Текст книги "Драконье золото (СИ)"
Автор книги: Марина Эльденберт
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 16 страниц)
Глава 4.
– Новый ректор запретил девушкам поступать на любой другой факультет, кроме бытовой артефакторики! – передразнила я, надеясь, что мой голос звучит достаточно саркастично. Язвительно. Как еще он там должен звучать… Разочарованно, вот как!
Адарен Веррес, который сказал, что я не поступлю, именно это имел в виду! Потому что магинженерия теперь не для девушек. Потому что он так решил! И факультет медицинской артефакторики тоже, и строительной. У-у-у-у, дракон! Чтоб ему на голову том первый «Введения в инженерные схемы» упал. Изо всего, что мне доводилось видеть в библиотеке матери и отца, этот – самый толстый! Возможно, у него шестеренки в мозгах на место встанут, и до него дойдет, что девушки тоже способны на многое, если у них есть желание учиться, развиваться, изобретать! Но драконам, разумеется, такое в голову не приходит, потому что у них драконессы вообще не учатся. Это позорно! Драконессы рождаются, чтобы рожать драконят. Ужас! Как хорошо, что я не родилась драконессой!
И как плохо, что я все-таки не смогу учиться. Тетя Клэр будет рада, устроит пир на весь мир, летний бал и десять пикников по этому поводу. Потому что когда Базиль Веррес сообщил мне эту новость, я собрала документы и ушла. Может, попробовать отправить запрос в другую академию? Не в столичную? Нет, не вариант, тетя Клэр меня в другой город ни за что не отпустит. Это же надо будет искать мне жилье, оплачивать дуэнью, горничную, кучера, а она и так трясется за каждый дорн доставшегося мне наследства.
В расстройстве я летела через парк на такой скорости, что на этот раз врезалась в кого-то сама. Папке повезло, я прижимала ее к груди с такой силой, что вырвать ее у меня из рук мог разве что ураганный ветер. А вот моему лбу повезло меньше, он впечатался в подбородок парня с волосами цвета красной меди. И глаза у него были такого же удивительного медного цвета, удивительные глаза. Это я обнаружила, когда подняла взгляд, чтобы извиниться, но не успела. Он сделал это первым:
– Простите, мисс, – произнес молодой человек, подаваясь ко мне. – Вы сильно ушиблись?
Всевышний, вот есть же в мире нормальные люди! Мужчины… Драконы?! И этот тоже? Я обнаружила сей факт, когда зрачки парня дернулись в вертикаль и обратно. Да уж, Айрис, отличный улов: три дракона за одно утро и одно сорванное поступление. Но этот молодой человек совершенно точно не был виноват в том, что Адарен Веррес – самый что ни на есть шовинистичный шовинист, да и его брат недалеко ушел от него.
– Все хорошо, – ответила я. – Это я неслась, не разбирая дороги. Я была очень расстроена. Простите.
Парень был в форме академии: темно-красный пиджак и брюки, эмблема факультета боевой артефакторики, белая рубашка и галстук. Студент, значит. Я вздохнула.
– И что же вас так расстроило? – спросил он.
– Новый ректор.
– Адарен? – Его брови приподнялись.
И мои тоже. Нового ректора что, все называют вот так по свойски? Или… о нет. Нет, не может быть!
– Вы Вертейд Веррес? – догадалась я.
– Да. Именно так. – Он улыбнулся. – Но не бойтесь, брату я вас не сдам. У нас не самые теплые отношения.
И на том спасибо. Сегодняшний улов – не просто три дракона, а три брата Веррес. О которых ходит столько слухов, что из них можно целый роман написать. Непристойного содержания. В частности, один из них – что братья Веррес любят делить девушек на троих. Одну. Девушку. И…
Вот почему эта мысль пришла мне в голову именно сейчас? Я покраснела, а дракон кивнул на папку.
– Вы привезли какие-то документы, и он вас развернул на доработку?
– Холодно, – ответила я. – Я пришла поступать, но выяснила, что на факультет магинженерии мне доступ закрыт, поэтому я развернулась и ушла.
Он вздохнул.
– Да. К сожалению, вы не сможете учиться нигде, кроме факультета бытовой артефакторики.
– Ваш брат сказал мне то же самое.
– Адарен сказал вам это лично?
