Текст книги "Серебряная стрела для оборотня (СИ)"

Автор книги: Мария Ерова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 15 страниц)

Глава 14

Осознание того, что он совершил, пришло позже. Тёплое, податливое тело в его руках, сочные, не знавшие настоящей любви, губы, что с такой доверчивость и страстью ответили на его прикосновения, разделили внезапно возникшее желание. Он плохо помнил, как это произошло, словно туман заволок его разум. Нет, он не собирался делать ничего плохого этой девушке, пользоваться её беззащитностью, но такого влечения он не испытывал давно, и, должно быть, это сыграло свою роль, соединив их тела этой ночью воедино.

Алзо поражался сам себе. Нет, никогда раньше он не позволял себе подобного, даже когда отношения с Юной зашли в тупик, практически сведя на нет их личную жизнь. Он был здоровым молодым мужчиной, но при виде других привлекательных женщин его стаи вожак напомнил себе, что женат, что его судьба переплетена с другой семейными узами, и как бы тяжело это не было принимать, он обязан был быть образцом для подражания. Хотя отсутствие детей в их паре открывали ему определённые возможности, не подлежащие осуждению – Алзо давно мог выбрать себе другую жену, но до сих пор не сделал этого. И теперь он отчётливо понимал почему.

Девушка, чьё имя он даже не знал, вновь уснула на его руках, насытившись бурной ночью, не просто согревшись – теперь её тело будто пылало огнём, но это был благодатный огонь страсти. Они были злейшими врагами, хотя она даже не подозревала об этом, но теперь Алзо и мысли не мог допустить, чтобы убить её. Она всё ещё вызывала в нём то самое сокровенное желание, привлекала его так, как не могла привлечь ни одна женщина его стаи. Было в ней нечто другое, необъяснимое словами, осязаемое лишь на уровне чувств. И, пожалуй, это было самым неправильным во всей этой ситуации.

Когда-то он думал, что любил Юну, но ошибся. Это было скорее увлечение красивой женщиной, позже нанёсшей удар ему в спину. Он верил, что это – истинная любовь, но даже в те годы Алзо никогда не испытывал к будущей жене такого влечения. Человеческая женщина открыла ему глаза, не прилагая к этому никаких усилий, показав, что такое настоящая страсть. А ведь глупышка была неопытна, но он видел в её глазах тот же огонь, что сверкал в его собственных. И боги уберегли его от того, чтобы взять её силой – она сама согласилась, и, возможно, позже пожалеет об этом. И даже захочет его убить, а потому следовало уйти раньше.

Конечно же, он и мысли не допускал, что она сумеет с ним справится, но Алзо не хотел причинять ей боли, какого-либо физического вреда. Стоило поскорее исчезнуть из её жизни, и поскорее о ней забыть…

Мысли об этом острым наконечником пронзили сердце, но это было единственно верным решением. Человеческая женщина и оборотень – ничего абсурднее представить себе было нельзя, и Алзо понимал это. А потому как можно аккуратнее опустил спящую девушку на пол пещеры, аккуратно подоткнув её же меховой плащ, чтобы той было теплее, и очень тихо покинул пещеру, стараясь не оборачиваться.

Но не смог. Вид спящей всё ещё манил его, напоминая о самой сладкой ночи в его жизни. Что-то внутри болезненно сжалось.

– Прощай. И будь счастлива, – прошептал он, выходя в холодный зимний рассвет, лес был смертельно спокоен после угомонившейся снежной бури, и теперь он мог беспрепятственно добраться до дома. Хотя идти туда совершенно не хотелось…

***

Зоси вздрогнула, просыпаясь. Всё та же пещера, тот же холодный пол, но теперь было светлее – на улице, пробиваясь сквозь мороз, сияло солнце. Значит, наступило утро. От стыда она закрыла лицо руками, вспомнив события прошлой ночи, и осмотрелась в поисках незнакомца, которому она подарила себя полностью, но его нигде не было. Значит, он ушёл. И это было к лучшему!

