Текст книги "Телепорт.ru (СИ)"
Автор книги: Максим Владимов
сообщить о нарушении
Текущая страница: 15 (всего у книги 19 страниц)
Проснулся сам. Глянул на часы – ого, удалось поспать дольше, чем за все прошедшие три ночи. Ну и не удивительно, конечно… Глянул на неутомимо копающегося в компе Либанова, но тот только мотнул головой отрицательно – ничего, мол, нового. Я присмотрелся – он читал примерно настолько же панические измышления, как и раньше, только на этот раз – от железнодорожников. Эти больше обижались на то, что у них начали потихоньку отнимать новые вокзалы в регионах. Вроде как строили для них, по десять-двадцать лет ждали, старые здания и тесны, и неудобны, и вообще… старые, вот! А тут раз – и уводят из-под носа!С другой стороны, вот был бы я губернатором, что бы я стал делать? Ждать, пока Телепорт сам где-то отстроится, самостоятельно и за свой счёт, или быстро получить станцию в готовом или почти готовом здании, уже вписанном в транспортную схему? Да вообще не вопрос, по-моему.
А вот что делать с железнодорожниками – это ой. Я про такое даже и думать не хочу. Это даже не авиаторы, это натуральное государство в государстве! Нам их на работу побольше набирать, что ли? У нас и так вроде станциями рулят выходцы из всяких вокзалов да аэропортов… И в службе организации движения сплошь железнодорожники. И даже наше “дочернее КБ” в Коломне – и то на базе какого-то околоРЖДшного НИИ создавали.
Тут я несколько приободрился, тем более, что и Андрей открыл что-то куда более приятное глазу: Венесуэла! Там, оказывается, дело зашло уже очень далеко. На месте постоянно работала наша группа, в составе которой я выхватил пару знакомых фамилий из Данилиной банды. Из Мурманска туда же успели пригнать целую флотилию. Военную, понятно. Во как – мы-то тоже, оказывается, те ещё мирные голуби! Но мысль эту я из головы принудительно выкинул.
Наши военные строители ударно возводили для себя целый город, правда, довольно далеко от побережья. И, если я всё правильно понял, именно там и будет основная станция. Я невольно скривился, подумав, что вообще-то разные места на карте могут здорово отличаться по степени лёгкости пробития телепорта, так что, было бы разумно сначала спросить… меня! И даже неприятно кольнуло мельком что-то вроде “не нужен”. Хорошо, меня отвлёк Либанов, толкнув локтем:
– А что, здорово было бы туда! Прикинь – тепло, фрукты, девушки-латинки! Танго, сальса, ча-ча-ча! Ух!
– Да какие тебе девушки, – подколол его я. – Там же наверняка оборудование в порядке не всё! Да и расстояние о-го-генное, у нас же, наверное, и нет ни одного такого маршрута? Чтоб через весь океан в один бросок! Неужели не вызывает научного интереса? Не хочется с железом разобраться по-настоящему, по-физтеховски? А то ведь накосорезят там… рукожопы всякие!
– Ну, или так, – не стал спорить он. – Но и в клубешник я бы там забурился тоже! С венесуэлками!
– Да кто тебе даст, – вот такой я Дед Облом, – наверняка там дивизия в обороне сидит целая. Ну, или будет сидеть. Если куда и получится сходить, так “в плотном кругу друзей”.
Либанов только вздохнул, и мы оба замолчали, думая каждый о своём.
–*-*-
Ближе к вечеру читать мне уже надоело окончательно, я откинулся на спинку кресла и лениво думал: а не махнуть ли, в самом деле, в Венесуэлу? Настроить им там чего-нибудь... С Рыжей, естественно. Охрана, правда… А что охрана, собственно? Неужели мы от охраны не сбежим? Коварный голос тут же шепнул: “А какая разница? Мы с Рыжей и отсюда запросто сбежать можем, в любой момент. И никакая охрана нам не указ.”. Но я понимаю, что скандал будет – мама-дарагая. Тем более – сейчас. Вот как раз сейчас-то, вполне вероятно, все эти “охранители” не так уж и неправы. Накосячили мы, пожалуй, с этим авианосцем…
А вот Либанов продолжал неутомимо скроллить бесконечные документы, как будто боялся, что доступ нам предоставили по ошибке, и завтра такой лафы уже не будет. Я попытался гипнотизировать его взглядом, но не преуспел. Пришлось просто вылезти из-за стола. Я сделал только один круг по кабинету, как в дверь без объявления войны вломился Дима.
