Текст книги "Мой куратор — наследник престола. Корона (СИ)"

Автор книги: Мария Эмет

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 15 страниц)

Глава 48.

Глава 48.

*Кайрат*

Его тяжелую походку я узнал сразу. Он шел, перекатываясь с ноги на ногу, и размеренно постукивая массивной тростью по полу.

– Лорд Дешви, – произнес я, не оборачиваясь. – Вы опоздали.

– Принц Кайрат, вы выбрали отвратительное место для встречи, – с усмешкой отозвался глава большого совета, усаживаясь напротив.

– Как дорога?

– Отвратительно. Трясло на каждой кочке, – скривился старик, сбрасывая с головы капюшон.

Он придирчиво оглядел комнату, которую я снял на втором этаже таверны, стоящей на краю столицы, и выразительно фыркнул.

– Еда-то здесь сносная?

– Чай неплохой, – улыбнулся, наливая во вторую чашку уже крепкий напиток.

– Я знаю, зачем ты меня позвал, – проговорил министр, заглядывая мне в глаза. – Ты хочешь, чтобы тебя поддержал большой совет в битве принцев, верно?

– Догадаться было нетрудно.

– Знай – я против всех этих дрязг.

– Вряд ли вы ехали через всю столицу, чтобы сообщить мне об этом.

– Не только, – мотнул головой тот, опрокидывая в себя чай. – Я приехал, чтобы спросить. Спросить, какого черта ты вдруг решил ввязаться в это? До недавних пор ты был очень доволен титулом князя Стылых земель и не проявлял ни малейшего интереса к трону.

– Кто, если не я?

– До чего же плохо звучит. Ты раньше не страдал высокомерием.

– Я всегда страдал здравым смыслом. Есть много вещей, о которых первый советник ещё не знает.

Министр наклонился ко мне и произнес вкрадчиво:

– Но первый советник очень любопытный старишка. Ты ведь расскажешь мне обо всём?

– Вот именно для этого я вас сюда и позвал. Я не буду уговаривать большой совет перейти на мою сторону. После всего, что вы узнаете, большой совет сам захочет выступать за меня.

– Всё любопытнее и любопытнее. Ну же, удиви меня, Майерхольд.

И я рассказал ему всё, что знал о делишках королевы и Астарта.

– Что скажете, лорд Дешви? – поинтересовался после, глядя на мрачного министра. Тот лишь тяжело вздохнул.

– Я всегда её недолюбливал. Эту Розалинду Райнхард. Она появилась внезапно. Король её словно… подцепил. Как заразу. И с тех пор никак не мог исцелиться. Их отношения мало походили на любовь. Скорее на болезнь. Твои слова всё мне объяснили.

– Так каким же будет ваше последнее слово?

– Король жив. И умирать не…

– Собирается, – оборвал его я. – Думаете, его столь внезапная и столь удобная болезнь – случайность?

– Разве я похож на глупца? Здоровье у короля всегда было отменным. Его недуг вызывает подозрение у всего двора!

– Розалинда. Его. Травит, – припечатал я. – Так яснее?

Старик подлил себе чаю, сделал несколько больших глотков и вновь вздохнул.

– Отец ваш самый близкий друг. Разве вы позволите его отправительнице сесть на трон?

– Не пытайся манипулировать мною, мальчишка, – огрызнулся он.

– Я подталкиваю вас к верному решению. Не более.

– Хорошо, – сдался он спустя несколько минут молчания. – Будь по-твоему, Майерхольд. Я уговорю большой совет. Впрочем… Ты и сам сделал так, что отныне силы на твоей стороне. Никто из министров не захочет видеть на троне принца, которого не любят люди. Даже сторонники королевы вряд ли посмеют возникать. Ни один из лордов не горит желанием успокаивать народные бунты.

Ответ его мне понравился. Но было ещё кое-что. Кое-что куда более важное. Истинная причина этой встречи кроется далеко не в переманивании большего совета на свою сторону. Первый министр нужен мне для куда более хитрого плана:

– Лорд Дешви, у меня есть к вам поручение. Очень важное. От него зависит исход всего.

– Умеешь же заинтриговать, Кайрат. Говори, что за поручение?