Стоило поскорее забыть о происшедшем…

Но мысли о ночи, проведённой с ним, из головы просто так уходить не хотели. И помимо стыда и естественной боли внизу живота, она ощущала всю ту сладость, что испытала с этим незнакомым мужчиной, и сказать, что сожалеет не могла. Да, она вот так просто рассталась со своей невинностью, но зато теперь могла быть полностью уверенна в том, что ей не придётся дарить её ненавистному Латеру, если он всё же сумеет до неё добраться. Что ж, ей предстояло сохранить теперь произошедшее в секрете, чтобы не быть опозоренной перед своим племенем, ведь это теперь могло стоить ей жизни…

Надо было поскорее убираться отсюда.

Собрав свои немногочисленные пожитки, она подошла к выходу из пещеры, но едва не врезалась в Латера. За его спиной стояли ещё несколько мужчин их племени.

– Зоси! – по его лицу девушка поняла, что тот уже и не мечтал увидеть её живой. – Ты не ранена?!

– Нет, – отчего-то смутившись, хриплым от долго молчания голосом, ответила та. – Я отстала от всех и заблудилась, когда началась снежная буря. А после наткнулась на эту пещеру… Что случилось?

– Зверолюды, – вид Латера был каким-то помятым, было видно, что ночь он точно не спал. – Они напали на нас этой ночью, в полнолуние их сила увеличивается в разы. Мы планировали вернуться до ночи, но снежная буря нарушила наши планы…

– Что?! – разозлилась Зоси. – Ты опять подставил всех нас?! Сколько людей погибло?

– Пока что мы нашли десять… Двое замёрзли, остальных растерзали оборотни, – Латеру было неприятно говорить это, а уж тем более отчитываться перед этой девчонкой, и всё же её вопрос нельзя было проигнорировать. – Боюсь, это не всё. Я боялся, что и ты тоже…

Его вымученный взгляд сейчас казался искренним, и Зоси, стиснув зубы, больше не стала обвинять его и пререкаться.

– Отправляйся домой, – вновь обратился к ней Латер. – Дери проводит тебя, а мы продолжим поиски…

Зоси кивнула. Пора было возвращаться домой и забыть эту ночь как сон, ведь ей не суждено было повториться. Но кожа вспыхивала при одном воспоминании о прикосновении крепких мужских рук, а его шёпот всё ещё звучал в ушах чудесной музыкой, и даже гибель её соплеменников не могла затмить собой тех чувств, что Зоси испытывала в тот момент.

Как жаль, что от них останутся лишь одни только воспоминания…

Глава 15

Стая уже ждала его. Оборотни были в сборе, довольные и сытые, хотя от звериного облика в них не осталось ничего, но Алзо чувствовал запах чужой крови, источаемый их телами. Великая Охота удалась на славу.

Его люди приветствовали своего вожака, и уже подготавливали пир, но Алзо ни есть, ни пить не хотелось. Он хотел побыть один, отвлечься, отдохнуть, но дела захватили с головой, заставляя вращаться в круговороте событий. Забота о стае, разрешение её проблем были его основополагающим занятием, и он вовсе не собирался от него отказываться. Но как только заканчивалось одно из дел, и голова освобождалась от прочих мыслей, на ум ему сразу же приходила незнакомка из пещеры, с которой он провёл лучшую ночь в своей жизни. И мурашки бежали по коже от одного только воспоминания о ней.

Так кто она такая?

Разве это было важно? Алзо тряс головой, пытаясь развеять её образ, и он, распадался туманом на тысячи брызг, и собирался вновь, не желая уходить насовсем. Её по-детски пухлые губы, нежная кожа, запах, свойственный только людям – всё это до сих пор было рядом с ним, в памяти и на ладонях, губах, укравших запретные поцелуи. Алзо знал, что, встретив её вновь волею богов, он вновь не сможет сдержаться – наверное, эта девочка была той, о которой он мечтал всю свою жизнь, даже будучи женатым человеком. Наверное, нужно было время, чтобы изгнать её образ из головы. А, может быть, даже это уже не поможет…

Благодарственные костры отпылали, и буйный пир с ритуальными плясками и весельем, посвящёнными Волкам-защитникам, отгремел на славу. Зверолюды разбрелись по своим домам, сытые и довольные, на ближайший месяц полные энергии под завязку. До следующего полнолуния теперь они принадлежали сами себе, и могли провести этот месяц как в человеческом обличии, так и по желанию обратившись в волка. И это тоже было поводом для радости.

