Текст книги "Падший лев (СИ)"

Автор книги: Максим Целовальников

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 22 страниц)

– У каждого своя оценка событий, – прокомментировал Вилат.

– Конечно. А если я не отдам вам «Ониксовую жемчужину»? Тем более если у меня ее действительно нет?

– Ну, мы надеемся на ваш ум. Поверьте, мы его тоже высоко ценим. В мире масса дел, которые вам будут интересны, и терять такую дорогую вещь, как жизнь, ради чего-то одного…

– Ну да, ситуация такая, я уже понял. А вам никогда не приходило в голову, что такая уникальная вещь, как «Ониксовая жемчужина», нужна не для простого артефакта. Может, он стоит больше, чем одна жизнь? Может, даже больше четырех жизней? Кто знает?..

– Вы же знаете, а если и нет, то можем вас заверить: у нас есть средства, чтобы даже мертвые сказали всю правду.

– Некроманты? Ну, насколько я знаю, все это не так просто. Однако, – лицо Лока посуровело. – Вы правы, мы теряем время. Ограбление особняка Бархатной ночи – дело не моих рук. И у меня нет «Ониксовой жемчужины». Ищите, вы же сталкеры, не я. Но в данном случае вы пришли не по адресу. Это большая ошибка.

Вилат не сводил с него своего темного взгляда, Лок же знал, что переиграть его в этом сражении не удастся никому. Он незаметно проник в воздух внутри помещения, беря под контроль каждую его частичку. Понадобится совсем немного времени, чтобы определенные места в нем превратить в смертоносный газ.

– Думаю, мы поняли друг друга, – наконец сказал сталкер, вставая из-за стола.

Лок напрягся, оценивая свое положение. Сталкеры не являлись, по сути, специализированными бойцами, но то, что они способны на многое, было несомненным фактом. Тем более пришедшая за ним четверка. В них ощущалась сила, во всем: в движениях, в каждой детали, в поведении. Чего стоили одни эти магические перстни. Он ни на мгновение не поверил, что сталкеры не способны стать профессиональными наемными убийцами. Группа Вилата служила тому прямым доказательством. Если его атакуют сейчас, защитное заклятие «Воздушного кокона», висевшее на нем, вероятнее всего, сможет поглотить первый удар, а этого хватит, чтобы попытаться достать главного среди сталкеров приготовленным стилетом. Дальше придется уходить или начинать затяжную магическую битву, а это недопустимо здесь, в столице. Стражи Магии[2] явятся не более чем через несколько минут, а с ними связываться и вовсе не хотелось.

Вилат повернулся и направился к выходу. За ним последовали и все его спутники. Видимо, столкновение откладывалось. Пока. А может, Вилат всего лишь высоко ценил свою жизнь.

[1] Магические перстни, так же, как и амулеты, постоянно воздействовали магией на своего владельца, и неподготовленного могли с течением времени даже убить. Поэтому носить подобные предметы большой мощности могли только самые сильные и подготовленные.

[2] В Леции – столице Арденского королевства – действовал закон, запрещающий применение боевой магии на улицах городах. За этим следила специальная служба – Стражи магии.

Глава 9

Покои главы Святой Инквизиции заливали изящные белоснежные цвета. Символ чистоты и святости. Портьеры, мягкие ковры, мебель, все так или иначе вписывалась в общую цветовую гамму. Посреди комнаты стоял огромный диван, похожий на облако, роскошный и необычайно мягкий, наверняка доставляющий немалое удовольствие любому, кто на него садился. Сейчас на нем располагались двое. Реатор, глава Святого легиона, стоявшего на службе Инквизиции, начальник Чистилища, командующий Восемнадцатым корпусом королевской армии, сидел, строго выпрямив спину, стараясь не шевелиться. Он был довольно большого роста и обладал немалой силой, но глядя на него, складывалось такое впечатление, что он весил больше, чем могло показаться. В глазах его отчетливо плескалась едва сдерживаемая боль.

