355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Людмила Горобенко » Ведьма по назначению (СИ) » Текст книги (страница 4)
Ведьма по назначению (СИ)
  • Текст добавлен: 10 октября 2020, 13:30

Текст книги "Ведьма по назначению (СИ)"


Автор книги: Людмила Горобенко



сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 19 страниц)

"Всем ведьмовским и магическим ковенам, а также отдельным их членам, оказывать подателю сего всестороннюю помощь, в какой бы форме она не понадобилась. Разъяснений не требовать. Подчиняться беспрекословно. За отказ – отлучение от ковена и стирание всех магических способностей.

Верховные магическая и ведьмовская Коллегии".

Прочтя документ, Тэя только кивнула и бросила взгляд на молодого мага, но увидеть его реакцию ей не удалось. Лицо воина было невозмутимым и отрешенным. Он спокойно пил медовый отвар, поза была расслабленной, словно его вовсе не касались дела старого магистра.

– Завтра ты поедешь с нами в Мертвый город, – проскрипел архимаг. – Нам понадобятся твои особые способности.

– Это какие же? – удивилась Тэя.

– Там все поймешь, – загадочно ответил старик и поднялся из-за стола. – Спать мы будем под навесом во дворе, так что не беспокойся. Выезжаем на рассвете. Будь готова.

***

Над болотом повисло тусклое серое марево. Его рваный саван низко стелился над травой, медленно колыхаясь, цеплялся за кочки, повисал неопрятными прядями на тощих сосенках.

Архимаг и его спутники ехали по древней заброшенной гати, зыбкой и непрочной, уже почти не различимой в болотной жиже.

Молодой воин скинул широкий и теплый плащ-епанчу – становилось жарко.

Тэя с интересом рассматривала его лицо: мужественное и в то же время очень пластичное. Широкие брови, волевой подбородок, тонкий прямой нос… и неожиданно мягкие, чуть-чуть полноватые и чувственные губы. Карие глаза с усмешкой встретили взгляд юной ведуньи, а она невольно смутилась, хотя была далеко не робкого десятка и могла постоять за себя, отбрив любого наглеца едкой шуткой.

В дальнейшем Тэя наблюдала за воином лишь когда он не мог этого заметить. Высокий и стройный, сильный и гибкий, как все представители лесных народов, в нем угадывалась внутренняя сила и твердая уверенность в себе. С таким не страшно встретить врага. Он никогда не предаст и не бросит на произвол судьбы. И все же… в нем чувствовалась какая-то загадка… тайна, которую непременно хочется разгадать…

Ехали весь день, сделав лишь небольшой привал для перекуса на небольшом островке с кривыми сосенками и густой болотной травой. Никто не нарушал молчания. Вечер подступал со всех сторон, таясь, как хищник, за кустами и хилыми стволами деревьев, выползая из-за мокрых кочек темными тенями болотных духов.

Молодой воин ехал хмурясь и все чаще напряженно поглядывал по сторонам. Старый же ведун не обращал внимания на изломанные сросшиеся ветви сосен с квелыми бурыми иглами, затянутыми густой паутиной, на их покрытые серо-ржавым налетом стволы. На тревожное безмолвие, не нарушаемое ни щебетом птиц, ни осторожным шагом зверья.

Он прочно сидел в седле, низко опустив голову, и спокойно покачивался на спине своей старой лошади, словно его вовсе и не беспокоила напряженная тишина.

Но его ученик был родом из Лесного народа, он сердцем чуял боль хворого леса. Юдвана тяготил вид чахлых больных деревьев, неприятный запах затхлой застоявшейся воды болота. В висках воина гулко стучала кровь: опасность! Он чувствовал ее всем своим существом. В немом покачивании осоки, в тягучих плавных движениях тумана, в тусклом мраке надвигающегося вечера.

Ведьма, впрочем, тоже не проявляла особых признаков беспокойства, а ведь это были ее угодья. И воин старался заглушить тревогу, подчиняясь спокойствию и невозмутимости своих спутников.

Внезапно старый маг очнулся, повернулся к юноше с девушкой и указал на выступающий из туманной мути темный силуэт небольшого островка.

– Заночуем там.

