Текст книги "Пляска Теней (СИ)"

Автор книги: Мария Филимонова (Крюкова)

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 12 страниц)

Эльза, да и никто из Теней, не знал назначения данного здания, вообще здесь побывали лишь однажды, чтобы составить план местности и сделать замеры. Вход в лабиринт, а за ним и в Зал Стражей, находился на другом конце Чаши. Иннар присмотрелся к письменам и не узнал их. Яуты охотились на территории многих рас, Хищники долгое время изучали народы, в том числе письменность, обычаи и уровень технологий. Перед тем как пойти на Охоту, науду всесторонне изучали найденный вид, и уже потом шли собирать трофеи. Танцор побывал на многих планетах, но он был уверен что этой письменности яуты не видели никогда. Попытавшись связаться с Кар’клеем, энергосистема противно запищала и выдала несколько символов на языке яутов. Зарычав, первый помощник отключил сигнал.

– Что случилось? – спросила Тень.

– Не могу связаться с остальными, это место глушит сигнал, – сказал охотник.

– Слушай, спасибо, что помог. У меня своя дорога – у тебя своя. Увидимся.

Только она хотела прыгнуть на первую плиту, как Танцор схватил её за локоть и дёрнул на себя, да так сильно, что чуть сустав не вывернул.

– Не так быстро! – прорычал он. – Мне бы очень хотелось узнать, что ты здесь забыла.

– Это моё дело.

Почувствовав ложь и лукавство, яут предупреждающе зарычал и прижал её к стене.

– Лучше говори правду, – прорычал тот.

– Стражи, – сказала она, запаниковав. Охотник так сильно вдавливал её в стену, что ещё чуть-чуть, и она услышит треск собственных рёбер. – Мне надо их разбудить. Если Чужие доберутся до нас, то эти создания – единственные, что сможет их остановить.

– А заодно и нас, – дополнил её мысли охотник.

– Да, – не стала отпираться Тень, поняв, что врать себе дороже.

Иннар так и знал, что здесь кроется какой-то подвох. Не могла она так просто сбежать, пойти одна рядом с гнездом Кайнде Амехда… Не всякий отряд уманов на такое решится. Он отпустил её и повернулся спиной, сжимая-разжимая кулаки. Эльза кожей почувствовала, как настроение Хищника начало меняться, оно переходило в ярость и гнев. Девушка запустила руку в карман и медленно достала оттуда шокер.

Разложилось копьё, но ударить он не успел, шоковая игла попала в спину, сковав все мышцы, и заставив яута забиться в судорогах. Этого заряда было недостаточно, чтобы лишить его сознания, но вывести из строя помогло. Тень исчезла и появилась впереди, она стала быстро перемещаться с плиты на плиту. Иннар выстрелил несколько раз из плазмопушки, но так и не смог попасть в цель. Потом она оказалась слишком далеко, чтобы навести прицел. Взревев, охотник бросился следом, намереваясь уже точно добыть череп.

Снова хрупкое стекло иллюзии разбилось об острые камни жестокой реальности. Чтобы не чувствовала твоя дичь, она всегда стремиться тебя уничтожить тем или иным способом, ей нельзя доверять, а особенно Пьюдо Амехда.

Эльза слышала его тяжёлую поступь и громкое рычание, он стремительно приближался. Чёрт, теперь у неё снова проблемы, уйти от него не получится, но теперь она хотя бы знала, что нельзя оставаться на прямой видимости, иначе он мигом её найдёт. Ей было невыносимо больно, что пришлось стрелять, но ещё больше хотелось жить. Сейчас нельзя было умирать, когда цель так близка. Осталось всего ничего, а потом – будь, что будет. К тому же как только всё закончится, как только завершится его миссия, они снова станут врагами: он – охотником, она – добычей. Этого было не изменить.

***

Воил и Корв’еин пробрались на завод по завалу, Жёсткое Мясо обработало своей слюной не всё здание, а лишь некоторые помещения, например цех, где и находилась Королева, но до него предстояло ещё добраться. Охотники не торопились, но и не медлили. Они понимали, что в любой момент сюда могут придти Оган-шит и Аунд-новинд, тогда конкуренция возрастёт ещё больше.