Алзо лежал в своей постели, думая о превратностях судьбы и тщетности бытия. Сказать, что он был недоволен, было нельзя. Но для счастья ему всё же чего-то не хватало. Он видел, наблюдал, как другие семейные пары его стаи, взаимодействуют друг с другом. Как жёны услужливо слушают и во всём подчиняются своим мужчинам, а мужья порой не могут отвести влюблённого взгляда от своей половины. Почему ему так не повезло?

Да, жену он выбирал себе сам, но он, конечно, и не предполагал, что эта строптивица доставит ему столько проблем и неприятностей. И всё же именно Юна была его второй половиной. Может быть, попробовать начать всё сначала? А не думать о той человеческой девке, которую, скорее всего, он никогда в жизни уже не увидит…

Хмель ударил в голову, побуждая Алзо подняться с постели и отправиться в жилую половину, принадлежащую Юне. Женщина спала, тонко посапывая во сне, прикрывшись тонким одеялом, прорисовывавшим все контуры её изящного стройного тела, и вожаку было приятно за ней наблюдать. Однако он хотел испробовать большего.

Подойдя ближе, он опустился на край кровати своей супруги, невольно сравнивая ей с той, что всего за несколько мгновений смогла вызвать в нём такой ураган страсти. Да, Юна была красива, а та, другая, кажется, нисколько не уступала этой…

Опять эти мысли!

Кажется, он пришёл забыться, а не сравнивать…

Рука сама опустилась на грудь спящей женщины, слегка сжав её шикарную форму. И тут же в голову пришла очередная ночная сцена – грудь его внезапной любовницы помещалась в ладонь, и была подобна свежему нераспустившемуся бутону, и именно это воспоминание, а не прикосновение к собственной жене, вызвало очередной прилив возбуждения.

Нет, это было невыносимо!

– Алзо? – Юна распахнула глаза, вначале испуганно, затем, мгновенно оценив обстановку, на её губах появилась улыбка, а руку, лежащую на её груди, она накрыла своей ладонью.

Тот не отвечал, недо конца решив, хочет ли он находиться здесь, с этой женщиной.

По-кошачьи изящно, Юна потянулась ему на встречу, их губы встретились, объединившись в поцелуе, а затем и руки, и она уже забралась к нему на колени, обхватив бёдрами талию, но после остановилась, слегка отстранившись. Алзо непонимающе взглянул на супругу, но губы той уже изогнулись в кривую недовольную линию.

– Ты был с другой… – произнесла она, вытирая губы, словно они были сейчас испачканы поцелуями той, невидимой, что стояла сейчас между ними, и поспешно слезла с рук мужчины.

Алзо молчал, не соглашаясь и не отрицая. Да и зачем? Это было истинной правдой, хотя обсуждать это с Юной он не собирался.

– Кто она?! – он впервые видел жену такой, в её голосе прорезались истеричные ревнивые нотки. – Отвечай!

Вожак выдохнул.

– Это неважно. – всё же решил ответить он.

– Я убью её! – Юну затрясло в каком-то странном припадке. – Я клянусь, что убью её! Как она посмела встать между нами?! Как ты допустил это?!

Алзо взглянул на неё так, что пыл Юны немного поубавился. Ведь это она была причиной их размолвки. Не будь она так глупа в начале их брака, сейчас всё могло быть совсем по-другому. И Юна это тоже знала.

– Ты совсем не боишься меня потерять?.. – уже шёпотом произнесла она, надеясь, что вот сейчас он вздрогнет, и, может быть, на коленях будет вымаливать прощения и умолять её остаться.

Но Алзо, распрямившись во весь рост, направился к выходу, у которого, обернувшись, заявил:

– Тебя здесь никто не держит, Юна. Ты можешь уйти в любой момент…

Это были его последние слова, после чего женщина тоненько завыла, уткнувшись в подушку. После стольких лет она только сейчас поняла, какую ошибку совершила. Как мужа она потеряла Алзо уже давно. Но и другой он тоже не достанется!

Она сжала руки в кулаки, решив драться за него до конца. Осталось только выяснить, кто эта соперница и расправиться с ней самым жестоким образом, чтобы другим не повадно было!

– Я найду тебя, чего бы мне это не стоило! – прошептала она в пустоту. – И кем бы ты не была, я вырву твоё жалкое сердце!