Второй – среднего роста мужчина, в белоснежной сутане, серые, очень спокойные глаза и мудрый взгляд. Старческие руки держали могучие ладони генерала. Стояла тишина. Окна были распахнуты настежь, и легкий летний ветерок весело проносился по всем покоям, но вот иного шума не доносилось вовсе. Обычная магия.

Что-то золотисто-белое окружало небольшим туманом их руки, иногда пульсируя, словно сердце, иногда колышась, словно волны моря. Сайрос время от времени как-то по-доброму, по-отечески улыбался в серебристую бороду, а вот Реатор, напротив, выглядел крайне напряженным. Казалось, что его тело незримо деформируется, вернее – кожа, под которой, как под одеялом, словно кто-то быстро пробегает. Любой, кто мало-мальски разбирался в магии, сразу бы почувствовал, как фон вокруг буквально гудит от ее концентрации. Напряжение висело такое, как при использовании сразу десятка боевых заклятий тяжелого класса одновременно, хотя внешне все выглядело довольно буднично и спокойно.

– Как ты себя чувствуешь, сын мой?

Реатор сморщился от резкого приступа боли и тяжело задышал. Потом собрался с силами и начал говорить:

– Мне очень больно, отче. Но больно так по-разному. В моем животе как будто поселился холод, причем такой, что все там, кажется, превращено в сплошной лед. А сердце стучит так, словно его поджаривают на медленном огне демоны преисподней. Оно даже не стучит, а мечется на раскаленной сковородке. В моих легких бушует ураган, мне нужны все мои силы, чтобы дышать, а мозг разрывается на части. Лишь уважение к вам, отец, позволяет ему складывать разумные слова, а не мычать нечленораздельными звуками, подобно животному.

Сайрос снова улыбнулся, так добро и по-отечески, что Реатор уже от этого почувствовал облегчение. Этот человек для всех, в том числе и для него, был и оставался – и наверняка навсегда останется – загадкой. Он сам являлся могучим воином и полководцем, очень сильным волшебником – единственной из всех школ магии, признаваемой Святой Инквизицией, но его сила не шла ни в какое сравнение с силой того, кого все называли Святой отец. Нет, Сайрос скорее походил на все еще крепкого сухощавого старца, но его сила была внутри, и она не поддавалась никакому пониманию. Никто не знал ее пределов, но все свято верили в то, что она идет от самого Единого бога. Поистине если кто и являлся достойным называться учеником бога, так это Сайрос. Реатор жил уже много лет, но глава Святой Инквизиции был всегда, сколько он помнил, и о его истинном возрасте оставалось только гадать. Его просто называли отцом. Его любили и почитали, и верили беззаветно. Это был воистину великий человек.

– Реатор, могучий воитель и волшебник! Многие, очень многие знаменитые и славные сыны нашего королевства позавидовали и завидуют твоей силе. Крепись, мой сын, кто, если не ты, сможет вынести все это? Кому еще мы можем доверять так?

– Я сделаю все, отче. Бог свидетель – я сделаю все, что нужно, чего бы мне это ни стоило, – каждое слово Реатора звенело от жара искренности.

– Никто и не сомневается в тебе, – продолжал тихо говорить Сайрос. – Что же ты хотел – в тебе собрано множество энергетических сущностей, чья природа иногда в корне отличается друг от друга. Вода и Воздух, Тьма и Смерть, Ад и Земля, Огонь и Разум, Свет и Жизнь. И они многолики, ибо огонь Преисподней совсем не похож на Стихийный, а Тьма и Смерть порой готовы разорвать друг друга. Даже Жизнь и Свет – и те суть разные и иногда жаждут взаимного уничтожения. Потерпи, сын мой. Тебе только и остается, что терпеть. С каждой отнятой магической сущностью, что ты впитываешь в себя, не только растут твои силы и твоя энергия, которая уже поистине колоссальна, но все это приходит во всё большую нестабильность. Различные силы конфликтуют друг с другом внутри тебя, поэтому ты себя так чувствуешь.

