Текст книги "Три колдуньи на Немиге (СИ)"

Автор книги: Литта Лински

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 16 страниц)

– Не всегда. Когда-то она была пусть не длинной, широкой и не полноводной, но настоящей рекой. В моем детстве это был скорее ручей, но весной и во время сильных дождей он превращался в мощный поток. Люди сами убивали ее. Осушали окрестные болота, перекрывали родники, меняли водосбор железной дорогой и застройкой, а заводы забирали речную воду и возвращали в русло грязные стоки.

– Как думаешь, она злится? – вопрос казался Стефе одновременно и странным, и очень уместным.

– Еще как! – мрачно усмехнулся Войцех. – Злится и мечтает о мести. Но это лишь часть души реки. Другая часть спит и видит сны. В этих снах она свободная, быстрая, чистая, ее берега – земля с травой, деревьями, а над ней – небо. Немига куда больше живет в этих снах, чем в мрачной реальности. И я обратил ее сны себе на пользу.

– Это как? – удивилась Стефа. – Я не спрашиваю, откуда ты знаешь об этих снах. Но как их можно использовать в своих целях? Это же сны.

– Ты очень мало знаешь о снах, Стеша. Да и вообще о мире. Но ничего, это поправимо, – он протянул ей руку. – Держись, здесь скользко. Не думаю, что ты мечтаешь искупаться.

От нарисованной услужливым воображением картины Стефу передернуло. Одно дело – сочувствовать заточенной под землей реке и совсем другое – оказаться в ее водах. Она беспрекословно и крепко схватилась за протянутую Войцехом руку. Он шел по краю бетонного настила ближе к реке, а Стефа оказалась со стороны стены.

По старым потемневшим от времени и лишайников кирпичам стекали струйки воды, с потолка капало, фонарик подсвечивал пространство лишь на несколько шагов вперед. Окажись здесь Стефа в одиночестве, вполне возможно, словила бы жесткий приступ клаустрофобии. И даже с Войцехом было не по себе.

Впереди послышался шум падающей воды.

– Похоже на водопад, – пробормотала Стефа и ее слова эхом отразились от старых стен.

– Это он и есть, – отозвался Войцех.

Он оказался прав. Через какое-то время они действительно вышли к водопаду, если так можно назвать поток воды, извергающейся из широкой трубы. Кроме того, в этом месте был мост – узкая бетонная перемычка между “берегами”.

– Мы пришли, – в голосе Войцеха послышалось удовлетворение. – Дальше тебе придется идти одной.

– Что?!

– Я же говорил, что не смогу сам забрать источник. Не переживай, это не должно быть сложно.

– И что я должна делать? Перейти по мосту на ту сторону? – она инстинктивно еще крепче ухватилась за его руку.

– Не совсем. Тебе нужно выйти на середину моста и забрать то, что увидишь там.

– Но там ничего нет, – она проскользила лучом фонарика от одного края мостика до другого.

– Просто ты пока не видишь. Итак, просто выйди на мост и забери источник, как только он появится. Ты поймешь, что это он. Главное, ничему не удивляйся, не пугайся и не пытайся идти назад или вперед. Стой ровно посередине моста.

– А если так ничего и не появится?

– Тогда все останется таким, как сейчас, ты будешь видеть и слышать меня. И через какое-то время я велю тебе возвращаться.

– А если…

– Стеша, хватит вопросов, – он осторожно высвободил ладонь из ее хватки. – Просто иди. Все будет хорошо. Я не допущу, чтобы с тобой случилось что-то плохое. Только отдай телефон. Эта вещица слишком привязана к своему времени.

– В каком смысле?

– Неважно. Просто отдай. Вот и умница, – Войцех забрал нехотя протянутый мобильник. – Я буду тебе светить, пока не дойдешь до середины моста. Ну все, иди, – он мягко подтолкнул ее в спину.

И она пошла. Ну а что еще делать? В глубине души Стефа вовсе не была храброй, но на людях ни за что не хотела казаться трусихой.

