Текст книги "Волчья Луна (СИ)"

Автор книги: Макс Мах

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 17 страниц)

"Дыхание драконов" – довольно сильный органический яд. Но будучи растворенным в аква вита с большим количеством меда, яд приобретает совсем другие свойства. В особенности, если не забыть добавить в этанол вместе с медом еще и некоторые растительные экстракты. Август не забыл, поэтому "дыхание драконов" подействовало на него именно так, как и следовало: вернуло в сознание и дало немного сил, – буквально самую малость, – чтобы продолжить осознанные действия. С трудом перейдя в сидячее положение, он достал из кармашка на поясе флакончик "солнечного ветра" и завершил процесс "возвращения в себя" глотком этого безотказного, хотя и вредного для здоровья, стимулятора. Эликсир подействовал достаточно быстро, и уже через минуту Август был готов "идти дальше".

Прежде всего, он огляделся. Оказалось, Август упал недалеко от порога, уже "по эту" сторону запечатанной двери, а между ним и порогом, буквально рядом с ним, – что называется, только руку протяни, – сидели на полу колдунья и волшебница, демонстрируя состояние лишь на чуть-чуть лучше, чем то, в котором он находился еще минуту или две назад. Всей разницы, что он упал, а они, по-видимому, просто осели на пол. Он почти потерял сознание, они – нет. Но общее состояние Теа и Елизаветы оптимизма не внушало, – даже осторожного, – хотя и опасений не вызывало тоже.

"Как там говорит Татьяна, – Август медленно встал на ноги и шагнул к Елизавете, выглядевшей несколько хуже темной колдуньи, – не ждать милостей от природы?" – О присел рядом с принцессой и, поддерживая одной рукой ее голову, влил в рот женщины толику "солнечного ветра".

"Именно так! Не ждать милостей от природы, – повторил он, подходя к Теа. – Взять их у нее – наша задача!"

Он с облегчением увидел, как возвращаются краски на лицо Теа, взглянул на поднимающуюся с пола принцессу, и только в этот момент понял, что для глухого подземелья в этом склепе слишком светло. Вернее, так. Посмотрев на Елизавету, Август перевел взгляд в глубину крипты и впервые увидел все помещение усыпальницы целиком, и, уже увидев, сообразил, что ночное зрение здесь ни при чем.

Они находились в довольно большом круглом помещении с купольным потолком. Стены, пол и потолок здесь были каменными, но при этом светились, заливая пространство этой подземной ротонды достаточно ярким голубоватым светом. Две вещи при этом сразу же бросались в глаза: отсутствие теней и пыли. Казалось, усыпальницу запечатали только вчера, но Август определенно знал, что это не так. Это было неожиданно, но, с другой стороны, на то и колдовство, чтобы удивлять. Однако на этом странности княжеской крипты не заканчивались. И начать, вероятно, следовало с того, что в дальнем от входа конце усыпальницы на каменном возвышении вместо одного стояли два саркофага. Два саркофага, и оба открытые!

– Кто второй? – спросила Теа каким-то больным хриплым голосом. – Муж или брат?

– Пойдемте посмотрим, – пожал плечами Август.

Сейчас он уже увидел окованные серебром сундуки, расставленные вдоль стен, и пюпитры из темного дерева, на которых лежали раскрытые книги, но, разумеется, все внимание Августа сосредоточилось на саркофагах.

– Ох! – Вот и все, что смогла произнести Елизавета, первой достигшая роскошных гробов, сделанных из резного дерева и инкрустированных золотом, серебром и драгоценными каменьями.

"Действительно, ох!" – Август подошел ближе и увидел двух немолодых, но все еще завораживающе красивых женщин, лежащих в саркофагах. Обе казались спящими. Тень смерти так и не легла на их лица, хотя с тех пор как эти женщины нашли вечное упокоение в древней крипте под фундаментом храма богини Джеваны, много веков. В изголовье одной из женщин, обряженной в княжеское платье, стояла корона, руки второй, одетой, как воин перед битвой, покоились на рукояти меча, лежащего у нее на груди.