– Базиль. Еще и на бал послал. В смысле, сказал, что мне там самое место.
Младший Веррес обработал информацию за пару секунд и расхохотался. Я же только вздохнула:
– Рада, что мне удалось вас повеселить, но мне надо идти. Кучер вот-вот должен подать экипаж ко входу в Академию, я и так уже опаздываю. Если задержимся, мне влетит от тетки, у нее сегодня гости, и мне обязательно нужно присутствовать…
– Погодите, – Веррес коснулся моей руки, – мисс, я смеялся не над вами, а над своим братом. Просто это очень на него похоже. И почему вы не хотите рассмотреть факультет бытовой артефакторики?
– Я очень хотела заниматься магинженерией. Ей занимался мой отец, он умер, и… для меня это действительно важно.
– Почему бы не начать с того, что есть? – предложил дракон.
Он был не настолько высоким как и его братья, но таким же широкоплечим. И определенно более приятным, поэтому я задумалась над его словами.
– Подумайте, мисс…
– Айрис Шотторн, – представилась я. – Можно просто Айрис.
– Айрис, если вы поступите и будете хорошо учиться, вы сможете принимать участие в соревнованиях, которые устраиваются между факультетами. К тому же, если вас заметят – иногда в жюри бывают королевские артефакторы или просто известные меценаты, вы всегда можете представить им свою разработку и попытаться добиться зачисления именно туда, куда вам нужно. Главное – не сдаваться, правда?
Наверное, если бы отец был жив, он бы сказал то же самое. Мысли о нем затопили меня теплом и благодарностью – благодарностью, адресованной в том числе этому дракону.
– Спасибо! – сказала я. – За поддержку. Но я уже не успеваю подать сегодня, приеду завтра.
– Давайте, – дракон протянул руку.
– Что?
– Я передам ваши документы.
– Но… но… я же должна ответить на вопросы, и…
– Это просто подача документов, Айрис, кроме того, Базиль вас уже видел. И сказал вам про факультет, так что позвольте оказать вам эту услугу.
– Я буду очень благодарна, – серьезно сказала я, протягивая ему папку. – Спасибо большое!
– Это меньшее что я могу сделать после того, что устроили мои братья.
Наши пальцы соприкоснулись, и я вздрогнула от ужалившей подушечки искры. Так вот они какие, прикосновения драконов? Впрочем, думать об этом было уже некогда. Я быстро попрощалась с младшим Верресом и побежала в сторону ожидающего меня экипажа.
Глава 5.
Из Королевской академии должны были прислать ответ в течение недели, и я каждый день, до завтрака, неслась вниз, чтобы поинтересоваться у дворецкого, нет ли для меня писем. Его ответ оставался неизменным: никто мне не писал. Это означало, что мои документы не приняли. Или, что тоже возможно, Вертейд Веррес просто не передал мою папку. Забыл. Потерял. Даже не собирался мне помогать? Мне не хотелось верить, что единственный из братьев-драконов, который поступил как джентльмен, меня обманул, но писем из академии не приходило, и выводы напрашивались сами собой.
Пока я с каждым днем все больше расстраивалась, тетя Клэр, наоборот, расцветала. Ее настроение день ото дня становилось все лучше и лучше, а улыбка почти не сходила с лица.
– Не переживай, моя дорогая Айрис, – покровительственным тоном говорила она, – зато ты не пропустишь сезон и сможешь заняться поисками мужа уже летом.
Брачная охота. Как много в этом словосочетании противоречий. Словно мой будущий супруг олень, а я на балах буду не глазками стрелять, а из ружья. И выбирать надо самого крупного… Тьфу, самого богатого и знатного. Чтобы не тратить выстрелы на недостойного!
У хорошего настроения тетушки была еще одна причина: у нас всю неделю гостили ее дочери, Деспина и Фрида. Мои кузины давно «отстрелялись», и теперь наслаждались счастливым замужеством. Деспина привезла с собой дочь Ребекку, и это был единственный лучик света в моем темном царстве уныния и ожидания. Ребекке исполнился год и три месяца, и, пока я развлекала ее, она отвлекала меня. Тем, что исходила и изучила весь дом. Конечно, с Деспиной приехала няня, но мне все равно нравилось заниматься с малышкой. А няне нравилось, что она может расслабиться, пока я играю с Ребеккой.