Сказал и снова погрузился в глубокую задумчивость.

Юдван давно привык к такому общению. Учитель всегда был резок и немногословен. Тэя же словно и не заметила ничего особенного, только слегка подбодрила свою гнедую лошадь, направляя ее к острову.

Как только выбрались на сухое место, Юдван тут же принялся разводить костер, собрав по острову хворост. Маг обошел стоянку по кругу, и наложил охранное заклятие. Ведунья отлучилась куда-то ненадолго, а вернулась с целым лукошком грибов и туеском с лесной малиной.

Поужинали умело приготовленными девушкой грибами с корнями рогоза, запеченного в углях. Спать легли вокруг костра, и Юдван долго смотрел на быстро заснувшую Тэю. Ее лицо освещалось пламенем, и его изменчивые блики изменяли облик ведуньи причудливой игрой, делая ее то задумчивой, то равнодушной, то спокойной, то трогательно-беззащитной.

Постепенно и Юдван погрузился в сон, но посреди ночи его разбудило неприятное ощущение чьего-то присутствия. Маг мгновенно открыл глаза, приподнялся на своей лежанке и замер от неожиданности: прямо перед защитным контуром на корточках сидел странный человек. Он был чудовищно безобразен, словно вышедший из горячечного кошмара мертвец. Лишенная волос голова, неестественно вытянутой формы, искаженные черты лица, пустые глазницы. На бескровных губах застыла напряженная и жуткая улыбка. Ночной визитер был неподвижен, как каменное изваяние. Он, не отрываясь, смотрел прямо на сидевшую пред ним Тэю черными провалами глазниц.

Юдван было дернулся к девушке, но его словно сковала чужая воля. Несколько минут прошло в немом противостоянии ведуньи и чудовища. Юдван не шевелился и не сводил с них глаз.

Юная ведьма не отводила взгляда. Жуткий гость тоже не сдавался. Но вот что-то незримо изменилось, и странный пришелец, словно призрак, медленно растворился в ночном мраке. Юдван облегченно выдохнул. Он только теперь понял, как сильно испугался за Тэю.

– Глупец, – вдруг раздраженно проскрипел учитель. – Она хозяйка этих мест. Никто не причинит ей зла. А тебе нужно было подойти и спросить, зачем приходил хозяин Мертвого города. Он не является без причины.

– Я не хотел им мешать, – попытался оправдаться Юдван.

– Почему-то я так и подумал, – саркастично усмехнулся старик и развернулся на другой бок. – Спи. Больше нас никто не потревожит.

– Хозяин дал разрешение на ваше пребывание в его городе, – как ни в чем не бывало проговорила Тэя, снова укладываясь на свое место, словно и не слышала тихий разговор мужчин. – Но, боюсь, это будет единственный раз.

Маг, его ученик и их невозмутимая спутница покинули остров сразу же после нехитрого завтрака. Полусгнившая гать, как только въехали в лес, сменилась почти исчезнувшей лесной дорогой. Ведунья вела магов в самое сердце безбрежного леса, ни разу не поинтересовавшись о конечной цели их путешествия.

Утро выдалось солнечным и ярким. Сквозь истончившийся туман проглядывал близкий лес. И сегодня он не был необитаем. Он оказался полон жизни. В кронах вековых деревьев верещали птицы. Где-то в глубине слышался рев голодного тигра. Ему вторил глухой треск сучьев под напором кабанов, спешивших на кормежку.

Все это Юдван слышал своим чутким охотничьим слухом, который нельзя было утратить ни при каких обстоятельствах. Он был рожден Лесным человеком… Охотником. Вдобавок к острому слуху, у него было отменное зрение, позволяющее видеть ночью ничуть не хуже, чем днем. К тому же он обладал превосходным нюхом, под стать звериному.

Эти особенности передались ему от прародителя-зверя. Его род происходил от духа-тотема могучего пещерного медведя.

Деревня его народа стояла среди глухой горной долины, дорогу в которую знали очень немногие. Но двадцать лет назад в их дом пришел маг. Юдвану тогда исполнилось всего пять лет. Старик явился поздним вечером и, предъявив родителям ритуальный знак Ордена магов, заявил, что забирает мальчика в ученики. Ранним утром следующего дня Юдван навсегда покинул родную долину.

