Текст книги "Две котлеты Виолетты. Попаданка в хозяйку таверны (СИ)"

Автор книги: Мария Мире

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 12 страниц)

Глава 18. Драконы и хозяйка

Глава 18. Драконы и хозяйка

Двор встретил меня сбивающим с ног ветром. Он налетал порывами, резко, бросая волосы в глаза и поднимая дорожную пыль.

За таверной, там, где луг спускался к реке, воздух вдруг наполнился сильным гулом. Два силуэта опустились на землю так стремительно и точно, что трава легла волнами во все стороны, а с ближней березы с испуганным криком сорвалась стая скворцов. Один из драконов был белоснежный, с крыльями, словно выкованными из тончайшего льда и морозным узором на них, длинной гибкой шеей и чешуей, что ловила вечернее солнце и дробила его на тысячи холодных искр. Второй – золотистый, с глубокими бурыми вкраплениями на боках и хребте, мельче, но будто бы более изящный. Я невольно залюбовалась тем, как они выглядели – огромные, сильные, не похожие ни на что, что мне доводилось видеть раньше. Как бы я не убеждала себя, что в моей новой жизни такие вещи должны стать обыденностью – я всю жизнь считала драконов лишь сказкой.

Однако, когда они приземлились земля вздрогнула слишком ощутимо для сказки.

За моей спиной кто-то из дворовых мальчишек – не Милкина ли компания? – ахнул восторженно и сдавленно. Я не обернулась, продолжая с неменьшим восторгом, но и страхом рассматривать огромных… зверей? Не уверена какое определение было бы более уместным.

Потом их окутал дым. Легкая дымка, молочно-белая, как утренний туман над рекой. Она поглотила оба силуэта целиком и так же быстро начала таять – медленно, будто бы стекая и растворяясь на ветру без следа.

Когда дымка рассеялась, к таверне уже шли двое.

Я заставила себя сделать вдох. Сбросить наваждение от только что пережитого зрелища и собраться. Вспомнить, что ждет меня.

Азарель Дуат был красив. Белоснежные волосы убраны назад, острые черты лица, как у статуи, которую слишком долго шлифовали. Высокий рост, прямая спина, дорогой дорожный плащ без единой складки – словно и не было ни ночного перелета, ни каких-либо переживаний от грядущей встречи. Холодный, безупречный, совершенный.

Я зашла в кабинет мужа перед тем, как отправиться в спальню. Азарель сидел в глубоком кресле около камина и вчитывался в какие-то бумаги. Уверенная, что муж меня не заметил подошла ближе и мягко коснулась рукой его плеча.

– Тебе стоит отдохнуть.

Ледяной взгляд дракона, что будто бы нехотя он поднял на меня, заставил убрать руку. Я потупила взгляд.

– Иди к себе, Виолетта. Я занят. Увидимся завтра на приеме. Попроси Стеллу подобрать тебе что-то подходящее из украшений, а не как ты любишь.

Щеки вспыхнули. Я подавила в себе возмущенный протест – матушка всегда хвалила мой вкус, но Азарель считал его слишком обыденным. Покорно согласившись, я заставила себя улыбнуться и, уже отворачиваясь, чтобы уйти, заметила на свитке несколько фамилий, знакомых мне еще по разговорам в доме отца.

Неужели муж перестал брезговать работать с простыми торговцами?

Воспоминание пронзило меня, когда мы встретились взглядами. Я была уверена, что несмотря на мои усилия сохранить невозмутимость – щеки слегка порозовели. Азарель же уже снова осматривался вокруг: двор, таверну, толпу деревенских. Не знаю заметили ли этого местные, но я отчетливо видела едва заметную брезгливость, с которой он поджал свои идеально очерченные пухлые губы. Так смотрят на вещи, которые вынуждены терпеть, но предпочли бы держаться подальше.

Лишь на мне взгляд задержался чуть дольше. Оценивающе.

Именно так он смотрел на меня и в первый день после свадьбы – стоя у высокого окна своей спальни, пока я замирла на пороге в своем пышном свадебном платье, не зная, стоит ли мне зайти или супруг позовет меня позже.