– О, здорово! А ты чего такой замученный? – поприветствовал его Либанов. – Я думал, вам всем отпуск объявили.
Дима, уже успевший стырить со стола воду, злобно фыркнул.
– Пф, отпуск! Скажи ещё, путёвку выписали на курорт!
– Ну… есть и такой вариант, да. Про Венесуэлу ничего там у вас не мелькало?
Тут Дима повёл себя и вовсе уж неслыханно: он скрутил фигу. Чуть-чуть подумал, и скрутил ещё одну – на этот раз мне.
– Во! Вот вам курорт! Видали?! Два курорта! Каждому!
– Ты чего? – обалдело спросил Либанов.
– А того! – выпалил Дима. – Я под подпиской!
Мы переглянулись.
– Ты бы не принимал это так близко к сердцу, – нерешительно начал Либанов. – Мы тоже подписок дали – будь здоров. А раньше вообще на втором курсе все студенты форму допуска подписывали, и ничего…
– Ха! – выкрикнул Дима. – То все хе… рень, а не подписка. настоящая – у меня! Подписка о невыезде называется. И ты знаешь – это ещё хорошо! Патамушта предыдущие трое суток я провёл в камере! Если не на допросе, конечно. Так что, вечер в хату, бродяги!
Сказать, что я охренел – значит не сказать ничего. А Дима замолк и посмотрел недоверчиво.
– Нас с профом три дня допрашивают, как врагов народа, а вы тут даже и не знаете ничего, что ли?!
– Да вот те крест, – промямлил я, – я сегодня с профом виделся с утра – он мне ни слова не сказал! А чего спрашивают-то хоть? По какому поводу концерт?
– Да ни по какому! Хрень одна – как вы дошли до жизни такой! Как-как! Чем-то об косяк! Нахрена я вообще в это всё полез!
– Щас, подожди, – я выпихнул Либанова из-за компа и решительно ткнул в иконку ВКС с Ивлевым.
Кажется, в этот раз я, наконец, вылил на генерала всё накопившееся раздражение. На удивление, он даже не попытался меня в очередной раз построить – напротив, был сама вежливость и сочувствие, твёрдо обещал немедленно разобраться с фсбшными “перегибами на местах”. А когда я более-менее успокоился, посоветовал найти в телепортовском видеочате трансляцию из ООН – оказывается, там даже и такое уже завели.
Мы втроём кое-как расселись перед монитором. Дима до сих пор по инерции напоказ дулся, но в компе ковырялся с плохо скрываемым азартом. Либанов, лишившийся козырного места главного гика, периодически поглядывал на него трудночитаемым взглядом, а я… просто ждал, пока эти черти найдут нужный канал и трансляция загрузится. Даже захотелось спать. Но весь сон снесло напрочь первыми же словами из динамика: “Таким образом, коалиция “За равноправный доступ к научно-техническим достижениям” при ООН осуждает Российскую Федерацию за её неконструктивные действия и призывает к скорейшему разрешению этого конфликта”...
Глава 23
Господи, как тут люди живут… Жарко, душно, влажно. А главное —делать нечего! Ладно я – чего там, неделю отстрадать, и домой. Но они-то тут всегда! На всю жизнь! Я б с ума сошёл, чесслово. Начинаешь понимать, почему они так плодятся – больше-то тут заняться и нечем.
А я вот плодиться не могу, даже попытаться: Рыжую со мной не отпустили. Вообще никого, кроме меня не отпустили, если быть точным. И теперь наличие “правила” уже и не скрывают: все втроём (кроме меня и Лины в список поражённых в правах попал ещё и Либанов) мы можем собраться только в ограниченном перечне особо охраняемых локаций. На данный момент география очень ограниченная, такая точка всего одна – наша территория в Долгопрудном. Во всех остальных местах нам разрешено появляться строго по одному. Я, конечно, пытался возмущаться – это что, нам и в отпуск не съездить, что ли?! – но фсбшники железобетонно стоят на своём: опасно. Особый охранный режим. И спорить с ними – проще на орбите выбрать какую-нибудь каменюку и попытаться убедить её. Думается, толку больше выйдет. В итоге, я плюнул и попёрся сюда, в Венесуэлу, запускать станцию в одно лицо. А Рыжая, похоже, обиделась. И настроения мне это никак не добавляет!
