Текст книги "Шумеры"
Автор книги: Людмила Сурская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 25 страниц)
Она ж не теряя пыл отчеканила:
– Ну что вы, мне такая экзотика не по рангу. Достаток мой такую поездку не потянет. А рылом не вышла, чтоб кто-то возил, да и не позволила б я. Опять же, чего ж далеко ходить вы только что сами сказали об моих возможностях. Я вот тут подумала, наверное, вам лучше взять другого человека с собой. У меня много дел на своей непосредственной работе. Начальник дуется за эту поездку и…
– И? – отошёл он, развернувшись от стола, опять к окну.
А она продолжала:
– У нас абсолютно отталкивающиеся характеры. Мы не сработаемся.
Он помучил ухо и сморщил нос.
– Может, я и поспешил, предложив впопыхах вам эту работу, но сейчас поздно об этом рассуждать. Ничего поменять нельзя. Поздно. И потом, как специалист вы меня устраиваете. Так, что идите и готовьтесь. Не забудьте про то, о чём я просил.
– Хорошо… Сегодня же ночью, я просмотрю всё то, что найду про достопримечательности Мальты в прессе и интернете. Я уверена, там сосредоточено достаточно уникальных культурных памятников истории человечества. Если вас, конечно, это интересует. Вот с питейными и увеселительными заведениями увольте. Тут я пас.
Он указал на дверь рукой.
– Я вас не задерживаю, мы всё обговорили. Идите, получите командировочные в бухгалтерии и поторопитесь на рабочее место. У меня больше нет времени на вас.
– Вы весьма любезны, – буркнув, она, принципиально не торопясь, покачивая красиво обтянутыми узкой тонкой юбкой бёдрами и аккуратно переставляя ноги в лодочках на тонкой шпильке пройдясь по кабинету, вышла за дверь. «Нахал, мальчишка, выскочка. Да, я не манекенщица и ноги у меня не от ушей. Всего лишь 1,60. Но, есть на что посмотреть, помять и с чего пускать пузыри. Противный тип. Как мы с ним будем общаться, загадка. Почему выйдя от него, я почувствовала странное облегчение? Его самоуверенность меня просто бесит. Так и хочется прищемить ему вздёрнутый нос».
Спустившись на этаж ниже в бухгалтерию, и получив приличные деньги на поездку, удивляясь таким щедротам, вернулась в отдел. На завистливые и любопытные разговоры не купилась. «Мир, пожалуй, так ни черта и не изменился за прошедшие века. Всё так же завидуют, любопытничают и ненавидят. Без чувства сострадания делают больно и стараются более слабого при каждом удобном случае пнуть». Подруги хихикали:
– Тебе круто Людка повезло.
Она попробовала удивиться.
– В чём это интересно?
Бойкие на язык подруги объяснили:
– В том, что ты его пришибла.
Она слабо отбивалась:
– Больше ничего придумать не могли.
– Почему смогли. Может нам поднатужиться и коллективное нападение на него организовать? – захихикали Катя с Аней.
Задержавшись на два часа после работы, значительно продвинулась с переводом статьи. На завтра оставалось совсем немного. Руслан, ждавший окончание её работы вызвался подвезти. Люда не отказалась. Спешила, не до щепетильности. К тому же, этот мягкий парень вызывал у неё симпатию. Купив в киоске журналов о Мальте, села к нему в машину. И тут же раздался звонок. Звонил Эд.
– Лю, ты где?
– Вообще-то, еду в машине.
– С кем?
Она прикрыла трубку рукой:
– Знакомый моего начальника, которому я делаю перевод статьи, подвозит.
Эд насторожился.
– Тот, который приглашал тебя на совместный просмотр спектакля?
Её шёпот почти касался трубки телефона.
– Ты поразительно догадлив, что ещё?
А ещё последовал раздражённый вопрос в лоб:
– Он тебе нравится?
– Да, – взяла и ляпнула она.
В трубке послышалось мычание.
– М-м-м…, не запирай дверь.