– Княгиня Лыбедь из Кэнугарда, – сказал знакомый женский голос за спиной Августа, – и Эйвур – дочь Сигрлами, внука Одина, конунга Хольмгарда.

Август обернулся и увидел Теодору-Барбару из Арконы – Матриарха "темной линии" северных рысей.

– Здравствуй, Август, – поздоровалась женщина, отнюдь не казавшаяся тенью или приведением. – Вижу, ты выжил и близок к тому, чтобы выполнить взятые на себя обязательства. Предназначение должно исполниться!

– Какое предназначение? Чье? – моментально отреагировал Август.

Да, он был предельно вымотан и держался, кажется, на одном только честном слове и толике магического эликсира. Но, с другой стороны, он все еще был тем, кем являлся всю свою жизнь – Августом Агдом, темным колдуном. Все остальное, как он понял, встретившись с Татьяной, не имело ровным счетом никакого значения. Титулы, академические степени, богатство – все это было внешним, но внутренняя суть человека, его Августа Агда суть не менялась оттого звался ли он графом де Ламаром, кавалером де Лаури или графом де Сан-Северо. И сейчас он был собой ровно в той степени, в какой оставался "в здравом уме и в твердой памяти".

– Предназначение твое, Август, – спокойно ответила матриарх. – Твое и твоей Татьяны. А в чем оно, знают одни лишь боги. Может быть, в том, чтобы доставить в Петербург реликвии, а, может быть, и не только в этом. Время покажет. А пока…

Слушая женщину, казавшуюся совершенно реальной, созданной, как и он сам, из плоти и крови, Август удивлялся, что Теа и Елизавета никак не реагируют на ее появление. До сих пор он смотрел только на матриарха, но теперь обернулся и к своему ужасу не увидел ни волшебницы, ни колдуньи, хотя еще пару мгновений назад они стояли рядом с ним.

– Где?.. – встревожился он.

– Не беспокойся, – неожиданно улыбнулась Теодора-Барбара. – С ними ничего плохого не случилось. Они просто остались на время в другой реальности. Вернее, это мы их оставили там.

– В другой реальности? – удивился Август, но в следующее мгновение подумал, что такое решение не лишено смысла, и уж точно не противоречит начавшему формироваться у него образу многомерного и многомирного пространства. Впрочем, матриарх не дала ему углубиться в теоретические рассуждения о природе реальности, времени и пространства. Она разом вернула его к прозе жизни.

– У нас мало времени! – одернула его она. – Я не для того к тебе пришла, Август, чтобы вести долгие разговоры. Вскоре я должна буду уйти, да и расщеплять реальность надвое не самое легкое занятие.

– Я слушаю.

– И это хорошо, – кивнула женщина. – Мне надо кое-что вам всем сказать, но говорить я, к сожалению, могу только с тобой. В этом месте я сильно ограничена в своих возможностях. Нам всем еще повезло, что мы с тобой уже встречались раньше.

– Я слушаю, – повторил Август.

– Корона княгини Лыбеди и перстень, который твоей женщине придется снять с ее указательного пальца на правой руке, и есть регалии, в которых нуждается императрица София. Меч Эйвуры – это Тюрфинг – волшебный меч, который для конунга Сирглами выковал дварф Двалин, и это третья из реликвий. Четвертой станет вон та книга, – указала матриарх на один из четырех пюпитров. В этой книге записана история правления двух этих великих женщин, положивших начало династии Рюриковичей.

– Спасибо! – поблагодарил Август, вполне оценивший жест матриарха, освободившей членов экспедиции от необходимости обыскивать всю крипту и самостоятельно решать, что нужно отнести императрице, что можно взять себе, а что оставить там, где лежит.

– Не спеши! – остановила его женщина. – Это не все.

– Я слушаю, – вернулся Август к исходной позиции.

– Наверх не поднимайтесь, – предупредила Теодора-Барбара. – Там вам не пройти.