С тех пор они и не расставались. Всегда вместе – магистр и его ученик.

Но сегодня ему предстоит начать собственный путь. И каким он будет, зависит только от него самого. Юдван тяжело вздохнул. Ему уже двадцать пять – возраст, когда ученик предстает перед коллегией магов и выбирает свой дальнейший путь. У юноши на этот счет никогда не было никаких сомнений – он выбрал дорогу учителя. После этого первого самостоятельного задания он примет обет безбрачия, станет независимым Охотником – магом Света, чтобы всю дальнейшую жизнь сражаться с силами Тьмы.

Юдван глубоко погрузился в невеселые тягучие думы. Сумрачно и неспокойно было на его душе. А примерно через час он не выдержал и обратился к Тэе:

– Почему ты, хозяйка этих мест, не проявила ни капли тревоги по поводу вчерашнего состояния болота и окружающего его леса? Я не понимаю: неужели тебя не тронуло то, что творится вокруг нас?! Эти безжизненные…

Тэя обернулась к Юдвану и улыбнулась:

– Это территории Хозяина Мертвого города. Они никогда полностью не оправятся от войны, которая случилась тут много веков назад. Хозяин не слишком доволен нашим вторжением. Меня он еще готов терпеть, но волхвы… когда-то именно они лишили его магической силы, разрушили город и древние святилища. После этого он вынужден жить неприкаянным духом и стражем этих мест. Так что, я думаю, такой лес будет сопровождать нас до конца путешествия…

Тэя пожала плечами и отвернулась. Юдван раздраженно насупился и больше не проронил ни слова. После нескольких минут молчания Тэя вдруг тихо добавила:

– Я тебя понимаю, Юдван. Но это всего лишь морок. Так Хозяин выражает свой протест против вашего присутствия. Другого ему не дано. Но как только мы уберемся восвояси, в лесу станет намного лучше.

К полудню среди каменных россыпей и перемежающихся с ними болот древняя дорога стала угадываться лучше. Но к мертвому городу Амуроду, видимо, уже давно никто не ходил, и колючие заросли дикой ежевики, огромные папоротники, буреломы все еще хорошо ее маскировали. Изредка по сторонам старинного пути стали попадаться вырезанные лики страшных существ, выглядывающих из-за замшелых стволов деревьев. Это были идолы древних богов давно исчезнувшего с лика земли народа. Уродливые, с раскрытыми в немом крике ртами и с жуткими выпученными глазами.

Старый маг мерно покачивался на спине спокойной серой лошадки, его голова низко склонилась к впалой груди. Казалось, старик заснул, укачавшись неспешным конским шагом.

Вдруг конь под его учеником вздрогнул и нервно мотнул головой. Фыркнул настороженно и заплясал на месте.

Магистр встрепенулся, затряс посохом, на котором громко зазвякали колокольчики.

– А вот и духи Амурода пожаловали, – проговорил он, не оборачиваясь. – Сердятся. Мы нарушаем их сон. Теперь уже близко.

Через полчаса путешественники выехали на невысокую и лысую каменистую гряду, с которой открывался вид на заброшенное городище.

Посреди небольшой долины, лежавшей прямо перед ними, высилась длинная, выгнутая горбом гора. Она была сжата со всех сторон бескрайним болотом и топорщилась могучими деревьями. Но все они были мертвы. Лес-покойник. Как и город, прятавшийся меж его сухих, голых, без коры и листьев деревьев-великанов.

Расплывшиеся от дождей и времени валы городища заросли дремучей малиной и ежевикой. Сквозь их плети то там, то тут проглядывали кривые четырехгранные зубья каменного частокола. Внутри ограды торчали голые стволы чахлых берез и осин, выросших когда-то по краям обвалившихся строений, из которых еще торчали скользкие и замшелые каменные опоры. Полное запустение и мертвая тишина. Не слышно птиц, не свистит ветер в голых мертвых ветвях. Казалось, – здесь умерло само время.

И только в самом сердце безжизненного города зеленели могучие дубы. Они стояли небольшой рощицей в центре давно покинутого людьми Амурода.

