Текст книги "Лесная жена (СИ)"

Автор книги: Марина Богданович

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 21 страниц)

Глава 15.

Ита

Четыре авалорца спустя, когда за окном стояла непроглядная темень, меня, наконец, снова посетил наш староста.

– Ну как идет работа, Ита? Пообвыклась? – Бодренько спросил он.

– Вроде, неплохо, – почти не кривя душой, ответила я.

Глаза от недосыпа, конечно, слипались, но в целом все прошло лучше, чем я ожидала. Работа была несложной, замерзнуть я не успела, хотя сейчас принимала последнего на сегодня человека, но самое главное – ко мне так никто и не пристал. Мужчины шутили, улыбались, благодарили за помощь, дважды приносили мне горячий чай с кухни – и на этом все. Единственное происшествие было с попытками Рада меня накормить, да и то «происшествием» это можно назвать лишь с натяжкой.

– Вот и славно, – хлопнул в ладоши староста, кладя на стул рядом со мной мешочек с монетами, – твое жалование на ближайшие две недели. Как закончишь с этим, – указал он на моего последнего пациента, можешь на сегодня быть свободна. Другие Ашим уже разошлись, дверь на замок здесь запирать не нужно, просто так выходи.

– Ясно, спасибо.

– Но с утра ты снова должна быть здесь, Ита, уж не обессудь. Перерыв будет только на обед в час и на ужин в 6, ну и по нужде сбегать, когда нужно. Остальное время – работа и работа. Охотники сейчас вынуждены больше обычного бывать вблизи Излома, а потому и чернота быстрее накапливается. Как станет у них поспокойнее, тогда и тебе не так много работать придется.

– А с утра – это во сколько?

– Тебя соседка твоя разбудит, Нина. Еще не познакомились?

– Ашим с первого этажа приходили ко мне знакомиться, но Нины я не припоминаю.

– А да, точно, когда я тебя привел, она уже ушла. Дар у нее средний, и хватает ее на полдня, она всегда по утрам на работу выходит и тоже живет в комнатах для Ашим. Я ее недавно видел и просил тебя завтра разбудить, так что будь спокойна – не проспишь.

Я вообще-то и так об этом не волновалась, но решила быть умной и промолчать.

– И еще, – староста остановился в дверях, – там тебе Бран баньку растопил, воды наносил, так что перед сном можешь помыться да попариться. Холод в костях уже появился?

– Еще нет, – решила все же сказать правду.

Надеюсь, мне моя честность не выйдет боком и меня не заставят работать круглосуточно.

– Вот и добре, оставлю тебе здесь фонарь со свечой и спички, а то сейчас на улице – хоть глаз выколи, – улыбнулся старик и скрылся за дверью.

– Спасибо, Ита, – сказал мой последний "пациент", одеваясь, когда мы закончили.

– На здоровье, Харид, – радостно ответила я, предвкушая скорый отдых.

– Пойдем, провожу тебя, а то мало ли кто на улице сейчас, – предложил он.

– Так тут идти два шага, – отказалась я, а сердце от страха так и замерло.

Неужели моя удача на сегодня закончилась? Вокруг ни души, и если он захочет со мной что-то сделать, ничто ему не помешает. Я подскочила и попятилась назад.

– Ита, ты за кого меня принимаешь?! – В его голосе слышался упрек. – Ты новенькая здесь, и я просто хотел проявить гостеприимство, да и мало ли ты темноты боишься.

– Ясно, прости, что так вышло. Просто меня предупреждали, что всякое может случится.

Я потупила взгляд. Неловко получилось.

– Староста не дурак, чтобы тебя одну абы с кем оставлять. Не спорю, разные случаи бывали у нас, но, тем не менее, тебя скорее просто стращали. У нас же здесь не беспредел, и княжеские стражи в селении есть. Если кто-то по пьяни домогается до Ашим, его же потом наши мужики и прижмут, даже без стражей, и мало ему не покажется. Исключение только если все знают, что Ашим сама хвостом перед мужиками вертит да поддразнивает. Но ты себя пока таким образом не проявляла, так что будь спокойна.

– Спасибо за объяснения, Харид, теперь мне стало понятнее, как у вас тут все устроено. Я тогда пойду?

– Пойдем, конечно, хоть спуститься с тобой вместе можно?

Теплая улыбка озарила лицо авалорца.