– Отец, мне иногда кажется, что я больше просто не в силах уже терпеть. И не только. Иногда я практически уверен что еще чуть-чуть – и я просто утрачу над всеми этими силами контроль. И тогда бывает страшно. И в первую очередь за то, что я могу подвести Вас и сделать все наши усилия напрасными. Не бросайте меня, Отче, без вашей помощи я не справлюсь!

– Спокойствие, сын мой, от боли ты начинаешь говорить глупые вещи. Разве могу я бросить тебя? У нас поистине святая цель, и ничто не должно нам помешать, да и мы сами не можем совершить ни единой ошибки. Помни это, так же как помню и я.

– Простите, отче!

– Не нужно этого, сын мой, я и так знаю, что ты предан нашему делу душой и телом. И твоя жертва очень велика.

– Я делаю всего лишь все, что могу. Все ради бога.

– Твоя вера всегда служила примером для подражания.

Реатор стиснул зубы от нового, особо сильного приступа боли, а его лоб в который раз покрылся испариной, но ласковый ветерок, гуляющий по комнате, мгновенно ее убрал.

– Может, стоит попытаться уравновесить энергию? В Чистилище ожидает приговора много всякой мрази, и может, как-то…. Может, стоит поглощать не все их магические сущности подряд, а рассчитывая, так чтобы сила Воды уравновешивалась силой Огня?

Сайрос снова улыбнулся:

– Нет, увы, это не только ничего не даст, но и может навредить делу. Так мы, в конце концов, можем выстроить целую систему, а нам не нужна система. Напротив, нам нужен Хаос, первородный хаос. И именно он сейчас рождается в тебе, многократно увеличивая всю силу, собранную нами. Это как раз то, что необходимо.

– Хорошо, отче. Знаете, я сначала думал, что меня будут мучить кошмары, после того как я поглотил несколько первых сущностей. Но, слава богу, это оказались всего лишь глупые опасения.

– Конечно же, глупые. Это дьявольские отродья могут забрать душу, а Смерть – забрать тело. Но мы берем лишь магическую энергию, что даровал всем наш господь бог. Увы, существа, населяющие наш бренный мир, и люди в том числе, распорядились этим даром очень скверно, породив слишком много зла. Появились всевозможные колдуны и чародеи, личи и демонологи. И многие другие, кто святой дар обратил во зло. Но теперь пришло время это зло направить на благое дело. По сути, ты забираешь у них лишь их накопленную магическую энергию. То, чем они не способны должным образом пользоваться. Тебе не о чем волноваться. Ты лишь уничтожаешь зло.

– Отче, скажите, почему я? Ведь ритуал, который позволил мне делать то, что я делаю, крайне трудный, и его возможно будет провести не раньше, чем еще через много сотен лет.

– Тебя избрал сам господь, так что не тебе сомневаться в его выборе.

Реатор начал ощущать, как все гигантские мечущиеся, борющиеся внутри него силы начали понемногу утихать. Сначала ему показалось, что это организм, более не способный выносить всю боль, просто притупляет чувствительность, но это было не так. Огромное море энергии, накопленное за несколько месяцев, начинает действительно успокаиваться, повинуясь непреклонной воле Сайроса. Оставалось лишний раз удивляться силам этого человека, который смог совладать с ТАКИМ.

– Вижу, тебе уже получше, сын мой, – не преминул это заметить глава Святой Инквизиции.

– Намного, отец, и с каждой минутой становится все лучше и лучше.

– Впереди будет гораздо труднее, но мы справимся. С божьей помощью мы справимся.

– Я не сомневаюсь, отец. Великое дело будет исполнено.

Реатор смолк, собираясь с силами. Он пробыл в коме почти целый месяц, с тех самых пор, как потерял сознание во время сражения с нежитью. Выброс энергии убил очень многих, в том числе и своих собственных солдат, но и остановил наступление нечисти. Инквизиторы тут же эвакуировали его в Храмовый город[1], где Реатор и оставался по сей день. Понадобился целый месяц, чтобы вернуть тело в состояние, при котором организм смог самостоятельно жить. Адская боль терзала все тело, но, как сказал Сайрос, с ней придется смириться. Укрощать нестабильную энергию стало возможным только когда Реатор пришел в сознании. Но теперь все позади.