Глава 49.

Глава 49.

*Евангелина*

Занятия закончились. Наступил вечер. Тихий и почти скучный, ибо больше никто из родственников не стремился указать мне на моё место и отхватить за излишний снобизм по заднице.

Знаете, в такие моменты становится как-то грустно… Силы есть, а воспитывать некого. Как же мне хотелось бы иметь более многочисленную семью! В мире бы стало на несколько заик больше.

Я стояла на открытом балкончике и задумчиво глядела в темнеющую даль. Там, где-то далеко-далеко, на краю столицы, Кайрат занимается взрослыми делишками – переманивает первого министра и большой совет на свою сторону.

Не подумайте, что он оставил меня одну-одинешеньку в стане врага. Перед тем, как отправиться на встречу к советнику, он навешал на меня кучу защитных заклятий и заставил держать руку на пульсе, а палец – на артефакте связи.

– Разговор должен занять минут сорок, но я всё равно буду поглядывать за тобой, – сказал он.

– От меня фонит магией так сильно, что даже самый смелый и голодный комар на свете издохнет на подходе.

– Как жаль, что Аст – не комар. Всё. Не балуйся. Я рядом, – произнес принц. После чмокнул меня в макушку и быстро ушел порталом. Столь быстро, что я даже не успела ему рассказать новость о Грейлисе!

Ну да ладно. Для хороших новостей нет плохого времени.

Пожалуй, самым сложным в наказе Майерхольда оказалось банальное «не балуйся». Но я держалась изо всех сил!

Вот Чих баловался – он бегал по балкону и отчаянно ловил снежинки языком. Я же благоразумно… завидовала ему.

– Не балуйся, – повторила я кисло, рисуя пальцем по заснеженным перилам.

Я, может, и не хочу баловаться. У меня, знаете ли, есть дела куда серьезнее.

Например, придумать более сильное строение артефакта для Ока. Время идет, а дело стоит. Дотарин лишь разводит руками и без конца твердит, что Богов не переплюнешь.

Но ведь должен быть способ! И его всего лишь нужно найти…

От размышлений меня отвлек рык Апчихваха. Обернувшись, я вперилась мрачным взглядом в улыбающегося Райнхарда.

– Привет, Евангелина.

Чих грозно тяфкнул.

– У-у-у… Как страшно, – хмыкнул принц, подняв руки ладонями вперед. – Я пришел с миром.

– Я давно не верю этой фразе.

– Зря. Евочка, мы ведь не должны были стать врагами. Я был уверен, что из нас получатся хорошие друзья.

– На каком конкретно моменте ты так думал: когда вписывал моё имя в число участников Игры или когда похитил мою мать, чтобы шантажировать ею впоследствии? Или, может, когда наслал темное заклятие, лишающее возможности говорить… О! Придумала!

– Я понял, – мрачно оборвал меня он. – Евочка…

– Я. Тебе. Не Евочка. Понял, Астартик?

Второй принц раздраженно закатил глаза, но всё же покорился:

– Евангелина, мы с Каем братья. Два претендента на престол. Война между нами – обычное дело для принцев. И мне жаль, что ты стала инструментом в моих руках. Это несправедливо. Знаю. Ты злишься. Так и должно быть. Но мне стыдно. И я хочу загладить вину перед тобой. Сделаю всё, что пожелаешь.

Ух ты. Вот это поворот!

– Например? – спросила чисто из интереса.

– Верну тебе мать.

Я всхлипнула от веселья, а после не выдержала и рассмеялась прямо ему в лицо. Тот усилием воли сдержал благодетельную улыбку на лице.

– Что, не хочешь вновь обнять свою матушку? Она до сих пор там. В темнице. Ждёт тебя.

– Второй принц очень плохо врёт.

После этой фразы до него наконец дошло.

– Значит, Маргрет Эллисон в замке Кая, да? – спросил он со злостью.

– В смысле? Она ведь только что была в темнице, – ухмыльнулась я. – Ты мне её возвращать хотел.

– Черт с тобой, Евангелина. Просто скажи, что ты хочешь. Я сделаю всё, что прикажешь.

