Текст книги "Волшебный крендель (СИ)"
Автор книги: Лучия Мун
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 17 страниц)
Волшебный крендель
Лучия Мун
Глава 1. Я так этого ждала
«Наконец-то этот день настал! Даже и не верится!»
Проснувшись, я быстро села в своей кровати, проверила число и облегченно вздохнула:
«Да, это сегодня!».
Даже не потянувшись вскочила и босыми ногами прошлепала прямо к туалетному столику.
‒ Сегодня можно все! ‒ захотелось мне закричать вслух, что я и сделала. Чтобы не сглазить – высунула язык и посмотрела на себя в зеркало:
«Ну какая же я молодец».
Нет, в моих мыслях нет ничего дурного или криминального. Мне хочется хотя бы на один день ощутить себя королевой ‒ той, что важнее всех. Красивая, уверенная в себе, вершащая судьбы других...
Набрав в легкие побольше воздуха, я задержала вдох в груди и... дала волю фантазии.
… Вот бежит служанка, торопится плести мне косы, мужчины-прислужники взбивают ванну и готовят для меня шелковый пеньюар. Они будут меня купать, а я только знай ‒ подавай им руки да ноги, да проси водичку погорячее…
Я читала, что раньше слуги носили воду в больших кувшинах, мучались, с ног сбивались —все делалось для особ благородных кровей. Чтобы они могли принять ванну, понежиться, отдохнуть от своих безумно важных царских дел. Непросто это было для рабов, но что же теперь ‒ королевское удовольствие того стоит!
Искупавшись, можно и платье на кринолине надеть, шляпку с лентами, и чтобы на шее красовался пышный бант. Самой завязывать мне было бы лень, да и руки не из того места растут, но слуги в помощь ‒ они все сделают за меня! Как же удобно жилось-то…
‒ А я не против тебя искупать, Ангелина, царица моя, ‒ однажды мне предложил Сева, мой парень. ‒ Тебе понравится.
Несмотря на яркую внешность я всегда считала себя девушкой строгих правил. Да, я обожаю мужское внимание, но заполучить меня сможет только принц!
‒ И никак не меньше, ‒ за бокалом вина говорила я как-то сказала Ольге. ‒ Или король, это даже лучше.
‒ А где ты его найдешь в наши дни-то? ‒ подруга попробовала вставить логический аргумент.
‒ За меня не беспокойся. Уж я-то найду!
С Севой мы начали встречаться недавно. Я была от него без ума, но даже подружке об этом не проболталась. Не хотелось, чтобы все тут же начали меня сватать замуж.
А Сева был из терпеливых и делал вид, что позволяет вить из себя веревки.
‒ Можно, конечно, и силой попробовать, но я хочу, чтобы она сама меня умоляла, ‒ говорил он парням на мальчишнике. Мне об этом рассказал его знакомый.
‒ Можешь и не дождаться, ‒ ухмыльнулся однокурсник.
‒ Она моя. Это решено, ‒ отрезал Сева.
Никто ему перечить не стал.
Как-то раз целуя его, я резко остановилась. Не понимая в чем дело он посмотрел на меня. Я нежно приблизлась вновь, вдохнула аромат духов, наши губы соприкоснулись ‒ и еще раз отстранилась, но у же ненадолго. Кончик моего языка скользил по его верхней губе, как бы дразня, и эта приманка стала действеннее других...
Мы целовались так долго, что за это время успел закипеть чайник. И только его настойчивый свист заставил нас прерваться.
– Ты распаляешь меня, Энжи, – хрипло говорил он, но в его движениях не было и намека на пошлость. – Моя кровь сейчас – словно разгоряченная лава вулкана, малышка...
Я обожала, когда он вместо простого «Ангелина» называл меня на иностранный манер. Правда, изначально такое я придумала сама, но Сева сразу подхватил идею и часто величал меня королевой Энжи.
Приятно!
Мы начали встречаться недавно и Севе я ничего запретного не позволяла. В основном мы гуляли, но даже те свидания, что проходили наедине, заканчивались чисто и невинно.
Я не хотела просто так сдаваться парню в стенах простой съемной двушки. Хоть и в квартире кроме меня никто не жил, родители оплачивали съемную, тем не менее ‒ хотелось обставить все по красоте.
Сева покорил мое сердце сразу. Уверенный в себе, крепкого телосложения ‒ он был самым красивым парнем в университете.
