Текст книги "Серебряная стрела для оборотня (СИ)"

Автор книги: Мария Ерова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 15 страниц)

Глава 42

Всё случилось так, как лекарка и сказала. Нет, легче стало почти сразу, но страх того, что боль вернётся, ещё долго не покидал измученное физическим испытанием сознание Зоси. Она не спала, то и дело прислушиваясь к своему организму, но ощущала лишь отголоски прошедшей боли. А ещё её тяготил стыд, ведь ей впервые пришлось предстать в таком неприглядном виде перед чужим человеком, пусть даже и пожилой женщиной, зверолюдкой, что добра бы ей точно не желала, не будь здесь Алзо. Хорошо, что она хоть выпроводила его за дверь, и он не видел того, что она с ней вытворяла…

И всё же Зоси была ей благодарна. Никакой стыд не был сравним с той болью, что она испытала, а ведь это были ещё даже не роды. Что же ждёт её впереди? Задавая этот вопрос самой себе, Зоси покрывалась липким потом. Будет больно – в этом она не сомневалась. Но если эта боль будет хотя бы десятой долей той, что сегодня ей пришлось перенести, она не выживет. Зоси больше не сможет вынести этого…

Страх за своё будущее порождал злость. Во всех своих бедах Зоси начала винить Алзо, ведь это он был отцом её ребёнка! Мужчины и представить не могли, каково это – вынести подобную боль. И только женщинам была доступна истина настоящей цены материнства. Вот только девушка не хотела, не желала сейчас становиться матерью. И этот ребёнок только тяготил её, толкая на пропасть гибели. Его она ненавидела почти так же, как и Алзо.

«Никогда в жизни, больше ни один мужчина не коснётся меня» – утешала она сама себя, лёжа в обнимку с подушкой. Сейчас её удивляло, как другие женщины были способны вынашивать и рожать нескольких детей, ведь в её селении были и такие, у кого было по пять-шесть ребятишек в доме, но ни одна из них не жаловалась.

Возможно, правда, всё дело было в том, что её ребёнок наполовину был зверолюдом. Да и знахарка что-то говорила про это Алзо – плод был слишком крупным для её хрупкого тела. Переживёт ли она эту беременность – было под большим вопросом.

Иногда она тайком смотрела на Алзо – он не уходил, ни на секунду не оставляя её в одиночестве. Злилась, понимая, что он искренне беспокоится, ловя каждое её движение, боясь изменения состояния в худшую сторону. Сам наделал дел, а теперь беспокоится… Лучше бы он сожрал её там, в той пещере, а не утешал сладкими речами и кое чем более интимным. Сейчас бы ей не о чем было уже беспокоиться, сейчас бы её уже попросту не было…

– Прости меня, – прошептал он, словно прочёл её мысли в эту самую секунду.

А что, если зверолюды и впрямь могли читать мысли?! Зоси с опаской взглянула на вожака, тут же отогнав эту идею, способную стать навязчивой. Он смотрел ей в душу, но при этом утопал в болоте собственных переживаний. Она это чувствовала, но не могла объяснить как…

– Зверолюды убили мою мать, – произнесла она, и собственный голос, надорванный, сухой, показался ей сейчас чужим. – Я была совсем ребёнком, когда это случилось. Они перегрызли ей горло, разодрав тело, и, если бы отец не отбил хотя бы то, что от неё осталось, нам даже сжигать было бы нечего… Кажется, я повторяю её судьбу. Зверолюд убьёт и меня. Вернее, уже убил, заселив своё семя в моё чрево…

То, что она начала говорить, было хорошим знаком. Но то, что Алзо услышал в этих словах…

Он не стал торопиться с ответом, тщательно подбирая слова.

