Текст книги "Навечно моя (ЛП)"
Автор книги: Лора Павлов
сообщить о нарушении
Текущая страница: 14 (всего у книги 15 страниц)
27 Эверли
Тренер Галлагер провел меня по стадиону и показал тренировочные залы. Он оказался очень приятным человеком и сразу дал понять, что хочет пригласить меня в команду. Мы обсудили мои методы и философию работы, и, конечно, он много спрашивал про Хоука – я этого ожидала.
Мы возвращались к его кабинету, и я бросила взгляд на телефон. До сих пор ни слова от Хоука. Это было странно. По идее, его встреча с Lions должна была уже закончиться. Он знал, что они хотят его обратно, а он готов вернуться. Он предполагал, что все пройдет быстро – зашел и вышел.
Я убрала телефон в сумочку и последовала за Галлагером в офис.
Он жестом пригласил меня сесть напротив своего стола. Я опустилась в мягкое кожаное кресло и положила сумку на соседний стул.
– Ладно, перейду сразу к делу. У нас есть парни, которым явно не помешает твоя помощь. Я старой закалки, никогда не думал, что доживу до этого дня, – он рассмеялся, и это было искренне, так что я не обиделась. – Жена уже давно мне твердит, что пора идти в ногу со временем. Я, знаешь, из тех, кого учили по школе «через боль». Всегда считал, что просить о помощи – это слабость. Всегда верил в принцип «соберись и будь мужиком». – Он виновато поморщился.
– Понимаю. Мы все еще только учимся по-настоящему заботиться о психическом здоровье. Я не горжусь тем, что это заняло так много времени.
– Спасибо, что не осуждаешь. На самом деле у нас уже есть тренеры, физиотерапевты, массажисты. Даже медитация теперь есть – женщина приходит раз в неделю, ведет занятия, чтобы парни могли, как она говорит, «заземлиться». – Он пожал плечами и улыбнулся. – Думаю, ты могла бы стать ценным специалистом для нашей команды. Я раньше не верил во всю эту психологию, но слышал, что ты сотворила чудеса с Мэдденом. А этот парень – лучший из лучших. Так что я впечатлен. И у нас тут куча «сумасшедших голов» для тебя в работу.
Я улыбнулась и кивнула:
– Спасибо. Для меня много значит, что вы меня рассматриваете. Можно я подумаю?
– Конечно. Но я уже встречался с двумя другими кандидатами, и они меня не впечатлили. Я их даже на стадион не повел. А вот ты меня впечатлила, мисс Томас. Думаю, ты справишься с моими игроками. – Он протянул мне листок бумаги, и мои глаза чуть не вылезли из орбит, когда я увидела цифры. Зарплата была втрое выше, чем мне предлагали Gliders за работу помощником. Я постаралась сохранить лицо и не показать, насколько ошеломлена.
– Для меня честь, что вы думаете, будто я подхожу для вашей команды. У меня есть еще предложения, которые я рассматриваю, так что если вы дадите мне день на раздумья, я буду очень признательна, – сказала я, складывая руки, чтобы скрыть дрожь.
– Давай так: дашь ответ сегодня – и я удвою эту сумму. Подпишешься со мной до отъезда из Лос-Анджелеса – и я сделаю так, чтобы тебе это стоило.
Я едва удержала улыбку. Было чертовски приятно чувствовать, что кто-то так хочет меня заполучить в свою команду. И то, что он только что предложил удвоить зарплату, уже и так бешеную… это было безумие. Многое, о чем стоило подумать.
– Хорошо. Я отвечу вам сегодня, прежде чем завтра утром уеду домой.
– Отлично. Надеюсь, вскоре мы будем приветствовать тебя в нашей команде.
Я поднялась, он обошел стол, и мы пожали друг другу руки.
– Спасибо, тренер Галлагер. Для меня большая честь.
Он проводил меня до выхода, а я поспешила к лифту, руки дрожали. Когда вышла на улицу, я подошла к фонтану во внутреннем дворике и громко закричала. Несколько человек повернулись и рассмеялись.
Мне было плевать.