– Ты будешь присутствовать на приеме в четверг, – сказал он то, что я меньше всего ожидала услышать в преддверии нашей первой брачной ночи.

– Платье выберет Кейса. Прическу тоже. Молчи, когда говорят мужчины, и улыбайся, когда смотрят на тебя. С хозяевами дома будь любезна, но о себе не болтай.

Я растерянно кивнула. Его неожиданная холодность больно царапнула сердце.

Рядом с ним шла девушка.

Молодая – моложе, чем я ожидала, хотя не уверена, что у меня были какие-то конкретные ожидания. В платье темно-красного цвета, дорогом, с тяжелой юбкой и вышитым лифом, с маленькими жемчужными пуговицами от ворота до пояса, на руках шелковые перчатки в цвет платья. Изольда тоже была красива, но выглядела слишком строгой, сдержанной. Темные волосы убраны гладко, волосок к волоску – ни одной выбившейся пряди. Лицо ее ничего не выражало: ни любопытства, ни усталости с дороги, ни торжества. В отличии от моего бывшего мужа ее эмоции были для меня закрытой книгой.

Она осматривала двор иначе, чем Азарель. Я не замечала ни брезгливости, ни снисхождения. Взгляд ее двигался медленно, но будто бы стараясь запомнить сразу как можно больше.

Мальчишки, приклеившиеся к забору с открытыми ртами возбужденно загомонили.

Наши взгляды тоже встретились.

Не надолго – секунда, может быть две. Но в эту секунду было что-то, что я не сумела сразу прочесть. В ней не было враждебности. Не было и любопытства. Она будто бы старалась одним этим взглядом оценить всю меня и найти ответы на какие-то собственные вопросы.

Я растянула губы с идеально отрепетированной улыбкой, которой встречаю каждых путников.

– Добро пожаловать в «Две котлеты», – я сошла с крыльца им навстречу. – У нас найдется все, что нужно с дороги – ужин, напитки, комнаты.

Азарель остановился в двух шагах от меня. Медленно – очень медленно – прошелся взглядом по моему простому платью. Переднику. На моих сложенных руках и перстне взгляд ненадолго задержался, а зрачок бывшего мужа вытянулся.

– Виолетта, – произнес он наконец. Голос был такой же, как я слышала в своих снах и обрушившихся на меня только что воспоминаниях. Низкий, красивый, привыкший к тому, что его слушают. – Ты хорошо выглядишь.

– Стараюсь, – ответила я. – Прошу в зал.

Он вошел в таверну как в собственный дом.

Не задержался на пороге, не обратил внимания на прочих гостей. Остановился посередине, окинул все одним медленным взором – стойку, столы, потолочные балки с вязанками трав – и, видимо, удовлетворившись, выбрал именно тот стол, который я и предназначала для него. Так, чтобы все присутствующие оказались будто бы лишь его гостями. Я подавила усмешку и поймала взгляд Таши.

То, что произошло дальше, я, пожалуй, предвидела, но все равно ощутила некоторую тоску.

Трипп у очага допил кружку залпом – с таким видом, словно именно сейчас вспомнил о неотложных делах. Встал, придвинул скамью к столу аккуратно, почти виновато взглянул на меня. Бросил монету на доски и вышел, не попрощавшись, стараясь держаться стены. Братья-плотники переглянулись – и тот, что сидел ближе к окну, потянул второго за рукав. Они поднялись почти одновременно, так же тихо, так же быстро. За ними потянулись еще несколько местных.

За несколько минут зал опустел почти наполовину.

Я не держала на них зла. Я бы и сама ушла, если бы могла.

Остались только проезжие – двое торговцев с пыльными сапогами, снявшие комнату еще вчера. Уйти им было некуда, и они решили не привлекать внимания высокого гостя, уставившись в тарелки с таким усердием, словно в крупе и мясе прятался смысл жизни. И Каэль сидел на своем привычном месте чуть в тени – с книгой, с кружкой, совершенно неподвижный.

Я поставила на стойку два кубка. Налила вина – лучшего, что у меня было. Поднесла к столу.