– Как щедро! Что ж, тогда слушай, – Райнхард кивнул и обратился во внимание: – Иди на главную площадь вечером. Встань посреди. Разденься догола и громко прокричи: «Я полное ничтожество, а моя мать – лгунья и преступница!».

– Юрай, ты что себе позволяешь?!

– Ну ладно, можешь не раздеваться, если стесняешься.

– Я хотел с тобой по-хорошему, а ты…

– А я, в отличие от тебя, держу слово. Я обещала, что ты пожалеешь. Значит, так и будет.

– Да? И что ты сделаешь? Опять доведешь свою сестру до слёз? Твои угрозы лишь пустой трёп.

– Так отчего же тебе так страшно?

– Юрай…

– Что? Снова отравишь меня ядом матушки?

Райнхард дёрнулся, словно кто-то невидимый отвесил ему подзатыльник. Глаза его налились краской, руки сжались в кулаки, и он сделал шаг навстречу.

– До чего же туго до тебя доходит, – раздалось обжигающе холодное. – Аст, неужели ты с первого раза не понял?

Второй принц живо обернулся и оказался лицом к лицу к Кайрату. Тот не церемонясь схватил его за нашейный платок и притянул к себе.

– К Евангелине не приближайся, если жизнь мила.

– Да пошли вы, – прошипел Райнхард, неуклюже вырываясь из захвата и спешно ретируясь.

Кай посмотрел на меня и вздохнул:

– Ни на минуту тебя оставить нельзя.

– Я не баловалась! – отозвалась тут же.

Первый принц усмехнулся и подошел ко мне. Обнял, прижался подбородком к макушке и облегченно выдохнул.

– Как всё прошло?.. – спросила осторожно.

– Удачно. Остался лишь малый совет.

– О, насчет него не переживай. Там у меня всё схвачено.

Майерхольд непонятливо заглянул мне в глаза.

– Я крайне заинтересован.

– Это долгая, но приятная история.

– И ты непременно поделишься ею со мной за ужином?

– Посмотрим на твоё поведение, – усмехнулась я. – Ну что, домой?

– Домой, – кивнул он, утягивая меня в портал.

* * *

– Матушка, – верещал второй принц. – Мне всё это совсем не нравится!

– Думаешь, я в восторге от происходящего? – фыркала королева, лениво перелистывая страницы книги. Чтение всегда успокаивало её. Помогало обрести покой. Зацепиться за якорь, замереть на несколько часов, чтобы после вернуться в реальность с новыми силами и идеями.

Однако сейчас излюбленное занятие ничуть не разгоняло смятение, поселившееся на душе.

А взволнованный сын лишь подливал масла в огонь.

– Я говорил с ней.

– С этой дерзкой девчонкой?

– Да!

– Зачем? Я ведь просила тебя обходить её стороной.

– Я хотел договориться!

– Договориться? – рассмеялась Розалинда. – Она дочь Маргрет Эллисон. Жуть как похожа на свою мать. С ней будет невозможно договориться. Неужели до тебя не доходит столь простая истина, сын?

– Я хотя бы пытаюсь что-то делать!

– Не кричи на мать, – процедила сквозь зубы женщина, с ненавистью отшвырнув книгу в стену.

Второй принц замер, перевел дух и продолжил куда спокойнее:

– Мама, я переживаю.

– Зря. У них не так много рычагов давления. Они нам не угроза, – ласково проговорила королева, выходя из-за стола. – На нашей стороне король. И он сделает всё, что я ему скажу.

– А как же советы?

– А советы сделают так, как скажет король, – усмехнулась она, подводя сына к напольному зеркалу. – Что ты там видишь, мальчик мой?

– Себя. И тебя.

– А я вижу там будущего короля. Бесстрашного. Могущественного. Красивого. Все женщины мира будут мечтать о тебе. Все твои враги будут трепетать, заслышав имя Астарта Райнхарда. Забудь о девице Юрай. И о брате забудь. Думай лишь о своем триумфе, который уже не за горами.

– Но мама… – юноша повернулся к королеве и заглянул ей в глаза. – Они знают.

– О чём?

– О твоих зельях.