Ещё и с секретчиками здесь всё даже хуже, чем дома. Там мы с подполом, по крайней мере, уже давно знакомы, как-то притёрлись, хоть и возникает всё больше сомнений в последнее время. Во всяком случае, я уж точно перестал думать, что он – “мой” человек. А тут почти никого из знакомых и нет! И все такие служаки медноголовые, что просто ой… В частности, смешно сказать, на море не был! Один раз кое-как выпросился с местными вояками прокатиться в порт и обратно, хоть сколько-то на страну поглазел через бронестекло. Так там от аэропорта Каракаса до Ла Гуайры, где и отстаиваются наши корабли, дорога идёт вдоль берега, но собственно моря нигде не видно! Понаставили каких-то дурацких заборов… правда, моряки говорят, что там и с воды пляжей особо не разглядишь, даже и не понятно, где все местные отдыхают тогда. А в самом порту тоже не до купания – краны, корабли, мусор плавает. Глубоко, холодно наверняка… да и не пустили бы меня занырнуть, конечно – я и спрашивать не пробовал даже.
Говорят, когда запустят станцию полноценно, наших туристов будут возить на остров Маргарита – есть тут такой шикарный курорт в Карибском море. Я, правда, не до конца понимаю, в чём смысл: от нашей текущей локации добираться прилично – километров пятьсот. Или самолётом лететь, или на перекладных, сначала автобусом, потом на пароме. В чём понт? Я, признаться, думал, что главный поток будет туристический, в тёплом море погреться, но парни из Даниловой команды меня высмеяли: ничего подобного, говорят. Основной упор делается на грузы, причём сюда пойдёт продовольствие! Вот это парадокс, конечно: самая холодная страна мира повезёт в страну вечного лета еду. Казалось бы, юга, экватор, влажно, всё растёт, как дурное – и продовольствия им не хватает! Социализм на марше, что ли? Народ местный, и правда, перекормленным не выглядит ни разу. Ближайший городок – Куа – тоже повергает в депрессию. Весь одноэтажный, обшарпанный и прям вызывающе бедный. Настолько всё тут убого, что у меня даже и мысли не возникло попробовать договориться с охраной и поискать там хоть какие-то развлечения.
Надо признать, впрочем, что с точки зрения Телепорта место выбрано отлично. И на маяк я навёлся влёт, и прыгнул без проблем и происшествий. А это, между прочим, мой самый дальний прыжок – больше десяти тысяч км! Я, признаться, не шибко в географии силён, и самонадеянно думал, что после скакания во Владик да на Камчатку мне сам чёрт не брат, но оказалось, что на планете полно маршрутов и подлиннее. В частности, мне тогда казалось, что Мехико, куда я запросто гонял за фруктами на рынок, на таком же расстоянии от Москвы, как и Нью-Йорк, а туда, оказывается, на пару тысяч дальше – те же 10 тысяч км с лишним! Ум за разум заходит, когда пытаешься осознать, как это мы так легко тонны груза и сотни пассажиров будем в эдакую даль закидывать. Что ж, тем выше ценность, которую Телепорт продвигает в массы, хе-хе.
Однако, я, естественно, даже не успев оглядеться толком, сразу же вкинул рацию – организовать для туристов отдельные станции прямо на тех самых островах. И был немедленно жёстко обломан: не проходит по соображениям безопасности. Здесь для защиты строится целый военный городок, будет стоять чуть ли не дивизия в охране и обороне, плюс авиаполк. Территория в глубине континента, между побережьем и базой – ещё и крупный город, в котором до черта местных военных и полиции. А вот острова против атаки с моря практически беззащитны. Надо ли говорить, кто в регионе обладает бесспорным первенством в военно-морской мощи?