«Во всем мире... Нет, во всем королевстве!» ‒ говорила я своей лучшей подружке – своему отражению в зеркале.
По вечерам ложась спать я представляла, как его крепкие руки развязывают бант на моей шляпке. Сильные пальцы быстрым движением распускают узел ‒ так резко, что хочется вздрогнуть. Шляпка неуклюже летит на пол, одной рукой он обнимает за талию, а второй ‒ нежно гладит шею.
Губы соприкасаются в горячем поцелуе…
‒ Я хочу быть твоим слугой, когда ты купаешься, ‒ Сева смотрел серьезно и продолжал, ‒ хочешь, я рукомойник повешу? Будет аутентично, а хочешь ‒ даже большой кувшин принесу! Главное, соседей не затопить!
С ним мне было весело и я чувствовала себя самой счастливой на свете.
Доходило до смешного: парень как-то специально облил меня чаем. Мы сидели на кухне и целомудренно пили чай.
Есть у меня такой излюбленный приемчик: я просто обожаю приводить парней домой, те уже всякого себе напридумывают, подготовятся ‒ а я им:
‒ Чайку будешь? Могу кофе сварить, если пожелаешь.
Сева терпеливо соглашался на чай и каждый раз от чаепития мы переходили к поцелуям.
В тот день я уютно расположилась в стареньком хозяйском кресле. Обычно я сидела на табуретке, а тут уселась в кресло, объяснив это по-простому: «чтобы лучше тебя виде-е-е-еть». Сева сделал вид, что ему надо пройти в коридор, встал, с чашкой в руке и проходя мимо задел мой тонкий локоть своим бедром.
Теплый напиток пролился прямо на низ моего живота.
Взвизгнув, я бросила на парня гневный взгляд, а потом удивилась сама себе:
‒ Как же хорошо! Как прияяяятно, он такой теплый и, кажется, проникает везде… ‒ я смотрела на Севу, но он даже и не подумал подойти ближе.
Встал в профиль у окна так, чтобы я могла видеть очертания его набухшего достоинства ‒ джинсы не смогли этого скрыть. Повернул голову на меня, улыбаясь подошел, подал руку и резким рывком поднял меня с кресла. Мои глаза оказались в миллиметре от его губ.
Указательным пальцем он приподнял мой подбородок и наши глаза встретились:
‒ До завтра, моя сладенькая, ‒ низким мелодичным голосом проговорил он.
И поцеловал. На этот раз коротко.
Закрывая за ним дверь я чувствовала досаду, но вместе с тем страшилась собственного горячего желания. Аромат его духов пока еще наполнял комнату.
«Неужели влюбилась? Нет уж, так легко со мной не выйдет».
Я бросилась на кушетку и запустила руку в трусики. «Боже, как же хорошо... Как может быть хорошо...»
Я гладила себя, сжимала бугорок и массировала. Делала все то, что настоящим леди строго запрещено.
Да, я люблю жить на полную катушку и просто обожаю дразнить парней. К примеру, встретить парня при полном параде: в шортах или даже в домашних штанишках. Но… без нижнего белья.
‒ Это же так интригует, ‒ говорила я подружкам.
‒ Ну ты и чекнутая, ‒ отвечала Ира, она у нас опытная дама, уже давно в серьезных отношениях с парнями.
‒ Так они же не знают, что я без белья. Это я для себя так делаю, сразу ощущаешь себя совершенно по-другому.
‒ А как именно?
‒ Чувственно, ‒ отвечаю я и медленно провожу языком по своим пухлым губам.
Подружки расхохотались так, что люди, сидящие за соседними столиками кафешки, посмотрели на нас осуждающе.
В тот день я долго не могла уснуть. Впервые ощутив такое сильное влечение к мужчине, было совсем не до сна. Да еще и этот чай.
«Словно он целовал меня там…»
Я почувствовала, как покраснела от собственных мыслей.
Ну их!
Я отбросила книжку с дамским романом подальше (сегодня явно не до него), выключила свет и собралась спать. Однако, вместо сна раз за разом все прокручивала в голове сценарий сегодняшнего дня и каждый раз его дополняла.
По-разному.
Так, я представляла, как пролитый на самое пикантное место чай слегка обжег мою чувствительную кожу, заставив резко дернуться. Край халатика задрался и Сева увидел, что я без белья.
‒ Моя драгоценная королева! Я помогу вам прийти в себя!