– Дети тебе к лицу, кузина, – сообщила Фрида, когда все наслаждались полуденным чаем в гостиной.
Двери и окна были закрыты, а охлаждающий артефакт работал на максимальной мощности, сдерживая летний зной. Я дала Ребекке свою старую игрушку: ее сделала для меня мама. Мягкие кубики, которые меня свой цвет в зависимости от твоего настроения. Сейчас девочка смеялась, и один кубик в ее крохотной руке сиял розовым.
– За ней интересно наблюдать, – призналась я. – Ребекка вдохновляет меня на изобретения. Например, я поняла, что в нашем доме слишком много острых углов и предметов, абсолютно неприспособленных для маленьких детей, и подумала, что все эти углы можно закрыть каким-то артефактом, который не позволит ребенку к ним приближаться. Или если создать артефакт, который ограничит пространство…
Я рассказывала на эмоциях, стараясь увлечь своими идеями кузин, но с каждым моим словом на их лицах все сильнее и сильнее проступало изумление, граничащее с шоком, и мой голос звучал все тише и тише, пока я окончательно не осеклась и замолчала.
– Снова эти изобретения! – фыркнула тетя Клэр. – Фрида говорит о том, что тебе пора заводить своих детей, Айрис. У Деспины с Айзеком есть Ребекка, у Фриды с Густавом тоже скоро появится малыш.
Фрида, расположившаяся на подушках, довольно погладила круглый живот. Они с мужем ждали ребенка в начале осени.
– Они даже не знают, кто родится, – не растерялась я, – а если бы я изобрела артефакт, определяющий пол ребенка еще в утробе матери, то могли бы узнать.
– Для того, чтобы создавать подобные артефакты, Айрис, – важно заметила Деспина, – надо этому обучиться в Королевской академии, а тебя даже к экзаменам не допустили.
Ее слова попали точно в цель и больно ужалили. На глаза навернулись слезы от такой несправедливости. Деспина была абсолютна права, но легче от этого не становилось.
– Прошу прощения, – я резко поднялась и сбежала из гостиной, чтобы никто не заметил моих слез. Сейчас я просто не могла улыбаться и притворяться, что для меня это ничего не значит. Просто обычный отказ. Пустяк!
А ведь у меня за эту неделю возникло столько идей для создания артефактов! В основном, правда, по бытовой артефакторике. Гениального изобретения, позволившего мне помочь миру и перевестись на магинженерию, я так и не придумала. Думать-то думала, но в голову не приходило ничего из того, что еще задолго до меня не изобрели. Наверное, и не стоило всем этим заниматься, как говорила тетя Клэр, но я не привыкла сдаваться. Мои родители никогда не сдавались. А я, выходит, их подвела?
– Айрис, – Фрида мягко коснулась моего плеча, – мы не хотели тебя обидеть.
В отличие от меня, у кузины были темно-каштановые локоны и симпатичные ямочки на щеках. Деспина напоминала свою строгую мать, а Фрида – отца, который никогда не любил ссоры. Но сейчас кузина не улыбалась, а выглядела виноватой.
Она нашла меня в библиотеке, в моем любимом месте в тетином доме. Я всегда приходила сюда, когда мне становилось грустно или хотелось побыть в одиночестве. Залезала на широкий подоконник с ногами и смотрела на сад.
– Это было моей мечтой, – я шмыгнула носом и вытерла со щек слезы.
– Я знаю, – улыбнулась кузина, – но некоторым мечтам просто не суждено сбыться. Они потому и мечты, чтобы всегда оставаться далекими и недостижимыми.
Я хотела возразить, для чего вообще мечтать, если оно недостижимо, но не стала. Может, я действительно наивна, раз хотела стать магинженером? Но оставить свою мечту? У меня даже в груди засаднило, когда я об этом подумала.
– У тебя такое было?
– Конечно, – улыбнулась Фрида. – Это не отменяет того, что ты сможешь обрести свое счастье. Исполнить свое женское предназначение – поддерживать мужа и растить ваших детей.
Образование не помешало маме поддерживать папу и воспитывать меня, но, кажется, мы с кузиной разговаривали на разных языках. Она просто не понимала, насколько для меня это важно.
Поэтому я улыбнулась в ответ на ее поддержку, и Фрида приняла это за согласие с ее словами.