Я только что блестяще прошла свое первое серьезное интервью.
И если они так сильно хотят меня, нет причин сомневаться, что Lions тоже сделают предложение. Тем более я все лето работала со звездным игроком команды, и он возвращался на лед сильнее, чем когда-либо.
Я снова проверила телефон – от Хоука по-прежнему ни слова. Набрала его номер – сразу голосовая почта.
– Малыш, как прошла твоя встреча? Я только что вышла со своей. Все прошло потрясающе. Не терпится тебе рассказать. Мне нужно дать ответ сегодня вечером. Позвони мне, как только сможешь. Люблю тебя, – оставила я голосовое сообщение.
Может, они пошли обедать или продлили встречу, чтобы обсудить детали. Я загуглила его имя, пока шла к нашему отелю в двух кварталах отсюда, чтобы посмотреть, не появилось ли чего-то в прессе или в Твиттере про его возвращение в Lions.
Первое фото, которое всплыло, было с Хоуком и Дарриан. Наверное, старое, да?
Я увеличила снимок и увидела сегодняшнюю дату. И на нем он был в том же, что и утром.
Почему он с Дарриан?
Я дошла до отеля и прислонилась к стене, продолжая листать телефон. Фотографий было бесконечно много. Хоук и Дарриан. Он обнимает ее, прижимает к себе. Они сидят за столиком в каком-то кафе, а он прикрывает лицо рукой.
Что, черт возьми, это значит? Он тянется поцеловать ее?
Сердце бешено колотилось, ладони вспотели, пока я читала заголовки. Статья за статьей.
Хоук Мэдден и Дарриан Сакатто – сильнее, чем когда-либо!
Звезда Lions встречается с тренером, а рядом с ним его главный фанат – кинозвезда Дарриан Сакатто.
Что это такое? Я снова набрала его номер, а в ушах стучало так громко, что я едва слышала гудки.
Голосовая почта.
– Эй, это я. Я звоню уже несколько раз. Не понимаю, что происходит. Я видела фотографии тебя и Дарриан. Не знала, что она будет на встрече. Не понимаю, почему ты с ней, Хоук, – проговорила я, вытирая слезы, которые уже катились по щекам, и сбросила звонок.
Неужели он меня обвел вокруг пальца? Он бы так поступил?
Всё казалось бессмысленным. Я поспешила в здание и поднялась на верхний этаж. Шарлотта ждала меня в номере.
Я постучала – она распахнула дверь, на лице сияла улыбка, но она тут же исчезла, как только она увидела меня.
– О нет. Что случилось?
– Встреча прошла отлично, Чарли, – я прошла через комнату и упала на кровать, закрыв лицо руками. Слезы полились снова.
– Так это же хорошо, Эв.
– Да. – Я вытерла щеки и кивнула. – Очень хорошо. Он предложил удвоить зарплату, если я подпишу контракт сегодня.
– Подожди. Я думала, мы просто тянем время, надеясь, что тебе сделают предложение от Lions после того, как Хоук подпишет свой. Что происходит? Я запуталась.
Я протянула ей телефон:
– Я не могу дозвониться до Хоука, а он с Дарриан на всех сайтах и соцсетях. Она рядом с ним на каждом фото.
– Что? Это же нелогично!
– Боже, Чарли. А вдруг он меня обманывал? Я ничего не понимаю!
– Хоук? Да ни за что! Он без ума от тебя. Тут точно есть объяснение, – она схватила телефон и набрала его номер, качая головой.
– Он не ответит. Все время сбрасывает в голосовую, – я рухнула на кровать и услышала, как включилась его голосовая почта. Шарлотта сбросила звонок.
– Тут что-то не сходится.
– Может, я проклята? Все, кого я люблю, уходят. И я вечно буду страдать от синдрома «асс-пасс», – выдохнула я, сквозь слезы посмеиваясь от абсурдности происходящего. Эмоции и адреналин переполняли меня, все смешалось в одну кашу.
– Ну да, Лала же поставила тебе этот диагноз много лет назад. Но я думала, с Хоуком ты его преодолела.
