Текст книги "Серебряная стрела для оборотня (СИ)"

Автор книги: Мария Ерова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 15 страниц)

Глава 6

– Стой! – повторил вышедший со стороны леса незнакомец, плотно закутанный в меховой плащ, и не спешащий раскрывать своего лица. – Я пришёл, чтобы выторговать у вас этого юнца – к чему вам его смерть? Возможно, мы сумеем договориться…

Зоси взглянула на того, чью жизнь чуть было так скоропалительно не отобрала, поймав ответный взгляд. Сейчас в нём не было той угнетающей обречённости, он был полон восставшей из пепла надежды. Парень заметно оживился, должно быть, узнав пришедшего.

– Кто ты такой? – нахмурился Палак.

Мужчина откинул капюшон, выставляя на показ своё лицо.

– Ты?!

Вождь даже побагровел от злости, ладони его сжались в кулаки.

– Да как ты посмел преступить черту моих владений?!

Возмущённый и боязливый ропот прокатился по присутствующим. Кажется, Зоси упустила из виду что-то очень важное… Её взгляд вернулся к пришедшему мужчине.

Он был молод, но не юн – лет на десять точно старше её. Светлые, характерные для всех северян волосы, были собраны в замысловатую косу, нижнюю часть лица скрывала аккуратная короткая борода. А в голубых глазах, напомнивших девушке весеннее солнечное небо, была твёрдость, но не было типичной для воинов злобы – он явно умел держать себя в руках, от него так и веяло достоинством и непоколебимостью.

– Зверолюд! – крикнул кто-то из толпы. – Смерть зверолюдам!

Но вождь вскинул вверх руку, призывая к молчанию.

Мужчина сделал шаг вперёд, чем вызвал очередные волнения среди людей. Толпа весте с тем, словно завороженная, отшагнула назад, словно это он своим действием в секунду подчинил их.

– Я пришёл с миром! – провозгласил он. – Один из моих людей по наивности своей угодил на вашу территорию. Он не желал никому из вас зла, но будет наказан за свою оплошность по законам стаи. Я готов заплатить за него достойный выкуп…

– Мне не нужны твои грязные дары! – сатанея, перебил его Палак. – Лучше убирайся восвояси, Волк, иначе окажешься на его месте!

Алзо нахмурился, но не сделал и шага назад.

– Зачем вам жизнь этого мальчишки? Отпусти его, и мы уйдём, не тронув никого из вас…

– Не слушай его, Палак! – вперёд выступил задира Латер, положив руку на эфес меча. – Смерть оборотню!

– Помолчи, Латер, – заткнул его отец Зоси. – Пока ещё я здесь распоряжаюсь. И я сказал: уходи. Пока я не передумал.

– Не лучше ли сразиться?! – кажется, Латер активно нарывался на стычку. Зоси же удостаивала его лишь малейшим вниманием, глаз не отрывая от зверолюда. – Он проник сюда незаконно! Это наши земли, и не одна тварь, подобная ему, не имеет права ступать сюда! Так накормим его серебром!

Народ радостно завопил, явно поддерживая такую идею, но пришедший и бровью не повёл – его выдержка была просто потрясающей.

– Тихо! – завопил Палак. – Ещё одно слово, Латер, и я прикажу отдубасить тебя как следует за неповиновение!

Тот, грозно сверкнув глазами напоследок, склонил голову и отступил на несколько шагов, раздражённо сопя ноздрями.

– Ну так что ты мне ответишь, вождь?..

Алзо ждал ответа, и как бы Палаку не хотел убить своего самого главного врага, разум взял верх.

– Сто овец и сто свиней. Сдюжишь, Алзо?

«Алзо»! – до Зоси, наконец, дошло, кто перед ними. Вожак стаи зверолюдов, один из самых сильных и смелых воинов той стороны. Однако ж девушка думала, что он старше.

В этом году скудный урожай обещал поселению людей голод. И если этот зверолюд согласиться отдать за волчонка такую цену, зима им будет обеспечена мясом.