– Я придумала, как тебя развеселить, – сказала она. – Давайте устроим пикник у реки в нашем с Густавом поместье. Он позовет друзей, и, может, тебе даже кто-то понравится.
Я тяжело вздохнула.
Кажется, тетя и кузины задались целью найти мне жениха еще до начала сезона.
Глава 6.
День пикника начался с того, что меня посетили женские дни.
– Я не смогу поехать! – сказала я тете Клэр. Надеюсь, это прозвучало не слишком радостно, потому что обычно в такие дни я не радовалась, а лежала с грелкой у живота.
– Что?! – ужаснулась она. – Но за нами через час придет экипаж! Мы уже дали ответ, что мы будем.
– Скажете, что я заболела…
– Невозможно! С тобой приедут знакомиться… – Она поперхнулась и кашлянула. – То есть приедут друзья Густава, которые имеют самые серьезные намерения!
– Вот пусть дальше их и имеют, – разозлилась я, – а у меня живот болит!
– Ты предлагаешь мне сказать, что ты не поехала из-за женского стыда?! – Тетя Клэр схватила меня за руку и потащила наверх. – Немедленно зови Карину и одевайся! Или месяц будешь сидеть дома! Без возможности выйти!
Сидеть летом дома без возможности выйти мне не улыбалось, тем более что я уже собралась ехать в Академию снова, уточнять, почему меня не взяли. Если я им не подхожу, пусть имеют смелость сказать мне об этом в глаза, если их ректор – шовинист, тоже! А если мои документы просто не передали… ну-у-у, тогда один конкретный дракон будет иметь дело со мной! И ему это совершенно точно не понравится.
Живот сегодня даже не болел, как ни странно, зато меня начало укачивать, едва экипаж застучал колесами про брусчатке Арманбурга. Тетя сидела прямая, как палка, опираясь о кружевной зонтик, как джентльмен о трость, не сводя с меня пристального взгляда. Как будто я могла на полном ходу выпрыгнуть в окно или учудить еще что-то, смешав все ее планы познакомить меня с кем-то еще до моего первого выхода. С нами ехали Карина и Мари, тетина горничная, которые сразу почуяли тетино настроение и молчали, не отрывая взглядов от пола. Я же надеялась только, что тетя тоже будет молчать, потому что настроение у меня было, мягко говоря, не слишком хорошее.
– Не вздумай ходить с кислым лицом! – Мои ожидания не оправдались. – Ты девушка, ты должна всегда быть в хорошем настроении.
– Я никому ничего не должна, – пробормотала я.
– Что ты сказала, Айрис Шотторн? А ну повтори!
Горничные, до этого сидевшие тихо, кажется, с радостью бы сейчас превратились в мышей и забились под сиденье, в самый угол.
– Я сказала, что я никому ничего не должна.
– Ну разумеется! И все те силы, которые я вкладывала в тебя, как в свою родную дочь, не в счет? Когда ты болела, кто вызывал тебе доктора? Кто приглашал лучших гувернанток, чтобы ты получила лучшее образование? Кто за все это платил?
Вы делали это из средств моих родителей. Я прикусила язык и уставилась в окно, чтобы не наговорить лишнего. Тетя заботилась обо мне, потому что так было нужно, но не сверх этого, чтобы о ней не сказали, что она плохая сестра, никудышная леди, и все в том же ключе. Но искреннее отношение никогда и ни с чем не спутаешь, это чувствуют все, а дети особенно. Я не хотела показаться неблагодарной – все-таки у меня была крыша над головой, и не приютская, как могло бы быть, откажись тетя Клэр меня принять. Поэтому сейчас я предпочла молчать и рассматривать виды Арманбурга. Узкие улочки с рядами домиков, рынок, далее дорога, ведущая к выезду из города. Спустя час экипаж уже ехал по дороге, идущей между полей, раскаленных солнцем. Справа виднелся лес, вдалеке сверкала зеркальная гладь реки Сонаты.
В отличие от городской, вода в Сонате была кристально чистой, прозрачной даже на глубине – быстрое течение и отсутствие всяких фабрик играло в этом немаловажную роль. Впрочем, искупаться в ней мне все равно не грозило, даже если бы у меня не было женских дней, тетя считала лишним для девушки щеголять в купальном костюме, когда поблизости мужчины.