Изольда приняла кубок двумя руками – вежливо, коротко кивнув. Я успела заметить, как ее пальцы, сомкнувшиеся на ножке едва заметно сверкнули, несмотря на облегающий шелк перчаток. Проверяла магией не отрава ли? Это было бы конечно очень самоуверенно и глупо с моей стороны отравить двух драконов на виду у всей деревни.

– Проездом? – спросила я все с той же вежливой улыбкой.

– Проездом, – подтвердил Азарель, вновь замерев взглядом на моих руках, сложенных на переднике. – Дела в северных землях. Решил заехать. Убедиться, что бывшая жена устроена, не бедствует. – Он сделал небольшую паузу, и в этой паузе жило что-то опасное, заставившее меня подобраться. – Тем более что у нас осталось одно небольшое незавершенное дело. Семейная реликвия, Виолетта.

Я выдержала взгляд, не потеряв улыбки. Сразу к делу? Так даже лучше.

– Реликвия, как видишь, при мне, – я услужливо приподняла руку, чтобы кольцо было хорошо видно. Рубиновые глаза дракона поймали свет свечей – вспыхнули темным, спокойным огнем. – Ты снял его с моей руки, Азарель, но видимо забыл провести ритуал. Оно само признало меня хозяйкой и вернулось.

На несколько мгновений наши взгляды столкнулись в полной тишине зала. Что-то в его лице едва заметно дрогнуло – и именно эточто-то сказало мне все. Он приехал сюда за сломленной женщиной. За той Виолеттой, которую, по его расчетам, месяц в глуши должен был окончательно уничтожить. И тогда кольцо бы можно было забрать без всякого шума. Но он нашел меня.

Изольда смотрела на кольцо, скрыв часть лица за кубком. Потом перевела взгляд на мое лицо. В ее взгляде появилось то живое, острое, что я заметила еще во дворе. Она знала об этом кольце и тоже не рассчитывала, что я вот так легко выставлю его на показ. Похоже у нее тоже было мнение о бывшей жене Азареля – и сейчас она его пересматривала.

Азарель поставил кубок. Голос его стал мягче.

– Ты всегда была умна, – произнес он почти ласково, а я постаралась не рассеяться от этой откровенной лживой лести. Он никогда не считал Виолетту умной – это я отлично поняла по тем воспоминаниям, что у меня были. – Но, боюсь, сейчас ты не понимаешь, с чем именно имеешь дело. Это не просто украшение. Последствия могут быть... неприятными. Для тебя.

«Ты не понимаешь» – его любимая фраза. Произносилось всегда мягко, почти с сожалением, как будто он искренне расстраивался, что мне недостает ума. После третьего года я перестала спорить. После пятого – почти поверила.

– Я ценю заботу, – ответила я ровно. – Но кольцо не причиняет мне вреда. Напротив.

– Пока, – сказал он. Одно слово. Тихое, снисходительное.

– Дорогой, не стоит пугать хозяйку этого чудесного места. О таком лучше поговорить наедине, – голос Изольды звучал мягко, но я неожиданно для себя услышала в нем гораздо больше силы, чем могла бы представить рядом с таким драконом как Азарель. В отличие от Виолетты новая супруга определенно не позволила бы мужу сделать из нее послушную куклу – это читалось сразу.

Кольцо на моем пальце начало светиться. Не вспышкой – ровно, спокойно, как угли под золой. Тихий рубиновый свет, почти нежный. Он расходился от камня мягкими волнами, едва заметный – но два дракона передо мной не могли бы его проигнорировать. И в этот раз я была уверена, что перстень намерен защищать меня. Ему явно не слишком нравилось, что вовсе не признанная им супруга так обращается к главе рода Дуат.

Изольда увидела первой.

Ее глаза слегка расширились, а через мгновение зрачок стал вертикальным. Она не пыталась этого скрыть, но будто бы чувствуя что-то отдернула руку, что успела опустить на локоть Азареля.

Она подняла глаза – прямо на меня, не на Азареля, не на кольцо. На меня. И в этом взгляде впервые не было ни холода, ни отстраненности. Было что-то похожее на вопрос, ответ на который она, кажется, уже знала – но хотела проверить.