– Святой отец, я все же не совсем понимаю, что произошло. Никогда не было такого, клянусь вам, это не моя вина. Я контролировал энергию как всегда, но потом, во время сражения что-то произошло. И она вдруг резко попыталась вырваться наружу. Я не смог ее больше сдерживать, потому что понял: еще немного – и все будет кончено. Мне просто пришлось выплеснуть часть ее вовне.

– И ты сделал все правильно, сын мой. Никто тебя и не считает виновным. Инквизиторы, оказавшиеся рядом с тобой, ощутили нечто подобное, только у них это проявилось по– другому. Кто-то или что-то сумело уничтожить наложенную на скопленную в тебе энергию защиту. Это сродни тому, как снять оковы с бешеного великана и позвать его.

– Там был архилич. Я пытался найти его, но не успел, он прятался за спинами нечисти.

– Прошу тебя, успокойся, Реатор. Ни один архилич не смог бы снять так просто мою защиту на тебе. Ее уничтожила куда более великая сила.

– Я не понимаю, отче.

– Энергия, что сосредоточена в тебе, сама уничтожила мою защиту. Кто-то или что-то заставили ее это сделать. И у нас есть насчет этого некоторые идеи. Но о них ты узнаешь немного позднее. Пока отдыхай и набирайся сил.

Реатор нахмурился

– Мы сильно оказались отброшены назад?

– Хвала Единому, – нет. Все могло оказаться намного хуже. Бог не зря избрал тебя, Реатор, ты смог сдержать энергию, тебе хватило на это сил.

– Значит, такое может повториться снова?

– Да, к сожалению может. Но мы этого больше не допустим. Нам нельзя рисковать. Ты отсутствовал почти месяц и, видно, хочешь узнать текущее состояние дел?

– Очень хочу, отче.

Сайрос снова улыбнулся по-доброму, как дед внуку, в котором души не чаял.

– Все хорошо и очень даже успешно. Иогану удался весь его задуманный план. И договориться с гномами, и привлечь, пусть и обманом, к этому делу светлых эльфов.

– О!

– В Иогане есть пороки, как и у всех нас, но он истинный сын бога.

– И ваша правая рука, отец. Воистину вы знаете, кого привлекать к себе.

– Это всего лишь божье провидение.

– Насколько я слышал, темные эльфы однажды отняли у одного из гномьих кланов богатейшие золотые рудники, спрятанные глубоко под горами. И все попытки гномов вернуть их заканчивались неудачей, потому как великий лорд темных эльфов, завоевавший эти рудники, призвав самых сильных чародеев, сумел создать с помощью осколка Империала[2] пространственный карман[3]. Гномы прознали про это и пытались его найти, но не смогли. А все их попытки отбить рудники обрекались на гибель, когда по ним из этого пространственного кармана наносился неожиданный удар.

– Да, такова предыстория. Иоган предположил, что карман не был найден еще и потому, что он находился вовсе не рядом с рудниками, а совсем в другой стороне. С помощьюнаших связей и королевской службы разведки мы в конце концов сумели его найти.

– Это у Иогана родилась идея привлечь светлых эльфов, чтобы они разобрались со своими темными собратьями?

– Да. И надо полагать, это оказалась очень здравая идея. Оба эльфийских народа воюют испокон веков, и лучше них никто не справится друг с другом. А каратели светлых эльфов – это очень сильные боевые отряды.

– Я знаю, отец. Мне приходилось воевать с ними бок о бок. И я скажу, что это очень сильные воины.

– Да. Иоган тоже полон восхищения и много рассказывал о них. Был даже составлен подробный отчет, в том числе и в наше военное министерство, – можешь почитать на досуге, тебе будет интересно.