– Такое может позволить себе замужняя женщина. Если муж разрешит, – говорила она.
А я помнила, как весело нам было жаркими летними днями на берегу Сонаты с мамой и папой. Папа катал маму и меня на руках, мы брызгались, смеялись, и, казалось, это лето не кончится никогда. Но оно кончилось, и все кончилось. Определенно, мне сегодня не грозило стать душой компании с таким настроем, но я и не претендовала. Мой план-максимум на сегодня – не хлопнуться в обморок на жаре из-за туго затянутого корсета. И не сказать ни одному из друзей Густава ничего такого, что…
– … заставит меня краснеть. Слышишь, Айрис? Прибереги свой нрав для меня, я уже привыкла. И не вздумай говорить о своих артефактах или о том, что ты там собиралась изобрести. Слава Всевышнему, тебя не взяли.
Я плотно сжала губы и пообещала себе молчать не только всю оставшуюся дорогу, но и весь оставшийся пикник. Впрочем, когда дорога перестала тянуться вдоль поля – мы повернули и увидели невероятное, роскошное поместье Густава. Он построил его в подарок для Фриды, очень быстро, надо сказать, построил, буквально за три года после их свадьбы. Сегодня было первое лето, когда они принимали здесь, здесь же они планировали жить и зимой – дом был снабжен новейшими артефактами отопления, хорошими каминами, в общем, обошелся Густаву в целое состояние.
Тут и правда было на что посмотреть! Три этажа, высокие колонны, балконы, подъездная дорожка и площадь с фонтаном перед домом, а за ним – ухоженный парк. Пока что я обо всем этом только слышала, сейчас же невольно залюбовалась. Да, малышу Фриды будет где разгуляться. На мысли об этом я улыбнулась. Определенно, на этом пикнике будет кое-кто замечательный – Ребекка! Дочь Деспины от меня ничего не требует и просто счастлива, что я есть, даже если нрав у меня ужасный. Вот с ней и буду общаться.
Густав с Фридой встречали нас на роскошном крыльце, не менее роскошная лестница вела вниз, на подъездную дорожку. Достаточно широкая для того, чтобы любая леди, даже с самым большим кринолином могла подняться или спуститься в компании своего кавалера.
Я едва успела об этом подумать, когда кучер поставил к экипажу лесенку. Дворецкий подал мне руку, чтобы помочь спуститься, и в этот момент…
– Дракон? – Фрида ахнула это так непристойно громко, что тетя Клэр округлила глаза.
– Дракон?!
– Дракон!
Все, как по команде, задрали головы. Слуги, кузина с супругом, даже Мари и Карина высунулись из окна экипажа, чтобы посмотреть, и я не стала исключением. Это и правда был дракон! Огромный, пламенно-красный, его чешуя полыхала алым на солнце, он летел со стороны Арманбурга и стремительно увеличивался в размерах. Его тень скользила как огромная черная ладонь, молниеносное стирающая солнце с земли.
Миг – и вот он уже над нами, спикировал на нас.
Кто-то оглушительно завизжал, но кто – я так и не поняла, потому что дракон подхватил меня лапой: легко, как пушинку, и вновь стремительно взмыл ввысь. От резкой смены положения у меня закружилась голова, меня затошнило. Если бы я что-то съела за завтраком, это что-то оказалось бы на голове у тети Клэр, но, к счастью, я пила только воду. Поэтому сейчас у меня перед глазами всего лишь замелькали звездочки, их становилось все больше, больше и больше – чем дальше удалялась земля. Видимо, они нужны были для того, чтобы освещать темноту, окутавшую меня перед тем, как я потеряла сознание.
Глава 7.
* Адарен Веррес *
Девчонка лежала на кровати и выглядела трогательно-невинной. Впрочем, она и была невинной, но чем больше дракон на нее смотрел, тем больше злился. В его планы не входила истинность, у него и без этого проблем было по горло. А теперь вот…
– Я говорил, что надо было сразу пригласить ее к себе для приватного разговора, – сообщил лениво развалившийся в кресле Базиль. – Сразу, как мы поняли…
– Что? – холодно поинтересовался Адарен. – Что она – истинная? Ты знаешь, чья именно?