Губы Севы жадно впились в мои, его рука уже скользит по потаенной области тела. И мне так захотелось подчиниться его власти.
Его горячие губы опусткаются вниз. Рывком, он раздвигает мои ножки, сдвигает трусики в сторону и приникает к моей плоти губами.
Жар его поцелуя обжигает сильнее, чем пролитый чай. Томно вздыхаю, но вместе с тем понимаю, что так делать нельзя.
Беру колокольчик в руку и начинаю греметь:
‒ Какой развратник. ‒ Под стражу его!
Но он продолжает все сильней и неистовей. Его язык раздвигает мои складочки, заставляя всю меня трепетать.
Жаркие губы обхватывают и посасывают, язычок ласкет бугорок, спрятанный между ними.
Я пытаюсь вырваться, но это не сработало. Сева заставил меня подчиниться ласкам. Он попросту меня не отпускает.
Жадно ласкает мою киску, не позволяя мне хоть капельку дернуться.
Я топаю ногой и толкаю его ручкой в лоб.
Он отрывается от меня, смотрит в глаза и опять продолжает.
Я беру колоколчик и громко кричу:
– Стражаааа...
Мой голос срывается, переходит на возбужденный стон.
Я пытаюсь не стонать, чтобы не радовать его, но тело страстно отзывается на ласки. Дергается, трепещет, волнуется и словно в огне горит.
Колокол звенит, но севу это не останавливает. Он вводит кончик языка в мою дырочку и жарко дышит на мою плоть.
Я растворяюсь в огне и подаюсь всем телом ему навстречу. Кручу бедрами, подставляя под ласки свой маленький трепетный бугорок.
Вдруг дверь распахиваются и входят стражники. Отголоском я слышу колокольный звон.
Я звенела – да, это правда. Но это было ошибкой.
– Уходите, – я хрипло им говорю, – не до вас.
Не отрываясь от моего лона, Сева красиво решает проблему. Он валит на пол всех пятерых стражников, продолжая меня ласкать.
Звон колоколов плавно превращается в будильник и я пытаюсь проморгать глаза.
«Это всего лишь сон».
На душе стало тоскливо.
А вот бы так в жизни...
Тянксь к телефону и вижу смс-ку.
‒ С добрым утром, моя королева Энжи, ‒ пишет Сева и это поднимает настроение.
«Сегодня. Можно. Все!»– висит напоминание на телефоне, чтобы я уж точно знала: это факт.
Подружки скептически отнеслись к моей идее хотя бы денек побыть королевой. Но я и не ожидала от них понимания и уж точно не ждала одобрения. Деваться им все равно было некуда – под страхом фантастически-жестокой расправы они согласились на все.
А Севе, согласно сценарию, нужно выделиться на фоне сотни сказочных богачей.
– Да ты шарики ей подари, – я слышала, как они смеялись над моей идеей. – И пускай она летит на них... Прилетит к Змею-Горынычу и поймет, что он делает с симпатичными принцессами.
– Ест их вместе с потрохами, – вслух сказала Лиза, самая скромная из подружек, чем вызвала новый взрыв смеха.
«Коронация будет проходить в соседней пиццерии, пицца за счет королевы, за все остальное – платите сами», – таковы были условия вечерники.
Наспех умывшись и прихорашиваясь у зеркала, я разглядывала свое личико и кокетливо надувала губки. Они были пухлыми от рождения, ярко-красные.Как-то раз в школе противная завучиха отругала меня прямо при директоре.
‒ С накрашенными губами в школу пришла! Кто тебе разрешал?
В ответ я с вызовом посмотрела на обеих, провела тыльной стороной ладони по губам и показала чистую кожу на руке.
‒ Свои такие, ‒ я вскинула бровь и смотрела на них, не сводя глаз. Тоже, кстати, ярких от природы. Завучихе оставалось только поджать свои тонкие выцветшие полосочки и молча удалиться.
***
Встав с утра, я позвонила в заранее приготовленный колокольчик и не дождавшись визита прислужницы решительно набрала ее номер.
– Олька, ты забыла что-ли? Ну я же просила... Нет, не так: – королевское высочество желает видеть вас. Срочно!
Ольга живет в общежитии и немного завидует моей квартире. Я слышала, как она говорила про меня: «Живет себе одна в свое удовольствие, а мы вчетвером в одной комнатке ютимся».
‒ Зайти к тебе не успею, извини. А в пиццерию приду, я уже освобожусь к этому времени. Пока, ‒ быстренько нажала отбой Ольга.