Глава 16

Вернувшись, Зоси вначале не знала, куда себя деть, но совершенно не чувствовала утомления или, хотя бы, усталости. Она навестила отца, с которым за это время не произошло никаких изменений ни в одну сторону, затем вернулась домой, прибралась, приготовила себе скромную пищу. Есть не хотелось, ведь разум её сейчас был занят другим, и она не хотела отпускать, не хотела забывать всё то, что произошло с ней сегодня ночью.

Странное чувство поселилось в ней, и нет, она отчётливо понимала последствия, которым подвергла себя, но по-прежнему ни о чём не жалела. Ей хотелось лишь ещё хоть раз увидеть того мужчину, при свете дня, чтобы взглянуть ему в глаза, услышать его голос и, наверное, пожелать в жизни удачи. О том, чтобы провести с ним вместе всю оставшуюся жизнь, она и мечтать не могла, слишком уж сказочной казалась ей сама эта идея. Ведь между ними не было ничего общего, кроме той волшебной ночи, что они провели вдвоём в пещере. Но даже имени друг друга они не знали, а, значит, на этом можно было ставить точку.

Но сейчас она была словно наполнена изнутри счастьем, незнакомым ей до сих пор воодушевлением, и порхала как бабочка на весеннем лугу, сама не понимая, почему так ведёт себя.

Всё испортил Латер, явившийся ближе к ночи. Он был смертельно бледен и, кажется, уже пьян или просто устал от дневной вылазки в лес, собирая остатки племени, вверенного ему старейшинами, живых и мёртвых людей, что стали жертвами зверолюдов и снежной бури.

Зоси не хотелось с ним говорить, даже видеть не хотелось, но он по-хозяйски ввалился в дом и уселся за стол, молча уставившись на неё. Хорошо хоть, сразу с объятиями не полез, как в прошлые разы, но его молчаливое порицание во взгляде тоже напрягало девушку не мало.

– Что тебе ещё от меня нужно? – в этот раз Зоси решила огрызнуться первой, надеясь, что Латер уйдёт как можно скорее.

– Двадцать… Двадцать погибших наших в эту ночь, – со злостью сообщил он, глядя на девушку так, будто это она была виновата в смерти этих несчастных.

– Это печально, но… – Зоси искренне не понимала, чего сейчас добивался от неё мужчина. – Что мы можем изменить?

Латер мотнул головой. А после продолжил.

– Двадцать сильных, способных на всё мужчин замёрзли или были разорваны зверолюдами, Зоси. Скажи, как ты, хрупкая, не видавшая жизни девчонка, смогла выжить?

Казалось, его прямой взгляд чёрных, как самая тёмная ночь, глаз, налился кровью. Щёки девушки вспыхнули. Нет, он не мог знать правды! Но почему-то ей сейчас казалось, что он лезет прямиком в её мысли, копается в них, и видит насквозь то, что она так тщательно старается скрыть.

– Наверное, мне просто повезло, – стараясь казаться равнодушной, пожала она плечами.

Но тот не унимался.

– Да, но мне кажется, что-то здесь не чисто…

Он рванул к ней так быстро, что она и пискнуть не спела, как Латер схватил её за руки.

– Ты что-то скрываешь от меня, да, Зоси?!

Сердце девушки заколотилось ещё быстрее. Мало того, её сковал страх перед этим мужчиной, так ещё и врать, глядя в глаза, она попросту не умела.

– Отвечай! – рявкнул он так, что вздрогнула посуда на столе. – Я нутром чую, ты от меня что-то скрываешь!

Но Зоси уже почти взяла себя в руки.

– Что я могу скрывать, Латер?! Ты умом что ли повредился?!Или мечтал найти меня одной из тех, кто замёрз в ледяную бурю?! Этого ты хочешь на самом деле?!

Мужчина, сузив глазка, продолжал изучать её лицо.

– Что-то в тебе изменилось. Вот только не пойму, что… – произнёс он уже не так эмоционально. – Нет, я боялся найти тебя мёртвой в этом чёртовом лесу! Но зверолюды, они никого не щадят, понимаешь? С чего бы им оставлять тебя живой?

– Но я не видела там никаких зверолюдов!

Ответила Зоси, и осеклась, едва не выдав себя: страшная догадка коснулась её мыслей, от которых ей едва не стало плохо. Неужели тот мужчина, которому она отдала свою невинность… зверолюд?!

