Текст книги "Главный герой не входил в мои планы (СИ)"

Автор книги: Марина Орлова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 13 страниц)

Читая роман и даже оказавшись внутри него, я была уверена, что причина нападения империи на наше королевство заключалось в семействе Макрой и том вреде, что мы причинили Адриану. Но теперь, когда я исключила любую возможность причастности главного героя к несчастьям моей семьи, поведение герцога выглядит подозрительным.

Так ли уж сильно на нападение империи повлияла злодейская семья Макрой, или они были лишь одной из причин? Вспомнились так же и преступления Лесли, которые вскрылись позже, по отношению к зверолюдям. Работорговля в королевстве официально запрещена, тем более империя строго следила, чтобы их граждане не попадали на черные невольничьи рынки.

С богатством и влиянием герцога Лесли, он бы мог раздобыть одного-двух оборотней, но по книге у него был целая тюрьма с десятками плененных и истерзанными оборотнями. Как империя могла закрыть глаза на пропажу такого количества своих граждан?

Отсюда следует закономерный вопрос, который прежде меня отчего-то не посещал: откуда герцог достал столько пленников, и кто его покрывал все это время? И, разумеется, какую цену заплатил за это сам Лесли? Что-то я сильно сомневаюсь, что все дело в одном золоте.

Заметив мое выражение лица, брат все понял и насупился:

– Я слышал, что ты хочешь после своего совершеннолетия отправиться жить на окраины?

– Хочу‚ – осторожно подтвердила я, вспоминая, как отец от одной только мысли хватался за сердце и заливался горючими слезами, из-за чего мне пришлось идти на попятный и переводить свои слова в шутку, с намерением поговорить об этом уже когда придет время непосредственного отъезда.

Крейг помолчал, думая о чем-то своем, словно прикидывал риски. Идея оставлять меня в одиночестве далеко от семейного поместья ему не нравилась. Однако, он не говорил категорического «нет», как это было с отцом.

– Я поговорю с отцом, чтобы он не препятствовал твоему отъезду. Думаю‚ не стоит ждать самого совершеннолетия. Лучше отослать тебя как можно скорее.

Я едва не поперхнулась чаем и пораженно переспросила:

– Ты не против?

– Одна ты, разумеется, не поедешь. Если не выйдет поехать с тобой мне, я отправлю с тобой весь наш рыцарский орден.

– Ты спятил? Оставить отца и родовое поместье вовсе без защиты? – нахмурилась я.

– Отец не пропадет, а из-за отдаленности нашего поместья от столицы, оно не представляет особой ценности, как цель захвата.

С этим я была готова поспорить, видя, что брат просто пытается меня успокоить. Однако он продолжил свою мысль:

– Как бы то ни было. Чувствую, что скоро многое изменится. И не в лучшую сторону. И лучше бы тебе в этот момент быть как можно дальше от столицы и здешних дворян.

– Думаешь, отец согласится? – поразмыслив, робко спросила я. – Тем более, не вызовет ли подозрений то, что дочь графа Макрой не станет отмечать совершеннолетие в столице?

– Если рассказать ему о моих опасениях, о которых он, наверняка, и сам догадывается – согласится. Риск общественного неодобрения из-за отмены празднества совершеннолетия не сравнится с твоей безопасностью ни для отца, ни для меня, – уверенно кивнул брат и решительно поднялся с кресла в беседке, где пил со мной чай. – Я займусь этим вопросом, а ты начинай готовиться к отъезду. Лучше всего начать сегодня же.

– Крейг... – остановила я брата, который намеревался покинуть беседку. Красивый статный аристократ, который был так сильно похож на отца, остановился. – Я очень ценю... все, что вы с отцом для меня делаете, – произнесла я и смутилась. – А теперь проваливай, я уже устала от твоего общества, – тут же вспомнила я о поддержании образа, но успела заметить понимающую улыбку брата, которую он скрыл в уголках губ.