Вот тебе и королевское утро, я раздосадована.
«А была бы я настоящей принцессой ‒ так выпорола бы эту служанку, чтобы она потом месяц сидеть не могла! И приказала, чтобы ее не жалели, когда пороть будут! Пускай визжит на все королевство!»
Достаю из шкафа заранее отглаженное платье, смотрю на него и довольно улыбаюсь. Яркое, под стать моему характеру, подчеркивающее индивидуальность ‒ как говорят стилисты. Его огненно-оранжевый цвет рождает ассоциации с бушующим пламенем, желающем вырваться из тесных рамок кострища.
Тонкие бретели топа подчеркивают хрупкость моих плечей, лиф платья регулируется шнуровкой сзади.
Я много раз представляла, как мой король будет рывками расшнуровывать корсет, разрывать туго сплетенные ленты… А потому увидев в бутике это платьишко по космической цене, я решила: надо брать!
Мне даже пришлось пойти на хитрость: я сказала отцу, что должна срочно позаниматься с репетитором по экономике, а то завалю сессию. Папа так и не узнал об обмане, я сумела сдать предмет на пятерку.
Я успела, платье не расхватали. Оно висело в магазине и дожидалось меня.
Сетчатая многослойная юбка удивляла большим количеством оборок, ниспадающих друг за другом. Глубокий красно-оранжевый прятался за верхними оборками чуть светлее, а янтарного цвета кружева взвивались при каждом шаге, словно искры огня.
Вдоволь налюбовавшись своим отражением в зеркале, я вышла на балкон ‒ очень уж хотелось увидеть, как трепещут складочки платья.
«Сегодня как раз ветерок, ‒ мысли вьются друг за дружкой, ‒ вот и чудненько: наряд будет кокетливо играть при каждом моем движении».
А ветер действительно начал со мной игру: то обнимет за талию, то нежно погладит по коже. И даже нагло аберется под юбку и как начнет меня гладить там!
Так приятно! Ух!
Мне даже захотелось застонать во все горло. Эмоции переполняют, груди дышится легко! Боже мой, какой сегодня чудесный день!
Я стою закрыв глаза и наслаждаюсь ласками ветра. Он трогает меня повсюду и даже там, где я еще не позволяла никому.
Открываю глаза и вслух присвистываю:
«Ничесе. Это че за клоунская процессия?»
По дорожке под балконом едет яркая разрисованная машина. На ее крыше нарисован большой дракон. Изо рта он выпускаются клубочки оранжевого пламени. И глаза безумно дерзко смотрият на меня.
Провожаю машину взглядом и замечаю, что сердце бьется сильнее.
Что это?
Эх, сегодня я сама не своя!
В голову приходит безумная мысль, смешная и сумасшедшая:
«А вот бы на такой прокатиться! И с ветерком!»
***
В пиццерии было полно народу, но я заранее бронировала столик. Как я и просила ‒ девочки пришли на пару минут раньше, выстроились в очередь у входа и склонились в поклоне, когда я подошла.
‒ Хватит ржать, ‒ толкнула Ирка в бок Ольгу. ‒ А то я сама сейчас свалюсь со смеху!
‒ Ваше высочество, ‒ разгибаясь и хватаясь за спину сказала Ольга.
‒ Вы не умеете, ‒ сказал откуда-то подоспевший Сева. ‒ Смотрите как надо!
И он галантно поклонился передо мной, словно перед королевой, сел на одно колено, бережно взял мою ручку, нежно поцеловал и с поклоном встал на ноги.
‒ Нифига себе принц! ‒ выпучила глаза Ира, но Ольга ее перебила.
‒ Скажите пожалуйста, вы, часом, не преподаете частные уроки по отбиванию поклонов?
Девчонки засмеялись еще громче, но меня это совершенно не задевало. Я видела, что подружки завидуют: такой красивый, с проницательным взглядом и благородными манерами… Куда там Ирке до такого парня. Не доросла еще!
‒ Всем встать! Суд идет! ‒ совершенно не в тему сказала Лиза. Самая скромная из всех она не знала, как привлечь к себе внимание.
‒ Да ты вообще не по делу говоришь, рассмеялись подруги. Накажите ее, ваше высочество!
– По делу, – само собой слетелло с моих губ.
‒ Ваше Светлейшество!
‒ Нет, ваше Превосходительство!
