Текст книги "Мой куратор — наследник престола. Корона (СИ)"

Автор книги: Мария Эмет

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 15 страниц)

Глава 45.

Глава 45.

Я прошла на середину и задрала голову, чтобы как можно лучше видеть потолок. Там были нарисованы Боги. Самые разные. Мужчины, женщины, яростные львы, изящные скакуны, мудрые змеи и таинственные драконаки. Говорят, что драконы – прямые родственники последних.

Их силуэты смазались. Краска выцвела, а где-то вовсе отвалилась. Однако глаза их остались яркими и ясными. И все они в каком-то странном ожидании смотрели на меня.

Стало чуточку неловко. Я никогда не молилась. Никогда не уповала на чью-то помощь. Всегда была сама по себе.

«Была. Но теперь у меня есть Кай. И мама», – подумалось мне, и в этот момент я поняла, что хочу сказать Богам.

– Спасибо, – произнесла с улыбкой. – За всё. Слышите? Я говорю спасибо! За всё большое спасибо. И ничего мне больше не нужно. Главное, не забирайте их. Ну и если можно, то помогите с королевой и Астом. Если нельзя – ничего. Мы сами как-нибудь управимся.

Больше мне было нечего им сказать. Ради приличия я поставила с десяток свечек и принялась готовиться к приходу людей.

Бедняки, голодранцы, бездомные – мне всё равно. В первую очередь они люди. А о людях нужно заботиться.

Прикрыв глаза, я обратилась к своей силе и легко сплела нужное заклинание. Стены храма вспыхнули, а в следующее мгновение воздух стал нагреваться.

Да. Так-то лучше. Кому понравится есть в холоде?

Бросив шубу на скамью, я отправилась помогать на кухню.

Люди пришли спустя сорок минут, и я лично открыла перед ними двери.

– Прошу построится всех в очередь. Уверяю вас, еды много. Хватит на всех, – проговорила с ласковой улыбкой, хватая черпак.

Поначалу дело не шло. Народ толкался, ругался и с опаской поглядывал на меня и еду, которую я им протягивала. Но очень скоро всё изменилось. Люди словно подобрели.

Уходя, они искренне благодарили меня и обещали молиться за моё здоровье.

Конечно, были и такие:

– А в ведро нальешь? – поинтересовался ушлый мужичок. Одет он был прилично. А выдающееся пузо ну совсем не намекало на голодную жизнь. – Только полное надо. У меня это… детишки!

– Налить не могу. Могу надеть. И постучать. По полной, – проговорила я.

– Жадная ты баба, – буркнул он, а после попытался сплюнуть прямо в кастрюлю. Не успел. Мой черпак настиг его лба чуть быстрее.

После дурочка быстренько оттащили от меня. Надели ведро на голову. Постучали по нему, но ответа так и не дождались – наверное, потому, что там никого нет. После пнули пару раз по заду и выгнали из храма.

Примерно так прошел мой день в роли добросердечной невесты первого принца.

Кайрат пришел за мной в девять. К этому времени я успела раздать всю еду и даже отмыть одну из кастрюль, несмотря на уговоры монахинь оставить это грязное дело им.

– Вижу, всё прошло неплохо.

– Не делай вид, будто тебя здесь не было, – хмыкнула я. – Я знаю, что ты следил за мной.

– Не следил. Приглядывал. И лишь потому, что переживал за тебя. Астарт и королева в бешенстве. Бродить одной опасно.

Я понятливо кивнула.

– Домой?

– Можем прогуляться, – предложил Майерхольд. – Только ты и только я.

Думаю, и без комментариев было ясно, что я ему ответила.

Вложив ладонь в его руку, я позволила первому принцу втянуть себя в портал. Магическая воронка выплюнула нас в уже знакомом переулке.

– Это твоя любимая точка отсчета? – усмехнулся я, оглядывая мрачненькую улочку.

– Скажем так, это самое удачное место. Открывая портал сюда, я точно знаю, что никого не хватит удар от моего внезапного появления. Так понятнее?

– Вполне.

Мы вырулили на главную улицу и неспешно двинулись по ней. У нас не было какого-то определенного маршрута. Мы просто шли, болтая о всякой чепухе и заходя в каждый магазин, чья вывеска привлекала наше внимание.