– Воевать с темными на их территории, да еще против групп спецназа засевших, без сомнения, в этом пространственном кармане, было бы чистым самоубийством. Есть информация, к каким подразделениям они принадлежали?

– Нет, онине имели знаков отличия.

– Все равно я уверен, что там располагались спецподразделения, особенно если учесть важность пространственного кармана. Да, это оказалась отличная идея – воспользоваться услугами светлых карателей. Если бы мы попробовали сами, наших бы там полегло просто немеренно.

– Светлые потеряли одного из своих. Зато стараниями Иогана мы существенно улучшили наши взаимоотношения, получили золото рудников для осуществления нашей Цели, завоевали благосклонность короля и дружбу гномов.

– Иоган, как всегда, на высоте.

– Да, я каждый день молюсь за него и прошу бога даровать ему свое благословение.

– Золота достаточно?

– Более чем. Все получилось так, как мы и предполагали.

– Слава богу, что все прошло хорошо!

– Истинны твои слова, сын мой, – добродушно согласился Сайрос.

– И что теперь? Орки?

– Иоган совсем недавно побывал в Реше. Мы наняли орочью орду, чтобы добыть книгу Ервала.

– Вторую часть Предвечных.

– Да, без нее нам не провести ритуал. Слава богу, что первая часть у нас уже есть.

– Когда ее можно ожидать?

– На все воля господа, – туманно ответил Сайрос и осторожно разорвал магическую связь, отпустив руки Реатора. – Ну, как ты себя чувствуешь теперь?

Реатор глубоко вздохнул и пошевелил могучими плечами.

– Гораздо лучше, Святой отец. Все во мне успокоилось, и я снова чувствую себя полным сил.

Сайрос улыбнулся.

– Это очень хорошо. Скоро прибудет Иоган, и мы обсудим кое-что очень важное.

[1] Храмовый город – часть Леции, которая находится под властью Церкви, и где располагается ее административный центр.

[2] Осколок Империала – наивысший артефакт, который, по легенде, является частью Единой сферы, олицетворяющей весь мир в момент его создания. Впоследствии она оказалась разбита, и мир Империала разделился на множество измерений.

[3] Пространственный карман – темные эльфы исповедуют Пространственную школу магии, способную создавать иллюзии и работать с пространством.

Глава 10

О существовании Эрнегии знал весьма ограниченный круг лиц, не считая тех, кто в ней работал и тех, кто был наиболее приближен к верхушке Святой Инквизиции. Официально ее возглавлял седовласый профессор Увэр, один из немногих людей, кто удостоился чести проходить обучение в Такаландоне – легендарном закрытом городе гоблинов. Многие считали его свихнувшимся стариком, но Сайрос профессора очень ценил и полностью доверял тому вести все разработки в Эрнегии. Несмотря на свою значимость, Увэр никогда не принимал особого участия в делах Святой Инквизиции, целиком и полностью сосредоточенный на исследованиях Эрнегии.

Вообще Святой отец предпочитал не слишком часто бывать на публике, и благодаря тому, что люди не видели его, он становился весьма таинственной личностью. И страшной, ибо люди боятся неизвестного, и никто их переубеждать не спешил. К тому же это поддерживала сама Святая Инквизиция, чьи действия и методы вовсе не являлись добрыми и мирными. Часть людей ее ненавидела, часть преклонялась перед ней. Но абсолютно все ее опасались.

Молодой король Ардении недостаточно крепко держал под собой трон предков, чтобы отказываться от помощи Сайроса. С другой же стороны, знаменитая Арденская академия волшебства и ее правление открыто конфликтовали с Инквизицией, хотя их противостояние и не выходило, как правило, за цивилизованные рамки. Сайрос же умело этим пользовался, и в последние несколько лет влияние Святой Инквизиции резко возросло, как на политической, так и на социальной арене королевства. Она была абсолютно закрыта от внешнего влияния, а Эрнегия стала, безусловно, самой секретной ее частью. Те, кто работал в Эрнегии, был душой и телом предан делу Святой Инквизиции, но даже они ничего не знали о ее местоположении, ибо попадали в свои лаборатории и обратно через магические порталы.