Сложнее всего было ступить на мостик и сделать первые несколько шагов. В какой-то момент картинка, подсвеченная фонарем, поплыла у Стефы перед глазами. Стены словно раздвинулись и истончились. Арочный кирпичный свод исчез, уступив место ночным улицам города, который казался знакомым и незнакомым одновременно. Узкий бетонный настил превратился в деревянный мостик, перекинутый через узенькую речушку.

– Войцех! – Стефа в тревоге обернулась.

Но еще до того, как повернуть голову, она откуда-то знала, что не увидит ни колдуна, ни стен коллектора. С той стороны мостика тоже был город. Стефа по-прежнему не узнавала улиц, но была убеждена, что видит Минск. Издалека послышался звук подозрительно напоминающий цоканье подков по булыжной мостовой. И через некоторое время действительно показалась коляска с извозчиком.

– Доброй ночи, пани, – извозчик приподнял фуражку и слегка наклонил голову. – Поздненько вы одна гуляете. Подвезти ли куда?

– Не-ет, спасибо, – запинаясь ответила Стефа. которой казалось, что она участвует в съемках исторического фильма.

– Ну, как знаете, как знаете, – извозчик натянул поводья. – Нарядются мужиками и шастают по ночам. Ни ума, ни скромности, – донеслось до нее сквозь перестук копыт.

Стефа невольно опустила глаза на широкие джинсы и кеды, настолько старые, что удостоились стать обувью для спуска в коллектор.

Ей хотелось как-то оправдаться, но ночного извозчика уже и след простыл. А вместе с ним, как будто вся местность подернулась туманом. Стефа решила, что сейчас на месте видения снова возникнут кирпичные своды коллектора, а ручей превратится в текущий по трубам мутный поток.

Но туман и не думал рассеиваться, зато через его вуаль стали видны деревья, кустарники, поросшие травой склоны. Воздух был теплым и влажным, пропитанным запахом ранней зелени, к которой примешивался аромат прошлогодней листвы, всю зиму пролежавшей под снегом. Откуда-то доносились редкие голоса ночных птиц, даже совиное уханье, а в прорехах между клочьями тумана можно было разглядеть ночное небо с блестками звезд.

Стефа по-прежнему стояла на деревянном мостике. Только теперь он казался длиннее и шире, как и протекающая внизу вода. Это был не ручей, не речушка, уж тем более, не сточная канава. Стефа смотрела на самую настоящую реку, пусть и небольшую, но быструю и чистую.

Неужели это Немига? Поверить в это было сложно, но не сложнее, чем во все происходящее.

– Так вот какая ты на самом деле, – обратилась Стефа к реке. – Живая. Ты очень красивая, Немига. Спасибо, что позволила взглянуть на тебя настоящую.

Плеск воды стал не то чтобы громче, но как-то более отчетливо слышен, словно река отвечала ей на своем языке. Говорить с водой Стефа не умела, и не придумала ничего лучше, чем поклониться реке. А потом ей вдруг нестерпимо захотелось коснуться воды, опустить в реку ладонь или ступню, и она поспешила к противоположному берегу, а затем, перекинув ногу через невысокие шаткие перильца начала спускаться.

Непростой выбор

Непростой выбор

Выбраться с моста на берег оказалось не так-то просто. Склоны берегов были достаточно высокими и крутыми. Стоило Стефе перелезть через перила, как нога поехала на мокрой от ночной росы траве, а за ней и вторая. Стефа отчаянно вцепилась в деревянные перильца, грозя их попросту сломать. Старые кеды на резиновой подошве явно не лучшая обувь для путешествий то ли в прошлое, то ли в альтернативную реальность.

Цепляясь сначала за перила, потом за сам мост, а затем – за ветки кустарников, Стефа все-таки спустилась к реке. Несколько секунд послушала ее журчание, вблизи звучавшее иначе, чем с моста и наконец сделала то, что казалось правильным и совершенно необходимым – опустила ладонь в воду.