– Вот как… Неудивительно. Если Маргрет действительно скрывается в замке Кая, она точно рассказала им о моем прошлом.

– Неужели ты оставишь это просто так?

– Знают и знают. Пусть знают. Сделать-то они всё равно ничего не могут.

Аст согласно кивнул и вновь обратил взгляд к зеркалу.

– Мама… Мы должны избавиться не только от отца. Кай тоже должен уйти с дороги.

– Уйдет. Не волнуйся. Но убрать его нужно хитро. Просто убить не получится.

– Почему?

– Потому что никто не поверит в его случайную смерть. Люди начнут бунтовать. Да и придворные тоже не придут в восторг. Кайрата нужно подставить.

– Сделать так, чтобы все вокруг сами его возненавидели?

– Молодец, сын мой.

– Но как мы это сделаем?

– Пока просто подождем. Случай сам подвернется.

– А если нет?

– А если нет, то мы его подстроим.

Аст довольно выдохнул и, не сдержавшись, крепко обнял свою мать.

*Евангелина*

Дни летели. Бесполезно и уныло. Я ходила туда-сюда, как приведение, периодически прикладываясь лбом к справочнику по артефакторике.

Новых приступов не было. Результатов по созданию оболочки для Ока – тоже.

Я крутила конструкцию как могла. Усиливала стержни, добавляла дополнительные накопители, дорабатывала сетку, громко ругалась, ещё громче пыхтела и снова хваталась за инструменты в надежде добиться хоть какого-то результата.

Дотарин смотрел на мои танцы с бубном и горестно вздыхал. Однако помогать не отказывался и тоже активно думал над решением этой непростой задачи.

А тем временем ситуация во дворце становилась всё печальнее:

– «Здоровье Его Величества оставляет желать лучшего. С каждым днём неизвестная болезнь причиняет ему всё больше боли. Страной временно правит королева-регент и советы, но продлится ли это долго? Королевство без законного правителя – лакомый кусочек для врагов. Народ волнуется. Придворные уповают на чудо. Каждый вечер в центральных храмах страны проходят службы, на которых молятся за здравие короля», – прочитал Эф.

Я с беспокойством посмотрела на Кая, однако тот был невозмутим. Он размешивал сахар в чае и задумчиво косился в сторону вазы со сладостями. Вкус конфет волновал его куда больше собственного отца.

И это сбивало с толку.

– Что будем делать? – поинтересовалась мама.

– Ждать, – отозвался Майерхольд.

– Ждать чего?

– Чего-то, – пожал он плечами.

– Но ведь королю всё хуже, – протянула я.

– И пока мы совершенно бессильны, Ева.

– Но…

– Мы сделали всё, что могли. Народ, Большой и Малый совет – все они на нашей стороне. Газеты постоянно пишут об ухудшающемся здоровье отца. Но это никак не развязывает нам руки. Королева бездействует. Вот и мы пока будем придерживаться этой же тактики.

Говорил он уверенно и жестко. Словно… У него был какой-то план. План, в который он пока не собирался нас посвящать.

Или же ему просто все равно на отца? Не знаю. В последнее время Майерхольд мрачен, задумчив и ужасно молчалив.

Все мои попытки завести разговор он сводит до пустой болтовни. Потому пока я решительно не понимаю, что задумал первый принц.

Впрочем, и у меня самой нет настроения для душевных разговоров. Всё своё свободное время я посвящаю оболочке для Ока. Но с каждым днём мне всё больше кажется, что я ищу иголку в стоге сена.

Иголку, которой вовсе никогда не существовало.

Но надежда умирает последней, не так ли?

– Ну что, будем пробовать? – спросил у меня Дотарин.

Я отложила отвертку в сторону и придирчиво оглядела получившуюся конструкцию. Которая она по счету? Не помню. А если бы и помнила, то вряд ли смогла выговорить столь длинное число.

С недавних пор мы с деканом работаем в замке Майерхольдов, в который Кай любезно переносит нас каждый вечер после окончания занятий. Причина проста – тесты, которые мы без конца проводим.

Сидим мы в пустой комнате, находящейся в подземелье. Здесь есть стол, стулья, инструменты и одинокое кресло в углу, в котором мы с артефактором поочередно отдыхаем. Большего нам и не нужно.