В здании гремели различные механизмы и турбины. Операторские, где должны были находиться диспетчера, были пусты, а панели управления перемигивались работающими кнопками и включёнными мониторами. Бесконечные пролёты лестниц, неработающие лифты, длинные коридоры и проржавевший пол создавали картину полного опустошения. Из разорванных коммуникаций валил пар, вода, сыпались икры из повреждённых проводов, мигали лампы, которые ещё были в состоянии гореть.

Цех был самым огромным помещением этого комплекса, и туда можно было добраться откуда угодно. Боль приказал Бродяге идти на верхний этаж, а сам пошёл внизу.

Вскоре показались обработанные те’дки ходы. Охотник разложил копьё и пошел вперёд, осматриваясь и не спеша. Он прекрасно знал, что ксеноморфов можно было просто не заметить, когда те сидели на стенах. Температура окружающей среды повышалась, значит, он шёл в правильном направлении, ведь твари могли спокойно заделать своей слюной одни коридоры и сделать другие. Вскоре показалась кладка, Воил притормозил, чтобы лицехваты не учуяли появления живого существа. Оглядевшись, Боль понял, что обойти её не получится, поэтому достал сирюкен. Гранат, уничтожающих яйца, у него было всего две и их не хватит, чтобы разрушить все яйца. Ксеноморфы отреагировали сразу, как только услышали шелест металла, стены зашевелились, раздалось грозное шипение. Они уже хотели броситься на воина всем скопом, но сверху полетели плазменные залпы. Корв’еин шёл практически след в след с Окровавленным, и вышел к этому месту практически одновременно с ним. Жёсткое Мясо не стало заделывать проход наверх, поэтому Бродяга смог отвлечь часть тварей на себя.

Боль пустил сирюкен в скопление яиц, поскольку те всё-таки начали раскрываться. Успевших вылезти лицехватов разрывало на части, а яйца резало на куски. Солдаты бросились на Воила и Корв’еина всем скопом. Им прошлось, в буквальном смысле, прорубать себе дорогу к входу. Лился твей, верещали кайнде, рычали охотники, получавшие удары когтями по телу. Кислота заливала абсолютно всё, разъедая и без того хлипкие конструкции завода. Сирюкены летали, из ран ксеноморфов лилась их коричневая кровь, несколько новых ожогов появились на руках Корв’еина, отчего он заорал, но пустился в бой с ещё большим азартом. Но тут жало хвоста пробило ему бок, но яут смог убить Чужого, который пронзил его тело.

Становилось слишком трудно. Взгляд Воила тут упал на какие-то проржавевшие бочки, увеличив изображение, он увидел полуистлевшую надпись. Система распознавания символов тут же перевела текст: «Горючее».

– Корв’еин уходи в коридор! – приказал Воил и сам бросился к выходу, расталкивая ксеноморфов. Уже у самого коридора плазмомёт развернулся, и снаряд полетел прямо в эти бочки. Прогремел оглушительный взрыв, яута опрокинуло, и тот полетел пару метров вперёд, ударившись головой в стену, тем самым проломив её. Спину лизнул огонь и тут же ушёл не оставив о себе напоминания. В кладке взрывались оставшиеся яйца, разлетелись на кусочки ближайшие ксеноморфы. Лицехваты не терпели огня и были к нему слишком уязвимы. Воил встряхнулся и встал, какое-то время он вслушивался в шипение и крики боли Чужих, а затем связался с Бродягой.

Молодой воин был жив, он успел покинуть помещение до того, как прогремел взрыв. Так же обрушилась часть стены и потолок, сейчас Корв’еин остановился, чтобы вылечить раны, ожоги и разорванный бок требовали немедленной помощи.

Боль пошёл дальше, юнец его нагонит. Тут Окровавленный увидел покореженную и изломанную дверь, она была вся распорота когтями, причём достаточно крупными. Воил вышел чуть вперёд и увидел огромное помещение, гремели механизмы, закладывая уши и для умана здесь было бы невыносимо жарко. Но до цели он всё-таки добрался, хотя как сказать…

Да, это было помещение цеха, да яйцеклад был здесь, но вот Королева… Её Боль не видел, никаких повреждений стен, дверей или потолка он не заметил, значит, Матриарх всё ещё находилась в этом помещении, но где? Такая огромная тварь не могла спрятаться в ближайшей щели.

