Текст книги "Лесная жена (СИ)"

Автор книги: Марина Богданович

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 21 страниц)

Глава 51.

Ита

Следующий день можно было описать одним словом. Уют.

Когда я проснулась, в доме было тихо. Жар от натопленной заново печи хорошо прогрел все мои косточки и, казалось, живот ныл уже не так сильно. Я села на краю припечка, свесив босые ноги, и в этот момент к комнтау вошел Бран.

Великан помахал мне рукой и тут же подошел ко мне.

– Можно? – Спосил он жестом.

Я поняла, что он хочет помочь мне спуститься и кивнула.

Охотник осторожно положил свои руки мне на талию и через миг я уже стояла на полу.

– Спасибо.

Бран задержал свои руки на мне чуть дольше, чем было необходимо. А после, словно опомнившись, отступил на шаг и, подарив мне короткую улыбку, отошел за шторку у своей кровати, позволяя мне спокойно переодеться.

После завтрака в наш дом потянулись охотники, которых я лечила, полусидя на кровати Саора. Я хотела принимать пациентов на лавке у окна, но Брану не понравилась эта затея. Он настоял, чтобы я устроилась в кровати, где и мягче, и теплее. Спорить я не стала, и спустя время была очень этому рада.

Несмотря на вереницу охотников, сменявшихся до позднего вечера, дома было очень спокойно, что благотворно отражалось и на самочувствии, и на душевном состоянии.

За окном целый день лил дождь, а у нас потрескивали дрова в печи, охотники время от времени заводили со мной легкие беседы, а Бран то обедом занимался, то оружие чистил и точил, то приносил мне попить и жестами справлялся о моем самочувствии.

Следующий день прошел так же, за исключением неожиданного визита Итана.

Как оказалось, он даже не собирался входить в дом, чтобы меня не тревожить, но Бран сам его пригласил, наверное, припомнив, как я сокрушалась о пропавшем уроке и как хвалила своего учителя.

– Здравствуй, Ита, как самочувствие?

– Все хорошо. Бран делает из мухи медведя.

Итан улыбнулся, но ничего не ответил.

– Я лишь хотел передать тебе детскую книжку, чтобы ты практиковалась в чтении, пока мы не можем полноценно заниматься.

– Спасибо, на следующее занятие я точно приду.

– Отлично, вот тогда книжку и вернешь.

Я не стала предлагать Итану остаться с нами на ужин. По правде говоря, мне было неловко перед ним. В прошлый раз, когда мы виделись, я плакала из-за Саора и говорила ему, что хочу быть только с одним мужчиной, а сегодня Итан своими глазами увидел, как другой мужчина хлопочет обо мне, а я принимаю его заботу.

То ли почувствовав мое напряжение, то ли по другой причине, но вскоре Итан покинул наш дом.

А я снова стала терзаться вчерашними мыслями.

Видя мое немного отстраненное поведение, Бран не стал мне навязывать свою компанию. После ужина я немного почитала книгу в слух, а он слушал. А затем, каждый провел остаток вечера в своем углу. Наверное, он тоже размышлял, как и я, только о своем.

Последний рабочий день перед выходным я провела с другими Ашим в зале приемов. Бран уже не сидел возле меня все время, но раз пять заходил проведывать, принося мне то яблочко, то теплое питье, то настойчиво кутая меня в покрывало.

Почему-то с ним мне было легко следовать совету Нины, который она когда-то дала в отношении Саора. А именно, придерживать свои чувства.

Да, мне была приятна забота немого охотника, как и он сам. Да, когда он был рядом, на душе было светло и спокойно, а его короткие осторожные прикосновения отзывались теплом. И да, думаю, я могла бы его поцеловать...

Возвращаясь с Браном домой, я словила себя на мысли, что неделя подходит к концу, а я так и не умерла от тоски по Саору, как предполагала. Но вместе с тем, я ждала возвращения моего покровителя. И при мысли о том, что скоро его увижу, мое сердце, как и прежде, билось чаще.

***

Утро выходного дня выдалось прохладным, с позолотой первого осеннего солнца на крышах. Когда я вышла в сени, Бран, уже собранный и подтянутый, жестом привлек мое внимание. Он показал на пустеющую кладовую, затем на себя, на меня и провел пальцем по воздуху, изображая дорогу.