Вода оказалась холодной, но это была приятная прохлада. От ладони она словно поднялась выше по руке и постепенно передалась всему телу. Что-то было в этой прохладе успокаивающее, целительное и вечное. Повинуясь охватившему ее порыву, Стефа опустила в реку и вторую ладонь, затем наклонилась, чтобы обе руки оказались в воде по локоть.

Странное дело, несмотря на темноту, Стефа ясно видела очертания собственных рук в воде, настолько вода была прозрачной. Ничего общего с мутным потоком из коллектора, путешествие по которому сейчас казалось смутным воспоминанием или сном. Чистая, быстрая, легкая река, наполняющая тело и душу живительной прохладой и удивительной яркостью бытия, теперь была единственной реальностью. В темной, но при этом прозрачной воде Стефе почудилось мерцание голубых искорок.

Нехотя Стефа вытащила руки, но лишь затем, чтобы поспешно начать расшнуровывать кеды. Ей не терпелось скинуть их с ног и поскорее зайти в воду по щиколотку, или даже по колено, чтобы еще теснее почувствовать связь с рекой и до краев наполниться тем неизъяснимым состоянием, что дарила настоящая Немига.

Не без труда, но она расшнуровала кеды, затем стянула носки и ощутила под ступнями влажную от росы траву и холодную землю. Это было приятно и все же не то, к чему она стремилась. Стефа закатала до колен штанины джинсов, сделала пару шагов и смогла коснуться воды сначала большим пальцем ноги, а затем погрузить туда всю ступню.

Ощущение наполненности усилилось. Стефа опустила ногу глубже, по колено, намочив ткань джинсов. Для надежности держась за прибрежный куст, она постаралась нащупать дно, чтобы можно было встать и опустить вторую ногу, но безуспешно. Похоже, в этом месте резко начиналась глубина. Надо сделать выбор – либо так и стоять с одной ногой по колено опущенной в воду, либо рискнуть, перестать цепляться за куст, сделать шаг вперед и полностью оказаться в реке.

Мысль об этом немного пугала, но в то же время казалась безумно притягательной. Да, вода холодная, но она уже привыкла к этой прохладе и очень хочет погрузиться в нее целиком. Стефа представила, как с головой уходит под воду и вместо страха ощутила лишь нетерпеливое предвкушение. В конце концов, она отлично плавает и всегда сможет выбраться на берег.

Другое дело, стоит ли выбираться, когда можно просто плыть по течению, лежа на спине и глядя на звезды? Туман полностью рассеялся, и теперь они были видны во всем великолепии. Стефа и не знала, что весной звезды бывают такими яркими и их может быть так много. Словно отражения ярких, но далеких звезд по воде запрыгали голубые огоньки. Они приглашали, манили, звали поскорее окунуться в темную чистую вечность.

Стефа отпустила руку, но удержалась, стоя босой ногой на берегу. Перед тем, как нырнуть в реку, она бросила последний взгляд на мост. Не потому что все еще колебалась в своем решении, нет. Но что-то привлекло ее внимание. Боковым зрением Стефа заметила на мосту сияние. Ей не показалось. В середине моста и вправду роились искорки, но не голубые, как те, что исходили от воды, а теплого золотистого цвета. Они словно поднимались над невидимым костром.

При взгляде на это зрелище Стефа не сразу, но вспомнила, зачем она вообще оказалась в этом странном месте. Не ради ночного купания, а для того, чтобы забрать источник, спрятанный Войцехом и спасти Лилиного парня.

Но одно дело понимать, а другое – отказать себе в том, чего так сильно хочется. А хотелось ей одного – броситься в реку и плыть, плыть, плыть… Лилька, Никита, Войцех – все казалось таким далеким и неважным. Голубые искорки внизу нетерпеливо зазывали в реку, золотистые наверху – напоминали о долге.