Азарель встал.

Один шаг – плавный, неспешный, как у человека, которому некуда торопиться. Меня окутал хвойно-цитрусовый аромат, что преследовал меня во снах первые недели в этом мире. Я не отступила.

– Виолетта. – Голос его стал совсем тихим, но я отчетливо слышала проскользнувшую в нем угрозы. – Ты умная женщина. Изольда права. Давай поговорим об этом спокойно, без лишних... свидетелей.

– Здесь моя таверна, – сказала я. – Мне бы не хотелось надолго оставлять гостей, а судя по реакции артефакта он тоже вполне ясно дал понять свою позицию. Если ты того желаешь, мы поговорим, но лишь когда я освобожусь от работы.

Что-то в его глазах мелькнуло – не злость. Скорее удивление. Легкое, почти оскорбленное. Он не привык, чтобы Виолетта ему отказывала.

Изольда все это время не двигалась. Лишь вернула себе самообладание и глаза снова стали обычные, человеческие. Но я краем зрения видела, что она стала внимательнее осматривать обстановку. Заново собирать паззл, который, как уверена заверял ее мой бывший муж, не стоил никаких тревог.

Наши взгляды встретились на секунду. В ее глазах не было торжества или превосходства. Не было сочувствия. Но вдруг она чуть опустила ресницы и уголки ее губ дрогнули. Я не поняла, что это значило.

В бочке у дальней стены что-то еле слышно плеснуло – Таша медленно, беззвучно выпрямилась по пояс. Кольм, который неизвестно когда зашел и стоял у двери сдвинулся на полшага.

Азарель шагнул ближе. Его рука поднялась явно намереваясь ухватить меня за руку и утянуть силой.

И тут я услышала звук закрываемой книги. Азарель замер, так и не прикоснувшись ко мне и его брови изумленно дрогнули. Только на долю секунды, но сказали все, что не удалось бы прочитать по невозмутимому лицу дракона.

Я обернулась через плечо. Каэль сидел откинувшись на спинку стула и смотрел на нас. Просто посмотрел – спокойно, чуть скучающе, как смотрит человек на давно знакомое и не слишком интересное.

– Азарель Дуат, – произнес он. – Давно не виделись.

В зале будто бы стало еще тише, хотя мне казалось это уже невозможно.

Проезжие торговцы постарались незаметно подняться со своих мест и скрыться в своих комнатах, не желая связываться с драконами. Их выдал лишь скрип одной из ступеней, но никто кроме меня и Таши даже не посмотрел в ту сторону.

Азарель смотрел на Каэля несколько секунд все с тем же нечитаемым выражением лица, но я была уверена, что в голове дракона сейчас просчитывались множества возможных вариантов. Потом медленно выпрямился, наконец перестав тянуть ко мне руку и в движении этом было что-то, чего я в нем прежде не видела ни во снах, ни в воспоминаниях, ни за это наше недолгое общение. Уважение. Он опустил голову. Не низко, но достаточно.

– Ваше высочество, – произнес он ровно, без единой лишней эмоции. – Не ожидал вас здесь встретить.

Изольда не промедлила ни мгновения. Она уже стояла рядом и присела в глубоком реверансе, безупречном, отточенном, как все остальное в ней. Но прежде чем ее лицо опустилось вниз, я успела заметить: на ее губах вновь мелькнула та же короткая улыбка.

– Ваше высочество, – вторила она ровно.

Каэль не ответил сразу. Взял со стола кубок, сделал небольшой глоток. Поставил обратно. Посмотрел на Азареля и его супругу с не слишком привычным мне выражением – почти приятельским.

– Садитесь, – сказал он наконец. – Хозяйка здесь хорошая. Вино и еда у нее тоже выше всяких похвал. Даже хотел поблагодарить тебя, что ты подарил путникам такое сокровище, расторгнув брак. Но как вижу тебя просто охватила новая страсть. Понимаю.

Я отошла за стойку, чувствуя как кольцо на пальце пульсирует – тихо, ровно, почти успокаивающе.

Глава 19. Цена крови

Глава 19. Цена крови

Кольцо на моем пальце пульсировало – тихо, ровно, почти неощутимо. Рубиновый свет не угасал.