– Я тоже так думала. Но почему он не берет трубку? Почему он с ней? – хотя все выглядело ужасно, я знала глубоко внутри: он бы не солгал мне. Он говорил, что они друзья. Но это не значит, что она не хочет большего… Спокойно.
Телефон зазвонил, и я резко поднялась, но на экране было лицо Дилан.
– Привет, – пробормотала я разочарованно.
– Ого. Как хорошо, что я тебя набрала по видеосвязи, – прошипела Дилан, сидя на стойке в пекарне. – Тут чуть поутихло, и я решила узнать, как прошло твое интервью. И звонил ли тебе Хоук?
Я застонала и следующие десять минут пересказывала ей все, что произошло, отвечая на сотни ее вопросов, на половину из которых у меня не было ответов.
– Это не имеет никакого смысла, – сказала она наконец, уставившись в потолок, будто пытаясь разгадать вселенскую загадку. – Совсем никакого.
– Ну да, мы и сами это понимаем. Ты очень помогаешь, – фыркнула Шарлотта, уронив голову рядом с моей на кровати. Я держала телефон так, чтобы Дилан видела нас обеих.
– Если бы я была рядом, я бы задушила вас подушкой, пока вы не пришли бы в себя и не начали бороться. Я не могу больше смотреть на это шоу «бедные сестрички Томас», – сказала она, потирая висок свободной рукой.
Дилан сама когда-то придумала эту дурацкую игру про удушение. В детстве мы носились по дому и пытались убежать друг от друга. Вивиан тогда всех удивила своей силой, но и мы не отставали – маленькие, но крепкие. Я усмехнулась при этом воспоминании и снова взглянула на экран.
– И что, по-твоему, я должна делать, если он не берет трубку? – огрызнулась я, резко садясь, потому что злость нарастала, а Дилан умела бесить меня, как никто другой.
– Ого, «по-твоему». Какая официальная, доктор Томас. Ты же чертов психолог, сама и просчитай все.
– Это вообще не имеет смысла! – крикнула я в телефон, и Шарлотта села, энергично кивая в знак согласия.
– Математика никогда не была ее сильной стороной, – пожала плечами Шарлотта.
Дилан театрально застонала:
– Ну сколько можно мне быть всем сразу в этой семье? Я тут, между прочим, пеку чертовы капкейки «Красный бархат», учу папу покупать онлайн, помогаю Нико ухаживать за его капризной пациенткой и теперь еще играю роль психиатра для тебя. Нет уж. Лучше я вас задушу. – Она закрыла глаза и сделала пару медленных драматичных вдохов. – Но я лучше этого. Так что соберись, Эв. Чарли, перестань поддакивать. Тут что-то не сходится, значит, мы не будем на это реагировать. Ты его знаешь. Он бы так не поступил. Перестань ждать, что тебя все бросят – может, тогда этого не произойдет.
Я сидела в тишине, переваривая каждое слово. И, черт возьми, в ее тираде был смысл.
– Ладно.
– «Ладно»? Это что значит? Думай, девочка! – завопила она.
– Я думаю. Вот поэтому и сказала «ладно». Перестань на меня орать.
– А что мы делали, когда кто-то из нас в детстве хотел все бросить? – прищурилась она.
– Я не собираюсь душить ее сейчас, когда она в таком состоянии, – подняла бровь Шарлотта.
– Ценю это, – вставила я.
– Хорошо. Тогда достану из хранилища речь Рокки Бальбоа. В отчаянные времена – отчаянные меры. Вставайте, сучки! – заорала Дилан, а я разразилась смехом, потому что даже когда казалось, что мой мир рушится, мои сестры умели меня рассмешить.
Дилан встала на стойку в пекарне, а мы с Шарлоттой покачали головами – Вивиан бы точно взбесилась, увидев грязные ботинки на своих идеальных прилавках.
– Слезай оттуда, – прошипела я, вставая вместе с Шарлоттой, чтобы ее успокоить.
– Джилли, дай мне телефон! – закричала Дилан, и, видимо, Джилли передала ей трубку, потому что на экране появилась ее улыбка.
– Привет, девочки. Ну как прошло интервью?