"В роще и находится древнее капище и портал", – понял ученик мага.

Даже с такого расстояния он чувствовал враждебность и зло, исходящее от святилища. Юдван невольно поежился от охватившего его озноба – это место было дурным. Здесь чувствовалась старовременная чужинская Сила.

В полном молчании спустились с гряды. Вдоль единственной полузаросшей дороги, ведущей с хребтины к селищу, торчали из земли замшелые идолы-хранители. Проехали первый ряд каменной городской изгороди, клонившейся то в одну сторону, то в другую. За ней обнаружился обвалившийся ров. Трава чахлым ковром тянулась вверх по его некогда крутым, а теперь обрушившимся пологим склонам, но ее заглушал мох и прелая хвоя. Скелеты мертвых деревьев ощетинились навстречу пришельцам кривыми ветвями, словно застывшие в межвременье стражи.

Миновав полуразвалившиеся ворота со столбами-идолами, чей враждебный и замороженный взгляд следил за каждым движением нарушителей спокойствия, старый магистр и его спутники въехали в городище. Колдун повел коня прямо к заповедной роще.

Вокруг капища стояли другие стражи – зверолицые, рогатые, птицеголовые, с пучеглазыми человечьими личинами… оскаленные в немом крике… жуткие.

В священную рощу вошли пешком. Осторожно, ощупывая взглядами каждый кустик и заросший пожухлой травой валун. Духи-хранители, проявившись, шипели и огрызались, но под ярким широким лучом, исходящим от посоха архимага, нехотя отползали в стороны. А как только странники вошли в магический круг, обозначенный обтесанными круглыми и замшелыми камнями, тут же исчезли. Посреди капища стоял огромный потускневший от времени алтарь из черного с золотыми прожилками гранита. На нем не было ничьего лика, только странные письмена, почти затерявшиеся в черно-зеленом мхе. Застывшее в веках творение чьих-то рук, древнее послание из стародавних времен.

В десяти шагах от алтаря, на огромном плоском валуне, Юдван разглядел большой выложенный гранитными плитами круг, разделенный на несколько треугольников. В центре схождения треугольников располагался четырехугольный гранитный камень с выемкой посередине. По бокам выемки какими-то непонятными знаками были обозначены контуры человеческих ладоней.

– Достань амулет, который тебе оставила Бьянна, – обратился к ведунье старик.

Тэя потянула за серебряную цепочку и вынула из-за расшитого ворота сорочки небольшой странной формы медальон.

– Встань в круг, – продолжил приказывать маг.

Тэя подчинилась, сама с любопытством ожидая, что же произойдет дальше.

– Теперь положи ключ в выемку центрального камня.

Тэя выполнила указание.

– Расположи руки по обе его стороны и замри.

Тэя сделала так, как сказал маг. Несколько минут ничего не происходило, и она уже подумала, что из этой затеи ничего не выйдет, как вдруг медальон начал быстро накаляться и изменять свою форму. От рук Тэи к нему протянулись яркие сияющие лучи, и руки девушки начали просвечиваться, как это бывает, если смотреть на них при слишком ярком свете.

Еще через минуту земля в круге из гранита начала таять и заполняться серым туманом. Он потек, словно разлитое молоко, и вдруг встал стеной с одной стороны круга.

– Иди, – проговорил старый маг ученику. – И да пребудет с тобой сила Света.

Юдван шагнул в туман и вдруг обернулся. Тэя на мгновение оторвала взгляд от своих рук, и их глаза встретились. Печальная улыбка и мягкая глубина его глаз – последнее, что она увидела. Потом Юдван сделал шаг назад и растворился в мутном мареве портала.

– Разрывай контакт! Закрой портал!

Резкие слова мага вернули Тэю в действительность. Она поспешно оторвала руки от камня и вынула амулет из его выемки.

– Замечательно! – довольно воскликнул старик. – Ты смогла! Просто замечательно! Значит, все оказалось именно так, как мы и предполагали.

– О чем это вы?