Каэль откинулся на спинку стула, сохраняя вид человека, который никуда не торопится и наслаждается вечером. Он выглядел так, словно происходящее было для него примерно столь же захватывающим, как наблюдение за тем, как сохнет краска на заборе. Ни малейшего напряжения – ни в плечах, ни в руках, ни в его совершенно спокойной улыбке. Именно эта расслабленность, я видела, действовала на Азареля. Дракон явно не ожидал подобной встречи в этом месте. Не было необходимости иметь опыт в политических интригах, чтобы понимать как его насторожило нахождение принца в моей таверне.

И все же Азарель легко сохранил лицо. С вежливой улыбкой и должным уважением принял небрежное приглашение Каэля и опустился на стул напротив – плавно, с достоинством, как истинный аристократ, соответствуя всем моим представлениям о титулованных особах. Я подошла ближе, чтобы обновить вино в их кубках и он даже удостоил меня улыбкой.

– Раньше мне не доводилось слышать, что бы бываете в таких... скромных местах, ваше высочество, – произнес он негромко, с легкой, совершенно светской улыбкой. Голос безупречен – ни тени напряжения, ни намека на обвинение, – лишь вежливое любопытство. – Путешествуете инкогнито?

– Иногда приходится, – согласился Каэль с добродушным спокойствием, поднося кубок ко рту.

Азарель позволил себе паузу – ровно такую, чтобы она не выглядела растерянностью, но и принц не принял его вопросы за настойчивость.

– Север нынче неспокоен, – сказал он, будто продолжая давно начатый разговор. – Слышал, на границе снова движение, вот и захотел лично проверить работу своих управляющих в тех краях. Планируете отправиться в те места? Мы могли бы дождаться моих людей и продолжить путь вместе. Я рассчитываю, что они нагонят нас в ближайшие сутки.

– Боюсь буду вынужден отказать. Интересы империи требуют моего присутствия в другом месте. Но я тоже планирую покинуть Вилку в самые ближайшие дни, лорд Дуат. Так что буду рад за это время услышать новости столицы.

Я стояла за стойкой, протирала кружку, которая давно уже была чистой, и краем глаза наблюдала за этим изысканным поединком вежливости. Азарель ненавязчиво, с улыбкой, прощупывал каждую реплику принца в поисках хоть какой-то зацепки – зачем он здесь, как давно. Каэль с той же улыбкой не давал ровным счетом ничего.

Это могло продолжаться долго, но ведь Каэль и сам говорил, что его людям потребуется время. Мне же предстояло решить по какому из продуманных нами сценариев мы будем действовать дальше.

Именно поэтому я обратила все свое внимание на Изольду.

Она сидела чуть в стороне от мужа – прямо, сложив руки на столе, с тем же непроницаемым лицом, что и раньше, но те едва заметные усмешки не давали мне покоя. Если бы я совершенно невежливо не всматривалась сейчас, то вряд ли бы заметила как вдруг проскользнула гримаса боли, уже через мгновение сменившись обычной маской. Но лицо девушки будто бы стало бледнее.

Я поставила кружку на стойку.

– Леди Изольда, – произнесла я ровно, с той же вежливой улыбкой хозяйки, что демонстрировала весь этот вечер, – дорога вероятно была долгой. Если вам угодно – у меня есть комната, где можно освежиться. И настойка от головной боли, если понадобится. Я немного разбираюсь в травах, а местные подсказали отличные рецепты.

В мужской беседе образовалась короткая пауза. Азарель чуть повернул голову в мою сторону – быстро, сощурив свои ярко-голубые глаза, будто хищник. В его взгляде мелькнуло что-то острое: он не ожидал от меня ничего из происходящего сейчас и очевидно пытался понять, что за всем этим стоит.

Изольда подняла на меня глаза. Секунду смотрела – и едва заметно кивнула.

– Благодарю, – произнесла она ровно. – Пожалуй я и правда немного утомлена перелетом.

Азарель уже открыл рот – я точно знала, что он собирался возразить, но не успел.