Таким образом была куплена нелепая шляпа, которую я с трудом уговорила Кая надеть, и которая ему внезапно понравилась.

Теплые носки с оленями, чьи огромные выпученные глаза с ужасом смотрели на мир.

В списке покупок также затесался плюшевый… нет, не мишка. Червяк.

– Я жить без него не смогу, – сказала, восхищенно глядя на несуразную игрушку. – Это моё тотемное животное!

Кай, ничего не говоря, понес уродца на кассу.

– Куда пойдем дальше? – спросил он, незаметно отправляя покупки порталом в замок.

– Не знаю… – начала было я, но тут до моего носа донесся дивный запах жареных сосисок. – А нет, уже знаю! Как насчет ужина вне дома?

Наставник взял меня за руку и потянул в сторону единственной корчмы, стоящей на этой улице.

Внутри трактир оказался очень даже уютненьким. Небольшой зал встретил нас чистыми аккуратными столиками, чучелами животных на стенах и приветливыми официантами.

Мы заняли самый дальний столик и решили не раздеваться, оставив капюшоны на лбах. Это ничуть не смутило улыбчивого парня-разносчика. Он с радостью принял у нас заказ и упылил на кухню.

Еду и напитки принесли быстро, минут за десять. Кай взял себе горшочек с томлеными овощами, свиную рульку в остром соусе и большую кружку кваса. Мой выбор пал на легкий салат, сочные ребрышки и такого же размера кружку, но уже с клюквенным морсом.

– Слыхали? – спросил значительно повеселевший мужчина у своих друзей за столом. – Про знак Богов.

– Про послание-то?

– Ну да, про него!

– Пф… Кто ж про него не слыхал? О нём все вокруг толдычут. Аж слушать тошно. Будто о другом говорить больше нельзя!

– А ты бы такими словами не разбрасывался. О Богах или хорошо, или ничего.

– А что они мне сделают? Тоже надпись какую напишут? Так пусть пишут. Хоть на лбу пусть пишут, – усмехнулся другой, большими глотками опустошая свою кружку.

– Дело твой друг говорит, – вмешался в разговор другой посетитель трактира. Он сидел за соседним столом и с самого начала внимательно слушал разговор приятелей. – Не гневи Небеса. Они добро делают. Знаки нам дают, дорогу указывают.

– Да я что, против что ли? Пусть указывают дорогу. И знаки пусть дают. Вот только фиг пойми, что эти знаки значат!

– Эх ты, башка дубовая, – присоединилась к беседе женщина. Она сидела в отдалении и играла с подругой в карты. – Боги нам всё ясно сказали. Неужто ты не понял?

– Так объясни, раз такая умная!

Женщина лишь закатила глаза и продолжила игру. Слово же вернулось к мужчине, который и затеял этот любопытный разговор:

– Чего тут объяснять, приятель? «Принц, чьи волосы подобны звездам» – это Его Высочество Кайрат, первый сын короля! Он-то и возвысит королевство и приведет народ к процветанию. Ну, теперь ясно? Всё, как Боги и сказали.

– Теперь ясно, – буркнул мужичок. – Сразу бы так. Я что, думаете, в принцах разбираюсь? Мне на них всё равно!

– Ну и дурак! Принц Кайрат – спаситель! Он помогает бедным. Строит школы. Ремонтирует храмы.

– А невеста его? Ну эта… Как её? Имя у неё такое. Сложное.

– Та, что Око грохнула?

– Ну да-да, та, криворукая.

– Не криворукая она, – снова встряла женщина с картами. – Она – смелая! Отважная! Мало какая баба за своим мужиком в Пещеру пойдет. Так она мало что пошла. Так ещё и любимого спасти пыталась. Вот такой-то королева и должна быть!

– Во-во, – поддержал её старик, молчащий до этого. – Не то что нынешняя. Розалинда от простого люда нос воротит. Ни одного хорошего дела для народа не сделала! А невеста первого принца хороша. Говорят, она еду в храмах раздает да за процветание страны молится.

– Да.

– Да.

– Угу.

– Точно-точно, – соглашались с бойким дедулей люди. Тот, заметив всеобщее одобрение, продолжил:

– Король болен! Кто знает, что будет дальше? Оправится ли от болезни или передаст дела сыну? А?

– Никто не знает.

– Да, никто не знает.

