Текст книги "Развод по-темному, или Попаданка познакомится с мужем (СИ)"
Автор книги: Мара Вересень
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 15 страниц)
Часть 4. Сложности перевода.
– Зачем тебе эта новая должность, Лизонька? Тебе не достаточно денег, которых я зарабатываю? Может, вместо того, чтобы делать карьеру, сделать перерыв, отдохнуть, сосредоточиться на муже…
– Я бы с удовольствием сосредоточилась на муже, если бы муж чаще бывал дома.
Глава 1
– Блейз!
– Что? Догнать? Схватить? Вызвать жандармов? Магконтроль? Блюстителей нравственности? Совсем эти ласточки распоясались, среди бела дня…
– Догнать и взять…
– Прямо там, где догоню? – перебил визитер.
– На работу, Блейз, взять на работу, – терпеливо, но немного раздраженно пояснил Риз.
– В качестве кого, позвольте поинтересоваться.
– В качестве помощника, разве не ты расклеивал объявления по поручению мадам Хант?
– Ласточку в помощники? А мадам Хант в курсе, кого вы желаете вы… А чем это так приятно пахнет? – трещал поименованный Блейзом.
– Блейз, – голос Риза сменил окраску с просто вежливой на угрожающе вежливую.
– А мадам в курсе, кого вы желаете выставить в качестве лица ее обожаемого магазина? – игриво, как новенький мотоцикл, спросил собеседник.
– Мадам не твоя забота и потом Эль… Лиза – не ласточка, просто барышня, попавшая в сложную ситуацию.
– Они все так говорят, молодые перспективные мужчины им верят, женятся на них, а потом раз – развод и по всему Амарезу вести на хвостах понесли. А вам не показалось, что эта Эльлиза похожа на молодую леди Даркести, бывшую молодую леди Даркести? – в последний момент поправился Блейз.
– Показалось, сначала, но при ближайшем рассмотрении…
– То есть вам ее догнать, чтоб вы еще ближе рассмотрели? Я вас прямо не узнаю, магиус Хант.
– Я сам сегодня никого не узнаю, ни себя, ни окружающих. И ты выглядишь подозрительно явившись сюда в выходной.
– Вас так расстроило это разбирательство? – продолжат токовать Блейз, явно пропустив последние слова Ханта мимо ушей. – Какое счастье, что вы не видели всего.
– Заключительной части спектакля было достаточно, – нервно отозвался тот.
– Да-да… Это довольно неприятно, когда твою личную жизнь выносят на обозрение. Все же какое коварство скрывалось в этой нежной розе с побережья, кто бы мог подумать! Я вам сочувствую. И магиусу Даркести конечно тоже. Вы здесь оба пострадали. И все-таки вы выглядите как-то не так. Осунулись, глаза красные, волосы ваши…
– Я только с Островов, и суток не прошло, вдобавок у меня аллергия на один из компонентов тьморока.
– Разве? Впрочем, от этих эльфов чего угодно можно набраться, от манеры одеваться и странных причесок до аллергии, – брезгливо заметил мужчина.
– Блейз, может ты все же соизволишь выполнить то, что я просил?
– О, это контрпродуктивно, магиус Хант, она за это время могла до северных ворот добежать. Вон вестник магиуса Даркести бесхозный валяется. К чему бы вообще ему здесь валяться, когда магиус остался на Островах… Пусть ворон и… А вы серьезно насчет вакансии?
– Вполне. У мисс Лизы есть для этого почти все указанные в объявлении требования, – раздалось шуршание, и все еще слегка гнусавый голос монотонно прочел с листка, опустив про покладистый характер.
– Ну-у-у, – затянул Блейз с некоторым подвыванием, – раз вы так решили… И мадам Хант в ку-у-урсе… Там в ящике контракт. Имя я пока что не вписывал.
– Блейз…
– М-мда? – с готовностью отозвался тот.
– А зачем ты пришел, если магазин закрыт по средам?
– Я ждал соискателя, но раз уж вы уж…
– Хотел пристроить одного из своих многочисленных родственников?
– Нет, что вы, никаких родственников, чтоб на меня оба солнца свалились, исключительно по-знакомству.
– Ты болтун и нахал, Блейзволф Ульв, ты знаешь?
– Еще бы, магиус Хант, вы однажды мне это уже говорили.
– Да? И каков был ответ?
– Я согласился и сказал, что ко всему прочему я отличный управляющий.