В итоге, для туриста экономится только межатлантический перелёт. Это тоже здорово, конечно – даже страшно подумать, сколько такое может стоить, если платить за керосин для самолёта! И сколько займёт времени. Но и от моих розовых мечтаний, по типу “с утра вышел из квартиры в Москве, а в обед уже плещешься в лазурном море!”, реальность не оставила и следа. У нас-то это всё уже довольно близко к жизни, крупные города вполне возможно посетить чуть ли не все в течение одного дня. А вот тут пока что облом, так и будут жить по-старому, тащиться на автобусах по узким дорогам часами…
–*-*-
Вот я и отработал очередной день, четвёртый по счёту. Ну, как “отработал” – отмучился. Отстрадал. Отбездельничал, ведь дел-то у меня никаких и нет. Я тут для мебели, по большому счёту, как контролёр от головной научной организации, слежу, чтоб никто из сотрудников какую-нибудь дичь не совершил. Типа, как тогда Плахотнюк с бригадой в космос смотался по-бырому. Туристы, блин, космические… Но сейчас тут все сотрудники настолько заинструктированы и запуганы, что вероятность даже малейших ошибок крайне невелика, не говоря уж про какую-то отсебятину.
Делать опять нечего. И даже телек не посмотришь: наших каналов тут до сих пор нет, а местную скороговорку я не понимаю. Да и вряд ли там что-то интересное показывают, впрочем…
Помаявшись с полчаса в душной комнате – нагрелось за день, пока ещё кондей нахолодит – я решил заняться делом. Прошерстить доступные маяки – хорошо видно, правда, только один, ближайший. Надо же – ещё не выключили… впрочем, чёрт с ними, пусть охрана разбирается. Лучше проверить места, где недавно был, не прыгая, просто слегка приоткрывая окошки – такой хулиганский подгляд. Спохватившись, сначала треснул сам себя по лбу, а потом открыл портал на высоту, чтоб выстудить спальню как следует. И чего, спрашивается, все эти дни страдал? Да у меня мощности хватит, чтоб всю нашу строительную базу-времянку охладить до полного промораживания! Но быстро сам себя же и оборвал: не стоит. Не оценят такие мои достижения наши фсбшники, скорее, наоборот – выговор получу очередной. Пусть мучаются под кондеями, ждут.
А раз вопрос с микроклиматом решён – надо запробовать кое-что новое, давно хотел. В принципе, идее не меньше года, но всё как-то руки не доходили, да и случая удобного не было. А вот во время дальнего прыжка сюда давно замеченный эффект снова напомнил о себе: есть ощущение, что в процессе я могу “свернуть”. Я даже уже как-то раз пытался “посмотреть налево”, но так, без фанатизма. Да ещё и всё время с кем-то, уж и забыл, когда один далеко прыгал… Но глянуть-то можно! Вот я и двинул как-то косяка в сторону. И почти уверен, что увидел там что-то... другое.
Нет, понятно, что основное окно – которое на выходе – буквально затягивает. Да и весь процесс… он же секунды не длится даже. Казалось бы, что можно рассмотреть в процессе? А вот я думаю, что всё же можно. Или не думаю, а надеюсь? Короче, надо пробовать. Осталось только не распилиться в процессе на куски, как тот шпиён в парке! Было бы в высшей степени глупо самому себя вот так распластать… Впрочем, мне это не впервой, так? Сто раз уже имел возможность вляпаться! И если бы много боялся, то ничего этого бы не было. Ни Рыжей, ни Центра со всей его наукой, ни Телепорта. Так что, рискуем, несите шампанское!
Прыгать наметил из одной комнаты в другую: я ж начальник, у меня самый королевский номер тут. Правда, в третью комнату я даже не заглядывал ни разу, да и в гостиной бываю ровно дважды в день по 5 секунд: она проходная, в спальню по-другому не попадёшь. Ну, вот и случай наверстать упущенное. Чёрт, прямо ностальгия пробила – совсем как тогда, в ипотечной московской квартире, на одной ноге!
Смешно, но с десяток прыжков я сделал просто так. Вообще не пытаясь сделать что-то новое, куда-то смотреть или что-то выискивать – я просто прыгал и наслаждался тем, как это у меня теперь гладко получается. И вспоминал, как долго я пытался этого добиться тогда. Всё же, далеко мы ушли! Я ушёл! Приятно, чёрт возьми.