– Боги знают! – гаркнул тот. – И дают нам подсказку! Да и мы с вами сами с усами! Видим, кто что делает. Королева со своим сынком палец о палец ради нас не ударят. Им нет дела до людей. Да?

– Да!

– А принц Кайрат молодец! Он нас любит. Он про нас не забудет! И Боги говорят нам, что именно он тот, кто должен занять трон! Так? Верно я говорю или нет?

– Верно! Верно! Всё так!

– Так давайте же поднимем кружки за здоровье первого принца?

Люди, не долго думая, закричали:

– За первого принца!

– За здоровье первого принца!

– Долгих ему лет жизни!

– Выпьем же за первого принца!

– Пей до дна! Пей до дна! Пей до дна!

Окрыленная разговорами вокруг, я схватилась за свой напиток и высоко подняла его над головой.

– За первого принца! – сказала громко, глядя на Майерхольда. После же сделала глубокий вдох и залпом осушила кружку.

Плюхнувшись обратно на стул, я наткнулась на полный восхищения взгляд.

– Знаешь, Юрай… Мне кажется, что я тебя люблю, – ухмыльнулся он.

– Давно пора, – хмыкнула я. – Кстати, я хочу ещё морса!

В итоге из трактира мы не вышли, а задорно выкатились. На этом решили не останавливаться и продолжили гулять по сверкающей столице, позабыв о всех невзгодах.

Только я. И только он.

Нам двоим было необходимо выдохнуть и вспомнить хоть на пару часов, что такое безмятежная жизнь.

* * *

Выходные промчались незаметно. В воскресенье я снова отправилась в храм и снова раздавала еду нуждающимся.

Понедельник тоже ничем не отличился. А вот вторник порадовал, ибо в коридоре я столкнулась с Лорри Дотарином. Мужчина пристально посмотрел мне в глаза и кивнул.

Всё было ясно без слов. Его человек доставил необходимые материалы.

Не сговариваясь, мы встретились с ним в дальней мастерской в семь вечера. Он тут подозвал меня к своему столу и не без гордости продемонстрировал сверкающие запчасти.

– Всё готово. Можем приступать к созданию оболочки, – заявил он жутко довольным голосом.

Медлить, разумеется, не стали. И пусть новые приступы пока не мучали меня, время безжалостно утекало. А его и так было совсем не много.

Мы трудились не покладая рук целую неделю. Разрабатывали чертежи, без конца вносили правки, стабилизировали конструкцию. Паяли, пилили, затачивали и снова паяли.

И вот наступил он – вечер пятницы. День, когда оболочка для Божественного Ока была изготовлена до конца.

Выселять силу кристалла из моего тела решили в замке Майерхольдов. Вытворять такое в стенах академии было бы слишком рискованно.

В небольшой гостиной собрались все. Сам хозяин дома, Эф, Апчихвах и мама. Увидев последнюю, Дотарин малость прибалдел.

– Маргрет?..

– Профессор, – с улыбкой отозвалась мама. – Не рады видеть свою давнюю ученицу?

– Рад. Но крайне удивлен.

– О, как мило, что вы ещё способны испытывать это ощущение. Я была уверена, что моя дочь отучит вас удивляться.

– У неё это весьма неплохо получается, – фыркнул декан.

Когда обмен любезностями закончился, мы перешли к делу. Я села в кресло, уложив оболочку на колени. Закрыла глаза и принялась концентрироваться на дыхании.

Через несколько минут мне удалось погрузиться в подсознание, и я без труда нашла в себе Око.

– Пошли, – сказала я ему. – Нам пора прощаться.

Сгусток немереной силы охотно потянулся за мной. Дело за малым – втолкнуть его в драконий хрусталь.

Кончики пальцев завибрировали и зачесались. Это сила Ока вырывалась наружу, заполняя собой оболочку.

Осталось совсем немного. Маленький рывок, и всё получится.

Или… Или нет?

Глава 46.

Глава 46.

Энергия, до этого спокойно бегущая в хрусталь, вдруг замерла. Я четко ощутила эту перемену. Во мне словно на мгновение закрыли клапан, не дающий силе двигаться дальше, а после включили насос, и магия кристалла стремительно полилась обратно.

Оболочка, над которой мы с Дотарином трудились не покладая рук, завибрировала и соскочила с колен. Раздался неприятный глухой звон, а затем случился он – взрыв.

Кресло на скорости покатилось по полу. Я бы непременно ударилась в стену, если бы Кай не поспел вовремя и не подхватил меня на руки.

Дотарин же благородно попытался прикрыть собой маму, но в итоге сам наскочил на неё. Они бы кубарем покатились через всю гостиную, однако в дело вмешался Эф, прикрыв их щитом.

Все стеклянные предметы в комнате разбились: изящные бра, статуэтки, большая ваза в углу. С печальным скрипом рухнул карниз. Одно из окон вылетело полностью, оставив зияющую дыру. Остальные же просто полопались.

– Полагаю, фейерверк окончен, – попытался отшутиться Эф, и в этот момент с потолка свалилась люстра.

Вырвавшись из объятий Кая, я подбежала к оболочке. Что удивительно – та не пострадала. Не было ни царапинки.

– Нц! – зашипела я, прикоснувшись к хрусталю. Тот был невероятно горячим.

– Все целы? – спросил Кай.

– Все, – выдохнул Дотарин.

– Я бы поспорил с этим утверждением, – фыркнул дворецкий. – Ремонт умер. Бесповоротно и окончательно.

– Не получилось… – протянула я. – Почему не получилось? Мы ведь всё рассчитали.

– Ева, Око – творение Богини. Не удивительно, что ты не смогла превзойти её, – мягко произнес Майерхольд. – Давай…

– Нет, – отозвалась твердо. – Время ещё есть. Я попытаюсь снова.

– Но оно убивает тебя, – вмешалась мама.

– Время. Ещё. Есть.

С этими словами я подошла к окну, вымочила края юбки в снегу, подхватила с помощью них артефакт и ушла вместе с ним из гостиной.

Добежала до кухни. Бросила кристалл в бочку с водой. Села на табурет и принялась предаваться грусти.

Предаваться грусти просто так было скучно, потому я достала из буфета сушки и стала печальное их жевать.

Где я ошиблась?

Где прогадала?

Может быть, оболочка слишком слабая?

Или сам хрусталь слишком маленький и Око в него банально не влезает?

А может быть…

Тьфу! Да этих пресловутых «может быть» великое множество.

– Юрай, – раздалось над головой. – Никто не умер. Мы все рядом. Ты в безопасности. Тебе никто и ничто не угрожает. Стоит ли так сильно расстраиваться из-за этого?

– Разумеется, стоит! – воскликнула я, мрачно засовывая сушку в рот.

– А я думаю совсем иначе.

– Ну и дурак, – буркнула беззлобно, отворачиваясь от него. Кай не обиделся. Напротив, он стащил меня с табуретки, сел на неё сам, а после усадил одного надутого артефактора на колени.

– Ну, рассказывай.

– Да что тебе рассказать? – вспылила я. – Это всё из-за меня. Если бы я была чуть ум…

Договорить мне не дали. Мой рот заткнули самым варварским, но приятным способом.

Он меня поцеловал. Резко. С напором. Так, что все мысли выдуло из головы.

– Не удержался, – признался принц совсем без сожаления. – Так, а на чем мы остановились?

– Ты помнишь! На том, что я во всем виновата.

– Ева, Око очень избирательное и даже противное творение. Да, оно исполняет желания. Но лишь те, которые ему понравятся. Знала бы ты, сколько отважных смельчаков доходило до него. Мы не первые. Мы даже не в десятке. Понимаешь?

– Понимаю… Но как бы хорошо сейчас было загадать ему желание!

– Что бы ты у него попросила?

– Надрать Асту и Розалинде зад!

Кайрат усмехнулся.

– Что ж… Пожалуй, здесь тебе совсем не нужна помощь Ока. У нас и без него неплохо получается.

Я согласно кивнула, вспоминая случай в трактире. Королева и второй принц у людей не в почете. И это радует! Кому нужен король, которого не любят его подданные?

– Ну как, легче?

– Легче, – отозвалась честно. – А что бы загадал ты?

– То, что Око вряд ли бы исполнило. Вернуть маму.

– Почему вряд ли?

– Потому что Боги всегда были против возвращения мертвых к жизни.

– Но ведь твоя мама не умерла. Её обратили в камень.

– Велика разница, – фыркнул Майерхольд. – Её так давно нет. И зачем мы об этом говорим? Моя мама была очень жизнерадостным человеком. Она бы точно не одобрила нашу хандру. Предлагаю вернуться к остальным и вместе поужинать?

– Идём, – вздохнула я.

Несмотря на то, что Кай пытался утешить меня, получилось у него это паршивенько. Из головы никак не выходила мысль о его матери.

Амадея Майерхольд уже много лет стоит посреди холодного подземелья. Всеми оставленная. Всеми забытая. И сейчас мне больше всего хочется исправить эту несправедливость.

Ради него.

* * *

Выходные пролетели как в тумане. Почти каждую минуту мои мысли возвращались к кристаллу, а горечь провала совершенно не собиралась уходить и будто росла с каждым часом.

Лишь храм и люди, пришедшие за едой, помогали отвлечься на несколько часов. После же я вновь возвращалась к тяжелым думам.

Утро понедельника началось отнюдь не с хороших новостей. Свежий выпуск «Столичного Вестника» сообщил о том, что здоровье короля ухудшилось.

– «На время болезни Его Величество решил отойти от дел королевства и направить всё своё внимание на здоровье и отдых. Это решение поддержала его жена и королева Розалинда Райнхард. Она пообещала помочь мужу в этот нелегкий период и сообщила о том, что собирается вступить на пост регента как можно скорее», – дочитал Кай, с ненавистью сжимая мягкую бумагу в руках.

Сказать, что стало ещё более тошно – значит промолчать. Я опустила глаза на тарелку и отчетливо увидела в складках омлета ухмыляющуюся физиономию королевы.

– До чего же они предсказуемы, – фыркнула мама.

– Да уж… Всё так, как мы и говорили, – поддакнул дворецкий.

– Ждать нельзя. Я сегодня же встречусь с главой большого совета, – произнес Майерхольд.

Я прекратила с ненавистью кромсать омлет и подняла голову.

– А? – спросила рассеянно.

– Сегодня встречусь с первым министром, – повторил принц. – Он возглавляет большой совет, чьи голоса нам определенно скоро понадобятся.

– А зачем?..

– Ева, ты хорошо себя чувствуешь? – несколько встревоженно спросила мама, а после пояснила с мягкой улыбкой: – Чтобы он уговорил министров выступить против королевы и поддержать Кая.

– О господи, – я схватила за голову. – Простите.

– Всё хорошо? Может быть, не пойдешь сегодня на занятия?

– Нет-нет! Я должна пойти. Хоть отвлекусь.

Возражать никто не стал. Мы с Каем доели и отправились изображать примерных адептов.

Первым занятием значилось ОФВ. Полтора часа мы всем первым курсом задорно наворачивали круги по заснеженному полигону на лыжах. Не сказать, что я полюбила этот вид спорта, однако мысли из головы он выбивает отлично. А это мне сейчас необходимо.

Однако есть один минус – костюм. Это чудовищно неудобное облачение представляет из себя комбинезон, сшитый из плотной шуршащей ткани. И если все одногруппники давно научились шустро выпрыгивать из него, то у меня это пока получается скверно.

Девушки быстренько переоделись и упорхнули прочь, оставив меня в самом неудобном костюме на свете и гордом одиночестве.

Раздевалка опустела. Но ненадолго.

Дверь резко открылась и внутрь вошли мои дорогие родственники. Любимый братик и самая лучшая сестренка на свете.

– Вы посмотреть или постоять? – усмехнулась недобро. Совершенно ничего не стесняясь, я продолжила переодеваться. А что? Это женская раздевалка. И нужна она, чтобы раздеваться! Именно этим я сейчас и занимаюсь.

– Ты!.. – возмутился Фаниш, быстро отворачиваясь.

Честно, не пойму, что его так впечатлило. Вариантов море – майка, шорты или носки с пучеглазыми оленями. Делаю ставку на последних!

– Мы пришли поговорить, – произнесла Элеонора, выпятив грудь.

– Говори. А я, может быть, послушаю. Только давай как-нибудь побыстрее. Голосок у тебя не из приятных, когда ты настроена ругаться.

– Дядюшка Грейлис нам всё рассказал! – выкрикнул Фаниш. – Ты переходишь все границы, сестра.

Глава 47.

Глава 47.

– Это всё? – спросила, натягивая мантию.

– Зачем ты пытаешься нас напугать? Он сказал не лезть к тебе, но знай, мы тебя не боимся!

– Зря вы так, – усмехнулась я. – Старших нужно слушаться. Иначе можно огрести.

– Юрай, – гаркнула Элеонора. – Ты не смеешь так разговаривать ни с кем из нас! Помни своё место.

Ругаться – это не моё. Драться, в общем-то, тоже. Я человек добрый, спокойный и миролюбивый. Если приглядеться.

Но сейчас у меня совсем нет сил сглаживать углы:

– И ты своё не забывай, невеста второго принца, – произнесла по слогам.

Глаза сестрички вспыхнули от злости. Она сделала несколько шагов вперед и прошипела:

– Безликий воробей никогда сравнится с великим орлом!

О, а вот и цитаты великих подъехали…

– А ты самокритична, сестренка. Но не переживай, воробей – тоже птица неплохая.

– Воробей – это ты! – завизжала она. – Думаешь, раз Кайрат решил с тобой поразвлечься, станешь королевой? Ты?! Не смеши, Евангелина. Ты всего лишь бастард. Дочь блудницы, опозорившей себя и весь свой род. И ты вся в мать… Такая же жалкая, порочная и…

Договорить всё, что было после этого «и», у Элеоноры не получилось по одной простой причине – моя рука настигла её губы, оборвав поток дрянных словечек.

Такого сестренка не ожидала. Скажу честно – я и сама от себя такого не ожидала.

В момент удара в меня словно вселился бес. Я за секунду преодолела расстояние между нами и звонко влепила ей по лицу. Звук оказался… приятным. Настолько, что я решила не останавливаться на достигнутом и занесла руку для второй затрещины. На сей раз я шлепнула её по щеке.

Она попыталась отбежать. Зря. Я ведь только вошла во вкус.

– Всё приходится брать в свои руки, – вздохнула я с деланным огорчением, наматывая её волосы на кулак. – Раз мать не научила вас манерам, этим должна заняться ваша старшая сестра. Я!

– Пусти, пусти, больная!

– Больная? Какое слово… нехорошее. Мне оно не нравится.

Я сжала кулак, натягивая волосы. Элеонора зашипела и вновь попыталась вырваться, чем сделала ещё хуже. Взвыв от боли и безысходности, она бросила взгляд на растерянного Фаниша.

Брат вдруг вспомнил, что носит штаны, а не юбку, и решил вступиться.

– Ева… Это… Отпусти её, а?

– С радостью. Только пусть извинится.

– Ни за что! – рявкнула сестра.

– Ну раз так… Тогда я сожгу твои волосы.

Чтобы не быть голословной, я вытянула свободную руку в сторону. Над ладонью в то мгновение заплясал озорной огонек.

– Нет, нет, только не волосы. Пожалуйста!

– М… Смотрю, мы выучили новое слово – пожалуйста! Неплохо! Прогресс на лицо. Или, вернее, на косу? Тебе нужна коса?

– Очень нужна! – лелейным голоском протянула Эли. – Отпусти. Умоляю.

– Ух ты! Градус повышается. В нашем лексиконе разблокирована новая позиция – умоляю. Фаниш, может быть, ты хочешь что-нибудь добавить?

Брат икнул:

– Прости нас.

– Вау! Пока твой вариант ответа мне нравится больше всего. Попробуем скомбинировать или пока не будем замахиваться на предложения?

– Прости нас, пожалуйста. Умоляю, отпусти Эли, – пробубнил брат.

– Неплохо! Я всегда знала, что ты куда сообразительнее Элеоноры. Но этого мало. Я терпела вас столько лет… Простыми словами вы от меня не отделаетесь.

– Да что тебе нужно?! – прокричала близкая к истерике сестра.

– На колени, – сказала жутким, незнакомым голосом. И они подчинились. – Говорите.

– Говорить что?

– Что вы были неправы… Нет! Что вы чертовски ошибались. Ну! Не слышу.

Фаниш и Элеонора затравленно переглянулись и законючили по очереди:

– Мы… были неправы. Чертовски ошибались. Прости нас, сестра. Ты… ты хорошая.

– Оу, как мило. Продолжайте.

– А что ещё сказать?

– То, что я хочу услышать.

– Мы не понимаем!

Ах да… Отчего я постоянно забываю, что умом они обделены.

– Знаете… Я столько лет жила с вами под одной крышей. Терпела и ваши выходки, и равнодушие отца, и презрение мачехи. Но никогда не говорила ничего плохого. Никогда. Вы не слышили ни единого бранного в сторону вашей матушки? Так почему же вы позволяете себе оскорблять мою маму, м?

– Евангелина, твой мама… прекрасная женщина. Она не блудница. Она…

– Хорошая? – хихикнула я.

– Да-да! Очень хорошая. Мы были неправы. Совсем неправы. Может быть, хватит? Отпусти…

– Может быть и хватит, – проговорила я, разжимая руку. – Надеюсь, этот урок вы усвоили. Но ради всего святого, не смейте больше попадаться мне на глаза.

Сестричка тут же вскочила на ноги и подбежала к Фанишу. Уже из-за его спины она крикнула:

– Ты монстр!

– Не-а, – я мотнула головой и добавила: – Вы пока не видели меня монстром. Но не волнуйтесь. Увидите. И очень скоро.

Фаниш и Эли побледнели, а после шустро ломанулись к двери.

Усмехнувшись себе под нос, я отправилась на занятия.

Угадайте, какая пара была следующей? Верно! Нумерология с моим любимым Грейлисом!

Добравшись до нужной аудитории, я уселась на первую парту и принялась ждать явления дядюшки. Дядюшка запаздывал. Прошло пять минут. Потом десять. Потом пятнадцать. Одногруппники было засобирались, но тут нумеролог решил появиться.

Вбежав в аудиторию, он первым делом наткнулся на меня. Я широко улыбнулась ему и пропела:

– Здравствуйте, профессор.

Тот поёжился, но всё же нашёл в себе силы ответить:

– Здравствуйте, адепты. Открываем учебники… Страница 101, пишем…

Нумеролог был куда более нервным, чем обычно. Он без конца оглядывался на меня, путался в словах, то и дело ронял мел.

Потому я совсем не удивилась, когда после звонка он сказал:

– Евангелина, задержись, пожалуйста.

Пожалуйста! Ну надо же. До чего же у меня вежливые родственники сегодня.

Я додумалась нажала на камень на кольце и повернулась к нему с самой радушной улыбкой.

– Да, дядюшка?

От моего сладкого тона его знатно скривило.

– Брось этот цирк, Юрай. Мы оба знаем, что между нами возможна лишь ненависть.

– Нет. Это вы так решили. Я никогда не хотела вас ненавидеть. Вы сами заставили меня делать это. Своими… необдуманными действиями.

– Я действовал во благо семьи! Ева, по мне не скажешь, знаю. Со стороны я грубый, черствый старикашка.

– Скорее мерзкий и глупый, – хмыкнула я.

– Не перебивай, – огрызнулся он и замолчал, нервно покусывая сухие губы.

Впервые я видела его таким. Сейчас он совсем не походил на самоуверенного хама. Нет. Сейчас ему было по-настоящему страшно. И боялся он не только за себя.

– Да… Я мерзкий и глупый, – произнёс нумеролог наконец. – За свою жизнь я сделал много зла. Многих обидел. Многих предал. Из-за меня случилось много бед. Очень много бед. Но я не эгоист! Я люблю свою семью! И прошу тебя, Ева, смягчи свой гнев.

– Вижу, Элеонора и Фаниш успели наябедничать.

– Ты хочешь казнить невиновных! Элеонора и Фаниш ни в чём не виноваты.

– А кто виноват?

– Ева…

– Говоришь, любишь свою семью? Значит, на всё для них готов, да?

– Да…

– Раз так, то мы друг друга отлично понимаем. Потому что я тоже люблю свою семью, – я приблизилась к нему и с вызовом заглянула в глаза. – Семью, которую ты попытался отнять.

– Я не буду оправдываться…

– Оправдываться за что? За то, что сдал мою мать принцу?

– Разве это преступление? Я лишь подкинул ему идею…

– Ложь! Ты пришёл к нему с конкретным предложением. Ты даёшь ему рычаг давления на меня, а взамен он берёт Элеонору в жёны. Так или не так?!

– Так. Да. Так! И что? Эти дети – единственное, что у меня есть. И я желаю им лучшей жизни!

– Путем хождения по головам.

– Иного пути нет! Погляди на Элеонору. Ни ума. Ни таланта. Кто она без меня? Никто! А сейчас она невеста принца!

– Второй принц – ничтожество. Подлость во плоти.

– Я ни о чём не жалею.

– Что, неужели у тебя совсем нет совести? Как ты спишь по ночам, зная, что вся твоя семья держится на обмане и приворотном яде, которым Беатриса пичкает моего отца?

Глаза Грейлиса округлились от ужаса и удивления.

– Откуда ты знаешь про яд?..

– Так, значит, это правда, – протянула я, довольная тем, что смогла подловить его.

– Я больше ничего тебе не скажу!

– А больше и не потребуется, – усмехнувшись, я вновь нажала на кольцо. Артефакт вспыхнул, а затем раздались голоса:

«– Да, дядюшка?

– Брось этот цирк, Юрай. Мы оба знаем, что между нами возможна лишь ненависть.

– Нет. Это вы так решили. Я никогда не хотела вас ненавидеть. Вы сами заставили меня делать это. Своими… необдуманными действиями.

– Я действовал во благо семьи!»...

– Ты… мерзавка! – рявкнул он, бросаясь на меня. – А ну сними это кольцо! Живо.

– Этот артефакт связи парный, – сказала я, чуть ли не лопаясь от радости. – Такой же есть у Кая. И запись нашего разговора у него тоже есть.

Наблюдать за тем, как злость Грейлиса сменяется отчаянием, было столь же приятно, как шлепать сестру по губам. Бесценный опыт!

– Итак, повторю. Я люблю свою семью. И ты любишь свою. На что ты готов ради неё?

Глаза старика заметались по сторонам. После он издал какой-то странный звук, приподнял края мантии и начал наклоняться к полу.

– Нет-нет. Ползать передо мной не нужно. Мне хватило Фаниша и Элеоноры.

– Что… Что ты хочешь, Евангелина?

– Сущую нелепицу… – пропела я. – Помнится, раньше вы были министром. Верно?

– Я был главой малого совета.

– И друзья в малом совете у вас, вероятно, остались?

Старик охотно закивал.

– Что ж… Тогда моя просьба покажется вам ничтожно малой.

– Чего ты хочешь? Не томи!

– Грядут перемены, – туманно отозвалась я. – И когда они начнутся, я хочу, чтобы каждый министр малого совета выступил за Кайрата Майерхольда и против второго принца и его матери.

– А… А что ты дашь мне взамен?

– Я не буду трогать Фаниша и Элеонору?

– Как же Беатрис?

– Наказания за запрещённое колдовство ей не избежать.

– Казнь! Казнь и есть наказание за запрещённое колдовство!

– Тогда я могу сохранить ей жизнь. Смягчить приговор. Ну так как? Предложить ничего выгоднее я не могу.

– Почему я должен верить тебе?

– Потому что я честная, – пожала плечами я. – И потому что королева – жестокая. Что она сделает, если мир узнает об этом разговоре? Репутация Аста, и без того паршивая, будет разрушена окончательно. Думаешь, она простит тебе твою глупость? Нет. Она задавит всех твоих близких. И сделает это с самым беззаботным выражением лица.

Нумеролог вздрогнул. Он явно был хорошо знаком с характером Её Величества.

– Грейлис, крысы всегда бегут с тонущего корабля. Королева Розалинда и есть тот самый тонущий корабль. Решай.

– Хорошо, – выдохнул он спустя долгую минуту молчания. – Я постараюсь уговорить совет.

– Нет-нет. Не постараюсь. Ты УГОВОРИШЬ малый совет.

– Я уговорю малый совет выступить за Кайрата, – исправился старик тут же. – Довольна?

– Не совсем.

– Ещё что-то?!

– Думаешь, я поверю тебе на слово? Дай магическую клятву.

– Ты…

– Монстр. Элеонора уже сказала. Можно не повторять. Так ты дашь клятву или нет?

– Дам! Дам, я всё тебе дам! – прорычал он, хватая меня за руку.

И Грейлис правда сделал это. Он дал мне нерушимую клятву.

Вот как-то так прошел мой сегодняшний день. Я дала по губам сестричке, помотала и без того слабые нервы брату и стрясла с Грейлиса поддержку малого совета.

Унижать родственников плохо.

Но порой так полезно!