Ирка и Ольга так хохотали, что периодически валились с ног. А потому им приходилось поддерживать друг дружку, чтобы со смеху не упасть на асфальт.
‒ Так, успокоились, подданные, ‒ властно приказал им Сева и девочки резко умолкли. Непривычно грозная интонация подействовала на них так же, как и ушат воды, опрокинутый на голову.
Накачанный, высокого роста, Сева казался старше своих лет и от того познакомиться с ним было не так-то просто. Подшутить или как бы случайно столкнуться в коридоре универа ‒ все это было не вариантом для знакомства с ним. Многие девчонки уже пробовали такие методы, желая заполучить себе красавчика в суженые, но все заканчивалось его строгим надменным взглядом.
А со мной он познакомился сам, подошел в коридоре, когда они группой вышли с пары, едва дотронулся чуть приобняв, и строго сказал:
‒ Согласно данным Министерства Внеземной Красоты, ты ‒ самая красивая девушка, ‒ и едва улыбнулся краешком губ.
Он это сказал при всех подружках. И добавил:
‒ Сегодня вечером премьера «Двадцать пять оттенков огненного». Буду тебя ждать у входа около семи вечера, ‒ и не прощаясь ушел.
В пиццерию Сева пришел в высветленных джинсах и свободной белой майке с большим принтом. Дерево, нарисованное на футболке, как будто отражалось в воде ‒ ветви его были большими и разветвленными как наверху, так и внизу. Однако, присмотревшись можно было разобрать, что низ дерева ‒ это громадные корни, не уступающие по размерам буйной кроне дерева.
‒ Стильная, ‒ я провела пальчиком от центра его груди прямо до самой ширинки, задержала палец на вулкане огня и, немного усилив нажим, быстро убрала руку.
Прежде чем сесть за столик, девочки выбрали один стул в качестве трона для меня и поставили его около стены. Получалось, что трон несколько отстоял от стола.
‒ И пускай, нечего ее высочеству пиццу есть. Такой еды в те века не было.
‒ Да я и не особенно-то люблю пиццу, ‒ пришлось соврать, на деле пиццу я просто обожаю. ‒ Я бы не отказалась от жареного дрозда или дрофы на худой конец…
‒ Официант, как у вас тут с дроздами обстоят дела? ‒ зачем-то выкрикнула Ира. ‒ Дайте девушке дрозда да побольше!
Благо, на нашу и без того шумную компашку никто внимания не обратил.
Только что созданный трон не позволял мне сидеть в кругу своих подруг. Я была рядом с ними, но как будто в отдалении. И есть пиццу на таком расстоянии от стола крайне неудобно.
«Заляпаю еще платье, чего хорошего. У меня же нет прислуги, чтобы стирала».
Тем временем девчонки уже заканчивали со второй пиццей и заказали себе каждый по сладкому коктейлю. Сева поставил свой стул рядом и так же оказался на некотором отдалении от стола.
‒ Коктейль будешь? ‒ как обычно спросил он, но я сделала вид, что даже не услышала его вопроса.
‒ Ах, да, Ваше Высочество хочет отведать напиток из свежего коровьего молока с добавлением ягод? ‒ абсолютно без смеха сказал Сева.
Девчонки посмотрели на него как на ненормального, но долго задерживать внимание не стали. Они обсуждали преподов, универ, короткое платье старосты группы и с удовольствием потягивали коктейль.
Третья пицца, Гавайская, с ананасами и сыром Моцареллой, разлетелась довольно быстро. Последние шесть кусов на троих ‒ это посильная задача для худеньких девчонок.
Доев последний кусок Гавайской, девчонки переглянулись:
‒ Так, давайте приступим, ‒ серьезным тоном сказала Ира. От ее выразительного взгляда прятались даже тараканы на кухне общежития.
Быстро достав подарок из сумки, Лиза приготовилась к церемонии дарения и девчонки поспешно встали со своих мест. Они выстроились полукругом и Лиза, как самая важная в вопросе выбора дара, заговорила:
‒ Вот тебе волшебный крендель, наша дорогая королева!
Красивая витая булка, сахарная. Кренделек имел форму восьмерки ‒ бесконечности, где одна его часть плавно перетекает в другую.
‒ Встань и загадай желание. Исполнится! ‒ Ирка изо всех сил старалась говорить важно.
‒ Да не так же, ‒ перебила ее Ольга, ‒ Ваше Величество, загадайте желание!