– Мою мать убили люди, – Алзо не отвернулся, чтобы спрятать боль, он так же решил поделиться ей с Зоси. – Мне было четыре года, когда она попала в ловушку, установленную людьми из ближайшего поселения. Сама она в тот день не охотилась, будучи на сносях моим братом, которому так и не суждено было родиться. Она разыскивала отца, не зная, что ему и его людям пришлось в тот день охотитсья в другом месте, но, поддавшись чувствам, она отправилась на его поиски.

И знаешь, что сделали люди, поймав её?..

Зоси, внимательно слушая рассказ Алзо, непроизвольно качнула головой.

– Они раздели её догола, привязав к такому же, как у вас, позорному столбу, после чего всю истыкали копьями и стрелами, упражняясь в стрельбе из лука. Они даже устроили что-то вроде поединка – кто самый меткий попадёт в пупок беременной самки зверолюда, чтобы первым прикончить «чудовище», росшее у неё внутри…

При последних его словах Зоси вскрикнула, тут же зажав рот рукой. Но её глаза, моментально наполнившиеся слезами, выдали её с потрохами.

Однако Алзо продолжил.

– Она прожила около суток, пока не истекла кровью.

– Прекрати… – девушка разрыдалась, наверняка примерив ситуацию на себя.

Алзо согласно кивнул.

– Я уверен, Зоси, и у тебя, и у меня в запасе не один десяток таких историй, что заставляют кровь стыть, а сердце биться в приступе бессильной ярости. Но, ты должна понять, что всё это – прошлое, пусть и имеющее к нам прямое отношение. Однако, держась за него, мы никогда не построим крепкого и надёжного настоящего, а уж тем более будущего для наших народов. Если мы не отпустим прошлое и не простим друг другу всё, что с нами когда-то произошло, то так и останемся врагами, бездумно проливающими кровь друг друга…

– А ты что, хочешь, чтобы всё изменилось? – настороженно спросила Зоси, не веря своим ушам. – Хочешь, чтобы наши народы перестали враждовать?

Алзо кивнул.

– Да, и наш сын будет первым шагом навстречу этому. И я сделаю всё, чтобы он родился…

Зоси не ответила, отвернувшись. Ей было нужно ещё слишком много осмыслить, но она уже была вымотана – и морально, и физически. Алзо тоже замолчал, возвращаясь в омут собственных мыслей.

На сегодня, кажется, обоим было уже достаточно.

Глава 43

На следующий день, проснувшись, Зоси не застала Алзо в доме. Тревога, тут же вспыхнувшая в груди, будто предательство, обожгла душу. С чего ей вообще о нём заботиться? Какая разница, где он и с кем? Что с ним… Но как бы она не пыталась себя убедить в обратном, девушке очень бы не хотелось, чтобы с Алзо произошло что-то дурное.

Завтрак стоял на столе, но она к нему не притронулась. Накинув меховую накидку, поспешила во двор – дверь была открыта, значит, далеко уйти он не мог. Конечно же, он был здесь. Держа в руках крупные ветки и обломки железа, мужчина не сразу заметил появление девушки. А когда увидел её, блуждавшую по двору любопытным взглядом, сразу нахмурился и поспешил навстречу.

– Зоси! Почему ты раздета?! Что-то случилось? Тебе опять нехорошо?

Засыпал он её вопросами, отчего она откровенно смутилась.

– Нет, я…

Она не знала, что сказать, чувствуя себя вполне прилично. Но не сознаваться же, что пришлось побеспокоиться за него – причину всех его несчастий…

– Что ты здесь делаешь?..

Вырвался у неё вопрос против воли. Ей должно быть плевать, плевать на всё и на всех…

– Скоро полнолуние., – хмурясь ещё сильнее, не стал скрывать он. – Извини, но даже я не могу себя контролировать в это время… Это значит, что ты будешь в опасности. Поэтому я хочу построить сооружение, которое не сможет открыть ни один оборотень – ни когтями, ни клыками. Настолько прочное, чтобы даже я ни при каких условиях не смог его взломать.

От его слов, произнесённых спокойным будничным тоном, Зоси едва ли вновь не стало дурно.