Тут уж она завиляла, отстаивая своё время.
– Я не могу. У меня весь вечер и часть ночи заняты. Мне нужен свет и время.
Она чуть не выронила телефон от того, как он заорал:
– Зачем? Этот тип останется у тебя?
«Вот слон!» Она прикрыла трубку рукой и прошипела:
– Нет, он не покинет машины. Просто завтра я лечу с ненормальным генеральным в командировку, и он дал задание доложить ему о Мальте и её достопримечательностях подробно. Вот я и выручила наш офисный киоск, накупив в нём журналов на треть зарплаты, а так же планирую порыться в интернете.
Казалось, он облегчённо вздохнул или даже рассмеялся, потому что объявил:
– Зашибись. Я тебе сам о ней всё расскажу.
Она позволила себе не поверить тем обещаниям. Усомниться так сказать.
– Откуда ты знаешь эту страну или прикалываешься?
Чего бы это ему… Он тут же принялся ей доказывать свою осведомлённость об острове.
– Напротив, мальтийцы очень жизнерадостны и импульсивны. И не меньше детей обожают всякого рода празднества, и непременно с шумной пальбой и разноцветными фейерверками. И там каждую субботу, чуть стемнеет, над Большой Лагуной в небо вздымаются красочные фонтаны огня и света. У тебя есть шанс увидеть всё это и даже поучаствовать. Там, я тебе скажу, умеют радоваться жизни.
Это на самом деле произвело на неё впечатление.
– Я поражена…, так может рассказывать человек побывавший там?
– Не без этого, – самодовольно хмыкнул он.
Но она сделала ещё одну попытку отделаться от него на сегодняшний вечер.
– Эд, у меня нет ужина сама я съем банан и сырок, но тебе нужен полноценный ужин, а у меня, пойми ты, нет ни сил, ни времени…
Ответ его был категоричен.
– Я всё привезу сам. Открой дверь и выключи свет.
Руслан довёз до подъезда и нехотя распрощался. Грустная растерянная улыбка не покидала его лицо. Парень, слышавший урывки разговора, явно был расстроен. Поднявшись к себе, она с ходу принялась за журналы, потом полезла в компьютер, но работу прервал Эдик. Она занятая поисками информации, прослушала, как он вошёл. И чуть не заорала от неожиданности.
– Лю, выключи аппаратуру. Ты совсем не обязана потакать бредням своего шефа. Я же обещал, значит, расскажу.
Счастье встречи вытеснило страх. Почувствовав такую мощную поддержку, она с ходу принялась жаловаться:
– Ты не представляешь, этот слюнявчик и так вёл сегодня себя со мной, как носорог. Мне очень хотелось сделать две вещи – это откусить ему нос и отказаться от этой поездки.
Он хмыкнул и это его хмыканье могло означать что угодно. Поэтому она ждала продолжения. И не зря ждала, он велел:
– Ты рассказывай, а я пойду на кухню. А вообще я тебе, Лю, вот что скажу. Жизнь становится проще и проще, если её постоянно не усложнять.
– Тогда я буду молчать, – выключив монитор, она упала на кровать. «Надо раздеться и залезть под душ. За день, чем только не провоняла», – интересно, где набраться сил, их не было.
– Ты чего? – мигом вернулся он, опускаясь рядом.
– Чертовски устала. Надо раздеться и постоять под душем.
Ему страшно это понравилось.
– Идём вместе. Я тоже с удовольствием освежусь.
– Неужели и тебя полоскал начальник, – предположила она.
Он опять неопределённо хмыкнув возразил:
– Нет. Мне попался один занятный экземпляр…
«У кого что…» Оставив в покое настроение Эда, она переключилась вдруг на другое.
– У тебя странная туалетная вода…
– Почему? – насторожился он.
Она втянула ещё раз носом и заявила:
– В ней чувствуется запах полыни.
Он тут же уточнил:
– Тебе не нравится?
«Вот уж нет» Она ринулась возражать и отстаивать.