Внутренняя борьба больше напоминала торг с собой. Можно ведь забрать это Войцехово “то-не знаю-что” и вернуться обратно. Но что если река больше не захочет показать свой истинный облик, не позовет ее, обидевшись за то, что Стефа не воспользовалась предоставленным шансом?

– Решайся, – как будто беззвучно шептали крошечные голубые огоньки. – Немига никого не зовет дважды.

– Если ты поступишь, как хочешь – умрет человек, а ты предашь лучшую подругу, обречешь ее на страдания и одиночество, – кричали золотистые.

Стефа тяжело вздохнула и рывком вытащила ступню из воды. Она должна помочь Лиле и Никите. Нужно вернуться на мост, забрать то, вокруг чего пляшут огоньки и передать Войцеху. А дальше – будь что будет.

Но не тут-то было. Мокрая нога тут же заскользила вниз, увлекая за собой все тело. Стефа грохнулась на колени, вцепилась одной рукой в куст, другой в траву, слишком молодую и слабую, чтобы ее удержать. Пучки травы выдрались с корнем и остались между пальцами с комьями влажной земли. Стряхнув их, Стефа попыталась дотянуться до куста второй рукой. Ветви выскальзывали из рук, не желая удерживать вес ее тела.

Но именно теперь, когда поддаться желанию было так просто и естественно, Стефа не желала сдаваться. Она медленно и упрямо поползла наверх по склону, цепляясь ногтями за рыхлую землю, упираясь коленями и ступнями. Подъем давался тяжело, река не хотела ее отпускать, звала, требовала вернуться, обещала покой и блаженство.

Стефа слышала этот зов, безумно хотела на него откликнуться, но продолжала карабкаться вверх по берегу. И вот наконец она смогла зацепиться за доски моста и подтянуться. Еще чуть-чуть и Cтефа тяжело перевалилась через перила, рухнув на мост.

Теперь она ясно видела, что в центре золотистого ореола что-то есть.Плотный слой искорок не давал разглядеть ясно, но это что-то было не очень большим, и вроде бы круглым. Чем ближе Стефа подходила, тем меньше искорок оставалось вокруг таинственного предмета. Когда она оказалась на расстоянии вытянутой руки, последние золотистые вспышки погасли, открыв взгляду шар из темного стекла.

Стефа не без опаски наклонилась и взяла шар в руки. Он оказался неожиданно тяжелым и приятно прохладным на ощупь. Стефа начала всматриваться в темную матовую поверхность и ей показалось, что в ней отражаются звезды. Она пару раз моргнула, чтобы понять, реальна ли картинка или просто зрительный обман после всех этих искорок-светлячков.

Звезды исчезли. И те, что отражались, и те, что были на небе. Вместе с ними исчезло все остальное – берега, покрытые лесом, деревянный мост и сама река. Хотя нет, река осталась, но совсем другая. Вместо легкой, чистой, юной Немиги под ней снова катил воды грязный, злой поток, заключенный трубах. И сырой холодный склизкий бетон под босыми ногами. Да-да, ее старенькие кеды остались там, откуда она вернулась в мрачный коллектор. Ну что ж, похоже, кедам повезло больше, чем ей. Может, Немига смоет их с берега и они, подхваченные течением, поплывут под звездным небом вместо нее.

– Стеша! – голос Войцеха резанул слух.

Мгновение спустя он был уже рядом и прижимал ее к себе. Стефа с некоторым удивлением, словно со стороны, наблюдала этот порыв. С чего это он так расчувствовался? Ах, да, она же принесла ему драгоценный источник!

– Вот, возьми, – она протянула шар Войцеху. – Это ведь оно? Твоя прелесть?

– Да! – глаза колдуна сверкнули в темноте, как будто в них отразились те самые искорки. – Ты смогла добыть источник! Но… – он бросил выразительный взгляд на ее босые ноги и мокрые штанины. – Ты ведь не пыталась…

– Пыталась, – отстраненно ответила она. – Не знаю, с чего, на меня напала блажь поплавать под луной. Если честно, до сих пор жалею, что не сделала этого.