Она спрыгнула сверху, едва не придавив ногами охотника. Воилу пришлось отбежать назад. Королева уже давно ждала их, она учуяла запах охотников ещё когда те подошли к кладке и не стала медлить. Она должна была их уничтожить, пока не превратилась в их пленницу навеки.

Сверху полетел сирюкен, Матка сделала шаг назад и вместо шеи, диск перерубил две маленькие передние лапы. Она пронзительно закричала, Воил бросился в атаку.

***

Лина и Харон долго блуждали по лабиринту, стараясь найти выход. Примерная карта этих запутанных коридоров у них имелась, встроили в карманные компьютеры на случай, если Эльза всё-таки доберётся сюда. Но проблема была в том, что коридоры в карте и коридоры, по которым шли Тени, решительно не совпадали. На карте показан поворот, а на деле – упираются в тупик. Длинный прямой коридор оказывается зигзагообразным ходом. В общем, они поняли, что нужно ставить метки, иначе риск пропасть здесь будет очень большой. К тому же кристаллическо-ламповый потолок здесь давал меньше света, и в сооружении царила полутьма, близкая к кромешной темноте, нежели к свету.

Стоило им завернуть за очередной поворот, как раздались выстрелы и душераздирающий рёв. Акустика в лабиринте была отменной, казалось, что усиливался каждый маломальский шорох. Наверное, здесь вообще невозможно было пройти бесшумно.

– Похоже, мы заблудились, – сказала женщина, указав на метку, оставленную ими не так давно. – Мы здесь уже были.

– Да, но тогда же это был прямой коридор, а теперь – тупик, – возразил офицер.

– А ты уверен?

– Мы же ставили метки на ходах, а значит, здесь мы прошли, но теперь тут стена… Ничего не понимаю…

Лина покачала головой и посмотрела дальше, мелькнула чёрная тень, послышались шаги и раздался звук развевающийся ткани.

– Ты это слышал? – спросила она у мужчины.

– Да, – ответил он, покрепче перехватывая рукоять винтовки. – Пошли.

Они двинулись в ту сторону, где Лине почудилось движение, хотя женщина втайне надеялась, что ей это всего лишь показалась. Ибо она знала, кто может так играть в столь неприветливых и запутанных ходах.

Завернув за угол, они никого не обнаружили, коридор уходил в разные стороны: направо и налево.

– Куда пойдём? – спросила женщина.

– Туда, куда пошла твоя тень, – отшутился офицер.

– Это не смешно, Харон! – уперла руки в бока советница, и тут же эхо разнесло её возмущённую тираду по всему лабиринту. – Он же может просто играть с нами!

– Если он куда-то нас ведёт, значит, это ему для чего-то нужно, – резонно заметил мужчина. – И потом, если он так спокойно прошёл мимо нас и показался, значит, знает это место. Лучше уж будет идти за ним следом. Авось, куда-нибудь да выведет нас.

Офицер пошёл направо, куда указала Лина, Тень боролась с приступом паники. Она очень боялась, что её догадки подтвердятся, ведь если то о чём она думала – правда, то им всем не поздоровится.

– Ты идёшь? – послышался возмущённый голос Харона.

Женщина бросилась вслед за собратом, опасаясь потерять его из виду. Ещё один раз, одна в лабиринте, она просто не выдержит, сломается окончательно и сойдёт с ума. За спиной женщины медленно выросла стена, появившись из земли и перегородив путь назад.

Дальше путь шёл прямо, никуда не сворачивая, Тени дойдут до цели. Осталось только привести остальных.