– Тогда, куда нам идти? – Было очевидно, что матриарх не стала бы об этом говорить, если бы не было другого выхода.

– Ты хорошо помнишь точку перехода?

– Точку перехода? – переспросил Август, не сразу сообразив, о чем женщина ведет речь.

– Место откуда ты открыл портал перехода, – объяснила матриарх.

– Помню, – кивнул он, – но что это нам дает?

– Сможешь представить то место во всех деталях, визуализировать во всех подробностях?

– Да, пожалуй, – ответил Август, обдумав поставленную перед ним задачу.

– В стене за саркофагами скрыт безадресный переход, – показала рукой матриарх. – Он открывается любым стандартным заклинанием, пригодным для переходов, но ты должен будешь четко представить себе куда ты хочешь его открыть. И лучшим местом в этом случае является то, откуда ты уже бросал переход.

– А дальность? – уточнил Август, никогда не слышавший о том, что можно построить безадресный переход.

– Дальность не имеет значения, – ответила женщина.

– Портал узкий, – добавила она через мгновение. – Как раз на одного человека, и открывается ровно на одну минуту. Вам этого должно хватить.

– Даже не знаю, как тебя благодарить! – признал Август очевидное.

– Никак, – усмехнулась матриарх. – И вот еще что. Возьмите все книги. "Полуденную книгу" – отдай Елизавете. Это светлое ведовство. Вам с Татьяной оно ни к чему. Две другие – ваши. Там, – кивнула она на один из сундуков, – возьмете каждый по ларцу. Самшитовый – Елизавете, дубовый – тебе, малахитовый – моей внучке. Запомнил?

– Да, – подтвердил Август.

– В том сундуке, – показала Теодора-Варвара рукой, – кольчужный убор для Татьяны, парные кинжалы и хазарская короткая сабля – тоже для нее. Больше ничего не берите. Нельзя. Перед уходом ударишь вон в тот бубен, и все печати, которые вы сняли, восстановятся. Не забудь! Это очень важно. Не следует кому ни попадя сюда без спроса ходить.

– По твоему слову, – поклонился Август, вполне оценивший, как дары, так и советы. И, разумеется, приказ.

– Тогда, прощай, – кивнула женщина, и Август снова оказался там и тогда, где и когда они трое – он, Теа и Елизавета, – стояли перед саркофагами…

2. Петербург, 25 января 1764 года

В подвал дворца графа Новосильцева они вбежали один за другим: пять членов экспедиции, Маленькая Клод и три великана-гайдука. Замыкал "колонну" Август. Он ушел из крипты Лыбеди и Эйвуры последним, ударив перед переходом в гонг и тем вновь запечатав княжескую усыпальницу "на веки вечные". Однако, как ни коротко было время, которое Август провел один на один с тайной саркофагов и покоящихся в них древних властительниц, с ним случилось там и тогда одно странное происшествие, о котором, вернувшись в Петербург, он никому ничего не рассказал. Даже Татьяне, которой рассказывал теперь, кажется, все и обо всем. Впрочем, именно ей знать о случившемся не следовало в первую очередь. Во всяком случае, пока. Но и у самого Августа еще долго не нашлось ни одной свободной минутки, чтобы обдумать свое странное приключение, а подумать ему было о чем.

Ударив деревянной колотушкой в гонг, Август развернулся и побежал к порталу. И вот, минуя узкий проход между двумя саркофагами, он споткнулся и, чтобы не упасть, оперся руками о края резных гробов. Вот тогда это и случилось. Август почувствовал мгновенный удар тока, какой случается от статического электричества, только во много раз сильнее, и на краткий миг выпал из реальности. Сознания он не потерял, но круглый зал усыпальницы неожиданно исчез, как исчез и узкий лаз портала. И Август оказался на шумной многолюдной улице среди идущих ему навстречу или в том же направлении, что и он, людей. Это не было похоже на помутнение рассудка, и на мираж не походило тоже. По всем признакам, это было событие, и, хотя длилось оно всего лишь одно краткое мгновение, – Август даже испугаться не успел, – впечатление от случившегося оказалось настолько сильным, что Август запомнил его во всех даже самых мелких подробностях.