– Это не важно, девочка, – тут же отмахнулся маг. – Важно, что ты оказалась достойной преемницей своей… хм, да. Теперь давай-ка подумаем, как нам все это упростить. Таскаться сюда каждый раз чересчур хлопотно… и опасно… К тому же все равно никто кроме тебя не сможет этого повторить… так что… попробуем сделать так, как предлагал Броньслав.

– Броньслав? Верховный архимаг коллегии?

– Да-да, он самый!

Старый маг нетерпеливо кружил вокруг портала и возбужденно потирал руки, восхищенно посматривая на Тэю. Было видно, что он что-то задумал, но не знал, как приступить к делу.

– Прежде всего, я хочу знать, что здесь только что произошло, – решительно заявила Тэя – Я понимаю, что активировала портал. Догадываюсь, что раньше это делала Бьянна. Но почему она не использовала его все время? Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять: Бьянна не хотела открывать портал по первому же требованию вашей коллегии.

Куда ведет этот портал? И как Юдван вернется обратно?

– В том-то все и дело: портал должна открыть ты сама. У Юдвана есть артефакт, подобный твоему, но он может лишь послать сигнал. Ты же, получив его, должна будешь открыть проход. К сожалению, все завязано на тебе.

– Допустим. Но почему Бьянна не сотрудничала с вами?

Старик замялся на мгновение, но потом кивнул, словно решился и ответил:

– Возможно, коллеги осудят меня за эти слова, но я выполню последнюю просьбу Бьянны. Когда-то она ушла из своего мира и не хотела, чтобы ее нашли. Она затерялась в пространстве и времени. Мы до сих пор не знаем, кем она была на самом деле. Передавая сигнальный артефакт нашей коллегии, она поставила единственное условие: ты должна сама решить, что делать с ключом. Это не простой портал, Тэя, это переход в иные миры.

– А раньше вы использовали переход? Бывали в других мирах?

– Лишь дважды. Бьянна показала мне и еще двоим моим коллегам, как действуют артефакты. Должен признать – это ошеломляюще. Но Бьянна предупредила: все не так радужно, как может показаться на первый взгляд. Если не поставить защиту, из портала может выползти такое, что уничтожит весь наш мир. Поэтому ключ есть только у тебя, и поэтому, собственно, ты и стала ее преемницей – у тебя схожая с ней Сила. И ты чувствуешь Свет и Тьму. Ты – чувствующая.

– Потрясающе! – с негодованием воскликнула Тэя. – Маги решили повесить на меня огромную ответственность, а сами хотят использовать мой дар в качестве проводника в другие миры. И еще неизвестно, чем все это кончится! Откуда я знаю, чем вы планируете там заниматься? Так что это уже двойная ответственность! Нет уж – увольте.

Тэя решительно повесила медальон на шею и спрятала его за воротом. Потом вскочила на лошадь и молча тронулась в обратный путь. Старик же не проронил больше ни слова и, опершись на посох, остался стоять, где стоял.

Тэя отъехала на несколько шагов и обернулась:

– Вы остаетесь, магистр? Все доброго.

– Как ты собираешься возвращать Юдвана? – совершенно невозмутимо и не повышая голоса, поинтересовался маг. – Повторяю: из дому ты не услышишь его зова.

Тэя раздраженно натянула поводья, заставив лошадь заплясать на месте. Старик прав: она действительно может не услышать зова воина, а сидеть возле портала неизвестно сколько, у нее не было ни времени, ни желания.

– Ну, хорошо, – сдалась, наконец, ведунья. – Что предлагал сделать Броньслав?

– Этот портал единственный. Он сделан самой Бьянной и запрограммирован только на вашу с ней ауру. Попытайся перенести портал поближе к своему дому. Подумай и выбери такое место, куда тебе было бы легко добраться за несколько минут, но при этом, чтобы оно не бросалось в глаза каждому встречному-поперечному.

– И как это сделать?

– Не знаю – откровенно признался маг. – Попробуй придумать что-нибудь. Как ты сама переносишься? Возможно, сможешь и портал перенести.

– Я никогда еще никого и ничего не переносила, – призналась Тэя.