– Будем, – решительно отозвалась я, усаживаясь в кресло и укладывая оболочку на колени.

Лорри, уже наученный горьким опытом, быстренько убежал на другой край комнаты и забился там в уголок. Я же уложила руки на холодный хрусталь и принялась накачивать его силой.

Когда раздался знакомый треск, за которой последовала не менее знакомая вспышка, я совсем не удивилась. И почти не расстроилась.

Ударной волной артефакт отбросило на середину комнаты, где он благополучно потух. Дотарин схватил ведро с холодной водой и опрокинул его на дымящуюся конструкцию.

– Не получилось… – вздохнула я.

Тут из-под кресла вылез Апчихвах. Он резво запрыгнул на меня, уложив голову на грудь. Тяжело вздохнув, я принялась наглаживать золотую шёрстку.

– И не получится, – буркнул Дотарин. – Ева…

– Мне не превзойти Богиню, бла-бла-бла, оставь эти попытки, бу-бу-бу. Знаю. Вы уже говорили.

– Какая же ты упрямая, – фыркнул мужчина, усаживаясь на стул.

– Я просто оптимистка.

– А я – реалист. Заканчивается третья неделя, Евангелина. Осталось всего семь дней до…

– Осталось целых семь дней, – поправила его я.

– Тебя тяжело.

– Неправда. Приступов ведь нет.

– И лица на тебе тоже нет. Ты бледная. У тебя трясутся руки. Ты плохо спишь. Плохо ешь. Если тебе не жалко себя, то пожалей Кайрата. Думаешь, ему легко смотреть на тебя?

– Я…

– Ты просто не замечаешь, с каким недовольством он переносит меня сюда. И не потому что я нежеланный гость в его доме. Просто он знает, что будет дальше. Знает, что ты запрешься в подвале и будешь измываться над собой до поздней ночи. Знает. Но помочь не может. Потому что ты…

– Упрямая, как баран! – заключила я весело.

– Ничего смешного.

– А по-моему, очень даже смешно! Ибо каждый день вы твердите одно и то же.

Дотарин закатил глаза и махнул на меня рукой. Мы замолчали на несколько минут, а после мужчина вновь завел разговор. На сей раз куда более интересный:

– Твой пес всегда такой прилипчивый?

– Нет. Он таким сделался недавно. Сама никак не найду причину его чрезмерной любвеобильности.

– А я, кажется, знаю, в чём дело.

– Делитесь!

– Он впитывает энергию Ока. Потому-то у тебя и нет приступов. Твой пёс забирает излишки энергии.

Я заглянула в темные глаза Апчихваха и, не сдержавшись, чмокнула его в нос.

– Ты ж моё золото, – протянула я. – Спасибо. Ты самый лучший пёсель на свете.

– Не пёсель. А тот, кто отлично им притворяется.

– Как думаете, кем он может быть?

– Кем угодно. Человеком. Драконом. Да хоть заколдованной кошкой!

Я снова посмотрела на Чиха. Тот широко зевнул и вывалил длинный язык.

Ну нет. Для человека он уж больно любит пошалить. И крайне неуклюж, чтобы быть кошкой. А что касается дракона… Ну какой из него дракон? Это ведь мой Чих. Самый добрый и самый безобидный.

Дотарин вскоре оставил меня, сославшись на ужин с семьей. Я же навела порядок в мастерской, приняла душ и отправилась на поиски домочадцев.

– Ева не одобрит! – донеслось категоричное из малой гостиной. Говорила мама.

– Но иного способа нет, – отзывался Кай. – Просто доверьтесь мне.

– Вся наша работа пойдет коту под хвост!

– Именно этого я добиваюсь.

– Что я не одобрю? – спросила, заходя внутрь. – И почему все пойдет под хвост?

Мама тяжело вздохнула, а Майерхольд протянул мне нарядный конверт.

Глава 50.

Глава 50.

Сгорая от любопытства, я тут же открыла его. Внутри лежало приглашение на зимний бал-маскарад. Внизу значилась подпись мелкими буквами: «Зимний бал-маскарад – любимейшее развлечение Его Величества. Однако из-за его плохого самочувствия праздник будет проходить в узком кругу родственников и друзей».