– Не жалей, – Войцех заглянул ей в глаза, и только тут Стефа поняла, что свет фонарика не подсвечивает подземелье коллектора. Похоже, она теперь тоже научилась видеть в темноте, или просто глаза привыкли. – Сниться реке, может, и не худшая участь, но цена – исчезновение из твоего настоящего мира. Поверь, уж я-то знаю, о чем говорю.

– Хочешь сказать, то место… оно – сон Немиги?

– Да. Я же говорил, что большая часть души реки далеко отсюда. Немига видит сны о прошлом, а, может, о том, чего никогда не было. Когда я пришел туда, чтобы спрятать источник, она и меня звала остаться и разделить с ней эти сны. Как любому живому существу, спящей реке нужно общество.

– Неужели Немига скучает по людям после того, что они с ней сделали?!

– По людям в целом – нет, но вот от компании магов она бы не отказалась.

– И отпуская меня, ты знал, что я могу не вернуться? – теперь уже Стефа сверлила его взглядом. – Как знал и то, что не сможешь пойти туда за мной? И при этом обещал, что все будет хорошо?

– Я верил в тебя, – он пожал плечами. – И оказался прав.

– Тебе плевать на меня, – она высвободилась из объятий Войцеха и отступила на пару шагов.

– Неправда, – он сделал шаг к Стефе и ухватил за локоть, должно быть, опасаясь, что она может сорваться вниз. – Мне очень важна ты и очень важен источник. Я всего себя вложил в уверенность, что ты сможешь вернуться и принести мне его.

– Ну отлично, – хмыкнула Стефа. – Теперь, когда заказ доставлен, я в качестве курьера могу рассчитывать на чаевые?

– Не дуйся, – Войцех обхватил ее за плечи и привлек к себе. – Ты сделала невозможное, перешагнула границы реальностей. Неплохие чаевые, не находишь?

Стефа не могла не признать его правоту, хотя все еще злилась. Она сама не могла понять, на что именно.На то ли, что Войцех рискнул ею или на то, что все же не осталась там, с рекой.

Она позволила Войцеху увести себя с узкого бетонного перекрытия. Едва оказавшись на “берегу” он подхватил Стефу на руки.

– Ты чего это? – удивилась она, инстинктивно обхватывая его шею руками. – Совесть замучила?

–Как ты собиралась идти босиком по этому? – Войцех кивнул на мокрый бетонный “пол” коллектора, замечание про совесть он предпочел проигнорировать.

– Мог бы наколдовать мне новые туфельки, – фыркнула Стефа, однако, не предпринимая ни малейших попыток встать на собственные ноги.

В конце концов, Войцех сам виноват в том, что она лишилась обуви, вот теперь пусть и отдувается. Тем более, он – маг, и наверняка имеет в своем чародейском арсенале какое-нибудь заклинание, позволяющее долгое время нести тяжести и не уставать.

– Я куплю тебе новые туфли, – отозвался Войцех. – Любые, на твой выбор. И столько пар, сколько захочешь.

– Надо же, какая щедрость! Ах да, у тебя же по всему Минску закопаны горшочки с золотом.

Войцех не снизошел до ответа, лишь ухмыльнулся. Какое-то время они шли в тишине, и Стефа слушала его спокойное ровное дыхание, похоже, колдун действительно не испытывал затруднения с переноской девушек на длинные расстояния. Но тишина, нарушаемая лишь звуками воды и шагов, довольно быстро надоела Стефе, тем более, обратный путь по тоннелям почему-то казался дольше. Она решила первой нарушить молчание.

– Расскажешь, что это? – Стефа кивнула на сумку, висящую на его плече, в которую Войцех убрал свой ненаглядный источник.

– Нет. Прости. Может, позже. Пока ты просто не готова к этому знанию.

– А к тому, чтобы лезть в коллектор, а потом в прошлое – готова? – ехидно поинтересовалась она.

– Как оказалось, да. Ты отлично справилась.

– И все ради этой штуки? Она очень похожа на наш хрустальный шар made in China.

– Теперь вместо вашего можете поставить на столе этот. Видишь, насколько я тебе доверяю? – Войцех изловчился повернуться так, чтобы заглянуть ей в глаза.

– А я об этом не просила, между прочим.

– А я – прошу. Мне нужно, чтобы у вас стоял именно этот шар, Стеша. Когда-нибудь я все тебе объясню, обещаю.

– Ты уже обещал, что со мной все будет хорошо, – припомнила она.

– И с тобой все хорошо, – невозмутимо парировал Войцех.

– Угу, – пробурчала она, покосившись на свои босые, заляпанные грязью ноги.

Когда они добрались до выхода, по лестнице Стефе все-таки пришлось взбираться самостоятельно. Войцех, конечно, сильный маг, в этом она имела возможность убедиться и не раз, но летать с женщинами на руках даже он не умеет. Или не хочет, кто его знает.

Перспектива лезть по грязной лестнице босиком страшила Стефу больше, чем все, что она пережила за эту ночь, но выбора не было. Оказавшись на поверхности, она с облегчением и удовольствием вдохнула свежий ночной воздух, окинула взглядом улицы, небо.

– Бедная Немига! Как же нечестно лишить ее всего этого!

– Ты же видела сама, что река живет в иной реальности, – вылезший вслед за ней Войцех вернул люк на место.

– Но это всего лишь сон, – возразила Стефа.

– Он показался тебе недостаточно реальным? – Войцех вопросительно изогнул бровь.

– Достаточно реальным, – пришлось признать ей. – Я вон даже заноз, кажется, насажала, цепляясь за этот мост. Про ногти и говорить нечего! – она с печалью оглядела частично обломанные ногти с забившимся под них слоем земли.

– Вот видишь! За ногти не переживай. С меня – маникюр в лучшем салоне Минска, а вот занозами стоит заняться, как только придем домой.

После его слов о доме, безумно захотелось там оказаться. Стефа поняла, насколько она устала.

– По городу ты меня тоже понесешь или придется идти самой? – спросила она.

Вместо ответа Войцех подхватил ее на руки.

– Отличненько, – пробормотала Стефа, бессильно склоняя голову к нему на плечо. – И все же, я предпочла бы телепортацию. Ты так умеешь?

– Смотря что ты подразумеваешь под телепортацией. Просто перемещаться в пространстве – нет. В теории я умею открывать порталы. Но это очень энергозатратно и требует длительных приготовлений. В современном мире точно проще вызвать такси.

– А если нужно перенестись куда-нибудь на Сейшельские острова? Прикинь какая экономия на билетах, не говоря уже о времени на дорогу.

– Не знаю, не думал об этом, – он пожал плечами. – Как-то, знаешь ли, никогда не тянуло на Сейшельские острова.

– Ну и зря, – сонно проговорила Стефа. – Я бы сейчас не отказалась лежать на пляже, смотреть на бирюзовое море и белый песок, потягивая через трубочку коктейль из кокоса.

– Могу все это устроить, – усмехнулся Войцех. – Только без открытия порталов. Самолет бизнес-классом тебя устроит?

– А ты тоже полетишь? – она сама не знала, почему спросила.

– Это вряд ли. Мне и Минска хватает, – отозвался он. – Хотя, если ты очень попросишь…

– Вот еще! Уговаривать тебя! Торчи безвылазно в своем Минске, раз ты у нас такой домосед. Ты вообще хоть где-то бывал кроме Минска и Вильно за свои сто лет?

– Представь себе, много где.

– И все равно считаешь Минск лучшим местом на земле?

В глубине души Стефа и сама так думала, что не мешало ей прямо сейчас мечтать о Сейшелах.

– Да, – просто ответил Войцех. – Так уж вышло, что Минск – мой город. А я – его маг. И ты теперь тоже.