Текст книги "Падший лев (СИ)"

Автор книги: Максим Целовальников

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 22 страниц)

Смерть выпустила его из своих цепких рук.

Прорвавшись к внешнему миру, колдун снова получил доступ к источникам силы. Энергия мощным потоком хлынула в опустошенное борьбой тело, насыщая его и возвращая к жизни. Используя каждое мгновение, Чернояр накастовывал вокруг себя защитные заклятия, одновременно возвращая к жизни Щупальца Тиамат. В руках его появились сгустки темного пламени – дестройеры, заряженные разрушительной энергией, помноженной на ярость колдуна. Он искал элементалиста. Пылевое облако по-прежнему висело внутри склепа, но оно не являлось помехой для магического зрения.

Элементалист исчез. Чернояр ощупал весь склеп во всех мыслимых диапазонах, но его первого противника здесь явно не было. Он сбежал! Не дождавшись своего партнера по засаде, спасая свою жизнь, пожертвовал очень дорогим артефактом и сбежал, не искушая больше судьбу. Что ж, пока это хорошо – колдун сейчас был не в силах вести новый поединок.

Оставался инквизитор. Огромный сгусток первородной тьмы, образованный сразу двумя Ямарами, практически не шевелился. Жуткая смерть, распад на уровне молекул. Чернояр, едва сдерживая свою злость, отошел от призванных порождений тьмы, даже нахождение рядом с которыми могло бросить в холод страха любого. Он распустил Щупальца Тиамат на максимально возможную силу, ощупывая все внутри склепа и ближайшие его пределы. Ни одной живой души. Кроме…

Кроме миниатюрного свитка, величиной с мизинец, в том углу главной залы склепа, где он впервые увидел элементалиста. Отпустив Ямаров, колдун прошел к этому месту и поднял магическую вещь. Видимо, когда детонировал Ньякасс, элементалиста, поджидавшего в засаде, очень серьезно тряхнуло взрывной волной, возможно, бросило на стену, в результате чего этот вот предмет выпал из кармана. Колдун с усмешкой поднес его к глазам – теперь он знал изначального хозяина своей находки.

Любой, кто покусился на его жизнь, должен умереть. Таков был закон существования колдуна.

Если раньше ночные улицы Карагона сковывала безжизненная тишина, то теперь всё испуганно жалось под воздействием страха. А когда Чернояр был в бешенстве, граничащем с безумием, он становился по-настоящему страшен. Его колдовскую ауру мог почуять любой и застыть на месте от распространяемого от нее ужаса. Всё, с чем она соприкасалась, немедленно начинало разрушаться. Даже камень мостовой с тихим шорохом крошился в добром десятке метров вокруг колдуна. Щупальца Тиамат, полностью восстановившиеся, теперь рыскали вокруг своего хозяина, жаждущие рвать и уничтожать.

Чернояр не таился, он шел по вымершим улицам города открыто, переполненный лишь одним желанием – убивать. Любого, кто встанет на его пути. К своей неизмеримой удаче, военные патрули оказались в это время далеко отсюда и потому сохранили собственные жизни. Пелена ярости застилала глаза колдуна, он жаждал мести и буквально летел вперед на Щупальцах Тиамат.

Особняк графов Ажелонских.

Он выглядел едва ли не таким же вымершим, как и весь город, но колдун чувствовал внутри жизнь и свет. Где-то в глубине дома горели магические лампы и находились бодрствующие живые существа. Конечно, он не являлся вампиром и не мог доподлинно определить, кто это, но и так знал – заказчик прекрасно понимал, в какую игру решил сыграть, а потому наверняка не спал, ожидая вестей от расставленной ловушки. Интересно, как бы они оправдали появление в их склепе колдуна? Разграблением могил? Вполне вероятно. Что ж, выходило даже неплохо, граф разом получал и очищенный фамильный склеп, и расположение от могущественной Святой Инквизиции, сдав ей одного из ненавистных колдунов. Видимо, эта игра стоила свеч, раз они пошли на такой риск.

Вот только они не знали Чернояра и его репутацию.