– Не время, Джилли! – перекричала ее Дилан на фоне громкой мелодии из «Рокки». Потом снова появилась на экране, размахивая кулаком в воздухе, как безумная. – Ты – помидор, Рокки!
– О боже. Только не речь про помидор, – простонала я.
– Вставай, Эверли Томас! Борись за то, что тебе нужно! Жизнь будет сбивать тебя с ног, девочка. Хватит бежать – начни драться! Ты чертов помидор! – кричала она так, что телефон выпал, послышался вопль Джилли, и музыка оборвалась.
– Эм… она упала со стойки. Сейчас проверю, все ли с ней в порядке, – сказала Джилли, заглядывая в экран.
– Я в порядке! Дай телефон обратно! – донесся голос Дилан.
Мы с Шарлоттой смеялись до слез, пока зрение не замутнилось.
– Ладно, Рокки, мы все поняли. Возвращайся к капкейкам, – сказала я, вытирая слезы.
– Ты собираешься подписывать контракт сегодня вечером? – надавила она. – Только не делай ничего, о чем потом пожалеешь, упрямая задница.
Я кивнула:
– Спасибо, Дилли. Люблю тебя.
Я завершила звонок и снова рухнула на кровать.
– Она сумасшедшая, – выдохнула я.
– О да. Точно более чокнутая из близняшек. Правда ведь?
Я рассмеялась:
– С этим никто спорить не будет. Но кое в чем она права.
– В чем же?
– В том, что я должна бороться за то, чего хочу.
– Ну хорошо, что ты не сказала, что хочешь поиграть в «удушение», потому что я на это не подписывалась, – Шарлотта засмеялась и сжала мою руку.
– Нет уж. Никакого удушения. И никакого бегства. Больше не убегаю. Пошли.
– Куда мы идем? – удивилась она, хватая сумку.
– К тренеру Галлагеру. Я приняла решение.
Бежать или бороться. Я выбрала борьбу.
28 Хоук
– Ну что, договорились? – спросил Дюк Уэйберн, вставая из-за стола и наблюдая, как я ставлю подпись на контракте.
– Договорились. Спасибо, что все устроил, – я протянул руку, и мы крепко пожали друг другу ладони.
– Конечно. Мы благодарны тебе за все, что ты сделал для команды, Хоук. Это твой дом. Я рад, что ты согласился на все условия.
Я кивнул, а за его спиной Джо распахнул глаза, явно ошеломленный. Я направился к тренеру Балби, и он похлопал меня по плечу:
– Для меня честь продолжить работать с тобой, Хоук.
Он был помощником тренера последние пять лет, и я уважал этого парня чертовски сильно.
Мы с Джо вышли из офиса и, зайдя в лифт, одновременно расхохотались. Джо согнулся пополам, хватая ртом воздух:
– Что, мать твою, это было?!
Вся эта чертова драма длилась весь день. Пять долгих часов, в которые мы обсуждали все, что произошло за лето.
Тренер Хейс завалил допинг-тест, а его нынешняя секретарша Тони утром подала жалобу о сексуальных домогательствах. Дарриан рассказала о его попытке подставить меня, показала запись его угроз, – он хотел поймать меня на чем-то компрометирующем и шантажировать, чтобы я остался еще на год.
Такое даже придумать сложно. А этот идиот не понял главного – я и так собирался вернуться. Он просто переиграл сам себя.
Оказалось, что Балби уже предложили его место, и они собирались уволить Хейса сразу после нашей встречи. Они думали, что мы с Хейсом близки, и не хотели осложнять переговоры по моему контракту внезапной сменой тренера.
– Я вообще не понимаю, как это все произошло, но, черт возьми, лучше и быть не могло, – выдохнул Джо.
– А у тебя есть контракт для Эверли? – спросил я, чувствуя, как сердце ускоряет ритм.
– Конечно. И самое крутое – они хотели нанять ее еще до того, как ты что-то сказал.
– Точно. Этот мудак просто не собирался тебе говорить, что владелец уже решил ее взять, – Джо покачал головой. – Не могу поверить, что Балби теперь главный тренер. Этот чувак на голову выше Хейса.