Потешив как следует ностальгию, решил всё же попробовать новое. Совершенно ожидаемо, на первых порах не получилось ничего, но – я ж опытный! В смысле опыт “ничего не получается” накоплен такой, что кто угодно позавидует. Или не позавидует, а совсем даже наоборот… короче, вы поняли. Пилим дальше!
Где-то через час, уже основательно запыхавшись, я сообразил заходить в прыжок с уже заранее повёрнутой головой. И немедленно увидел что-то явно инородное! Вот что ещё интересно: я, признаться, до приезда сюда ожидал попасть в джунгли, как в Юго-Восточной Азии или Африке. Чтоб буйство, чтоб в полдень солнца не увидеть, пока на самый верх не влезешь, чтоб жарко, влажно, всё прело и со всех сторон орали птички, зверушки и насекомые. Так ведь нет! Пейзажи тут… ну ладно, не такие, как у нас, но не очень-то далеко и ушли. Всё такое спокойное – горы, трава, кусты. Ну пальмы попадаются, да, и трава – в рост человека запросто, но ни тебе лиан, ни болот, ни джунглей – всё вполне привычно. Можно сказать – почти как в Сочи!
Только вот моя квартирка находится на первом этаже в самом центре базы. Здесь теперь минимум на километр вокруг не осталось ничего от того, что было: всё срыли и вывезли, закатали в асфальт, бетон и брусчатку. Да, газончики есть, но декоративные. Даже с Сочи никак не перепутаешь. Поэтому – сто процентов, я вижу что-то принципиально иное. Не здесь. Или не сейчас.
Попрыгав туда-сюда, не спеша, расслабленно, и убедившись, что я каждый раз вроде бы наблюдаю одну и ту же картину, я решился и, настроившись заранее, одновременно с прыжком потянулся “налево” уже целиком. И ничего не вышло – я вообще не попал в “окно”, зато очень ощутимо грохнулся всем телом об пол в спальне, откуда и начинал. Вторая попытка привела к примерно тому же результату с единственным отличием: видимо, портал обиделся на такое с ним обращение, и не просто вытолкнул меня, а ещё и под углом, так что я неожиданно свалился уж совсем куда-то в сторону и зверски ушиб локоть о кресло.
Ну, что ж: мы ведь ребята учёные, да? Битые?
И я решительно дёрнул матрас с кровати на пол.
–*-*-
Вчера я настолько обессилел, пытаясь прорваться не туда, куда открывал портал (вот ведь не дурдом ли, так если задуматься, а?), что в какой-то момент просто не стал вставать с матраса на полу, когда рухнул в на него в очередной раз. Организм отреагировал на заминку благосклонно – сразу уснул. Больше того, я даже проспал и будильник, и (как выяснилось) пару звонков от местного бригадира. Удивительно, что будить меня рабоче-крестьянским методом – путём стука в дверь – охрана не стала, но я не возражаю, конечно, даже наоборот. Век бы их не видать.
В столовке не было никого – логично, завтрак давно кончился, а до обеда ещё час или даже два. Расположившись по-королевски за самым козырным столом у окна я лениво наблюдал за строительной суетой. Точнее, суета уже не строительная – по факту, все серьёзные работы уже закончились, это они так, марафет наводят. Причём, я даже издали увидел, что суетятся не только наши военные строители, но и разномастные оборванные забулдыги – зачем-то нагнали местных.
Так, секунду… красят? Они там реально красят бордюр? И трава какая-то неестественно яркая… Ох, ребятушки, я ещё не знаю почему, но мне это уже не нравится!
Ну и понятно, долго ждать не пришлось: в столовую ввалился голова местной Данилиной миссии, обладатель трудновыговариваемой правительственной должности, которого все обзывали на местный манер: Хефе. Даже в глаза. А он благосклонно это титулование принимал.
– Вот ты где! А мы обыскались уж… Чего телефон не берёшь? – на одном дыхании выговорил он и, скачком приблизившись, протянул ко мне руку.