– Я тоже люблю тебя, Эдит, – хохотнул он, а после уже менее напряженной, летящей походкой сбежал по ступенькам беседки.

– Неужели я что-то упустила? – смотря вслед брату, с тоской и тревогой задала я вопрос в пустоту. – Надеюсь, все обойдется.

А через неделю империя объявила нашему королевству войну...

– Отказываюсь! – упрямо надула я губы и сложила руки на груди, пока два здоровенных мужика едва не плакали как дети, в попытках убедить меня в своей правоте.

– Эдит, доченька, – увещевал меня граф, преданно заглядывая в лицо. – Ты ведь и сама хотела уехать. Это отличный шанс. После может быть слишком поздно.

– Это было до того, как империя выдвинула ультиматум! – огрызнулась я, шлепнув отца по руке, которой он собирался ненавязчиво накинуть на меня плащ для поездки. – Вы серьезно оба думаете, что я просто возьму и сбегу, бросая все, когда этот жалкий королишка решил прикрыться вами, словно живым щитом, спасая свой тощий, дряхлый зад? – шипела я разъяренной кошкой.

Брат с отцом тоскливо переглянулись не в силах ответить, отчаянно желая, чтобы я передумала и уехала как можно скорее.

Ой, а мне-то этого как хотелось! Еще два дня назад я счастливо предвкушала неспешное путешествие, итогом которой станет размеренная сельская жизнь богатой аристократки. А после пришло известие о том, что империя напала на границы с намерением поглощения и смены власти нашего королевства. Причиной тому стало... нет, к счастью, не графство Макрой, иначе имперцы бы уже наверняка ломились к нам в двери. Права была моя чуйка, которая подсказывала, что мутные дела происходят среди верхушки нашего королевства. Благо, влияние отца было настолько широко, что его источники не заставили нас теряться в догадках и предоставили информацию.

Выяснилось, что недавнее покушение на Адриана было совершено одним из имперских принцев, претендующих на трон императора. Несмотря на то, что сам Адриан, хоть и происходит из императорской семьи, не является прямым наследником. Причина, почему от него решили избавиться, заключалась в том, что его герцогство было очень влиятельным и возглавляло самую крупную и сильную фракцию, что поддерживала первого принца – сына покойной императрицы. Но было еще двое наследников: оба от наложниц, потому имели меньше прав и поддержки среди знати. Особенно третий, который и вовсе был ребенком от связи со служанкой, которую после родов взяли в наложницы. Так и не найдя поддержки внутри империи, третий принц обратился за помощью к соседнему королевству. Этим королевством и было... наше. Главным связующим между королем и третьим принцем оказался... герцог Лесли.

Потому сейчас, когда все это вскрылось, герцог Лесли, как и третий принц —

скрылись в неизвестном направлении. Однако, остался факт того, что в покушении на Адриана была нить, тянущаяся прямиком из дворца нашего королевства, с чем Адриан мириться не собирался.

И, когда запахло жаренным, этот подлый старикашка-король, первым же делом призвал дворян с их армиями защищать его, что в противовес войску империи, пусть и неполному, было равносильно самоубийству. В список камикадзе король решил записать и моих родственников, чему я была категорически не рада.

С одной стороны, очень уж мне хотелось убраться подальше от всего этого бедлама. С другой стороны... сделай я это, вероятно, судьба семейства Макрой повторит оригинальный сюжет, хоть и не по вине каноничной злодейки. Смогу я спокойно жить, зная, что семью, которая так любила и дорожила мной, просто истребят? Хотела бы я цинично сказать, что это не проблема, и свалить в закат. Но это – проблема! Причем серьезная, потому закат отменяется, как бы досадно мне от этого ни было!

Могла ли я это предотвратить? Не уверена. Все, что я знала о сюжете, было ровно до казни Эдит. После этого я умерла, так и не прочитав даже половины книги, в которой наверняка и описывалась развязка этого противостояния. Потому, даже зная о садистских наклонностях Лесли, я не представляла, что он, как и королевская семья, будет замешан еще и в покушении на герцога соседней империи.