Прежде всего, он запомнил и узнал улицу, на которую так неожиданно перенесся прямо из крипты, спрятанной в недрах волшебной горы. Это несомненно был Петербург, но только какой-то другой, совершенно незнакомый Августу Петербург. Дома вокруг, хоть они и сохранили свои узнаваемые фасады, сильно изменились. Цвет, фактура и возраст, какие-то трубы и темные канаты на стенах, необычного вида вывески, сделанные то ли из цветного стекла, то ли из чего-то сильно похожего на стекло. Твердое ровное покрытие под ногами, сменившее булыжник мостовых. Странно – нелепо и вызывающе – одетые люди, некоторые из которых говорили на ходу сами с собой. Резкий запах, напоминающий запахи, витающие в алхимической лаборатории. Но при этом полное отсутствие даже отзвука привычных городских "ароматов", запаха сгоревших дров, например, или запахов конюшни. Да и самих лошадей не было ни одной. Вместо них по улице ехали невероятные самодвижущиеся повозки. Некоторые из них были маленькими – в них с трудом помещалось всего несколько человек, – а другие напоминали дилижансы, но были явно больше по размеру. Все это и многое другое, не осмысленное и зачастую даже не имевшее названий, запечатлелось в памяти Августа одной очень яркой вспышкой-впечатлением, а в следующее мгновение он снова находился в княжеской усыпальнице.

Опершись на саркофаги, чтобы удержать равновесие, он пробежал оставшееся до стены расстояние и прыгнул в портал, почти сразу же захлопнувшийся за его спиной. Потом… Потом был быстрый, словно, от погони удирали, подъем по лестницам в главные залы дворца и заполошный бег по улице к парадному подъезду дворца царевны-наследницы, где временно размещалась ставка императрицы. И наконец крайне нервная встреча с самой императрицей Софьей и наследницей Екатериной… Много суеты, нервного напряжения, перемещений туда и сюда – в кабинет, в обеденный зал и снова в кабинет, чтобы уже оттуда отправиться домой, и много, даже слишком много на вкус Августа, докладов и рассказов, обменов мнениями и разговоров, которым, казалось, не будет конца. Тем не менее, все когда-нибудь заканчивается, закончился и этот сумасшедший день.

До дворца графа Новосильцева добрались уже в темноте, но спать сразу не легли. Разумеется, все устали, притом не просто так, а смертельно, едва ли не в буквальном смысле этого слова. Но в тоже время нервы у всех были на взводе, и разом угомониться и отправиться "баиньки", не смог никто. А потому, наскоро помывшись и сменив одежду, члены экспедиции, включая принцессу Елизавету, отказавшуюся покинуть друзей, собрались за столом и бражничали до глубокой ночи, когда усталость – не без помощи алкоголя, – все-таки взяла верх над эмоциями. И вот тогда, уже засыпая рядом с Татьяной на широкой кровати в малиновой спальне, Август вспомнил о своем странном путешествии и о впечатлении, которое оставил у него чужой город, так похожий и так непохожий на знакомый ему Петербург. В это мгновение, протянувшееся, словно мост между явью и сном, Август, как будто вновь побывал на улице, явно принадлежащей другому времени и другой культуре. Рассказы Татьяны о ее мире и немногочисленные образы памяти, которые она иногда показывала Августу, вполне подготовили его к предположению, что каким-то невероятным образом он побывал именно в ее Петербурге. И это было крайне заманчивое предположение, поскольку будь все это правдой, «посещение» могло означать, что «тропинка» в мир Татьяны действительно существует. И более того, сейчас, засыпая под толстым стеганым одеялом во дворце графа Василия, Август был уверен, что побывал на той стороне во плоти: очень уж четкими были его воспоминания во всем, что касалось пяти чувств. Ощущение твердой, ровной, но при этом шероховатой поверхности под ногами, «алхимические» запахи, шум двигающихся по улице механизмов, которые Татьяна называла машинами, непривычный «вкус» воздуха – все это не могло быть познано без тела, которое и является вместилищем чувств. Но коли так, значит и Август побывал там, в том странном городе во плоти.