– На рынок? – уточнила я, и он радостно кивнул, его глаза оживились. – Да, конечно, провизию действительно нужно пополнить.

Дорога до рынка была наполнена легкой, почти дружеской болтовней с моей стороны и выразительными жестами – с его. Он показывал на бегущую по небу облачную гряду, предрекая дождь к вечеру, а я спорила, что ветер уже разгоняет тучи. В такие моменты его немота почти не ощущалась; мы понимали друг друга с полуслова, с полувзгляда.

Рынок встретил нас шумом, ароматами свежего хлеба, копченого мяса и сладких ягод. Бран сразу взял инициативу в свои твердые руки. Он сосредоточенно выбирал корнеплоды, взвешивал на ладони яблоки, придирчиво осматривал сыры. И он скупал все. Буквально.

– Бран, это же на небольшой отряд! – рассмеялась я, когда он принялся завязывать в узел третью по счету копченую куропатку. – Нас всего двое, мы столько не съедим!

Он посмотрел на меня с наигранной серьезностью, ткнул пальцем в свою грудь, затем широким жестом обвел окрестности, словно говоря: «Мало ли что может случиться». Я покачала головой, но улыбка так и не покидала моих губ. В его безудержной щедрости было что-то трогательное и по-детски искреннее.

Вернувшись домой с целой горой провизии, мы легко, словно всегда так делали, распределили обязанности. Он растопил печь, я высыпала муку в большую миску, добавила яйцо и воды. Без лишних обсуждений он подошел и начал замешивать тесто. Я наблюдала, как его большие, исполненные силы руки, способные убивать одним махом опасных тварей, теперь нежно и уверенно обращались с эластичным комом. Его плавные движения завораживали.

– У тебя просто талант, – искренне сказала я, наблюдая, как тесто становится гладким и послушным.

А когда он начал лепить красивые булочки из теста, в которое мы напоследок добавили сушеных ягод, я сказала в искреннем сокрушении:

– Мои булочки всегда выходят корявыми, а у тебя очень славно выходит.

Он улыбнулся, подмигнул и жестом позвал меня ближе.

Взяв мое запястье, он мягко направил мою руку, показывая, как свернуть тесто в красивую розочку, а потом – как нужно защипывать края, чтобы получилась изящная завитушка. Его пальцы были теплыми и уверенными, а мужское теплое дыхание касалось моей щеки.

Наверное так и пахнет счастье? Теплым тестом, сладкими, замоченными в воде сушеными ягодами и этим странным, чудесным ощущением близости с другим человеком. Мы работали слаженно и тихо, как две части одного целого.

Повторив наставления своего учителя, у меня, наконец, получилась красивая булочка. Я обрадовалась, показывая Брану свое творение, получая в ответ короткий кивок и его одобряющую улыбку. А потом мой взгляд случайно скользнул за окно, на дорогу.

– Завтра вечером Саор отправится в обратный путь. Понравится ли ему эта выпечка? - пронеслось в голове. – Или нужно было приготовить мясной пирог? Он ведь всегда предпочитал сытную пищу...

Смех застрял у меня в горле. Я замерла, глядя в пустоту, внезапно выдернутая из нашего уютного мирка и брошенная в пучину будущего, где был ОН.

Я не сразу заметила, что Бран тоже замолчал. Краем глаза я увидела, как его рука потянулась к миске с ягодами. Он выбрал самую крупную и молча протянул ее мне, почти касаясь моих губ. Жест был полон такой безмолвной заботы, что у меня сжалось сердце.

– Спасибо, – прошептала я, беря ягоду.

Наши пальцы ненадолго соприкоснулись. Я заставила себя встретиться с его взглядом и подарила ему короткую, благодарную улыбку. Но не смогла ее удержать. Я отвела глаза, чувствуя, как улыбка тает, словно снежинка на теплой ладони.

Когда я снова рискнула на него взглянуть, его собственная улыбка стала иной. Она не исчезла, но потускнела, стала сдержанной. Он кивнул, больше себе, чем мне, и развернулся к столешнице, снова принявшись раскатывать тесто. Но теперь его спина казалась чуть более прямой, а движения – чуть более резкими.

Он все понял. Без единого слова. Он почувствовал, что мои мысли были далеко отсюда, с другим человеком. И снова отступил, не навязывая себя, как всегда.