Базиль пожал плечами и уставился в вырез девушки, за что Адарену захотелось дать ему затрещину. Брат никогда не отличался строгими принципами, не говоря уже о том, что девушки в его постели сменяли одна другую с завидной регулярностью. Замужние, незамужние, драконессы, простые женщины…
– Базиль! – рявкнул Адарен, теряя терпение, когда тот приподнялся, чтобы получше рассмотреть ее декольте. Там, признаться честно, было на что посмотреть, природа Айрис Шотторн не обделила, но безразличие брата к общей проблеме и его нежелание становиться серьезным даже сейчас выводили из себя посильнее общей истинности.
– Не рычи на меня, – ноздри дракона дрогнули.
– Мы все еще не придумали, что скажем ей, когда она очнется, – перебил Верт, вставая таким образом, чтобы оказаться между Адареном и Базилем, а заодно заслонить последнему обзор на декольте Айрис. – Я предлагаю правду.
– Правду? – хохотнул Базиль. – О том, что у нас один дракон на троих? И что мы понятия не имеем, чья она истинная?
Адарен посмотрел на него в упор, жестко, но тот только хмыкнул и откинулся на спинку кресла. Все началось немногим более недели назад, когда они втроем в один день столкнулись с Айрис Шотторн. И одновременно почувствовали изменения в энергетике дракона. Сначала Адарен не придал этому значения, из-за проклятия, лишившего их возможности обращаться по одиночке и превративших в единое целое, что в драконьем мире случилось впервые и представляло собой весьма опасный магический парадокс, в общей энергетике второй ипостаси постоянно творились какие-то странности. Но прошло совсем немного времени, и он начал осознавать, что эта странность совершенно иного рода.
Его постоянно на уровне инстинктов отбрасывало в день встречи. Когда к нему с этим пришел Верт, Адарен заподозрил неладное. Базиль нехотя подтвердил, что да, его тоже слегка дергает по поводу смазливой рыжей девчонки, которая планировала поступать на факультет магинженерии. Помимо прочего, дракон постоянно порывался обернуться и лететь за ней, из-за чего братья последнюю неделю ходили на взводе, не имея ни малейшего представления, что с этим делать.
Истинность в их мире – небывалая ценность. Дар. Бесконечное благословение.
Если ты не собираешься воедино с братьями и отлично понимаешь, что это – твоя истинная. Но в данном случае Айрис могла оказаться истинной любого из них, поэтому Адарен откладывал. Откладывал. Откладывал… и дооткладывался до того, что сегодня дракон просто собрался и полетел за ней в добровольно-принудительном порядке.
Это произошло за завтраком, когда братья были максимально близко. Они едва успели выбежать на улицу, чтобы не разнести дом, выбежать-то успели, но у дракона, подавляемого волей Адарена, просто снесло крышу. Он слетал за девчонкой за город, уволок ее на глазах у ошалевших родственников, и ни Адарен, ни Базиль, ни Верт, ни все они втроем ничего не смогли сделать.
Потому что истинная – это драконье золото, и дракон никогда от нее не откажется. Будет защищать ее даже ценой собственной жизни. Но как же это все сейчас… совершенно не к месту.
– Правда будет лучше всего, – сухо поддержал младшего Адарен, и Верт кивнул.
В кои-то веки они были солидарны, потому что начиная со дня проклятия отношения с братьями стали еще хуже, чем были до этого.
– Ну-ну, – поддел Базиль. – Посмотрим, что она выдаст, когда вы ей это расскажете. Насколько я понял, Айрис у нас девушка с характером.
– С характером, но она умна, – заметил Вертейд. – А значит, если мы все корректно ей объясним, проблем не будет.
– Ну-да-ну-да, – Базиль усмехнулся. – Все девушки умные… когда речь заходит о потенциальном замужестве или танцах.
– А может, это ты таких выбираешь? – парировал Верт.
– Что-что? – средний приподнялся, сузив глаза до щелочек. – А ну, повтори…
– У нее нет выбора, – холодно произнес Адарен, перебивая не успевшую перерасти в очередной конфликт перепалку. – Ей придется это принять.
Но, прежде чем этот разговор успел получить развитие, из-за спины раздался крайне возмущенный голос Айрис Шотторн:
– Что мне придется принять?! И с какой это стати у меня нет выбора?!