Нет, не может быть! Только ни это!

– Что такое? – Латер, всё это время пристально следивший за ней, тут же ухватился, заметив изменения на её лице.

– Нет, ничего… – рассеянно ответила Зоси. – Я не видела ни следов оборотней, ни слышала волчьего воя. Боги хранят меня. Должно быть, мой отец, находясь на священной грани, своими молитвами защитил меня, и мне удалось спастись от страшной участи своих соплеменников. Другого объяснения у меня нет, Латер…

– Твой отец, – задумчиво повторил тот. – Ну конечно…

Он поднялся, делая вид, что уходит, но сам вновь резко схватил её, чтобы грубо поцеловать, но, получив отпор, быстро отпустил, самодовольно хмыкнув.

– Не нужно ничего скрывать от меня, Зоси, – почти по-отечески напутствовал он её перед уходом. – Когда ты станешь моей женой, я смогу простить тебе многое, но только не ложь. Подумай об этом уже сейчас…

Дверь хлопнула, а Зоси опустилась медленно опустилась на стул, пытаясь осознать, что же она натворила. Действительно, подумать бы ей раньше, откуда ночью, в лесу взяться незнакомому мужчине? Ближайшая община людей находилась далеко от этого места, а, значит, скорее всего это был…

Нет! Нет, только не это…

Зоси до боли закусила губу, пытаясь успокоится. Кажется, в эту ночь она совершила самую огромную ошибку в своей жизни, за которую ей ещё только предстоит расплатиться в будущем.

Глава 17

Бледные и холодные, как глаза северян, звёзды снова мешали спать. А может быть это были его мысли, плывшие промеж редких облаков, не давая уснуть, заставляя каждую ночь уходить из дома, забираться на склон и наблюдать за ними – верными спутниками волков и одиночек. Бессонница стала его вторым именем, Алзо уже привык, что сон приходил к нему лишь перед рассветом, и он часто не высыпался, терял аппетит и злился, то ли на стаю, то ли на себя самого.

Забыть, забыть…

Она не выходила из головы ни на минуту. Секундное увлечение, приведшее к запретной физической любви между оборотнем и человеком, превратилось в нечто сродни навязчивой идее. Та белокурая девчонка так и стояла у него перед глазами, её пухлые губы, острый, как стрелы в её колчане, взгляд, юное, до него не знавшее настоящей любви тело…

Он вздрагивал каждый раз, когда вспоминал их взаимные прикосновения, нескромные объятия, говорившие всё за себя поцелуи. Но Алзо не мог понять, как могла возникнуть эта страсть, словно искра, высеченная из камня, превратившаяся в пожар, выжигающий его изнутри. Да! Он опять желал её, почти что бредил, изнемогая от воспоминаний, будивших аномальное желание.

Ведь она всего лишь была человеком, женщиной, хрупкой и не способной за себя постоять – какое у них могло быть будущее? Даже в мыслях – никакого.

Вот только он снова и снова возвращался в ту пещеру, всё ещё хранившую её скудный запах, оставшийся на полу, смешанный с его собственным, и это рвало сердце и выворачивало наизнанку душу. Сколько раз он мечтал застать её здесь, или представлял, что она приходит, но каждый раз его ждала лишь тишина и отчаяние. Он уходил ни с чем, чтобы вновь вернуться…

А ещё Алзо всё это держал в себе, даже не предполагая, что с кем-то можно было поделиться этими переживаниями. Он был вожаком, а значит, сильным и в то же время уязвимым, узнай кто о его выходке, достойной разве что мальчишки. А ведь он давно уже был мужчиной, и даже в мыслях не должен был такого допускать.

…Но серебряная стрела сорвалась с натянутой тетивы, угораздив ему в самое сердце. Самый благородный в мире яд сейчас терзал его изнутри, и лекарства, увы, этому не было…

Гостей он не ждал, да и видеть сейчас особо никого не хотелось. Но с Велтором они дружили с детства. Вернее, в детстве. Настоящую дружбу, как и настоящую любовь, нельзя было ничем искоренить. А если она всё же перестала существовать, пусть даже из-за женщины, то, значит, и не дружба это вовсе была. Но, конечно, надо было учесть и тот факт, что давнишние друзья мечтали каждый о том, чем владел его оппонент: Алзо сходил с ума по женщине, которая все глаза проглядела, глядя на Велтора; а Велтор всегда мечтал быть вожаком стаи, которым по праву крови стал Алзо.