– Спуститься можно, – тихо ответила я, тоже улыбнувшись.

– Скажи, Ита, – спросил он меня, когда мы шли по лестнице, – может, тебе уже кто-то приглянулся, и поэтому ты и Рада отшила, и вот от меня шарахаешься?

– Когда бы мне кто приглянулся?! Я ведь только сегодня приехала! Просто непривычно это все для меня... Я никогда не была в окружении мужчин, не знаю, как себя вести, и если честно, сближаться с кем-то не спешу. Это же ничего?

– Ничего, конечно, – Харид снова улыбнулся. – И ты зря переживаешь: наши мужики тоже не любят спешить и хорошо присматриваются прежде, чем предложить Ашим покровительство. Так что ты уж не паникуй, для нас сперва это просто общение. Если мужчина всерьез начнет добиваться твоего расположения, такое не пропустишь и с обычным интересом не спутаешь.

– Просто общаться, наверное, можно, – задумчиво сказала я, – и мы сейчас просто общаемся. Так?

– Все так, Ита. Сейчас просто общаемся, а там жизнь покажет, – подмигнул он мне. – Спокойной ночи.

– Спокойной, Харид.

И я поспешила в свою комнатушку.

Перед дверью своей комнаты я обнаружила кувшин с молоком и буханку хлеба в плетеной корзине. Поозиравшись по сторонам и никого не найдя, я все же решила принять гостинец – если соседка разбудит меня совсем рано, у меня хотя бы будет, чем позавтракать.

Уже после, сходив в баньку, а затем устроившись на постели, я проматывала в голове события сегодняшнего дня. Как же резко изменилась моя жизнь. И не сказать, чтобы в худшую сторону: я в тепле и сытости, в мешочке, что принес староста оказалось десять монет, не знаю, что за них можно купить, но с крышей над головой и питанием я и так не пропаду. Местные жители оказались неплохими людьми, и особенно, что меня радовало, это чувство, что я больше не обуза и приношу людям пользу, а отсутсвие всегдашней слабости – вообще чудо чудесное.

В памяти всплывали лица людей, с которыми я сегодня познакомилась: староста, Глора, Ксена и другие женщины, Рад, Бран, Харид и прочие мужчины.

Затем почему-то вспомнился Роан. Я боялась, что он будет меня искать, но после прибытия в селение, так его и не видела.

И Саор...

Перед глазами встал образ сильного красивого мужчины с добрыми голубыми глазами и светлыми, точно выгоревшими на солнце, волосами.

Мне припомнилась наша первая встреча, его участливый, добрый взгляд, сильные руки, что надежно держали меня на коне, и как те же руки несли мое слабое тело, когда не было сил передвигаться самой; как он кормил меня утром в имперском форте, как успокаивал меня, чтобы я не боялась своего первого пациента с чернотой, как защитил от Роана у костра, как приходил потом поговорить со мной перед сном. Короткие моменты-воспоминания мелькали в памяти, сменяя друг друга, вызывая в груди щемящее, теплое чувство, приправленное каплей грусти.

Когда Харид спросил меня, не приглянулся ли мне уже кто-то из здешних, я, конечно, соврала. В мыслях тут же возник Саор, он первый, кто был по-настоящему добр ко мне и первый мужчина, при воспоминании о котором сердце невольно бъется чаще.

Но он уже несвободен, и я уважаю его выбор. Ему не нужна другая женщина. А мне не нужен другой покровитель. Так что мне остается только выкинуть глупые мысли из головы и стараться жить тихо и незаметно. Благо, работы много, и скучать от безделья мне не придется.

Глава 16.

Ита

Стук в дверь ранним утром заставил меня вынырнуть из крепкого сна и подскочить на постели, оглядывая все еще непривычную обстановку и силясь понять, где я и что происходит.

Понимание происходящего быстро вернулось, и я метнулась к двери поприветствовать свою соседку.

Вопреки моим ожиданиям, Нина оказалась вовсе не молоденькой простушкой, подобной мне. На пороге стояла самая красивая женщина, которую мне когда-либо доводилось видеть. Если бы я была мужчиной, наверное, упала бы к ее ногам без сознания, впрочем, я и сейчас уже почти готова падать.

Я застыла в дверях, раскрывши рот, созерцая идеальные, густые, темно-каштановые волосы, убранные назад изящным ободком со сверкающими камушками; неужели драгоценными?