– В таком случае, раз уж ты пришел, управься с беспорядком на складе, пока я оформлю договор для… мисс Лизы.
Спустя какое-то время, недолгое, когда все было готово…
– Кор, отнесешь это хозяйке пальто. Не прикидывайся глупой сорокой из общественной рассылки. Я ведь могу и иначе… попросить.
Воцарилась пауза, а потом Риз голосом, в котором прибавилось стальных ноток, твердо, но с романтичным французским акцентом произнес:
– Кор,серве.Деливе’ин’персо. И только посмей что-нибудь учудить, я тебя знаю. Да, и пальто тоже. И не притворяйся, в твой пространственный карман два таких пальто влезет. Кор,делизе...
...На этом посланный ворон замолчал, голова со взъерошенными перьями откинулась, приоткрытый клюв стукнул о поверхность тумбочки, выполняющей в номере функции и стола, и комода. Из клюва птицы вывалился длинный тонкий сероватый язык. Пленка третьего века заволокла глаза и так и осталась, будто птица, выполнив порученную задачу, издохла от изнеможения.
К слову, лежал этот паразит пузом кверху и даже пальцы на лапах скрючил, словно уже окоченел. На левой имелось широкое кольцо с какой-то гравировкой. Кор, как я поняла, это было его имя, на минуточку воскрес, расчехлив глаза, дрыгнул лапой с кольцом и снова “издох”. После этого мне на голову упал конверт, а на колени – объемный сверток в хрустящей упаковке. Грязной. Предметы просто вдруг возникли в воздухе.
В конверте был контракт, чек на предъявителя с авансом и пометкой, что действительным он станет только после подписи на контракте, и записочка на оборотной стороне того самого объявления, чтобы я не вздумала открывать сумку в освещенном месте. Чтобы вообще не открывала сумку. Категорически НЕ. Пока не верну все в магазин. Иначе мне придется работать на “Погоду в доме” до преклонных лет уже в обязательном порядке.
Сверток с пальто имел такой вид, будто его пару раз прицельно уронили в лужу. Хм… Как то не так я представляла себе пространственные карманы, но в шкодливости птицы уже успела убедиться. С него бы сталось и уронить. Ведь конверт с контрактом был девственно чист и аккуратен.
Ворон вообще устроил целый спектакль. Ворвался в окно, снова едва не разбив стекло и сорвав и без того болтающийся на честном слове шпингалет. Волоча лапы, наследил на подоконнике и полу так, словно шел пешком по раскисшей от дождя проселочной дороге, а не летел. А потом, вспорхнув и обрушившись на тумбочку сбитой чайкой, изобразил медленно умирающую лебедь, бредящую на разные голоса. Воспроизводил он точно и качественно, включая интонации и попутные звуки, вроде шагов и шуршания, как диктофон.
Что же, теперь осталось решить, стоит ли заглянуть дареному коню в пасть поглубже, или поискать альтернативу, раз мне снова есть, в чем выйти на улицу. Но сферы придется вернуть в любом случае.
Глава 2
Несмотря на удручающее состояние обертки, внутри все оказалось чистым. Я точно помню, что сунула листовку в карман, значит Риз взял мое пальто и без зазрения совести по этим карманам пошуршал. А вообще, странно, что он прислал контракт. Особенно после выяснения отношений, уточнения характера связей и случая с непреднамеренным хищением.
Аллергия подкосила или благородство взыграло? Хотя, он ведь знал Эльзбет, а не меня, и знал достаточно долго, потому и судит обо мне, как о ней. Тогда почему по голосу не узнал? Я как-то не так говорю? Не те интонации и выражения? А не опасно ли мое попаданческое положение? Вдруг таких вот подселенок тут на кострах жгут? Прикинусь пока местной неместной, город большой, да и Эльзбет вряд ли при таком муже и свекрови водила знакомства с обычными смертными, а значит придется поднимать уровень образованности, чтоб окружающие у виска не крутили, что я не знаю, как называется город, страна и далеко ли до того берега моря.
Насколько возрастет моя платежеспособность с подписанием контракта, было непонятно. Там значилось “стандартное жалование служащего второй линии и поощрения на усмотрение нанимателя”. Сумма аванса на чеке не читалась, но мне особо и выбирать было не из чего: подписать или снова положиться на удачу.