После обеда была короткая прогулка в лес. По возвращении я уселась читать вслух книгу Итана, не понимая большую часть авалорских слов, а Бран чинил покосившуюся табуретку. И вроде бы все было так же ладно, как и всю неделю до этого. Но это было не совсем так.

Мысли о Саоре все чаще крутились в моей голове, не давая мне наслаждаться тем, что окружало меня сейчас. Мне казалось, что Бран тоже уловил эту перемену во мне.

Вечером, когда я собралась спать, охотник привычно помог мне забраться на печь, но по голове не погладил, как он делал это раньше.

– Спокойной ночи, – сказала я.

Бран взглянул мне в глаза. Пронзительно. Просительно.

Я же словно оцепенела.

Не дождавшись никаких моих действий, он тихо отошел к столу, чтобы задуть свечу.

Глава 52.

Ита

– Ты уезжаешь сегодня днем? – спросила я Брана, когда он помогал мне надевать плащ в сенях.

Охотник кивнул, подтверждая мои слова.

– Счастливой дороги. И возвращайся без новых шрамов.

Моя рука невольно потянулась к его лицу, в нерешительности замерев на полпути.

Внезапно Бран притянул меня к себе и крепко обнял, прижимаясь щекой к моей голове.

Это было не осторожное объятие, как раньше, а объятие человека, который будет скучать. Я обняла его в ответ. Мне так захотелось. Ощутив мои руки на своей спине, охотник еще крепче сжал меня в кольце своих рук. Его руки словно окутали меня всю, вдобавок он потерся щекой о мои волосы, вызывая у меня в животе странное чувство. В этом миге мы словно проросли в друг друга. Не знаю, было ли это возможно, но я хотела прижаться к нему еще крепче.

Из груди Брана вырвался тихий то ли стон, то ли хрип. А я словно проснулась ото сна. Испугалась своих же ощущений и задергалась, пытаясь освободиться из его объятий.

Бран тут же опустил руки. Он вглядывался в мои глаза, наверное, думая найти в них страх, но увидел лишь смущение, о чем говорили мое щеки, залитые краской.

Он сложил ладони лодочкой перед грудью. «Прости», знакомый жест.

– Все хорошо, – сказала я, отводя взгляд, а потом добавила, – Я тоже буду скучать.

Мне хотелось быть с ним честной и хотелось, чтобы он уехал с легким сердцем.

Я не говорила, что полюбила его за эти дни, что мы прожили под одной крышей, но мы действительно стали ближе, и я буду по нему скучать. Как по другу, а, возможно, и как по мужчине, в чьих объятиях мне было хорошо.

У зала приема Бран, как обычно, погладил меня по голове и еще долго стоял в дверном проеме, наблюдая, как я лечу своего первого пациента. Когда в очередной раз наши взгляды пересеклись, он кивнул мне и все-таки ушел, заставив мое сердце дрогнуть. Просто я не ожидала, что он уйдет именно в тот момент.

Грусть от расставания с Браном смешалась с тихой радостью от скорой встречи с Саором.

Если, как и в прошлый раз, мой покровитель решит отправиться в дорогу вечером, сразу после окончания его смены, то уже сегодня ночью мы увидимся. Я очень на это надеялась.

– Ну что, Ита, как долго ты собираешься оставаться без второго браслета? – Спросила меня Кора, когда мы с ней и Ниной отправились на поздний обед.

Я пожала плечами.

– Я не думаю, что стоит с этим торопиться, мы Саором еще не притерлись.

Подруге мой ответ не пришелся по душе. Что-то ее тревожило.

– Ита, ты моя подруга, но Бран – мой брат. И я вижу, что он совсем голову потерял. Перестроил под тебя работу, все дни своего отдыха с тебя пылинки сдувал, все свои прочие дела отложил. Если так пойдет и дальше, он забудет спать и есть. Я надеюсь, ты помнишь о своем обещании? Я не хочу, чтобы Бран лелеял в душе пустые надежды.

Мне стало не по себе. Я ведь и правда всю эту неделю только брала и ничего не давала взамен. С другой стороны, я ничего и не просила. Ухаживать за мной было его решением. Как все сложно...