– Но твоя стая подчиняется тебе…

– Да, но в виде зверя, насильно обращённого волей полнолуния, я могу отдавать совсем иные приказы, нежели в обличии человека. Луна отбирает наш разум всего лишь на одну ночь в месяц, но порой этого бывает достаточно, чтобы наломать таких дров, что потом всю жизнь не отмоешься… Я не хочу рисковать вами, поэтому должен подстраховаться.

Зоси медленно кивнула, принимая его истину, и какой бы неприятной она не была.

– А теперь идём в дом, я боюсь, ты застудишься… – он откровенно разглядывал обнажённые ноги девушки, смущая её ещё больше.

Но сама виновата, могла бы сначала одеться, а потом выбегать на улицу. К тому же, Алзо опять был прав: только простудиться ей ещё не хватало.

Впереди был завтрак, который Зоси хотела провести в одиночестве, но Алзо попросил её остаться.

– Мы должны как-то начать привыкать друг к другу, – примирительно сказал он, на что та сразу же задрала свой нос.

– Я тебе ничего не должна, зверолюд!

Знала, что её дерзость ничем не будет наказана, а потому позволяла себе даже такое.

– Какая ж ты… – Алзо, ухмыльнувшись, покачал головой, и взялся за ложку.

– Какая? – сверкнула глазами девушка. – Глупая?..

– Маленькая… – вновь усмехнулся вожак. – Не по возрасту – по уму. Сама ещё ребёнок…

– Тогда в пещере ты об этом не думал! Когда…

Ляпнула и тут же закусила губу, ругая себя за несдержанность. Взгляд мужчины тут же невольно скользнул по её телу, наливаясь плохо сдерживаемым желанием – вот как её слова на него подействовали! Однако, тяжко выдохнув, он сдержался.

– Не думал… Я и сейчас, если честно, плохо рядом с тобой соображаю. Прости, но это правда. Я хочу быть с тобой каждую минуту. Не просто рядом. Ты же понимаешь, да?..

Зоси стремительно отвернулась, тут же обхватив себя руками.

– Но мы сейчас не об этом, правда? – тут же постарался её успокоить он. – Я не собираюсь навязываться тебе силой, ведь насильно мил не будешь. Но, если я тебе настолько противен, что ты меня даже видеть не можешь, почему тогда, в пещере, ты сама пожелала быть моей? Просто оттого, что думала, будто я – человеческий мужчина? Не уверен. Я чувствовал это притяжение между нами, и оно было взаимным. К тому же ты была невинной, не знавшей мужчин, а, значит, это было не просто притяжение…

– К чему это ты клонишь? – щёки Зоси сейчас налились просто пунцовым цветом, разговаривать об этом так откровенно она стыдилась, но и выяснить кое-что тоже была не прочь.

Алзо улыбнулся, понимая, что поймал её на крючок интереса.

– Что тебе известно об истинных парах?.. У нас, оборотней, существует такое поверье, что у каждого в этом мире есть вторая половинка, которую он может разыскивать всю свою жизнь как слепой во тьме, но найдя, сразу поймёт, кто она…

– Но я не волчица! – слишком резко возразила Зоси. – Я человек! И у нас о таких легендах я никогда не слышала!

– Знаю, – Алзо примирительно развёл руки в стороны. – Но, представь, что, если это правило несокрушимо для всех, неважно, человек ты или зверолюд. По крайней мере, я ощутил тогда нечто подобное… связь или… этому нет более подходящего слова. И почему-то мне кажется, что то же самое ощутила и ты.

Зоси поджала губы.

– Глупости! Это было просто… просто…

Она сдалась, не подобрав нужного слова.

– Я не хочу больше об этом!

Алзо, не переставая улыбаться, кивнул.