Я подписала. Вернее, приложила палец к недвусмысленно намекающему на это черному квадрату внизу документа. На черном остался мой отпечаток, а чек явил сокрытое. Три раза “ха” – опять пятьдесят четыре. И опять не совсем ясно, много это или мало. Или Риз просто издевается, зная величину доставшегося мне пособия.
Кор встрепенулся, хлопнул крыльями и уселся как и полагается приличной птице, загадочно косясь мне на пальцы, в которых я держала лист с контрактом. Просто так отберет или половину руки оттяпает? Клюв у ворона был внушительный. Хм… Может, попытать счастья и послать бывшему супругу весточку? Как же там Хант говорил…
– Кор, – ворон дёрнул головой, согнув ее под таким углом, будто ему шею свернули и так и оставили, –серве! Чтобы это ни значило…
– Светские новости из столицы Пектории, – заговорил ворон голосом восторженной тетки. Прямо так со свернутой шеей. Я даже видела, как перекатывается под перьями кадык, и чувствовала себя, будто пытаюсь заставить работать удручающе японский телевизор, имея на руках инструкцию, сделанную с помощью автопереводчика, и китайский пульт от старого “Горизонта”.
Так... Я его включила, и он что-то делает. Осталось понять, что именно.
– Весьма неожиданный ход приобрело судебное слушание по делу о разводе лорда и леди Ренли! – жизнерадостно транслировал ворон. – Лорд Бенедикт, который до этого сам настаивал на разводе, внезапно высказал горячее желание отозвать свой иск. В то же время леди Луиза, выступавшая в качестве ответчика, вдруг наотрез отказалась от перемирия! Принимая во внимание странность ситуации, судья Эльтиг решила дать супругам отсрочку на месяц, чтобы они могли разобраться, что же им на самом деле нужно. Злые языки поговаривают, что леди Луиза Ренли, известная своим даром прорицательницы, увидела что-то значительное в грядущем своего мужа, и теперь тот не желает отпускать из дома такой источник ценных сведений.
И в этом мире сплошные разводы…
– Интересно, конечно, и познавательно, но хотелось бы письмо, – в задумчивости проговорила я. – Эм-м… Как же там?.. Билив ин персон?
Для создания пущего эффекта я зажала пальцами нос, имитируя гнусавый от аллергии голос Риза.
Птиц задрал лапу, посмотрел сначала на меня, как на недалекую, потом на перо, выроненное еще в первый визит и по-прежнему валяющееся на полу, в шаге развернулся и ничком рухнул с края тумбочки, как с обрыва. Не успела я испугаться, что сломала почти совсем новый, взятый в прокат телевизор, как “телевизор” распахнул крылья, взмыл под потолок, словно у него под хвостом турбина включилась, обдал меня сквозняком, цапнул контракт и пулей усвистел в форточку.
Вот ведь…
Я медитировала на исчезающие с пола следы грязных птичьих лап, затем закрыла окно, все же осень, и решила, что достаточно с меня впечатлений на голодный желудок.
Я помнила, где банк, знала, где книжный магазин и решила потратить вторую половину дня для себя и в принципе немного потратить. Оделась, с трудом, но задвинула сумку со сферами поглубже под кровать (вытащить бы обратно без потерь!) и выбралась наружу. Таскать с собой такие несомненные и весомые сокровища было неудобно, оставлять в номере – страшновато, но тут уж или-или. Нужно поскорее познакомиться с миром поближе, иначе мир сам придет познакомиться и мне это может не понравиться.
Глава 3
В отделении банка меня узнали и вздрогнули. Да, я была слегка не в себе и немножко взбешена, потому что единственная лужа на мостовой ровным слоем осела у меня на пальто благодаря водителю двух кобыл и кареты. И эта ливрейная морда еще морду кривила, когда леди изволила орать ему в след всякое, что в таких ситуациях само прыгает на язык.
Так что клерк не уронил очередную печеньку лишь от того, что в момент моего появления не успел куснуть. Любитель горячего отодвинул чашку с дымящимся чаем и отомстил мне сразу за оба раза, двусмысленно хмыкая и поглядывая то на меня, то на подпись на чеке. Две витиеватые буковки и нечитаемая загогулина были личной руки Ризера Ханта, надо думать. Служащий, видно, решил, что получив развод, я тут же подалась в содержанки. Любопытно, его так удивила личность содержателя или сумма пособия? А еще когда я, отправившись за деньгами, проходила через холл “Номеров” от стойки на меня смотрели. Несколько пар глаз – осуждающе, а одна с восхищением. Кажется, именно это Риз имел в виду, когда сказал, что даже в Эзахеле знают, почему Изверг развелся.