– Ага, – я провел рукой по затылку. – Но тот придурок разбил мой телефон в дребезги, и теперь я не знаю, как связаться с Эверли. Все контакты были там. Дай свой. Попробую хотя бы позвонить в отель.
Я поселил их в своем любимом месте, когда бывал в Лос-Анджелесе. Нужно было объяснить ей, что происходит, пока она не успела что-то натворить.
– Черт, – Джо нахмурился, уставившись в экран. – Мне тут сыплются тонны сообщений. Похоже, твои фото с Дарриан стали вирусными. Все думают, что ты подписал контракт с Lions и что рядом с тобой – твоя знаменитая девушка.
– Да твою же мать, – выругался я, когда увидел на его телефоне снимки, где я обнимаю Дарриан и мы сидим в кофейне. Всё выглядело совсем не так, как было на самом деле.
Я-то знал правду. И Эверли знала меня. Она не должна поверить в эту чушь. Если только она не ищет повод сбежать. Такое уже было… но в этот раз я не позволю ей уйти.
Оставалось надеяться, что она не сделает глупость и не подпишет контракт с другой командой, когда всё, о чем мы мечтали, уже было у меня в руках.
Я набрал отель – трижды пытались соединить с номером, но никто не ответил.
– Черт! – рявкнул я, выходя на улицу вместе с Джо. Тут же нас окружила толпа фотографов.
Эти ребята заслуживали уважения – сидели здесь весь день, караулили новость.
– Хоук! Ты подписал контракт? Ты возвращаешься домой?!
Я подошел к ним и кивнул:
– Да. Я снова играю за Lions. Но хочу кое-что прояснить. Дарриан Сакатто и я давно не вместе. Мы хорошие друзья. И только друзья.
Камеры щелкали, репортеры чуть ли не визжали от восторга от того, что я так откровенен.
– Поздравляем, чувак! – крикнул кто-то из толпы. – Так ты сейчас встречаешься с кем-то?
Я обычно не говорил о личном, но сегодня сделал исключение:
– Да. И она знает, что это про нее. Я еду за тобой, малышка. Можете это напечатать.
Джо хмыкнул, когда мы двинулись к его машине.
– У меня нет гребаного телефона. Можешь позвонить в частный ангар и узнать, смогут ли меня сегодня же поднять в небо? Прямо сейчас.
Он покачал головой, набирая номер. Для него это была не впервой – он часто заказывал мне частные рейсы.
– А твоя машина в паркинге? Придется мне еще организовать ее доставку к тебе домой?
– Если только не хочешь сам прокатиться до Хани-Маунтин, – поддел я.
Джо усмехнулся, говоря по телефону.
– Они могут тебя забрать через десять минут. Я перевезу твою машину к Весу. Он вроде завтра едет обратно в Хани-Маунтин?
– Вот почему ты получаешь такие большие деньги, – усмехнулся я.
В салоне раздался наш смех.
– Черт возьми, дружище, – сказал Джо. – Я хоть завтра привяжу свою телегу к твоей лошади.
– Спасибо тебе. Честно. Мне повезло, что у меня есть ты.
– Ну, теперь у тебя есть контракт. Осталось только вернуть девушку.
– Я ее верну. Хоть через огонь, хоть через воду. В этот раз она не уйдет.
Я говорил это абсолютно серьезно.
Эверли Томас была моей тогда. И она моя сейчас.
* * *
Этот день был, пожалуй, самым длинным в моей жизни.
Я слетал в Лос-Анджелес, и, к счастью, Джо вытащил запасной телефон – оказывается, у агентов их всегда несколько? Как бы то ни было, это позволило мне заказать машину, которая ждала меня в аэропорту и довезла до отеля. Теперь оставалось только поговорить с Эверли.
На стойке регистрации я провозился минут пять, делая селфи с парнем за стойкой. Он упорно твердил, что не может назвать номер ее комнаты из-за правил конфиденциальности, хотя бронь была оформлена на мою карту. Но как только он меня узнал, резко передумал – выдал мне всю нужную информацию… правда, взамен потребовал с десяток фотографий.