– Я просто хотел сказать, не надо меня бояться или избегать. Мы теперь в одной упряжке как ни крути. То, что мы тогда совершили – даже если ты это считаешь ошибкой, а я – величайшей благодатью, сделали мы оба. Нам двоим за это и отвечать. Неважно, что было и есть между нашими народами раньше. Здесь – только ты и я, и наш будущий ребёнок. И даже если ты потом решишь уйти, оставив его мне, я буду бесконечно тебе благодарен за все те моменты, что ты провела со мной, с той самой ночи в пещере до того дня, когда нам предстоит навеки попрощаться…

Он пододвинул ей на край стола тарелку с уже остывшей кашей на молоке, а она, немного помешкав, всё же присела рядом.

Завтракали они в полном молчании. И лишь улыбка Алзо говорила о том, что это не тупик. Это только самое начало их совместного пути…

Глава 44

Зоси почти привыкла, остатки боли улеглись, вынужденное спокойствие вновь овладело её измученной душой. Пусть так, пусть лучше в обществе зверолюда, но в тепле и в сытости, чем умирая от холода в стылой сырой пещере. Сейчас она это прекрасно понимала, и даже была в чём-то благодарна судьбе, решив сделать так, как он просил.

Не нужно было напрасных жертв и смертей. Она выносит этого ребёнка и оставит его вожаку зверолюдов, взамен попросив мирный договор между ними и её селением. И, даже если он не согласиться, то хотя бы она избавит себя от тяжкой ноши, но детёныш останется жив. Её ребёнок останется жив…

Порой она гнала эти мысли прочь. Он не её, она вынуждена была вынашивать это создание в своём теле, против воли, абсолютно не желая этого делать. Но и полностью игнорировать его она не могла. Однажды, почувствовав слабое шевеление, она замерла, здорово испугавшись. Это было не больно, скорее необычно, но Алзо тут же побежал за Ирмой.

Осмотрев будущую мать, та всё в той же сухой своей манере сообщила, что это нормально, значит, ребёнок жив и здоров, и начинает требовать к себе больше внимания. Надо было видеть счастливую улыбку Алзо в тот самый момент! Глупую и абсолютно детскую…

Однако когда он попросил дозволения прикоснуться к её чуть выросшему за эти дни животу, Зоси не смогла отказать. И тогда он положил свою большую горячую ладонь поверх её живота, и какое-то время они оба, затаясь, ждали этого едва ощутимого толчка изнутри. И когда он произошёл, Алзо даже вскрикнул, и едва не прослезился от радости. Зоси же, смутившись собственных чувств по отношению к этому, лишь смущённо улыбнулась, но тут же попыталась спрятать эту улыбку, плотно сжав губы.

– Мой сын… – едва дыша, произнёс Алзо, с благодарностью глядя на девушку, деликатно убрав руку, что до этого момента так и касалась её живота. – Он уже шевелится…

– Почему ты всё время говоришь «сын»? – не выдержала Зоси, хотя давным-давно и запретила себе поднимать эту тему, выказывая показное равнодушие. – Может быть, это девочка.

– Нет. Это мальчик. – Алзо буквально светился от счастья. Зоси даже ловила себя на мысли, что в такие моменты испытывает чувство гордости, но… О какой гордости тут могла идти речь? – Только не подумай, я одинаково радовался бы и дочери. Но запах – мужской, его я отчётливо слышу.

Зоси пожала плечами – ей было не понять. В любом случае, думала она, любой мужчина в первую очередь мечтал о сыне, наследнике. Но её собственный отец не раз говорил ей о том, что она – самое большое сокровище в его жизни, и он ни разу не жалел о том, что у него появилась именно она…

Доброе воспоминание пробрало её на слёзы – так, что сама рассердилась! Надо же, какой слезливой стала в последнее время! Совсем не дело…

Но хуже было то, что Алзо это тут же заметил.

– Что с тобой? Болит?.. – тут же нахмурился он, порываясь тут же приобнять её, но вовремя сдержался.