– Кора, ты немного неправа, – взяла слово Нина, – Ита позволила Брану не просто ухаживать, а жить с ней под одной крышей, это большой знак доверия. Но если она однажды поймет, что не сможет быть с ним, будет ли в этом ее вина? Ведь она искренне хотела узнать твоего брата поближе и дать ему шанс по-настоящему ей понравится. Но люди, увы, не властны над своими чувствами. Так что не дави на нее.

По лицу Коры было видно, что ей снова не понравилось услышанное, однако, она задумалась.

– Может, ты и права, – ответила она Нине. – Девочки, я просто сильно переживаю за него. Он столько уже натерпелся. Когда я увидела, как Бран смотрел на тебя сегодня утром, Ита... Он никогда ни на кого так не смотрел. Прошу, если он тебе хоть чуть-чуть нравится, прими его третьим или прекрати это все в его следующий приезд. Я боюсь, что если он увязнет в тебе, то получится такая же история, как с Саором, когда он потерял Еленику.

Мы с Ниной переглянулись, а у меня на душе стало совсем паршиво. И от мыслей о чувствах Саора к Еленике, и о том, что Кора была права относительно Брана.

Когда он внезапно обнял меня сегодня утром, там в сенях, в нем чувствовалась какая-то острая нужда, какой-то надрыв, и примерно то же самое я ощутила в его прощальном взгляде.

Я, конечно, не хотела мучить Брана. Но я также понимала, что конкретно сейчас я не смогла бы принять его браслет, как не смогла бы и с полной уверенностью отказаться от него.

– Кора, я понимаю твои опасения, – тихо сказала я. – И могу сказать одно: Бран мне не безразличен. Настолько не безразличен, что я не могу дать ему ответ просто чтобы утешить его или себя. Мне нужно время, чтобы не совершить ошибку, которая будет стоить дорого всем нам. Извини.

Казалось, подруга поняла мою серьезность и приняла мой ответ. Атмосфера за столом сразу стала легче.

Остаток рабочего дня я размышляла над своим ответом Коре. Те слова родились у меня сами собой, и сейчас, прокручивая их в голове снова и снова, я понимала, насколько точно они отражали мои истинные чувства.

Я надеялась, что скорая встреча с Саором расставит все на свои места или хотя бы укажет направление, в котором мне стоит двигаться.

Мой Саор… сердце снова волнуется и дождаться встречи нет сил. Хорошо, что сегодня у меня урок. Занятия с Итаном всегда помогают мне отвлечья от навязчивых мыслей.

Глава 53.

Ита

– Здравствуй, Ита, рад видеть, что ты уже в порядке, – поприветствовал меня Итан, как только я вошла в класс, где он уже ждал меня.

– Да, – улыбнулась я, – добрый вечер, Итан.

Мое внимание привлекли заметно потемневшие глаза учителя. Я задумалась на секунду. Точно, они уже были чуть темнее обычного, когда он навещал меня на прошлой неделе, но тогда мне было так неловко, что он видел меня вместе с Браном после того, как я плакала о расставании с Саором, что мне было не до цвета его глаз.

– Я принесла книжку. И десятой части не поняла, – призналась я.

– Это и немудрено. Я давал ее тебе с другой целью: чтобы ты повторила буквы. Как Бран оценил твое чтение?

Итан так спокойно и доброжелательно спрашивал о Бране, что я оказалась в некотором замешательстве.

– Написал, что ему было понятно все, что я читала.

Учитель удовлетворенно кивнул, забирая книгу из моих рук.

– Садись за стол, я сейчас принесу дощечки и мел, и мы начнем.

Я устроилась на своем привычном месте, Итан сел, как всегда рядом, но не слишком близко, и урок начался.

Сначала мы повторили написание всех букв алфавита, потом я немного почитала слова по слогам, а Итан говорил, что они значат.

А затем мы стали разучивать короткие фразы, которые пригодились бы мне на каждый день: как поздороваться; спросить, как дела; что можно ответить на этот вопрос; как сказать, что я голодна или устала.

Сначала авалорец говорил фразу на авалорском, потом объяснял ее значение, а я должна была повторять за ним.

После нескольких повторений, он предложил разыграть короткую сценку из выученных фраз, но ничего не вышло.

Все это время я лишь поверхностно повторяла за ним слова и потому ничего не запомнила. Почему-то сегодня у меня не получалось сосредоточиться на уроке.