Лик прекраснейший, словно она сошла с полотна талантливого художника – тонкая шея, правильные утонченные черты лица, нежнейшая фарфоровая кожа, легкий румянец на щеках, алые губы не тонкие, но и не пухлые и ... ее глаза. Таких голубых глаз я в жизни не видывала, они сияли словно драгоценные кристалы.

Платье из тонкой шерсти идеально сидело по фигуре соседки и подчеркивало ее женственные формы – тонкую талию, округлые, в меру широкие бедра и красивую грудь. Нина была чуть ниже меня и, казалось, лет на десять старше. Не девочка, а молодая женщина.

Но почему она до сих пор живет здесь? Никогда не поверю, что у такой красавицы маленький выбор кавалеров. Или, может, она совсем недавно приехала сюда из другого селения?

Нина тепло улыбнулась мне, обнажив идеально ровный ряд белых, подобно жемчужинам зубов. У нее вообще есть изъяны?!

– Доброе утро, новенькая, – прервала она мои размышления, подмигнув мне.

Из дружелюбного тона и почти панибраткого приветсвия было видно, что при всей своей ослепительной красоте, она вовсе не высокомерна.

– Здравствуйте, – ответила я нерешительно, от волнения уцепившись в свою худую сорочку.

– Зови меня Нина и на «ты», – продолжая улыбаться, поправила меня собеседница.

– Хорошо, Нина, я Ита.

– Уже весь город знает, что к нам приехала Ашим Ита с сильным даром. Так, Ита, болтать будем потом, а сейчас быстро беги в баню умывайся, одевайся и приходи ко мне. Моя комната крайняя справа.

– Конечно, я сию минуту!

Я поспешила сделать все утренние дела, не хотелось задерживать Нину, да и мужчины, наверняка, уже ждут нас. Перед самым выходом успела только сделать глоток молока и откусить кусок хлеба от булки, которая вчера обнаружилась под моей дверью. Ужин накануне был сытным, а потому я не была голодна.

– Открыто, – ответил мне знакомый голос после того, как я постучала в указанную дверь.

И вот уже второй раз за утро я была поражена.

Комната Нины была такого же размера, как и моя, но другого сходства больше не наблюдалось. Вместо двух узких кроватей, здесь стояла одна, побольше, с высоким матрасом, застеленным дорогим, расшитым покрывалом и с красивой резной спинкой. На полу – ковер с затейливыми узорами, на одной стене – три небольшие картины в ряд, на другой – несколько полочек, выкрашенных в бледно-голубую краску. В углу стоял настоящий шкаф, с такой же резьбой, что и на изголовье кровати. Окна украшали тонкие белые занавески и плотные, темно-синие шторы, на маленьком столике возле кровати стоял цветок в горшке, а на обеденном столе, который был чуть больше моего и, конечно, добротнее – тарелки с разными закусками и два глиняных горшочка, закрытых крышками.

Нина сделала вид, что не заметила моего ошарашенного вида и как ни в чем не бывало пригласила меня позавтракать вместе с ней.

Хоть я и отпиралась, меня деликатно, но непреклонно усадили за стол.

– Сначала закуски, – сказала она, накладывая в мою тарелку различные диковинные угощения и вместе с ними подвигая ко мне кружку ароматного чая.

Себе она положила только две штучки чего-то и сразу принялась есть.

– Это слишком много для меня. Даже больше, чем я съедаю на обед, – начала я снова отнекиваться.

– Ты посмотри на себя! Кожа да кости! Чтобы съела все до последней крошки. И еще горячее будет, – назидательным тоном, не терпящим возражений, велели мне.

Я откусила от закуски, ближайшей ко мне, которая представляла собой небольшой многослойный квадратик из сыра, мяса, местного овоща и чего-то еще, уложенных друг поверх друга и проткнутых деревянной шпажкой. Вку-усно!

Наверное, вкусовой блаженство отразилось на моем лице, потому что Нина, глядя на меня, снова улыбнулась, засмущав меня окончательно.

– Другие тоже должны тебе понравится, – по-доброму сказала она и была права.

Когда с закусками, которые я на удивление проглотила и не заметила, было покончено, ко мне придвинули горшочек с горячим.

– Нина, спасибо тебе большое, но я уже наелась, правда, – сделала я еще одну робкую попытку отказаться.

– Если примешь мой совет, – сказала она спокойно, – не отказывайся от чего-то хорошего, когда тебе предлагают, просто от неловкости. Поверь, это жаркое стоит того, чтобы отыскать для него местечко в желудке, даже если он полон. Климат здесь суровый, так что хорошее питание – необходимость, особенно, для Ашим. Ведь каждый наш рабочий день заканчивается холодом, пробирающим до костей. Бр-р, – и она смешно поежилась, словно воробей, распушивший перья.

– В таком случае, спасибо за угощение, – пропищала, открывая крышку и втягивая носом умопомрачительный аромат.

– Ну что, когда пойдут вопросы? – Спосила меня брюнетка, когда мы с ней обе принялись за горячее.

– Я не совсем понимаю, какие вопросы?

– Разве тебе ничего не хочется спросить?

Мне-то хотелось, и много чего. Да только разве это было вежливо.

– Город у нас не такой большой, – начала Нина после того, как я просто пожала плечами, – все у всех на виду и люди всякое болтают. Ты мне с первого взгляда понравилась, а такое бывает очень редко, так что я предпочла бы, чтобы обо мне ты узнала из первых уст, а не из сплетен.

Из голоса Нины пропала легкая смешливость, и сейчас она смотрела на меня серьезными, немного грустными глазами, в которых читалась какая-то глубина и даже боль, что совсем не клеилось с ее образом красивой, беспечной «куклы» в дорогом «домике».

– Ты давно приехала сюда?

Я решилась задать вопрос, потому что мне показалось, что для Нины действительно важно, чтобы я ее спросила о том, что меня интересует.

– Десять лет назад меня привезли сюда сразу после определения моего дара, как и тебя.

– Ясно. Староста вчера сказал, что Ашим долго не живут в этих комнатах, поэтому я предположила…

– Что я переехала сюда недавно, – закончила она мою мысль. – Как видишь, нет. Да и комната моя несколько отличается от твоей, не так ли?

– Не то слово, – восторженно ответила я. – У тебя здесь так уютно и красиво!

– Рада, что тебе нравится, – ответила Нина, но голос был какой-то глухой. – Здешняя мебель и наш завтрак, как и все остальное, – подарки от поклонников.

– Немудрено! Ведь ты настоящая красавица! – Воскликнула я.

– Вот поэтому ты мне и понравилась, Ита, – сейчас Нина напоминала мне добрую тетушку, умудренную опытом.

– Обычно, в глазах женщин я вижу зависть, осуждение, злобу, ну, или наигранное равнодушие... А в тебе этого нет, оставайся такой подольше, прошу, – сказала она тихо.

– Нина… хорошо, – только и могла вымолвить я.

На запястьях молодой женщины не было ни одного браслета, однако дорогая одежда, украшения и эта обстановка говорили о том, что мужским вниманием и дарами она не обделена. Значит ли это, что Нина – одна из тех Ашим, про которых мне вчера говорил Харид?

Даже если и так, не мне ее судить! Кто я такая, чтобы оценивать ее выбор, когда я ничего не знаю ни о ее жизни, ни о ее боли? Пронзительный взгляд голубых глаз напротив подтверждал, что последнее ее не миновало.

– Во время работы не стоит подходить ко мне на перерывах. Но я буду рада, если завтра утром ты снова придешь ко мне на завтрак.

Улыбка ее вышла слегка натянутой.

– Мне все равно, какие сплетни распускают люди, – твердо сказала я, – у меня никогда не было настоящей подруги, но ты мне тоже с первого мига понравилась. Давай дружить! – Выпалила я.

Нет, меня вовсе не подкупила еда и даже не признание в том, что я ей понравилась. Меня покорила ее искренность и сила, которую я чувствовала в этой хрупкой на вид женщине.

– Время покажет, сможем ли мы подружиться, – остудила мой пыл собеседница, а после небольшой паузы продолжила: – но я бы тоже этого хотела.

В этой главе вы познакомились с Ниной, которая у нас сложный и неоднозначный персонаж. Просьба не делать скоропалительных умозаключений, пока не дочитаете роман до конца.

Глава 17.

Ита

Когда мы расправились с завтраком, нужно было отправляться на работу.

– А платья потеплее у тебя не нашлось?

Оценивающий взгляд Нины прошелся по мне сверху вниз и обратно.

– Это пока все, что у меня есть. Староста выдал мне жалование, как выдастся свободное время, я думала пойти на рынок и поискать одежду потеплее. Но у меня уже есть теплый плащ и сапожки! К тому же вчера мне было совсем нехолдно во время работы, – ответила я, словно оправдываясь, переминаясь с ноги на ногу.

– Ясно-ясно, я просто уточнила. Слушай, у меня есть платок, который я ни разу не носила, и это не чей-то подарок, недавно к нам приезжали торговцы из соседнего селения, и я сама его купила.

С этими словами Нина открыла шкаф и достала с полки большой шерстяной платок изящной вязки.

– На вот, накинь на спину, и тогда я не буду переживать, пока ты купишь себе что-то потеплее, – подмигнула она мне.

– Нина, я не могу, он такой красивый и, наверняка, дорогой. Да и не холодно мне целый день в натопленном зале приема сидеть.

– Это вечером там натоплено, а по утрам – холодина. Не уприрайся, я прошу тебя. Даже если ты простынешь, тебя все равно на работу погонят. Сейчас много приехавших мужиков, никому и дела не будет до твоего недомогания. – Твердо сказала моя новая подруга, по другому ее язык не поворачивался назвать, запихивая мне в руки платок.

– Спасибо, я тогда верну, когда куплю что-то теплое.

– Да-да, конечно, – улыбнулась она. – Тебе пора спешить, наверняка, другие Ашим уже на месте, – сказала Нина, забирая платок из моих рук и накидывая мне его на плечи.

– Староста сказал, что ты тоже по утрам работаешь.

– Верно сказал, только мне еще со стола убрать. Ты беги, я тут приберусь, а потом следом приду.

– Так вдвоем мы быстрее приберемся, – начало было я.

– Ита, просто иди, хорошо? – Как-то устало сказала Нина.

– Нет! – Отрезала я и встала у двери, как вкопаная.

– Уверена, что не пожалеешь, – спросила брюнетка, чуть прищурившись.

– Не попробуешь – не узнаешь, но думаю, что нет.

– А ты мудра не по годам. Ну тогда пошли, – ответила она, накидывая свой плащ.

Когда мы вошли в друхэтажную пристройку для приеммов, Нина сразу направилась на второй этаж.

– С утра всегда много Ашим, а на первом этаже только четыре места, которые всегда заняты, – бросила она мне через плечо, когда поднималась по лестнице.

– А что? На первом этаже места чем-то лучше?

– Просто там теплее.

В небольшом коридорчике перед залом приема уже толпились авалорцы.

– Привет, мальчики, – поприветствовала их Нина.

А те расплылись в улыбках и принялись ответно желать ей, а заодно и мне, хорошего утра.

Когда мы вошли, оставалось как раз два свободных места, которые мы и заняли. Не все Ашим ответили на приветствие Нины. Ксена и еще одна молодая женщина, которая сидела рядом с ней, подчеркнуто поздоровались только со мной.

– Нина, познакомься, это Вероника, – представила мне Ксена свою подругу, которая выглядела чуть постарше Ксены.

Вчера Ксена показалась мне приятной девушкой, но увидев, как она относится к Нине, я не знала, как поступить. Все же зря я сегодня утром постеснялась задавать Нине вопросы, когда она сама предлагала. Было бы хорошо понимать, за что конкретно, кроме ее очевидной красоты, ее не любят. А сплетни со временем сами собой бы до меня долетели. И тогда я смогла бы составить свое мнение и понять, с кем сближаться, а от кого держаться подальше. И дело вовсе не в численном перевесе, ведь я тоже всю жизнь была одинока, так что даже одна настоящая подруга – уже счастье для меня. Просто мне хочется общаться с людьми, достойными доверия.

А пока я нейтрально-приветливо поприветсвовала Веронику и принялась за работу.

Женшины обсуждали между собой скорые роды Глоры, которой сегодня не было на работе, приезд новых охотников, а также задали и мне пару вопросов о моих первых впечатлениях, на которые я отвечала немногословно.

Мне было не по себе, что они подчеркнуто исключали Нину из круга общения, которая, к моему изумлению, выглядела совершенно спокойной и расслабленной, словно вся эта ситуация ее не касается. С мужчинами, которых она принимала, моя подруга тоже не позволяла себе ничего особенного, здоровалась, могла тихо поболтать о пустяках, как и остальные Ашим. Ей, как и другим, мужчины приносили час с кухни и иногда кое-что перекусить. В общем, совершенно ничего ужасного я не заметила.

Когда настало время обеда, несколько Ашим, в том числе и Ксена с Вероникой собрались идти в харчевню.

– Пойдем с нами, Ита. Время подкрепиться, – пригласила меня Ксена.

Я бросила взгляд на Нину, что не укрылось от Ашим, но лица они сохранили при этом ровные.

– Нина, ты пойдешь? – Все же спросила я.

Ну не могла я поступить по-свински с человеком, которая была так добра ко мне.

– Иди без меня, Ита, я еще одного приму и закончу на сегодня, – бодрым голосом сказала Нина, тепло мне улыбнувшись.

– Тогда хорошо тебе поработать, – также с улыбкой ответила я.

Я решила все же пойти со всеми. С одной стороны, я показала окружающим, что Нина мне не враг, с другой, остальные Ашим мне тоже не враги. У меня была несмелая надежда, что их неприязнь зиждется на каком-то давнем недоразумении, и в таком случае, я могла бы им как-то помочь примириться, будучи не втянутой в их ссору.

Припомнилась одна из заповедей благочестия: «блаженны миротворцы...», и я еще больше утвердилась в правильности своего решения.

– Нина – не лучшая для тебя компания, Ита, – начала Ксена на правах моей «старой» знакомой, стоило нам усесться за большым столом в углу харчевни.

– Я благодарна ей, что она разбудила меня сегодня утром перед работой и даже предложила вместе позавтракать. Я стараюсь со всеми жить дружно, если это возможно, так что не понимаю, почему я должна сторониться ее, – ответила я прямо.

– Когда твой покровитель бросит тебя и пойдет развлекаться с этой вертихвосткой, тогда поймешь, – горько сказала Вероника, и женщины за столом дружно закивали, соглашаясь с ней.

– Мы рожаем детей и пытаемся построить прочные отношения, – включилась в разговор Дара, которую я сегодня увидела впервые, – а Нина бесплодна, живет в свое удовольствие, детей не рожает, хозяйство не ведет, на покровительство не соглашается, никому ничего не обещает и принимает мужчин только, когда захочет, а мужики-дураки – все равно ведутся на ее красоту. Сколько семей эта ведьма разрушила!

– Вот у Вероники ее покровитель попросил вернуть ему браслет месяц назад, – сказала Ксена, – а на следующий день его видели поздним вечером заходящим в комнату к Нине!

– Мне очень жаль, Вероника, тебе, наверное, тяжело пришлось, – сказала я сочувственно, при этом заметив, что на руке женщины красовалось два браслета.

Значит, она все же не осталась одна-оденешенька? Или уже успела подыскать себе новых покровителей?

А Ксена тем временем продолжала:

– И меня мой самый первый покровитель оставил беременную и ушел к этой змее! А он тогда у меня был единственным! А с пузом знаешь не быстро найдешь себе другого. Вот и мне пришлось всю оставшуюся беременность прожить в его доме, выгонять он меня обратно в убогую комнатушку не стал, но при этом я знала, что он к ней ходит! Какое унижение!

И Ксена расплакалась.

Ее положению, конечно, не позавидуешь, но, прежде всего, в таком отношении виноваты мужчины, а не Нина. Ведь это они в первую очередь должны были хранить верность своим Ашим. К тому же, насколько я поняла, временные отношения здесь не редкость.

Не знаю, почему, но мне казалось, что не все здесь так просто. Да и я никогда не поверю, что Нина, которая, наверняка, могла бы заполучить любого мужчину, без причины выбрала участь ночной бабочки.

Свои мысли я держала при себе, но мне кажется, Ашим ожидали от меня бурного возмущения и негодования. Вместо этого, я лишь выразила «потерпевшим» свое сочувствие и пожелала, чтобы у них были крепкие и долгие отношения с их покровителями, а затем принялась за еду. В итоге, обед прошел в мрачной атмосфере, и я была несказанно рада вскорости вернуться к работе.

Остаток дня со мной особо никто не болтал, однако, если я кого-то о чем-то спрашивала, мне все же отвечали. Ну, а я для себя твердо решила – завтра утром обязательно услышать версию Нины.

Я решила оставить прежний график прод на октябрь: Вт, Чт и Сб (как говорится, скрестите пальцы, чтобы я успевала писать новые главы)