лично с Сергеем Васильевичем. Но этот «заезжий варяг» до сих пор оставался для него «тёмной лошадкой». Лучшим другом губернатора области и ставленником аппарата президента страны.
Гассерт прекрасно знал, какие огромные денежные потоки проходят через Истомина. И был не прочь отщипнуть для себя толику малую. Но вот доступа и возможности осуществить задуманное не имел. Потому как в глазах общественности и бонз Южной Пальмиры Истомин выглядел кристально чистым и честным человеком, все силы и умения которого направлены во благо города, а заодно и страны, которую он покинул вскоре после того, как Великий и Могучий треснул по швам и развалился на осколки. Правда, вернулся по первому зову и начал созидать, восстанавливать и строить.
В то, что Истомин не запускает руку в карман города, Гассерт не верил. Не бывает такого! Не может быть просто потому, что не может! Нужно найти какой-то грешок в этом чистоплюе! Нужно отыскать маленькую дырочку или прореху в его идеальной оболочке! Расширить и проникнуть! А уже потом начать диктовать свои условия.
Не использовать то, о чем узнал нынче ночью – было бы непростительно! А потому, уже после обеда, в кабинет Алексея Викторовича, расположенный на третьем этаже здания на Куликовом поле, вошли два помощника, которым чиновник всецело доверял.
– Если бы вы, Алексей Викторович, очертили круг задач более конкретно, мы бы знали что и где искать, – вздохнул первый.
– Узнать не удалось почти ничего, – подержал коллегу второй, – ни в чем предосудительном Истомин замечен не был. Дом-работа-дом. Редкие посещения общественных мероприятий. Никаких связей на стороне. Любит жену. Каждый месяц посещает родителей, живущих в селе недалеко от Столицы. Сын окончил хореографическое училище в этом году. Странный выбор для единственного отпрыска строительного магната, но чем он обусловлен и как будет продолжаться карьера юноши – пока неясно.
Гассерт поблагодарил и отпустил подчиненных, подумав, что придется работать с теми сведениями, которые есть. И еще раз порадовался тому, что узнал нынешней ночью.