– Вот и попробуй. Когда-то все бывает в первый раз…

Тэя спрыгнула с лошади и медленно обошла вокруг плоского валуна. Потом достала медальон, снова уложила его в выемку центрального камня портала. Вышла за круг. Постояла в раздумьях несколько минут. Потянув за черный шнурок, вытащила целую связку амулетов. Отыскав среди них нужный, сняла. Уложила на ладони и произнесла заклинание увеличения. Острый изогнутый зуб какого-то животного стал увеличиваться на глазах, принимая размеры большого кинжала. Подождав окончания действия заклинания, Тэя принялась вычерчивать зубом на валуне равносторонний треугольник поверх круга.

– Заведите лошадей внутрь, магистр, – попросила ведунья, заканчивая проверку своей работы.

Старик беспрекословно подчинился и встал у центрального камня, держа в поводу коней. Он ни на секунду не оторвался от наблюдения за ведуньей, внимательно отслеживая каждое ее действие.

Ведунья еще раз обошла вокруг портала, встала рядом с центральным камнем и сложила пальцы рук в какой-то незнакомый знак. Замерла… и вдруг резко выдохнула…

Земля под ногами мелко задрожала… и на этом все кончилось.

Сияло солнце. В лесу пели птицы. Небольшая полянка, окруженная деревьями и густым кустарником, казалась самым безмятежным и спокойным местом во всем мире. Но посреди поляны темным неуместным здесь пятном высилась плита огромного плоского валуна, на котором был нацарапан треугольник с вписанным в него кругом из гранитных камней. В центре круга стояли люди с лошадьми. На лицах людей было написано неподдельное изумление. Как будто они и сами не верили в положительный результат своего эксперимента.

– Как ты это сделала?

– Не знаю… оно как-то само… словно я когда-то умела, но забыла… а потом вспомнила…

Тэя вывела лошадь и направилась к деревьям и кустам, между которых скоро стала заметна тоненькая ниточка тропинки. Всего несколько шагов, и за высокими густыми, как казалось со стороны, непролазными зарослями ольшаника открылось подворье ведуньи.

– Я поживу у тебя несколько дней? Хочу дождаться возвращения Юдвана.

Тэя только пожала плечами.

***

Ждать воина пришлось две недели. Однажды перебирая травы для сушки, Тэя почувствовала острую необходимость вернуться к порталу. Ее словно тянуло туда с все возрастающей силой. Тревога, волнение, непонятная тяга. Сердце защемило тоской.

Тэя тут же все бросила и, окликнув дремавшего в тенечке мага, бросилась к полянке.

Прибежала, запыхавшись, и трясущимися руками достала медальон. Положила его в выемку, расположила руки по обе стороны углубления и замерла. Артефакт тут же откликнулся, засветился, накаляясь. Серый туман потек, вставая крутой волной, и застыл с одной стороны, как стена.

Сначала ничего не происходило. Тэя замерла в ожидании. Сердце неслось бешеными скачками. Вдруг с Юдваном что-то случилось? Вдруг он погиб в неизвестном мире, о котором она даже представления не имела. Она и только она одна будет виновата в его гибели. Не нужно было соглашаться… Ну почему, почему она сначала не расспросила о том, что от нее хотят маги?

Тэя закрыла глаза и поклялась, что больше никогда… ни за какие посулы…

Теплая ладонь коснулась ее руки. Тэя медленно открыла глаза. Юдван стоял перед ней и смотрел с теплой улыбкой.

О боже… как он постарел! Густая борода… поседевшие волосы… но глаза… глаза по-прежнему были молодыми, только теперь они не светились былой удалью и любопытством. В них читалась мудрость…

– Здравствуй, ведунья…

Магистр добрался, наконец, до портала и смотрел на ученика ошеломленными обалдевшими глазами.

– Всего две недели, – прохрипел он, задыхаясь от бега. – А сколько же времени прошло в том мире?

– Сорок, учитель…

– Пойдем, Юдван… ты должен мне все рассказать… я должен знать…

Магистр заспешил обратно. За ним двинулся Юдван. Тэя замешкалась, закрывая портал. Она шла позади мужчин и едва сдерживала слезы. Юдван вернулся в свой мир практически стариком. Что он пережил в чужом мире? С чем ему пришлось столкнуться? Оправдан ли был такой риск?