Именно там сейчас и находился Сайрос в окружении своего самого близкого круга. Иоган, его правая рука, Реатор, молодой Айвар – новый протеже Сайроса из Эрнегии, а также профессор Увэр. Они стояли на парящей магической платформе и смотрели на жуткого вида монстров, чьи очертания практически не улавливались. Их было двенадцать, высотой больше человеческого роста, помещенные в отдельные огромные стеклянные сферы, наполненные сжиженной манной. В этой лаборатории царил полумрак.

– Перед вами сумеречные воины, господа, – демонстративно объявил Сайрос.

Иоган уважительно кивнул:

– Вижу, новое детище Эрнегии получило свое должное развитие. Это, я как понимаю, уже завершенный проект?

– Да, мой друг. И в немалой степени это заслуга Айвара. Его смелые идеи и решительные шаги привели к данному результату. Однако пусть лучше он сам расскажет обо всем. Прошу тебя, мой мальчик.

Молодой белокурый офицер с ярко-синими глазами решительно кивнул. В его взгляде чувствовалась некая насмешка, и даже надменность, зиждущаяся на осознании своих собственных сил. Иоган знал таких – молодые, дерзкие на грани наглости, гордящиеся своим умом и способностями.

– Как вы знаете, зимой в Белом океане произошло мощное землетрясение, и вскоре наши капитаны обнаружили поднявшийся со дна моря древний остров. Поисковая экспедиция нашла на нем следы древней цивилизации, которыми сразу заинтересовались наши специалисты. В ходе раскопок удалось найти древнее оккультное сооружение, предназначение которого пока доподлинно установить не удалось. Впрочем, нас это в данный момент не очень интересует.

– Ближе к делу, – забрюзжал Увэр, нетерпеливо покручивая изумрудный магический перстень на своем пальце. – Уверен, господа и так прекрасно знают всю предысторию. Да, мы нашли там неких сумеречных воинов, мы до сих пор не знаем ни их природы, ни того, как они возникли и для чего служили. Однако наших знаний хватило, чтобы суметь оживить их и заставить служить себе. Трудность состояла лишь в ответе на вопрос: кто они такие, и на что способны.

– Узнаю вас, профессор, – одобрительно произнес Реатор. Месяц комы, несмотря ни на что, не прошел для него даром. Было видно, что это уже совсем другой человек, уставший, с темными кругами под глазами и опустевшим взглядом. – По-военному четко и по делу.

– Я служил в гоблинском воздушном флоте, – с гордостью отозвался на лесть Увэр.

Всю историю его жизни и все многочисленные достижения и перипетии уже давно были известны всем, но старик не упускал возможности лишний раз об этом упомянуть. И ему особенно льстило, когда кто-то об этом вспоминал сам.

– Действительно, ближе к делу, – недовольно фыркнул Айвар. – Большую часть времени мы провели в экспериментах, жестокости которых позавидовали бы даже демоны. Он уничтожил почти треть всех добытых нами сумеречных воинов, проверяя, на что они способны, что выдерживают, на что как реагируют.

Увэр обиженно надулся:

– Молодой человек, вы, может, еще не усвоили это в силу своих юных лет, но наука требует жертв. Изучать сумеречных воинов, которые, как древние пергаменты, готовы рассыпаться в прах при первом мало-мальском прикосновении, очень сложно.

– Но для этого не стоило изводить стольких! Я понял, что они умеют телепортироваться практически сразу же, при первых опытах, а вам для этого понадобилась куча экспериментов. Такое ощущение, что вам нравилось изводить столь ценный материал понапрасну ради удовлетворения собственного любопытства.

– Знать и предполагать – это разные вещи. Мы здесь занимаемся наукой, а не гаданием.

– Мудрость и молодость, – улыбнулся Сайрос, прекращая спор.