– Чувак, мне реально пора. Спасибо за помощь.
– Поздравляю с подписанием контракта! – пропел он мне вслед.
Я направился через холл и увидел Дилан и Эшлан у лифта, а рядом Вивиан в инвалидном кресле.
– Какого черта тут происходит? – спросил я, подходя ближе.
– А вот и наш герой! – прищурилась Дилан. – Что за дела, Хоуки?
– Эм, это я вас хотел спросить.
Эшлан тяжело вздохнула:
– Дилан объявила «семейную тревогу Томас» и купила билеты нам троим. Я только успела приехать домой на выходные и даже не зашла в дом – она затащила меня в машину, и мы рванули в аэропорт.
– А ты? – я вопросительно посмотрел на Вивиан.
– Да, вообще не стыдно. – Она закатила глаза. – Нико не хотел меня отпускать, хотя доктор Причард сказал, что лететь можно, если не стоять много на ногах. Но мой безумный муж настоял на кресле-каталке.
– О, пожалуйста, – застонала Дилан. – Ты тут как королева каталась. Это я тащила твой беременный зад по всему аэропорту.
– Не в этом суть, – зашипела Вивиан. – Хоук, что с тобой произошло? Она звонила тебе десятки раз. Мы все звонили.
– А потом тебя видят повсюду, как ты нежничаешь с кинозвездой, – прорычала Дилан, вталкивая Вивиан в лифт и поднимая бровь на меня.
– Долгая история. Но никаких нежностей не было. Мой телефон разбили к чертям. И я сам звонил в этот гребаный отель десятки раз – она не отвечала.
– Потому что она ушла на встречу с тренером, – нахмурилась Эшлан. – Он предложил удвоить зарплату, если она подпишет контракт сегодня.
– Ты шутишь?! – выдохнул я.
– Мы ничего точно не знаем, – Вивиан взяла меня за руку. – Шарлотта сказала только, что он ждет ответ сегодня. Последнее, что мы знаем – они шли к Галлагеру. Даже не догадываются, что мы здесь.
– Да твою мать, – выругался я себе под нос.
Неужели она так легко в нас разочаровалась?
– Для начала тебе стоит извиниться за мат, – прищурилась Дилан. – Но, кстати, отличная идея с пентхаусом. Я обожаю люксы.
Она толкнула кресло, а я провел рукой по волосам, готовясь к тому, что теперь мне придется объясняться не только с Эверли, но и со всеми ее сестрами. Я был готов выдержать их натиск. Но не готов к тому, что она могла подписать контракт с другой командой – вместо того чтобы поверить мне. Поверить нам.
Она увидела фото и побежала. И эта мысль бесила меня до дрожи. Она все еще наполовину за порогом.
– Просто поговори с ней, – улыбнулась Вивиан, когда Эшлан постучала в дверь.
– Какого черта! – раздался крик Шарлотты, и мы все засмеялись: слова у нее путались, щеки были розовыми.
– Ты что, уже в стельку? – фыркнула Дилан, оставляя Вивиан у двери и проходя в комнату. – Налей-ка мне чего-нибудь холодненького. Уф, этот день был слишком драматичным.
– Не переживай, я о тебе позабочусь, – отозвалась Эшлан, закатывая кресло Вивиан внутрь.
– Вы что здесь делаете? – смеялась Шарлотта.
А я застыл в дверях, ища взглядом Эверли. Она как раз вышла из ванной. Увидела меня и открыла рот от шока, а потом резко отвернулась.
– Ну здравствуй. Добраться до тебя сегодня было невозможно, – протянула она, подходя ближе. Речь у нее почти не путалась, в отличие от сестры, но щеки горели – явно выпила пару бокалов вина. Она выглядела странно спокойной, хотя мы все ворвались в ее номер без предупреждения.
– Выйди, поговорим, – я схватил ее за руку и вывел в коридор. Дверь захлопнулась, несмотря на крики Дилан, чтобы мы оставили ее открытой.
– Я пыталась тебе дозвониться десятки раз, – прошептала она.
