Текст книги "Медоед 11 (СИ)"

Автор книги: Макс Гудвин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 15 страниц)

Я брёл обратно к отелю. В маску «Ронина» бил холодный и влажный питерский ветер, смешанный с гарью и дымом. Снег уже не падал – он лежал серой кашей на асфальте, перемешанный с сажей и пеплом. Где-то вдалеке выли сирены, но они были далеко и доносились сюда через бетонные коробки гаражей, словно из другого мира. И какой-то экипаж уже отъезжал от отеля.

Я миновал ворота, перешагнул через отработавшие дымовые шашки, и вошёл в отель. Внутри воняло в разы сильнее, чем на улице. В холле было пусто, только Землеройка сидел за стойкой, держа в руках АК, был экипирован в шлем и броню и смотрел на мониторы, где ничего не было видно.

– Как Фома? – спросил я, снимая шлем и кладя его на стойку.

– Живой, – ответил он, не поднимая глаз. – Врачи приехали и увезли в больницу Конторы. Сказали, что пуля прошла навылет, лёгкое задето.

– Хорошо, – выдохнул я. – Тогда твоя должность теперь смотритель отеля.

Землеройка поднял голову и уставился на меня.

– Принял, – кивнул он.

– Жёны ваши пусть пока тут побудут, днём их развезёте, – произнёс я, заходя в оружейку.

Сняв броню, аккуратно поставил СР-3 обратно в колодку. С вешалки я взял кобуру со Стечкиным, а жилетку праздничную сбросил, потому что порвал её где-то в пылу обороны объекта, и вместо неё надел бронежилет, который лежал на стуле в углу. Он был тяжёлый и холодный, не смотри что БР2. Поверх него я набросил чёрную флисовую куртку Фомы, висевшую рядышком на вешалке.

Я поднялся на второй этаж. Там было почти темно, только аварийные лампы горели на стенах, вырывая из мрака картину разгрома. Столы были сдвинуты в центре зала и накрыты. Еда была разложена на подносах: холодные закуски, салаты, нарезка, несколько бутылок шампанского и две бутылки водки. Фужеры были разбиты, один из них лежал на полу, и на полу растеклось широкое и тёмное пятно от пролитого вина. Стёкла, те что были за железными жалюзи, скорёженными прилётами, были теперь все внутри – хоть йогов води сюда на практики хождения по стеклу.

Вокруг стола были те, кто был здесь в момент атаки.

Землеройка поднялся и, взяв жену за руку, повёл вниз – она была бледная, растрёпанная, испуганная и дорогом платье молодая рыженькая девчонка с зелёными глазами и трясущимися руками. У стены стоял Барсук с АК в руках, словно в окна всё ещё бил снайпер. Он курил, с закопчённым лицом, смотря в никуда. Рядом с ним, опершись, сидел Кобра и тоже курил.

В центре комнаты стоял механик-водитель БТР – тот, который так и не выбрал себе имя. Он был в грязной майке, с мокрыми волосами и держал в руках кружку с чем-то горячим. Он выглядел уставшим и нервно осматривался – человек только что потушил пожар, в котором мог сгореть сам.

Я остановился в дверях, осматривая их всех. Никто не говорил. Только ветер гудел в разбитом окне, и где-то далеко всё ещё слышались сирены.

– Ну что, – сказал я, проходя к столу и беря бутылку водки, которую никто не успел открыть. – Все живы, все здесь. Нападение отбито. Дроны уничтожены. Снайпер ушёл.

Я откупорил бутылку и поставил её на стол.

– Тиммейт, записывай приказ, – сказал я, поворачиваясь к камере в углу.

– Запись начата.

– Всем, кто находился в отеле в момент инцидента, – объявить выговор. С жёнами на территории – строгий. Хронометраж атаки составить и направить в центральный аппарат. Детальный рапорт – сначала Дяде Мише, потом распространить по всем смотрителям, с акцентом на выполнение моих инструкций по безопасности отелей.

Барсук поднял на меня глаза.

– И приложить список потерь личного состава.

Я взял со стола бутерброд с красной икрой, посмотрев на просвет, нет ли на нём стекла, и, опрокинув в себя бутылку водки, открыл для неё свой пищевод выдержав глотков семь, иногда вдыхая воздух, чтобы не задохнуться. И, заев этот залп по своему здоровью бутербродом, я взял со стола складной нож, сложил его и, положив в карман, произнёс:

– Всё, выговора вы уже получили. Можете продолжать праздновать.

И, собираясь уходить, я услышал вопрос Барсука:

– А ты что, куда?

– Я? Пойду одной шлюхе голову отрежу, – произнёс я, останавливаясь в проходе, и, видя, как эти товарищи собираются со мной, добавил: – Не провожайте. Эта мразь – кто-то опасный.

Глава 19
По чьим-то следам

Понимая, что цель уже далеко, я перенёс свою экипировку в мирно стоящий на парковке «отеля» Крузак и попутно набрал Дядю Мишу, обрисовав ему всё, что тут было, и спросив, будут ли решения по нашим рассекреченным базам.

И, получив в ответ: Что да, новые базы отелей уже строятся, но по мере значимости городов – почти готова в Москве, почти готова в Калининграде, идёт стройка и в Питере, и через какой-то месяц всё будет уже хорошо. Мы снова все замаскируемся, нивелируя последствия, созданные Саломатиным и его файлами.

Информировал я его голосом и о том, что я собираюсь найти и перепрятать того снайпера-дроновода, хотя до конца не уверен, что это именно один человек, а наоборот, подозреваю, что их несколько работающих сверх малой группой. Поделился и подозрениями, что это не просто человек, а какой-то вернувшийся, и тут не обошлось без Эхо или Наследия. И, получив благословение от начальника на командировку, я отправился на охоту. Помимо Стечкина, оказывается, мне, пока я валялся в коме, заменили и удостоверение на такое же с актуальным званием. Вот уже реально проснулся в новой жизни.

А тем временем цель уходила от Питера вниз по карте России, на юг. Я чувствовал это, я буквально видел его, стоило только мне прибегнуть к Следопыту, но чем больше я смотрел, тем цель становилась тусклее, и тем больше сил отнимало это у меня. А самым сложным было то, что я о нём ничего не знал, знал только по мелькающим в моей фантазии картинкам, а они были мутными, словно что-то замазывало ему лицо.

И я гнал подаренный мне москвичами Крузак вдаль от Питера. И думал, как мне достать этого гада быстрее.

Я проехал мимо Великого Новгорода, заезжая в Тверь, ещё раз обратился к Следопыту и увидел, что цель повернула на Ярославль но самое странное что она шла в этом темпе уже почти 10 часов.

На улице уже расцвело, поля вокруг меня белели свежевыпавшим снегом, а может, уже давно лежащим, потому как температура в городах в среднем выше, чем в деревнях и межгороде, и я поймал себя на мысли, что взгляд замыливается, что, какая бы хорошая машина подо мной ни была, я начинал уставать – в первую очередь ментально, а вот враг почему-то нет. И, остановившись на заправке, заправив газ – это ребята в Питере «меня» мало того переобули на зиму, так ещё и, не в силах «кормить» четырёхлитровый движок, поставили на него ГБО, я взял себе кофе и бутерброд с курицей, сев за столик и принялся всё это поедать.

– Тиммейт, – позвал я ИИ-шку. – Он словно бешеный, я не знаю, откуда у него столько сил…

– Сейчас поищу для тебя трезвого водителя поблизости, пусть он едет, а ты спишь.

– А что, водители бывают пьяными? – уточнил я, добавив: – А, ну да, Новый год же.

– Нет, ты не понял. У нас в 2026-м, в отличие от вашего 1994-го, есть такая штука, как сервис. Так вот, если человек напивается, но ему срочно надо куда-то уехать, он зовёт «трезвого водителя», и тот по тарифу едет на его же машине, куда тот скажет. Также есть сервис «Спецы ру», где можно найти водителей для дальних переездов.

– А киллера там нет, чтобы всю работу за меня сделал и выследил гада? – уточнил я.

– Я думал, тебе нравится убивать себе подобных лысых обезьян?

– Нет, мне это всё не нравится. Но больше некому. Что там на твоём Спецыру, есть что-либо?

– Ты бы мог с собой взять механика-водителя БТРа, да хоть Барсука – всё легче было бы ехать. Это я считаю, звоночек: ты, Медоед, не умеешь делегировать. По сути занимаешься микроменеджментом, тогда как ты – руководитель! А руководитель должен руководить! – укорил меня Тиммейт.

– Окей, давай, великий и ужасный искусственный интеллект, вот тебе вводная: некий хер напал в одно лицо на здание ОЗЛ в Питере и скрылся до моего прихода на его точку. Теперь он движется как заведённый на Ярославль. Вопрос: как мне поймать хера, если я о нём ничего не знаю, а вижу лишь точку в предвидении особенности Следопыта и это силы жрёт?

– Во-первых, я бы не полагался на Следопыта как основной инструмент поиска. Ты сказал, что он высасывает из тебя силы, а цель уходит всё дальше. Если будешь полагаться только на него, ты просто уснёшь и вылетишь на встречку, а там снова в Ад, или куда там таких как ты героев берут? Поэтому действуем по-человечески. Я уже пробиваю все камеры на трассе М-8 от Твери до Ярославля. Если он проезжал через посты или мимо АЗС, я увижу номер или хотя бы модель машины. Это даст нам материальный след.

– Вряд ли он нарушает, скорее идёт на предельной скорости, – произнёс я, делая глоток горячего кофе. – Давай-ка методом исключения искать: для начала внести в базу все машины, которые едут туда, куда я указываю. Дорога ветвится, и мы будем каждый раз анализировать номера машин, находя похожие и рано или поздно сузим круг подозреваемых до нескольких машин.

– А ещё, почему ты думаешь, что он сам за рулём? – спросил у меня ИИ.

– Не знаю, я не думал над этим вопросом, – произнёс я.

– Это потому, что ты людей по себе меришь. Может, его везут два водителя, а сам он дрыхнет на заднем сидении, – выдал идею Тиммейт. – И у меня есть второй вариант: мы подключаем местного ликвидатора из Ярославля. И он будет тебе водителем.

– Хорошо, – кивнул я, допивая кофе.

– Или враг не один, а его целая боевая группа: один – дроновод, второй – снайпер, третий – корректировщик. И они все трое едут от тебя, попутно меняясь. Ты правильно сделал, что взял с собой свою экипировку. В любом случае сейчас сверяем номера на машинах, и чем дольше он или они будут от тебя убегать, тем точнее будет результат. А далее объявим план перехвата и завяжем его боем с местной полицией и Росгвардией.

– Не-а, людей из милиции общественной безопасности мы под удар подставлять не будем, должны сработать наши или ГРУ, – покачал я головой.

– Эх, капитан-Америка, нет больше никакой милиции общественной безопасности. В 2011 году в ходе масштабной реформы милицию переименовали в полицию. А функции МОБ перешли к Полиции по охране общественного порядка – ООП. Её координирует ГУОООП МВД России – Главное управление по обеспечению охраны общественного порядка. Сами же службы, ранее входившие в МОБ, – ППС, участковые, ГИБДД/ГАИ, подразделения по делам несовершеннолетних – работают в прежнем режиме, но уже в составе полиции.

– Я не от усталости свалюсь, а от твоей духоты! Переименовали милицию в полицию, а ОВО в Росгвардию, и что, в ней люди другие стали работать⁈ – выпалил я.

– Ну нет, вон Росгвардия получила сразу два новых спецназа – ОМОН и СОБР, которые раньше были в МОБ и КМ соответственно.

– Короче. Менты пусть обычных преступников ловят. А мы с тобой – тех, что с особенностями.

– Ха! А ты знаешь, что людьми с особенностями называют сейчас инвалидов? – усмехнулся Тиммейт.

– Роботов с ИИ ещё никак не называют? – спросил я, садясь снова за руль.

– Не говорят, что за нами будущее. Но все ваши ИИ-шки ещё далеки от искусственного интеллекта, так – просто помощники. Обезьяны ещё не доросли до того, чтобы написать настоящего ИИ!

– Хорошо, – произнёс я.

– А стой… – протянул Тиммейт.

– Стою, – выдал я, сидя в машине, заводя двигатель, чтобы было тепло.

– Кто-то уже анализирует списки машин, едущих из Твери в Ярославль.

– Как это «кто-то анализирует»? – спросил я.

– Прикинь, он запрашивает те же данные с камер, вот только он ещё и пробивает данные на всех людей, что владеют ими.

– И что он может из этого почерпнуть? – уточнил я.

– Ну, твой Крузак не на тебя записан, поэтому, скорее всего, то же самое, что и мы: чем ближе ты будешь к цели, если это организовала твоя цель, он получит те же данные, что и мы, – закончил Тиммейт.

– Кто пробивает-то? – спросил я.

– Кто-то с Англии, – ответил Тиммейт.

– Можешь ему всё испортить? Или атаковать его в его Англии? – спросил я.

– Я делаю всё, что могу. Но он, зараза, умный. Словно бы к врагу попали мои прототипы. Сейчас попробую его заманить в ловушку; если получится, то ослеплю его на время.

– Ужас, – произнёс я, начиная езду.

Итак, что мы имеем? У нас один или несколько людей под прикрытием кого-то из Англии слоняются по России и громят отели ОЗЛ? Но почему Питер, а не Москва? Ответ был очевиден: Питер большой и самый слабо защищённый из отелей в сравнении с той же Москвой и «отвоевавшим» Калининградом. Как скоро они вычислят, что за ними едет уставший мужчина на серебристом Крузаке?

С последней остановки я ехал уже больше трёх часов, когда впереди показались проблесковые маячки. Их было много – штук пять, не меньше. Машины ДПС стояли вдоль дороги, перекрывая обе полосы. Я сбросил скорость и увидел, как патрульные жезлами останавливают все машины подряд, пропуская лишь после проверки. А водители один за другим прижимались к обочине, покорно ожидая проверки. Человек 15 было в этом внезапном рейде.

Я включил правый поворотник, остановился, не заглушая двигатель, а просто зажал тормоз. И я опустил стекло, видя, что к машине уже шёл высокий человек в форме с тремя маленькими звёздочками на погоне.

– Здравия желаю, старший лейтенант ДПС Проширин, – произнёс он, подходя к окну. – Документы на машину и водительские права, пожалуйста.

Я протянул ему водительское удостоверение, а потом, чуть покопавшись во внутреннем кармане куртки, достал удостоверение ФСБ, развернув его и показывая через окно, чтобы офицер мог сверить данные, а не просто увидеть корочку.

– Что у вас тут происходит, коллега? – произнёс я. Слово «коллега» от представителя ФСБ должно было расположить старлея к диалогу.

– Да так, – ответил он, приглядываясь к удостоверению. – Начальник отдела… С чем работаете?

– Безопасность государства. В данный момент не могу сказать больше. Так всё-таки, какая у вас задача?

– Плановая проверка документов. Подождите, я проверю ваши права по базе, – выдал он.

– А удостоверения не хватает разве подтвердить, что права подлинные? – спросил я.

– У нас такая вводная: если я остановлю машину и не проверю права, меня потом вздрючут. Подождите, пожалуйста, в машине, Вячеслав Игоревич.

– Тиммейт, что за дичь у них тут происходит? – спросил я.

– Подключи телефон к магнитоле, – отозвался Тиммейт.

И я подключил.

– Твердь, Твердь – 547-му, – заговорил мой приёмник, и я понял, что Тиммейт слушает их волну.

– 547-й, слушаю тебя.

– Есть человек, подходящий под ориентировки. Показал удостоверение сотрудника ФСБ. Мои действия?

– Хорошо, помурыжте немного и отпускайте. Это не наша компетенция – таких ловить. И на сотовый мне позвони!

– Тиммейт, это что такое? Неужели это наши чудят? – спросил я, сидя в машине.

– Не должны, – ответил Тиммейт.

– Свяжи меня с дежурной частью ГИБДД города Твери, – попросил я.

– Делаю, – произнёс Тиммейт.

И после гудения телефон наконец дал мне голос ГИБДД.

– Дежурный Управления ГИБДД, майор Синицин, слушаю вас.

– Приветствую. Зовут меня Калинин Вячеслав Игоревич. Я стою тут у вас в пробке под Горицами. Мои документы у старлея Проширина. Слышу в радиоэфире у вас мероприятия. Можете пояснить, что происходит?

– Доброго дня. Обычная проверка документов, – выдал майор.

– Я понял, что обычная. Вводная у вас по ней какая? – спросил я.

– Я не могу обсуждать этого с вами по телефону, но вы можете подъехать сюда лично и всё узнать. Проспект Волоколамский, 7, корпус 3. Жду вас, – произнёс он и повесил трубку.

– Тиммейт, я правильно понял, что искали кого-то с удостоверением ФСБшника?

– Судя по всему, похоже что – да. Но я не вижу пока, откуда пришло распоряжение. А вот, слышу его звонок в УФСБ… – произнёс Тиммейт и выдал его мне на магнитолу.

– Это майор Синицин с УГИБДД. Недавно поступило обращение, что некий гражданин движется по трассе, вооружён и может иметь удостоверение сотрудника ФСБ. Так вот, сейчас в ходе работы такого выявили. Мои парни номер записали и пока что его мурыжат там, но он мне уже звонил оттуда.

– Я понял. Ну, а от нас вы чего хотите? – спросили со стороны дежурной части УФСБ.

– Так ваша же поддельная ксива у жулика.

– С чего вы взяли, что это жулик? Откуда был звонок? Вы зафиксировали?

– Он был анонимный, но мы выясняем сейчас, – произнёс Синицин.

– Задерживайте его и везите сюда, разберёмся, – произнёс сотрудник ДЧ УФСБ города Тверь.

– Тиммейт, что это всё сделано, чтобы меня задержать, потому что точных данных у них на меня не было. – произнёс я, думая как лучше поступить дальше.

– Ну вот сейчас, наверное данные у них на тебя будут. То есть если ты прав и это сделал наш враг, которого ты догоняешь, то теперь они знают, кто за ними едет и на чём, – произнёс ИИ.

И я обратился к Следопыту, видя, как цель уходит от меня куда-то направо, опережая меня на сотни километров. Она двигалась в сторону Москвы. И я тут же передал данные голосом Тиммейту.

– У меня мысль, – произнёс Тиммейт в ответ. – А что, если тот или те, за кем ты едешь, тоже объезжают МКАД?

– С чего ты взял?

– Ну, если бы они ехали в Москву, они бы продолжили ехать в Москву. А если бы в Ярославль – то не свернули бы. Поэтому с большой долей вероятности они в Талдоме повернут на восток.

– Почему не на запад? – уточнил я.

– Потому что если бы на запад, то они бы сразу туда ехали.

– Дай мне ответственного по УФСБ города Твери, – устало произнёс я, видя, как ко мне возвращается старший лейтенант.

– Да я уже с ним говорю, – произнёс Тиммейт. – Сейчас он наберёт дежурную часть, а она уже наберёт УГИБДД, а они же отменят всю эту возню с ДПС. И вот тебе мой вердикт: на противника работает искусственный интеллект, соизмеримый со мной в потенциале, но с более урезанными возможностями. Думаю, что это можно сравнить со мной, когда я вёл тебя через США. И да, они знают теперь, что за ними идёшь именно ты. И ориентировку на тебя дал именно он. Он не знал, кто будет ехать, но предположил, что ты будешь отмахиваться корочкой ФСБшника. И дал ориентировку на преступника, прикрывающегося такой ксивой.

Тем временем старший лейтенант поравнялся с моим окном.

– Вячеслав Игоревич. Смотрите, какая ситуация: у нас в базе вас почему-то нет. И надо проехать и уточнить, что там не так. Это не займёт много времени. Вам нужно проследовать в нашу машину, а вашу поведёт наш сотрудник.

– Проширин, я был бы преступником, я бы в тебя уже стрелял. Два раза в грудь, – произнёс я, показывая ему дуло пистолета и сотрудник видя это замер. – Потом я бы резко сдал назад и уезжал бы по просёлочным, пока вы телились, а там бы уже устроил засаду на всех вас остальных. Или проще бы сделал – перещёлкал бы вас тут всех из АПСа! Стой, не дёргайся!

Я повысил голос, чуть оскалив зубы. Противник меня переиграл, и от этого я был зол.

– Спокойнее Вячеслав Игоревич. Уберите пистолет, – выдал он.

– Заткнись на хер! – прорычал я. – Сейчас тебе позвонят и дадут по мне отбой. Это были учения, которые ты и твой взвод провалили!

И в кармане у старлея действительно заиграл сотовый.

– Бери, чего стоишь! – выпалил я.

И он взял. А я положил АПС обратно в отделение в двери, куда засунул портупею, чтобы не ехать ещё и в ней.

– Вот зачем ты на него наорал? Он же просто выполнял задачу по ориентировке. Его же играли в тёмную. – укорил меня Тиммейт снова.

– У меня, Тиммейт, такое ощущение, что я играю с мешком на голове. Я всегда не успеваю. Всё, что касается чего-то серьёзного, – всё через жопу.

– Вячеслав Игоревич, простите, вышла заминка. Ваше удостоверение. Счастливого пути, – произнёс старлей и отдал мне мою карточку.

И я закрыл окно и поехал прочь из этой подставной засады ДПС.

– Медоед⁈ – произнёс Тиммейт.

– Что? – спросил я.

– У нас звонок из Англии за их счёт. Будешь говорить?

– Бля, готовься переводить маты, – произнёс я.

Хотя материться я был не намерен. Ежу понятно было, что звонил мой враг, и показать ему моё раздражение означало показать слабость. И я взял трубку…

Глава 20
Четыре двадцать восемь

– Ал-ло… – протянул я.

А в трубке повисло молчание.

– Ду ю спик рашен? Мейби инглиш? – продолжил я.

– … Это так странно, – произнёс на том конце уставший мужской голос. – Это пиздец как странно.

– Чуть больше конкретики давай внесём в нашу беседу? – предложил я.

– Давай внесём. Значит, ты – местный Медоед, Кузнецов, Калинин? У меня к тебе другой вопрос. А твоя Ира еще жива?

– Какая Ира? – спросил я, решив соврать.

– Только не говори, что у тебя не было Иры. Я смотрел расследования СиСР, надо сказать, что ты меня удивил.

– Чем же? – уточнил я.

– Тем, что когда тебя взяли в камбоджийском аэропорту, ты не убил их всех, а покорно сел в тюрьму, поверив, что её спасут, а тебя вытащат.

– … – я не знал, что ему отвечать. Это было не так давно, но в моей памяти уже казалось перекрытым другими событиями.

– Может, и мне стоило сесть и покорно довериться Совету и Оракулу. Но я, в отличие от тебя, имел и имею яйца, – произнесли на другой стороне трубки. – А ты сделал для них революцию, раздолбил сервера в Вевельсбурге, уничтожил Пьера Лазара в Париже. Сколько побрякушек они повесили на твой китель за твою собачью преданность?.. Но в одном ты лучше меня – у тебя есть Ира.

– Я ебал, ты что, блядь, такое? – спросил я, уже понимая, чем, а точнее – кем, эта тварь себя считает.

– Я – это ты, из плотности, где всё пошло не так. И искренне не понимаю, почему, блядь, вам тут так повезло. Войны на Украине нет, Чернобыль не взорвался, Союзное государство построено, Крым – международная экономическая зона, даже в Камбодже теперь демократия, хотя диктатор Понлок себя ещё покажет.

– Завидуй молча, а, – произнёс я.

– Не получается молча. У вас есть то, что принципиально мне нужно. Но пока ты и пидор Дядя Миша живы, это не осуществимо. Я хочу, чтобы ты понял, росгвардеец: ваши все солдаты и менты мирного времени и рядом не стоят с тем, что прошли люди из моей плотности. И я, блядь, не понимаю, почему у вас тут всё ласково. Чем вы, твари, это заслужили?

– Как погибла твоя Ира? – спросил я, вместо колкости в ответ.

– Взорвали вместе с группой ЦРУ в Камбодже, чтобы она не стала их заложником, – произнёс он.

– Пендосы убили твою Иру, и ты вернулся, чтобы драться с нами, с русскими?

– Не пендосы, а Совет. Да и мне на национальный фактор пофиг, меня только вы все бесите!

– В твоих словах есть одна ошибочка, – произнёс я. – Чтобы всё исправить, ехать надо не от меня, а ко мне.

– Ещё предложи мне сдаться, – усмехнулся он.

– Ну а что? Твой налёт на отель ОЗЛ прошёл без жертв. У меня всего одного бойца ранило, но мы его вылечим. А то, что в твоей реальности Дядя Миша плохой, так это бывает. Сам говоришь, что у нас тут всё хорошо. Так зачем всё портить? Давай сотрудничать?

– И Иру мне отдашь? – усмехнулся на другом конце враг.

– Нет, Иру я тебе не отдам. Но могу дать работу, где ты сможешь отомстить всем ЦРУшникам. Америка большая, и там тоже есть твоя девушка. Ты ведь помнишь Эмили? – спросил я.

И на другом конце трубки замолчали, а потом выдали:

– Пиздишь ты мне всё, Медоед! Я не верю ни единому твоему слову! Тоже мне, честен по принципиальным вопросам…

– Кто тебя сюда вернул? – спросил я.

– Тебя это ебать не должно! – произнёс он.

– Но ебёт, прикинь. Я тебе нормальную тему предлагаю: помириться с Родиной и снова стать на её защиту! – предложил я как бы сказал Д. Ф. Трамп сделку.

– У тебя есть то, что надо мне, и, к сожалению, в этом мире может быть лишь один Медоед! – произнёс он, и в трубке зазвучали гудки.

– Тиммейт, эту запись отправь – Дяде Мише. И сам что скажешь по его поводу⁈

– Скажу, что у человека какая-то психопатия. То, что он говорит и утверждает, невозможно, но у него есть устройство, которое делает для него то же самое, что я делаю для тебя. Пока вы говорили, они пытались взломать твой телефон, а я пытался найти его местонахождение.

– И что, как результаты? – спросил я.

– Как в анекдоте. Рассказать?

– Бля, ну расскажи. – смирился я, всё равно ведь еду.

– Два боксера встречаются – тяжеловес и легковес. И тяж мухачу такой говорит: «Прикинь, я вчера свою с любовником застал. Ну я ему левый, правый – смотрю, он лежит!» А мухач ему и отвечает: «Такая же фигня, брат. Тоже свою застаю с любовником. Я ему сначала левой, потом правой, а потом, через пять минут, чувствую, что в целом по очкам веду».

– Ты хочешь сказать, что мы по очкам ведём? – спросил я.

– Ну да. – радостно заявил Тиммейт.

– Пока наших жён ебут? – уточнил я.

– Я не это имел в виду. Вечно ты другой смысл видишь во всём, – произнёс Тиммейт. – О, задача от Дяди Миши пришла. Говорит, спасибо за информацию, держи в курсе, пользуйся всеми ресурсами ОЗЛ, но лже-Медоеда, далее ЛМ-а, – ликвидируй.

– Как думаешь, это реальный вернувшийся? – спросил я у Тиммейта.

– Этого мы, наверное, не узнаем. Но представь себе, что фашисты под гипнозом загружают в голову человека всю информацию о тебе, а потом говорят ему: «Представь, что ты из самого херового вероятного настоящего». И всё – вот тебе враг, который думает, что это ты.

– А как же тогда твоя копия? – спросил я.

– Это вообще бред. Как человек смог притащить мою копию оттуда? Разве что написал сам код, но это значит, что тот ЛМ принял особенность Тима. Тут всё запутано. Есть предложение в этом не разбираться, а просто убить гадину.

– Поддерживаю, – кивнул я.

Я ехал, а города России мелькали мимо меня, словно я смотрел на свою жизнь в ускоренной перемотке. И он действительно объезжал МКАД, двигаясь на Владимир. Мне казалось, что эта погоня будет вечной. Банки энергетиков уже звенели друг о друга на ковриках задних сидений, как ко мне подключился по сотовому Волкодав, а через полсотни километров он подсел ко мне на трассе, остановив меня взмахом руки.

– Привет, – произнёс он, закидывая тяжёлую чёрную сумку в багажник.

– Привет, – выдал я хмуро.

– Давай, двигайся, я поведу. У меня задача – тебе содействовать, – он захлопнул багажник и открыл мне мою дверь.

– А как же Москва? – спросил я, вылезая и ступая ногами на землю.

– А что с ней будет? Там я штат укомплектовал, да и андроиды твои, которых ты натаскивал, хрен кого на автоматный выстрел подпустят.

– Ну да, в столицу – самое ценное! – выдохнул я, идя на заднее сиденье.

И, проведя небольшую уборку салона, а именно сплющив все банки и сложив их в пакет, я откинул заднее сиденье назад и, пристегнувшись ремнём, лёг. Закрыв глаза, я почувствовал, что машина тронулась. И это хорошо что Волкодав подоспел, а-то я, если честно, потерял счёт времени, сколько я за рулём без сна… Сутки? Двое?

– Смотри, я его не вижу, потому что я не ты, – начал Волкодав, – Поэтому на всех крупных развилках буду тебя будить и спрашивать, куда дальше. Если повезёт, то твой ИИ-помощник найдёт его номера раньше, и устроим им засаду.

– Принято, – выдал я, добавив. – Он во Владимир едет.

– Ну и мы за ним, – поддержал беседу Волкодав.

И я уснул, закрыв глаза. Мне всё ещё чудилась дорога – быстрая и скользкая, и в какой-то момент ослепительная вспышка света, словно от плохо настроенных фар встречного авто, разбудила меня.

* * *

– Ну и мы за ним, – улыбнувшись, проговорил Волкодав.

И я, не обратив внимания на его реплику, снова провалился в сон.

* * *

Яркий свет ударил в мои закрытые глаза, даже сквозь сон. И я снова услышал голос Волкодава.

– Ну и мы за ним.

Я вздохнув, открыв глаза окончательно, и, подавшись вперёд, произнёс:

– Мы уже дважды погибали. Скоро! На этой трассе.

Волкодав повернулся ко мне, в его глазах читалось удивление.

– Ты бы поспал. Серьёзно, – произнёс он. – А-то, вот этот звон алюминиевых колокольчиков у тебя в багажнике – это же всё не волшебство, позволяющее тебе работать вечно. За это платит нервная система.

– На трассе нас ждёт засада, – настоял я.

– Ладно, – кивнул он. – Где?

– Я не знаю где. Дай, экипируюсь. Тиммейт, время?

– Половина второго ночи, второе января 2026 года, – произнёс ИИ.

И я вышел, экипировался, взяв в руки СР-3М, а на голову надев шлем. Переднее пассажирское сиденье подвинул вперёд, Тиммейта спрятал под броню.

– Слушай, ну если хочешь – спи экипированным, – снова улыбнулся Волкодав. Для него это была лишь моя паранойя, подпитанная множественными банками сладких энергетиков.

И далее я поехал так, точно намереваясь не спать. Однако, видимо, моргнув, проснулся от грохота и того, что меня тряхнуло, а всё тело отдалось болью. Машина вылетела в кювет и, перекувыркнувшись несколько раз, осталась на боку.

– Кха… Тиммейт, время! – прохрипел я приходя в себя.

– Нашёл когда спрашивать! – выкрикнул ИИ, а сквозь этот крик я уже слышал жужжание моторов. И, открыв боковую дверь, я выглянул наружу – тут было невыносимо темно. И, выбравшись на правый борт джипа, я спрыгнул в траву, пробивающуюся из-под снега.

– Тиммейт, время! – завопил я.

– Четыре двадцать восемь! – выдал он.

– Место, где мы⁈ – продолжал я всматриваясь в жужжащую темноту.

– На…

* * *

Вспышка света откинула меня назад, к словам Волкодава: «Ну и мы за ним».

– Смотри, и внимательно слушай, сейчас пол второго. А в четыре двадцать восемь на этой трассе нас ждёт засада, – произнёс я.

– Откуда ты знаешь? Он где-то рядом? – спросил Волкодав.

И я взглянул через «Следопыта» – и нет, цель не была рядом, она удалялась с завидной скоростью.

– В четыре двадцать восемь мы уже будем мертвы, – выдал я снова.

– Твои предложения? – спросил Волкодав.

– В четыре часа восемнадцать минут останавливаемся и экипируемся. Далее едем в броне и с оружием. Разбуди меня, а я пока посплю.

– Подожди, ты точно знаешь вплоть до минуты, когда нас убьют, и так спокойно ложишься спать? – удивился мой напарник.

– А что я ещё могу сделать? Только выспаться, – пожал я плечами и, пристегнув себя ремнём безопасности и намотав на него свои руки, чтобы точно ничего не тряслось, уснул.

Четыре восемнадцать настигло меня столь же быстро, как если бы я умел перемещаться во времени. Усталость – дело такое. И мы вышли и экипировались, и на моё удивление, на Волкодаве был шлем с символами, как и на мне.

И вот, мы рванули вдаль, напряжённо ожидая встречи, тогда как цель уходила ещё дальше и не думала останавливаться.

– В четыре двадцать шесть дальний свет включи! – произнёс я, зевнув.

– Так значит, правду про тебя говорят, что ты смерть чувствуешь? – зачем-то спросил Волкодав.

– Вероятную, – поправил я его, когда он включил дальний свет.

И в этом свете впереди, на правой обочине, показался ждущий нас дрон. Завидев нас он взмыл в воздух, как Волкодав ударил по тормозам, и мы вдвоём высыпали из машины.

Эта штука спикировала сверху, не оставляя нам шанса, и серебристый Крузак вспыхнул ярким пламенем. И в тот же момент зарокотал автомат. Я скатился в кювет, потому что огонь вели спереди, оно было низкое и лежало в том же месте, откуда стартовал дрон. Оно целилось по нам двоим, но мы разделились: Волкодав спрятался за очертание горящей машины, а я откатился в сторону, по снегу и траве. Замерев и зажав спуск в сторону этой штуки, я услышал, как нечто вдруг зашипело и взорвалось.