– Действительно, лорд Дуат, – Каэль не повысил голоса, просто произнес это так, будто бы эта мысль должна была и раньше прийти им в головы, – леди Изольда все же редко путешествует воздухом. Дадим ей несколько минут покоя, наши с вами разговоры еще успеют наскучить дамам.

Это было сказано с совершенно добродушным видом. Именно поэтому возразить было решительно невозможно.

Азарель посмотрел на принца. Потом на меня. Потом – на жену. Улыбнулся почти ласково, но по кусочкам пробуждающаяся память подсказывала мне – такие улыбки самые опасные.

– Конечно, – сказал он с той же наигранной заботой. – Береги себя, дорогая. И возвращайся.

Я провела Изольду через узкий коридор за стойкой – туда, где у меня была маленькая комната с единственным окном, выходящим в сад. Рабочая, не слишком подходящая для встречи благородных гостей: полки с пучками трав вдоль стен, стол с парой табуретов, сундук у окна. Пахло полынью, мятой и воском от единственной свечи на столе, которую я зажгла как только дверь за нами закрылась.

Изольда дошла до ближайшего табурета – и опустилась на него. Не села так же изящно, как до этого в общем зале, а с очевидно бросающимся в глаза облегчением.

Она сидела, опустив плечи, и молчала несколько секунд, прижав затянутые в тонкий шелк пальцы к вискам.

Я не торопила, занятая поиском обещанной настойки. Небольшой темный флакон из тех, что я под присмотром Вэрры закупорила лично пару недель назад – настойка на ивовой коре и душице, проверенная местными и уже не раз мною в особо напряженные дни. Налила в кружку чистой воды и добавила нужное количество снадобья, поставила перед ней на стол и все так же молча опустилась на второй табурет.

Изольда посмотрела на кружку. Потом – на меня. Взгляд ее был усталым и внимательным. Она протянула руку, взяла кружку – и я увидела, как пальцы ее едва заметно скользнули по поверхности с быстрой вспышкой. Снова проверяла магией. Я лишь улыбнулась самыми уголками губ и не стала комментировать. Я бы тоже не слишком доверяла себе на месте женщины, что вышла замуж за бросившего меня всего чуть больше месяца назад мужчину.

– Спасибо, – произнесла она наконец. Голос был тише, чем в зале, но будто бы тверже. Из него исчезли те мягкие интонации, что я слышала до этого. – Признаться, я не ожидала от тебя подобной... любезности.

– Я хозяйка таверны, а вы мои гости, – ответила я спокойно. – Гостям здесь рады. А все прошлые обиды я уже давно оставила в той, другой жизни. К тому же именно вы, леди Изольда, мне и вовсе не сделали ничего плохого.

Изольда хмыкнула недоверчиво и поднесла кружку ко рту. Рука в тонкой темной перчатке дрогнула – совсем чуть-чуть, едва уловимо. Я бы не заметила, если бы снова не смотрела столь пристально.

Что-то в ее лице изменилось – не сильно, но мне казалось я теперь могла различить некоторые из ее эмоций. Легкое напряжение вокруг глаз. Раздражение.

Все же сделав глоток, Изольда поставила кружку на стол. Помолчала, в ответ рассматривая меня. Ее взгляд вновь скользнул к все еще мерцающему перстню и она снова слегка поморщилась.

Потом медленно, с демонстративным спокойствием, начала стягивать перчатку с правой руки.

Я слегка дернула бровями, скорее удивленная и немного встревоженная. Предчувствие, мучавшее меня весь день вовсе никуда не исчезло. От того как пройдет сейчас наш разговор с Изольдой будет зависеть какие действия предпримет Каэль.

Перчатка легла на стол, а Изольда положила руку рядом – расслабленно, но взгляд ее был до того острым, что мне стало не по себе. Особенно, когда я увидела, что женщина скрывала под тканью.

На безымянном пальце правой руки не было обручального кольца. Зато был ожог.

Уже подживший по краям, но в центре все еще воспаленный, красный, с характерным узором, который я не спутала бы ни с чем. Точная копия дракона с перстня, что сейчас был надет на мне.