Уже одного этого хватило бы на то, чтобы устроить грандиозный праздник. Но было ведь и кое-что еще. Август являлся слишком опытным колдуном, чтобы не ощутить чужого колдовства, вернее тех магических механизмов, которые случайно или намеренно позволили ему заглянуть в мир Татьяны. Ощущение было мимолетным и, разумеется, недостаточным для того, чтобы сразу же разобраться в магии перехода из одного мира в другой. Но это была верная подсказка, где и как искать решения для того великого колдовства, которое представил себе Август, погружаясь в сон. И последней отчетливой мыслью, которую он сумел запомнить и пронести сквозь сон в утро следующего дня, было обещание, которое Август дал то ли Татьяне, то ли все-таки себе самому.

"Я еще тебя удивлю, милая, потому что такого колдовства не совершал в этом мире ни один человек!"

Конец второй книги

Сентябрь 2018 – март 2019

Глоссарий

Дормез – старинная большая дорожная карета для длительного путешествия, приспособленная для сна в пути.

Отсылка к одному старому анекдоту про графа, графиню и пролетариат, что-то кующий под пение интернационала.

Хугин и Мунин – пара воронов в скандинавской мифологии, которые летают по всему миру и сообщают богу Одину обо всем происходящем. На древнеисландском Huginn означает «мыслящий», а Muninn – «помнящий» (или «мысль» и «память» соответственно).

Строчка из песни Егора Крита "Самая".

Несколько измененная строчка из песни Егора Крита "Мне нравится".

Предшественники шоколадного торта "Захер" появляются в венских поваренных книгах с начала 18 века.

В европейских странах на рубеже XVI и XVII вв. какао стали пить горячим, а острые ингредиенты заменили тростниковым сахаром. Так появился горячий шоколад – фаворит европейской аристократии XVII–XVIII веков.

Паллиатив – не исчерпывающее, временное решение, полумера.

Киршвассер (с немецкого Kirschwasser – вишневая вода) или Кирш – крепкий алкогольный напиток (40 – 50 %), производимый методом дистилляции из забродившего сусла темной вишни.

Русское дореформенное название г. Гродно и г. Вильнюс.

Сher ami – милый друг (фр.).

Якоб Штайнер (1617–1683) – первый известный австрийский скрипичный мастер. Кстати, он учился в Кремоне и был связан с династией Амати.

Имеется в виду некое государство, напоминающее известное нам королевство Англия, занимавшее южную часть острова Великобритания и существовавшее с 927 по 1707 годы.

В скандинавской средневековой литературе Один выступает под множеством имён и прозвищ. Это связано с традициями скальдической поэзии, где приняты поэтические синонимы – хейти и непрямые упоминания о предмете – кеннинги.

На самом деле гадательные доски появились только в 19 веке, но в реальности, где магия реальна, их, скорее всего, изобрели тогда же, когда стали гадать на рунах.

Триждырожденный – бог Тор.

Корволант – (фр. corps корпус, отдельный отряд + volant летучий) подвижное войсковое соединение из конницы, пехоты, перевозимой на лошадях, и легкой артиллерии для действий в тылу противника и на его коммуникациях.

Есть мнение, что что подсчет пульса по секундам и минутам был предложен астрономом Иоганном Кеплером (1571–1630).

Квилон – кинжал с двумя выступами гарды. Бытовал в 1250–1500 гг., позднее использовался как кинжал для левой руки.

Алёнушка – ирон. девушка, витающая в облаках, рассеянная (молодежный сленг).

Юсс – уменьшительно-ласкательное от Август.