– Наоборот все горькие запахи, вкусы я обожаю. Просто я где-то сегодня уже сталкивалась с таким ароматом, не помню, голова навыверт с этим главным боссом.
– Он обидел тебя? – пощипал Эд её вспыхнувшую щёку.
– Нет. В принципе сказал то, что видел перед глазами. А видел он почти тридцатидвухлетнюю дуру ещё пытающуюся трепыхаться крылышками.
Он прогладил ей нежно пальчиком овал лица и мягко сказал:
– Не надо так принимать всё, что касается работы к сердцу.
Люда вспыхнула:
– Это не касалось работы, это касалось меня. И потом он только другими словами повторил то, что ты сказал неделю назад. Когда два попадания в одно место, совершенно от разноплановых людей, значит, так оно и есть. Дело точно пахнет керосином.
Эд лихорадочно вспоминал, а не вспомнив всё равно кинулся оправдоваться.
– Что я такое мог ляпнуть тебе, малыш, с чего так тебя глючит. Честно говоря, и не помню уже, а ты всё дёргаешься. Мужики не придают значения словам. Это опять к тому, что не надо загонять жизнь в ларец. Идём купаться и ужинать. А потом я хочу, чтоб ты повторила то, что творилось в этой комнате прошлую ночь.
– Это мираж, – пыталась запутать она его.
Что бы там не было он не желал от него отказываться.
– Мне всё равно, но я хочу вновь ощутить на себе эти вьющиеся змеями руки и выскальзывающее из пальцев, из-за втёртых ароматизированных масел твоё прекрасное тело. Ты любила, не как женщина, а как жрица любви. И я, я был совсем другой, без своего уродства, здоровый. Я чувствовал его весь…
– Тебе просто это приснилось… – выкручивалась она.
Так он и поверил. Требовал. Теперь он верил даже в кентавров.
– Вот уж нет. Повтори.
Сдалась.
– Это невозможно повторить, нужен соответствующий настрой. Я заведу тебя в другое кино.
– Главное, чтоб такое же сладкое? – улыбаясь, прошептал на ушко он ей.
– Пойдём купаться.
– Разве я против…
Тут же уточнила:
– Раздеться придётся здесь, иначе ты ничего не найдёшь утром.
Разве он собирался возражать.
– Надо, разденемся. Давай иди впереди меня, а то ударишься, за моря поедешь с фингалом.
Люда недовольно проворчала:
– Живём как вампиры ночью. Точно, это же они боятся солнечного света. А вдруг ты вампир…
– Угадала. Сейчас выпью у тебя всю кровь, – дурачился он, щипнув её губами за шею. – Ам!
– Ай! – вскрикнула она от неожиданности, метнувшись к нему, и утонула в его бархатном голосе:
– Какая ты горячая, киска.
Тела под тёплыми струями сплетались, не желая пропускать даже скользящее по коже мыло, с постоянным упорством выскальзывающее из её рук. Забрав кусок и напустив в воду пены, Эдик взял инициативу в свои руки. А потом, завернув её в попавшуюся под руки тонкую простыню, а себе, замотав полотенце, отнёс разомлевшую женщину на постель.
– Потерпите, мадам, какая-то минута и я накрою стол.
Она ждала, наблюдая за хорошо ориентирующимся в темноте человеком. «Не хуже кота видит в темноте». Его приготовления затягивались, и она протянула в нетерпении руку…
– Не торопись, – поймал он её пальчики, – испачкаешься, я покормлю сам. Открывай рот.
– Что это? Ну очень острое блюдо.
– Итальянская кухня. Что горит? Дать запить?
– Не откажусь. Какое ароматное вино. Красное?
– Как догадалась?
– По вкусу.
– Давай сюда твои пальчики, я оближу. Не шали, сейчас отнесу поднос на кухню и я твой.