– Хейс совсем слетел с катушек, Эв, – я быстро рассказал ей обо всем: как он признался, что за нами следили, как разбил мой телефон, как Дарриан пришла к Дюку Уэйберну с доказательствами.
Она слушала, кивала, впитывала каждое слово.
– И ради этого ты обнимал ее? – она постучала пальцем по губам и подняла бровь.
– Нет. Я держал ее буквально тридцать секунд, чтобы провести через толпу фотографов. И, конечно же, это засняли. Я не хочу ее. Ты знаешь это. Она знает. Я хочу только тебя, Эверли Томас. Всегда хотел. Но если ты готова так легко сдаться, разозлиться и подписать контракт с другой командой, значит, может, я и не твое «навечно».
– Перестань дуться, Хоук Мэдден, – она ухмыльнулась и шагнула ближе, вцепившись в края моей рубашки. – Ты всегда был и будешь моим «навечно».
Я достал из кармана контракт Lions.
– Я обещал доставить это тебе. И знаешь что? Мне даже не пришлось торговаться. Они сами хотели тебя нанять. Еще до того, как я что-то сказал. То есть… до того, как узнали, что ты приняла другое гребаное предложение.
– Ааа… слышал про то, что они мне предложили? – уголки ее губ поползли вверх. – Дзинь. Предложение было впечатляющим.
Она что, издевается надо мной?!
– Они удвоили твою зарплату, хотя деньги для нас не проблема, потому что мы вместе. И точка. Даже если ты хотела сбежать только потому, что не верила в меня. – Я убрал прядь волос с ее лица и провел пальцами по щеке.
Как можно одновременно злиться и радоваться ее видеть?
– Это так? – прошептала она.
– Это так, – подтвердил я, прижав лоб к ее лбу.
– Ну, тогда слушай: я не подписала контракт с Rucks. Я вернулась туда, потому что обещала дать ответ лично. Он был очень корректен со мной, Хоук. Я почувствовала, что обязана хотя бы встретиться лицом к лицу.
– И что ты ему сказала?
– Что вынуждена отказаться. Сказала, что влюбилась в упрямого придурка, который не отвечает на звонки. Но это не имеет значения, потому что я все равно буду стоять рядом с ним – вместе мы или нет. Мы слишком много лет были врозь, и я больше не готова тебя отпускать.
Я закрыл ее рот поцелуем – сильным, отчаянным, будто от этого зависела моя жизнь. Потому что в этот момент мне нужна была Эверли Томас сильнее, чем воздух.
Когда я отстранился, она дышала тяжело и часто, улыбаясь мне сквозь этот ритм.
– Бежать или бороться, малышка, – прошептал я. – Что заставило тебя в этот раз не сбежать?
– Ну, если тебе интересно… Дилан окончательно поехала крышей. Врубила музыку из «Рокки» и выдала мне свою знаменитую речь про помидор.
Я рассмеялся:
– Значит, мне стоит отправить Сильвестру Сталлоне открытку с благодарностью?
– Может быть. Но правда в том, что я подумала и поняла: все не сходится. Я знаю тебя. Знаю твое сердце. И я тебе доверяю.
– И большего мне не нужно, – я поцеловал ее снова.
В этот момент дверь распахнулась, и я успел ухватить Эверли за плечи, чтобы она не упала назад.
– Эм, простите, что прерываю ваш сеанс страстных поцелуев… но, кажется, беременная женщина умирает от голода. Хотите что-нибудь из рум-сервиса? – спросила Дилан, а в нее тут же полетела подушка.
– Оставь их в покое. Я закажу побольше всего, – засмеялась Эшлан.
– Отлично. Похоже, у нас ночевка в стиле «большая сумасшедшая семья», – Дилан хитро повела бровями.
Я наклонился к Эверли:
– Мы возьмем себе отдельный номер.
– Рассчитываю на это, суперзвезда.
Она взяла меня за руку и повела внутрь.
И я понял, что нахожусь именно там, где всегда хотел быть. В комнате, полной безумных сестер Томас, рядом с первой, последней и единственной девушкой, которую я когда-либо любил.