– Так что же вы выяснили? – поинтересовался со скрытой насмешкой Иоган.

– А вам это еще не известно? – ощерился Айвар. – По-моему, ваши шпики есть везде, где только можно, и еще вопрос, кто получает из лабораторий информацию первым – вы или я.

– По мне – так тебе ее давать вообще не стоило, чтобы меньше трепать на каждом углу.

– Я говорил с сотрудником!

– Ты болтал со своей девушкой. – Иоган оставался абсолютно спокоен и по-прежнему насмешлив, что сильно контрастировало с реакцией молодого офицера.

– Боже мой! – воскликнул Сайрос. – Вас нельзя собирать всех вместе. Дорогой профессор, расскажите суть дела.

– Всенепременно! – живо откликнулся подобревший Увэр, благо рассказывать, неважно что и кому, было его любимым делом:

– Любопытные эти существа, доложу я вам, господа. Мы назвали их экзекуторами. Это моя идея. По сути, они продукт мира, безвозвратно ушедшего, где действовали иные законы энергии и даже материи. По моему убеждению, в те времена эти существа вовсе не являлись чем-то выдающимся, по своей сути они похожи на биологических големов, но вот в наше время… В ходе многочисленных опытов, проведенных нами в лабораториях, удалось выяснить, что они крайне слабо подвержены действию любой агрессии. Они просто блестящие воины, сильные, неутомимые, крайне живучие. Мы выставили против одного из них шестерых стальных големов, и он буквально нашинковал их, как капусту.

В голосе профессора звучало неподдельное восхищение.

– Судя по всему, наконец-то из лабораторий Эрнегии выйдет нечто по-настоящему ценное, – не преминул заметить Реатор, весьма скептически относившийся к деятельности данной организации.

И тому имелись определенные основания. Многие годы в Эрнегии, с подачи непосредственно профессора Увэра, велись активные биоразработки с целью выведения новых видов воинов. Подобные разработки велись также эльфами, орками и гоблинами, но с их достижениями в этой области было не сравниться. За все время существования данного проекта Реатор как командующий войсками Святой Инквизиции не получил ни единого достойного образца, которым можно по-настоящему гордиться.

Но профессор Увэр лишь радостно потирал руки. Если все присутствующие уже знали о его достижениях в этой области, то генерал, занятый в военных действиях по защите королевства от вторгнувшейся в него нежити, пребывал в неведении, а значит, появлялся новый слушатель, которого можно было ошеломить результатами.

– О нет, господин генерал! – воскликнул профессор. – То, что я вам рассказал, это лишь цветочки. А вот ягодки. Сумеречные воины способны к телепортации! Самостоятельной телепортации!

Реатор хотел что-то сказать по этому поводу, но Увэр, вошедший в раж, не дал ему такой возможности:

– О нет, нет, господин генерал! Вы меня не поняли. Есть существа, которые способны телепортироваться по местности, например троки и бенулы. Но экзекуторы обладают способностью телепортироваться на большие расстояния. Очень большие. Измеряемые даже тысячами километров. Преодолевая любые защиты.

– Генерал просто пока не до конца понимает всех открывающихся возможностей, – усмехнулся Айвар. – Но профессор опять акцентировал внимание вовсе не на том, что нужно. Важно то, что смогли сделать мы, а не то, что дано нам. Как вам известно, особенность сумеречной магии такова, что она, как правило, способна действовать лишь однократно. В данном случае мы бы смогли один раз телепортировать экзекуторов – и все. Что, согласитесь, весьма расточительно. В ходе наших исследований и экспериментов мы сумели убрать этот изъян. Правда, есть одно «но». Те принципы и законы энергии, которые использовались во времена сумеречной магии, нам не известны, поэтому пришлось приспосабливать то, что есть у нас сейчас. В итоге – да, экзекуторы обрели способность к телепортации, однако для восстановления энергии им понадобится много времени. Очень много.

– Впервые за всю историю вы смогли сделать хоть что-то действительно достойное, – признал Иоган. – Но довести до ума все равно не сумели.