На самом деле, женщины-воительницы русских былин назывались иначе: богатырша или поляница-воительница. Например, девица Синеглазка, Царь-девица, Усоньша-богатырша, Белая Лебедь Захарьевна.

Черт – в славянской мифологии злой дух. По одной из версий, основой фамилии Чертков послужило мирское имя Черт. Нецерковное имя Черт (Черток) относится к так называемым «охранительным» именованиям. Согласно суеверному обычаю, существовавшему на Руси, подобные имена присваивались детям с целью отвращения злых сил. Для того чтобы не искушать судьбу и отвести зло, детям давались имена злых духов. Считалось, что они не обидят ребенка, носящего одно с ними имя.

Стрегони бенефици (stregoni benefici) – весьма загадочный персонаж из итальянского фольклора. Как следует из его названия, он является добрым вампиром.

Вася – неумный человек, лох (сленг).

Реприманд – (устар.) неожиданность, неожиданный оборот дела.

Имеется в виду грелка-жаровня, широко применявшаяся раньше для нагревания постели. Такие грелки изготовлялись из металла или керамики в форме контейнера с крышкой, который наполняли углями и золой, на длиной ручке.

Есть мнение, что завышенный лоб, считавшийся красивым в средние века, являлся одним из "побочных эффектов" рахита (завышенная линия роста волос), также как, редкие брови и ресницы и "вздутый" живот.

Автор знает, что это чисто американский термин, но предполагает, что слово фронтир великолепно подходит и для данной ситуации: фронтир – это граница, за которой плотность населения составляет менее 2 человек на квадратную милю (версту или километр).

Гедиминовичи – правящая династия Великого княжества Литовского и общее название княжеских родов Литвы, Белоруси, Польши, России и Украины, восходящих к родоначальнику Гедимину. Рюриковичи – княжеский, великокняжеский, позднее также царский (в России) род потомков Рюрика – первого летописного князя древней Руси.

То есть, построенный в виде квадрата или прямоугольника.

А.П. Сумароков. Елегия 6-я.

Н.И. Новиков, Живописец, Третье издание 1775 г.

А.А. Ржевский "Сонет и Мадригал", стихи, посвященные итальянской балерине Либера Сакко.

Намек на легенду о том, что за соблазнение Вирсавии царь Давид был поражен богом, и страдал от импотенции.

Сонетка – комнатный звонок для вызова прислуги, часто приводившийся в действие шнурком или сам такой шнурок.

Рейтшверт – Reitschwert (буквально «меч всадника» или «меч рейтара») – предназначен для военного применения и является достаточно тяжёлым для рубки.

На самом деле это малайское слово, означающее амок "впасть в слепую ярость и убивать" и обозначающее психическое состояние, характеризующееся резким двигательным возбуждением и агрессивными действиями, беспричинным нападением на людей. В немецком языке слово "Amok" получило расширенное значение и обозначает неистовую, слепую, немотивированную агрессию с человеческими жертвами или без них, вне каких-либо этнических или географических рамок.

Малый остров – солнечное сплетение в некоторых оккультных сочинениях.

В землю (латынь).

Комедия дель а?рте, или комедия масок – вид итальянского площадного тратра, спектакли которого создавались методом импровизации, на основе сценария, содержащего краткую сюжетную схему представления, с участием актёров, одетых в маски.

Реально существующий сорт роз – "Schwarze Madonna" (Кордес 1992).

Артемида – в древнегреческой мифологии девственная, всегда юная богиня охоты, плодородия, покровительница всего живого на Земле, дающая счастье в браке и помощь при родах, позднее богиня луны. Римляне отождествляли ее с Дианой.

Душепарка – слабоалкогольный напиток на основе мёда и сока клюквы, приготовленный с добавлением специй и пряностей. Родом из Ярославской губернии. Особо был популярен до XIX века.

То есть, в Пекине.

Стрегони бенефици (stregoni benefici) – весьма загадочный персонаж из итальянского фольклора. Как следует из его названия, он является добрым вампиром.