– Согласен, – ни один мускул на лице Алзо не дрогнул.

Так значит вот как он ценил своих людей, своё племя…

Палак одобрительно хмыкнул, тоже оценив жест своего противника.

– Тогда – по рукам!

Зоси выдохнула, поняв, что убивать никого ей больше не предстоит. Да, она по-прежнему ненавидела зверолюдей, но только сейчас осознала, что одно дело сказать, другое – сделать. Может быть, в настоящем бою, ничто не сможет остановить её, но убивать беззащитного пленника было слишком. А расслабившись, она упустила критический момент…

Пленник вдруг вскрикнул, схватившись за горло, но в тот же миг тело его осело, а голова полетела вниз. Зоси затошнило, в ушах зашумело, и всё происходящее дальше было как во сне. Она увидела перед собой злорадное лицо Латера, а в его руках – окровавленный меч. Это он нанёс юноше удар, обезглавив его, ослушавшись прямого приказа Палака.

Стоило увидеть и его лицо, искажённое гневом и неприятием. А ещё лицо главного зверолюда, что, казалось, потерял дар речи, вначале замерев, а после бросившись к убитому, но был остановлен вождём людей.

Однако было понятно, что в этот момент Алзо просто обезумил. Убийство одного из его племени во время договора было таким нелепым, что любой на его месте потерял бы контроль. Наполовину трансформировавшись, он выхватил меч, и нанёс им удар Палаку – Зоси закричала, но не смогла и с места сдвинуться, парализованная ужасом от происходящего.

Она видела, как отец упал, закатив глаза, и как другие люди уже бегут ему на помощь, как Алзо сражается с ними, но будучи в невыгодном положении – один против множества, резво разворачивается, перекидываясь в волчье обличие, и удирает. Толпа ещё долго будет преследовать его, а она, едва справляясь с собственным телом, находит в себе силы подобраться к отцу.

– Папа! Папочка! – плачет она, словно в детстве, падая перед ним на колени, хватая его за руки, но он не отвечает, а лужа крови, появившаяся из-под его тела, не предвещает ничего хорошего…

– Будь ты проклят, Алзо-зверолюд! – кричит она в небо, теряя остатки чувств, тело наполняется непривычной слабостью, его начинает колотить и шум в ушах возрастает. – Я клянусь, что убью тебя! И вытру ноги о твою грязную шкуру! Клянусь, холдовское отродье! Клянусь!

Вспышка света подарила ей спасительный покой. Зоси упала ничком поперёк тела своего отца, не справившись с накалом эмоций.

Глава 7

Лес мелькал с обеих сторон бесконечной серой лентой, а он бежал на четырёх лапах, не ведая усталости, пока совсем не выдохся и не споткнулся на одном из каменных уступов вблизи гор. Люди преследовали его ещё долго, до самой границы, парочку пришлось даже убить, растерзав горло, что слегка охладило их пыл, ни нисколько не умалило его ярости от совершённого ими убийства Итори.

Момент его гибели так и застыл ярким пятном в его памяти, бельмом на глазу, и об этом ещё стоило сообщить его отцу и остальной стае. Должно быть, они уже почувствовали это, устремив лица к безжалостному небу, не способному ни утешить, ни усмирить их грохочущие сердца. Возможно, оно могло подарить лишь надежду на загробную жизнь, странствие в Вечном лесу заоблачного тумана, и лишь это помогало держаться на волнах жизни.