Пилот шаттла спрятался неподалёку, а прошедшие мимо путники даже не заметили его. Он позволил себе чуть выглянуть из-за угла, оставаясь в кромешной темноте и посмотреть вслед уходящим. Женщина почувствовала на себе пронзающий взгляд и резко обернулась, уставившись в чернильно-чёрную темноту поворота. Знакомое сковывающее чувство ужаса поднялось откуда-то из глубины, она знала, что может скрываться в этой тьме. Чудовище, по сравнению с которым ксеноморфы – жалкие букашки.

– Лина, – Харон положил руку ей на плечо. – В чём дело?

– Ничего, – тут же отмахнулась она. – Просто показалось.

Они ушли, а пилот скрылся в другом коридоре, стена словно растворилась перед ним, пропуская. Ему надо было созвать сюда ещё двух участников. От ненужных он потом избавиться.

***

Девушка бежала первое время не разбирая дороги, но, по счастью, она не попала ни в один тупик, но потом встала другая проблема. Она совершенно не понимала, где находится, куда идти, и ещё надо было постараться не столкнуться нос к носу с разгневанным охотником, который готов, в буквальном смысле, спустить с неё шкуру.

Кинувшись наугад в первый попавшийся проход, она не прогадала. Коридор петлял, как убегающий от волка заяц, уводил всё дальше, и тут Тень заметила на стене метку. Обычный чёрный круг, нарисованный, скорее всего, лазерным или плазменным резаком. Эльза коснулась выжженного рисунка. Дотронувшись до краёв, девушка прищурилась. Под пальцами ощущалось что-то непонятное, материал точно не был камнем. Не было острой грани, характерной для проплавки бетона, а поверхность внутри казалось гладкой и на пальцах не осталось следов копоти. Неожиданно эта «рана» вдруг затянулась, сама собой. Поверхность поплыла и снова застыла. Девушка снова коснулась этого чуда – стена имела гладкую поверхность, под пальцами она чуть меняла очертания, но одновременно с этим, была дико холодной.

Решив, что разберётся с этим потом, она уже хотела идти дальше, но сзади неё поднялась стена, мигом перегородив проход. Девушка попыталась выстрелить пулей, крошка полетела в разные стороны, но потом эта уродливая отметина сама собой затянулась.

– Что за чертовщина? – спросила она саму себя.

Послышался рёв яута, и Эльза предпочла уйти отсюда подальше, его плазмомёт наверняка разнесёт стену, оставив только облака пыли. Коридор оказался очень длинным и постоянно петлял, поворачивая в противоположные направления. Завернув за очередной угол, она оказалась на перепутье – четыре коридора уводили совершенно в разные стороны и в который из них идти – непонятно.

Паника начала накатывать и поглощать разум, ей стало страшно. Куда бы Тень теперь не обернулась, все проходы казались ей одинаковыми и из какого она пришла и куда нужно идти, девушка понятия не имела. В голову ворвался голос, строгий и властный, он что-то шептал, Эльза даже не разбирала слов, просто схватилась за голову и попыталась отогнать его. Но чем больше она старалась, тем сильнее он вгрызался в её разум, доставая до самых глубоких воспоминаний, грубо продираясь сквозь эмоции, мысли. Это было невыносимо больно, вся её жизнь в эти секунды в буквальном смысле проносилась перед глазами.

Отпустило так же внезапно, как и проняло, но сейчас создавалось впечатление, что внутри оказалась абсолютная пустота. Подняв глаза, она увидела перед собой человека. Наведя на него пистолет, Эльза старалась сфокусировать зрение, чтобы хорошенько прицелиться, но фигура стояла в густой темноте, её было практически не различить, свет потолка был ничтожно мал, чтобы помочь Тени в этом нелёгком деле. Это, несомненно, был человек, но вот кто конкретно?

Лицо разглядеть не получалось, да как и его самого. Можно было увидеть лишь контуры фигуры – не больше. Тут он поманил её рукой и, развернувшись, зашагал прочь. Девушка поняла, что её приглашают, и осторожно последовала за ним. Несколько раз она пыталась догнать его, но после очередного поворота он стремительно разрывал расстояние. В конце концов, он исчез из виду, но это уже не имело значения. Перед Эльзой находился Зал Стражей.