Уже приближаясь к особняку, он понял, что внутри узнали о его появлении. Видимо, придворный волшебник почуял надвигающуюся опасность. Особняк ожил. Колдун отчетливо представлял, как испуганно мельтешат стражники, с обнаженным оружием занимая свои боевые посты.

Глупцы!

Щупальца Тиамат могучим рывком вознесли его вверх, одновременно разрывая хлипкую защиту графского особняка, а также одно из больших высоких окон. Чернояр очутился в большой зале, в которой никого не оказалось, но за двустворчатыми дверьми стояли двое перепуганных стражников, которых Щупальца Тиамат прикончили, прежде чем они смогли поднять тревогу. Аура колдуна буквально сдирала со стен все, к чему прикасалась, превращая в прах, когда он проходил мимо. По лестнице, ведущей на нижние этажи, кто-то бежал, но Чернояр не стал задерживаться, сбросив туда убийственное заклятие «Темного времени». Особняк вздрогнул от страшного удара, превратившего всю его нижнюю часть в гору безжизненных обломков. Стражу в коридоре и тех, кто выбегал из встречавшихся по пути комнат, колдун убивал дестройерами, или это делали Щупальца Тиамат.

Наконец – нужная дверь.

Чернояр разворотил ее, швырнув сгусток черного пламени, и решительно вошел внутрь. В него тут же полетел мощнейший удар «Копья света», но Щит Тиа поглотил его. Это был сильный ход придворного волшебника, но явно недостаточный. Щупальца Тиамат стиснули защиту мага, а удар дестройера, усиленный яростью взбешенного колдуна, уничтожил ее. Убийственное заклятие «Аркадесс» смяло защиту амулетов и оборвало жизнь. На лице волшебника лишь застыла предсмертная маска ужаса.

Щупальца Тиамат уже обвили горло графу Ажелону и его советнику. Двух телохранителей они просто убили, смяв их хлипкую магическую защиту.

Чернояр рассмеялся:

– Вы заманили меня в ловушку и хотели убить. Даже не просто убить, а придать очень мучительной смерти от рук инквизитора. Зачем же, граф? Разве я сделал вам что-то плохое? Я взялся оказать вам услугу, но вместо благодарности получил самое страшное, что только мог!

– Это все он!.. – просипел лорд Ажелон.

Чернояр перевел почерневший взор на посиневшего советника. Умереть легкой смертью им было не суждено.

[1] Щит Тиа – школа магии Тьмы, обладает самой слабой защитой, поэтому было разработано данное заклятие, позволяющее создать достаточную мощность, пусть и на ограниченном пространстве.

Глава 24

Сталкер, хоть и бывший, обладал сильно развитым предчувствием, благо оно очень сильно помогало в его работе. Поиск цели, избегание опасности при этом, – без этого высокоразвитого качества его работа была бы куда менее эффективной и куда более смертельно опасной.

Лечера с утра мучила необъяснимая тревога. Он всегда анализировал всю информацию, какую только имел и в каком бы виде она ни предоставлялась. Естественно, за годы службы сталкер научился безоговорочно доверять своему предчувствию, поэтому напряженно думал, в чем могут состоять причины появившейся неожиданно тревоги. За прошедшее время он вроде ни с кем не конфликтовал, по крайней мере так, чтобы у клиента могло возникнуть желание замыслить что-то недоброе. За старые дела он тоже не волновался – сталкеры отлично умели сохранять свое инкогнито. Да и к тому же, кто посмеет пойти против организации? Раньше подобные прецеденты случались, но после того как решивших свести счеты показательно и жестоко наказали, повторять подобное никто не спешил.