В средневековой эзотерике, рубин символизирует стихию Огня, ему покровительствует Солнце.

Синтетический рубин – искусственный драгоценный камень, являющийся полным аналогом натурального рубина, получаемый выращиванием монокристалла из расплава корунда. Первые микроскопические кристаллы искусственного рубина из расплава получены в 1837 г. Марком Гуденом.

Множественность миров – идея, зародившаяся в Античности в связи с критикой геоцентрических воззрений на природу (Демокрит). В эпоху Возрождения получила развитие в работах Д. Бруно (16 в.). Концепция естественнонаучного (в частности, астрономического) негеоцентризма сыграла в истории науки важную эвристическую роль, позволив преодолеть гелиоцентризм Коперника: переход от "мира" Коперника к "миру" Д. Гершеля, в котором Солнце оказывается одной из звезд в нашей Галактике.

В алхимии система вертикально установленных – один над другим – соединенных между собой сосудов.

Чарка (рус. мера жидкости) = 1/10 штофа = 2 шкаликам = 0,123 л.

Копуляция – соединение двух особей при половом акте (книжн.).

Родиной Вальса по праву считают Германию в 17 веке. Но он стал популярен в 18 веке в Вене, Австрии.

Леонаард Эйлер (1707, Базель, Швейцария – 1783, Санкт-Петербург, Российская империя) – швейцарский, немецкий и российский математик и механик, внёсший фундаментальный вклад в развитие этих наук (а также физики, астрономии и ряда прикладных наук).

Тут Татьяна совершила акт откровенного плагиата, украв фразу еще не родившегося немецкого математика Гаусса: "математика является царицей всех наук".

Вяземские – русский княжеский род, который происходит от князя Ростислава Мстиславича Смоленского, внука Владимира Мономаха.

Лыбедь – легендарная сестра основателей Киева Кия, Щека и Хорива. В отличие от своих братьев, Лыбедь предстаёт отрицательным персонажем. Кроме того, есть мнение, что княжна была охоча до девиц, потому-то и прогоняла женихов.

Девана или Джевана – древнеславянская богиня, чьи функции весьма близки функциям Артемиды, древнегреческой богини охоты. Девана считается дочерью Перуна и Дивы-Додолы (Перуницы). Девана изображалась как молодая, красивая и сильная девушка, которая покровительствовала охотникам, а если шире – то всему лесному миру. Девы приносили требы перед походом за дичью.

Мизансцена – расположение актёров на сцене в тот или иной момент спектакля.

В зависимости от контекста это французское обращение переводится, как "мой друг", "дружок" и "дружище".

Феб (римский аналог Аполлона) – бог правды, покровитель искусств, бог-прорицатель.

Однорядка – русская верхняя широкая, долгополая до щиколотки, женская и мужская одежда, без воротника, с длинными рукавами, под которыми делались прорехи для рук. Однорядка застегивалась встык, и часто опоясывалась.

Руяне или раны – ободриты, жившие на о. Рюген и прилегающем побережье континента. Центром их религиозной жизни являлся город Аркона.

В данном контексте, гримуар не книга, содержащая заклятия и формулы призыва демонов, а сами формулы колдовства.

Pro et contra (лат.) – "за и против"; это выражение означает, что приводятся доводы в защиту и в опровержение данного тезиса, в одобрение и порицание обсуждаемого факта.

Гардарики – в скандинавских сагах Великий Новгород.

С латинского: терра инкогнита, неизведанная земля.

Несуществующая наука, название которой произведено от слова вербальный, то есть речевой или словесный.

Гематриия – метод анализа смысла слов и фраз (в древнееврейском языке) на основе числовых значений входящих в них букв. Гематрией слова называется сумма числовых значений входящих в него букв. У слов с одинаковой гематрией предполагается символическая (скрытая) смысловая связь.

Темура – в каббале – правила замены одних букв еврейского алфавита другими с целью постижения скрытых смыслов Торы (Ветхого завета).

Ведьмин камень – тоже самое, что "куриный бог": камешек с естественным отверстием.

От противного (латынь).

Лед.

Берендейка – ремень (перевязь), носимый через левое плечо с подвешенными принадлежностями для заряжания ружья: пенальчиками с пороховыми зарядами, часть исторического военного снаряжения европейской пехоты в 17 веке.

В данном контексте, кумулятивный означает постепенно накапливаемый или накапливающийся, суммирующийся со временем.

Летаргия – болезненное состояние, характеризующееся медлительностью, вялостью, усталостью. Летаргический сон в общепринятом его понимании является выдуманным состоянием и описан только в художественных произведениях. От комы якобы отличается тем, что организм больного поддерживает витальные функции органов и не находится под угрозой смерти.

Она же дурье зелье или Дурман обыкновенный – сильно ядовитое растение. Препараты листьев дурмана оказывают успокаивающее действие на центральную нервную систему за счёт содержащегося в них скополамина.

Геката богиня лунного света, преисподней, всего таинственного, магии и колдовства. Она была также богиней смерти, ведьм, ядовитых растений и многих других колдовских атрибутов.

Лунница – бронзовое, серебряное, реже золотое украшение в виде полумесяца. Отличается большим разнообразием форм, декора, ювелирных техник, приёмов и значения в составе костюма. Составляет элементы различных предметов личного убора. Форму лунниц могли иметь серьги, нагрудные подвески, металлические детали головного убора.

Stercus accidit – дерьмо случается (латынь). Victor fellator – дословно "Победитель членосос" (латынь).

Красавица (французский яз.)

Теа Великолепная (итальянский язык).

Идун – богиня вечной юности, супруга Браги, бога поэзии и красноречия, хранительница молодильных яблок. Фрея – богиня любви и войны, вторая после Фриг – жены Одина.

Артемида – сестра Аполлона, девственная богиня лесов и охоты. Афродита – древнегреческая богиня чувственной любви и красоты.

Эмпирей (от др. – греч. "огненный") – в античной натурфилософии одна из верхних частей неба, наполненная огнём. В средневековой христианской философии был символом потустороннего мира.

Caro amico – милый друг (итал.).

Добок – спортивная форма для тхэквондо. Тхэквондо – корейское боевое искусство, техника нанесения ударов руками и ногами.

Comprenez-vous, mon ami? – Вы понимаете, мой друг? (фр.).

Аркона (Яромарсбург) – город и религиозный центр балтийского славянского племени руян, существовал до XII века и располагался на одноимённом мысу острова Рюген, крупнейшего острова в составе современной Германии.

Пимы – национальная обувь финно-угорских народов и коренных народов Крайнего Севера. Представляют собой сапоги из шкуры с ног северного оленя, которые изготовлены шерстью наружу. Исторически пимы – обувь оленеводов севера, высотой до бедра и с завязками. В России исторически встречается в Архангельской области, Пермском крае и др.

Шевро – мягкая кожа хромового дубления, выделанная из шкур коз.

Арысь-поле (Мать-рысь) – русская народная сказка о матери, превращенной ведьмой в рысь, а мужем – обратно в человека.

То есть, попросту Рай.

Кончар – тип восточного и древнерусского колющего холодного оружия. Представляет собой меч с прямым, длинным (до 1,5 м) и узким трёх– или четырёхгранным клинком.

Муар – плотная шёлковая гладкокрашеная ткань с рубчатой поверхностью тиснёного муарового узора. Муар из шёлка высшего качества носил название громуар.

Комбатант (от фр. Combatant – сражающийся) – лицо, принимающее непосредственное участие в боевых действиях в составе вооружённых сил одной из сторон вооружённого конфликта.

Паллиатив – не исчерпывающее, временное решение, полумера.

В этой главе, как и кое-где в предыдущих, изложен фентази вариант языческой мифологии в интерпретации автора. В связи с этим, автор настоятельно просит не относиться к этому всерьез и не обижаться, если он ненароком задел чьи-либо религиозные чувства.