Тяжёлые облака собирались в мрачные тучи, обещая скорую сырость. Скорее всего, снег с дождём, мерзкое сочетание, но неизбежное в это время года. Алзо лежал на сыром снегу, не шевелясь, не желая двигаться дальше. Настоящая боль, вызванная смертью одного из его стаи, обрушилась только сейчас, и горечь наполнила его доверху. Конечно же, ему придётся рано или поздно подняться, ибо жизнь его ему не принадлежала, и он отвечал за всю свою стаю. И хотел он того или нет, нужно было возвращаться. Но и этот миг скорби нужно было пережить. В селение оборотней он вернулся только к вечеру. Стая ждала его, безмолвно и скорбно приветствуя своего лидера, этим людям ничего не нужно было объяснять, и, как он думал, они все давно почувствовали на ментальном уровне смерть сородича. Пригласив старейшин за собой в зал Совета – одну из самых просторных пещер, имевшихся в распоряжении стаи, Алзо долго молчал, собираясь с мыслями. Отец Итори тоже был здесь, старик словно постарел сразу лет на двадцать, но не проронил ни одной слезы с момента возвращения Алзо. «Ему недолго осталось» – глядя на него понял вожак стаи. Гимара тоже это знал, а потому был относительно спокоен. Решив оставить скорбь по земному, он готовился ко встрече со своими сыновьями.

– Сегодня не стало одного из нас, – его голос казался хриплым из-за долгого молчания. – Младшего сына старейшины Гимары. Вы все это знаете и все мы скорбим.

Он вновь замолчал, чувствуя, как слова застревают в горле.

– Люди не оставили нам выбора. Теперь ни одному из них не будет пощады. Мы будем поступать так же, как и они. Убивать так же, как и они… Я не вижу иного выбора! Да! В какой-то степени мы тоже люди, наша первая и главная ипостась не отличима от них. Но они нас таковыми не считают. Так покажем же им наше истинное лицо! То, какое они хотят видеть, сравнивая нас со зверями, распуская грязные слухи и лживые сказки! Я клянусь, что буду теперь жёстче к ним, людям, да не оставит нас дух великого воина-волка на выбранном пути!

Зверолюды одобрительно поддержали его, воздев вверх кулаки.

– Прости, Гимара, я не мог забрать с собой тело Итори, – обратился Алзо напрямую к старейшине. – Они бы всё равно не позволили мне это сделать. Но я ранил их вождя, надеюсь, смертельно, и твой сын отомщён! Ночью мы проводим его дух в заоблачный Лес, и все женщины оплачут его должным образом. А мужчины принесут клятву, что убьют по одному человеку из рода людского в знак отмщения за твоего сына. Это всё, что я могу на сегодня сделать ради памяти Итори и ради своей стаи…

Зверолюды поднялись со своих мест, совет на сегодня был окончен. Мужчины вышли из зала, задержался лишь старик Гимара. Он подошёл к вожаку и по-отечески положил руку ему на плечо.

– Алзо, я не хочу, чтобы ты винил себя в смерти моего сына, – сказал он, а внутри главного оборотня что-то вздрогнуло, вспыхнуло, задрожало. – К сожалению, это жизнь зверолюда, мы ещё никогда не обходились без потерь и знаем, что она, к сожалению, не последняя…

– Это я должен утешать тебя, Гимара, – произнёс Алзо, чувствую, как невидимые тиски сжимают горло. – Ты потерял сына, всех своих сыновей!..

Старик кивнул, соглашаясь. Но при этом настойчиво оставаясь на своём.

– Не вини себя. Ты – вожак. Твою боль стая ощущает всего сильнее…

Это тоже было правдой. И Алзо вынужден был согласиться.

– Спасибо, – кивнул он, ответно коснувшись плеча Гимары. – Стая всегда будет почитать тебя и твоих сыновей как настоящих воинов.

На это старейшина ничего не ответил, постаравшись выдавить из себя измученную улыбку. Он медленно направился к выходу, оставляя Алзо в полном одиночестве.

Нужно было возвращаться домой. Этот день длился уже слишком долго.

Глава 8

Зоси открыла глаза, разбудив себя собственным стоном. Может быть, это ей приснилось? Как в детстве, когда хворь валила её с ног, и мучали кошмары…

Лунья, древняя знахарка её селения, тут же поспешила к ней, и мягко положила ладонь на лоб. Морщинистое лицо её свисало вниз, а добрые, по-матерински заботливые глаза взгляда не отрывали от лица девушки, осматривая её визуально.

– Зоси…

– Отец! – перебила она, тут же вспомнив печальную истину. – Он… он…

– Жив, – старческий голос знахарки успокаивал не хуже мёда с кипятком. – Но очень плох. Он не приходит себя, но мы делаем всё возможное, чтобы Палак очнулся.

Зоси резко села на кровати, сжав руки в кулаки.

– Я убью этого зверолюда!

– Да поди ж ты! Отец не справился, куда тебе-то, тростинке! Наше женское дело…

– Я убью его! – повторила девушка уже с надрывом. – Он посмел ранить моего отца! Век не прощу!

Лунья, вздохнув, опустила глаза.

– Честно говоря, девочка, тот зверолюд предлагал честный обмен. И если бы сама знаешь кто, ничего бы не случилось. Зверолюды хищный народ, но слово держать умеют. Если уж сказали чего, то это исполнят. Тем более что этот зверолюд и вовсе не простой – вожак стаи. Для них их собратья – святое, не то, что для нас…

Зоси слушала дребезжащий голос старой знахарки и ушам не верила. Она что, правда защищала сейчас оборотней? Но… почему? Конечно, Зоси и сама понимала, что здесь в первую очередь виноватым был Латер. Не сунься он, то тот парнишка остался бы жив, а их селение обеспечено отменным мясом на долгую зиму. И чем больше она об этом думала, то больше начинала ненавидеть этого выскочку-южанина. Но чтобы вот так открыто защищать одного из зверолюдов… Хотя, Зоси понимала, что их народ не зря звался свободным, и каждый мог высказать вслух то, что держал на уме.

– Откуда ты это знаешь? – открытый взгляд девушки был нацелен на старуху с истинным интересом к её словам.

– Знаю, – поджала губы Лунья. – Я много чего повидала на своём веку, девочка, и не могу как прочие здесь ненавидеть зверолюдов. Один из них был тем, кого я любила когда-то. Да и по сей день…

Знахарка всхлипнула, и потянулась к глазам тыльной стороной ладони.

– Любила? – рот Зоси, кажется, потерял способность закрываться. – Но… Как можно любить – зверолюда?.. Они же… нелюди…

Последние слова Зоси произнесла почти шёпотом, интуитивно ощущая, что они могут обидеть пожилую женщину. Но та лишь широко улыбнулась сквозь слёзы доброй, искренней улыбкой.

– Ты ещё слишком молода, девочка, чтобы знать о любви хоть что-то, – добрая женщина провела по светлым спутанным волосам Зоси. – Я желаю тебе встретить свою настоящую любовь, и пусть это будет тот, кого ты сама захочешь любить, всем сердцем, не обращая внимания на то, что ждут от тебя другие. Запомни мои слова, девочка. Возможно, однажды и дряхлая старуха на что-то тебе сгодиться. Пускай даже на совет…

Зоси поднялась с лежанки, расправила одежду, попыталась пригладить волосы. Слова Луньи не выходили из её головы, не давали ей покоя, слишком уж впечатлительной она была. Но следовало навестить отца, возможно, её присутствие добавит ему сил, и он выкарабкается из лап смерти, что, наверняка, уже праздновала пир по этому поводу.

Знахарка не пыталась её остановить, Зоси не была ранена, хоть голова и трещала как трухлявый пень на солнце, но это было пережитком стресса, душевной раной, а их лекари это лечить не умели.

Подобрав оружие и другие вещи, что горкой лежали в углу лекарни, Зоси вдруг остановилась, вновь обратившись к старухе, всё это время провожавшей её взглядом.

– Что с ним стало? С твоим возлюбленным? – спросила она, уже зная ответ, вернее, не надеясь услышать иное.

– Его убили. Люди. – Просто пояснила она. – И нашего мальчика тоже, потому что он был «нечистым», полукровкой. Здесь такое не принимают…

Зоси почувствовала, что в ушах вновь зашумело. Только не обморок! Да что с ней такое твориться?

Лунья тут же бросилась ей на помощь, по-стариковски неуклюже, и всё же помогла вернуться на лежанку, чтобы усадить, не дав ей упасть.

– Ты вся побледнела! – беспокойно запричитала знахарка. – Голова закружилась?

– Я в порядке… – соврала Зоси. А у самой в голове не помещалась одна единственная фраза, произнесённая пожилой лекаркой. Что-то не укладывалось, не сходилось, не срасталось…

Но та сейчас больше волновалась за неё, чем за своё прошлое.

– Я пойду, – твёрдо сказала девушка, вновь поднимаясь. Нужно было брать себя в руки, а не распускать нюни.

– Отлежись… – робко посоветовала ей Лунья, но Зоси уже всё решила.

– Север не терпит слабаков, – произнесла она. И вышла прочь, в холодную начинающуюся зиму.

Глава 9

Зоси сидела и смотрела в одну точку на стене, даже не так, в пустое пространство перед собой, и ничего не хотела. Лицезрение тяжелораненого отца добавило дрожи её телу, и как она не пыталась с ней справиться, ничего не выходило. Он уже словно был мёртв, не двигался и не реагировал ни на что, а бледность его кожи отдавала синевой. И только едва вздымающаяся грудная клетка свидетельствовала о том, что вождь ещё жив. Это была слабая надежда, но она всё-таки имела место быть.

Возле него находилось несколько лекарей, в помещении, где лежал отец, было холодно, но ей сказали, что так было нужно. Зоси не спорила. Она ни черта не понимала в лекарском деле.

Поесть себя девушка так и не смогла заставить. Нужно было идти на тренировку, но и тут она не чувствовала, что хочет этого прямо сейчас. Она чувствовала слабость, словно гору взвалили ей на плечи, и она не может, не хочет ничего, кроме того, чтобы отец пришёл в себя.

А ещё она думала о том оборотне, что сумел нанести Палаку такую рану. Обычно отец был осторожен, но внезапное нападение Латера на пленника, должно быть, вызвало его растерянность. Конечно, если бы тот не ослушался, возможно, трагедии можно было бы избежать.

Лицо зверолюда так и стояло у неё перед глазами, подпитывая ненависть. Но сейчас Зоси уже сомневалась, кого ненавидит больше – оборотня, что ранил её отца или выскочку Латера, устроившего этот кошмар. Пожалуй, второго даже больше…

Услышав, как кто-то вошёл в её дом, девушка напряглась. Лёгок на помине! Лицемер и предатель…

Позвав её по имени и не дождавшись ответа, Латер вошёл в скромную комнату. Их народ жил просто, имея минимум самодельной мебели, кровати-тюфяки, стол и шкафы с глиняной и деревянной посудой. Никаких излишеств, да о них и думать не приходилось. Главное, чтобы была еда и тёплая одежда, остальное было не так уж и важно.

Зоси встретила его сердитым взглядом, по-прежнему не желая разговаривать. Мужчина осмотрелся, прислушался, нет ли в комнате и доме посторонних людей. А после, стерев с лица улыбку, нацепил на себя маску скорби.

– Мне очень жаль твоего отца, Зоси, – печально изрёк он. – Но это жизнь, тут мы не всё можем изменить…

– Иди к чёрту, Латер! – глаза девушки опасно блеснули. – Это ты виноват, что отца ранили! Если бы ты выполнил тот приказ…

– Так значит вот кого ты винишь в случившемся, – прищурился мужчина. – Меня! Но позволь разъяснить тебе некоторые моменты. Зверолюдам верить нельзя. Он всё равно бы обманул, при этом захватив с собой мальчишку. Я всего лишь уменьшил поголовье этих скотов, именующих себя хищниками! Твой отец слишком мягко хотел с ним поступить…

– Не смей ничего говорить про моего отца сейчас! – Зоси вскочила, сжав ладони в кулаки. – Ты ничего не знаешь! И не мог знать! Отец умнейший человек нашего племени! А ты всего лишь…

Она не договорила, понимая, что вот-вот перейдёт черту.