Я отпустила мысли на волю и принялась мечтать.
Мне представились залы ‒ большие с высокими потолками, непременно кровать ‒ и чтобы с балдахином! Ванна, отделанная золотом и слуга, девочка-прислужница, наполняющая их. Просторные коридоры, по которым можно подолгу брести и думать о своем…
Взяв меня под руки, девочки увели на пару шагов от стула, а сами выстроились у меня за спиной.
‒ Ну что, загадала уже? Да? ‒ нетерпеливо спросила Ирка.
‒ Давай, ‒ подмигнула Ольга.
‒ А вот тебе волшебный пендель! ‒ с этими словами Ирка, как самая наглая, легонько пнула меня своей коленкой прямо по мягкому месту.
‒ Это волшебный пинок, Ваше Превосходительство! ‒ она округлила глаза и заговорила нарочито серьезно. ‒ Теперь желание точно исполнится!
‒ Все только для вашего блага, ‒ заверила ее Ольга.
Высокомерно подняв бровь, я посмотрела на своих подружек и не повышая голоса сказала:
‒ Отсечь им головы!
Вздохнув, пришлось сесть на свой трон – начала побаливать голова, тело стала давить ломота, захотелось спать.
‒ Пойдемте прогуляемся что ли...
‒ А поехали в парк: и погуляем, и кафешка интересная рядом есть.
‒ Тебе бы лишь кафешка рядом, ‒ заметила Ира, выходя вместе со всеми из пиццерии.
Сева пошел платить по счетам, потом обещал догнать всех.
Я ощущала подступающую дурноту. Голова уже болела не на шутку, в глазах ‒ словно песком засыпано. Да и лихорадило слегка.
‒ Давайте без меня, девочки, я что-то устала. Подайте мне карету, на бал я не поеду.
‒ Ее королевское высочество хочет отдохнуть, ‒ и девушки начали опахивать меня воображаемыми опахалами.
Предчувствуя взрыв новых подколов, я сделала предупреждающий жест, хватит, мол, уже не смешно. Сева был занят, так что мне пришлось самой вызывать такси. Что же поделаешь, когда нет рядом короля…
Подружки продолжили живо обсуждать места, где можно весело провести время.
‒ Есть один хороший ресторан, но он пока еще закрыт, ‒ расстроено сообщила Лиза.
‒ И клуб мой любимый тоже закрыт, ‒ говорила Ольга.
‒ Врата клуба откроются ровно в полночь, ‒ страшным голосом вдруг заговорила Ира и для усиления вау-эффекта выпучила глаза.
Мне становилось все хуже.
«Надеюсь, принц подоспеет и меня поймает, если я грохнусь в обморок».
– Мне кое-что надо... – я хотела попросить у подружек принести мне воды, но слова шли с трудом и перекричать их было сложно.
‒ Карета-тыква уже в пути, волшебный крендель, то есть палочка при делах. Что еще надо? – голоса подружек уже сливались воедино.
Сева вышел из пиццерии. Он оплатил по счетам и теперь присоединился к кучке девушек.
‒ Как ‒ что надо? Вот что нужно настоящей королеве, ‒ и бережным движением он надел мне на шею крупное украшение. – Я хотел подарить вечером, когда на небе зажжется далекая звезда, но раз ты уезжаешь...
На моей шее оказался медальон с большим увесистым рубином по самому центру. Грани камня переливаются на свету, а золотое свечение металла гипнотизирует.
‒ А-а-ах... Как романтично, как мило, ‒ наперебой закричали подружки вслух. И тут же прошелся шепоток:
‒ Стекляшка или настоящий камень?
‒ Да это просто бижутерия.
‒ Да нет же, смотри какой сложный там орнамент. На бижутерии такого не делают, ‒ шепот подруг уже становился громче.
‒ Да тише ты! Делают, ‒ переходя с шепота чуть ли не в полный голос сказала Ира.
Я поднесла подарок к самому лицу и не смогла отвести от него глаз.
‒ Он сияет так, словно внутри него заточен огонь, ‒ казалось, я даже дышать перестала от изумления. Рассматривала медальон, крепко держа его двумя руками.
‒ Это от моей прабабки, ‒ небрежно добавил он и приобнял за плечи.
Девчонки начали шептаться еще сильнее и, казалось, они даже не скрывают своей тайной беседы.
‒ Я же говорю ерунда, выкопал там что-то у бабки своей. Теперь, вот, Витанова будет в прабабкиных украшениях ходить.