Обрадованная, она побежала туда. Зал напоминал Чашу, лишь с тем отличием, что пол был целым, и от него тоже шло сияние непонятного стекла, а само помещения по размером сильно уступало арене, хотя и здесь можно было развернуться. В самом центре круглого зала находилась огромная серая колонна, она слабо светилась, будто отмеряла чьё-то биение сердца. Прямо перед ней находилась каменная плита на пьедестале, с вырезанным кругом по центру. Именно сюда и надо было поставить мини-генератор.

Воодушевлённая Эльза достала из сумки реактор и побежала к плите, но тут перед ногами чиркнула пуля.

– Стой на месте, иначе мне придётся стрелять, – услышала она знакомый голос.

Из-за колонны вышла Лина и Харон. Мужчина держал девушку на прицеле пистолета, мать же сжимала в руке шокер и осторожно подходила к дочери.

– Эльза, пожалуйста. Отдай его мне, – сказала советница, протягивая руку. – Не нужно этого делать.

Девушка кинула взгляд на Харона, который медленно убирал боевое оружие, похоже, они не намеревались убивать дезертира, но только не выпускали Тень из виду. Лина протянула руку и почти коснулась руки Эльзы, когда дочь отшатнулась и крикнула:

– Какого черта тут происходит?! Ты, которая вот уже двадцать лет не покидала окрестности баз, вдруг решила побежать за мной сюда. С чего вдруг такая забота?

– Эльза, послушай меня, – как можно миролюбивее произнесла женщина. – Я не желаю тебе зла, но Стражей… их не существует.

– Что? – не поняла девушка.

– Оглянись вокруг, ты хотя бы одного видишь? Хоть кого-нибудь? – поинтересовался уже Харон, сжимая в руке шокер.

Тень медленно оглядела помещение. Так и есть, ведь и вправду никого здесь не было, только эта большая колонна, издающая мерцающее сияние. А вокруг стены, испещрённые письменами, не более того.

– И что с того? Они могут прятаться в Чаше. Или же в какой-нибудь секретной комнате, – покачала головой Эльза.

– Генератор заставит заработать эту штуку,– указала Лина на колонну. – Но поверь, если её активировать, то ты подашь сигнал… Сигнал, который приведёт сюда нечто более страшное, чем ксеноморфы. Я это знаю… я видела одного из тех, кто сотворил эту колонну. Она не разбудит никаких Стражей.

– И ты молчала об этом столько лет? Для чего надо было разыгрывать спектакль в доме мэра? Или же у тебя помутился разум после похищения? – резко спросила Эльза.

Она видела, что подобные слова больно отзывались в душе матери, она старалась держать себя в руках, но глаза выдавали её. Лина понимала, что не сможет убедить дочь никакими методами, но ещё больше ей не хотелось стрелять в неё, пусть и из шокера.

– Я… я…

Лина не могла сказать дочери, что за раскрытие этой тайны ей обещали очень жёсткую кару. Даже через столько лет, когда понятно, что угрозы могли быть произнесены просто для острастки, женщина не могла пересилить себя. Она молчала, молчала потому что боялась того, кто может вернуться сюда и продолжить терзать её душу.

– Нужно уходить отсюда, поверь, ничего хорошо из твоей затеи не выйдет. Пожалуйста, активировав колонну, ты не спасешь нас, а приведёшь сюда ещё большую беду, – немного успокоившись, произнесла мать.

– Уходить? Ну, уж нет! Я не для того прошла через всё это, чтобы просто так сбежать. Миф эти Стражи или нет – сейчас и проверим! – резко вскрикнула девушка.

Мать преградила дорогу дочери, Харон поднял оружие, и в этот момент его грудь разорвало выстрелом из плазменной пушки. Охотник стоял на входе в помещение в активированном скрытии, но его можно было различить, пусть и с трудом.

Лина застыла, не в силах отвести глаз от этой фигуры, которая стала медленно приближаться. Заметив смятение матери, Эльза бросилась к плите и вставила туда мини-реактор. Тень заметила, что сотворила дочь слишком поздно, колонна была активирована. Тут её грубо отпихнули в сторону, она упала метрах в двух от того места, где только что стояла, и прокатилась по полу до самой стены.