А я свою предусмотрительно убрал: вот не хватало ещё, чтоб всякие тут меня за рукав дёргали. Тем более, что рукава-то и нет, я в майке по причине жары.
– А что, что-то случилось? – лениво осведомился я, даже и не думая как-либо ещё реагировать на активность местного босса.
– Конечно! Сейчас правительственная делегация переходит через телепорт, торжественно открывать будем! Два президента уже на территории! Генерал с нашей стороны будет, и премьер!
– Два президента? – вычленил я из сбивчивой речи самое интересное.
– Два, – выдохнул Хефе. – Наш, ну, местный, в смысле, венесуэльский, Мадуро, и бразилец ещё.
– А наш, который совсем наш? – на всякий случай уточнил я.
– Про это ничего не говорили. Не планируется. Хватит и премьера с них. Но ты сам понимаешь – кто ж про такое скажет заранее? Мы не планируем, а он возьмёт, и запланирует! Так что, давай бегом, переодевайся, в темпе, полчаса осталось всего!
– Не, – по-прежнему лениво ответствовал я.
Хефе на некоторое время завис, ожидая продолжения, но когда его не последовало, отмер сам:
– Что “не”?
– Не пойду, – и, наблюдая как потное лицо куратора начинает медленно краснеть, развернул: – Во-первых, мне переодеваться не во что. Ничего, кроме шортов-маек у меня всё равно нет, а менять на такие же – смысл? Это всё и так с утра надел чистое.
Шумно выдохнув в нос, Хефе осведомился:
– А во-вторых?
Допив кофе и покатав самый вкусный последний глоток во рту, я ответил:
– А во-вторых, я в гробе эти ваши официальные встречи видал, ты уж извини. В конце концов – ну кто я такой? У меня даже должности никакой нет официальной! И вообще, чем меньше я мелькаю – тем лучше, нет разве? Давай я лучше тут посижу?
Хефе дёрнул стул из-за соседнего столика и уселся. На его лице явно отражалось его полное внутреннее согласие с подобной постановкой вопроса: лично ему я на церемонии не был нужен совершенно. Однако, он явно получил недвусмысленные инструкции, и они, конечно, пересилили:
– В списке персонала строителей станции ты есть. И на достойной позиции – даже предусмотрено твоё представление президентам. А насчёт костюма не беспокойся, давно прислали, уже должен быть доставлен к дверям номера. Ты когда выходил, не видел разве?
Я задумался, подняв глаза в потолок. Ну да, вроде было что-то такое в коридоре – какая-то вешалка на колёсиках, по типу отельной, и на ней висело что-то неопределённое в полиэтилене. Неужели это вот оно? Мрак.
Дальше я бодался уже больше для порядка: мне почему-то и самому вдруг стало любопытно – что это там за костюм мне подогнали? Вдруг интересное что-то? Вот если, к примеру, там тропический колониальный, белый, да с пробковым шлемом – так и ничего! Ради такого прикола я и официальную мутотень готов потерпеть с полчасика!
Но нет. Ничего интересного не случилось – костюм был самый обыкновенный. Серый, “с искрой”, одно утешение – сидел отлично. Ну, насколько я вообще могу судить: спец из меня откровенно невеликий. Но нигде не жало, не топорщилось, в зеркале я сам себе понравился, хоть, конечно, в рост посмотреться было и негде. Одна беда: так я и не сподобился научиться вязать узел на галстук. Ну, это не страшно – среди “группы товарищей” таких умельцев, уверен, каждый второй. Если не каждый первый.
Горестно вздохнув, заранее представляя себе жуткую жару на улице, я нырнул в яркий солнечный свет, как в омут.
Глава 24
Внутри круглого здания будущей станции атмосфера была откровенно нервной. Работяги, наряженные в самую лучшую, новую, отглаженную спецовку весёленькой ярко-жёлтой расцветки, дружно потели и довольно зло переругивались со своим руководством. Немногочисленные инженеры в костюмах выделялись безнадежным выражением лиц. Будущий персонал – напротив, пыхал энтузиазмом, и то один, то другой представитель норовил протолкаться в первую шеренгу – под начальственный взор. Впрочем, совершенно безуспешно – фсбшники своё дело знали на пять. Вот они-то и были островками стабильности, поскольку выглядели ровно так же, как и всегда.
Хефе, даром, что стоял к входу в зал ожидания спиной, моё появление учуял сразу же. Подскочил, по дороге просветив с ног до головы, словно рентгеном, улыбнулся натянуто, но с ноткой поощрения.
– О, ты вовремя, как раз вашу секцию инструктируем! – и поволок меня под локоток к группе людей в костюмах. С безнадёжным выражением лиц, ага. Кстати, я неправильно их отнёс их всех к инженерам-строителям – поспешил, таковых там оказалось лишь несколько человек. Остальные – технический персонал станции. Интересно, по какому тогда признаку сегрегация? Почему строители не с работягами? Было бы логично их туда – и каски белые на голову ещё. Неканонично выходит…
Впрочем, тут Хефе начал с нажимом что-то нашей группе втирать, ещё и ежесекундно дёргая меня за рукав – для пущего контроля за усвоением, так что, поневоле пришлось на него отвлечься.
Слава богам, накачка долгой не была, и нас довольно быстро оставили в покое. Повезло – работяги в своём углу, похоже, начали бунтовать, и основные силы секретчиков стянулись туда. Градус противостояния моментально снизился, от попугайских спецовочных войск до нас доносились только редкие эмоциональные выкрики “с утра стоим…”, “пожрать не дали…”, “туалет…”.
Тут я напрягся. С утра? Серьёзно? Покосившись на соседа, отказался от идеи попытаться что-то у них узнать – вряд ли они со мной откровенничать будут, я всё ж для них “москвич”. Начальство. Поискал глазами Хефе, но тот будто сквозь землю провалился.
А стоять, меж тем, становилось всё неприятнее. Да, кондиционеры вроде работали, но, похоже, не все: в зале становилось всё жарче. А с вентиляцией и вовсе что-то случилось – то ли сэкономили и решили не включать, то ли экономия вкралась ещё на этапе проекта. А как было бы здорово, стой эта станция на берегу моря: рамы долой, свежий солёный ветерок из открытых проёмов, м-м-м… Впрочем, чего это я: да нате! Ничего для народа не жалко! Сверху на разгорячённую толпу водопадом рухнул поток прохладного воздуха из порта Ла Гуайры – я открыл тоннель в точку в 50 метрах над кораблём, про себя хихикая и прикидывая вероятность залёта в портал какого-нибудь особенно невезучего баклана. Народ задышал, заозирался удивлённо, только вот где-то в стороне немедленно взвыла сирена, да и Хефе нашёлся моментом – с ошарашенным выражением на лице он яростно продирался ко мне через толпу.
Сообразив, что дело пахнет керосином, я окно немедленно схлопнул и для пущей верности ещё и отвернулся, изображая неподдельный интерес к противоположной стене. Люблю, знаете ли, стены. И посмотреть, и поговорить. Никогда ещё ни одна стена меня не отказывалась выслушать! И не перебивала ни разу. Оскорблений тоже можно не опасаться. То ли дело тот вот “собеседник“, что уже тянет меня за рукав пиджака с ядовитым шипением…
Опять повезло. Как-то связав в одно целое свежий воздух, сирену и невнятные взвизги Хефе в мой адрес, работяги взроптали совсем уж громко, и, сверкнув напоследок гневными очами, куратор свалил к ним. А мы остались перетаптываться с ноги на ногу. Только один из строителей украдкой показал мне большой палец.
–*-*-
Через два часа бессмысленного стояния в зале, я осатанел до последнего предела. Потому и не захотел сдерживаться, когда Хефе, с ужасно деловым видом пробегавший перед нами, технично уклонился от моей попытки поймать его за руку в процессе. “Всё будет, скоро!” – видите ли.
– Ну вот как будет – тогда и зовите, – проговорил я негромко в удаляющуюся начальственную спину.
А сам тут же, словно боясь услышать ответ, нырнул в “окно” в свой номер. По-прежнему держа в фокусе удаляющуюся фигуру Хефе. Параллельно, снова зацепив краем глаза зелёные кусты, зачем-то потянулся к ним всей своей сутью… чтобы мгновением позже разложиться во весь рост на сухой пыльной грунтовке.
Так: день. Даже, наверное, полдень – тени практически нет. Жарко. На небе ни облачка. Вокруг никого и ничего, только трава, кусты и уходящая в две стороны жёлтая дорога. Довольно гладкая, кое-где торчат небольшие камни. Следов от машин нет – странно. Спохватившись, я приоткрыл окно в свой номер – тут всё в порядке, открывается. Обратно пока не пойду – слишком долго я пытался сюда попасть, чтоб вот так сразу дать заднюю!
Я попробовал поискать по окрестным кустам хоть какие-то следы от нашей стройки – почему-то хотелось верить в то, что попал я в будущее. Не знаю почему, просто хотелось, и всё. Но, конечно, не нашёл ни черта – да и немудрено, в таких-то зарослях. Плюс, ещё и следопыт из меня откровенно неважный. После попытался определить хотя бы стороны света – минут пять чесал голову в разных местах, насмотрелся на небо до ломоты в шее и солнечных зайцев в глазах, плюнул и пошёл туда, куда вывалился из “окна”. В конце концов, мне всё равно.
Идти быстро наскучило. Первой мыслью было рациональное “дурак, воды мог бы и взять!”. Сразу после – не менее логичное соображение, что такие вояжи лучше планировать на утро. Или вечер. Но никак не жаркий солнечный полдень! Перед глазами отчётливо замаячила теперь кажущаяся такой родной и комфортной комната на базе… Одно меня останавливало: не факт, что получится сюда так же легко попасть снова. С другой стороны…
Я решительно остановился. Исследователь я или где? Открыл окно в номер и не стал противиться его притяжению. Стоило мне оказаться внутри, как сразу проснулся телефон: Хефе. Нахрен иди, у меня дела. Твоя очередь ждать.
Набрав воды из фильтра в пустую бутылку из-под колы и скинув пиджак на стул, я прямо из кухни рванул пространство – туда же хочу, на свою жёлтую грунтовку! И в этот раз прыгнул уже без вопросов, даже головой вертеть не пришлось. Да, это точно оно – вот и мои следы, последний – смазанный, обрывающийся, будто человека схватила и унесла неведомая науке гигантская птица! Я невольно поёжился и оглядел небо, опять наловив солнечных зайчиков, но, к счастью, никаких мега-птиц не обнаружилось.
Последний тест: открыть тоннель наверх, “сам себе кондиционер”. Порядок, работает! Окно домой, в номер? Есть такая буква!
Ну и погнали тогда.
Приставив ладонь ко лбу козырьком, я вгляделся в затянутую колеблющимся маревом дорогу вдали, прищурился, запоминая ориентиры, и прыгнул туда, на максимум. И, даже понимая, что всё прошло штатно, обругал сам себя: ну вот к чему это ухарство? Что изменится от того, что мне придётся прыгнуть на два-три-пять раз больше? Зато буду уверен, что никаких неожиданностей не встречу!
Да, кстати: потянул телефон из кармана – bad luck, нет сети. Что ж – предсказуемо. Ну и ладно. Подождут. А я пока – только вперёд! Прыг-прыг-прыг…
Так-то оно, конечно, быстрее – я даже не успел толком заскучать, как из-за очередного изгиба дороги выскочила деревенька. Да какой… это город, по местным-то меркам! Вот жалко, что я совсем теряю ощущение расстояния, когда прыгаю – мне ведь всё равно. Если бы пешком шёл, можно было бы расстояние прикинуть довольно точно, просто по времени, а сейчас могу только предполагать, что городишко этот стоит на том же самом месте, что и “наш” Куа. Ну да ладно, спрошу сейчас у кого-нибудь.
“Прыгать”, конечно, перестал – мало ли, увидит кто из местных. Кто знает, как селяне отреагируют? Сожгут ещё, в лучших католических традициях.
Местных, правда, в пределах видимости не обнаруживалось. Невысокие хибары потекли сначала с одной стороны от дороги, потом – и с обеих, но признаков жизни я не видел ни малейших. Хотя – заборы есть кое-где, невысокие, калитки, ворота, всё заперто. Уехали они все, что ли? И собак нет. Или тут не принято?