– Эй-ей, – Латер вдруг оказался рядом, облизав высохшие губы. Его ладони легли на её затылок, и даже горящий адским пламенем взор девушки не остановил его, как бы не пытался сжечь. – Я понимаю, сейчас ты нервничаешь, но не стоит так говорить со мной. Твой отец лежит при смерти, а на сегодняшнем собрании временной заменой вождя был выбран я…

– Что?! – Зоси не пыталась вырваться из его приставучих удерживающих её объятий, желая показать, что совсем не боится, хотя это было совсем не так. И только гнев придавал ей силы. – Наши старейшины совсем идиоты?! Выбрать тебя на место моего отца!

Латер очень внимательно посмотрел ей в глаза, и девушка не знала, чего ей сейчас ждать за такие слова – оплеухи или чего похуже.

Но смазливый мужчина лишь рассмеялся.

– Хорошего же ты мнения о своём будущем муже!

– Я не выйду за тебя, сказала же…

– Выйдешь, – Латер не переставал улыбаться. Кажется, ему даже доставляло удовольствие таким образом издеваться над ней. – Я успел поговорить с твоим отцом перед тем, как это случилось… И, знаешь, он был не против. Даже «за». Я устраиваю его в качестве зятя, так что готовься.

Он склонился совсем близко к её уху, коснувшись его кончиком языка и закатив глаза, как будто в предвкушении поедания лакомого блюда.

Зоси дёрнулась, пытаясь высвободиться из ненавистных объятий. Близость этого мужчины была ей противна до тошноты, и она представить не могла, что ей предстоит разделять с ним не только жилище, но и постель. Кроме мерзости от этих мыслей на ум ничего не приходило.

– И как ты это докажешь?!.. – зло бросила Зоси ему в лицо.

– У меня есть свидетели, – пожал плечами Латер. – Я же не дурак вести такие разговоры, не подготовившись. В жизни бывает всякое… И случившееся с твоим отцом живое тому подтверждение.

– Я спрошу у него, когда он очнётся!

– Золотце, – усмешка Латера сейчас была искренней и показывала его настоящее лицо – таким, каким оно было на самом деле. – С такими ранами, как у твоего отца, обычно не выживают. Прости, но это так…

– Заткни свою пасть и убирайся отсюда! – Зоси крепилась как могла, но слёзы-предатели уже заблестели на без того заплаканных глазах.

– Уйду, – Латер примирительно развёл руки в стороны. – Но на твоём месте я бы уже начал смиряться и привыкать. Одной тебе всё равно не выжить. А обещание, данное твоим отцом, даёт мне право взять тебя в жёны прямо сейчас. Но из-за уважения к Палаку, я подожду. Его выздоровления, или, скорее всего, его смерти. Так будет честнее, правда?

Зоси не ответила, отвернувшись и закрыв лицо ладонями. Слёзы душили, но показывать их этому человеку было ещё хуже. Она просто ждала, когда он, наконец-таки, уйдёт, чтобы вдоволь выплакаться, конечно же, в одиночестве.

Правильно говорят, беда не приходит одна. Зоси ощущала это сейчас на своей шкуре. Отчего-то она не верила этому мужчине, отец не мог с ней так поступить. Но она понимала и то, что её здесь вряд ли кто станет слушать, ведь она была просто юной девушкой, пусть и дочерью вождя. Последнее слово здесь всегда оставалось за мужчиной, особенно, если он сможет доказать, что она и впрямь была ему обещана…

Латер медлил, но всё же вскоре покинул её, решив, что на сегодня разговоров хватит. И она дала волю чувствам, залив слезами постель и подушку.