Ну что за несправедливость! Можно подумать, кнопка Эльзбет могла такую орясину, как Риз Хант, насильно к блуду принудить. Лицемеры… Что за однобокие стандарты?
Все еще слегка подкипая, я набрела на кафе, где удивительно недорого, если сравнивать с расценками в “Номерах”, и что важно – вкусно, пообедала супом и хрустящими хлебцами с паштетом. Выходит, раз есть еда настолько дешевле, значит есть и жилье. Подумала и решила пока не пороть горячку, а явиться завтра на работу, хорошенько разузнать об обязанностях и жаловании, вернуть дурацкие сферы и присмотреть жилье где-нибудь там, поближе. Наверняка управляющий будет знать, что и как, да и сравнить у меня уже есть с чем. И хорошо бы главгад, как всякое руководство, не торчал на вверенном объекте ежедневно и ежечасно. А краткие визиты вполне можно пережить, если в глаза его умопомрачительные не смотреть.
Дальше рассиживать над пустой тарелкой было дурным тоном и я ушла. Книжный магазинчик снова попался на пути, я вспомнила, что хотела начать избавляться от пробелов в образовании и заглянула. Вероятно, знания мне не по карману, но хоть прицениться-то можно?
Из покупателей была только я, потому все внимание продавца, похожего на тонконогого усатого короеда, мне и досталось. Нет, он не ходил по пятам и не зудел мухой, что готов помочь мне сделать выбор. Для наблюдения за залом, разделенным на части не слишком высокими, примерно мне до плеча, стеллажами, имелись зеркала, подвешенные под потолком под таким углом, чтобы от конторки было видно.
Я побродила и вполне разумно остановилась рядом с табличкой “Все по полушке”. Книги разных размеров и потрепанности были сложены шаткими башнями на низком столе. Мне приглянулось краткое руководство по уходу за магическими вестниками карманного формата и атлас. Последний, как я и хотела – побольше картинок, поменьше текста, только надписи и кратенькое описание парой столбиков на полях.
Продавец подкатывал глаза и поджимал губы. Все от того, что я по привычке разворачивала книги боком, а не поперек, как тут было принято. Он брезгливо косился на грязноватое снизу пальто, и готов был уже попросить меня покинуть помещение, как я, подхватив выбранное, направилась прямо к нему.
Жук пожевал губами, но промолчал. И этот осуждает… Да, я без шляпки и перчаток, волосы растрепкой, и пальто испачкала, и сумки у меня с собой нет, и нянюшки, и собачки на поводке или летающей радужной дребедени над плечом. Много чего нет, но это разве повод?
Не знаю, какой бес меня за язык дернул, но очень уж у короеда физия была гадостливая, как у старушек во дворе.
– Скажите, пожалуйста, милейший, нет ли у вас руководства, как выжить в диком городе одинокой разведенной женщине в самом расцвете сил? – прощебетала я.
Продавец подавился подготовленным прощанием, скривился, затем сально ухмыльнулся, нырнул в недра конторки и выложил передо мной основательно почитаное издание с разбитной девахой в корсете и перьях на обложке. Картинка казалась объемной и немного двигалась, а перья тут же напомнили мне “мамо”.
– “Исповедь королевской ласточки или любовь за ширмой”, – оскалился короед крупными желтыми зубами.
Я изобразила удивление.
– Как раз для такой как вы, дорогуша. Полагаете сойти за умную? – Он показал подбородком на книги у меня в руках.
– Ой, что вы, вовсе нет, – мы с Эльзбет старательно округлили глаза, – но там же есть карта, как пройти во дворец?
Продавец был не прочь сбыть лежалый товар недалекой девице и так энергично закивал, что у него в шее хрустнуло.
В кафе, где я обедала, меня порадовали сдачей с одного большого зла золами помельче формой в половину овала. Я внимательно их изучила и теперь протянула жуку две монетки.
– О! Вы такой душка, обязательно приду к вам еще.
– А как же “Исповедь”?
– Сначала прочту эти две книги, большую и синюю, – лучезарно улыбнулась я, оставила монеты на конторке и покинула магазин.
Подумав, что нужно разнообразить путь, я свернула, посчитав город культурным, а улицы ровными. Очень наивно. Центральные, по которым ездили экипажи, может и были ровными, однако стоило свернуть, как порядок моментально исчезал. Так что ничего удивительного, что моя идея расширить горизонты едва не закончилась крахом.