Возвращаясь в комнату, ему показалось, что наткнулся в арке на стекло. Не успев удивиться, он рискнул ещё раз и всё-таки прошёл. Но то куда он попал, уже не было комнатой. Белокаменный дворец с мощными колоннами, увенчанными витыми подпорками. Факелы на стенах, запах масел и благовоний. Огромное ложе на возвышенности у стены с мягкими шкурами и разбросанными подушками на полу. Ложе не было пустым. На нём восседала женщина с мягкими и в тоже время насторожёнными чертами лица. Её пальчики тянулись к подносу с фруктами на витых ножках столика. Обведённые чёрной краской серые глаза, отсвечивая колдовским огнём, манили из-под густых ресниц. Белое тонкое одеяние, собранное и застёгнутое золотой брошью, на одном плече оголяло стройные ноги. «Подойди», – поманила она его, тонким пальчиком, показав место около своих ног. Её длинные, чёрные волосы, схваченные на лбу золотым обручем, увенчанного, высоко поднятой головой змея, колыхнулись завораживающим облаком. Холёная рука, коснувшись его лица, блеснула перед глазами Эда браслетом по всей длине руки от локтя и до ладони. Золотая змея, обвивая хозяйку, ластилась, уложив голову, украшенную изумрудами вместо глаз, на её запястье. Он потянулся к ней и, услышав шипение, отпрянул. Из-под её волос, ног, спины, с каменного пола и подушек к нему ползли змей. Он онемел.
– Не бойся, – засмеялась хозяйка ложа, – это мои стражи и друзья. Змея мудрое существо, она, прежде чем что-то сделать думает. Первой не нападает, а жалит, тронувшего её. Пока мне хорошо и я довольна, они тебя не обидят.
Эд видел, как она гортанно крикнув, вынудила их уползти в большую корзину у изголовья. Опять засмеявшись его нерешительности, щёлкнула сама застёжкой на плече, изображающей солнце и ткань упала на бёдра, обнажив тёплую притягивающую к себе грудь. Поднявшись на ложе, что позволило одежде соскользнуть к ступням, она, перебирая по его телу тонкими пальцами, принялась ласкать что-то напевая, вертя его, как вздумается и, втирая какие-то ароматизированные масла. Он видел только мелькающую перед глазами золотую змею на руке и обволакивающим чёрным туманом серые глаза её хозяйки. «Если существовала Клеопатра, то это она, – мелькнуло в пока ещё способной мыслить голове. – И ведь ничего сверх естественного в ней нет. Баба не лучше других, а тянет, как магнитом». Дальше падал, разрывая его в клочья и соединяя вновь водопад любви и безумства. Проснулся он, на женской груди, прижимая к своим губам её обвитую золотой змеёй руку. «Значит, не видение и не сон. Браслет под его пальцами. Вот и камушки в глазницах гада. Но, как она это делает, чёрт побери? Подсыпать она ничего ему не могла он, сам всё готовил и приносил. И пока не шагнул в комнату через стекло, этого не было. Нет, это точно за чертой разума». Он, забывшись, сжал её пальчики, и через секунду всё исчезло. Перед ним в облаке чёрных волос лежала Лю. «С ума сойти, ещё минуту назад, я видел хвост уползающей змеи, а сейчас Лю белая и прохладная на мягких пуховых подушках в городской квартире». Забрав с кресла одежду заглянув под диван и во все углы в поисках спрятанных змей. Не находя и посмеиваясь, он пошёл, чтоб её не разбудить, одеваться на кухню. Выпив кофе и сжевав бутерброд, зашёл ещё раз к ней, она спала подгребя простыню под себя, оголив спину и ноги. Сдержавшись, чтоб не остаться с ней до безумного рассвета, он, пятясь, вышел в прихожую и, закрыв дверь, понёсся вниз. «Это безумие какое-то…»– стучало в голове.
15
«Слава Богу, не проспала и встала, как положено». – Носилась торопясь всё враз успеть и за все дела хватаясь, по квартире она. Это хорошо, что старый будильник не сломался при её невежливом обращении и, не захандрив, выполнил своё предназначение будить. А то распиналась тут… Люда, ещё с вечера собрав вещи в небольшой чемоданчик на колёсиках и проверив не оставила ли что из документов, поспешила на работу. Вот только обещанный Эдом рассказ о Мальте так и не прозвучал. Не до него было… Амнистии от этого индюка не дождёшься. «Мне каюк!» А так в принципе справилась со всем. Успела и статью перевести Руслану и начальнику докладную записку подготовить. Генеральный, прислал за ней и её вещами водителя служебной машины. Получается той, что должна везти их в аэропорт. Она не возражала. «Пусть поусердствует, ещё натаскаюсь». В машине больше пятнадцати минут ждать босса не пришлось. Поздоровавшись и извинившись, плюхнулся рядом, заставив её подвинуться. «Обормот. – Хотелось крикнуть ей, – больно нужно тут твоё соседство». Но она, промолчав, оставила своё мнение при себе, но неудовольствие всё же продемонстрировала – скривившись, отвернулась. После долгой дороги, толчеи и хождений в аэропорту, а потом разглядывания друг друга в накопителе, наконец, загрузились в самолёт. Люда пыталась попасть рядом с летевшими с ними вместе юристом или директором внешнеэкономической деятельности, но генеральный, подтолкнул её к себе в соседи. «Жираф с глазами, сейчас начнёт зудеть с Мальтой, а я ни в зуб ногой. Придётся сделать умный вид и не теряться».
– Садитесь, не дёргайтесь, я не кусаюсь.
– Я догадываюсь. Просто не хотела вас раздражать, – осторожно заметила она.
– Вы где любите летать, – перевёл разговор босс в безопасное русло с милой улыбкой. Явно намекая на окно.
«Ах, какая улыбка! Только я знаю ей цену и ни за какие коврижки не куплюсь». – Поджала губки Люда.
– Не знаю, мне на самолёте путешествовать не приходилось. – Натянуто вежливо пробует отказаться она. «Больно надо! Трись потом, если приспичит коленями об него». Но её впихивают и, присаживаясь рядом, отрезают путь к отступлению.
– Так-таки и не летали не разу? – не поверил он, прикрывая свои смеющиеся глаза.
«Летала, но под крылом ангела», – хотелось буркнуть ей и отвернуться, но она воспользовалась только последним хотением. Молчком отвернулась от неприятного собеседника и его наглых, читающих её мысли глаз. «Кажется, как будто он знает обо мне больше, чем бы мне хотелось. К тому же насмехается и злит нарочно».
– Обиделись, а напрасно. Ну, что вы там вычитали о Мальте. Давайте выкладывайте, нам никто не мешает обогащаться знаниями.
«Вот, началась пытка…»– оборвалось сердце. Испытав неприятные минуты и переборов мелких страх, она вынуждена была повернуться к нему.
– Если вас интересует Мальта, как туриста, то там отличное географическое положение, превосходная погода, тёплый климат, солнце, чистое море, богатая история, что ещё забыла? Ах, да отсутствие проблем с визами.
– Всё?
– Для туриста да. Но, если вы хотите узнать об истории, а она на Мальте окружает всюду, тогда другой разговор. Рассказывать или как?
– Хотелось бы хоть что-то услышать кроме общих фраз, – встретив её выпад иронией, чем ещё больше раздразнил её, заявил он.
Глядя мимо него, так легче общаться с неприятным типом, она смело начала:
– Название её главного острова произошло от финикийского «malet»– убежище. Это вполне понятно, учитывая, что побережье сплошь состоит из гаваней. По этой земле ходил апостол Павел. Корабль на котором он плыл потерпел у этих берегов крушение. Его молитвами освещен небольшой грот, вырубленный в камне. Тот самый, где молился он. Над ним сейчас высится собор Святого Павла, что стоит на центральной площади.
Она говорила и сама себе не верила. Скучно. Значит не интересно, но что делать, кто бы сказал. Ангел, как нарочно не желал ей помогать.
– Так интересно, что я чуть не уснул, – скривился он.
«Ага!» – возликовала она. Ей хватило его промаха, чтоб ухватиться за это.