– Нет. Только душа… – призналась она, хлюпая носом. – Я вспомнила своего отца… Как он любил меня. Баловал. Ни в чём никогда не отказывал…

Ей захотелось откровенно разреветься. Глупая! Ни к чему показывать слабость перед эти человеком. Раскрывать душу… Он не должен был знать ни о чём, это вовсе не его дело…

Но сильные руки, всё же не выдержав, бережно прижали её к широкой груди. По привычке она упёрлась в неё ладонями, будто желая отстраниться, но на деле ей вовсе не хотелось сейчас делать этого. Но Алзо, тоже по привычке, не обратил никакого внимания на возводимые девушкой, ничего не значащие преграды.

– Зоси, прости меня, – вдруг произнёс он. – Ведь это я, я убил его. Не смог сдержаться, когда увидел, как один из ваших людей отрубил голову моему соплеменнику… Знаю, мои слова ничего не изменят и не вернут его к жизни. Это то, что я не могу изменить, к сожалению. Но если бы я мог…

– Он ещё был жив, когда я сбежала, – призналась Зоси. Она сама не понимала почему на её душе потеплело после извинений Алзо. Да и не его она вовсе винила. Латер. Вот кто был истинным убийцей… – Но вряд ли такое существование можно назвать жизнью. В себя он не приходил с того самого момента как был ранен. И, наверное, в его судьбе всё уже решено…

– Так он… не умер? Тогда, после удара… – искренне удивился Алзо. – Знаешь, говорят, боги благосклонны к тем, кто ещё не выполнил свой долг в этом мире. Возможно, ему было нужно какое-то время для восстановления сил, поэтому он выжил. Не хорони отца раньше времени.

В его словах что-то было, светлое, ободряющее. И правда, ведь отец тогда ещё был жив, а она успела его похоронить и оплакать! Вот глупая!

– Пойдём, я должен тебе кое-что показать…

Искусно переводя тему на другое, Алзо воспользовался её временной растерянностью, чтобы взять Зоси за руку и потянуть за собой. На ходу он захватил её меховую накидку, бережно накинув её на плечи девушки.

– Куда? Зачем? – тут же насупилась Зоси.

– Помнишь я говорил тебе о ночи полнолуния? – он пропустил её вперёд, во двор, чтобы Зоси своими глазами могла узреть нечто наподобие клетки в полны человеческий рост, достаточно свободную тем не менее устрашающую…

– Что это?!

– Твоя защита от оборотней в ночь Полной Луны, – выдохнул Алзо, внимательно наблюдая за её реакцией. – Прости, но это необходимая мера. Сейчас я объясню, как всё тут устроено…

Он ужасно боялся, что Зоси сейчас сорвётся с места, и всё то хрупкое доверие и теплота этого дня исчезнут бесследно. Но она, с любопытством молодой козочки, наоборот, приблизилась к жуткому на первый взгляд сооружению, коснувшись рукой железных прутьев.

– А они точно выдержат?.. – спросила она деловито.

Алзо улыбнулся. Кажется, они уже встали на путь сближения и взаимопонимания, и это не могло не радовать.

– Идём, я тебе всё покажу…

Глава 45

Палак уже некоторое время наблюдал за Латером, который развернул активную деятельность, получив всё необходимое для этого. Под «всем необходимым» подразумевались люди, материалы и некая власть, которую тот принял с явным удовольствием и теперь распоряжался ею с рвением, достойным вождя.

Вот только вождём он не был, хотя явно частенько забывал об этом. И Палаку такой расклад дел явно не нравился.

Поначалу идея отдать Зоси за Латера казалась ему хорошей. Парень, не имеющий здесь корней, показал себя отличным воином и охотником. Он был себе на уме, но никто не мог винить его в этом – каждый выживал, как мог. И Латер исключением не был. Он был умён не по годам и его нестандартное мышление, вероятно, связанное с его происхождением, давало надежду на будущее. Да, порой он был не сдержан и горяч, но Палак списывал это на молодость и характер – то, и другое можно было принять и простить.