Рубиновый свет стал на долю секунды ярче, а я испуганно отдернула руку под стол, когда в то же мгновение Изольда чуть прикрыла глаза. Плохо скрытая гримаса – быстрая, снова исчезнувшая всего за пару секунд.

– Он пытался призвать перстень, но тот обжог меня прямо у самого алтаря и тут же снова исчез. Когда твое кольцо начало светиться в зале, – произнесла она ровно, глядя на свою обнаженную ладонь, – стало хуже.

Я молча встала и подошла к одной из полок. Нашла небольшой глиняный горшочек с мазью, готовить которую меня научила Марта, после того как я обожглась на кухне. Поставила перед ней на стол рядом с кружкой.

– Это охладит на время. Помочь?

– Нет, – коротко мотнула она головой.

Но руку не убрала. После короткой паузы, за которую она видимо принимала для себя какое-то решение и не отрывала от меня взгляда, все же взяла горшочек. Открыла, нанесла мазь на палец – аккуратно, снова слегка морщась от прикосновения к воспаленной коже.

– Изольда, – сказала я, все же приняв решение и очень надеясь, что не ошиблась. – Он обещал тебе защиту и титул. Но пока перстень на моей руке – ты уязвима. Магия рода не признает тебя. Она наказывает тебя за попытку занять мое место. А императору известно обо всех схемах Азареля. Ну или по крайней мере ему известно достаточно, чтобы провести арест. Как только я избавлюсь от перстня – я дам показания. Если ты попытаешься увильнуть или все же вам удастся провести ритуал – тебя накажут за соучастие. Но Азарель не может разорвать связь без моего согласия, а я дам его только на своих условиях. – Я сделала паузу. – Ты для него временный щит. И он пожертвует тобой, не задумываясь.

Тишина казалась вязкой. Я чувствовала как отчаянно колотится мое сердце в ожидании ответа гостьи. Новой жены моего мужа. Пусть их брак и не был полностью подтвержден по всем законам магии драконов, они провели венчание и, как знать, не ошиблись ли мы с Каэлем в оценке ее роли в этом браке.

Изольда смотрела на свой палец. Потом медленно подняла взгляд на меня – и в нем было то, чего я в ней еще не видела. Не холод и вежливая учтивость. Живой, острый, почти обжигающий огонь.

– Азарель сказал, что ты глупая деревенская девка, – произнесла она тихо и отчетливо, а я поморщилась. – Сказал, что ты легко согласишься отдать артефакт. Что тебе здесь скучно, одиноко и страшно, и ты будешь рада избавиться от лишних проблем. – Она чуть наклонила голову. – Он уж точно не ожидал, что ты станешь сотрудничать с Тайной службой Императора. Ты – никто.

– Была никто, пока верила его словам, – сказала я. – Теперь же я сама себе хозяйка.

Изольда усмехнулась и вновь посмотрела на свой палец. Потом убрала руку со стола. Выпрямилась, возвращая себе образ идеальной аристократки. Я практически была уверена, что на долю секунд ее зрачки вытянулись, но больше ни в чем женщина напротив не проявила своих эмоций.

– Мне нужны гарантии, – произнесла она. – Что мое сотрудничество будет рассмотрено не как признание вины. Если я помогу Его Высочеству найти больше доказательств – мне и моей семье нужно полное помилование. – Пауза. – В конце концов, мой отец был лишь посредником для нужных знакомств. Он хотел объединить капиталы с родом Дуат и получать свою прибыль лишь после того, как я стану полноправной леди Дуат. А этого, как мы знаем, до сих пор так и не произошло.

Я кивнула.

– Я таких решений не принимаю. Но я уверена, что Его Высочество согласится на эти условия, если прямой связи и выгоды действительно не будет найдено. Все что нам сейчас нужно от вас – на несколько мгновений отвлечь все внимание лорда Дуата на себя, когда мы вернемся в зал.

Она снова взяла кружку. Отпила – рука в этот раз не дрогнула. Поставила и медленно принялась натягивать перчатку обратно.

– И еще, – произнесла Изольда тише. Совсем тихо. – У него с собой настой. Тень Дракона.

Я замерла.