Идиотка. С другой стороны, этого и следовало ожидать, если бы я потрудилась задуматься о проблеме несколько глубже, нежели зацикливаться на том, что главное зло этого мира – Эдит Макрой. Моя вина в том, что, даже зная приблизительное будущее, я не подумала дальше этого. Потому, волей-неволей, но я несу ответственность за то, что может произойти с графом и его сыном дальше. Пусть и не могу им этого объяснить.

– Эдит, мы тронуты, что ты так переживаешь за нас с отцом, но нет причин для беспокойства.

– Вы собрались выступить против оборотней! – напомнила я мрачно. – Разница в силе несоизмерима. Мало того, что сила оборотня в два раза превышает человеческую, так войско герцога ни в какое сравнение с королевским не может сравниться! Вас растопчут, пока король со своей свитой зароется, точно крыса, прихватив с собой столько золота из казны, сколько сможет унести! – била я аргументами по больному.

– Мы с отцом превосходные стрелки. Нас не будет в первых рядах... – продолжал он настаивать.

– По твоей логике, тогда ничто не мешает мне залечь в кустах рядом с вами. Я, если помнишь, еще более способный стрелок, чем вы. Так что от моего присутствия будет больше толку, нежели от вас, – парировала я слова брата, смотря на него с прищуром.

Крейг едва не зарычал от злости, но ничего мне сделать не мог. Потому отчаялся и начал переводить стрелки.

– Отец, давай ты, – ушел на передышку братишка, насупившись и покраснев, как ребенок, который не мог победить в споре и сейчас дулся от обиды.

– Эдит, дорогая, – вздохнул отец. – пойми, мы просто пытаемся защитить тебя. Мы с Крейгом ни за что не сможем простить себя, если с тобой что-то случится. Я обещал твоей матери перед ее смертью, что буду защищать тебя от любых невзгод до самой своей смерти.

– Хорошая попытка, отец, – покивала я, засчитав ему эту попытку надавить на жалость и совесть, которой у меня оказалось ничтожно мало... Или, напротив, чрезвычайно много, учитывая, что я все еще здесь, а не на полпути к окраинам, бросив всех и вся ради сохранения своей тушки. Тут с какой стороны посмотреть. – Но она не сработает, – холодно закончила я. – Я не позволю вам сложить свои жизни в бессмысленном побоище, еще и за ошибки этого муд... короля, – терпеливо исправилась я. – Наше королевство обречено на захват и ваши жертвы не дадут ровным счетом ничего.

– Мы не можем пойти против прямого приказа короля, – напомнил Крейг. – Таков наш долг. Но ты – совсем другое дело. Ты – девушка, еще и несовершеннолетняя. Женщины априори освобождаются от военной службы, если они не давали соответствующей присяги. Пусть ты и лучший стрелок королевства, даже король не может тебя принудить идти на фронт, пока ты не стала взрослой. Потому ты должна воспользоваться этим шансом и сберечь свою жизнь. А мы постараемся сделать все, чтобы вернуться к тебе живыми.

– Ты прав, – покивала я. – Я далеко не патриотка и довольно эгоистична, чтобы складывать голову за чужие ошибки. И смерти боюсь до дрожи, – невольно вспомнила я момент с аварией, после которой очнулась в теле Эдит. По коже прошел мороз. – Я не собираюсь идти на фронт, где нет шанса на выживание. Потому собираюсь воспользоваться своей привилегией.

– Эдит... – насторожился отец. – Что ты задумала?

– Я собираюсь стать меньшим злом в этом цирке абсурда, – хмыкнула я. – Однако, без вашей помощи не обойтись. Точнее, твоей, отец, – широко улыбнулась я и протянула отцу раскрытую ладонь. – Дай денег – мило похлопала я ресницами в ответ на недоумение мужчин.

***

– Поверить не могу, что мы это делаем, – гундел великовозрастный болван,

отчаянно действуя мне на нервы. И так волнуюсь, еще этот придурок не затыкается.