Девушка развернулась, готовясь ускользнуть, но не вышло. Выскочили ки’чти-па, Тень исчезла, перемещаясь в бок, но столкнулась с яутом, сделавшим широкий шаг в сторону. От удара Тень упала на пол. Танцор наклонился к ней и занёс руку для удара, но не почувствовал никакого страха, только обречённость и покорность судьбе.

– Давай, бей! Ты ведь этого так хочешь, охотник! – злобно и с вызовом сказала она. – Ты убил моего друга, но знай… Против тебя, я ничего не имею. Я лишь хочу защитить своих собратьев, не более того. И теперь моя роль закончена.

Рука так и осталась занесённой, она говорила искренне, не лукавила и не увиливала, чтобы спасти свою жизнь. Она просто поняла, что смерть неизбежна и если уж умирать, то хотя бы надо быть честным с самой собой. Девушка и правда не испытывала к нему злобы или ненависти, да он убил Лейфа, его череп она давно приметила на поясе воина. Хищник едва не убил и её, но всё-таки какой-либо ненависти не было. Он выполнял свою задачу, он не обязан защищать её или спасать жизнь. Ведь нельзя винить солдата за то, что он выполнял приказ командования, нельзя винить хищника, который убивает лань, чтобы прокормиться. Даже ксеноморфов можно понять – они свирепые и агрессивные, убивают и похищают людей, чтобы размножиться, восстановиться – это их природа и ничего с этим поделать нельзя. Тени сражаются с ними лишь потому, что они угроза для всего живого. Будь они менее агрессивны, возможно, и им бы дали жить своей жизнью.

Наверное, осознание этого факта и не давало девушке испытать чувство ненависти ни к этим инопланетным пришельцам, ни к Чужим. Каждый из них выполнял свою роль в этом кровавом театре, и Эльза просто хотела до конца выполнить свою. И она выполнила, теперь, когда это случилось, было совершенно не страшно умирать. Её фигурке, в шахматной партии, пришло время покинуть доску.

Послышался рёв, Танцор поднял голову и увидел, что колонна начала разгораться изнутри, становясь абсолютно белой, а вот внутри неё сидело какое-то существо в позе эмбриона. Сначала Иннар подумал, что это Матка или преторианец, но когда оно начало двигаться и рвать оболочку, то показались очертания далеко не ксеноморфа.

Существо рвало когтями изнутри свою тюрьму и, в конце концов, смогло выбраться на свободу, сначала пролезла голова и передние лапы, а потом с усилием прошло и остальное тело. Эльза никогда не видела такого существа.

Оно чем-то напоминало Чужих, но очень отдалённо. Огромное, мускулистое с гладкой чёрной кожей, оно скорее походило на пантеру с планеты Земля, но лишь общим строением. Длинные крепкие лапы украшали большие когти способные раздробить камень. Морда вытянутая, длинная и широкая пасть имела ряд мелких, но, несомненно, острых зубов. На пол капнула слюна, обозначающая, что тварь явно была голодной. На обоих смотрели два больших желто-черных глаза, выражая интерес и жажду крови. Острые, но мелкие уши прижимались и разворачивались, будто кошачьи, а хвост стал бить по полу. Хотя скорее у этого создания было три тонких хвоста, сейчас извивающиеся в предвкушении, оглушительно щёлкая друг о друга.

Хищник же старался вспомнить, что это за создание. Он был уверен, что впервые его видит, но всё-таки похожее описание он находил в библиотеках и записях аттолов. Тут тварь начала светиться, да именно так: обозначился череп, кости, длинные хвосты загорелись красным. Вот теперь Танцор вспомнил, что это было за создание.

– Мурвин, – практически с благоговением произнёс у себя в голове яут.

Удивляться тому, что он нашёл живую особь, и она сейчас стояла пред ним, вполне боеспособная, не было времени. Огромная кошка зарычала так сильно, что сотряслись стены, охотник ответил ей, хотя его голос, по сравнению с голосом этой твари, был всего лишь детским лепетом. Ушли в пазы запястные лезвия, разложилась глефа.

Зверь бросился на охотника, тот пошёл в атаку. Эльза, благоразумно отбежала в сторону, понимая, что в этой битве ей нет места. Схоронившись у дальней стены, Тень стала наблюдать за ходом сражения.

Иннар практически ничего не знал о мурвинах, до яутов дошли лишь отрывистые сведения и легенды о Вождях, что шли против этих агрессивных созданий. Он знал лишь, что мурвина ни в коем случае нельзя атаковать в лоб, его кости были чрезвычайно прочным, чтобы пробить с первого раза череп.

Клацнули челюсти едва не сорвав голову Хищнику, охотник прокатился под брюхом животного и нанёс удар по задней ноге. Существо оказалось прытким, и лезвие смогло лишь оцарапать кожу. Один из хвостов ударил Иннара поперёк груди, заставив первого помощника Кар’клея отлететь на солидное расстояние. Танцор быстро встал и увидел, что нагрудник оказался рассечён пополам. Скинув с себя эту, ставшую бесполезной, часть орулака (амуниции), яут стал осторожно и медленно обходить тварь, смотрящую на него большими желтоватыми глазами. «Плети» светились и хлестали по полу, высекая искры.

«Теперь я понимаю, почему на вас охотились лишь Старейшины», – подумал про себя Танцор.

Задолго до Чужих, и ещё до того как раса науду стала выходить в космос, у охотников была священная добыча – мурвины. Свирепые и агрессивные создания, мстительные животные, которые запоминали своих обидчиков и могли потратить годы на выслеживание и убийство одно яута. Тогда, чтобы получить почёт и уважение, каждый охотник должен был убить мурвина, но, к сожалению, размножались они не в пример медленнее Кайнде Амехда. В итоге, чтобы хоть как-то сохранить популяцию этих существ, Старейшины сказали, что только они имеют право охотиться на этот вид. Но и это не спасло их от вымирания.

Науду стали отвоёвывать всё больше территорий, прогоняя свирепых созданий с их места обитания, или убивали из самообороны, поскольку эти звери не желали делиться своими территориями с кем-либо. В итоге мурвины не пережили этого, их стало настолько мало, и они оказались ничтожно слабы, чтобы продолжить свой род. Вид выродился, а затем и исчез с лица планеты.

Сейчас перед Иннаром, в буквальном смысле, стояла живая легенда, самый первый вид, который избрали Старейшины для своих Охот. Существо втянуло воздух и взревело, красный цвет ушёл, и тело стало светиться белыми искрами, словно, солнечными зайчиками. Это могло бы ввести яута в замешательство, но вот только он не использовал световой спектр.

Мурвин снова пошёл в атаку, на этот раз он намеревался подмять под себя охотника. Первый помощник Вождя ушёл в сторону и атаковал бок твари. Разрезав шкуру, лезвие быстро вышло из тела, оставив твееточащуюю рану на теле животного. На пол закапала зелёная кровь, точно такого же цвета, как и у яутов.

Ударила одна из плетей, подсекая ноги Танцора, тот упал и вынужден был откатиться в сторону, поскольку его чуть не сцапали челюсти твари. Но тяжёлая лапа придавила охотника, пригвоздив к полу.

Слюна, срывающаяся с пасти, капала не шею и маску, охотник мотнул головой, попытался выбраться, но без толку. Конечность крепко зафиксировала охотника, и выбраться не получалось.

– Эй! – послышался крик.

Тварь подняла голову и тут же дернулась назад, пронзительно завизжала. Иннар смог освободиться из ослабевшей хватки и вскочил. Он увидел, что случилось, когда тварь бросилась к стене, где стояла уманка. Девушка кинула метательные лезвия и попала зверю прямо в глаза, лишив зрения, но только нюх у этого существа был не менее хорош.

Тень старалась перемещаться так быстро, как только могла, мстительное животное пыталась задеть когтями или поймать челюстями обидчицу, но не получалось. Зелёная кровь хлестала из глубокой раны на боку и пустых глазниц, но вот только обозлённое и полное ярости существо не замечало слабости и боли.

Свистнул сирюкен, задев загривок зверя диск вернулся к хозяину, переключив внимание мурвина на охотника. Яут убрал глефу и достал копье, здесь нужен один точный удар, секущими лезвиями его не нанесёшь. Зарычав, тварь бросилась к Хищнику, который тут же подпрыгнул вверх, а затем двумя руками сжал рукоять копья у себя над головой и, когда приземлился на спину мурвина, нанёс удар прямо в позвоночник.

Послышался оглушительный треск, наконечник комбо-шеста вошёл глубоко, пробив кости противника. Мурвин заверещал и упал на бок, парализованный, но всё ещё живой. Охотник спрыгнул со зверя, опасаясь, что тяжёлая туша придавит его.

Подойдя к морде поверженного, Иннар удовлетворённо застрекотал и защёлкал жвалами. Эта кошка была очень живуча и голова её, наверняка будет цениться. Издав последний раздосадованный вой, мурвин испустил дух.

Эльза осторожно подошла к яуту и дотронулась до его руки. Он повернулся к ней, вопросительно склонив голову.

– Прости, я не знала, что будет на самом деле, – извинилась она.

Тень и правда не подозревала, что вместо этих мифических Стражей здесь окажется свирепое создание из легенд науду.

– Спасибо, что спасла мне жизнь, – поблагодарил он и тут же добавил. – Хотя сделала ты это из чувства самосохранения.

– Не буду отрицать, – улыбнулась ему девушка.

Да, увидев, как мурвин прижал яута к полу, Эльза вдруг чётко осознала, что если охотник проиграет, то ей не жить. Поэтому и решилась на столь отчаянный шаг, хотя он того стоил. И потом, ей не хотелось, чтобы Хищник умер. По крайней мере, не здесь и не так.

Уловив радость и спокойствие, идущие от уманки, Иннар прикрыл глаза и погрузился в эти эмоции. Забывшись на несколько секунд, а потом услышал панический голос:

– Мама! – кричала Эльза и металась по залу. – Мама!

– Что такое? – не понял сначала яут, а потом увидел, что в зале не хватает ещё одно действующего лица. – Та самка была твоей матерью?

– Да, но где она теперь?

– Во время битвы с мурвином, я её не видел, – задумался яут.

– Может она убежала в лабиринт?

– В любом случае, нам здесь делать больше нечего. Только одно «но»…

Он подошёл к телу зверя и разложил глефу, затем нанёс сильный удар по шее. Девушка удивилась, когда охотник взвалил себе на плечо увесистую голову убитого животного.

– Это у вас так принято? – с сомнением спросила она.

– Мурвин – ценный трофей. Последнего убили сотни лет назад, так что я не собираюсь оставлять его здесь, – заметил Иннар и пошёл на выход.

– Надеюсь только на то, что нам удастся выбраться отсюда, – сказала Эльза, следуя за Танцором.

Когда они ушли, к телу мурвина подошёл человек и склонился над ним.

– Ты молодец, не испугалась, – сказал он, глянув в сторону выхода. – Будем считать, что экзамен на стрессоустойчивость ты прошла. А с тобой Лина…

Он обернулся, из стены появилась женщина, она была скована органическим материалом, использовавшимся в этих постройках. Со стороны же создавалось впечатление, что тело будто вплавили в камень.

Когда начался бой, её вдруг что-то схватило поперёк груди и утащило. Всё это время стояла темнота, а потом, когда шум боя стих, она снова увидела свет. Перед ней стоял он, тот, кто похитил её восемьдесят лет назад. Женщина навсегда запомнила его, этот ледяной холод пронизывающий всё тело, когда он смотрел на неё. Навсегда в память въелась эта белая маска с двумя красными полосами, идущими через глаза. Лишь чёрный треугольник под правым глазом говорил о его статусе.

– Пожалуйста, – взмолилась Лина, попытавшись вырваться из захватов, хоть и знала, что это бесполезно. – Не трогай её!

– Ты нарушила обещание и запрет, – сказал он.

Из его ладони вышли три тонкие красные нити. Сердце застучало так быстро, что готово было разорваться в груди, живо всплыли воспоминания о том, что творил с ней этот человек. Хотя человеком этого монстра было назвать сложно.