Уже вечерело, когда я наконец вернулась к гостинице. Войдя в ресторан, нахально попросила у подавальщицы поднос и утащила ужин в свою комнату. Есть от усталости не хотелось, но оставлять проплаченный прием пищи жаба давила. Сделаю из ужина завтрак.
Первым делом я удостоверилась, что сумка с нечаянно унесенными сферами лежит там, где я ее оставила.
В комнате оказалось чисто, только мелкое воронье перо с опушкой так и лежало на полу под люстрой. Странно, что магия почистила пол от грязи, а перо за мусор не сочла. Подняла его сама, хотела выбросить, потом отвлеклась на атлас… В общем, оно куда-то делось. Главное, чтобы не в постель, куда я забралась да так и уснула с книжкой на носу.
И, наверное, после разглядывания иллюстраций мне и привиделось морское побережье, острова в обертке из штормовых облаков на горизонте и оранжево-розовое заходящее солнце. Потом все резко пропало, я оказалась в спальне Эльзбет в поместье Даркести, и голос свекрови уничижительно выговаривал:
– Можешь хоть пол-Остерна в слезах утопить. Я бы на твоем месте со стыда умерла, чем показаться на глаза мужу после такого позора, блудница. Не удивлюсь, если он и смотреть на тебя не захочет.
– Ничего не было, леди Филисет, ничего не… – всхлипывала, задыхаясь от рыданий Эльзбет, а я смотрела и ничем не могла помочь.
Часть 5. Радость открытий.
– Это что?
– Это список ваших должностных обязанностей, Елизавета Викторовна.
– Это не список обязанностей, это бесконечная дорога в ад.
– И вам за это адски хорошо заплатят.
Глава 1
Остаток сна удивительным образом наслоился на мои собственные воспоминания, когда я по совету подруги все же съездила в отель, ключ-карту от которого нашла в пиджаке мужа. Я вот так же, как Эльзбет, рыдала, зажимая рот руками, и уговаривала себя, что ничего не было, как уговаривала на протяжении года до этого.
Глаза были мокрые, на душе скребло, а проснулась я от того, что скребло в реальности. Отвратно, с повизгиванием и дребезжанием. Кошкам до таких высот далеко, а вот вóрону, раскачивающемуся на ветке у меня под окном, в самый раз. Ветка качалась, вытянутая впритык к окну воронья лапа с одним единственным оттопыренным пальцем елозила когтем по стеклу, мои нервы дыбились, как кардиограмма после стометровки. Лежать в таких условиях было невозможно. Подушка, надетая на голову шапкой Наполеона, не помогала, хотя вполне соответствовала планам на день.
От скреба по стеклу хотелось чесаться, но я проигнорировала птичьи подначки и так вот, вместе с подушкой, торжественно прошествовала в ванную. Закрывая дверь, покосилась в окошко и с удовольствием отметила раззявленный от удивления птичий клюв. У меня тоже дурь есть, если поискать. Надо – явим.
Сначала я решила, что перо, все-таки пробравшись в постель, теперь просто пристало к коже чуть ниже локтевого сгиба. Однако ни стряхивание, ни поддевание пальцами, ни оттирание губкой не избавили меня от вороньего презента. Будто невероятно реалистичный рисунок. Он не походил на тату и был именно тем, чем я его видела – лежащим на руке пером. Что за новая напасть?
Раздался грохот.
Я выскочила из ванной в полотенце и с подушкой наперевес, но в комнате никого не было. В форточку с окончательно оторвавшимся шпингалетом задувало ледяным осенним утром и терпким запахом прелых листьев. На подоконнике лежал свиток, оказавшийся при рассмотрении моей копией контракта с припиской в конце: “И не вздумайте опаздывать”. И припиской к приписке: “И сумку не открывать”.
Вот же… Хорошо, что я оттуда еще сразу расчески и одежду выложила, а то пошла бы сейчас в позавчерашнем платье и с гнездом на голове воронам на радость.
Выстывшая комната подзадорила меня поскорее одеться.
Выволакивать сумку из-под кровати оказалось куда труднее, чем ее туда запихивать, но я справилась и наконец выбралась наружу.