– Ита, тебя что-то беспокоит? Ты сегодня немного рассеянна.

В тоне Итана не чувствовалось раздражения, а скорее искренняя забота учителя о своей ученице.

– Скажи, ты совсем меня не осуждаешь?

К мыслям о Саоре и Бране присоединилось волнение о том, что обо мне думает мой учитель. И все это превратилось в клубок тягостных дум, который, казалось, невозможно распутать.

– Почему я должен осуждать тебя?

– Из-за Брана. Тогда, на нашем последнем уроке я плакала из-за Саора и говорила, что хочу быть только с ним. Потом ты видел меня с Браном, а сегодня как ни в чем не бывало спросил, что Бран думает о моем чтении. Мне казалось, что раз ты с обетами, и раз я говорила тебе о Саоре, то…

Итан внимательно слушал, не перебивая, давая мне время подобрать слова и правильно выразить свои мысли.

– Я не хочу, чтобы ты думал, будто я тогда сказала тебе неправду, – перескочила я к другой мысли, – просто, все запутанно.

Итан еще немного подождал, то ли обдумывая мои слова, то ли давая мне возможность сказать что-то еще.

– Кто я такой, чтобы судить решения других людей, это во-первых, – обратился ко мне молодой авалорец мягким тоном, – а во-вторых, я видел, что ты была искренна тогда в своих словах… и в своих слезах. И я вижу, что ты искренна со мной сейчас. Мне приятно, что ты оказываешь мне такое доверие и делишься своими переживаниями.

Казалось, серые, подернувшиеся чернотой глаза Итана смотрели мне прямо в душу. И мне захотелось ему открыться. Хотя бы немного.

– Знаешь, я совсем сбита с толку… Бран, он хороший человек. Очень. И я ему нравлюсь. А мне нравится Саор. Все вокруг убеждают меня присмотреться к Брану, узнать его поближе, говорят, что пожалею, если оттолкну его…

– Ты говоришь это мне, потому что хочешь просто поделиться? Или ты хочешь узнать мое мнение?

Итан и здесь вел себя исключительно аккуратно. Какой же он невероятный человек!

– И поделиться, и мнение.

Он не торопился с ответом.

– Это только моя точка зрения, но я считаю, что жалость плохой помощник при выборе мужчины. Я говорю это, потому что мне показалось, что ты не можешь отказать Брану, так как знаешь о его чувствах и, возможно, потому, что тебе рассказали о его непростой судьбе. Я бы советовал тебе не принимать это во внимание, а учитывать только те отношения, которые складываются между вами и как ты себя в этих отношениях чувствуешь. Ведь в конечном итоге, это то, с чем тебе придется жить, если ты примешь его ухаживания.

Я задумалась, переваривая его слова.

– Я согласна с тобой.

– Значит тебе нужно просто понять, дорог ли он твоему сердцу? Хочешь ли ты быть с ним вместе? Если Бран был с тобой в доме Саора, значит твой покровитель согласен принять его в ваш союз. И это значит, что решение за тобой. Так что? Бран тебе нравится?

– Вот это я и не могу понять. Я точно знаю, что мне нравится Саор. А Бран… сначала мне казалось, что нет. Что я не воспринимаю его, как мужчину. Но после дней проведенных вместе, я не знаю… ты только не подумай! Между нами ничего такого не было. Но он меня обнял, и мне было не неприятно. Было хорошо…

Последние слова я произнесла совсем тихо. Все-таки Итан был мужчиной, и мне было неловко делиться с ним такими подробностями.

Итан молчал какое-то время. Наверное, тоже обдумывал мои слова.

– Ита, если позволишь… а в твоей прошлой жизни, в Империи, близкие люди о тебе хорошо заботились? Ты можешь не отвечать, если не хочешь.

– Нет, не особо, – честно ответила я.

– Знаешь, у меня много учеников, и я часто замечаю, что дети любят те предметы, которые ведет «добрый» учитель, понимаешь меня? То есть они изучают предмет не ради самого предмета, а потому что на этих уроках им хорошо и весело. И я подумал, не могло ли так получится, что любовь к заботе ты приняла за любовь к человеку? Они, конечно, могут идти рука об руку… я не знаю, я и сам запутался в своих мыслях…

Итан виновато улыбнулся.