Тэя подняла глаза на воина, идущего перед ней, и невольно вздрогнула: его волосы потемнели и стали короче. Плечи раздались в молодом развороте. Талия сузилась. Неистребимая сноровка и врожденная грация Лесного народа снова чувствовалась в каждом его движении. Тэя даже остановилась от изумления. С плиты портала сошел опытный, переживший немало трудностей мужчина, теперь же перед ней шел воин-маг. Молодой, сильный и ловкий, как и две недели назад.

– Юдван, – тихо позвала она воина.

Он обернулся и посмотрел на нее чистыми светящимися юностью глазами.

– Что?

– Я… скучала…

Тэя и сама не поняла, как решилась произнести эти слова.

– Я тоже.

Маг взял ее за руку. Дальше они пошли вместе.

Страшное сватовство

Самовар фыркал и пыхтел, словно столетний дед. Тэя, ловко управляясь с двумя сковородами сразу, пекла блины. Рыж, по своему обыкновению, лежал на печи и, лениво прикрыв глаза, следил за стайкой воробьев, дерущихся в траве из-за корки хлеба, которую им бросила ведунья.

– Прям жалко на девочку смотреть, – прошипел он, оборачиваясь к сидящему на жердочке ворону.

– А что ты хотел – молодость, оно того … этого … тож, понимать надо …

Ворон задумчиво наклонил голову набок:

– Я помню … бывало … тоже … переживал …

– Это когда же? – хитро скосил на него глаза кот. – Это когда еще про́клятый маг Джарлат младенцем был?

– Ха. Ха. Ха! – скрипуче и язвительно прокаркал Грай.

Кот закрыл глаза, обернулся хвостом и вздохнул:

– Да-а … ушел Юдван, а мы переживай тут …

– А что ему прикажешь делать?! Он, как ни крути, – воин ордена Света. У них не забалуешь. Теперь вот примет обет безбрачия …

– А девочке-то каково? Любовь она того … не спрашивает. Заползет в душу и сердце змеюкой холодной и гложет не хуже чумы болотной.

– Это точно … но может, еще все и обойдется …

– Это вряд ли … она ведьма, он – маг ордена …

– Ну, обет безбрачия – это же не одно и то же, что обет целомудрия …

– Ты на что это намекаешь, морда пернатая?! Думаешь, если она ведьма, так и все приличия побоку?! Да чтобы моя Тэя! Ты мне это … не того, а то не посмотрю, что старый, вмиг мозги вправлю.

– Да я не про то, комок ты шерсти! – взвился Грай. – У ведьм ведь тоже свои правила неписаные – замуж-то и им вроде как не положено выходить. Жить с любимым, это – пожалуйста, а чтоб в храме обряд провести – ни-ни! Ты и без меня об том ведаешь и нече на меня тут фыркать … усатый! И потом … будут они нас спрашивать … дождешься … как же …

Грай шумно взмахнул крыльями и улетел.

– Чего опять не поделили? – обернулась к коту ведунья.

– Да так … Топает кто-то, – ушел от ответа Рыж, переходя на человечий язык.

– Де́вица, – подтвердила его слова Тэя. – Как раз управлюсь.

Блины внушительной стопкой высились на столе, сметана, мед и варенье в деревянных мисках стояли рядом. Самовар важно пыхтел, приглашая к чаепитию, когда в калитку неуверенно постучались.

– Входи, – позволила Тэя, показываясь из-за дома.

Молодая, красивая девушка осторожно шагнула мимо древних чуров-оберегов и, оказавшись во дворе, незаметно перевела дыхание. Она была наслышана о тех, кто простоял в этих воротах не один час.

Тэя только усмехнулась, но виду не подала.

– Проходи, проходи, не стесняйся. Как тебя зовут?

– Я Лиска … из Черноуховки … вот пришла …

Девушка потупилась и нерешительно переступила с ноги на ногу.

– Давай-ка, Лиска, чайку для начала попьем, – доброжелательно проговорила Тэя. – А пока умойся с дороги. Отдохни. С рассвета, небось, на ногах-то.

Лиска кивнула.

– Ну вот. Пошли. У меня блины остывают. Страсть как люблю блины с медом. А потом ты мне все и расскажешь. Да не волнуйся: если смогу – помогу.