– Тогда может мне закрыть рот и не мешать вам отдыхать? – выпалила она.
Он не открывая глаз, объявил:
– Рассказывайте.
«Боже, какой зануда», но куда ж деваться, продолжила:
– Природа не щедра к этому острову. Каменистая земля, где совершенно нет полезных ископаемых. Да и плодородных земель тоже.
– Чем же они жили? – оживился он.
– Брали пошлину с проплывавших судов землёй, привозимой с материка.
– Клёво!
– На острове нет рек и даже запасы грунтовых вод ничтожны.
Он тут же всунул ей вопрос:
– Какой же дурак туда залез?
– Защищающий мир от вторжения турок германский император предложил в качестве новой резиденции эти острова. Вот в шестнадцатом веке на остров и пришли рыцари-госпитальеры Ордена Святого Иоанна или рыцари-иоанниты. Они получили эти земли в дар от короля Карла пятого, украсили дворцами и построили шедевр фортификационного искусства – город столицу Валетту. Люди они были, сами понимаете, решительные, а турки держали в страхе всю Европу. Так что выбора не было. Поселившись здесь и постепенно превратив остров в свой дом, где царило суровое благородство. Соорудили оборонительные укрепления, провели водопровод, научили население ремёслам…
Он дослушал, но опять поддел:
– А без рыцарей, реальным, чем обрадуете?
– Да запросто, – рассердилась она. – Например, здесь запрещены разводы и аборты.
– Гм-м. А поэтичнее что-нибудь вы там не нашли?
– Пожалуйста. Я знаю, что вам подойдёт. По преданию гомеровский герой Одиссей томился тут в плену у нимфы Калипсо. Это, если не понятно, прародительница женщин соблазнительниц.
– Нимфа-соблазнительница, это неплохо. Что ещё?
– Значит, у вас появился шанс перещеголять Одиссея. Дерзайте. Она поди ещё обитает в этих местах.
Он прикрыл глаза и прошипел:
– Я подумаю. Дальше.
«Дальше?» да пожалуйста. Будет вам дальше.
– Здесь жило племя гигантов… – Она заметила, как он поморщился и, сощурив глаза выдала. – «Сыны неба» выводя «людей», экспериментировали. Гномы, гиганты, кентавры… Полученное во время эксперимента, племя гигантов поместили на остров. Они моря переходили в брод. Доказательства вы найдёте в храме Аджар и возле Голубого грота – пройдя под дверными косяками из камня весом в несколько тонн или наблюдая каменные колоссы Джагантии на острове Гозо. Титаны не миф, это плод труда экспериментальной лаборатории на одной из баз «сынов неба». Я думаю и название острова связано не с гаванями или пиратами, а с великанами. Именно для них и их создателей остров был убежищем. Я слышала об этом от шумеров. Не смотрите на меня так. По заключению археологов, таинственные мегалиты старше египетских пирамид на несколько тысяч лет.
– Это что-то из раздела «Очевидное не вероятное»?
– Это совсем из другого журнала, – буркнула она.
– Шумеры, шумеры, это что-то знакомое…,– напрягся он.
Она получила полное право огрызнуться или съязвить.
– Учебник истории надо лучше читать.
– Вы рассеянная дама. Надо было сразу напомнить про учебник. Вспомнил. Древняя цивилизация, прародительница библии, права и медицины.
Она была удивлена и оно вылилось:
– Потрясающе, – воскликнула она.
– Напомните мне о них… – велел он.
Она не вредничая принялась рассказывать.
– Ну, ладно. Слушайте. Шумеры не питали никаких утешительных иллюзий относительно предназначения человека и его судьбы. Они, конечно, стремились к спокойной, безбедной жизни. Мечтали избавиться от страха, нужды и войн, – к чему, кстати, человечество стремится и сегодня. Но шумеры никогда не связывали чаяния и надежды своего земного тела с будущим. Наоборот, все, о чем они мечтали, обращено и отнесено в далёкое прошлое. Так бывает у людей больше потерявших, нежели имеющих и знающих то, что не доступно земам и умеющих поднимать занавес будущего. Тело земной продукт. Их чаяния, заметьте, только о душе…
Он грубо оборвал:
– Рассказчик из вас скучный и никудышный.
Она не вставая отвесила ему поклон.
– Я польщена. Наконец-то за ненадобностью умолкаю.
– Продолжаем…
– Да – это я рано обрадовалась. – Она поправила сползший рукав, смахнула нависшую прядку и смело пошла дальше:– Мальтийский орден, это вам интересно?
Он приоткрыл глаза и побарабанил пальцами по подлокотнику.
– Мальтийские рыцари? Послушаем про них.
«Да ради Бога!»
– Орден святого Иоанна Иерусалимского, – католический военно-монашеский орден, основанный в Палестине в двенадцатом веке и получивший во владение остров Мальту. Рыцари ордена должны были соблюдать обет целомудрия и «царствовать» в одиночку. В 1797 году Павел I по просьбе Священного совета ордена принял звание покровителя Мальтийского ордена, а после захвата Мальты французскими войсками избран Великим Магистром. Перед турецкой осадой острова в 1565 года, сокровища ордена были разделены на восемь частей и доставленные в одно место, но разными путями, надёжно спрятаны. Правда, дошло только семь частей. Одна затерялась.
Его бровь взлетела вверх.
– Это что из области сказки?
– Можете считать и так. Но дворец Великого Магистра с гравюрами Дюрера вы посмотреть можете хоть завтра. Правда, если хотите поострее ощущений, то прямая дорога пойти в музей инквизиций. Вам понравится и подойдёт. В пытках им не было равных. Жутко представить себе, как тут изнывали заключённые, ожидая смерти как спасения… А снаружи всё выглядит мирно и безобидно. Крепостное сооружение, опоясанное глубоким рвом, в котором растут апельсины.
– Апельсины?
– Чем не угодили вам они? – не удержалась от колючек она.
Он среагировал моментом:
– Долго чистятся. А что вы собственно дёргаетесь?
– Кто я? – опешила она.
А он уже, перехватив инициативу, шёл в атаку.
– Чем, собственно, я вас так раздражаю?
Теперь она опешила.
– Это, по-моему, я вам неприятна… Двадцатилетний барьер давно перевалила, а ноги до ушей не дотягивают.
– Кажется, мы запутались… Какое вы хотите вино попробовать? – наклонился он к ней при появлении стюардессы.
– Никакого. Ещё не хватало, разморит в такой жаре.
– Ну, ну. Море любите?
Это – то ему зачем?
– С детства ненавижу. А что?
– Да ничего. Просто так спросил. Надо же о чём-то нейтральном с вами говорить. Так чем оно вам не угодило? – прищурился он, стараясь поддеть её.
– Долгое время не понимала, зачем так много воды налито в одном месте. – Тихо сказала она, совсем не обращая внимания на его сарказм. – Воды бесполезной, которую нельзя даже пить и после которой саднит тело, если не помыться. Всё пыталась дознаться какой такой сосуд, огромный, удерживает её в своих загадочных краях. Такую страшную, бурлящую, с волнами с огромный дом, готовую забрать держащие её скалы с собой и сделав разлом в чаше уйти, и ведь уходила…
– Да вы с детства инопланетянкой были, – с неприкрытой язвой ввернул он.
– Извините…,– спохватилась она, что увлёкшись сболтнула лишнее.
Он тут же изобразил участие:
– Вы, вообще-то, как себя чувствуете?
– В чём дело? – насторожилась она.
– Шумеры, сбежавшие моря…,– кошачьи глаза смеялись.
– Нормально. В следующий раз, я откушу себе язык… – Ругая себя за неосторожность, на чём стоит свет, она откинулась назад и закрыла глаза… «Так быстрее отстанет. Надо было раньше сообразить. Вот достанется кому-то такое нудное сокровище».
Она была зла и не видела, как он, отпивая маленькими глотками вино из бокала, улыбался, посматривая на неё.