Айвар резко повернулся к нему, но Сайрос мягко произнес:

– В любом случае у нас теперь есть то, что представляет немалую силу при умелом использовании. И это несомненная заслуга и профессора, и Айвара, и многих других, кто трудится здесь. Экзекуторы обязательно должны помочь нам при достижении нашей главной Цели. Либо, скорее всего, после Ритуала. Это будет дальнейший шаг на пути расцвета нашего святого дела, дети мои.

– Нужно испытать их! Провести полевые испытания! – шумно заявил профессор.

– Испытать всегда стоит, – согласился Реатор. – И сколько их у вас? Только двенадцать?

– Ну почему же? Это просто демонстрационные образцы, – ответил Айвар. – На самом деле их больше двух сотен.

– Но мы еще не закончили все опыты и исследования, – поспешил вмешаться профессор Увэр. – Есть много интересных моментов, в которых неплохо было бы разобраться. Сумеречная магия – это чрезвычайно интересная тема, как и все, что с ней связано.

– Только не слишком усердствуйте. Мне нужны воины, а не ваши изыскания, – сурово заявил Реатор.

– Кстати насчет испытаний. – Сайрос направил магическую платформу прочь из лабораторий. – Раз уж мы все здесь собрались, есть одно важное дело, которое стоит обсудить. И тебе, мой дорогой Реатор, в первейшую очередь.

– Как вы знаете, месяц назад произошли примечательные события с генералом Реатором в сражении с нежитью, – продолжил Сайрос, когда они все переместились из подземных лабораторий Эрнегии в его личный кабинет, расположенный в Белой башне среди роскошных садов Храмового города.

Здесь царила довольно простая, исключительно рабочая обстановка, лишь с небольшими признаками религиозного влияния. Генерал Реатор, недолюбливающий все, что расположено под землей, явно повеселел, Увэр казался полностью погруженным в себя – видимо, обдумывал очередную разработку своего ведомства, Иоган молча расположился в одном из удобных кресел, а вот Айвар остался стоять.

– Мы провели надлежащие расследования этого случая и соответствующие эксперименты в наших лабораториях. Айвар, прошу тебя, расскажи всем об их итогах.

Белокурый офицер выглядел подчеркнуто собранным, а его голос прозвучал несколько громче, чем нужно.

– Путем исследований рассматриваемого нами феномена было доподлинно установлено, что только одно могло стать ему причиной. Изумрудный энергатор. Знаменитый артефакт, чья история уходит в необозримую глубь веков. Он дарует своему владельцу власть над окружающей его энергией. Как вы знаете, все вокруг нас есть сосредоточение энергии, представленной в разном виде. Есть источники энергии, которые захватывают маги и черпают из них свои силы, потому что брать ее из окружающей среды слишком долго. Но есть один-единственный артефакт – Изумрудный энергатор, способный управлять энергией вокруг, концентрируя ее и даруя своему владельцу. По большому счету, данный артефакт не слишком знаменит, потому что не дает своему обладателю особых преимуществ. Растворенная вокруг энергия обычно слишком разряжена, и даже с помощью Энергатора собрать ее в достаточно больших количествах не удастся. Но вот для нашего генерала этот артефакт стал неожиданным кошмаром. Мы попробовали воспроизвести подобный эффект в лабораториях, и результаты полностью подтвердились. В том сражение вы, Реатор, столкнулись именно с Изумрудным энергатором, который, высасывая манну из окружающего пространства, затронул и те запасы энергии, что содержатся в вас.

– К своему стыду, вынужден признать, что я не учел подобной возможности, – признался Сайрос, – а это едва не погубило все. Но бог отвел беду. Благодаря, конечно, мужеству нашего верного Реатора. И его силе.

– Благодарю вас, отче, – поклонился генерал. – Я понял суть проблемы. Вы узнали, кто обладает данным артефактом? Нужно найти и захватить столь опасный для нас предмет. Я не привык прятаться и чего-либо бояться. Иоган?