Можно сказать, Латер с самого детства знал, чего хочет, а потому хвостом вертелся возле вождя племени, наблюдая, изучая, запоминая. Он не взял его в свою семью лишь потому, что у него росла дочь. Если бы они были родными по крови, то проблем бы не возникло. Но Палак видел, какие взгляды тогда ещё юнец Латер бросает на Зоси, а там и до греха рукой подать. Он обеспечил парня всем необходимым, но отдалил от себя в плане дома и семьи, чтобы дождаться, когда дети вырастут. И, если так будет угодно богам, соединят свои судьбы по всем многочисленным правилам.

Казалось, Латер был благодарен даже за это. Он никогда не перечил вождю, и выполнял любую работу, ему порученную, лишь бы быть всегда в милости, и, в конце концов, Палак почти уверовал, что он станет ему достойной заменой. А, значит, и достойным мужем для Зоси.

Увы, сына боги ему не подарили. Жена от клыков и когтей зверолюдов погибла слишком рано, а он, оставшись с маленькой дочкой на руках, не мог смотреть на других – Зоси была точно уменьшенная копия его Мириды. А после привык, решив, что ему и без жены будет неплохо.

Однако дочери он желал только счастья.

И когда однажды, будучи уже взрослым, Латер заявил ему, что намерен жениться на ней, Палак вначале решил удостовериться, согласна ли на то сама Зоси. Конечно, дочерей тогда мало кто спрашивал, чаще решая их судьбу за них. Но зная взрывной характер совей девочки, Палак решил всё сделать по совести. Он пообещал Латеру её руку и сердце, если та будет согласна и, если он выполнит ряд условий до конца года, бытового характера. Абы кто опять же не годился ни на роль вождя, ни на роль его зятя.

Парень охотно со всем согласился, и Палак уже собирался обсудить всё с Зоси, но тут произошёл тот самый роковой случай, что едва не стоил ему жизни. И виной тому был Латер. Да, ударил его зверолюд, но лишь потому, что тот подло, исподтишка, убил того мальчишку, за которым явился оборотень. И ведь выкуп предлагал неплохой, и они почти сумели договориться…

Как бы не оправдывал Палак в своих мыслях Латера, но всё же гадкие идеи относительно его персоны не давали теперь ему спокойно жить. А его признание относительно Зоси, что он позволил себе близость с девушкой до брака, и вовсе подорвали доверие к парню. Нет, вида он не подал, что сильно разочаровался в оном, решив дать ему шанс всё исправить – попробовать отыскать Зоси и, как утверждал сам Латер, его пока ещё нерождённого внука. Но прежнего доверия к нему не осталось. И если Зоси погибла в лесу или горах от зубов зверолюдов, это была целиком и полностью вина Латера. Теперь Палак понимал, что знай он заранее, к чему всё приведёт, то ни за что на свете не давал бы тому абсолютно никаких обещаний.

Однако Латер надеялся на иное. По его заказу лучшие мастера селения сейчас изготавливали серебряные стрелы, способные погубить зверолюдов. Люди отдавали последнее, чтобы серебра оказалось достаточно, кто с охотой, кто-то недовольно бурча, и всё же приказ вождя не должен был обсуждаться. Если Зоси погибла – а Палак был в этом почти уверен, вождь не станет церемониться с поселением зверолюдов. Он душу отдаст и жизнь, чтобы отомстить за свою девочку, и потребует того же от Латера – виновника его бед.

И пусть он лишился нескольких пальцев на ногах и частично фаланг на руках, это не было достойной платой за его безрассудство. Палак поклялся себе, что если его дочь и впрямь мертва, то он уйдёт вслед за ней, но прихватит с собой и несостоявшегося зятя.

Однако заранее тот знать этого должен не был.

Палак вдохнул морозного воздуха и, сощурившись, взглянул на светлеющее в вышине небо. Скоро придёт весна. И тогда всё решится…