– Я хотел сказать, что, тебе нужно время. А еще было бы неплохо отступить на шаг назад и попытаться взглянуть на Брана и Саора трезвым взглядом. Все-таки тяжело сохранить трезвость, когда ты в этот момент в объятиях мужчины.

Извиняющаяся улыбка снова заиграла на лице Итана. Будто ему самому стало неловко от своих слов.

– Откуда ты все это знаешь? Наверное, в княжеской академии ты прочел много умных книг.

Мое восхищение мудрыми словами Итана было искренним.

– Что я понял о жизни, так это то, что сколько книг не прочти, а ни в одной из них не написано, как поступить Итану или Ите в конкретной ситуации. Это придется решать самому.

Я кивнула, соглашаясь.

– Так что будь внимательна, но пусть тебя не парализует страх ошибки. Мы не всеведущи, не идеальны, мы ошибаемся, но в этом и есть особое очарование жизни. Ведь если бы все было просто, нам бы стало неинтересно. Правда?

Поразмыслив, я снова кивнула.

– Вот и славно, – сказал Итан чуть оживленнее. – Уже поздно, думаю, на сегодня мы закончили с учебой.

– Ага, – ответила я, понимая, что сегодня учителю меня не за что хвалить.

Узнав, что я собираюсь идти домой без сопровождения, Итан сообщил, что проводит меня до дома. Сказано это было вежливо и вместе с тем, твердо. В этот раз я не стала отказываться от его предложения из ложной скромности. Мне нравилось общество молодого авалорца, и я чувствовала, что ему тоже нравится со мной. Ну, или он очень искусно играл роль доброжелательного учителя. В последнее верилось с трудом.

В дороге, как и в прошлый раз, мы молчали. Тишина была уютной, как мне верилось, для нас обоих. Звук наших шагов, шелест листвы на деревьях и морозный ветерок составляли нам компанию. Конечно, я по-прежнему размышляла над словами Итана: о любви, о выборе, о моих чувствах к Саору и к Брану, но уже в спокойном, немного отрешенном состоянии.

Как и в прошлый раз, мы остановились у калитки моего дома.

– Ты ведь не рядом живешь?

Решила я подтвердить свои догадки.

– Нет, возле школы.

Не стал он скрывать.

– Забота о девичьем спокойствии опять тебя одолела.

– Виноват, каюсь.

– Знаешь, по пути сюда я размышляла, какие образы могут описать их.

Итану не нужно было пояснять, кого я имела в виду.

– Саор, как цветущая весна в своем пике, когда от буйства красок захватывает дух, а от пьянящего аромата цветов кружится голова. А Бран... Он, как теплая, уютная осень, мягко очаровывающая своими красками.

– И тебе нравятся обе поры года. Только по-разному?

Я молчала. Его вывод был настолько точным, почти болезненным.

Итан улыбнулся и подошел на полшага ближе.

– Вот видишь, ты на одну ступеньку ближе к тому, чтобы найти ответы на свои вопросы.

– Это все благодаря тебе, – прошептала я.

Я и правда так считала. После разговора с Итаном, мятежный ум успокоился, и мне легко было привести свои мысли в порядок.

– Я так не думаю. У тебя получились очень яркие образы, Ита. Это талант – так описать человека. Мне даже захотелось узнать, как ты видишь меня.

– Тебя?

Я немного растерялась от неожиданного поворота.

– Я увлекся, забудь, – сказал он спокойно, как всегда. – Хорошего вечера, Ита.

– И тебе.

Итан успел отойти на несколько шагов. А я все стояла у калитки и смотрела ему вслед. Образ пришел сам собой.

– Раннее летнее утро! – сказала я чуть громче.

– Что?

Итан обернулся и сделал пару шагов мне навстречу.

– Ты. Раннее летнее утро – когда солнце только встает из-за горизонта и еще нет дневного зноя, когда капли росы на траве, и воздух свеж и прозрачен. А на душе спокойно и радостно.

Итан сделал еще один шаг ко мне.

– Спасибо, Ита. Это очень красиво.

Я кивнула. Несколько мгновений мы смотрели друг другу в глаза и просто стояли в тишине, которую нам так уютно было делить на двоих.

Затем он тоже кивнул и отправился в обратный путь, оставляя меня с еще одним образом в мыслях.