– Позволь напомнить, что я не просила тебя тащиться со мной! – огрызнулась я, опасливо оглядываясь.

– Одну тебя бы все равно не отпустили, тем более, когда ты рассказала о своих планах. Радуйся, что я смог убедить отца остаться и отправиться вместо него.

Потому что иначе, тебе бы пришлось выслушиваться не меня, а родителя, – отозвался Крейг, а я раздраженно цыкнула. И не поспоришь ведь: действительно, уж лучше брат, чем отец. Стефан сейчас бы не только гундел, но и рыдал, не давая мне и шага ступить во имя моей безопасности. – Потому скажи мне спасибо.

– Спасибо и заткнись, – послушно поблагодарила я братца, а он обиженно надул губы.

– Ты как всегда холодна, – скуксился он, а я едва не завопила от злости.

– Мы тут на важном задании! – прошипела я разъяренной кошкой, отчего брат присмирел. Я демонстративно натянула капюшон на голову, давая пример Крейгу, а затем, еще раз оглянувшись, вышла из переулка малонаселенного поселения на границе империи. Из-за приграничья, тут жили как оборотни, так и люди, потому на нас с Крейгом практически не обращали внимания. Надеюсь, тут будет и впредь.

– Хоть я и слышал твой план, ты уверена, что мы все делаем правильно и это сработает? И вообще, твои действия какие-то... привычные. Откуда ты знаешь этот портальный маршрут? Даже тот, что на территории наших земель, о котором ни я, ни отец не в курсе?

– На свежем воздухе часто гуляла, вот и наткнулась, – отмахнулась я, в надежде, что он поймет мое нежелание обсуждать эту тему и отвалит. – Отвечая на твой изначальный вопрос: вероятность успеха есть. А даже если нет, никто никогда в жизни не догадается о том, что мы сделали, потому измену повесить не смогут. Так что мы ничего не теряем, – тихо отозвалась я и огляделась. Это должно быть где-то здесь...

Хоть и говорила я твердо, однако, полностью уверенной быть не могла. Мой план был довольно рискованным во многих смыслах. В первую очередь он был построен на моих предположениях о возможных действиях противника. Однако, с момента моего прочтения книги, в сюжете произошло слишком много перемен, потому я не могла ничего гарантировать. Оставалось лишь надеяться, что главные герои не изменят своим привычкам.

– Нам сюда, за мной, – указала я кивком головы на неказистый ломбард, единственный на все поселение, что исключало шансы на ошибку. – Говорить буду я, а ты, пожалуйста, молчи и не вмешивайся, что бы ни произошло, если это не откровенная угроза жизни. – настоятельно попросила я брата и вспомнила привычку родственников браться за оружие каждый раз, когда, по их мнению, в мою сторону косо смотрят. – Еще лучше, просто подожди снаружи, – со смутной надеждой, попросила я.

– Вот еще, – даже не подумав, отозвался Крейг, а после открыл скрипящую дверь ломбарда и пропустил меня вперед.

Что же... в некоторой степени, уже одно это можно считать достижением компромисса.

– Чем могу помочь? – в ответ на скрип двери и наши неторопливые шаги, из-за шторки внутреннего помещения в зал вышел хозяин лавки.

– Я принесла кое-что на оценку. Думаю продать, – вышла я вперед, нацепив на лицо невозмутимое выражение, хотя внутри практически ликовала. Сравнивая хозяина лавки с его описанием в книге, сходство было однозначным. Ну, хоть немного облегчения.

– Что же это? – цепким и циничным взглядом окинув меня и моего сопровождающего, расплылся старый лис в хищной улыбке и потер руки с пожелтевшими ногтями, которые больше напоминали когти.

– Нашла в доме почившей бабки наследство, однако, не знаю, где его применить. Потому буду не против получить с этого деньги, – бросила я небольшой тканый кошелек перед торговцем на стол. Тот высыпал в ладонь содержимое, а после со знанием дела осмотрел камни телепортации.

– Все три одноразовые и с определенным указанием места, – прокомментировал он. – И эти маршруты... – протянул хозяин ломбарда, всматриваясь в руны координат, а после поперхнулся и посмотрел на меня внимательнее. – Откуда, говоришь, ты взяла это?

– Я уже ответила. Нашла в вещах бабки. Она жила на приграничье.

– Ты сама знаешь, куда ведут эти камни...

– Куда-то в глушь, потому толку мне от них никакого, – повела я плечом, хотя, на самом деле, знала однозначно, ибо сама была тем, кто заказывал настройку определенного места. Учитывая то, что делалось это контрабандой и тайно, эти три камня стоили мне как добротный особняк! Хорошо, что родитель у меня на уровне миллиардера.

Услышав мой ответ, старый лис расслабился и лукаво улыбнулся. В силу моего возраста, он с готовностью поверил в мое невежество. Однако, как опытный торгаш, сам прекрасно представлял ценность, которую я принесла ему в руки: тайный маршрут в соседнее королевство. Само по себе, это означало, что он держит в руках настоящее сокровище. А в военное время цена на них возрастает в несколько раз. По идее, он сейчас держал в руках камни, которые стоили как три их поселения вместе, со всем содержимым и жителями.

Глаза старого лица загорелись алчным огнем, и внешне он как будто помолодел на десяток-другой лет. Однако, он прочистил горло, а после с равнодушным видом произнес:

– Ты права... это не камни, а безделица, и ведут в никуда. Я готов дать за все три... один серебряный, – с видом, словно дает мне подачку, заявил он, а после посмотрел на меня.

– Сколько? – угрожающе просипела я, так и не сдержав лицо, отчего улыбочка на лице торгаша слегка потускнела.

План мой был прост, хоть и рискован, так как был завязан исключительно на удаче. В оригинале Адриан смог сбежать от Эдит, послав своей подруге послание с координатами никому не известной портальной точки на территориях Макрой. Сам он узнал о ней случайно, во время рандомной телепортации, когда скрывался от нападавших при покушении. Лишь воспользовавшись информацией и найдя нужный портальный камень, настроенный на определенные координаты, девушка смогла проникнуть на хорошо защищенные земли графа и освободить Адриана. Но то было в оригинале. В новой реальности, Адриан так и не попал на территории Макрой, потому не знает тайный путь в королевство, чтобы быстро и безболезненно пробраться в столицу и захватить короля.

Вот я и решила это исправить, ради чего и разыгрываю весь этот спектакль. Можно было бы направить портальные камни напрямую герцогу, но это было бы слишком. Попасть под подозрения одной из сторон мне категорически не хотелось. Однако, если бы Адриан с главной героиней сами нашли выход – это другое дело.

С этой целью я и заказала дорогостоящие камни с определенным маршрутом и намеревалась подсунуть их торговцу, у которого в оригинале и закупалась главная героиня. Однако, в оригинале этот момент произошел лишь спустя полгода от данного периода времени, после того как Эдит захватила Адриана и держала его в плену некоторое время.

Я не могу гарантировать, что сейчас у этого торговца есть нужные камни, как и не знаю, придет ли главная героиня сюда в это время, и явится ли вообще. Но что мне остается, кроме как испытывать удачу, в желании защитить тех, кто, как оказалось, стал мне дорог? Я это все к чему? К тому, что согласно плану, эти камни должны оказаться у торговца, даже если придется доплатить ему за это. В теории.

На деле же, когда меня намереваются так нагло и бессовестно обдурить.... Моя внутренняя жаба готова задушить не только меня, но и окружающих.

– «Один серебряный»? – переспросила я, смотря, как торгаш меняется в лице.

Вероятно все потому, что и от моего простодушия не осталось и следа, а рука сама собой легла на кобуру, в котором я хранила пистоль. – Дядя, я похожа на дуру? – прищурилась я с угрозой. Поддавшись атмосфере, за моей спиной замаячил и Крейг, который до этого момента добросовестно не высовывался.

Старый оборотень подвида лиса сам по себе был небольшим, как и его зверь. На фоне высокого и коренастого Крейга торгаш и вовсе показался щуплым, потому просто проигнорировать моего брата не мог, как и мой угрожающий взгляд. А так же руку на кобуре, которую я не скрывала более.

– Т... три серебряных? – внес он очередное предложение в то время, как один этот камень стоил, как вся деревня. А в связке с остальными двумя – еще дороже. Но даже опуская важность конкретно этих камней, магия телепортации – очень дорогая штука, которой даже не все аристократы могут воспользоваться хоть раз в жизни. И за это он предлагает такую мелочь? Однако, жадность этого индивида не знает границ.

С одной стороны, сколько бы он мне не предложил, в любом случае, для графа Макрой эти деньги покажутся пылью, потому можно было бы и закрыть глаза. Ведь мне важен итог, чтобы эти камни оказались в нужных руках. Но любой наглости есть предел!

– Десять серебряных! – выкрикнул в отчаянии продавец, а я презрительно вздернула бровь.

– Кажется‚ мы не договоримся, дядя. Верни камни, – решила я припугнуть старика.

– Золотой! – едва не плача, бросился грудью старик на камни, которые я потянулась забрать. – Ладно, пять золотых! Это все, что я могу предложить! В нашей деревне нигде дороже вы эти камни телепортации не продадите. Я, и без того, предлагаю вам свои сбережения за последние десять лет! Я переглянулась с братом и сделала вид, что размышляю. И так уже отошли от изначального плана из-за моей «жабы». Стоит ли продолжать? Наверняка в закромах этого лиса найдется еще что-нибудь ценное, что можно из него вытянуть. И это даже не будет грабежом. И без того себе в убыток отдаю, так он еще, продав их, сможет обеспечить до конца жизни и себя и еще два-три поколения своей семьи. Но оно того стоит, чтобы просто проучить этого скрягу?

Пока я размышляла, старик обливался потом и смотрел на меня с мольбой. Точно я у него ребенка хотела отобрать.

– Хорошо. Пять золотых. Повезло тебе, дядя, что мне нужны деньги, – смилостивилась я, а старик облегченно вздохнул. Собрал камни обратно в мешочек, а после раскланялся.

– Пожалуйста, подождите здесь, мне нужно принести деньги, – взмолился он, с тоской смотря на мешочек, который был вынужден оставить на прилавке, пока уходил за сбережениями.

– И для чего эти торги? – тихо спросил Крейг.

– Для достоверности, – огрызнулась я, а после раздался скрип двери и в тесное, темное помещение вошли две фигуры, чем-то похожие на нас с Крейгом. Наверное, комплекцией и тем, что были закутаны в плащи с низко натянутыми капюшонами на голову. Одна высокая, практически под потолок и широкая, другая фигура была относительно ниже и уже. Вторым мог быть и худощавый мужчина, так и высокая женщина. пойди разберись... Однако, что первый, что второй, были в сравнении с нами выше на полголовы-голову. В этой пирамидке я бы занимала последнее место: первый незнакомец, затем Крейг, потом следом незнакомец, а уже потом – я.

В воздухе повисло неловкое и настороженное молчание. А мы старались рассматривать друг друга не очень явно, хоть и скрывать подобное в такой тесноте довольно сложно.

Благо, услышав скрип двери и, вероятно, решив, что мы передумали продавать камни, в зал, весь запыхавшись, выбежал старый лис, едва не упав и прижимая к груди шкатулку.

Увидев то, что клиенты не ушли, а наоборот, прибавились‚ старик расслабился и с заискивающей улыбкой открыл шкатулку, достав оттуда пять золотых монет, что с почтением протянул в мою сторону.

– Благодарю за сотрудничество, – расплылся он в улыбке. – Если найдете еще нечто интересное в своем наследстве, пожалуйста, отыщите меня, – попросил он, сграбастав камни переноса себе за пазуху.

– Всенепременно, дядя, – отозвалась я, а после кивнула брату на выход. Отчего-то хотелось поскорее убраться отсюда, точно от плохого предчувствия. Было нечто в этих незнакомцах, что меня раздражало. Возможно, пристальные взгляды, которые я чувствовала на себе. Однако, с каждым шагом нервозность возрастала и достигла пика, когда я поравнялась с крупным незнакомцем. Уже когда я проходила мимо него, внезапно он подался вперед и обхватил меня за запястье. Скорее на рефлексах, второй рукой я достала из кобуры пистоль и направила его дуло в лицо незнакомца. Брат повторил за мной, также наставив оружие на нахала в то время, как незнакомец пониже направил шпагу в сторону Крейга.

– Советую убрать руки и держать их при себе, если не желаете пулю в лоб, – холодно произнесла я, напряженно вглядываясь в темноту капюшона незнакомца. Тот также словно что-то выискивал в моем лице, что я не видела, но чувствовала кожей.

Но удивительнее то, что этот тип также спокойно и молча отпустил меня, поднял руки и покорно отступил.

– Прошу прощения, вы показались мне знакомой. Я не хотел вас оскорбить, – раздалось из-под капюшона незнакомца. – Могу я узнать ваше имя, чтобы загладить свою вину?

– Нет, не можете, – все еще держа пистоль, скосила я взгляд на брата, после чего мы покинули этот ломбард и быстрым шагом направились на выход из деревни.

– Кто это был? – вопросил Крейг.

– Не знаю, – сглотнув, отозвалась я, нервно оглядываясь, но преследования не заметила. – И знать не желаю. Давай выбираться отсюда. Свою задачу мы выполнили, – засеменили мы с ним к ближайшей портальной точке, чтобы вернуться на свои земли. Благо, хвоста за нами, кажется, не было.

Глава 4

Три месяца спустя.

«Твою же мать...» – примерно в этом ключе я думала, с опустошением смотря перед собой и приканчивая третий бокал шампанского залпом. Благодаря развязному образу жизни настоящей Эдит, переносимость алкоголя у этого тела была просто зверская, потому напиться мне было крайне сложно, тем более под присмотром брата, который, увидев мой беспредел, отпугнул от меня официанта с подносом напитков. Обидно.

– Эдит, соберись, – негромко произнес он. – Самое страшное уже позади, – напомнил он, но вот нисколечко не убедил. – Не стоит сейчас привлекать к себе внимание.

Нет, в понимании Крейга, все, наверняка, выглядело именно так и более радужно, чем было для меня.

Чтобы пояснить происходящее, нужно вдаваться в то, что случилось за последние месяцы. Чтобы пояснить происходящее, нужно вдаваться в то, что случилось за последние месяцы. А произошло вот что. Не знаю, с моей ли помощью, или без нее, но спустя неделю после нашей с Крейгом вылазки на территории империи, дворец был захвачен зверолюдьми, а король и его семья были взяты в плен.

Следом была муторная процедура урегулирования конфликта и перехода королевства в феодализм под покровительством империи. Другими словами, мы стали вассальным королевством. Прямо, как и в оригинале романа, с той лишь разницей, что я пока жива, и завоевание обошлось малой кровью.

Однако, не успела я обрадоваться, что худшее позади: я жива и главному герою обо мне ничего не известно, родственники не только живы, но и не отправляются на войну, а мое совершеннолетие не за горами, – как пришла очередная весть.