– Он собирался дать тебе яд, если ты откажешься отдать кольцо добровольно. А возможно и в этом случае тоже, – она говорила ровно, почти без интонации, но все же избегала теперь встречаться со мной взглядом. – Одной капли достаточно, чтобы сердце остановилось. Выглядит как обычный обморок. – Короткая пауза. – Сосуд у него во внутреннем кармане.

Я смотрела на нее.

– Почему Вы решили предупредить меня? – спросила я и мне показалось, что в горле образовалась какая-то горечь. Страх.

Изольда закончила поправлять манжет рукава и все же подняла на меня взгляд.

– Потому что я изначально не слишком хотела принимать в этом участие, – сказала она просто. – У меня есть младшая сестра. Ей четырнадцать. Она не имеет к этому никакого отношения и мне совсем не хотелось бы, чтобы она считала свою сестру...

Изольда поджла губы, так и не договорив. Я кивнула, показывая, что поняла, о чем она. Но от одной мысли на что был готов Азарель, чтобы заполучить перстень к горлу подкатывала тошнота. Я не хотела умирать. Не после того, как получила второй шанс и смогла воспользоваться им сполна. Не после всех трудов, что я вложила в эту новую жизнь.

Я поднялась с места и убрала горшочек с мазью обратно ну полку, заметив, что пальцы слегка подрагивают. Переставила еще пару мелочей. Растерла между пальцев практически засохший листик мяты. Мне нужно было немного времени, чтобы вернуть себе спокойствие.

В зал мы вошли вместе.

Изольда шла чуть впереди – плечи расправлены, голова поднята, лицо снова непроницаемо. Маска безупречности вернулась на место так быстро и точно, словно ее никогда и не было в той маленькой комнате с полынью и свечой. Я почти позавидовала ее выдержке.

Каэль и Азарель сидели все на тех же местах. При нашем появление оба, будто бы почувствовав наше приближение заранее, обернулись. Мне казалось, что они сейчас все прочитают по моему лицу. И если с Каэлем такой исход был бы более чем удачным, показывать свои эмоции Азарелю не было никакого желания.

Изольда подошла к мужу – мягко, плавно, положила руку ему на плечо и чуть наклонилась к уху, закрывая обзор и скрывая меня. Что-то произнесла – тихо, я не расслышала, успев за это время послать принцу слегка натянутую улыбку и юркнув обратно в сторону кухни. Когда я вернулась с подносом, мне показалось, что взгляд Азареля потеплел – этот человек умел быть убедительным в нежности, я помнила.

Изольда уже снова заняла свое место за столом и на этот раз приняла участие в беседе с Каэлем. Потом она слегка сжала руку Азареля – будто бы случайно, совершенно естественно, и я, расставляя тарелки, заметила как он чуть прищурился. Его внимание целиком сосредоточилось на новой жене. Каэль же прожигал меня взглядом. Лишь когда я поставила перед ним и гостями по кружке чистой воды его плечи едва заметно расслабились. Это был один из оговоренных нами знаков.

Я вернулась за стойку.

Таша в своей бочке медленно выпрямилась, стряхнув с плеч капли воды. Я поймала ее взгляд и слегка шевельнула двумя пальцами.

Таша улыбнулась. Прикрыла глаза и тихо, почти неслышно, начала напевать. Это не было тем оглушающим свистом, что поразил всех зевак в ее первое утро в Вилке. Не похожа мелодия была и на ту, что она использовала против головорезов нанятых Гансом.

Медленный напев, с каким-то странным покачивающимся ритмом, похожим одновременно на колыбельную и на мерный плеск ручья. Звук, казалось, не рождался в горле русалки, он просто появлялся в воздухе, растворялся в нем, обволакивал зал мягко и неотвратимо, как туман.

Двое торговцев у стены незаметно расслабили плечи.

Азарель что-то говорил Изольде – увлеченно, вполголоса. Каэль, знавший о том, что произойдет совсем скоро, ненадолго отлучился и вернулся с уже заткнутыми плотными шариками воска ушами.

Я взяла тряпку и принялась протирать стойку – медленно, в такт набирающей силу мелодии.