Опавшие листья были прихвачены по краю серебристой каемкой инея, ушам сразу стало неуютно, кончик носа задорно раскраснелся, поэтому я шла очень быстро, практически бежала. На бегу купила у разносчицы рядом с кофейней горячий картонный стаканчик с крышкой и соломинкой. Напиток, по вкусу напоминающий очень сладкий густой какао, быстро отогрел мне руки и примирил с действительностью. Даже Кор, преследующий меня как очень назойливый, но нерешительный кавалер, не испортил настроения.
Дверь в “Погоду в доме” я открыла решительно и была готова много к чему, но только не к тому, что едва звякнет колокольчик, полечу с порога кувырком, запнувшись о китайскую стену из коробок и стоящего над ними буквой “гы” управляющего.
Все о чем я думала, обрушиваясь на заочно знакомого Блейза Ульва, так это как не выронить сумку со сферами.
Что-то звучно хрупнуло. Надеюсь, не Блейз. Все же Эльзбет не настолько весомая особа, чтобы за просто так раздавить мужчину среднего роста и конституции.
– Ой, а что это так хрустнуло, надеюсь не ваша спина? – хихикнув, спросила я и поняла, что меня ни с того ни с сего охватывает чувство ничем не объяснимого детского восторга и желания учудить что-нибудь этакое, вроде как с хохотом покататься по полу или взобраться на крышу и покричать оттуда петухом.
– Хиихих, – чайкой отозвался Блейз и поерзал, пытаясь избавиться от меня и моей сумки на своей спине. – Ничего такого, мисс Эльлиза, всего лишь коробочка с задорником. Похоже, один из пакетиков лопнул, когда я упал, и мы с вами надышались.
У управляющего при ближайшем рассмотрении оказались пепельные волосы и янтарного цвета глаза. А улыбающийся до ушей рот был полон ослепительно белых зубов с двумя парами чуть выступающих резцов.
– И что же теперь делать? – воодушевленно воскликнула я, вскочив и едва удерживая свои ноги на месте, так мне хотелось попрыгать.
– Конечно же выпить чаю! Ромашкового! Много! – вторил мне Блейз, схватив меня за руки, в которых я держала сумку, и раскачивая их – и руки и сумку – из стороны в сторону. – Вы принесли сферы?
– Конечно! Они все там!
– Чудесно! Идемте!?
– Куда?
– Пить чай!
– Ромашковый!?
– Да!!
– Нет! Лучше побежали!
– Побе!.. Акха-кха-ха… Ну наконец-то! Уже легче, – прокашлявшись, сказал Блейз, прекратив улыбаться как безумный. – Постарайтесь держать себя в руках, Лиза, или лучше я вас пока подержу, чтоб вы никуда не ускакали. Сейчас отпустит. Я выкрутил свойиндона максимум, должно хватить на обоих при телесном контакте. Ну как?
– Ого! – ошеломленно произнесла я, постепенно возвращаясь в себя.
– Чаю все же лучше выпить. Потом я выдам вам список обязанностей, ознакомитесь с правилами безопасности и получите защитные амулеты. И вот вам правило номер раз: при приеме товара всегда активируйте индо.
– А вы?..
– А я не успел, вы меня уронили. Идемте.
Спустя несколько минут мы устроились в кабинетике Блейза, дверь в который пряталась в углу за фальшивой стенкой чуть дальше входа на склад.
Увидев список обязанностей и перечень правил, я бы растеряла остатки наведенной радости и без чая, где помимо ромашки, имелось еще что-то. Но так документы вручили после первой чашки, мне уже было… спокойно. Я лишь отстраненно удивлялась количеству пунктов.
Индо оказался кулоном в виде кольца. Для активации нужно было сунуть палец в кольцо и провести по внутренней стороне. Чем больше оборотов, тем сильнее защита. Доставшийся мне амулет, был на три оборота.
– Для работы этого достаточно, – заверил меня управляющий.
Его собственный индо выглядел и массивнее, и солиднее. Вроде как Кор против полупрозрачных вестников, встреченных мною на улице. Еще были странного вида очки с пластинами в мелкую премелкую дырочку вместо линз и веером радужных “ресничек” на оправе, суровые перчатки, шершавые, как чешуя у ерша, и жутенького вида фартук. Да, и правила безопасности. Помним-знаем, прием на работу всегда сопровождается кучей всякой бумажной волокиты.
– Развлекайтесь, – сказал Блейз и похлопал меня по плечу. – Чаю еще попейте. Прочтите все очень внимательно. А я пока уберу коробки из зала, чтобы на них еще кто-нибудь не упал.