Империя собирается закрепить мирный договор посредством политического брака. Казалось бы, меня это вообще мало касается, учитывая, что это головная боль выжившей королевской семьи и многочисленных принцесс, одной из которых придется выйти за представителя высшей аристократии оборотней. Вся загвоздка была в том, что, согласно указу, который мы получили месяц назад, на балу в честь заключения официального перемирия и помолвки должна присутствовать вся высшая аристократия королевства... в полном составе. Отдельно подчеркивалось, что от присутствия освобождаются лишь члены семьи, не достигшие пятнадцати лет. И вот этот момент меня очень беспокоил. Обычно на такие мероприятия допускали лишь глав семейств и официальных наследников. Редкий случай, когда на бал в королевский дворец брали младших детей, не достигших совершеннолетия или брачного возраста. Все упиралось в статус и богатство семьи: не каждый аристократ мог позволить себе дорогостоящий выход в свет, потому многие дети аристократов бывали во дворце лишь на бале дебютанток, устраиваемом королевской семьей раз в год для своих аристократов и... все. После этого, если ты не являешься официальным наследником, до момента, пока ты не вырастешь и не получишь своего титула, путь во дворец тебе заказан. Разумеется, семья Макрой – исключение. Эдит гоняла во дворец едва ли не каждый сезон, начиная со своего дебюта в пятнадцать, потому что финансы семьи это позволяли.

Однако, теперь же, в официальном приглашении был конкретный ультиматум, по которому, вне зависимости от положения рода и его богатства, все члены семьи старше пятнадцати обязаны посетить бал. Если подумать со стороны, то, хоть это и немного странно, но не настолько, чтобы сильно переживать, учитывая то, что наше королевство теперь под протекцией империи, у которой свои порядки. Потому в изменениях ничего странного или предосудительного не углядишь.

Но это другие. Со мной – все иначе, учитывая, что я собиралась жить, словно мертвая еще несколько месяцев до совершеннолетия, чтобы избежать любой возможности пересечься с главными героями. И вот, они сами вызывают меня во дворец.

Самое паршивое, что момент моего переезда в деревню не просто упущен, но и не дозволен. После захвата власти всем высшим аристократам запрещались любые кардинальные действия ввиду внутреннего расследования, устроенного оборотнями. Таким образом вновь, как и в оригинале, было обыскано поместье Лесли и обнаружены доказательства его зверств над оборотнями. Учитывая долгие отношения между семьями Лесли и Макрой, нас также взяли в оборот, потому отцу и брату пришлось за эти месяцы пережить не один допрос и многочисленные бессонные ночи. Даже меня несколько раз вызывали на официальные допросы, пытаясь выяснить степень моей причастности к деятельности герцога Лесли.

Однако, так ничего и не смогли найти‚ потому немного успокоились, но запретили выезжать за пределы своих земель. Дряньство.

И вот теперь я еще и в королевский дворец должна прибыть, где велика вероятность встречи с личностями, которых я надеялась больше никогда не видеть.

Обнадеживало лишь то, что в оригинале главным любовным интересом Адриана была Мелания – главная героиня, также относящаяся к виду кошачьих. А именно – гепард. До того, как он попадает в плен к Эдит, Мелания любила Адриана тайно и односторонне, но после того, как она спасает его из плена, девушка добивается взаимности своего любимого.

В этот раз плена и пыток Адриан не испытал, но, так или иначе, именно Мелания была той, кто отправился на его поиски и отыскал в том лесу, где я его оставила. Этого же должно быть достаточно для развития их отношений, верно?

А все это я к тому, что, по логике вещей, уже имея возлюбленную, вряд ли Адриан будет тем, кто заинтересован в политическом браке с одной из принцесс. Наверняка это будет второй принц империи или кто-то из боковой ветви императорской семьи. Потому, его присутствие было важно лишь на моменте переговоров. Сейчас же, когда все политические вопросы были урегулированы, едва ли он решится присутствовать еще и на официальном мероприятии, учитывая его нелюбовь к людям, которой он славился в оригинале романа. А если и останется на официальную часть, то это будет лишь короткий миг после чего удалится.

Этим я себя и успокаивала все время до бала, по пути на него и даже во время официального представления. Однако, все рухнуло, когда глашатай объявил последних прибывших на бал. По традиции это были члены королевской семьи, но в этот раз еще и имперская делегация, во главе с... Адрианом. Мелания также обнаружилась поблизости.