Жизнь вообще оказалась непредсказуемой штукой, подбрасывающей множество испытаний их дружбе, и, кажется, ни одно эти двое так и не прошли.

– Не спится? – Велтор, не дожидаясь приглашения, уселся рядом, выпустив изо рта облачко пара. Морозы с каждым днём всё крепчали, обещая затяжную зиму без единой оттепели.

Но морозы были зверолюдам не страшны, вот людям стоило позаботиться заранее о таких холодах, ведь в суровые зимы им приходилось особенно туго. Однако, ведь как-то и они выживали столько лет подряд, а, значит, не так уж были и слабы.

Алзо качнул головой, словно намекая, что не расположен к разговору. Но Велтор всегда был таким непонятливым…

– Что ты хотел? – спросил тогда вожак, не слишком любезничая.

С тех самых пор, как Юна дала понять, кому на самом деле принадлежит её сердце, Алзо откровенно недолюбливал бывшего друга. И даже теперь, когда его привязанность к жене осталась в прошлом, былой дружбы было не вернуть – осадок-то на глубине души всё равно остался.

– Ничего. – Велтор, казалось, всё же что-то скрывал от него или просто боялся начать. Так на него похоже… – Тоже не спится.

Алзо не ответил. Пустота не смущала его, он вечно был один, даже в стае, и молчание было золотом в отличие от серебра, коим так любили угощать их люди, зная маленькую слабость великого народа.

Но Велтор не унимался.

– Знаешь, Алзо, – продолжил он свою полуночную философию. – Если бы тогда всё сложилось по-другому… Как бы было сейчас? Кем бы мы были? Ты же понимаешь, о чём я…

Вожак взглянул на мужчину, уяснив простую истину: он до сих пор был влюблён в его жену. Странно, но сейчас ничто не трогало его внутри от этой мысли, ни зависти, ни просто злости. Ничего… Ему даже стало жаль немного бывшего друга.

– Велтор… – покачал головой Алзо. Наверное, только сейчас он осознал боль такой любви, когда для него самого она оказалась невозможной. Велтору было ещё хуже – он видел Юну каждый день, видел с другим, предполагая, что они не в карты по ночам играют, и это всё не могло не точить его изнутри, как древоточцы уничтожают деревья, пробираясь под кору, делая так, что снаружи всё выглядело благопристойно, а вот внутри… – Хочешь, я прикажу ей жить с тобой?

Тот не понял, или понял, но не сразу принял смысл слов своего вожака.

– О чём ты?..

– Ты знаешь, – почти огрызнулся Алзо. – О Юне. Может, хватит уже прятаться по углам и заливать мою постель своими испражнениями? Забирай её, если хочешь. Я не против. Даже не так. Я только «за».

Какое-то время Велтор ошарашенно изучал его лицо, не веря своим ушам.

– Так ты знал…

То ли вопросил, то ли констатировал тот, и получив утвердительный ответ, стыдливо отвёл своё взгляд.

– Я виноват перед тобой, Алзо… Прости меня…

– Ну так что? – вожаку был неприятен этот разговор, но говорил он на полном серьёзе, желая как можно скорее его закончить. – Возьмёшь её себе? В стае я всё улажу…

Но Велтор покачал головой.

– Боюсь, Юна уже не согласится.

– Почему же? – нахмурился Алзо.

– За те годы, что вы прожили под одной крышей, она полюбила тебя. Не ты, а я стал для неё запасным вариантом, поэтому не мути воду понапрасну. Добровольно она тебя не оставит…

Этот разговор, обернувшейся полной откровенностью, ещё больше удручил молодого вожака. Домой он возвращался с тяжёлым сердцем. Увы, долгожданная любовь обернулась обузой, ведь после откровенного признания Велтора всё встало на свои места. Да, Юна изменяла ему всё это время, но и, как оказалось, сумела полюбить.

Вот только его сердце уже принадлежало другой, даже не подозревающей об этом, девушке. И надежды, что однажды они всё же смогут быть вместе, просто не было.