Ограбление? Да, Лечер в свои годы любил комфорт, а потому вложил умопомрачительную сумму, чтобы в кратчайший срок восстановить особняк в Карагоне. Помогло еще и то, что в нем после захвата столицы графства войсками некромантского князи Ирритройи жил какой-то знатный военачальник, а потому разрушений имелось совсем немного. Теперь дом вернулся в прежнее состояние, полный роскоши и уюта. Но ничего ПО-НАСТОЯЩЕМУ ценного здесь еще не было. Бывший сталкер не спешил перевозить все из своего тайного убежища, пока отголоски войны окончательно не стихнут и жизнь здесь не вернется в привычное русло. А золото и прочее его никогда особо не волновало. Да, он любил жить богато и с известным блеском, но исключительно для себя и своего удовольствия, и никогда не переживал по этому поводу. К тому же заработать новое состояние он всегда мог снова, с его опытом и связями это было не так уж сложно. Поэтому связывать чувство тревоги с возможной потерей части богатств, сосредоточенных в особняке, не имело смысла. Для Лечера имели ценность лишь его жизнь и свобода, а также тайная коллекция, которую он собирал уже несколько десятков лет. Вещи древних, различные артефакты и амулеты огромной редкости и баснословной стоимости, – все они находились вне досягаемости для любого, надежно скрытые и защищенные, насколько это вообще возможно, и шансы, что кому-то, даже случайно, их удастся отыскать и уж тем более захватить, казались просто ничтожными.

Значит, оставалась жизнь. Лечер был сталкером, хоть и бывшим, а существам этой профессии страх практически неведом. Да и честь воина не позволяла сейчас паниковать и метаться. Да, можно было бы вызвать королевских солдат, или даже запросить помощь у гильдии или друзей, но он не стал. Уже не те годы. И не то положение.

Именно поэтому он просто сидел в огромной библиотеке своего особняка у камина и спокойно попивал знаменитое Шианское вино, доставленное в его погреба не далее как вчера. Глупо волноваться тогда, когда сделать, по сути, ничего пока нельзя, – не зная, откуда придет опасность и какой вид она примет на этот раз.

Время уже давно перевалило за полночь, когда внутренний колокольчик опасности яростно зазвенел. Лечер не мог не почувствовать ЭТО. Липкий животный страх. Он неожиданно заполнил все вокруг, проник в самые глубины сознания и казался практически осязаем. Все вокруг стихло, словно сжалось и затаило дыхание. Лишь огонь в камине продолжал по-прежнему потрескивать, как ни в чем не бывало. Охранные артефакты особняка едва ли не до боли в висках сигнализировали ему о том, что вокруг смертельная опасность. И самое страшное было то, что об этом они говорили все разом, со всех сторон дома, даже те, что охраняли тайный подземный ход! Складывалось такое ощущение, что нечто огромное охватило весь особняк, не оставив ни единого шанса выйти из него. Если бы сталкер не был так уверен, что войска князя Ирритройи отброшены далеко отсюда, он бы подумал, что это призраки пытаются пробраться к нему со всех сторон.

Впрочем, никакой атаки пока не происходило. Охранные артефакты лишь сигнализировали об опасности, но никто не проверял их на прочность всерьез, скорее, с интересом ощупывая либо играясь, растягивая удовольствие. Магические щиты особняка также пока не получили серьезных повреждений, хотя они и испытывали мощное давление чужеродной субстанции извне. Некая зловещая сила витала вокруг, и ощущение страха и обреченности только усиливалось. Лечер подумал, что у существ, слабых духом, в сознание вполне могла уже закрасться мысль о суициде. Просто ради любопытства он попробовал ментально связаться с внешним миром, но его сигнал резко оборвали. Складывалось ощущение, что вокруг витала сама смерть.

Лечер пригубил вино и задумался, глядя на всполохи огня в камине поверх бокала. Опыт и предчувствие говорили ему о том, что проникновение в особняк – это всего лишь вопрос времени. Возможно, даже желания – уж больно могущественными казались силы, окружившие его. И практически не оставалось сомнений в том, что по пути к нему они наверняка вырежут всех слуг, находившихся в доме, – просто из предосторожности или по другим, более кровожадным причинам. Лечер этого не хотел. Тогда оставалось только одно. Раз встреча с неизвестным неизбежна, зачем ждать?

Решительно допив вино, сталкер встал и вышел из библиотеки. У парадной возвышалась мрачная огромная фигура голема, давно уже находившегося у него в услужении.

– Стой здесь и никого не пускай в дом.

Голем медленно кивнул. Эти существа не могли ничего чувствовать, поэтому он не знал о нависшей смертельной опасности. Но Лечер не сомневался, что этот его слуга станет биться насмерть, и враг, кто бы он ни был, проникнет внутрь только после того, как сможет разделаться с ним. Но сначала Лечер сам встретится с тем, кто явился по его душу в эту ночь.

Он распахнул двери и вышел на парадные мраморные ступени особняка. Первое, что ему пришло в голову, это то, что небо затянуто плотными тучами, полностью сокрывшими луну и звезды, потому как вокруг стояла кромешная тьма. Но потом она неожиданно расступилась и хищно улеглась черным покрывалом над землей. В появившемся ночном свете было видно, как ее длинные щупальца обвили весь особняк, включая его крышу и весь прилегающий двор. Тьма казалась живой и постоянно шевелилась, поднимая волосы дыбом от парализующего страха, который усилился многократно. Настолько, что уже даже сам сталкер готов был вонзить себе клинок в сердце, чтобы просто не сойти от ужаса с ума. Лечер попытался взять себя в руки и достаточно громко сумел произнести:

– Кто пришел ко мне в эту ночь, замыслив недоброе? Покажись и скажи, что тебе нужно. Мне нечего таить и скрывать, но и вины за собой я не чувствую.

Тьма никак не прореагировала на эти слова, но вот впереди появился черный, а потому едва различимый силуэт высокого мужчины. Вокруг него, словно ласковый кот, клубилась тьма, заполнившая своими многочисленными отростками все пространство вокруг особняка.

«Колдун!»– панически пронеслось в голове сталкера. Он, как и все, прекрасно знал нрав этих патологических убийц, не знавших ни пощады, ни жалости, и отчетливо понял, что эту ночь он не переживет. Не стоило даже надеяться на все свои защитные амулеты, даже попытка использовать артефакт мгновенной телепортации была заранее обречена на провал. Перед ним стоял не просто колдун, а мастер Тьмы. Но сдаться ему не позволяла гордость.

– Что тебе нужно в моем доме, колдун? Я не стану оскорблять тебя, предлагая богатства, кои хранятся внутри. Я хочу лишь знать, что привело тебя сюда, ибо я не делал тебе зла. Я никогда не охотился на вашего брата.

– Может быть, – прозвучал в ответ холодный, подобно прикосновению смерти, голос чужака. – У тебя есть информация, и она нужна мне.

В его руке блеснула небольшая магическая вещица, и тут же одно из появившихся щупалец Тьмы перенесло ее в руки сталкеру. Лечер осторожно взглянул на то, что оказалось теперь в его ладонях, – небольшой свиток-визитка. Его магическая визитка.

– Это раньше принадлежало мне.

– Поэтому я здесь, сталкер. Мне нужно знать, кому ты ее давал.

Голос колдуна ничуть не изменился, но все говорило о том, что эту информацию он получит в любом случае. Лечер судорожно сглотнул. Он, как и все сталкеры, своими визитными свитками не разбрасывался и всегда знал, кому какой из них принадлежит. Узнал и этот – просто почувствовал его ауру. Пытаться скрыть информацию было бесполезным делом – мастер сможет так или иначе узнать правду, вопрос лишь в том, что станет с ним самим.

– Вы хотите меня нанять, чтобы я разыскал хозяина этого свитка?

Колдун неожиданно рассмеялся:

– Я много о тебе слышал, Лечер, и хорошего, и плохого, но в чем одном я убедился, так это в твоем уме. Ты нашел единственный выход из своего положения, которое позволит тебе не уронить лица. Этика сталкера не позволяет выдавать заказчика, особенно под нажимом силы, но и не делать этого ты не можешь. А так получится, что ты не выдал своего предыдущего заказчика, а всего лишь выполнил новый заказ. Прекрасно. Я хочу нанять тебя, сталкер, но какую цену ты хочешь за свои услуги?

Лечер прекрасно понимал, что его жизнь сейчас находится на лезвие бритвы, по обеим сторонам которого ожидала смерть, а потому был предельно собран и серьезен.

– Это дорогая услуга, и плату я попрошу очень большую. Я хочу, чтобы здесь всё осталось как и до вашего прихода, – он сделал паузу, – тогда я помогу вам найти последнего хозяина этого свитка.

– Я сам найду его, – жестко произнес колдун, затем, уже более спокойно, продолжил: – Но я хочу, чтобы ты мне помог это сделать. Мне нужна информация. Хорошо, я принимаю твои условия, сталкер, я нанимаю тебя.

Лечер перевел дыхание, чтобы попытаться снова овладеть голосом и не выдать своего волнения.

– Сделка заключена, – объявил он ритуальную фразу.

Щупальца тьмы отстали от особняка и нарочито медленно потянулись обратно к своему хозяину. Атмосфера была настолько напряженная, что воздух едва заметно дрожал. Нервы были на пределе.

– Мы никогда не спрашиваем имя клиента, но я знаю того, кто приходил ко мне несколько дней назад. Его зовут Лок, это достаточно сильный стихийный маг и очень известный в узких кругах создатель артефактов. Он часто пользуется услугами нашей гильдии, когда ему нужно узнать, где найти тот или иной компонент для очередного артефакта. Где он сейчас, я не знаю. Несколько дней назад я получил просьбу встретиться с ним здесь, в Карагоне, что и сделал. Он искал очень редкий предмет, «Кровь первородного». Это нечто похожее на крупный рубин, вещь древняя и малоизвестная. Сама по себе она бесполезна и едва ли годится в виде украшения. По иронии судьбы, то, что искал элементалист, находилось прямо здесь, в склепе местных графов Ажелонов. Он должен был отправиться туда в минувшую ночь.

– Он был там.

Лечер слегка вздрогнул, но снова сумел взять себя в руки и продолжил:

– Понимаю. Но я все равно могу помочь вам. Дело в том, что «Кровь первородного» используется только в одном, очень могущественном сумеречном артефакте, который мог бы заинтересовать такого эстета, как Лок, и в котором задействовано то, что предположительно он недавно украл из особняка Бархатной ночи Черного герцога. Эйстазин – таково его древнее имя. Один из компонентов находится в родовом замке герцога Крода в Тахо, и Лок пока не сумел выкрасть его. Но даже если это и не так, что маловероятно, я скажу тебе место, где он окажется неизбежно. «Кубок Ирия», еще один крайне редкий компонент Эйстазина, расположен в одном древнем городе – Сат. Этот город давно исчез со всех карт и канул во время, но его можно найти. В данном случае важен не сам «Кубок», а ирий – некая божественная субстанция, которой он наполняется раз в четыреста лет. И следующий срок наступит как раз через двадцать один день. Этого времени достаточно, чтобы суметь его найти. Думаю, Лок знает, где искать, я – увы! – нет, но в знаменитой герцогской библиотеке в Тахо наверняка есть ответ на этот вопрос.

Колдун едва угадывался в стремительно окутывавшей его темноте, а потом и вовсе исчез. Остались лишь его холодные слова:

– Заказ исполнен, плата получена. Ты знаешь, кто я, сталкер, надеюсь, то, что ты сообщил мне, окажется правдой.

Ощущение жуткого страха прошло. Но тело тряслось еще некоторое время, словно на улице стоял лютый мороз.

Глава 25

Айвар, стараясь не шуметь, зашел в собор. Сайрос редко проводил молитвы в Храме Единого, главном соборе всего королевства и лучшего среди всех Закатных стран, предпочитая уютную часовню в Храмовом городе, возведенную по его личному приказу. Тем более что Храм Единого крепко держала Церковь, не оказывающая Святой Инквизиции должного расположения и почтения, считая их фанатиками, которые, несомненно, делают богоугодное дело и необходимы, но все же… Айвара это всегда здорово раздражало, но Церковь в народе была в непререкаемом почете, так что пока с таким положением дел приходилось мириться. Но это пока. Как только они свершат задуманное, отношение к Святой Инквизиции всем придется резко поменять, в том числе и священникам. Айвар с большим нетерпением ждал Праздника.

Часовня, как всегда, пуста и залита светом. Посередине в белоснежных одеждах стоял на коленях Сайрос и истово молился. И вокруг него распространялась практически видимая аура святости. Она ласкала, как лучик солнца, тело сразу казалось таким здоровым и сильным, проходили все боли, даже разум становился яснее и умиротвореннее. Айвар так до сих пор не знал и не понимал, почему такой святой человек не возглавляет саму Церковь. Сайрос являлся его духовным учителем и фактически отцом, он его воспитал с самых ранних лет, несчастного сироту, брошенного всеми. Научил верить в бога и бороться за эту веру. Но Айвара всегда больше тянуло к точным наукам, к изобретательству, творчеству, изысканию нового, поэтому он с головой ушел в работу в Эрнегии и вскоре фактически возглавил ее, несмотря на неудовольствие Иогана. Айвар не любил его, если не сказать большего. В глубине души он завидовал этому странному загадочному человеку, его мастерству и уму. Только Иоган умел делать то, что никому не было под силу. Сайрос наверняка единственному кому полностью доверял, – так это Иогану, и не раз повторял, что это опора и Первый сын Святой Инквизиции, что, в свою очередь, задевало Айвара и заставляло работать с еще большим рвением. В надежде когда-нибудь занять это место самому.

А пока он прошел и опустился на колени рядом со своим учителем. И начал в унисон молиться. Молитвы он знал прекрасно. Но Сайрос, казалось, его совсем не замечал. Он вообще сейчас был не здесь, а где-то там, около бога, и ничто не могло его отвлечь. Айвар столько раз просил его завести себе хоть какую-то охрану, чтобы оберегать в такие вот моменты, но ответом был лишь категорический отказ. Сайрос свято верил в бога и полагал, что это наилучшая защита. Тогда Айвар попробовал сам организовать тайную охрану, хотя бы на территории Храмового города, но как-то нарвался на снисходительную улыбку Иогана и сообразил, что его действия тщетны. Оставалось только самому поверить в бога с такой же силой. Но это оказалось очень не легко.

Молитва продолжалась не менее часа, но Айвару доставляло удовольствие находиться рядом со Святым отцом, так что остальные дела можно было пока забыть. Сайрос завершил все молчанием, видимо, выходя из транса, а потом впервые взглянул на своего ученика:

– Добрый день, сын мой.

Айвар встрепенулся и помог ему подняться с колен.

– У меня скверные новости, Святой отец, – как всегда без обиняков начал он.

Тот же Иоган и даже Реатор могли вести высокие искусные речи, но Айвар всегда предпочитал побыстрее переходить к делу, потому что ему постоянно не хватало времени ни на что.

Сайрос знаком велел ему продолжать.

– Ваши опасения, Святой отец, увы, подтвердились. Мне очень жаль, но наша Книга Отречения, первая часть Предвечных, – это всего лишь копия. В ней недостаточно силы.

– Это точно?

– Более чем. Мы трижды проверили, и сомнений быть не может. Книга Ервала, которую достали орки, является именно той, что мы искали, а как вы прекрасно знаете, обе книги взаимосвязаны. Мы сравнили силу и речитатив обеих книг и – увы! – но у нас – копия. Очень похожая на оригинал, но всего лишь копия.

– Ну что ж, это всего лишь еще одно испытание. Запомни, сын мой, ничто по-настоящему ценное не дается просто так, без борьбы. Не падает в подставленные руки. Но лишь тот, кто по-настоящему стремится достичь своей цели, сможет преодолеть все препятствия с честью. Мы ведь достаточно сильно хотим добиться нашей Цели?

Айвар тут же с жаром ответил:

– Больше чем чего-либо, Святой отец!

– Значит, мы ее достигнем, – удовлетворительно подвел итог Сайрос. – Мы всего лишь должны доказать, что достойны ее. Каждый человек многого желает, но обычно это лишь мечты. Однако если есть желание достичь цели, тогда можно пойти двумя путями. Продолжать мечтать и ждать, пока удача улыбнется и ты получишь желаемое практически даром, что маловероятно, потому что ты желаешь, а значит, вступает в силу другой закон. И другой путь: самому добиваться поставленной цели, добиваться исполнения мечты. Но тут далеко не все так просто, мой дорогой Айвар. Необходимо доказать, что ты достоин исполнения своего желания. Очень многие рано опускают руки, не получив того, чего хотят, сразу, но это ошибка. Все зависит от цели. Достоин ты ее или нет? Чтобы стать королем, требуется много чего. У нас же Великая цель, и пусть возникают сложности на пути к её достижению, – мы докажем богу, что достойны.

Они уже вышли из часовни и прогуливались по парку Храмового города. Зеленые газоны, красивые фонтаны и множество цветов. Пение птиц и теплое солнце. Это место походило на настоящий кусочек рая, но лишь немногие имели право бывать здесь. Оно умиротворяло.

– Наш господь дает испытания лишь сильным, кто способен выдержать их. Мы должны быть сильными и не унывать. Что бы ни происходило. Как же иначе мы сможем доказать, что достойны Его милости?

– Если копия у нас, то оригинал по-любому находится в библиотеке у герцога Крода в Тахо.

– Это всего лишь доказывает, что он лучший ценитель таких вещей, чем мы.

– Да уж, – помрачнев еще больше, согласился Айвар. Упрек был брошен непосредственно в его сторону. – Более чем уверен: герцог знает, что у него подлинник, а не копия. Он никогда не разменивается на копии. Выходит, мы его недооценили. Но не было никакого шанса узнать, что у нас копия, пока мы не получили Книгу Ервала. Слава богу, что хоть книга, взятая орками у демонов, настоящая – «Глаз камня», связанного с ней незримыми нитями невозможно обмануть.

– Вот видишь, сын мой, значит, наша задача облегчается. Не нужно тратить много времени на поиск, опасаясь лишний раз обратить на себя внимание. Место, где находится Книга отречения, нам известно. Нужно ее заполучить.

– Герцог. На самом деле это еще одна большая проблема. Он ни за что не даст нам эту Книгу. Вы же прекрасно знаете, как он относится к Святой Инквизиции. Он…

– Осторожнее, сын мой, – тихо, но так, что Айвар проглотил готовые уже вырваться слова, оборвал его Сайрос, и осуждающе посмотрел прямо в глаза: – Не нам судить человека, в чьих жилах течет кровь великий Лийских королей. Не забывай, что мы служим не только богу, но и стране. И трону.

Айвар нервно сглотнул:

– Я запомню, отче.

– Иногда вы, молодые, слишком поспешны в своих суждениях, и не видите того, что лежит глубже. Но ведь именно это и ценно по-настоящему.

– Я учусь!

– Учись, сын мой. Учись.

– Но почему тогда вам самому не поговорить с герцогом? – снова тут же перешел к делу Айвар. – Не думаю, чтобы он отказал ВАМ, отче.

Сайрос посмотрел на него по-доброму:

– Ты слишком переоцениваешь мои силы. Возможно, герцог и не откажет прямо, но так или иначе мы либо не получим то, что хотим, либо еще что-нибудь… А нам нельзя терять время, нужно действовать наверняка.

– Я понимаю. Но что мы можем? Попытаться надавить на герцога?

– Не думаю, что это сможет нам помочь. Особенно если учитывать сложившуюся ситуацию в королевстве. Сейчас что угодно способно разжечь конфликт, а это очень опасно. Этого не хочет ни король, ни кто-либо еще. Если мы попытаемся действовать силой, тут же вмешается Совет академии. Да и Церковь не останется в стороне. Сейчас, когда война только-только начинает стихать, страна не вынесет внутренних междоусобиц. И это понимают все. И никто не допустит такого. И в первую очередь я сам.

– Я понимаю, Святой отец. Но выкрасть Книгу не получится тоже. Мы с самого начала, когда вы только стали подозревать, что у нас всего лишь копия, решили проработать запасные варианты. Но – увы – знаменитая библиотека герцога охраняется даже лучше, чем он сам или даже король.

– Но ведь его особняк Бархатной ночи, здесь, в столице, кто-то сумел же обокрасть? А ведь говорили, что это невозможно.

– Вы, конечно же, правы, но библиотека охраняется еще лучше. Намного лучше.

Сайрос остановился и, снова посмотрев на офицера Эрнегии, всего лишь спросил:

– А вот вы знаете, как грабителю удалось обокрасть особняк Бархатной ночи?

Айвар смутился.

– Это никому не известно.

– Отчего же? То, что этого не знаете вы, вовсе не означает, что не знает никто. Уверен, ограбивший особняк Бархатной ночи точно знает способ.

– Этот кто-то – весьма шустрый малый. За ним гонялись сами сталкеры, и он их, по слухам, всех убил. Страшная история.

– Тем более. Разве мы можем позволить, чтобы убийца разгуливал на свободе?

– Нет. Я распоряжусь.

– Вот и хорошо, – по-отечески улыбнулся Сайрос, потом спросил: – Думаешь, он нам все равно не поможет?

– Простите, Святой отец, но вынужден сказать, что так и есть. Даже если бы тот ловкач оказался в наших руках, подобные операции просто так не проводятся. Нужно потратить месяцы на подготовку, на сбор информации и ее анализ. Я не сомневаюсь, что на подготовку к ограбление особняка Бархатной ночи затратили очень много времени. И еще. Герцог давно оставил свой особняк в столице. А вот там, в его замке Тахо, – центр его личных владений. Одна из лучших в мире охран, маги. Нам даже толком не известно все, что стоит на страже библиотеки. Нужно найти к герцогу подход. Мы провели анализ, и это единственный возможный путь.

– Значит, таково решение, – философски произнес Сайрос.

Айвар стушевался, долго молчал, потом все же решился спросить:

– Скажите, отче, вы хотите снова поручить это милорду Иогану?

Глава Инквизиции лишь прищурил край глаза:

– А ты думаешь, он может не справиться?

– Уверен, если существует хоть одна малейшая возможность заполучить Книгу Отречения из библиотеки герцога Крода, он ею воспользуется и достанет. Но почему бы не дать попробовать поработать над этим делом мне? Я и так много работал в этом направлении и многого добился. Тем более, что Иоган, как вы знаете, сейчас занят на дипломатическом направлении, пытаясь унять конфликт между Инферно и орками. И судя по всему, он там завяз надолго. Нам крайне невыгодно, чтобы орки оказались скованы какой-то внешней войной, по крайней мере пока. Несомненно, очень помогает то, что среди демонов полыхает серьезная очередная междоусобная война. Но милорду Иогану хватит забот и там, чтобы отвлекать его еще на одно направление. У меня получится, я прекрасно знаю, насколько это важно для нас, знаю, и что нет права на ошибку, но я сумею. Разрешите мне, Святой отец.

– Похвальное стремление. И бурное желание. Однако под силу ли тебе будет такое? Это ведь не торговец с улицы. И не просто аристократ. Это сам герцог Крода. Тут понадобится особый подход.

– И я его непременно отыщу. Я хочу расти, а как я смогу расти, если не буду пробовать делать настоящие вещи?

Сайрос неожиданно сменил тему:

– Как идет подготовка к Празднику?

Айвар обидчиво осунулся:

– С Праздником все хорошо, отче. Слава богу, но тут все идет просто прекрасно. Сейчас Реатор нам активно помогает. Раз вы ему запретили нервничать и тому подобное, он нашел себя на созидательном поприще. И хочу отметить, что это пошло ему на пользу, и он быстро идет на поправку. Мы провели кое-какие анализы у себя в лабораториях, и они весьма удовлетворительны. Впрочем, всем этим сейчас занимается наш Гоблин. Мы действуем очень аккуратно, впрочем, есть недовольные – как в Академии, так и в Церкви, но они подозревают нас лишь в попытке укрепить среди людей свои позиции, не более.