– Никогда не была на костюмированном балу, – проговорила, возвращая конверт.

– У тебя есть превосходная возможность исправить это недоразумение, – улыбнулся Кай. – Будешь моей спутницей?

– Конечно! – обрадовалась я. Мама тем временем взвыла. – А… что происходит?

– Спроси у Его Светлости князя, – хмыкнула она.

Я бросила заинтересованный взгляд в сторону первого принца. Тот пожал плечами, но сказать ничего не успел. Матушка его опередила:

– Он хочет выкрасть короля на глазах у всего двора! Прямо на балу!

Куратор поморщился.

– Выкрасть?!

– Не выкрасть, – спокойно проговорил Кай. Я уж было выдохнула, как он добавил: – Попытаться. Это разные вещи.

– Последствия будут одинаковыми! Король не захочет пойти с тобой. Он под влиянием Розалинды. Королева же всё переврет в свою пользу и назовет тебя преступником!

– Именно, – улыбнулся он. Не выдержав, я шагнула к нему и уложила руку на лоб. Теплый. Не горячий, что очень странно! Такой бред можно нести исключительно с температурой под сорок.

Майерхольд мягко перехватил мою руку, быстро поцеловал тыльную сторону ладони, а после крепко сжал.

– Евангелина, просто доверься мне, – произнес он, заглядывая в глаза.

– Я верю… Но пока не понимаю, чего ты этим хочешь добиться!

– А что здесь непонятного? Я хочу развязать королеве руки.

– Со стороны это выглядит так, будто ты просто хочешь уйти с дороги, – фыркнула я.

– Так и есть. Розалинда бездействует, потому что ей нечем нам ответить. Да, сейчас она регент. Но возвести сына на престол ей мешаю я. Если встанет вопрос о назначении нового короля, то первый принц всегда будет предпочтительнее второго. Королева отчаянно ищет способ вывести меня из игры. И я его ей благодушно подкину.

– Но зачем?..

– Чтобы закончить всё это. Когда дорога к трону будет пуста, ей не составит труда усилить болезнь отца и заявить о его немощности. Она тут же организует коронацию Астарта.

– Да! И он получит корону! Он. Не ты!

– Розалинда не знает о том, что большой и малый совет под нашим влиянием. Король не в себе. А она всего лишь регент. Мнения министров – вот реальная сила в нынешних реалиях. Они не позволят ей короновать Аста.

– Это всё так рискованно…

– Согласна, – кивнула мама. – План сырой и покрывается плесенью с краев. Что, если советы подведут? А даже если нет, то мы всё равно не избавимся от королевы. Её не накажут за то, что она пыталась короновать сына, учитывая, что сам король умирает, а его первый принц зачем-то решил подставиться. Это отнюдь не преступление!

Мама говорила правильные вещи. Не согласиться с ними у меня не получалось.

– Просто доверьтесь мне. Иного от вас не нужно.

Матушка поджала губы. Ситуация её неимоверно злила.

– Делай, как знаешь, – только и сказала она. После вспорхнула с кресла и вышла из гостиной, оставив нас наедине.

– Пошли спать? – предложил принц. – Завтра у нас много дел. Нужно успеть купить костюм к балу.

Я согласно кивнула. Вложила ладонь в его руку и покорно пошла за ним. Уже будучи подле дверей спальни я все-таки задала вопрос, который никак не выходил из головы.

– Кай…

– Да, Ева?

– За что ты сейчас борешься?

– А ты разве не знаешь?

– Знаю. Но теперь не уверена в твоём ответе. Так скажи же, что тебя волнует больше: трон или правда?

Взгляд зеленых глаз потух на мгновение, чтобы в следующее заблестеть холодной злостью.

– Правда. Только она. И мне жаль, что ты допускаешь иные мысли.

Я почувствовала укол совести. Но вместе с ним и волну облегчения. Кай же покачал головой и открыл передо мной дверь.

– Просто верь мне. И всё.

– Хорошо, – произнесла тихо. Но всё же... Что ты задумал, господин наследный принц?