Меня редко когда называли по фамилии, разве что на уроках, и то, если новый преподаватель, или когда... завидовали мне.
Витанова – фамилия простая и хорошо запоминается, а потому ко мне частенько обращаются именно так.
‒ У прабабки, а не просто от бабушки, ‒ поправила Лиза. ‒ Значит точно золото.
Я не могла отвести глаз от крышечки медальона, разглядывала причудливый орнамент из тончайших линий, которые переплетались меж собой, словно изображали сложный тернистый путь… Подобно виноградным лозам они мягко изгибались и обвивали рубин, горящий кроваво-красным огнем.
‒ Я открою, можно? ‒ тихо спрашиваю и, не дожидаясь ответа, открываю.
Откинув крышечку, я от неожиданности вздрогнула. На месте, предназначенном для фотографии, во весь диаметр был выгравирован глаз. Четкость его прорисовки была такой тщательной, что казалось, он вот-вот оживет и начнет жить своей жизнью.
Глаз явно нечеловеческий. Никогда человек не сможет смотреть вот так ‒ прямо в душу.
‒ Посмотри, ‒ и Сева показывает мне тыльную сторону своей правой руки, поигрывая пальцами.
На безымянном играет гранями точно такой же камень, как и на медальоне.
‒ Вот, видишь?
Обеими руками ухватившись за его мощную руку, я принялась рассматривать кольцо. Оно было таким же золотым, и я без труда распознала виноградные лозы, что и на своем подарке.
‒ Мой камень ‒ это маленькая частичка от твоего большого, ‒ и Сева указал на медальон. ‒ Прабабушка переживала, что осколочек потеряется, вот я и сделал с ним кольцо. Красиво?
От такой романтичной обстановки у меня аж защипало в носу. Да еще и при подружках!
В голову не шли никакие слова, а я ведь даже не поблагодарила своего любимого… Пытаюсь хоть что-то сказать, но мой взгляд, красноречивее всех на свете слов. Я это вижу по лицу Севы. По тому, как он смотрит на меня.
Подхожу к нему вплотную, ощущаю, как его рука обхватывает мою талию, и крепко обнимаю его за шею. Привстав на цыпочки, я тянусь вверх, к его губам, подобно цветку, что тянется к солнцу.
Обычно я никогда не начинала поцелуй первой, но этот раз был особенным.
Соприкоснувшись, наши губы слились в порыве горячего желания обладать друг другом, а потому Сева покрепче стиснул меня в своих объятиях. Я почувствовала, как бугорки груди стали чувствительными и каждое движение лифа платья стало приносить немало сладостных ощущений. Жесткая ткань трется о разгоряченное тело и я начала жалеть, что сегодня надела свои самые мягчайшие трусики.
Язык Севы соединяется с моим и жажда желания вспыхивает с новой силой.
Я пока неопытна в ласках, а потому просто повторяю все за ним.
Лаская друг друга, наши языки сливались в медленном танце, а весь мир словно потух и на мгновение и вовсе перестал существовать.
Жаркий поцелуй продолжался, как мне казалось, всего пару мгновений, так быстро пролетело время.
Подружки делали вид, будто просматривают ленту новостей в телефоне и совсем не смотрят на нас.
‒ Ау, Витанова, – окликнула Ольга, – такси, то есть карета, уже приехала.
Я распрощалась с подружками, попросила никого не провожать, в том числе и Севу и уехала домой. Мне так хотелось просмаковать каждый момент этого дня, чтобы запомнить его на всю жизнь.
Кони уже ждали, кучер попался вежливый, убавил громкость музыки в салоне кареты. Однако, у меня тем не менее разгоралась головная боль.
Придя домой, я первым делом достала свои мешочки с травами. В одной из книжек я читала, что так раньше спасались от мигреней. Горечь полыни расслабляла, а хмель успокаивала и настраивала на сонный лад.
«Ну, кровопускание я делать, пожалуй, не буду. Да и пиявки мне сегодня не нужны, ‒ несмотря на дурноту я все ещё пребывала в роли. ‒ Пожалуй, королевское величество просто устало и мне надо срочно прилечь».
С этими словами я еще раз внимательно рассмотрела медальон, поцеловала его, прижала к самому сердцу (благо, длина цепочки это позволяла) и рухнула на свою перину, забывшись крепким сном.




