После чая Лиска, разомлевшая от сытости и немного успокоившаяся, начала свой рассказ:

– Как я сказала, живем мы с матушкой в Черноуховке. Тятька мой помер еще пять лет назад. В лесу сгинул … он был охотником. Окромя меня у матушки никого нет. Живем мы скромно, но не нищенствуем. Кружевницы и вышивальщицы мы. Это умение в нашей семье еще от маминой прапрабабки ведется. В городе кружево да вышивку хорошо, дорого берут. У нас и скотинка есть, и птица всякая. В общем – не бедствуем…

Мамка-то молодая еще … замуж ее уже несколько раз звали, да только она сначала по папке сильно убивалась. Потом уж, как успокоилась, – решила, что лучше одной, чем чужого да немилого в дом пускать. Избу-то они с отцом строили. Все, как хотели, как мечтали, устроили. Отец-то мамку у жениха знатного увел. Сговор уже был. А она возьми, да и убеги с тятенькой. Ушли они из родных мест. Поселились в Черноуховке. Дом поставили и зажили, но без поддержки рода-то туго приходилось. Чужаки на деревне – сами знаете. Все, что ни случись – на пришлых валят.

А тут еще и матушка после смерти отца не пожелала ни за кого из местных-то замуж пойти. Стали ее попрекать: мол, больно нос задрала. Зазналась – кружевница-белоручка.

Тэя слушала молча, не перебивала, зная что за простыми словами стоит боль и обида душевная.

Недавно мы на большом рынке были. Перед самыми Купайлиными Кострами. Торговля шла бойко – залеские девушки да молодайки к празднику нам много чего назаказывали, вот мы и старались, целых два месяца спин не разгибали …

В самый разгар торговли возле нашего прилавка толпушка собралась. Гомон, крик, а тут вдруг все разом замолчали и в стороны разошлись, как будто кто руками людей развел.

Я как глаза-то подняла, так и обмерла. Стоит перед нами молодец. Высокий да стройный. Красавец, каких свет не видывал. Волосы черные по плечам волной лежат, кожа белая, а в глазах сама ночь спряталась …

И сам-то гордый такой, ни на кого даже бровью не повел … княжеский сынок – не иначе. Он коня в поводу держит, а конь-то копытом бьет, горячится …

Несколько минут незнакомец смотрел на нас с матушкой … странно так, словно изучал … потом поклонился и говорит:

– После Купайлиных Костров сватов ждите, – и ушел.

Мы с матушкой так и не поняли, к кому сватов-то? Он ведь нас обоих рассматривал, как будто мы диковина какая …

До праздника оставалось еще две недели. Мы с мамкой сразу решили: ни одна из нас сватов не примет. Уж больно странный-то молодец был. Не воин, а стать не простая. Не жрец – этих издалече видать. И на мага не похож. И все же была в нем какая-то необычность … опасная.

К тому же после той встречи стали мы примечать разные разности … В нашу деревню, к примеру, начали люди разные наведываться. То купец какой-то чудной, то плотники-работники с непонятным старшиной во главе, а пару раз и загадочные вельможные паны приезжали … и … всем кружева да вышивки наши срочно понадобились.

Мы всей деревней только диву давались. Кумушки уж так старались, так бедные языками трепали … словно лен в страдную пору. Начали шептаться, что мы с матушкой какое-то зелье приворотное знаем. И я-то в невестину пору вошла, в поневу этой весной впрыгнула, и матушка, мол, на богатых женишков заглядывается. Куда уж нам простых мужиков … нам городских, чай, да тех, кто в замках живут, подавай …

Словом, извели совсем …

Но и это бы все ничего. Мы уж привыкли-то к сплетням и пересудам, да только по ночам вокруг нашего дома кто-то ходить начал … вроде зверь, а вроде и нет. Мы с матушкой несколько раз тени видели да шорох от осторожных шагов слышали. И собака наша странно себя ведет. Вроде и не спит, а замрет и смотрит куда-то в ночь, как завороженная.

Завтра Купайла … страшно нам, бэна ведунья … помощи просим. А ну как это нечистый?! Говорят, он любое обличье принять может …


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю